Book: О кризисе среднего возраста и не только



О кризисе среднего возраста и не только

Лилия Подгайская

О КРИЗИСЕ СРЕДНЕГО ВОЗРАСТА И НЕ ТОЛЬКО

Дина выключила свой старенький заслуженный компьютер и отошла от стола. Спина болела, глаза отказывались смотреть на экран, всё тело просило отдыха. Ещё бы! Она просидела за рабочим столом почти весь этот выходной день, как и вчерашнюю субботу. Подработка нужна была до крайности, и срочно притом. В следующую пятницу день рождения её лучшей подруги Светки. И не просто день рождения, а юбилей. Поверить невозможно, что весёлой задиристой Светке через неделю «стукнет» пятьдесят. Ох, грехи наши тяжкие! Это же и её саму то же самое ждёт через три месяца. Светка – Козерожка, а она – Овен. Рога и копыта, в общем. Их третья лучшая подруга Ирочка, та летняя, Львица (хотя какая из неё царица зверей, смех один). Надо же Светке подарок классный сделать. Они уже присмотрели с Ирочкой замечательный кухонный комбайн, на который с вожделением поглядывала их подруга – уж очень она у них хозяйственная, любит в кухне повозиться. И всё-то у неё ладится, всё вокруг сверкает, вечно чем-то вкусным пахнет. Талант у девочки! Гм, насчёт девочки, конечно, сильно сказано, но талант есть, что да, то да. И комбайн кухонный фирмы Bosch ей будет самое то. Но денег на желанный комбайн не хватает. Они с Ирочкой соскребли всё, что могли, но ещё всё равно нужно было добавлять. И тут, как по заказу, Дине предложили написать обзор по составляющим компонентам для очередного новшества. Производящая продукты для здоровья фирма, с которой она поддерживала деловые отношения – обзоры делала, буклеты писала, статьи для их газеты – готовилась нынче разродиться новым продуктом. Дина всё же врач со стажем, кандидат наук, грамотный специалист. А они платили всегда исправно – не много, но вовремя и всегда столько, сколько обещали. Сейчас это было очень кстати. И вот всю субботу и сегодняшнее воскресенье она провела за компьютером. Остаётся уже совсем немного, ну на один вечерок работы. Но сегодня уже никак, сил нет категорически. И не поздно вроде ещё, хоть и темно по-зимнему, а работать уже не получается. Голова отказывается, тело просит покоя.

Спать вроде рано, всё равно не уснёшь, хоть и усталость одолевает. На телевизор глаза не глядят, ну не лежит душа к нему последние месяцы, да и смотреть там нечего, если честно. Не сериалами же забавляться, где переливают из пустого в порожнее и изо всех сил растягивают несчастную резину – ни уму, ни сердцу, как говорится, только витамин А зря расходовать (это она умная такая стала, начитавшись книг для давешнего обзора, не напрасно ведь сидит вечерами и выходными). А с витамином, и, правда, беда. Запасов и так нет, и купить приличный продукт нынче не на что. А надо бы. Нагрузка на глаза большая.

Дина подошла к книжному шкафу, пошарила взглядом по полкам. Книг у неё много. Ещё родители библиотеку собирали. И она пополняла, пока цены на книги были доступными. Сейчас уже редко что покупала – дорого очень. Только облизывалась в книжном магазине на интересные издания и изредка делала себе подарки, когда заработок приличный выдавался. Выбор для чтения у неё, конечно, богатый. Тут и медицинская литература, и художественная. Было бы время читать. Рука потянулась к полке с лёгким чтивом и вытянула детективчик Устиновой. К чему бы это? Конечно, Устинову она любила, купила и перечитала всё, и не один раз. Но сейчас это насторожило. Раз рука тянется к Устиновой, значит усталость «зашкалила». Это – симптом, проверено. Когда она уставала до крайности, то отдохнуть могла в домашних условиях только с книгой в руках. Заваливалась на диван на день-два, как позволяли условия, и уходила в книгу, изредка отрываясь от чтения, чтобы выпить чаю и съесть что-нибудь. Обычно это помогало. И лучше всего её выручала именно Устинова – ну хорошо она отвлекала от дел и подбадривала к тому же. У её героинь в ходе всех детективных ужасов вырисовывались шикарные мужчины, и любовь образовывалась красивая. Ну, хоть почитать-то про это можно?

Вот с любовью как раз в жизни Дины категорически не ладилось. Она не раз задавала себе вопрос – или это она такая женщина никудышная, или мужчины на белом свете перевелись стоящие? Ну не попадались ей на жизненном пути настоящие мужчины, хоть плачь. Были, конечно, попытки. Две неудачные попытки в её жизни всё же были. Первый раз она, влюблённая дурочка, не разглядела, с кем связалась. Дело уже к свадьбе шло (это она так думала, а он деликатно называл предстоящее событие началом совместной жизни отдельно от родителей, а документальное оформление – потом, потом), когда выяснилось, что её избранник давно и прочно женат, имеет двоих детишек в другом городе, а здесь нуждается в женском тепле, ласке и уходе. Всё так просто, а она чуть не попалась. Долго выбиралась потом из этой истории, раны душевные зализывала. А ведь как красиво говорил, подлец. Какие находил слова, как мягко стелил. Хорошо, жёсткой постели избежала.

Второй раз она поскользнулась лет через шесть. И ведь знала уже, что нельзя мужчинам доверять, а вот, поди ж ты, потянуло её на любовь. Избранник её и, правда, был хорош – высокий, спортивный, успешный. Красиво ухаживал, цветы дарил, в ресторан два раза пригласил. Замуж звал. Совсем случайно она узнала, что штамп в паспорте ему был нужен для решения своих «успешных» вопросов, для продвижения по карьерной лестнице, для какой-то важной зарубежной поездки. Видимо, она показалась ему наиболее безобидной из всех окружающих особ женского пола, менее хищной, чем другие, – такую потом оставить ничего не стоит. А он себя, любимого обременять всерьёз заботами о ком-то и не собирался. Так бесславно и закончилась эта эпопея. Отказала она ему.

Потом уже и попыток не делала. Больно очень обжигаться. А теперь что ж, теперь вот полтинник на носу, как говорится. Какая уж тут любовь! Кризис среднего возраста, климакс бы пережить, а не о любви думать. Но думать хотелось. Вопреки всему хотелось. И Устинова здесь помогала. Она давала надежду. Ведь складывалось у её героинь, несмотря ни на что складывалось.

Окружающая жизнь таких надежд не давала. Ну не видела Дина вокруг себя счастливых замужних женщин. Когда соседи по тамбуру начинали выяснять свои супружеские отношения, а делали они это, надо сказать, с завидной регулярностью, впору было из дома сбегать – крик, грохот, мат, и никакие увещевания не помогали. Дина была уверена, что они оба получают от этого удовольствие. Ну, нравится людям накал страстей по-нашему, по-славянски. Не в Бразилии живём.

Подруги тоже семейным счастьем похвастаться не могли. Светка десять лет жизни подарила совершенно никчёмному, как оказалась, представителю мужского пола. Его и мужчиной назвать язык не поворачивается. Работал он инженером на каком-то умном объекте, а когда пришли трудные времена, и высшее образование стало не в чести, залёг на диван и проводил дни напролёт с телевизором в обнимку, потом ещё и пивка ему захотелось. А Светка должна была работать, деньги в дом приносить, готовить, убирать, и ему ещё пивко и сигареты регулярно подавать. Благо, детей не было. Через трагедию эту Светка прошла с трудом, выкидыш у неё был первый и после этого забеременеть никак не получалось. На обследование и дорогое лечение средств не было, да и супруг детей не жаждал – зачем ему конкуренты. Пусть жена вокруг него круги нарезает. Светка и нарезала, пока не дошло до неё, что рядом с ней уже десять лет находится полное ничтожество, неспособное даже себя прокормить. Разве это мужик? Тьфу, а не мужик. Плюнуть и забыть. Так она и сделала. Прогнала его вон, не слушая сказаний о связывающей их великой любви и горьких стенаний. Любовь не в словах проявляется, а в заботе и поддержке. Но об этом у них никогда и речи не было.

Ирочка вообще одна всю жизнь прожила. Вернее, вдвоём с мамой. Та была твёрдо убеждена, что родила себе дочь для удовлетворения собственных потребностей. И когда Ирочка подросла, стала эксплуатировать её в хвост и гриву, почище, чем коварная мачеха злополучную Золушку. На свои личные дела у Ирочки никогда ни времени, ни сил, ни желания уже не оставалось. Подруги были единственным светлым пятном в её жизни, хотя и с ними встречаться не так часто получалось. Её жизнь была чётко регламентирована: работа, магазин или рынок, печка, стиральная машина, гладильная доска, по выходным генеральная уборка квартиры. Каждую неделю! Ирочкина мама была ярой поборницей чистоты и порядка.


Светкин день рождения накатил, как и положено по календарю. С подарком всё сложилось. Подруги собрались лишь вечером. Днём у всех работа. Светка у себя на фирме, где работала бухгалтером, поляну накрывала. Её поздравили, шикарный букет преподнесли и путёвкой в Египет одарили – на начало апреля, да ещё массу красивых слов наговорили. Начальство Светку ценит за её деловые качества и высокий профессионализм и даже балует. Конечно, Светка того стоит. И фирма у неё отличная – современная, не слишком большая, но прочно стоящая на ногах. И начальники – нормальные люди, что не часто встретишь в современном бизнесе. В общем, повезло Светке с работой, лучше всех она устроена – зарплата хорошая и регулярно, да и коллектив нормальный. Причём с цифрами своими она разбирается виртуозно, любит это дело, что удивляет подруг до крайности. Ну что интересного может быть в каких-то формах с непонятным названием, таблицах и нагромождениях знаков, скажите на милость? А Светка во всём этом как рыбка в воде, только плавниками шевелит довольно и хвостиком помахивает. Диво, да и только.

Ирочка, та вообще со своим высшим образованием в конторе горгаза просиживает дни за бумагами и компьютером – так маменька повелела. Чтобы рядом с домом, и никто не увёл. Ирочка хорошенькая очень в молодости была, вот мать и стерегла её. Как ещё в институт отпустила? Видимо, диплом дочери ей для престижа нужен был. И диплом-то не простой, а физмат универа, это вам не хухры-мухры. А теперь вот сидит в задрипанной конторе. Обидно. Но с матерью Ирочка никогда не спорила, так с детства повелось.

Сама Дина со своим медицинским образованием и кандидатским дипломом маялась между консультативной поликлиникой и несколькими подработками в разных местах. Заработок нерегулярный и нестабильный. Это очень угнетало, но что теперь поделаешь. Свой шанс она упустила. Когда её звали на кафедру в мединститут, она отказалась. Во-первых, ей казалось очень скучным и неинтересным из года в год одно и то же студентам талдычить. А во-вторых, и это, наверное, сыграло решающую роль, уж очень сластолюбивым был заведующий кафедрой. Он на Дину глаз положил и уже облизывался в предвкушении, а она увернулась. В научно-исследовате-льский институт подалась. Там, конечно, интересно было, и она многого добилась. Но пришло время, и науку зарубили. Институт тихо умер, зарплаты не стало, помещения поразбирали в аренду непонятно кто. Пришлось искать себе пристанище. Хорошо, что ещё консультативную поликлинику нашла. Здесь, правда, когда густо, когда пусто, как говорится, но в районной поликлинике врачу-невропатологу и вовсе тяжко. Вот она и крутится, как может. Там статью опубликует, здесь обзор сделает, если повезёт, хорошая частная консультация подвернётся – врач-то она отличный. Просто жизнь так сложилась. Говорят, у китайцев сильное ругательство сказать «чтоб ты жил во время перемен». А тут как раз через все перемены и ломки социальные пройти пришлось. Хорошо, что выдержали.

Собрались подруги за праздничным столом у Светки – и когда только наготовить успела? – только вечером. Но настроились всерьёз. Шутка ли, такая дата круглая. Даже Ирочка у маменьки отпросилась с ночёвкой, чтобы по темноте не ходить. Хоть и недалеко, а всё же страшно ночью. Маменька Светке доверяла, но всё же ситуацию контролировала по телефону пару раз. Дина, та и вовсе свободна, как птичка. Вот и настроились на долгий праздник – душу отвести.

Отводили душу по-разному. Сперва подарок вручили и порадовались, что так хорошо угодили. Потом тосты красивые говорили, пожелания высказывали. А потом в рёв ударились дружно. Пятьдесят лет – не шутка ведь. И куда жизнь ушла? Не заметили. Всё хлопоты, проблемы, суета. А теперь что? Это всё? И ничего уже не будет кроме климакса?

На такой печальной ноте завершать праздник не хотелось, подруги включили музыку и принялись танцевать. Надо же немного раструситься перед сладким. Там у Светки в кухне такой тортик аппетитный на столе стоит, пальчики оближешь. К нему подготовиться надо.

В процессе танцев выяснилось, что на старух они ещё не похожи. Не тянут они на свой возраст, если честно. Вот Ирочка как была тоненькой в молодости, так тростиночкой и осталась. Её бы одеть по-современному, на каблучки поставить, макияж сделать – какой угодно красотке фору даст, особенно если отдохнёт. О нормальном отпуске Ирочка могла только мечтать, а про СПА-курорты иногда в журналах глянцевых почитывала. Это маменька время от времени промывала и проветривала себя в Карловых Варах. А Ирочка дома оставалась с ворохом заданий. И это было самое хорошее время в её жизни. А всё равно хороша она, только замученная и какая-то погасшая.

Светка всегда была полненькой. Не толстой, а именно полненькой, этакой пышечкой симпатичненькой. Она больше других себе может позволить. Как стала в этой своей фирме работать, так приоделась, в отпуск регулярно ездит, вот теперь в Египет собирается. Класс! Выглядит хорошо, но глаза не горят почему-то. А такая веселушка всегда была. И что с ними всеми случилось?

Сама Дина – женщина, безусловно, интересная, но такая замученная, что интересность эта не видна. Тоже с отдыхом большие проблемы. О каком отпуске речь, когда денег вечно не хватает? Одета более чем скромно, на косметику хорошую только в витрине магазина полюбоваться может, о французских духах мечтает уже не счесть сколько лет. А может девчонкам заказать на свой юбилей? Ну, намекнуть. Почему нет? Хоть этим себя порадовать.

А сейчас, как ударились они в танцы, куда вся усталость делась. Глаза заблестели, румянец на щеках. Не девочки – загляденье. Жаль, никто не видит. В кои-то веки пробудились они от спячки своей многолетней, а посмотреть на эту красоту некому. Но настроение изменилось.

– А что, девочки, – вдруг сказала Светка, улыбаясь. – Может и не совсем мы ещё пропащие? Может, ещё оживём на шестом десятке? А? Надо Фею вызывать срочно. Пусть палочкой своей волшебной взмахнёт.

– Фея к нам не придёт, – грустно заметила Ирочка. – Неинтересны мы ей, неперспективны.

– Это как сказать, – включилась Дина. Она посмотрела на подруг, открыла было рот, чтобы продолжить свою мысль – и замерла, глядя на окно.

– Что там? – перепугалась Светка.

Там не было ничего. Но Дина смотрела на окно, не отрываясь. Она знала, что такого не может быть, но видела, видела своими глазами – на открытой форточке сидела… изящная, нарядная до невозможности, очаровательная маленькая Фея. Как здравомыслящий человек, как врач, наконец, Дина понимала, что это обман зрения. Но видение было настолько ярким, что и сомневаться в нём было невозможно. Больше того, Фея улыбнулась ей и чистым, как горный ручеёк голосом сказала:

– Всё ещё впереди, девочка. У тебя и твоих подруг. Чудеса на свете есть, но они случаются только с теми, кто в них верит. Надо верить. Верьте.

Дина растеряно моргнула и невольно отвела взгляд. А когда снова посмотрела на окно, никакой Феи там уже не увидела. И что это было? Как это понимать? О белой горячке после бутылки «Бастардо» на троих речь, конечно же, не идёт, это она может утверждать как профессионал. И потом, в белой горячке всё больше чёртики видятся, говорят. Тогда что? Подруги смотрели на неё вопросительно. Они тоже ничего не понимали.

– Девочки, – начала она, и голос её сорвался. Откашлявшись, продолжила. – Я только что видела Фею. Правда. Она сказала, что у нас всё ещё впереди, и можно ждать чудес, только в них надо верить.

А дальше вечер пошёл совсем не так, как начинался. Подруги переоделись в прихваченные из дома ночнушки, устроились на Светкином диване и стали вспоминать, как мечтали в детстве, как верили в чудо. И ведь случались чудеса в их детской жизни, понятно, что рукотворные, но случались же. Вспомнили Грина – куда же без его Ассоли и Зурбагана? И без «они жили долго и счастливо и умерли в один день»? Прошлись по современным «сказкам для взрослых», помянули Устиновских героинь, несколько мелодрам, начиная с пресловутой «Красотки». А потом вспомнили свою школьную подругу Надюшу, которая свято верила, что выйдет замуж за звезду мирового тенниса. И ведь вышла. И живёт теперь в Германии, а им только письма шлёт на электронную почту по праздникам. Вот ведь как бывает. А они растратили свои мечты в суматохе жизни, думать забыли, как верили в чудеса, как ждали их.

Долго говорили они о жизни, о мечтах, о нерастраченных чувствах и несбывшихся надеждах. Уснули только под утро. И хорошо, что суббота, что можно не спешить никуда. Спокойно позавтракали остатками вчерашнего пира (это так вкусно всегда по утрам почему-то), выпили кофе, встряхнулись. И дружно посмеялись над своими вчерашними ночными разговорами. Ведь взрослые женщины уже, а туда же – мечтать да о чудесах думать. Смех один.




Смех смехом, но чудеса начались буквально на следующей же неделе. В воскресенье утром Дине внезапно позвонила Ирочка и каким-то странным, не своим голосом велела прийти на «стрелку». Место для экстренных встреч у них было определено много лет назад, ещё в школьные времена, и никогда не менялось – в сквере за Ирочкиным домом, последняя скамейка от шумной улицы, возле глухого забора. Благо, за все эти годы их местожительство не изменилось, и всё оставалось как в детстве. Вопрос был только во времени.

– Когда? – спросила Дина, почему-то сильно волнуясь.

– Сейчас, – был короткий ответ, и в трубке зазвучал отбой.

Не размышляя и не сомневаясь, Дина быстро натянула джинсы, свитер, куртку и выскочила на улицу. В последнюю минуту сообразила, что забыла на тумбочке перчатки, но возвращаться не стала. Уж очень взволновал её такой незнакомый, такой чужой Ирочкин голос. Что могло случиться? И почему встреча не дома, а на полузабытом месте, где обсуждались детские горести и проблемы?

Она пулей пронеслась через маленький рынок. Проскочила мимо захудалого магазинчика, где возле двери всегда стояла для завлечения покупателей длинноногая девица в полный человеческий рост с шикарными белыми волосами и лицом без всякого выражения. Сегодня девица вопреки погоде была в сетчатых колготках и коротеньком халатике, и почему-то без одной руки. Дина мимоходом пожалела искалеченную на трудовом посту девицу и перебежала улицу на красный свет, чего никогда не делала в спокойном состоянии. Она всегда говорила, что живёт в Европе и являет собой образец цивилизованного человека, а не мустанга необъезженного. Сегодня все правила рухнули, потому что что-то странное и непонятное случилось у лучшей подруги.

Когда Дина выскочила на финишную прямую, взъерошенная Светка уже стояла возле их скамейки, а совершенно потерянная Ирочка сидела на самом её краешке, сцепив руки и глядя в никуда невидящими глазами.

– Что? – одновременно выдохнули обе подруги, глядя на невменяемую Ирочку. Та молчала, по-прежнему обратив взгляд в пространство.

– Случилось что? – закричала Светка, потеряв терпение.

Ирочка встрепенулась.

– Мама, – прошептала она и опять замолчала.

– Что с мамой? – потребовала ответа Дина, взволнованная до крайности.

– Мама выходит замуж и уезжает жить в Прагу, – наконец-то обретя рассудок, ответила Ирочка. – Сказала мне сегодня утром. Ей Франтишек позвонил вчера вечером и предложение сделал. Она согласилась. Они летом познакомились, когда мама последний раз в Карловы Вары ездила, и потом всё время переписывались по Интернету. А теперь…

Она всхлипнула и закрыла лицо руками.

– А почему слёзы и траур, я не поняла? – спросила Светка. – Почему вместо радости и ликования такой глубокий минор?

– Да, а как я жить буду… одна? – растерянно спросила Ирочка, и глаза её наполнились слезами.

– Ну, ты даёшь, подруга, – не выдержала Дина. – Счастливо будешь жить. Как все нормальные люди будешь жить, а не горшки за мамочкой выносить. Мы что, думаешь, не знаем, что она и в туалет порой ленится сходить ночью? Больная она… На всю голову она больная. Это я тебе как невропатолог говорю. Радоваться надо, а она ревёт, дурочка.

– И почему мы тут встречаемся? – потребовала разъяснений Светка. – Почему нельзя было у меня, или у Дины? Ты что, в детство впала?

– Наверное. – Ирочка улыбнулась, наконец, и глаза стали осмысленными.

Хорошо всё-таки, когда есть подруги, которые всё по своим местам расставят. Самой бы ей не справиться. То, что сказала ей мать, показалось концом света, крахом всей жизни. Но оказалось, что можно жить дальше и, может быть, не хуже прежнего, а возможно и лучше.

Ираиду Семёновну собирали в дальнюю дорогу все вместе. Покупали чемоданы и сумки, укладывали наряды, скатерти, посуду. Она прошлась по дому как смерч. Всё хотела побольше приданого своему Франтишеку предъявить. Ирочка не возражала. Она оставалась в пустой квартире – разве что мебель мать не могла с собой увезти. Всё лучшее, что было в доме, она упаковала. Даже DVD-проигрыватель прихватила, хотя трудно предположить, что у её Франтишека такого добра нет. Но в эти несколько дней Ирочка, наконец, прозрела и поняла, на что потратила свою жизнь. Лёгкий ветерок грядущей свободы уже коснулся её души, и она трепетала в предчувствии перемен.

Подруги были рядом, поддерживали и вдохновляли. Проводив невесту в путь, устроили большой и весёлый праздник – День освобождения, как сказала Светка. Угнетённые народы вырвались, наконец, на свободу, заявила она, и этот праздник отныне будет отмечаться наравне с национальными торжествами. Жизнь меняется, и это замечательно.

Первое требование, которое выставила Ирочке Светка, было – оставить свою захудалую контору немедленно и заняться поисками приличной работы. С её-то дипломом и с её головой! Не ограничившись этим манифестом, Светка вовлекла в процесс подбора искомой приличной работы своих начальников, и вполне приемлемое, даже, можно сказать, хорошее место было найдено очень быстро. Началась подготовка самой Ирочки к новым условиям трудовой жизни. Был пересмотрен и забракован практически весь гардероб (громко сказано о кучке тряпок!), совершено несколько походов по магазинам и салонам красоты, причём был основательно пощипан Светкин счёт в банке (ничего, подруга, потом отдашь!). Зато Ирочка пошла на новую работу как куколка. Вот это да! А говорят, что чудес не бывает!


Дальше – больше. Не успели отшуметь сказочные события Ирочкиной жизни, как Дина совершенно неожиданно для себя получила исключительно привлекательное предложение от фармацевтической компании. Её пригласили сделать презентационное выступление для врачей по новому лекарственному препарату, которому прочили широкое распространение. С этой задачей Дина справилась блестяще. Не напрасно же она корпела над справочниками и руководствами, готовя обзоры и обоснования для фирмы, с которой сотрудничала. Заплатили непривычно хорошо. А затем последовало предложение совершить небольшое турне с этой презентацией. Интересная поездка, хорошие условия проживания в гостиницах и прекрасная оплата. Кто же откажется! Презентация занимает не больше трёх часов в день, а остальное время можно гулять, город смотреть. Красота! Отдых нарисовался! И впереди с такими деньгами маячит возможность купить новые зимние сапоги (давно надо!) и даже начать думать о настоящем отдыхе. Ей так давно хочется посмотреть Дрезден. Кому-то нужен Париж, кто-то мечтает о Лондоне, а вот ей, Дине, хочется в город на Эльбе. Знаменитый Цвингер, картинная галерея с «Мадонной» Рафаэля, Рыцарский зал…

Дина и не заметила, как начала повышать требования к своему внешнему виду. Поймала себя на том, что присматривает деловой костюм хорошего качества. И возможности появились. Фирма-компаньон приступила к разработке нового продукта – ей работа. Это ничего, что вечера и выходные за книгами и компьютером. Зато появляется возможность свой день рождения, свой юбилей отпраздновать прилично, обновки себе купить, на косметику посмотреть поближе. И теперь уже определённо французским парфюмом запахло. Теперь – да.

Так в хлопотах и переменах пролетел февраль. Начало марта выдалось на удивление тёплым, и к Женскому дню настроение стало совсем весенним. Праздник отмечали весело. На работе у всех застолье и поздравления. Светка в своей фирме королевой ходит. Ирочка тоже в новом коллективе прижилась, повеселела, к празднику прихорошилась. А Дина в своей консультативной поликлинике праздновала. Хороший стол сообща накрыли, посидели, песни попели. А вечером подруги собрались у Светки. С цветочками все пришли, весёлые. А чего ж не веселиться? Жизнь-то налаживается.

Светка к поездке в Египет готовится. Купальниками интересуется и быстрым похудением. Вечная её проблема. Сколько Дина ей ни объясняла, что быстро худеть – только здоровье гробить, а результата всё равно не будет, Светка каждую весну одну и ту же песню поёт. И что ей от себя надо? Зачем ей худеть? Всё у неё на месте. Ну, пышечка она, да, но ведь славная какая пышечка, прелесть. И весь год она собой удовлетворена, а весной, поди ж ты, разбирает её тяга к стройной фигуре. Чемодан к поездке готовит загодя. Про погоду уже узнаёт. Туалеты отбирает. Первый раз в дальние края едет. Раньше всё в Крым ездила, а теперь, ишь ты, к пирамидам отправляется. Обещала сфинксам привет от подруг передать. К Дининому дню рождения должна вернуться. Это хорошо. А то как же без неё праздновать? Не годится.

Ирочка похорошела удивительно. Нравится ей на новом месте. Офис приличный, люди компанейские, работа легко делается. Старое место вспоминается как страшный сон. Да и вся старая жизнь тоже. Неужели вот так можно было жить, не видя ничего вокруг, не задумываясь о своих нуждах и желаниях? Спасибо Франтишеку, освободил её из рабства. Теперь уж она никогда в него снова не попадёт, даже если маменька надумает домой вернуться. Нетушки!

А у Дины полно работы. Вот правильно говорят, что жизнь как зебра полосатая. Только зебра у неё странная получилась – всё больше чёрная, белые полосочки узенькие, незаметные, сейчас только просветлятся начало. На детство своё ей жаловаться грех, конечно. Тогда всё хорошо было. Родители её любили. И хотя достатка большого в семье не было, Дина ни в чём особо не нуждалась. Хорошо питалась, нормально одевалась, каждое лето отдыхать ездила – то к бабушке в деревню, то на море с родителями. У бабушки место было чудесное, прямо как в сказке – лес и в лесу озеро, чистое, прохладное. Скучать там Дине было некогда. Надо было и бабушке в огороде помочь, и на озеро сбегать, и с подружками погулять. Хорошо было. Проблемы начались, когда внезапно умер отец. Дина тогда на третьем курсе училась. Мать оказалась к самостоятельной жизни неприспособленной – привыкла за мужниной спиной быть, а, оставшись одна, сникла. Пришлось Дине бразды правления в свои руки брать. Чтобы финансово продержаться, подрабатывать начала. Днём учёба, ночью дежурства в больнице. Летом в пионерских лагерях. Так и дошла до конца института. А мать потом второй раз замуж вышла, и только её Дина и видела. Новая семья, второй ребёнок – очень поздний, не до дочери ей. Хорошо хоть квартира Дине досталась. А то, что за выживание всё время бороться приходилось, так это привычным стало. Всем вокруг нелегко.

Теперь вот вроде как просветление наступило. Работа появилась. И пациенты в поликлинике есть, а значит, есть зарплата. И три отличных частных вызова за одну неделю – замечательно. И подработка идёт. И даже фармацевтическая компания готовит новую презентацию – её уже предупредили.


Так, за делами и заботами пролетело время. Светка отправилась в своё путешествие к пирамидам и сфинксам. Провожали её с большим волнением – шутка ли, за рубеж подруга едет. Дали тысячу наставлений и рекомендаций, велели хоть изредка эсэмэсочки слать. И всё. И наступила тишина. Одно сообщение – добралась нормально, а дальше ни гу-гу. Что там делается на этом экзотическом курорте?

Дина начала конкретную подготовку к своему юбилею. Решила сделать изысканный стол – пусть не будет изобилия, зато всё красивое и вкусное, а главное – редкое. Вино купила французское. Составила меню и начала сносить в дом продукты, которые можно купить заранее. Вся в трудах, одним словом.

Светка вернулась из своей поездки за два дня до ожидаемого события. Вернулась непривычно – ничего не сообщила и только из дома уже позвонила, доложилась о прибытии. Приехала она какая-то странная, притихшая, об отдыхе рассказывала скупо. Подруги не стали терзать её вопросами, решили дать отдышаться, а потом раскрутить уже за праздничным столом. Но всё получилось не так.

Накануне торжественного события Светка позвонила Дине и с волнением в голосе попросила разрешения прийти на праздник не одной, а с другом. Вот это номер! Вау! У Светки друг объявился нежданно-негаданно. Конечно, разрешение она получила. Но между двумя другими подругами пошли активные телефонные переговоры и догадки – что бы это всё значило?

Разъяснилось всё просто. Уже на пути к отдыху, в самолёте Светка оказалась рядом со скромным и немногословным, но очень ей понравившимся мужчиной. По приезде на место оказалось, что живут они в одном отеле и вообще имеют очень много общего, даже работают в родственных фирмах. Как выяснилось со временем, это добросердечные начальники решили устроить Светкину личную жизнь, а заодно прибрать к рукам отличного сотрудника из дружественной фирмы. Бесхозным оказался отличный мужик. Ну, можно ли отдать его в чужие руки!? Сам начальник той фирмы – тюфтя, ничего не мог предпринять. А они озаботились и путёвками, и билетами. Надеялись на положительный исход и не напрасно.

Иван оказался на отдыхе отличным спутником и к тому же интересным человеком. Просто он не слишком собой хорош, на супермена не тянет и стеснительный сверх меры. Но Светка его быстро разговорила. И разгорелась у них любовь под южным солнцем, как лесной пожар. Обо всём забыли голубки, спохватились уже в последний день. Светка осознала, что подругам ничего о себе не сообщала, только перед самым отъездом. Ну не до того ей было, разве они не поймут? Поняли, конечно, но это было уже потом, когда всё прояснилось.

А Динин юбилей прошёл в большом волнении по причине Светкиных дел. Подруги не могли найти себе места от любопытства. И вот Светка пришла с Иваном. Рядом с мужчиной она смотрелась очень непривычно – немного отстранённой от них, помолодевшей и посветлевшей. Но пара получилась на удивление удачной. То, что это влюблённые, было видно за версту – от них свет шёл, как от костерка в ночи. Когда прошло первое смущение, и пошёл свободный разговор, оказалось, что Иван отлично вписывается в их женскую компанию. Стало легко и просто. И всем хорошо.

Потом уже Светка пристала к подругам с вопросом, как им понравился её Иван. Дина без колебаний озвучила их общее с Ирочкой мнение – мужчина, сразу видно, положительный, приличный мужчина. Не красавец, конечно, но вполне ничего внешне.

– А зачем мне красавец-то? – удивлённо воззрилась на неё Светка. – Собственный красавец это несчастье для женщины. Все бабы вокруг него вьются, а он любит только себя. К чему мне такая головная боль? Я счастья хочу, девочки. Уж очень долго его ждала. А Иван, он такой… Ну не могу словами сказать, только мне с ним очень хорошо.

Дина смущённо улыбнулась:

– Ты прости меня, подруга, глупость я сморозила. Он, правда, очень симпатичный, и вместе вы смотритесь потрясающе хорошо. Не сердись, а?

– Да не сержусь я, – улыбнулась Светка. – Я сейчас просто не способна сердиться. У нас дело серьёзно закручивается. Он замуж меня зовёт, девочки. А я и хочу, и боюсь. Обожглась уж один раз, страшно теперь. А хочется.

– Ты мне вот что скажи, – строго, своим самым врачебным голосом спросила Дина, – вы в интимной жизни друг другу подходите? Уж не один раз, небось, проверили.

– А как же, – без тени смущения ответила Светка, – проверили, да ещё как. Замечательно всё получается. Просто блеск.

Дина с Ирочкой переглянулись и улыбнулись друг другу.

– Так чего ты сомневаешься? – удивилась Ирочка. – Вы любите друг друга, в постели у вас всё замечательно и тебе будет, кому свои хозяйственные таланты демонстрировать. Боится она, видите ли. Справишься. У него квартира-то есть?

– Есть однокомнатная, но хорошая, – отозвалась Светка.

– Тогда и говорить не чём, – резюмировала дебаты Дина. – Решение принимается положительное. И дай уже ответ своему Ромео, не томи ты его. А мы на свадьбе погуляем. Верно, Ирочка?

– Угу, – засмеялась Ирочка, – ещё как погуляем. Шутка ли, первая свадьба в нашей дружной троице за столько-то лет коллективного целибата. Ты только про нас не забывай в счастье своём семейном.

– Не забуду, никогда я про вас не забуду, девочки, – и Светка вдруг разревелась.

Подруги кинулись её утешать, и вскоре ревели уже все трое, от души, по-взросло-му. Выплакав все слёзы, вытерли глаза, улыбнулись и принялись строить планы будущих событий. Да, жизнь определённо налаживалась.


Светкина свадьба назначена была на первую пятницу июня – опять начальники подсуетились, без них не получилось бы. И началась подготовка. Долго думали, какое платье сделать невесте. Белое – не годится уже. Длинное – не хочется. А нужно нарядное. Долго думали и выбирали. И, наконец, нашли именно то, что нужно. В одном из салонов им попалось платье из жемчужно-серого шёлка, простое и элегантное, но очень нарядное. На Светке сидело великолепно и украшало её удивительно. Туфли подобрали дорогущие, но очень красивые, на изящном каблучке. Светка в этом наряде была ну просто куколка. Она не могла нарадоваться, что подруги ей помогают – сама бы она не справилась.

Ещё нужно было квартиру подготовить. Жить будущие супруги намеревались у Светки – всё же две комнаты не одна, гораздо удобнее будет. А квартиру Ивана решили сдавать. Лишними деньги не будут. Но нужно было перевезти вещи, удобно расставить, подготовить. Работы хватило всем. Так незаметно и пробежало время. Подошёл день свадьбы.



С утра не только невеста, но и обе её подруги не находили себе места от волнения. Всё валилось из рук. Иван звонил и дрожащим голосом спрашивал, всё ли в порядке и когда невесту можно забирать. А тут дым коромыслом. Парикмахер волосы укладывает в невиданно красивую замысловатую причёску, визажист лицо делает. Ну, некогда женщинам. Наконец все приготовления завершились, и невеста спустилась вниз, к ожидавшему её Ивану. Рядом стоял шикарный лимузин. Пусть свадьба без белого платья, но лимузин обязательно – так решила Светка, и так, конечно, и было.

Когда принаряженная и всячески украшенная Светка с шикарным букетом в руках появилась возле подъезда, у Ивана отвисла челюсть, и отнялся язык. Он только смотрел во все глаза на свою суженную и пытался сглотнуть ком в горле. Да, поразила его любимая женщина в самое сердце. Он знал, что она хороша собой, но такой красоты не ожидал. Оба его друга тоже смотрели во все глаза. Но только один из них, Николай, всё косился в сторону Ирочки. Ещё бы. Она красотка хоть куда. Но как такую завоевать? Даже подступиться страшно.

Как прошло само бракосочетание – об этом у всех осталось смутное представление. Волнение не отпускало ни новобрачных, ни подруг невесты. Только когда всё завершилось, отщелкали фотоаппараты, и все снова двинулись к машине, чтобы посетить с обязательным ритуалом модерновый памятник всем влюблённым, участники торжества немного расслабились. А когда приехали в ресторан и увидели накрытые столы, совсем ожили. Голодны были все. Ни Иван, ни три подруги со вчерашнего вечера крошки во рту не имели, не могли есть от волнения. После первого тоста стало совсем легко. Свадьба удалась на славу.

Когда после всех событий отправлялись уже домой, Светка повернулась спиной к собравшимся и, не глядя, бросила назад свой шикарный букет. Несколько развесёлых девиц кинулись его ловить. Но не тут-то было. Букет, как заколдованный, пролетел над их головами и упал прямо в руки Ирочке. Она удивлённо заморгала глазами, потом смущённо улыбнулась. Николай, всё время крутившийся возле неё, расплылся в улыбке.

Молодожёны отправились в своё гнёздышко наслаждаться заслуженным уединением. А две подруги поехали в Динину квартиру. Остаться в одиночестве не могли ни одна, ни другая. Слишком много волнения было в этот день, нужно было его погасить. Они переоделись в домашнее и устроились на диване. Ну, вот и свершилось. Они остались вдвоём. Светка теперь уже не сможет уделять подругам столько времени и внимания, как раньше, это понятно. Но зато она нашла своё счастье, и это радовало. Просидев полночи за разговорами, подруги, наконец, улеглись спать. Завтра можно выспаться, спешить никуда не надо.

Полетели дни. Как ни странно, Светка по-прежнему уделяла внимание подругам, ещё и Ивана к этому приобщила. Молодые время от времени звали их к себе – на рюмку чая, так сказать. И несколько раз к ним в это время заходил и Николай. Он глаз не мог отвести от Ирочки, но когда начинал разговор, заикался и быстро умолкал. Так было и в этот раз. Дина, наблюдая его страдания, подступила к Ивану с допросом, что он за человек. И правду, пожалуйста, только правду и всю правду, требовала она. Иван и не пытался ничего скрывать. Николай – его друг детства. Всегда был верным в дружбе, на него всегда можно было положиться. Звёзд с неба не хватает. Работает программистом на фирме. Начальник его ценит, но сам Николай никуда не рвётся. Живёт один. Был женат, но очень неудачно и больше попыток не делал. Был период, когда он запил, но быстро одумался и взял себя в руки. Вот и всё, пожалуй.

Получив нужную информацию, Дина взяла в оборот Ирочку.

– Скажи-ка мне, дорогая, – начала она, – тебе ведь нравится Николай? Я же вижу, что нравится. И он от тебя глаз не отводит. Но ведёт себя странно, с этим не поспоришь. Я думаю, ты должна его раскрутить на откровенность. Ведь может быть, это именно то, что тебе нужно. Просто жизнь его побила сильно. Иван говорит, что он хороший мужик, только с женой у него были какие-то проблемы большие. Ты поговорила бы с ним.

Ирочка кивнула головой и призадумалась. Минут через сорок она сказала, что ей надо домой и попросила Николая проводить её. Он покраснел, потом побледнел, но послушно отправился выполнять просьбу. Поймал такси и довёз Ирочку до дома, дошёл с ней до подъезда и собрался распрощаться. Но не вышло. Ирочка пригласила его зайти ненадолго. А, оказавшись в своей квартире, усадила его на диван, сама села напротив и приступила к допросу.

– Вы странно ведёте себя по отношению ко мне, Николай, – сказала она, – и я хочу понять, почему, и что вы за человек. Что-то подсказывает мне, что мы можем стать друзьями. Но я хочу знать всё. Поэтому или вы сейчас всё мне рассказываете как на духу, или уходите и мы никогда, слышите, никогда больше не будем общаться. Выбор за вами.

Николай задумался только на минуту. Потом кивнул головой.

– Вы правы, – сказал он, – я готов к исповеди.

Он уселся поудобнее, прикрыл глаза и начал:

– Своего отца я не помню. Он ушёл из семьи, когда я собирался в первый класс, и никогда больше я его не видел, Я жил с мамой и бабушкой. Я очень любил их обеих, и они любили меня. Мне было тепло и уютно с ними, и казалось, что так будет всегда. Но когда я был в десятом классе, умерла бабушка. Для меня это было страшное горе. Мне казалось, что весь мир погрузился в траур, и было больно, когда кто-то смеялся. Я до сих пор помню и люблю её. Она была замечательной, моя бабушка. Она была мне другом даже больше, чем мама. После школы я не сразу продолжил обучение, не прошёл по конкурсу. Отслужил в армии. Вернувшись, поступил-таки в институт радиоэлектроники, куда рвался. Мне казалось, что я могу всё. Учёба шла легко, я отлично успевал, и мне предложили аспирантуру. Но тут случилось второе несчастье в моей жизни – тяжело заболела мама, не просто заболела, а переслала ходить. Мне нужно было зарабатывать деньги и ухаживать за мамой. Аспирантура была забыта. Я пошёл работать туда, где больше платили, и ещё подработки искал. Так продолжалось тринадцать лет. Потом мама умерла, и я остался один в пустой трёхкомнатной квартире. Я продолжал работать на своём прежнем месте и долго приходил в себя. Немного оклемавшись, стал подумывать о более серьёзной работе – надо было приводить в порядок свою жизнь. И тут я случайно познакомился с Людой. Очень миловидная девушка, она сразу взяла меня в оборот. Я и не заметил, как оказался с ней в ЗАГСе. Она перешла жить ко мне, прописалась. А до этого, как я позднее узнал, жила в общежитии, так как была иногородней. Работала она на конфетной фабрике. Люда совсем закружила мне голову своей страстью, и я отдался этим новым ощущениям с головой. Ведь до того я был практически лишён этой стороны жизни – не до того было. Она ластилась ко мне и просила всё новых покупок. Мне снова пришлось крутиться, чтобы приносить в дом деньги. О новой работе я забыл и думать. Я уставал до изнеможения, но все её прихоти удовлетворял, хотя на постельные дела у меня оставалось всё меньше сил. Так продолжалось три года. А потом Людмила заявила мне, что я ей надоел, что я слабак в постели, и она требует развода. Разумеется, с разменом квартиры. Через четыре месяца я оказался снова холостяком и в однокомнатной квартире, хотя благоустроенной и в хорошем месте. И тут я дал слабину – я запил. По-чёрному запил. С работы не вылетел только потому, что давно был на этом месте и мог делать то, чего не умели другие. Начальник прощал мне запои, но в светлый период требовал работу по полной программе. Так продолжалось с полгода. Я отощал, вид имел жуткий, и самочувствие такое же. И один раз ко мне заявился Иван и прочистил мне мозги основательно. Он взял с меня слово, что я возьмусь за ум. А раз я слово дал, то и вынужден был его сдержать. Трудно было очень. Но видно я ещё не совсем пропащий был, выкарабкался. И последние пару лет живу нормальной жизнью. Только для чего живу, не знаю. Люда, уходя, сказала, что я пропащий мужик, и ни с одной женщиной жить уже не смогу. Ехидно так сказала. Я, говорит, до дна тебя выпила, и теперь ты пустой мужик, а я себе настоящего найду. С тем мы и расстались. И я после этого к женщинам даже и не подступался. А когда Вас увидел, потерял покой. Только зачем я Вам такой никудышный? Ну вот, я Вам всё сказал, а теперь пойду и больше беспокоить Вас не буду. Ни к чему это всё, я сам понимаю.

Николай горестно вздохнул и собрался уходить.

– Погодите, – остановила его Ирочка. – Я так понимаю, что Вы на своей жизни крест поставили? А Вам ещё жить и жить. Неужели не хотите стать, наконец, счастливым человеком? Эта стерва, иначе не скажешь, использовала Вас по полной программе, за Ваш счёт жизнь свою устроила, но, как я поняла, никогда не любила. Она, возможно, вообще не знает, что это такое – любовь. А ведь есть она на свете, любовь эта. Хоть на молодожёнов наших посмотрите. Расцвели ведь оба, как ранние розы в саду. Вы вот что. Выбросьте из головы всё, что с этой Людой связано было. Как будто и не встречали её никогда. То, что квартиру сменили, так это даже хорошо – слишком много горя с прежней связано было. В новой Вам легче будет восстановиться. И начинайте себя приводить в порядок. Собой займитесь, работой своей – Вы ведь классный специалист, Иван говорил. Вы ещё подняться высоко можете. А я вам другом буду. Сама в жизни хлебнула немало, понимаю, что к чему. Вы можете мне звонить, когда захочется поговорить. Сходить можем куда-то, чтобы немного отвлечься. Вы сильный, Вы справитесь сами, мне кажется, без психотерапевта. А на худой конец и к его помощи прибегнуть можно, ничего зазорного тут нет. Договорились?

Николай улыбнулся слабой, дрожащей улыбкой. Говорить он не мог, только поцеловал Ирочке руку и ушёл. Через пару дней позвонил – голос стал более твёрдым, уверенным. Сказал, что хорошо обдумал всё, что говорила ему Ирочка, и согласен с ней. Его жизненная позиция – это такая же слабина, как и запой. Он понял это и теперь справится сам, без всякого психотерапевта, особенно если Ирочка ему немного поможет. Она со смехом пообещала свою поддержку, и они договорились сходить в субботу вместе на выставку – в Дом учёных привезли какие-то редкостные экспонаты из древнего мира, стоит посмотреть. С этого начались их встречи. Домой она его пока не приглашала, но они сходили в театр, на концерт, просто гуляли по городу. Благо, было лето – тепло, вечера долгие, цветы вокруг.

Юбилей Ирочки отметили всей компанией в хорошем кафе. Команда-то разрослась. Николай, конечно, был тоже, и ещё три человека с работы её. Хорошо прошёл праздник. Николай принёс потрясающий букет и подарил ей замечательную шкатулку из малахита – под будущие украшения, сказал. А подруги сообща купили ей как раз то, что в шкатулку положить можно, – серьги и подвеску из красивого дымчатого топаза, как раз под её ореховые глаза. Сговорились они что ли? Ирочка была счастлива. Как жила она раньше под маминым диктатом и в условиях жёсткой тирании, теперь и вспоминать не хотелось. Спасибо подругам, что так быстро на ноги её поставили, когда мама уехала к своему Франтишеку, а ей казалось, что жизнь кончена. Жизнь-то только начиналась, правы оказались подруги.

Когда лето уже было на исходе, Николай решился и пригласил Ирочку к себе. Устроил маленький праздник на двоих: цветы, вино на столе, сладости. Он всё же решился – признался Ирочке в любви. И всё случилось, и прошло замечательно. Волновался очень, но когда дебют его успешно состоялся, и он понял, что все его мужские достоинства при нём остались, расчувствовался до слёз и всё благодарил любимую за помощь.

– Это не я, Коля, – ответила она, нежно гладя его по щеке. – Это любовь. Её и благодари.

А когда в середине сентября объявилась по телефону Ираида Семёновна и заявила, что она расстаётся с Франтишеком и возвращается домой, Ирочка даже не очень и огорчилась. Пожалуйста, сказала, это твоё право, только на меня больше не рассчитывай. Сама теперь, мама, сама. Ираида Семёновна была потрясена сверх меры. Как же она справится сама-то? Она ведь не привыкла. Как все, мама, отвечала полностью отбившаяся от рук дочь. Вот что значит оставлять без присмотра своё дитя. И года не прошло, а она вон как заговорила.

Когда Ираида Семёновна вернулась домой, её ждала полная неожиданность. Практически пустая квартира, которую она сама же и опустошила, уезжая в далёкие края за собственным счастьем. Но, главное, в квартире не оказалось ни Ирочкиных вещей, ни самой дочери. Она, конечно, встретила мать, привезла домой. Вместе с ней был какой-то высоченный мужчина, который представился Николаем. Подруги были, разумеется. Одна из них, Света, тоже с мужчиной, представила его мужем своим. Что творится, Господи, что творится! Как же теперь?

Ирочка объяснила матери, что она переехала жить к Николаю, они уж и заявление в ЗАГС подали, свадьба в начале декабря. Холодильник она на первое время заполнила, а дальше уж мама как-нибудь сама справится. Не маленькая ведь. Небось Франтишеку своему готовила, теперь и о себе позаботиться сможет. Тут Ираида Семёновна чуть ли не со слезами призналась, что из-за этой самой готовки она с Франтишеком и рассталась. Ему всё время чего-то вкусненького хотелось, домашнего. А она ведь этого не любит, не хочет она у плиты стоять. А теперь что? Ну, тут ей Ирочка всё и объяснила.

– Я, мама, всю молодость на тебя положила, – сказала. – Ты прости меня, но я жить начала по-настоящему только, когда ты уехала. Я на твоего Франтишека молиться готова была, когда поняла, как можно жить. Спасибо, подруги помогли, на работу хорошую устроили. Теперь вот Коля у меня есть. Мы вполне нормально в его однушке устроились. А ты уж тут сама. Если что, если помочь надо, я здесь, недалеко. Но только помочь при надобности, мама. Всё остальное теперь – сама.

Ну что тут скажешь? Невезение полное у женщины. Думала, что вернётся в привычный рай на всё готовое, а тут такой сюрприз неприятный. Франтишеку звонить и мириться, что ли?


А Дина всё это время в работе была, закопалась по самые уши. Как по волшебству заказы повалили. Там обоснование писать, здесь презентации одна за другой, пациенты косяком пошли. Без продыху работала, но нельзя же к удаче спиной поворачиваться – она и отвернуться может.

В итоге она уже могла позволить себе многое из того, что представлялось несбыточной мечтой. Первое, что позволила, – туристическую поездку за рубеж, разумеется, чтобы Дрезден увидеть. Путёвку взяла самую недорогую, автобусом. Ну и что, что сидеть придётся по многу часов. Даже ночные переезды есть. Зато сколько впечатлений. В программе у неё Чехия – Прага, замок Штернберк, Карловы Вары. И, конечно, Дрезден. На закуску, так сказать. Поездка в середине сентября – отличное время. Ещё зелено и тепло, но жары уже нет. И автобус легче перенести.

Готовилась тщательно. Ведь надо как-то умудриться, чтобы и вещей немного было, и всё необходимое под рукой. Кое-что из спортивной экипировки пришлось купить. Так ведь удобнее, в спортивном. Подруги, конечно, рядом были, что-то советовали, что-то покупали для неё. Так уж у них повелось. Все волновались, чтобы с погодой повезло. Повезло по полной программе, отличная погода всю неделю была.

Уезжала Дина из Львова. Приехала туда рано утром, и ещё экскурсию по городу получила – это предусмотрено в программе. Очень хорошо, она давно хотела Львов посмотреть. Город ей понравился. Вся его многовековая история в камне отпечаталась. Улочки узкие, уютные такие. Фешенебельный центр. А театр! А памятники! А дворики! Времени мало, а то ходила бы и ходила без устали по этому древнему и такому современному городу.

В автобус загрузились ближе к четырём часам. Тут и ехать-то до границы всего ничего, меньше ста километров. Соседка у Дины симпатичная попалась. Женщина-историк. Она прямо завалила Дину информацией об истории города. Ночью пересекли границу с Польшей, утром были уже в Чехии.

Прага Дине понравилась. Красивый город – широкая Влтава, знаменитый Карлов мост, Рыночная площадь, часы с фигурками, старинные кареты для туристов… Всё это хорошо, но сердца почему-то не затронуло. Сердце дрогнуло, когда подъехали к замку Штернберк. Вокруг лес, а на скале высоченной этот замок. И ничего, вроде бы, такого нет в нём, никакой особенной красоты, а душу трогает. Особенно когда с высоты замковой стены на окружающую местность смотрела. И поняла неприступность этого замка по тем временам, когда воевали рыцари между собой отчаянно в попытке захватить побольше и стать побогаче. И ещё поняла Дина со всей очевидностью, что юношеская романтика вовсе не исчезла из её души, а просто спряталась, задавленная житейскими трудностями. Это её порадовало.

Карловы Вары удивили её своей «пряничностью». Есть в старой сказке пряничный домик, а это – пряничный город. Весь такой разноцветный, яркий, праздничный, красивый, как драгоценный камень в оправе из зелёных гор вокруг. Ну, конечно, попробовала здесь знаменитую Бехеровку и не менее знаменитые карловарские вафли, с собой прихватила – друзей угостить. Хорошо здесь, да, красиво. Но покидала она этот сказочный курорт без сожаления. Познакомились – и хорошо.

Зато когда подъезжали к Дрездену, душа пришла в волнение. И чем захвалил её этот древний саксонский город, Флоренция на Эльбе, как говорили раньше? Где читала о нём, что память до сих пор держит впечатление? В каком сне видела?

Автобус подвёз туристов прямо к Театральной площади в центре старого города, где король Йоганн приветствовал их со своего каменного постамента. Дина вышла из автобуса и ахнула. Прямо перед ней было потрясающее здание Дрезденской оперы, музыка в камне, подумалось, а слева возвышалась впечатляющая мощностью и одновременно удивительным изяществом громада Цвингера. Тут бы ходить и ходить, но времени в обрез. Картинная галерея – это обязательно. Ох! Как же здорово! От «Мадонны» Рафаэля оторваться просто невозможно. Такая энергия от этой картины идёт! Подумать только, сколько веков прошло, а она всё держит людей, не отпускает. Вот что значит гений!

А напротив картинной галереи – Рыцарский зал. Дина зашла и обомлела. Вокруг рыцарское снаряжение – латы всех видов, шлемы с плюмажами, оружие – чего тут только нет! А в конце огромного зала две конные статуи в полную величину – два рыцаря, закованные в доспехи и с копьями наперевес, несутся навстречу друг другу на огромных боевых конях, тоже защищённых металлическими нагрудниками, вот-вот схлестнутся в поединке. Так вот как оно было! Дина ходила и ходила по залу, вся погрузившись в прошлые века, о которых столько читала. Увела её за руку соседка, иначе и не вспомнила бы Дина о времени. Погуляли ещё по набережной Эльбы немного, зашли в кафе. Да, хороша саксонская кухня, ничего не скажешь. Вкусно! Пива взяли местного, поели основательно. Ехать-то теперь долго, и поесть неизвестно где и как получится. Жаль было уезжать из Дрездена. Здесь ещё смотреть и смотреть. Но график…

– Я ещё вернусь к тебе, – пообещала Дина прекрасному городу. – Обязательно приеду.

А пока впереди дорога, ночь в автобусе, границы. Зато она увидела то, что хотела. И не напрасно мечтала она об этой поездке. Дина устроилась в кресле поудобнее, подложила под шею маленькую подушечку и приготовилась коротать время. Спать, конечно, не получится – слишком много впечатлений. Но отдохнуть можно.

Когда вернулись во Львов, до отправления её поезда оставалось всего полтора часа. Распрощавшись со спутниками, Дина отправилась на вокзал. Ещё раз полюбовалась его изящной красотой, купила кое-что в дорогу – есть-то хочется. Скорей бы в вагон и чаю горячего. И поспать, вытянувшись во весь рост.

Удобно устроившись на своей нижней полке, Дина поглядывала в окно, где во всю кипела вокзальная суета. Хорошо, что она уже на месте. Зашли двое молодых людей – худющий высокий парень и очаровательная маленькая девушка. То, что у них любовь, видно невооружённым глазом. Они закинули вещи на верхние полки и встали у окна в коридоре, прижимаясь друг к другу. Счастливые, подумала Дина, всё у них впереди. Когда до отхода поезда оставались считанные минуты, в купе вошёл мужчина средних лет. Высокий, одет хорошо, но сердит сверх всякой меры. Кинул элегантную сумку на полку, вынул из внутреннего кармана пиджака мобильный телефон и тут же принялся кого-то распекать.

– Как ты мог, скажи, ну как ты мог? – сердито басил он в трубку. – Сколько раз говорил тебе, чтобы не смел без моего ведома машину брать. Говорил я тебе? Скажи, говорил?

Некто на том конце ниточки, чудесным образом связывающей двух людей независимо от расстояния между ними, видимо, активно оправдывался. Но соседа по купе это не убеждало. Он гремел и гремел что-то грозное, очень сердитое и обещающее массу неприятностей тому, другому. Немного выпустив пар, он, наконец, сообразил, что не один. Смущённо улыбнулся, от чего стал похож на мальчишку, и спохватился.

– Простите мою невежливость, здравствуйте, – сказал он в сторону Дины. – Эти дети кого хочешь до сумасшествия доведут. На три дня всего уехал, а этот недоумок машину взял и ударил её. Девушку ему впечатлить захотелось, видите ли. Не то страшно, что крыло помял – это исправимо, мелочи. Но ведь мог и серьёзно пострадать, и девушку мог травмировать. Что тогда?

Он всё ещё был очень возбуждён известием, настигшим его, по-видимому, при посадке в поезд. Всё ещё нервничал и сердился.

– А сколько недоумку лет? – поинтересовалась Дина. – Сын?

– Сын, – согласился сосед. – Девятнадцать.

– А если парню девятнадцать лет, и он машину нормально водить не научился, то виноват, мне кажется, отец. За все неприятности в нашей жизни всегда отвечает тот, кто старше и кто умнее. Почему сына не учили, коли машина в семье есть? Почему на курсы пойти не заставили? Небось, права-то купили?

Сосед замялся, засмущался даже. Потом подумал немного, прямо взглянул в глаза Дине и твёрдо ответил:

– Критику в свой адрес принимаю. Не в бровь, а в глаз, как говорится, попали. Плохой я отец. Мне всё некогда было. Сперва просто деньги на жизнь зарабатывать надо было, потом карьеру принялся строить, а там и увяз во всех этих делах. А сыну должного внимания не уделял, это верно. Хорошо, что мальчик ещё с пути не сбился. Учится в ВУЗе, справляется нормально, друзья у него приличные ребята. Не без того, чтобы пошуметь да побузить, конечно, но это всё так, мелочи, молодое вино всегда играет. Да, кстати, меня Игорем Николаевичем зовут.

– Диана Анатольевна, – отозвалась Дина. – Но я не очень эти формальности люблю, разве что на работе. А для друзей я просто Дина. Так мне больше нравится.

– Отлично, Дина, – сказал сосед, внимательно посмотрев на неё. – Так и, правда, лучше. Тогда я просто Игорь. Вы меня как будто в молодость вернули. И как это у Вас получилось?

Он улыбнулся, снова взял телефон в руки и набрал номер.

– Ты там не очень убивайся, сын, – сказал в трубку уже гораздо спокойнее. – Плохо, конечно, что это случилось. Ещё хуже, что ты не послушал моих запретов. Но с машиной мы разберёмся, железо всегда выправить можно. Человеческую жизнь не вернёшь, если что. А ты не только своей рисковал, но и жизнью своей девушки. Вот это уже очень скверно. Поэтому разговор на эту тему у нас ещё будет. И ты пойдёшь на курсы вождения. И пока не сдашь экзамен на отлично там и мне, за руль не сядешь, как ни проси. Это моё решение окончательное, и обжалованию не подлежит.

Он послушал, что ему говорил сын, улыбнулся и добавил:

– Нет, не сам, Кирилл, это меня одна умная женщина научила. Так что завтра сразу по приезде и займёмся твоими, вернее нашими общими делами. Суббота ведь завтра. Я на работу не пойду, и ты не мылься никуда. Нам с тобой многое надо обсудить, наверное, исправить кое-что, пока не стало поздно, Кирилл. А девушку свою на вечер пригласи, если хочешь. Познакомлюсь с ней, посмотрю, каков вкус у моего сына. Идёт?

Он засмеялся и отключил телефон.

– Вы, наверное, волшебница, – сказал, – бурю сразу успокоили.

– Нет, – улыбнулась Дина. – Я просто врач-невропатолог. Знаю, что нервы – слишком большая ценность, чтобы их палить понапрасну. Всегда надо думать, прежде всего. Эмоции могут очень далеко завести, если ими разум управлять не будет.

А дальше пошёл у них разговор более свободный. Со случайными попутчиками всегда легко говорить. И темы находятся, и контролировать каждое слово нужды нет. Дина заказала чай, сосед накрыл скатерть-самобранку из пакета, который ему, видимо, в дорогу вручил кто-то заботливый. Чего там только не было. Он пригласил к столу от души, это чувствовалось. Дина не стала отказываться. Зачем? Глупо. Они и молодёжь привлекли – не одной же любовью им питаться. Те оказались голодные, как два уличных щенка. Наелись до отвала и залегли на свои верхние полки, от души поблагодарив соседа за знатное угощение. А взрослые остались возле накрытого стола, изредка пригубливали пластиковый стаканчик с отличным коньяком, закусывали кусочком сыра и вели неторопливую беседу. Как-то само получилось, что Дина рассказала о себе больше, чем собиралась. Сосед тоже был откровенен. И она узнала, что жизнь и у него была не сахар. Рано женился – по большой любви ещё в студенческие годы. Сам-то уж не так и молод был, всё же армия и несколько лет работы за спиной, а она совсем девчонка. Молодая жена испытания трудностями жизни не выдержала, сбежала от него, «забыв» девятимесячного сына. Через полгода он узнал, что она попала в дурную компанию и погибла от передозировки наркотика. Это оказалось настолько сильным шоком, что больше жениться у молодого Игоря желания не было. Он привлёк к уходу за ребёнком одинокую пожилую соседку, которая жила с ними в одной коммуналке. Платил ей, подрабатывая ночами, а женщина не только за ребёнком смотрела, но и еду готовила, стирала – в общем, как родная стала. Когда Игорь встал на ноги и из старой коммуналки перебрался в отличную квартиру, Анна Сергеевна переехала с ними. Так и живёт у них вот уже, считай, восемнадцать лет. Кирилл её бабушкой зовёт – другой у него нет. Вот уж, небось, переживает старушка из-за этой машины. Скрыть свой грех от неё Кирилл, конечно, не смог, куда ему. Она как старая мудрая ворона – всё видит и всё знает. Теперь ещё и её успокаивать придётся. Ну да ладно, всё обойдётся.

Этот ночной разговор, тихий, неторопливый, свободный, был приятен обоим. И когда утром пришло время расставаться, Игорь всё же попросил у Дины номер телефона. Хорошие невропатологи, сказал, на улице не валяются. Она дала, почему нет?

Встретили её всей оравой, то есть все четверо. Все приехали – соскучились. Дина делилась впечатлениями долго и подробно, нагрузила друзей подарками и сувенирами. Хорошо было вернуться домой после такой славной поездки. Выходные пролетели быстро. С понедельника пошла привычная жизнь. Снова поликлиника, по вечерам компьютер. Через две недели новая презентация – три города охватить надо. Всё стало на свои места, и сказочный Дрезден отодвинулся в прошлое. Как и сосед по купе со своими отцовскими переживаниями. Но он о себе забыть не позволил.

Игорь позвонил ближе к концу недели. Сказал, что у него тут праздник образовался, и он приглашает Дину по этому случаю в ресторан. Пусть она скажет адрес и будет готова к семи вечера, он заедет. Дина согласилась. Хотела, было отказаться, но передумала. Человек приятный, почему не попраздновать с ним что-то там для него существенное? Когда наступил час икс, в дверь позвонили, и вошёл Игорь с красивым букетом. Поздоровался и протянул ей цветы.

– Это моя маленькая благодарность за науку, – сказал. – Самая первая и самая маленькая. Вы и, правда, меня во время остановили, заставили подумать вместо того, чтобы напрасно кипятиться. Это пошло на пользу и мне, и Кириллу.

Потом они вышли из подъезда прямо к шикарной машине с водителем.

– Это нашей фирмы машина, не моя, – успокоил её Игорь, поймав неуверенный взгляд женщины на их солидного фирменного монстра. – Моя поменьше и поскромнее.

– Это утешает, – буркнула Дина. Ну не доверяла она людям, разъезжающим на шикарных машинах. Не доверяла, и всё. Насмотрелась на таких за годы практики своей врачебной.

Она немного успокоилась, было, но когда машина остановилась у слишком дорогого, на её взгляд, ресторана, занервничала опять. Войдя в зал и устроившись за столиком, поняла, что гость здесь только один – она сама. Она возмущённо посмотрела на хозяина, но он опередил её недовольную речь.

– В чём дело, не пойму? – спросил тихо. – Что Вам не нравится, Дина? Машина слишком шикарная, ресторан дорогой, да? Ладно, в следующий раз возьму такси и отвезу Вас в студенческое кафе. Идёт?

Дина улыбнулась, представив импозантного Игоря среди студенческой богемы.

– Ладно, проехали, – сказала в ответ. – Не обращайте внимания. У каждого свои скелеты в шкафу и свои тараканы в голове. Я тоже не без них. Просто врачебный опыт сталкивал меня с не слишком приятными людьми из шикарной жизни. Вот я и комплексую слегка.

Дальше пошло легче. Игорь рассказал, что они обмывают его премию за хорошо сделанную работу и будущую поездку в Германию – у них нарисовался контракт с немцами. В начале декабря ему ехать в Мюнхен – все детали контракта на месте проработать надо прежде, чем подписать окончательно. А то и без головы остаться можно, не только без штанов. Он рассмеялся, и разговор перешёл на более приземлённые темы. Игорь рассказал, что Кирилл принял его претензии нормально, согласился, что отец прав. Уже записался на курсы вождения. Девушка у него милая оказалась, зовут Аня, тёзка Анны Сергеевны.

Дина поделилась радостью от встречи с друзьями, рассказала, как им понравились её подарки и впечатления от поездки. Хорошие у неё подруги, надёжные. Теперь уже и их мужчины присоединились к компании – Света летом замуж вышла, у Ирочки свадьба в начале декабря. Она очень рада за подруг.

Заиграла тихая музыка. Игорь пригласил её танцевать. Боже, хорошо-то как! Дина отдалась музыке и плавному ритму танца, растворилась в нём. Давно она не получала такого удовольствия. Потом они снова сидели за столиком, говорили о чём-то лёгком, и обоим было хорошо. Уже собираясь уходить, Игорь сказал, что у него намечается небольшая встреча с друзьями по работе, и он хотел бы пригласить Дину тоже.

– Когда? – спросила она.

– Через десять дней как раз, – ответил Игорь и удивлённо открыл глаза, когда Дина отрицательно покачала головой.

– В этот день никак, – грустно сказала она. – Я как раз в командировке буду, у меня двухдневная презентация в трёх городах. Никак.

Игорь огорчился. Но он понимал, что Дина живёт своей жизнью, и он не вправе пока что вмешиваться в неё. Их отношения только начинаются. А так хотелось познакомить её с коллегами, скорее показать, похвастаться. Ведь Дина очень интересная женщина – и внешне и по содержанию. С такой можно в любом обществе показаться.

После этого выхода в ресторан они встречались ещё несколько раз. Игорь познакомил Дину с Кириллом и Анной Сергеевной. Дело шло к серьёзным отношениям. Но на свадьбе Ирочки он быть не смог – как раз в это время улетал в Мюнхен. Там всё прошло хорошо, договор подписали, и впереди была большая интересная работа.

Дина была огорчена, что не может появиться на торжестве вместе с Игорем – ей хотелось уже познакомить его с подругами и услышать их мнение. Всё случилось немного позже, на дне рождения Светки.

Перед праздником, который намечался в узком кругу дома, Дина позвонила Светке и спросила, не будет ли та возражать, если она, Дина, придёт к ней в гости со своим другом.

– Что, алаверды, подруга? – засмеялась Светка. – Нет, конечно, никаких возражений. Одно только удовольствие и удовлетворение. А то мы все изнываем уже от любопытства.

Когда Дина появилась у друзей об руку с Игорем, все затихли – уж очень пара хорошая получилась, красивая пара. Все перезнакомились между собой, и Игорь вручил Светке красивый букет и коробочку с чем-то интересным. Светка заглянула и ахнула. На бордовом бархате лежал изящный золотой кулон. Она беспомощно зглянула на Дину, потом на Ивана. Игорь перехватил этот взгляд.

– Не надо смущаться, – сказал он. – Это всего лишь маленькая благодарность Вам как Дининой подруге. Вы обе поддерживали её многие годы, и теперь я у вас обеих в долгу. Дина очень дорога мне, я люблю её и именно здесь, в окружении самых близких для неё людей намерен просить её руки.

Он повернулся к Дине. Она смущённо и растерянно улыбнулась. Но тут вмешалась Светка.

– Не о чем говорить, Игорь, – уверенно заявила она. – Мы принимаем Ваше предложение. И первый тост у нас сегодня будет за вас с Диной, за ваше счастливое будущее.

Дина только удивлённо смотрела, как её друзья весело «братаются» с Игорем. Её никто и не спросил. Впрочем, всё и так понятно. Им с Игорем уже трудно вдали друг от друга. И годы счастья терять ни к чему. Когда Игорь подошёл к ней, она открыто и радостно улыбнулась ему. И тогда он поцеловал её впервые – первый раз, на глазах у её друзей и весьма серьёзно. Все зашумели и зааплодировали. Решилась судьба третьей пары.

Когда немного поутихли тосты, гости насытились Светкиными деликатесами, и мужчины затеяли свои умные мужские разговоры, подруги уединились в спальне и принялись выспрашивать у Дины подробности. Интересно всё же. Дина отвечала правду, всё как есть. А как иначе? У них так заведено давно и прочно – только честно, только откровенно. Удовлетворив законное любопытство, подруги немного успокоились. И тогда Дина произнесла маленькую речь:

– А вы помните, девочки, ровно год назад мы отмечали здесь же Светкин юбилей? И горько рыдали над своей неудавшейся жизнью. И думали, что впереди уже нет ничего, кроме климакса. Помните? И тогда появилась маленькая красивая Фея. Она вот здесь на форточке сидела, вся такая нарядная и изящная. Она ведь тогда сказала, что всё хорошее у нас ещё впереди. И вот, смотрите – в течение года столько всего случилось, что и поверить трудно. Всё вышло так, как она сказала. Я считаю, нам надо выпить за неё и сказать ей от души наше дружное «спасибо».

Женщины вышли в гостиную, подошли к столу, наполнили три бокала и на глазах у удивлённых мужчин сдвинули их, подняли глаза вверх, к потолку и дружно сказали:

– За тебя, Фея! И спасибо тебе, огромное спасибо за всё!!!

О кризисе среднего возраста и не только

home | my bookshelf | | О кризисе среднего возраста и не только |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 3
Средний рейтинг 2.7 из 5



Оцените эту книгу