Book: Как построить звездолёт 3



Как построить звездолёт 3

Вахо Глу

Как построить звездолёт 3


* * *

Глава 1 Неожиданно, негадано…


Чёрт! И нужно мне было нырять на спор за этой чёртовой раковиной! И воды наглотался, и в ушах зашумело, и в глазах потемнело…

Очнулся на песке. Думал, вытащили меня товарищи. Ага! Как же! Никого кругом нет! И что мне делать? Они что, в «Скрытую камеру» решили поиграть? Бреду по белому песку, жарко, пить хочется. Ветра нет. Взгляд попал на тень, от меня же падающую на песок.

Что-то в ней неправильно! А вот, что? Пытаюсь понять, но мозги плохо работают.

Опускаю левую руку в подкатившую морскую волну, и тут взгляд падает на пальцы. Чёрт! Почему они стали такими маленькими? Подношу их к глазам. Точно — рука детская! Наклоняюсь над водой — что тут происходит?!

На меня смотрит незнакомое детское лицо. Для проверки киваю отображению, оно повторяет моё движение. Так, может это мне кажется. И я просто перегрелся на солнце? Щипаю себя и подскакиваю. Нет это не бред! Обмываю лицо рукой и снова смотрю в воду. Опять тоже самое — на меня смотрит пацан лет восьми — десяти. Потому и тень ненормальной показалась — она короче той, к которой я привык.

Осматриваю себя. Так и есть! Непонятно, как я превратился из сорокалетнего мужика в пацана. Фантастику я не люблю и не читаю, максимум, фильмы смотрю, если больше делать нечего. Неужели я переселился в чужое тело?

Чёрт! Что происходит? Ничего не понимаю! Осматриваюсь вокруг. Да, это не побережье Красного моря! Леса там точно не было. Гляжу вдаль…

Небо отдаёт каким-то сиреневым оттенком, вода не голубая или зеленоватая, а серая. Да и дышать слишком легко. Ветра нет, на небосклоне пара розовых облаков. Где я? Что со мной произошло, и главное, как?!

Морская волна выбросила на берег что-то похожее на краба. Осторожно подхожу. Всматриваюсь в этого жителя моря. Панцирь ярко красный с коричневыми обводами, ног с каждой стороны по шесть, клешней две, глаз нет. Но такую чупакабру я никогда не видел. На обычного земного краба… Стоп!

Вот оно! Бегу к деревьям — до них триста метров от кромки моря. Всё, наконец, становится ясным — листья на деревьях не походят на свои земные аналоги. Они похожи на усеченные конусы, и цвет их не зелёный, а пятнистый. Часть их поверхности синяя, а остальная площадь занята жёлтыми пятнами самой разнообразной формы. На голову мне что-то падает сверху, и отскакивает на песок перед ногами. Поднимаю круглый плод. Он внешне похож на головку чеснока, только цвет фиолетовый. И что мне теперь делать? До ночи я ещё сомневался. Не может быть, чтобы так просто возможно было попасть на другую планету. Неужели, и вправду существуют какие-то стихийные порталы, как я ооднажды слышал в передаче по РЕН ТВ, и я провалился в один из них?

Пока ничего не понятно. А вдруг я всё ещё на Земле, но в таком месте, где никогда не был и не знал, что оно существует. Я тешил себя этой мыслью, сидя на песке до тех пор, пока не начало темнеть. Но потом, когда взошли незнакомые звёзды, и из-за горизонта показалась вначале одна, очень крупная луна, а примерно через два часа появилась ещё одна, только в четверть размера первой, я уже не сомневался, что со мной случилось что-то невероятное. Заснул я, сидя на песке, прислонившись спиной к стволу дерева.

— Вставай, малец! — Меня активно трясли за плечи. Нехотя открыл глаза. Передо мной стоял мужчина в чём-то напоминающем высотный костюм лётчика-истребителя.

— А вы кто?

— Кто, кто — спасатель. Маяк вашей яхты работает до сих пор.

— К..какой яхты? — Удивился я. У меня на Земле не то, что яхты, даже автомашины собственной не было.

— Как какой? Не помнишь? Маму с папой опознать сможешь?

— Линг, ты совсем очумел? У ребёнка спрашиваешь, сможет ли он опознать трупы родителей? — Передо мной появился ещё один, точно так же одетый человек. Тут я осознал, что разговор идёт на каком-то языке, которого раньше я не слышал. Но главное, я всё понимал, и сам говорил на нём!

— Меня зовут спасатель Кранг! — Представился второй мужчина. — А своё имя ты помнишь?

Я отрицательно покачал головой. Если тут есть какая-то яхта и «мои» мама и папа, то лучше пока притворится ребёнком, которому отшибло память. Не скажу же этим мужикам, что меня зовут Игорем Васильевичем. Не понимаю, за кого они меня принимают. Пусть лучше кто-то другой опознает меня.

— Пошли, малец! Далеко же ты от яхты ушёл. — Спасатели повели меня по берегу. Примерно через три километра мы подошли к похожему на огромное яйцо крупному аппарату, который на половину ушёл в песок. С одной стороны в его корпусе была большая дыра. Сзади я ясно увидел какие-то дюзы и торчащие во все стороны непонятные штыри. Вокруг этого яйца копошились неизвестные аппараты с большим количеством ног и манипуляторов. Они начали откапывать эту яхту (что это именно она, я понял по разговору спасателей). Аппарат был примерно метров пятьдесят длиной и диаметром метров десять. В воздухе, чуть поодаль от аварийной яхты, висел дискообразный аппарат. От него к яхте шёл светящийся на воздухе луч. Он упирался в конец стоящего торчком корабля. Пока шли эти работы, я думал, куда я попал.

Это не моё время и не Земля. Тут есть космические корабли, непонятные механизмы. Значит, я в космосе. Язык тут явно не похож на те, к которым я привык на своей планете. Но спасатели меня приняли за кого-то из аборигенов. Очевидно, я похож на мальчика, который тоже летел в этой яйцеобразной яхте вместе с родителями. Что-то произошло, и они упали на планету и погибли. Скорее всего, погиб и мальчик. А я в это время попал в блуждающий портал на Земле. И моё сознание перебросило в освободившееся тело этого пацана. То есть, я там, на Земле, тоже погиб, нырнув за раковиной. В итоге — моё сознание землянина двадцать первого века попало в тело погибшего мальчишки из неизвестной мне космической цивилизации.

Придётся пока имитировать потерю памяти. Я тут ничего не знаю и не понимаю. Надо встраиваться в местную жизнь. Фактически, я теперь ребёнок. Придётся вновь, учится в школе, если они тут есть. Меня самого удивило моё спокойствие, с котором я мысленно раскладывал по полкам то, что со мной случилось, и как себя вести в дальнейшем. Хотя чему удивляться? Я же руководил на Земле компанией, где привык принимать трудные решения и прорабатывать стратегию действий до мелочей. Хоть я и в чужом теле, но знание моё никуда не делось, и умения остались. Правда, не желательно, светить мои возможности перед аборигенами. Для них я — ребёнок, вот и будем вести себя соответственно. Правда, удивляет то, что я не потерял хотя бы части собственного сознания. Мозг то у ребёнка меньше, чем у взрослого человека. Хотя, это ведь другая цивилизация, может они намного умнее нас уже с детства?

Прилетел второй диск. Приземлился. Теперь ко мне направилась какая-то женщина. Лет ей не больше тридцати, приятной наружности, волосы длинные, бёдра широкие. Но при её росте это даже элегантно смотрится. Глаза карие, губы пухлые, грудь приблизительно третий номер. Одета женщина в такой же комбинезон, как и другие спасатели. По взгляду, которые она бросает на парней и меня, делаю вывод, что этот или медработник или психолог. Она подходит ко мне и спрашивает:

— Как тебя зовут?

— Не помню, я спал, а проснулся уже там, на песке. Как попал туда, тоже не помню.

— Странно! Хотя всё бывает…

— Можете мне не верить. Но я даже как выглядят мама и папа, вспомнить не могу! — С надрывом в голосе говорю этой женщине.

— Хм… Амнезия? Проверим! — Она достаёт какой-то прибор и наведя мне на голову что-то отдалённо похожее на микрофон. Стала читать непонятные мне показания с экрана, который зажёгся прямо в воздухе перед её глазами.

Что такое, голограмма, знаю, правда, «в живую», я её никогда не видел. Врачиха что-то прочитала на своём экране и наконец сказала:

— Понятно! Шоковая амнезия.

— А она лечится? — Спрашиваю у врачихи.

— Нет! Всё постепенно само восстановится. Кстати, за тобой на станцию прилетела твоя бабушка. Пойдём со мной, я доставлю тебя родственнице.

Мы прошли к диску. Открылась дверь. И женщина шагнула внутрь. Я последовал за ней. По короткому коридору мы прошли в помещение, которое я бы назвал рубкой. Там вдоль стены стоял пульт с множеством кнопок, над ним висел монитор, похожий на ЛЕД телевизор, а рядом с пультом управления стояло три странных кресла.

— Садись рядом! — Сказала врач, плюхнувшись на центральное место. Я последовал её примеру. Кресло было мягким. Оно обволокло моё тело так, что я не чувствовал никакого дискомфорта. Женщина деловито защёлкала кнопками на пульте. Зажёгся экран. И я увидел, как берег и море, уходят вниз. Никакого ускорения я не почувствовал. Было такое впечатление, что я сижу у себя дома и смотрю телевизор. Подъём убыстрялся. Показались звёзды и чёрное небо. Да, такой техники точно не было на той Земле, откуда я попал в этот фантастический мир.

— Через двадцать минут прилетим на станцию. — Сообщила мне врач.

Ладно, надо подумать, как вести себя с «бабушкой», которую я увижу впервые в жизни. Чёрт, что со мной? Голова неожиданно потяжелела, перед глазами возникли круги красного и чёрного цвета, в ушах стоял непонятный свист. Неожиданно в мозгах начали появляться какие-то знаки, похожие на китайские иероглифы, посыпались одна за другой картинки непонятного значения, а потом сильная боль вогнала меня в беспамятство…

Очнулся я от неприятного запаха. Надо мной склонилась врачиха, которая держала в руках что-то вроде шприца.

— Ну, как ты? — В её голосе чувствовалась тревога. — Хорошо, глаза быстро открыл. Ты меня слышишь?

— Да! — Просипел в ответ.

— Пришлось корабль остановить. Интересно, почему тебе плохо стало?

— Не знаю! — Уже нормальным голосом отвечаю женщине. — Какие-то знаки мерещились, картинки шли одна за другой…

— Уф! И напугал ты меня! Это синдром Палаца — к тебе возвращается память. Правда, такая форма восстановления данных очень редка. Ладно, продолжим полёт, а то твоя бабушка нас там, наверное, заждалась.

Женщина села в кресло, и через минут пять я увидал на экране шар, который постоянно увеличивался. Я разглядел надпись6 «Станция Лир-12». И тут до меня дошло! Надпись была выполнена теми «китайскими» иероглифами, которые зажигались у меня в мозгу. Значит, часть памяти пацана частично осталась.

Попытаемся вызвать образ бабушки…

Так, женщина, на вид лет сорок пять, волосы чёрные, зачёсаны назад, небольшая коса. Взгляд строгий. Скулы немного выдаются наружу. Губы прямые и тонкие. Кожа отчасти смуглая…

Ладно. Попытаемся вспомнить лицо матери, а то спасатели говорили об опознании…

Похожа она лицом на бабушку, но волосы распущенные, глаза зелёные, губы тоже тонкие и прямые…

Теперь отец. Лысый мужчина, лет под тридцать. Глаза круглые, синего цвета, уголки губ опущены, щёки круглые…

Всё, больше ничего не вспоминается. А если я попытаюсь найти остатки сознания пацана? Попробовал обнаружить что-либо в своём сознании, но безуспешно. Есть только образы родичей, каких-то школьников, очевидно, одноклассников, и то весьма размытые. Есть картинки какого-то городка в пустынной местности. Некоторая часть знаний, например, алфавит аборигенов, есть полностью. Дальше отрывочные сведения из истории… и всё!

— Челнок «Дениза», следуйте к шлюзу номер семь. — Вывел меня из раздумий голос мужчины.

— О! Диспетчер подключился. — Обрадовалась врачиха. — Следую указанным вами курсом! На экране была видна огромная стена станции. Кораблик летел вдоль неё ещё минут десять, пока я не увидел выходящий из стены цилиндрический отросток. На нём было закреплено какое-то устройство, похожее на стыковочный порт, который земляне привыкли видеть в репортажах из космоса, при подлёте кораблей к станции «Мир». Саму стыковку я не ощутил, настолько всё было сделано плавно.

— Пошли, выходим, сейчас и люки шлюза откроются. — Поднялась с кресла моя сопровождающая. Вышли мы из челнока, минуту постояли в шлюзе станции, а потом, когда открылся внутренний люк, прошествовали в коридор. Он выходил на широкую площадку, где стояло несколько аппаратов, похожих на реактивные истребители. Вокруг них копошились люди. Наверное, это техники. Женщина провела меня к противоположной стене, а тут были лифты. Мы залезли в подъехавшую кабинку, и спустились на три этажа вниз — я следил за надписями на экране, установленном на стене кабины. Дверь открылась, и мы вышли. Нас встречала «бабушка». Увидев меня, она всплеснула руками и произнесла:

— Игон, иди сюда, я вас уже два часа жду!

— Извините, Ветана, но у вашего внука была шоковая амнезия. Затем, уже в полёте, ему стало плохо, но это из-за информации. которая вернулась в его мозг. Вроде, он частично что-то вспомнил. Не беспокойтесь, через неделю он придёт в норму.

«Бабушка» тревожно посмотрела на меня, прижала к себе. поцеловала, причитая:

— Один ты у меня остался, внучек!

Мне стало жаль эту женщину. Хоть я и не виноват в смерти её близких, но теперь я занял место её, по всей видимости, любимого внука. Что же, придётся побыть им, чтобы вписаться в этот непонятный для меня мир. Сопровождающая извинилась перед нами и ушла куда-то по вызову, оставив бабушке пару советов:

— Не пугайтесь, Игон может чего-то самого простого в первую неделю не вспомнить. Постарайтесь отвечать на его вопросы, тогда амнезия быстрее пройдёт. Ребёнку это поможет быстрее вписаться в быт.

— Хорошо!

— И ещё! Он не помнит момента аварии, так как спал. Надеюсь, он сможет опознать мать и отца, когда яхту доставят на станцию. Загрузите ребёнка физически недели две, но не перегружайте. Это поможет ребёнку восстановить навыки — мышечная память быстро приведёт тело в порядок, и скорее всего, поможет в восстановлении мыслительных способностей и памяти. А теперь, до свидания, работа…

— Спасибо! До свидания!

Бабушка потащила меня по коридору внутрь станции. Пока мы шли. я подвёл итог тому. что со мной произошло.

Очевидно, нырнув за раковиной на берегу Красного моря я утонул, но тело случайно попало в какой-то стихийный портал, который унёс моё, ещё живое сознание, в другой мир. Одновременно произошло крушение космической яхты родителей Игона (хорошо, не надо будет привыкать к другому имени — от Игоря до Игона всего один шаг!). Все погибли, но тело ребёнка, непонятно как, оказалось на берегу, оно не пострадало, и моё сознание «решило» залезть в него. В результате, я стал инопланетным школьником с мозгами земного бизнесмена. Надо постараться узнать побольше об этом мире и построить свою стратегию выживания на основе полученных данных. Не думаю, что я смогу вернуться назад. Стихийные порталы по желанию не появляются, и нет никакой уверенности, что даже попав в такой телепорт, я смогу попасть туда, куда хочу. Это не факт, а моя теория, так что можно её не учитывать.

Пока надо выяснить, что тут за система образования. Попытаюсь окончить школу, всё равно, ничего другого не остаётся. Жильё, как видно, у меня будет. Наверное, у бабушки Ветаны жить буду. Хотя, чёрт их знает, этих инопланетян. Может у них дети в школах-интернатах учатся? Ладно, узнаем! Надо посмотреть, что тут люди после окончания школы делают. Может надо обязательно какой-нибудь инопланетный институт кончать? Эх, информации нет. Попытаюсь узнать, чем они тут вообще живут, и как у них бизнес устроен. Хотя рано, мал я ещё… Но лучше заранее быть готовым к неожиданностям, чем потом реагировать на уже произошедшие события.

Пока я думал, мы прошли длинный коридор, а потом повернули к площадке с лифтами. Опять смотрю на экран в кабинке. Теперь мы поднимаемся на шесть этажей вверх. Очевидно, там находятся жилые помещения. По крайней мере, я так думаю…




Глава 2 Бабушка и её решение


Бабушка меня повела от лифта в боковой коридор. Через двадцать метров мы остановились перед шестиугольной дверью. Ветана приложила руку к её поверхности, и проход открылся. Я зашёл в помещение вслед за бабушкой. Комнат было три. Обстановка спартанская. Никаких диванов, обоев и декоративных излишеств. Всё функционально и просто. На стене, противоположной входу, установлен большой монитор. Рядом с ним — стол с креслом. Оно может при нажатии определённой кнопки, превращаться в кровать. В другой комнате находится два экрана и два кресла. Третья комната — санузел и кухня. Водоснабжение централизованное, так же, как и подача электроэнергии. В санузле стоит ванна, унитаз, отдельная душевая кабина. Кухня состоит из двух частей:

в первом блоке:

— холодильник с натуральной едой (очень дорогая она в космосе),

— электропечь,

— стол для разделки продуктов,

— смеситель с холодной и горячей водой, установленный над металлической раковиной,

— поглотитель и преобразователь мусора.

Во втором блоке:

— синтезатор пищи (использует специальные картриджи),

— лекарственный блок.

Это всё я узнал после. А пока бабушка указала мне на пустое кресло. Я молча сел. Послушаю, что она скажет. Ветана стала ходить из угла в угол, и, посматривая на меня, сказала:

— Так, Иг, у твоих родителей не осталось никаких накоплений. Того, что зарабатываю я, хватает только на одного человека. Да и работаю я на научной станции в конце этой системы. Хоть я и твоя бабушка, но смотреть за тобой я не смогу. Если я уйду с работы, то мне, как опекуну, дадут на тебя половину моей зарплаты, а это нам двоим не хватит. Школа ведь платная, и отдавать туда половину имеющихся денег я не намерена.

Но учиться ты должен, поэтому я напишу заявление, что согласна на перевод тебя в интернат на станции. Тогда ты будешь на государственном обеспечении, как потерявший родителей ребёнок. Правда, тебе придётся распрощаться с мыслью об окончании ВУЗа. Но лучше, как только ты перейдёшь в Старшую школу, сразу тебе пойти на отделение с рабочим профилем. Тогда ты сможешь на законных основаниях работать с четырнадцати лет. К сожалению, яхта твоих родителей ремонту не подлежит. Мне об этом уже сообщили, пока я ждала вашего прилёта.

Бабушка внимательно посмотрела на меня. Придётся действовать пока по её плану. Я тут ничего не знаю. Но надо попытаться получить нужную информацию. Наверное, здесь есть что-то подобное земному Интернету. Сейчас спросим:

— Мне нужна информация, бабушка. У нас есть такое устройство?

— Ты что, забыл, что у тебя есть планшет?

— У меня же амнезия! Я и как им пользоваться, тоже не помню!

Бабушка подозрительно посмотрела на меня, потом вздохнула:

— Совсем забыла, ведь мне доктор говорила об этом…

Она зашла во вторую комнату, приложила руку к одной из стен. Открылась ниша. Там лежала плоская коробка. Бабушка принесла мне его. Размеры этого девайса были примерно тридцать на двадцать и на три сантиметра. Ветана подошла ко мне, положила этот аппарат на стол и сказала:

— Приложи руку.

Я выполнил просьбу. Над плоскостью аппарата появился экран, висящий в воздухе. Затем он осветился. Появилась надпись:

«КвантоНет приветствует своего потребителя. Здравствуй, Игон Тирт».

Так, фамилия моя мне теперь тоже известна! Я вопросительно посмотрел на бабушку.

— Что, и это не помнишь, что у нас уже десятый год квантовые приёмники и передатчики? Сам же месяц назад выбирал в каталоге квантовый вычислитель для какого-то устройства. Правда, узнав цену, сразу отказался.

— Не помню, бабушка!

— Ладно, я тебе популярно разъясню, как работать на планшете. Например, хочешь узнать, какие устройства применяются для связи. Прямо говоришь: современные устройства передачи и переработки информации. Вот, смотри! Уже пошёл текст…

Я посмотрел на экран. Там было написано:

«После изобретения радио и появления электронно-вычислительных устройств (ЭБВ), следующий виток эволюции систем связи и обработки информации произошёл после появления планетарной Сети и первых искинов. Но скорость обработки и передачи сигнала не могла превышать скорости распространения электромагнитной волны. Это тормозило развитие космических средств навигации и связи. После появления исследований в области квантовой механики началось бурное развитие квантовой связи. Наличие „странного“ кванта, который может одновременно присутствовать в любом объёме пространства, которое мы знаем под названием Вселенная, позволило организовать стабильную мгновенную связь с любым космическим кораблём, где бы он ни находился. Но перед появлением этой революционной техники пришлось осмыслить заново, что такое пространство. Были созданы вычислители, которые смогли выйти на уровень работы человеческого мозга. Это были первые образцы квантовых искинов, имеющих собственные личности. С их помощью и осуществляется сверхсвязь на квантовом уровне. Эти квантовые искины водят корабли в слоях подпространства, где человеку сложно контролировать полёт…»

Физику я знаю слабо, но из текста, прочитанного с экрана, понял, что местные корабли могут связаться друг с другом и с планетами практически мгновенно. На самих планетах используется квазиквантоваая связь, которая не подвержена помехам. Тут нет никаких хакеров или программ — вирусов. Квантово-электронные искины самостоятельно отсеивают ложные сигналы, у них на это хватает «мозгов». Очень хорошо!

Правда, реальность оказалась немного другой. Корабли могли связываться мгновенно друг с другом только в одной системе или через несколько систем, используя ретрансляторы КвантоНета. Если звездолёт находился за ареалом действия ретрансляционных станций, то он мог связаться на расстоянии одной двух систем с ближайшим ретранслятором. Правда, это касалось только малых и средних кораблей. А большие звездолёты могли послать квантовый сигнал до ближайшего ретранслятора с расстояния в десять систем.

А со специальными планетарными или станционными узлами связи типа «Квантон» большие корабли могли связываться с расстояния в триста световых лет, а малые и средние корабли — только с дистанции в пять — десять световых лет. Кстати, двигались между звёздами все космические аппараты этого мира с помощью квантового прорывателя пространства. Стартовать можно было с любой точки космоса, кроме поверхности планет. Малые корабли прыгали на одну — две системы, средние — на пять, крупные — на десять — пятнадцать. В системе любой звезды аборигены летали на квантовом прыгуне. Он проходил сто миллионов километров за минуту. Я подсчитал, что от Земли до Плутона такой движок мог доставить экспедицию за час. Садились на планеты с помощью электрических плазменных двигателей, окружая корпуса кораблей электромагнитным экраном, создающим плазменный щит. Всё это я узнал уже в школе из учебников.

Могут спросить, а как тут с рекламой в КвантоНете? Для неё существует специальный биржевой сайт. Поэтому нет никаких надоедливых вставок, всплывающих реклам и подобной шелухи. Значит, тут всё завязано на эту самую квантовую механику. Ну, я пока ребёнок, значит потребитель. Не обязательно знать сантехнику, чтобы пользоваться горячей и холодной водой, так и с КвантоНетом. С этим вопрос решили. Главное, тут не надо никаких е-мэйлов, паролей и прочей чепухи, как это было в земном Интернете. Все квантовые устройства сами себя идентифицируют в сети. Как? Я не знаю.

Между тем бабушка, продемонстрировав мне работу КвантоНета, и убедившись, что я кончил чтение текста, сказала:

— Я думаю, что тебе не понадобится эта жилая ячейка. За неё ведь тоже надо платить. Если она была бы нашей собственностью, тогда можно было бы её сдавать, получая небольшой доход. Но, чего нет, того нет! В интернате тебя поселят в кубрик на четверых. Фактически, это не комната, а ангар с выходом в космос… Я сама училась в интернате, а с тех времён ничего к лучшему в этой системе не изменилось. Ангар довольно большой:

— длина — двести метров,

— ширина — сто метров,

— высота — восемьдесят метров.

— Ого — Изумился я. — И это называется кубриком?

— Да, так повелось, даже не знаю, с каких времён. Но там есть и тепло и горячая вода, и электричество. Тебе дадут талоны, и ты будешь кушать в столовой. Конечно, натуральной еды тебе не видать, как своих ушей, но посмотри на меня, Иг. Разве я плохо выгляжу?

— Нет, бабушка, нормально выглядишь!

— А я большую часть жизни ем пищу с синтезатора!

— Не надо меня уговаривать, я не маленький! Значит, ячейку сдаём, пишем заявление, я перехожу в интернат, а ты улетаешь к себе на научную станцию.

— Да, все правильно! Переговариваться будем через скарм. Что, опять не помнишь? Это планшет твой так называется. Бери его с собой. Здесь, в ячейке, всё равно, больше ничего нет.

Последующие двадцать часов прошли в хлопотах. Всё делала Ветана, а я просто присутствовал. Наконец, держа под мышкой скарм, я, под конвоем бабушки, зашёл в дверь с надписью: «Школа-интернат № 24».

Нас встретил мужчина в комбинезоне зелёного цвета. Это был директор. Мы прошли в его кабинет.

— Садитесь! — Он указал на стоящие у стены стулья. Мы сели.

— Итак. Документы ваши наш школьный искин принял. Вот, возьми Игон, это талоны на питание. Столовая автоматическая. Подходишь к стене с надписью «Еда», там есть специальная щель. Кидаешь туда талон. Зажжется экран. Ты подчеркнёшь специальным стилусом, то. что хочешь съесть — выбираешь из меню, которое написано в алфавитном порядке на экране. На стандартный месяц тут двести талонов (длительность местного месяца тут равна сорока дням). Можешь есть, сколько хочешь, и израсходовать все талоны за одни сутки. Просто потом будешь голодным ходить. С этим всё ясно? Хорошо. Учится тебе в Младшей школе ещё один год (по документам оказалась, что мне десять лет). Потом сдашь тесты, перейдёшь в Старшую школу. По учёбе будем спрашивать строго. Поэтому советую не лениться. Жить будешь в кубрике номер шестьдесят. Учиться начнёшь в группе сто семьдесят два. Всё понятно?

— Да!

— Иди, тебя проводит дежурный!

Бабушка посмотрела на меня и сказала:

— Мы с тобой уже обо всём договорились. Я улетаю через два часа!

— Да, бабушка.

Мы вышли. Я пошёл за высоким худым парнем, одетым в жёлтый комбинезон. Кстати, на мне был такой же девайс — его мне выдали после сдачи бабушкой жилой ячейки. А до этого я ходил в майке и шортах, а на ногах было что-то вроде шлёпанцев.

Идя вслед за дежурным, я подумал, что отсутствие рядом родственников даст мне больше свободы в принятии решений. Надо будет попытаться через КвантоНет ознакомиться с местными законами. Поспрашивать, что и как тут делает народ, чем живёт. Немного напрягает необходимость контачить с местными детьми. Я даже ведь не представляю, какие у них интересы, заморочки. Да и, если есть тут такое явление, как молодёжный слэнг, я ведь в нём буду ни в зуб ногой!

— Тебе сюда! — Дежурный показал на обшарпанную дверь, на которой кривыми местными иероглифами было выведено: «Кубрик № 60». Он постучал кулаком в неё и крикнул:

— Пальк или кто там, на месте, открывайте, к вам новенького добавили!

За дверью завозились, а потом она медленно открылась. В проёме стоял мальчик, которому можно было дать лет пятнадцать. Он тоже был одет в жёлтый комбинезон. Лицо у него было худое, со слегка впалыми щеками. Нос был ровный и длинный, глаза широко расставлены. Уши у него торчали, как локаторы. Одна губа была разбита и опухла. Вьющиеся волосы придавали ему немного комичный вид.

— Пальк, вот этот новичок, зовут его Игон…

— Можно просто, Иг! — Я прошёл внутрь. Дежурный ушёл. А Пальк закрыл дверь.

— Можешь лечь, где хочешь. Места тут навалом.

Я оглядел ангар. Да, огромное помещение. А вот двери шлюзовой в космос тут нет. Спросил у Палька.

— Там воздушный двойной шлюз и ещё силовые лучи. Так что, в космос выпасть практически нереально.

— Это хорошо! — Я пошёл к той стене ангара, где никого не было. Несмотря на большой объём помещения, внутри было тепло. Я посмотрел на спящих «сотоварищей». Один спал в каком-то пластиковом ящике, у второго было кресло из жилой ячейки. Пальк спал в гамаке. И это интернат?

Я увидал что-то вроде плиты из какого-то неметаллического материала, которая лежала в одном из углов ангаре. Подошёл, пощупал. Вроде мягкая и тёплая. Материал незнакомый. Ладно, лягу спать на эту плиту. Интересно, почему аборигены на ней не спят? Завтра спрошу. Достал свой скарм, положил рядом. А сам примостился на плите. Заснул быстро.

Проснулся часа через три. Взглянул на экран скарма, включив аппарат в розетку на стене ангара — шнур у него был длиною метров шесть. Пока батарея заряжалась, прочитал пару статей закона о правах школьников. В общем, уголовная ответственность в этом мире наступала с десяти лет, работать я мог начать с двенадцати, а нес четырнадцати, как говорила Ветана, за не успевание по предметам школьник мог отправиться в школу низшего уровня. Фактически, это не давало ему возможности продвинуться дальше профессии ассенизатора, каким бы он умным не был. Батарея скарма быстро зарядилась под завязку. Теперь он мог проработать под полной нагрузкой двадцать четыре часа, занятия начнутся утром. В пока три ночи. Я встал. Освещение здесь никогда не выключалось. Значит, что я имею на этот момент:


— бабка от меня фактически отказалась, спихнув и школу-интернат,

— денег у меня нет, от родителей кроме скарма ничего не досталось,

— никого и ничего я в школе пока не знаю,

— как вести себя с детьми-аборигенами, не представляю.


Грустно. Но ничего поделать не могу. От меня пока фактически ничего не зависит, плыву по течению. Делать нечего. Пока осмотрю ангар.

В противоположном углу стоял ящик, который я заметил только сейчас. Пошёл посмотреть, что там такое. Внутри лежал похожий на паука робот. Я приложил к нему руку — здесь практически вся техника приводилась в рабочее состояние прикосновением ладони. Робот медленно приподнялся на своих ногах, которых я насчитал шесть, а затем поднял свои четыре манипулятора. Но до конца эту операцию завершить он не смог — его «клешни» застряли на полпути в точке максимально подъёма. Тоже самое произошло и с его ногами — они застряли в разных положениях. Интересно, я что-нибудь пойму в конструкции этого аппарата?

Начал искать марку изделия. Нашёл на внутренней части одного манипулятора. Называлось это устройство «Дроид-7». Я решил посмотреть по скарму всё про этого робота. Сделал запрос. Мне сразу на экран вывелись данные этого дроида, его полная механическая, электрическая и электронная схема, указаны были точки смазки. Я прочитал список возможных неисправностей. Судя по поведению дроида, в его механические узлы попала грязь. Надо попытаться его очистить. Нашёл статью о разборке дроида. Но инструментов у меня не было. Поэтому я отложил ремонт на другое время. Опять лёг. В восемь часов надо вставать, идти в столовую. Потом, в девять, найду группу сто семьдесят два. И пойду учиться…

Без десяти восемь прозвенел звонок — я настроил скарм на функцию будильника. Ребята вскочили со своих спальных мест, как ужаленные. Они непонимающе вертели головами, пытаясь понять, что тут звенело. Пальк первый увидел у меня скарм.

— Ни фига себе. Откуда у тебя такой планшет. А Иг?

— Какой ещё Иг? — Недовольно забурчали двое остальных.

— А вот он, новенький! — Пальк указал на меня. — Тебя в какую группу определили?

— В сто семьдесят вторую.

— Значит, идёшь с нами!

Ребята по очереди подошли к одной из панелей на стене ангара. Там Пальк прикосновением ладони открыл вход в санузел. Все оправились и помылись. Я это сделал последним. Температура воды регулировалась подачей звуковой команды. например:

— Дать струю с температурой в сорок градусов.

Унитаз и прочая сантехника автоматически смывали грязь и отходы специальным раствором, который не имел запаха. Человек использовал для подтирания пятой точки не бумагу. а дезодорант. который практически мгновенно уничтожал грязь, очищал кожу до блеска. Вместо мыла применялся состав наподобие земной шампуни. Но чистил он кожные покровы очень хорошо.

— Вперёд, бежим в столовую! — Первым выскочил из дверей ангара Пальк, за ним остальные двое, а последним вышел я. С других ангаров тоже выползали заспанные мальчишки и девчонки. Все двигались в сторону точки местного общепита. Я подошёл к месту, где скапливались школьники Это был ангар в три раза больше по размерам, чем наш. Две стены ангара были украшены десятками надписей «Еда». Успел подойти к самой крайней, около воздушного шлюза. Выбрал и стилусом подчеркнул блюдо под названием «Хонх». Фактически. Это котлета с жареной картошкой. Вкус немного необычный. Да и цвет странный для землянина — картофель почему то чёрный, а котлета — белая, с красными точками. Поел быстро. Посмотрел, что школьники делают с пластиковым контейнером, в котором выдаётся блюдо. Дети несли использованную посуду и бросали в квадратное окно, над которым было написано: «Поглотитель отходов». Подошёл, кинул внутрь свой контейнер. Теперь на выход…




Глава 3 Первый день в школе


Группа сто семьдесят два состояла из трёх четвёрок. Это были Пальк со товарищи, которых звали Ниг и Сво, четвёрка из ангара номер шестьдесят два, где жили четыре девочки — Лимина, Савола, Долка, Ракива, и четвёрка из ангара номер сто — две пары братьев и сестёр. Согласно расписанию, мы зашли в учебный ангар номер двести три. Там в три ряда стояли двенадцать столов со стульями. Я занял последний стол в конце первого ряда. Посмотрел на других своих одноклассников. Ракива достала скарм и поставила его перед собой. Значит, и мне можно проделать такую же операцию. Сидящий передо мной Ниг повернулся, держа в руках какой-то прибор.

— Ого! Иг, откуда у тебя скарм шестого ранга?

Все ученики повернулись в мою сторону.

— А что тут такого? Вон, у той девочки, Ракивы тоже есть скарм!

— Так у неё он третьего ранга, а у тебя самый современный аппарат. — Объяснил Ниг. — Мой сканер показывает, что работоспособность твоего скарма девяносто шесть процентов. А у неё аппарат уже наполовину сдох!

Ага. понятно! Вот как тут определяют поколение оборудования. Надо будет такую штуку приобрести. Но это потом. Ответим на вопрос детворы:

— Это последний подарок моих родителей. Мы разбились на яхте. Причину не знаю, спал. Даже не всё помню.

— Так это о вашей яхте писали, что в неё попал метеорит?

— Не знаю…

— «Семья Тирт разбилась, когда яхта класса „Звезда“ потерпела катастрофу на планете, упав, на морское побережье Рана. Погибли взрослые члены семьи, а десятилетний Игон Тирт оказался выброшен на берег. У мальчика диагностирована шоковая амнезия. Катастрофа случилась из-за отключения электромагнитного щита на корабле. В беззащитную яхту попал крупный метеорит». — Прочитала Ракива на экране своего скарма.

— Ого! У вас был корабль?! — Заволновались ребята.

— Наверное. Я не помню. Сам увидал яхту только после того, как меня разбудили спасатели. Она наполовину ушла в песок. А что, иметь корабль, это что-то значит?

— Конечно! Если у тебя есть даже самый маленький челнок, то уже можешь заниматься перевозками. А это хороший доход. Большая часть людей с кораблями хорошо живут, а люди на планетах и станциях получают мало. — Ниг вывалил мне на голову всю эту информацию без передышки.

— А дорого стоит самый простой корабль? — Интересуюсь у Нига.

— Задай вопрос своему скарму. И посмотрим! — Ко мне подошёл Пальк и стал за спиной, чтобы видеть экран.

Раз публика требует…

Скарм вывел таблицу.

Челноки:

— первый ранг — 25 000,

— второй ранг — 40 000,

— третий ранг — 60 000,

— четвёртый ранг — 80 000,

— пятый ранг — 100 000,

— шестой ранг — 120 000.


Грузовики малого тоннажа (до 1000 тонн):


— первый ранг — 35 000,

— второй ранг — 55000,

— третий ранг — 70 000,

— четвёртый ранг — 85 000,

— пятый ранг — 100 000,

— шестой ранг — 120 000.


— Дальше можешь не смотреть. — Проинформировал меня Пальк. — Там уже цены раза в три выше. Да и школьникам те корабли не продадут.

— Да, дороговато…

— Это потому что, все корабли в полной комплектации и со сто процентной работоспособностью. Если этот параметр меньше, то и цена уменьшается соответсвенно. Например, ты хочешь челнок пятого ранга, а унего работоспособность при провеске оказалась шестьдесят процентов. Тогда ты вместо ста тысяч заплатишь за него шетьдесят. — Объяснил мне Пальк.

— А откуда ты всё это знаешь?

— Это все знают. Корабли применяют или для перевозки грузов и пассажиров, или для работы шахтёром.

— Интересно, я не помню, какого ранга и класса была наша «Звезда».

— Задай вопрос скарму!

Прочитав текст на экране я узнал, что яхта на самом деле была переделанным фрегатом, который по конверсии продавался на аукционе. Мой отец купил корабль за два миллиона. С него было снято вооружение и вся аппаратура разведки. «Звезда» была фрегатом четвёртого ранга с восемьдесят процентной работоспособностью.

— Тебя ещё не вызывали на опознание? — Спросил Ниг.

— Только пообещали.

— Все вещи, которые находятся в «Звезде», передадут тебе, если они, конечно, не вышли из строя. Когда разбился грузовик наших соседей, так было, поэтому я знаю.

— А себе они не могут их присвоить?

— Нет.

В это время в ангар вошёл мужчина, одетый в зелёный комбинезон. Все ребята побежали на свои места. Мужчина прошёл к отдельно стоящему столу. Сел, достал скарм и начал читать список учеников. Моя фамилия стояла в самом конце.

— Так, у нас новый ученик. Встаньте Игон! В какой школе вы учились перед аварией?

— Я не помню. Бабушка говорила что-то про плату за учение, но номер школы не называла.

— А, понятно! Школа среднего звена. Сейчас посмотрю.

Учитель минуты две что-то нашёптывал своему скарму. Наконец он радостно произнёс:


— Так! Вот, я выяснил, вы были в списках учеников школы номер семь планеты Дилигон!

Все ребята опять повернулись в мою сторону.

— Ни фига себе! — Присвистнул Ниг.

— А что такое? — Мне стало интересно, где это обладатель тела учился, что все так изумлены.

— Игон Тирт. Вы учились в специализированной школе элитного подразделения войск нашего Данианского Союза. Там стоимость годового обучения достигает сорока тысяч! — Произнёс учитель. — Значит, ваши родители занимали соответствующие посты в военной иерархии. Иначе вы бы туда не попали. Ладно, потом сами найдёте в КвантоНете то, о чём временно забыли. А пока, начнём урок.

Это что? Я здесь вроде, как местный мажорик? Мда!


Начался опрос учеников. Они отвечали. Им ставили баллы. Меня в этот день так и спросили. Было всего три урока по тридцать минут с пятиминутными перерывами между ними. Ничего нового я больше не узнал. После занятий мы пошли в столовую. Я взял себе какой-то суп с рыбой. После еды, когда мы шли к себе в ангар, ко мне подскочила дежурная — девчонка с тремя косичками, и попросила пройти вместе с ней к директору.

— Игон Тирт! Сейчас я вас отправлю на опознание тел ваших родителей вместе с одним из учителей. Вы готовы?

— Да!

Сопровождающий провёл меня к лифтам. Затем мы спустились на двадцать этажей, и долго шли по коридору. Наконец, наше путешествие кончилось у двери с надписью «Морг».

Внутри было холодно. Там находились несколько представителей закона. Опознание завершилось быстро. Лица родителей не пострадали. Мать разрезало пополам, а у отца вместо тела было месиво.

Ко мне обратился военный:

— Иг. Ты не помнишь меня?

Я покопался в памяти. Такое лицо было, но вот как зовут этого человека. я не знал. Он вздохнул, отвёл меня в сторону и тихо сказал:

— Я сослуживец твоего отца, Мит Рав. Пока могу тебе сказать одно. Щит на яхте отключился не из-за поломки. Кто-то специально поставил прерыватель в цепи питания защиты. Мы узнаем, кто это сделал. Я тебе сообщу, когда всё станет ясно.

— Значит, нас хотели убить?

— Да! Твоя бабушка тоже предупреждена. Но на яхте тебя не должно было быть. Очевидно, ты забрался на корабль без ведома родителей. Тебя спасло то, что ты не находился в рубке.

После этих слов Рав уже громко произнёс:

— Вот список вещей из яхты, которые удалось достать целыми. — Он протянул мне лист с текстом.

Там было написано:

«После обследования погибшей яхты „Звезда“ были обнаружены следующие предметы:


— набор ручных инструментов пятого ранга,

— универсальный сканер оборудования ручной шестого ранга,

— универсальный корабельный тестер пятого ранга,

— скафандр техника шестого ранга в своей упаковке.

— запасной кавнтовый искин „Тона“.


Все эти предметы имеют работоспособность от восьмидесяти до ста процентов. Согласно сто двадцатой статье закона о наследстве все вещи передаются Игону Тирту, являющемуся наследником погибших владельцев яхты „Звезда“. Ветана Рофт. Бабушка Игона Тирта, отказалась от этих предметов, передав право владения ими своему внуку».

Обратно в школу мы ехали на специальной платформе. Рядом со мной стоял контейнер с наследством родителей. Я решил всё, что узнал сегодня в школе, хорошо обдумать.

Когда в наш ангар дроид. вызванный сопровождающим меня учителем, втащил контейнер, все ребята вскочили на ноги (они сидели на полу), и стали с интересом смотреть, как я вскрываю ящик.

Вначале я достал искин, размотал шнур с вилкой, входящие в комплект, и подключил «Тону» в сеть. Приложил ладонь, и через минуту мы услышали:

— Здравствуй, хозяин! Я искин «Тона».

— Привет! Пока ты находишься в ангаре, и к тебе не подключены различные системы и датчики. Что ты можешь в таком состоянии?

— Могу работать через Квантонет станции, поставлять хозяину нужную информацию.

— Хорошо! Пока у меня нет корабля, я временно установлю тебя на место искина ангара.

— Спасибо, хозяин.

— Зови меня Иг!

— Принято, Иг!

Я достал из ящика пластиковый чемоданчик.

— Скафандр! — Выдохнули восхищённые ребята. и всё то они знают! Я посмотрел на них и с гордостью сказал:

— Да, технический. Интересно, как его надевать.

— Игон! Там есть кнопка под ручкой чемоданчика. Нажми на неё. — Посоветовал искин Тона.

Так я и сделал. Чемоданчик раскрылся. Внутри лежал сделанный из какого-то мягкого и тёплого материала скафандр синего цвета..

— Одень его, там есть прорезь на спине. — Подсказал искин.

Интересно, камер у него нет, а он видит лучше меня! Нацепил я на себя этот скаф техника. Он начал сжиматься, и через минуту я уже не чувствовал, что на мне что-либо надето.

— Шлема нет. — Разочаровано протянул Ниг.

— Он появится автоматически, как только здесь упадёт давление воздуха. — Проинформировал нас искин.

Универсальный сканер испытали на скафандре. Прибор показал, что работоспособность моего космического одеяния равна девяносто процентов, стоимость девайса приближалась к пятидесяти тысячам. В космосе этот скафандр позволял находится двенадцать часов.

Корабельный тестер я не стал доставать из упаковки. Всё равно, у меня пока нет никакого корабля. Набор ручных инструментов вызвал восторг моих одноклассников. Тут было всё — ключи, плазменный резак, отвёртки, разнообразные зажимы, тиски, электродрель со своими аккумуляторами, баллоны с чистящим средством, небольшой кейс с разными свёрлами, несколько приставок к дрели. Парни с блеском в глазах следили за тем, как я достаю из контейнера, и под пояснения искина, раскладываю инструмент.

Я начал с помощью искином и скрама стал изучать, когда и как их надо применять. Надо было учить справочные материалы. Объём я посмотрел. Выучить можно, но, только занимаясь самостоятельно, так как это дети начинают изучать только в рабочих группах старшей школы. Ладно, придётся серьёзно подумать. Я обратно сложил все свои вещи в контейнер, кроме искина и инструментов. Ребята разошлись — они пошли к знакомым в других ангарах. Я сел в своём уголке и стал анализировать всё, что я сегодня услышал. Итак:

— этот Игон Тирт, в теле которого я теперь живу, из семьи со средним достатком,


— было совершено покушение на моих «родителей», но это меня фактически не касается,

— для того, чтобы не оказаться в рядах малообеспеченных граждан, я должен к двенадцати годам заиметь собственный корабль малого класса.

Для того, чтобы заняться бизнесом, можно купить челнок или грузовик. Но для этого нужны деньги. А их нет, и за год, когда я перейду в Старшую школу, финансы у меня не появятся. Так. А если сделать корабль самостоятельно? Это вообще возможно? Что там надо? Подумаем, что нужно:

— корпус,

— двигатели,

— реакторы,

— аппаратура,

— оружие,

— система жизнеобеспечения,

— система спасения.


Теперь надо подумать, где это всё доставать. Пока мыслей нет. Да, а как тут вообще строят звездолёты? Спросил скарм. Ответ КвантоНета:

«Звездолёты строят на верфях с помощью дроидов».

Мда! Это не тот путь, который приведёт к моему благоденствию. Значит, надо попытаться сделать хотя бы челнок самостоятельно. Интересно, а в этом мире есть такие передачи, как «Сделай сам»? Спрашиваю скрам. Есть! А ну-ка посмотрю! На экране появляется хмурый тип, который начинает вещать:

— Если вы не живёте рядом с какой-нибудь свалкой, где лежат старые корабли, вы не сможете построить корабль…

Так. Посмотрим, тут есть такая свалка? Оказывается, есть! На одной из лун планеты. А можно ли туда попасть? Да! Туда можно полететь на рейсовом челноке номер пятнадцать. А деньги на билет (он стоит пятьдесят мон, наконец то я узнал, как называются местные деньги!) где взять? Можно что-то продать или сдать в магазин. Там дадут шестьдесят процентов от стоимости сданного товара. Хорошо, а что мне можно продать?

Думал я немного. Продам пока скафандр. Влез на биржевой сайт. Узнал, какие магазины ближе всего к моей школе, маршрут узнал. Опять запаковал скафандр в чемоданчик. У меня, как и у любого ученика, до девяти вечера, по станционному времени, есть право свободного входа и выхода с территории школы. Вот я это и использовал. Поменял два лифта, но через полчаса добрался до широкой площади, где было сконцентрировано почти сорок магазинов. Быстро нашёл нужный мне супермаркет, торгующий скафандрами. Захожу.

— Что вам угодно? — Передо мной возникает молодой парень, очевидно, менеджер по продажам.

— Хочу продать этот скафандр. — Протягиваю парню чемоданчик. Он его берёт, подходит к прилавку. Проверяет сканером.

— Я вам могу дать за него тридцать тысяч мон. Согласны?

Делаю вид, что думаю, но потом соглашаюсь. Менеджер спрашивает, есть ли у меня банковская карточка.

Отвечаю, что нет, я ученик младшей школы.

— Тогда тебе надо купить ридер.

— А сколько он стоит?

— Тысячу двести мон.

— Если я его куплю, как я получу деньги?

— Я дам тебе платёжный кристалл. С помощью ридера ты сможешь получать на него и списывать при покупках деньги.

Пришлось согласиться. Ридером оказалась небольшая коробка с несколькими отверстиями разной формы, куда можно вставлять различные платёжные средства. Парень научил меня пользоваться аппаратом и кристаллом. Теперь у меня есть двадцать восемь тысяч двести мон. Я возвращаюсь в ангар. Надо проверить, чем отличаются ранги кораблей. Челнок первого ранга с работоспособностью в сотню процентов купить я могу уже сейчас. Но, может за эти же деньги я смогу купить что-нибудь посовременнее? А может, вначале посетить свалку? Сейчас спрошу скрам. Так! Услуги свалки следующие:

продаётся:

— пустые корпуса вплоть до четвёртого ранга.

— реакторы разных типов вплоть до шестого ранга,

— двигатели третьего ранга,

— оборудование вплоть до пятого ранга,

— системы жизнеобеспечения вплоть до шестого ранга,

— орудия и ракеты до четвёртого ранга.


Свалка продаёт всё с работоспособностью в семьдесят процентов и ниже. То есть, мне надо научится ремонтировать большую часть техники. А что для этого нужно? Спросим скарм. Понадобятся дроиды, нужно знать профессию техника до второго ранга, чтобы уметь хотя бы чинить вручную любое оборудование. Да, и профессию пилота придётся учить. Значит надо пойти в в специальный Центр по профессиям и на тренажёрах подучить пилотирование малых судов. Но это всё деньги, а их у меня не так много. Ладно. Сегодня больше ничего делать не буду. Почитаю пока про мир, в который я попал.

Значит, тут галактика называется Латур. Обитаемая часть занимает практически восемьдесят процентов этого звёздного дома. Всё пространство поделено между десятью большими империями:

— Данианский Союз,

— Асанская Директория.

— Маралотское королевство,

— Заная,

— Свободный союз народов,

— Деспотия Ранк,

— Триувиат Фиолетовых Солнц,

— Нимийская ассоциация свободных планет.

— Княжество Линмон,

— Сабатонская республика.


Все государства этой галактики созданы людьми. Никаких гуманоидов или арахнидов здесь никогда не было. Люди различаются не только поцвету кожи, но и генетически. Поэтому нельзя иметь общее потомство, например, с занайцами. Эти империи иногда воюют друг с другом за ресурсы, но такое случается крайне редко. Предпочитают договариваться. Общая проблема — наличие в космосе пиратских кланов. С ними борются. Но пока до разгрома организованной преступности далеко. Значит, надо иметь на борту оружие, чтобы отбиться от местных гопников. Данианский Союз, в котором я теперь живу — одно из технически развитых государств галактики. Уровень жизни здесь один из самых высоких. Но то что я тут пока видел, меня в этом не убедило. Хотя деваться мне некуда. Хоть немного денег появилось. Свяжусь пока с бабкой. Так:

— Привет, бабушка!

— Привет, внучек! Ну как твой первый день прошёл?

— Нормально. Я был на опознании. Мне дали вещи с нашей яхты.

— Знаю. мне сообщил Рав. Ладно, учись. У меня тут эксперимент идёт под контролем, так что. прости. Я занята! — Экран погас. Мда! А я то вначале вообразил, что Игон был любимым внуком! Ошибочка вышла…


Глава 4 День второй: кое-что прояснилось


Ребята пришли в десять. Они сразу стали укладываться спать. Я тоже прилёг. Немного поспал, но всего три часа. Включил скарм. Что бы узнать? А, я ведь не знаю, как тут со временем. Нашёл местное распределение промежутков времени. В сутках тут двадцать пять часов. Так принято по галактической конвенции. Месяц насчитывает сорок дней, по четыре декады. Названий дни или месяцы не имеют. Сейчас по местному времени третий день второй декады пятого месяца. Год мне не интересен. Работают и учатся девять «дней», отдыхают только сутки. Значит, следующее воскресение наступит через шесть суток. Это выяснили. А теперь что мне делать? Я окинул взглядом помещение ангара. Дроид! Я ведь хотел посмотреть, смогу ли я его разобрать и что-то в нём понять. Пошёл, с инструментами и скармом к ящику. Искина предупредил, чтобы он посылал мне информацию в виде текстового файла. Так! Теперь откроем страничку о ремонте «Дроида-7». Какие тут инструменты надо применять? Ага, три разных ключа, отвёртка и банка с чистящим средством. Все разложил рядом с ящиком.

Действие первое: отвинтить инструментом типа трубного ключа гайки с позиций…

Сделал. Теперь что?

Надавить отвёрткой на выступы номер…

Надавил. Отвалились манипуляторы и ноги. Корпус дроида, похожий на шар со стуком упал на дно ящика..

Дальше. Найти отверстия на корпусе…

Придётся ящик оставить без стенки. Сейчас плазменный резак принесу.


Помучился я полчаса, но стенку срезал. Потом еле вытянул корпус. Тяжёлый, зараза! Отверстия тоже нашёл. Взял банку с очищающим составом и залил туда, куда указывали рисунки на экране скарма. Подождал двадцать минут. Как и было написано в инструкции, из отверстий вышла чёрная жижа. Теперь применим другой очиститель. Ждём полчаса. Всё! Из недр дроида пошла белая, сметано образная масса. Теперь надо обратно присобачить «ноги» и «руки». А как это сделать? Читаем….

Полчаса выполнял эту операцию. Наконец, всё завинчено. Опять прикладываю руку к дроиду, но он почему-то не шевелится. Смотрим в инструкции…

Чёрт, надо его зарядить! А шнур у него есть? Вот он! В ящике лежал. Подключаю всё по рисунку, жду два часа. Над корпусом дроида появилась надпись:

«Зарядка завершена».

Отключаю робота от сети, вынимаю шнур. Спрячем его. Ещё пригодится. Теперь кладу ладонь на корпус дроида. Он привстал, поднял вверх свои манипуляторы, покачал ими, поиграл «пальцами», потом начал ходить по кругу. Через минуту остановился. На скарм пришёл файл:

«Дроид малого класса Д7-098-765А готов к выполнению задания».

Пока делать нечего. Написал искину, чтобы он взял робота под своё командование. Дроид бодро побежал к Тону и стал рядом. Я решил проверить, какая у робота работоспособность. Достал сканер. Навёл на дроида. на экране появилась надпись:

«Малогабаритный ремонтный дроид типа Д7, ранг третий, работоспособность шестьдесят восемь процентов».

Отлично! Один дроид у меня уже есть. Правда, старый, но лучше такой, чем вообще никакого. Собрал я все инструменты, поставил скарм на программу будильника, и лёг спать.

Проснулся от звонка. Парни опять повскакали, но уже не ворчали, как вчера. Опять по очереди облегчились. Помылись. Тут мне в голову пришла идея сделать отдельный санузел. Тогда не надо будет ждать никого. А может каждому соорудить такое? И ребят припахать! Здорово придумал! Но пока надо идти в столовую…

Через час мы всей группой собрались в ангаре двести три. Я шёл свободно — придумал работу дроиду. Через скарм дал задание искину, и он составил инструкцию дроиду. Робот прибежал ко мне после того, как я покушал. Я вручил ему мой скарм, и теперь в класс первым зашёл дроид и положив на стол аппарат, застыл рядом. А за дроидом к своему месту прошествовал я, и важно уселся на стул. Ребята с интересом смотрели на моего железного слугу.

— Иг, ты что, дроида купил? — Поинтересовалась Лимина.

— Нет! Я его нашёл в ящике, у нас в ангаре. Немного подремонтировал. И вот, использую пока, как носильщика.

— Но ведь для этого надо знать, как это делать! — Пальк подошёл к роботу и стал его рассматривать.

— А скарм мне для чего? Просто посмотрел, что и как делать. В КвантоНете всё написано. Вот. — Я нажал кнопку, и вывел страницу «Ремонт дроида типа Д7».

— А инструменты ты откуда взял? — Поинтересовался один из одноклассников. Звали его Томар. Он со своей сестрой был из ангара номер сто.

— Ему дали на опознании. — Проинформировал класс Ниг. — Там всё пятого и шестого ранга. Даже скафандр техника у него есть…

— Уже нет! — «Обрадовал» я ребят. — Я вчера его сдал в магазин. Деньги нужны. Хочу челнок купить или самостоятельно сделать.

— А зачем тебе это? — Удивилась Савола.

— Надо думать о будущем. Я ведь не смогу уже попасть в ВУЗ. Поэтому, после перехода в Старшую школу, пойду в рабочую группу, как и многие из вас. Но для того, чтобы не застрять на станции или планете, надо иметь корабль. Вы же это вчера сами мне сказали. Купить я могу пока только новый челнок первого ранга, но на него потрачу все мои деньги. Но есть и другой путь. Можно на местной свалке купить старые детали четвёртого ранга, и собрать соответствующий челнок. Правда, я не знаю сколько это обойдётся, и как это сделать. Ведь надо уже сейчас начать изучать профессию техника и пилота. Иначе, даже купив детали, я не смогу собрать корабль, или, имея звездолёт, не смогу его пилотировать. Так что, надо уже заняться делом сейчас.

Ребята слушали меня с нескрываемым удивлением. Очевидно, они просто ещё не думали, что будут делать после окончания учёбы, просто плыли по течению…

— А меня возьмёшь в напарники? — Поинтересовался Пальк.

— Почему нет? Возьму. Только, главным буду я, а ты станешь выполнять мои команды. — Засмеялся я в ответ. — Это шутка. Реально, мы можем всем классом заняться строительством челнока. Если нам это удастся, то не придётся искать работу после школы. У нас будет свой челнок, мы уже сможем перевозить грузы. Так у нас появится доход. Ну, как вам мой план?

— Хороший план! — Похвалил мою задумку Ниг.

— Тогда, кто согласен с тем, что я сказал, пусть завтра вечером придёт после занятий к нам в ангар.

Ребята задумались, и разошлись по местам. В ангар зашёл учитель.

Сегодня у нас была математика, физика и литература. Меня опять не спрашивали. Задачи по математики я решил с грехом пополам. Земные знания, которых у меня был самый мизер (учился я в своё время посредственно), тут не подходили, а что знал этот Игон, в том я ещё полностью не разобрался. Поэтому учитель, обходя класс, остановился около моего стола, и покачал головой, но ничего не сказал. Физика тут тоже была основана на каких-то теориях, о которых на Земле никто никогда не слышал. Придётся самостоятельно готовиться с помощью скарма. А то, вдруг тестов переходных не сдам, и в Старшую школу не попаду.

Урок литературы мне был вообще неинтересен, но приходилось делать вид, что я внимательно слушаю учителя. Кстати, в этом мире не было никаких социальных сетей. Здесь КвантоНет применяли только для передачи информации, а не для трёпа диванных аналитиков. Не было тут и музыкальных, литературных, авторских и прочих сайтов и чата, которыми был засорен земной Интернет. Кому-то это может показаться скучноватым, но, как говориться, в чужой монастырь со своим уставом не войдёшь. Тем более, что я здесь один такой, уникальный.

После уроков я с помощью скарма вышел на сайт свалки и стал смотреть, какие там цены на разное оборудование для челнока четвёртого ранга. Для сравнения вывел на экран и расценки на новые образцы четвёртого ранга и то, что предлагала свалка. У меня получилось следующее:


Название____________________________ Цена

________________________________Рынок/ Свалка

***********************************************

— корпус………………………………………………. 16 000/ 10000

— двигатели………………………………………….. 12 000/ 8500

— реакторы (шт.)…………………………………….. 28 000/ 20000

— аппаратура………………………………………….. 5000/ 3500

— оружие………………………………………………. 9000/ 6000

— система жизнеобеспечения………………………. 7000/ 5000

— система спасения………………………………….. 3000/ 2000

************************************************

Итого:…………………………………………………..80000/ 45000


Мда! Столько денег у меня нет. Хотя, если продать корабельный тестер…

Лучше посмотрю оборудование на челноки третьего ранга.


Название___________________________ Цена

_______________________________Рынок/ Свалка

***********************************************

— корпус…………………………………………….. 12 000/ 8500

— двигатели…………………………………………. 9 000/ 6500

— реакторы (2 шт.)…………………………………. 21 000/ 15000

— аппаратура…………………………………………. 5000/ 3500

— оружие………………………………………………5000/ 3500

— система жизнеобеспечения……………………… 5000/ 3500

— система спасения…………………………………. 3000/ 2000

************************************************

Итого:……………………………………………….. 60000/ 39000


Опять не то. И что теперь делать? Челноки второго поколения мне не нравятся. Я уже смотрел их данные.

— Что делаешь, Иг? — Подошли ко мне мои «сожители».

— Да вот, выбираю, что купить на свои двадцать восемь тысяч со свалки, чтобы получился челнок третьего ранга..

— Но ты ведь хотел вроде четвёртый ранг? — Удивился Пальк.

— Не получается. Столько денег нет.

— А давай сделаем сборный челнок, из деталей третьей и четвёртой серии. Я уже говорил вам про соседа. Так у него был челнок из деталей разного ранга, и ничего, летал лет пять до аварии. — Просветил меня Ниг. — Вот, например, зачем тебе корпус от четвёртой серии? Это тот же самый корпус, как и у третьей, только сделан он из композитного сплава. Нам всё подойдёт и с работоспособностью в шестьдесят процентов, так многие корабли летают по пять — десять лет. Давай, задай своему искину работу, чем самому мозги парить.

Я послушался совета Нига и попросил Тона произвести расчёт. Получилось вот что:


Название___________________________ Цена

_______________________________Рынок/ Свалка

***********************************************

— корпус 3-его ранга 60 %…………………… 12 000/ 7000

— двигатели 3-его ранга 60 %………………… 9 000/ 5500

— реактор 4 ранга 1шт. 60 %………………… 14 000/ 8500

— аппаратура 3-его ранга 60 %……………….. 5000/ 3000

— оружие (ракеты) 60 %……………………….. 5000/ 3000

— СЖО 4 ранг 60 %……………………………… 7000/ 4000

************************************************

Итого:…………………………………………. 52000/ 31000


Получилось что-то класса 3 +. Один реактор четвёртого ранга имел ту же мощность, что и пара его аналогов рангом пониже. Двигатели позволяли прыгать на одну систему, садится на планеты земного типа, прыгать в системе на пятьдесят миллионов километров. Вот с оружием была беда. Лазеры или плазму поставить мы не могли — просто не хватит энергии. Поэтому пришлось остановить свой выбор на ракетах. Но нужно ещё три тысячи мон, чтобы всё это приобрести на свалке.

Посмотрел, сколько стоит универсальный корабельный тестер от «Звезды». Оказалось, что целых одиннадцать тысяч. Он не входит в комплект корабля, его покупают отдельно. Значит, за него мне дадут примерно шесть тысяч шестьсот. Говорю ребятам:

— Придётся тестер продать. Тогда денег точно хватит на наш вариант.

— А сколько дают в магазине? — Поинтересовался Пальк.

— Не более шестидесяти процентов. Выйдет около семи тысяч.

— Жалко, он практически новый. — Заговорил Ниг.

— Я могу продать его тысяч за десять. — Неожиданно подключился к разговору наш «молчун» Сво. — Только дай мне связаться через твой скарм, Иг.

— Хорошо, связывайся.

Сво подошёл к аппарату. Приложил руку, набрал какие-то цифры. На экране появился молодой парень.

— Привет, Лагой! Тебе ещё нужен тестер для корабля?

— Да! А что есть?

— Так бы не позвонил тебе, если бы не было! Вот его марка: ЕУТ-678-5. Можешь посмотреть. Продают за десять тысяч.

— Сейчас! — Парень на экране пощёлкал клавишами, начал что-то читать. Было ясно видно, что он сильно удивлён. — Военный тестер? Откуда он у тебя? Он случайно не краденный?

— Да нет, успокойся! К нам попал новый ученик после крушения яхты, переделанной из фрегата. Это его вещи. Он их продаёт.

— Сво! У меня на руках только четыре тысячи. Он возьмёт дроидов четвёртого ранга, правда старых, но рабочих?

— Что за дроиды?

— Это комплекс «Мата». Он для ремонта и строительства малых кораблей. В него входят шесть роботов. Мы его сдать не можем. Оказывается, фирма, которая его выпускала, обанкротилась. Капитан купил другой комплекс, шестого ранга, и «Мата» нам теперь не нужен. Я его вместе с запчастями отдам. А то тут целый контейнер они занимают. Карго ругается, требует, чтобы мы освободили трюм.

— Я согласен, дроиды мне нужны. — Вмешался я в переговоры.

— Тогда ждите меня через час у дверей школы. Я дроидов как раз и припашу, чтобы они контейнер со своими запчастями сами донесли. — Засмеялся парень.

Обмен состоялся. Я получил на свой кристалл четыре тысячи, а дроиды перешли в наш ангар, таща контейнер, чем несказанно удивили соседей.

На свалку, за деталями, решили полететь завтра. Пока стали с помощью скарма и моего искина знакомиться с шестёркой дроидов. Это был достаточно хороший технический комплекс, способный выполнить практически все работы как внутри корабля, так и в космическом пространстве. Все эти дроиды имели по шесть ног, четыре манипулятора. Они могли передвигаться в безвоздушном пространстве при помощи реактивных электрических двигателей, бегать по корпусу корабля с помощью электромагнитных захватов.

Мы посмотрели запчасти к этому комплексу. Половина контейнера была завалена электронными блоками к дроидам, лежало и два малых искина с работоспособностью в восемьдесят процентов каждый. Были и сменные манипуляторы для всех дроидов. В целом работоспособность купленного нами комплекса равнялась семидесяти одному проценту, что нас вполне удовлетворяло.

Сами дроиды были разных размеров. Самый маленький из них мог поднимать груз весом до ста килограмм, а два самых крупных дроида могли брать в «лапы» по три тонны. Производительность и скорость передвижения этого комплекса мы узнали из КвантоНета. Нам всем было интересно читать, поскольку, я эти дроиды видел впервые в жизни, а мои одноклассники, хоть и встречались с подобными системами, но одно дело их видеть издали, и другое — самому давать задания железному работнику.

Мой искин сразу взял этот отряд дроидов под свой контроль. Под его руководством они заварили срезанную мной стенку ящика от «Дроида-7». Искин смог «вставить» Д7 в железные ряды комплекса «Мата», что, по его подсчётам, поможет нам на восемь процентов поднять производительность при производстве работ. Закончили мы играться в двенадцать ночи. Пора было ложиться спать, ведь завтра нам идти в школу. Я лежал и думал, что пока всё идёт, как надо. Деньги на оборудование есть, дроидов покупать не надо. Мои одноклассники скорее всего согласятся строить челнок. Ведь это и для них выход. Ладно, не буду загружать мозги разными думами. Пора спать…


Глава 5 Знание — сила!


Сегодня было, почему-то, шесть уроков, и наша поездка на свалку отменилась сама собой.

Вначале была химия. Я думал, что будут нудные задачи с формулами, где надо учитывать валентность и прочие параметры, но был сильно удивлён, когда учитель начал рассказывать и показывать, как можно преобразовать один металл в другой. У нас, на Земле, такого я не слышал. Учитель продемонстрировал нам таблицы перехода под действием разных факторов одного элемента в другой. Лучше всех преобразованию поддавались металлы. Неметаллы тоже можно было превращать друг в друга, но для этого нужно было больше энергии.

Я через скарм узнал, что все эти преобразования происходят при температурах не более тысячи градусов Цельсия. На этом принципе основана работа местных реакторов малой энергии (до ста киловатт). Такие агрегаты при трансформации элементов не выделяют радиации, поэтому на космических кораблях их используют в качестве аварийных источников энергии или для разжигания термоядерной реакции. Это меня заинтересовало. Я решил на перемене узнать, какие вообще тут применяют реакторы для космоса. Ведь надо знать, что выбирать для своего челнока.

— Чего сидишь? — Подошёл Ниг.

— Да вот, разбираюсь, какой реактор нам покупать. Мощность мы его знаем, но может тут ещё какие-то другие параметры надо учесть?

— Не знаю! Ладно, просвещайся! Перемены сегодня будут по пятнадцать минут. Какой-то эксперимент проводит Департамент образования в нашей школе. Я случайно услышал — два учителя говорили об этом в столовой. — Ниг побежал к выходу из ангара.

Хорошо! В классе никого не осталось, мешать не будут. Итак, спрашиваю скарм о том, как вычислить мощность реактора для челнока третьего или четвёртого ранга. Пошёл текст:

«Стандартная мощность реакторов третьего ранга выбирается в пределах четырнадцати мегаватт на один агрегат. Для челнока нужно два таких реактора. Первый работает на двигатели, второй обеспечивает энергией всех остальных потребителей.

Для челнока четвёртого ранга стандартная мощность реактора равна двадцати восьми мегаваттам. Используется пара агрегатов, как и в случае с челноком третьего ранга.

Реакторы выбирают исходя из размеров корпуса корабля. Иногда выгоднее бывает установить несколько агрегатов меньшей мощности, чем использовать стандартный реактор. На данный момент для челноков любого типа применяют следующие типы реакторов:

Ядерные, работающие на уране или плутонии. Они бывают двух типов: с естественной и наведённой реакцией распада. Реакторы первого типа имеют мощность, не превышающую десять киловатт и малые размеры — 3х0,5х0,8 метров при массе не более двести килограмм. Реакторы второго типа в стандартной комплектации имеют при мощности в пять — десять мегаватт размеры 8х6х6 метров при весе в сто тонн (из-за биологической защиты). Недостатки этого типа реакторов — сильная радиация, необходимость специальной защиты. Требуют при своей работе хорошие теплоотводы с большой площадью излучения.

Реакторы синтеза работают или на методе преобразования элементов при низкой температуре (до 1000 градусов), или на дейтерии, бороводороде, гидриде лития. Ещё встречаются термоядерные реакторы старого типа, которые при работе выделяют радиацию. Они работают на дейтерии и тритии. Первый тип реакторов синтеза имеет мощность до ста киловатт при размерах в 1х0,8х1,5 метров. Второй тип термоядерных реакторов при мощности от четырнадцати до двадцати восьми мегаватт имеют размеры 3х1х3 до 8х6х1 метров. У этого типа современных реакторов нет выбросов радиации, поэтому они самые распространённые в космическом флоте, так как они мало производят тепла и площадь теплоотводов для них минимальна.

Реакторы, использующие синтезируемое при работе антивещество. Они самые маленькие по размерам. Внутри реактора находится уран, гелий-3 и дейтерий. Запалом для реакции является микрокапсула со ста микро граммами антивещества. Хотя у такого реактора при диаметре рабочей сферы в метр мощность равна шестьдесят четыре мегаватта, пока большого распространения такие агрегаты не получили из-за больших потерь на тепловое, световое излучение и мощные выбросы радиации.

При выборе типа реактора для челнока надо знать, что даже в одной линейке реакторов цена их может резко разниться. На это влияет расчётный срок эксплуатации, заложенный производителем в изделие. Например, используемый для челноков четвёртого ранга реактор РБВ — 28 БТ (бороводородный без теплоотвода). Может иметь следующие модификации:

— базовая серия — двадцать лет гарантия, цена стандартная,

— ускоренная серия — десять лет гарантии, семьдесят процентов от стандартной цены,

— лёгкая серия — пять лет гарантии, пятьдесят процентов от стандартной цены».

Так! Значит, я могу ещё немного сэкономить, купив на свалке не базовую, а, допустим, лёгкую серию реактора. Ведь мне понадобятся деньги и на изучение профессий техника и пилота в Центре подготовки специалистов.

Перемена закончилась. Ребята начали входить в класс, и садится за столы. Второй урок — математика. Опять я мучаюсь с местными формулами и методами решения. Пока никак не пойму, что надо делать. Придётся вечером учить по скарму всё, начиная с азов. Правда, я с грехом пополам решаю все эти задачи и примеры, а вот с геометрией у меня затык. Следующую перемену я посвятил получению знаний о работе с дроидами. Они могли использоваться в трёх режимах:

— ручное управление,

— работа под контролем искина,

— работа под управлением человека с помощью специального приспособления — ванта.

В первом режиме дроид управлялся человеком посредством кнопок, имеющихся на одном из блоков железного работяги. Это непосредственный тип управления, и каждый дроид работал под контролем одного оператора.

Во втором режиме искин гонял дроиды, получая задания от человека.

Третий случай. При помощи ванта оператор мог управлять несколькими дроидами сразу. Но для этого у него должен был быть соответствующий коэффициент интеллекта (КИ). Как было написано в статье, встречались уникумы. Которые ухитрялись одновременно работать с шестнадцатью дроидами.

КИ первый раз измерялся у человека в возрасте одиннадцати лет. От него зависело, какую специальность человек получит. Значит, скоро мне измерят этот таинственный КИ, и я узнаю, на что могу рассчитывать. Потом этот КИ перепроверят в восемнадцать лет, а последний раз его измеряют после шестидесяти лет.

Я задумался. Надо узнать, сколько вообще живут аборигены. Ладно, сейчас начнётся урок истории, поэтому перенесу свои исследования на следующую перемену.

По истории мы учили появление и развитие Данианского союза и других государств галактики. Примерно десять тысяч лет назад здесь впервые вышли в космос сразу несколько цивилизаций. Через две тысячи лет после этого состоялся первый контакт, который закончился войной. На том этапе все корабли воюющих цивилизаций использовали в битвах ракеты, первые лазерные орудия, электромагнитные пушки. Всё это было эффективно на дистанции, в пять — десять тысяч километров. Потом появились более быстрые корабли, прыгающие из системы в систему с помощью огромных гипердвигателей. Вооружение тоже улучшилось, что позволяло вести огонь уже на сто тысяч километров. Так, постепенно модернизируя корабли, постигая законы природы, все местные цивилизации дошли до создания квантового двигателя и систем связи на «странных» частицах. К этому времени границы всех государств были определены.

Данианский союз имеет сто сорок планетных систем. Из них обитаемы двадцать две. Зато пустотных объектов с населением у данианцев более трёх тысяч. Сам этот союз возник после объединения королевства Дани и директории Анир. На данном этапе это федеративное государство типа республики. Последняя, значимая война на территории этого союза была семьсот лет назад, когда объединённая эскадра будущего единого государства разбила вторгшиеся флоты занайцев и сабонианцев. После этого начались реформы в управлении имеющейся территории. Король отказался от власти добровольно, что не позволило накопившимся противоречиям между аристократией и остальным народом вылиться в революцию. Было решено постепенно убрать сословия. Преобразования продлились четыреста лет. И вот уже триста лет Данианский союз считается республикой, которой руководит Сенат.

Ну, это всё я быстро выучил. Даже даты битв и других исторических событий я помнил лучше, чем аборигены.

Четвёртый урок — литература. Слава богу. Здесь в отличие от земли никто не требовал учить наизусть стихи или рассказывать содержание каких-то романов. Учитель давал только общие направления, например, самостоятельно подготовиться и рассказать о литературных течениях периода королевства. То есть, сами произведения ученик мог читать, если они ему интересны. Не знаю, как такая система образования могла производить людей, которым интересно писать литературные произведения. Но тут были романисты и поэты. Правда мало их было.

Пятый урок — физкультура. Ну. это нив какие ворота не лезет! Учитель заставил нас бегать вокруг столов, и всё! Никаких, даже самых простейших упражнений он ученикам не показывал. Здесь была такая тенденция, что за своим физическим развитием человек должен следить самостоятельно. Поэтому не было никаких фитнес центров и спртзалов. Не удивительно, что физическое состояние население было чуть выше среднего. По скарму я потом выяснил, что обычный человек живёт сто пятьдесят лет. Медицина тут имеет два направления:

— лекарственные препараты, позволяющие лечить большинство болезней,

— медицинские аппарат, именуемые капами, в которых можно удлинить срок жизни на тридцать лет.

Ещё одним направлением в медицине было создание аппаратуры по измерению потенциала человека. Кроме КИ существовали и три других параметра, которые в сумме давали картину развития всего организма и мозга. По ним можно было определить, какую профессию лучше освоить тому или иному индивиду, чтобы у него не возникло разрыва между возможностями и предлагаемой ему работой.

Шестой урок был ребят абсолютно новым. В ангар пришёл военный с дроидом, который тащил контейнер. Подойдя к столу и подождав. когда дроид поставит свой груз на пол, новый учитель сказал:

— С сегодняшнего дня, по решению Сената, во всех учебных заведениях вводится военная подготовка. Практика показала, что несмотря на наличие у кораблей пушек и ракет, пиратам удаётся захватывать суда на абордаж. Экипажи сейчас не вооружены. Поэтому оказать сопротивление ворвавшимся на корабль пиратам они просто не могут. По решению Сената, разрешается вооружать людей огнестрельным оружием для самообороны от пиратов. Меня зовут Ирван Лыд, я подполковник в отставке. Сегодня я вас познакомлю с некоторыми образцами оружия.

По указанию подполковника дроид достал из контейнера образцы. Дети смотрели с интересом. что будет дальше. Я тоже посмотрел на стол. Первым лежал пистолет, похожий на земную «Берету-92», рядом с ним лежал автомат, похожий на израильский ПП «Узи». Следующей на стол попала автоматическая винтовка, внешне похожая на «Калашников». Последним из контейнера появился пулемёт, подозрительно напоминающий «пилу Гитлера». Пистолет «Беретта», правда трвматический, меня был дома, в Москве. Поэтому я точно знал, как с ним обращаться. Насчёт пистолет- пулемёта я тоже не волновался. Такую игрушку я видел и разбирал в Сирии. А так как отслужид армию в мотострелковой дивизии, то АК вообще мог разобрать с закрытыми глазами. Гитлеровский пулемёт видел только в кино.

— Ну, кто из вас знаком, хоть немного, с этими образцами? — Спросил подполковник.

Все сидели молча, тараща глаза на оружие.

— Можно мне! — Поднимаю руку.

— Ваше имя и фамилия?

— Игон Тирт!

— Подойдите, станьте сюда! А теперь говорите, что вы видите.

Я назвал всё положенное на стол оружие, конечно же, без земных названий.

— Хорошо! Вы опознали все образцы. Может, вы знаете, как с ними обращаться? — Немного ехидно спросил подполковник.

«Ладно! я тебе сейчас покажу, что умеет земной солдат!» — Зло подумал я. Схватил пистолет, осмотрел, нашёл кнопку сброса магазина. Нажал, поймал вылетевшую деталь. Потом, постепенно разобрал весь пистолет. После этого принялся за местный «Узи». Тоже разбросал по деталям. Правда, была заминка — тут одна из деталей ПП поворачивалась не так. как у земного аналога.

Взялся за автоматическую винтовку. Были некоторые отличия от АК, но я всё-таки справился и с ним. Пулемёт я трогать не стал — просто точно не знал, как его разбирать.

— Неплохо! — Похвалил меня подполковник. — А собрать рбратно сумеете всё, что разобрали. Ну, это мы умеем! Я всё собрал.

Может и стрелять умеете?

— Немного!

— Ладно! Игон Тирт сегодня получает пятьдесят баллов.

После уроков все ребята стали меня спрашивать. Откуда я так хорошо знаю оружие.

— Вы забыли, что я учился в элитной школе армии? — Ответил я. — Там этому и научился.

— Вот оно что! А нас научишь?

— Помогу! Учить вас будет подполковник. Хорошо, если нас научат стрелять из этого оружия. Надо будет узнать, пробивают ли эти стрелялки современные скафандры?

— Наверное, если Сенат позволил их разрешить продавать населению. — Сказал Пальк.

— Не совсем так. В таком оружии главную роль играет скорость вылета пули и её калибр. Хотя должны быть и специальные бронебойные патроны. Ладно, потом у подполковника спросим.

Когда мы вернулись к себе, в агар номер шестьдесят, я сел читать местную математику. Примерно через час к нам пришли девочки Лимина, Савола, Долка и Ракива.

— Больше никого не будет! — Сообщила нам Долка. — Из сотого ангара никто не хочет заниматься строительством челнока. Они надеются, что получат работу после окончания школы на станции.

— Ладно, не хотят, не надо! — Ответил я. — Ракива! Ты принесла свой скарм?

— Да, Иг!

— Тогда открой страницу под названием «Ручные инструменты для ремонта космических кораблей». Вот вам набор инструментов, изучайте. — Я вынул из контейнера и разложил перед девочками весь свой набор. — Пока выучите, что для чего и как применяется. А часа через два мы покажем вам, как управлять вручную дроидами.

— Это те, которые вчера к вам контейнер заносили? — Поинтересовалась Савола.

— Да! Вон они стоят, в том углу! — Указал на застывших, словно статуи дроидов, Сво.

Пока девочки знакомились с инструментами, я с парнями смотрели реакторы. Показал им, что успел прочесть про энергоблоки для кораблей. Рассказал. Почему я выбираю именно термоядерные реакторы. Ребята подумали и согласились. Тем более, что есть возможность на некоторых позициях сэкономить деньги. Начали смотреть корпуса для челноков. Тут они имеют разную форму:

— дискообразную,

— цилиндрическую,

— в виде тора,

— треугольная,

— яйцеобразная,

— призматическая,

— конусообразная,

— веретенообразная,

— эллиптическая.

Вот, сидим, и думаем, что же взять. Сами корпуса тоже стоят по-разному. Тут надо подумать, чтобы и корпус нормальный взять, и заплатить поменьше. Сво сказал, что может спросить у знакомых, которые имеют несколько кораблей, и хотят избавиться от старых, чтобы заменить их новыми звездолётами. Но пока их нет в системе, поэтому надо будет подождать две недели. Хотя Сво не уверен, что у них есть подходящий для нас корпус. Решаем, что вначале посетим в местное воскресенье свалку, чтобы попытаться там выбрать нужные нам агрегаты. Девочки разобрались с инструментами, и подошли к нам.

Я стал им показывать и рассказывать о комплексе «Мата», его назначение, применение. Потом ребята показали девочкам, как надо управлять дроидами. Тренировка продлилась до десяти вечера. Потом женский отряд, довольный проведённым днём, отправился к себе в ангар. Мы тоже легли спать.


Глава 6 Мы начинаем…


Последующие дни недели количество уроков не изменилось. Поэтому, нам пришлось ждать «воскресенья». Вечером мы тренировались в овладении инструментами, управлению дроидами. Через два скарма начали дополнительно заниматься теми предметами, по которым у нас было отставание. Но это быстрого эффекта не даст.

И вот, наконец, наступил долгожданный день отдыха. Я не ставил скарм на функцию будильника, поэтому спали до десяти утра. Потом встали, пообщались сантехникой, и отправились в столовую. Там людей было мало, в отличие от дней учёбы. Поели, пошли в ангар к девчонкам. Они тоже решили с нами лететь на свалку. Нас уже ждали и все мы отправились на местный космодром.

Это был огромный ангар, куда приземлялись системные корабли. Для межзвёздных перелётов существовал специальный космодром, который находился на большой луне, рядом с заводом по переработке старых кораблей и свалкой. Нас было восемь человек, поэтому я отложил четыре тысячи на билеты. Но, оказалось, что ученики интернатов могли лететь на местной линии за четверть суммы. Поэтому я заплатил только тысячу. На руках у меня была тридцать одна тысяча. Погрузились на челнок, который имел форму вытянутой призмы. Пассажиров было полсалона. Полёт ничем не запомнился. Просто, через полчаса, мы вышли уже на лунном космодроме. Потом нам показали транспорт, который идёт к свалке. Хорошо, что всё тут оборудовано под силовыми щитами. Не надо применять скафандры. Прибыли к пункту назначения минут за десять. Подошли всей группой к двери с надписью «Утилизационный комплекс Е-234». Как только я приложил ладонь к поверхности, двери, она бесшумно открылись. Зашли в большое помещение. Там, за стойкой, сидел мужчина в комбинезоне чёрного цвета.

— Что вам надо, ребята? — С интересом посмотрел он на нас.

— Нам нужно всё по этому списку! — Я перекинул ему весь список требуемого оборудования.

— Ладно, сегодня других клиентов не будет, так что, вам провезло, можем хоть целый день выбирать нужные вам детали. Итак! Что у вас там в списке? Смотрим вначале корпуса третьего ранга. У нас тут есть на продажу с шестидесяти процентной работоспособностью вот эти корпуса челноков.

На экране перед нами появились три рисунка.


Первый корпус типа «Клин» имел следующие размеры и стоимость:

— длина — сто метров,

— ширина — двадцать метров,

— высота — двенадцать метров,

— размах крыльев — сорок метров.

— объём трюма — семь тысяч двести кубов.

— цена — семь тысяч мон.


Второй корпус типа «Ромб» имел такие параметры:

— длина — восемьдесят шесть метров,

— наибольшая ширина — пятьдесят метров,

— высота — пятнадцать метров,

— объём трюма — двадцать семь тысяч метров,

— цена — семь тысяч мон.


Третий корпус типа «Яйцо» нам сразу не понравился. Поэтому мы его и не рассматривали, хоть он и стоил меньше — шесть тысяч мон.

— Выбирайте, что вам больше нравится! — Произнёс мужчина.


Теперь дело было за нами. Мы посовещались полчаса и решили взять ромб. Трюм у него больше, да и выглядит солиднее, хоть аэродинамические характеристики для атмосферы у «Клина» были получше.

— Так, корпус вы выбрали. Фиксирую: «Ромб» № 209765 куплен за семь тысяч мон Игоном Тиртом. Подпиши стилусом тут и тут!

Я выполнил требование продавца. После этого он, сверившись с нашим списком, продолжил:

— Теперь двигатели третьего ранга с работоспособностью шестьдесят процентов. Вам нужны следующие типы:


— квантовый прыгун межсистемный,

— квантовый прыгун системный,

— электрореактивный движок для посадок на планеты,

— двенадцать маневровых газовых двигателей с баллонами аргона.


Первый двигатель имеет размеры 7 Х 6 Х 3 метра, второй меньше по длине — он пятиметровый. Электрореактивный движок — это реально шесть ионных блоков с одной камерой ионизации. Маневровые движки — раздельные, их можно установить в любой части корпуса, как понадобится потребителю. Я вижу, что вы из интерната, поэтому помогу в выборе. Все вместе эти движки стоят пять с половиной тысяч. Но тут есть лазейка. Квантовые прыгуны из этого набора рассчитаны на двадцатилетний срок работы. Если возьмёте вторую серию, с десятилетним сроком службы, то цена за все движки упадёт на тысячу мон. А если вас устроит третья, пятилетняя серия, комплект, обойдётся на полторы тысячи меньше. Согласны?

Мы опять посовещались, и решили взять вторую серию. Продавец оформил на меня и эту покупку.

Очередь дошла до реакторов. Я прямо спросил у мужчины:

— У вас есть реактор четвёртого ранга РБВ-28БТ с пятилетним сроком службы?

— Да, есть!

— Дайте его!

— Оформляю! У нас на него есть бонус — накопитель НК-14, две штуки со стопроцентной работоспособностью, энергошины — бухта. На ней километр кабеля.

— Очень хорошо, берём.

— Оружие нужно?

— Да, ракетный комплекс, на большее денег нет.

— Фиксирую! РК — 40, двенадцать противокорабельных ракет четвёртого ранга.

— Дальше. Нужна вся аппаратура связи, навигации и управления третьего ранга и СЖО четвёртого ранга с шестидесяти процентной работоспособностью. Система спасения нам не нужна.

— Записал. Подпишись вот в этих местах. Платить чем будешь?

— Кристаллом через ридер.

— Ну, давай! С тебя двадцать пять тысяч семьсот пятьдесят мон.

— А скафандры у вас есть?

— Да! Старые. Правда, третьего ранга, но со стопроцентной работоспособностью. Их никто уже не берёт. Поэтому дам за тысячу двести пятьдесят три комплекта, в каждом по десять единиц — пилотские, технические и инженерные скафандры. Это малый контейнер. Как раз, место на складе освободится. А с тебя двадцать девять тысяч.

— А корабельный универсальный тестер есть?

— Да! Он, четвёртого ранга, работоспособность шестьдесят процентов. Стоит тысячу. Это гражданский образец, потому так дёшево.

— Берём!

— Подпиши здесь! Если подойдёте через два часа, то сможете бесплатно полететь на нашем автоматическом грузовике прямо до своего ангара.

— Спасибо! Мы пока пройдёмся, покушаем!

Уставшие. Мы вышли из «Утилизатора» и поискали местную точку общепита. Она была недалеко. Ребята уселись за два столька в кафе «Димария», сделали заказ на последнюю тысячу. Поели первое, второе и третье, запили всё вкусным соком.

— Итак, подведём итоги! — Начал я. — Фактически у нас нет денег, но зато будет полный набор оборудования для постройки челнока. Как прилетим, сразу проверим доставленный товар. Сканер ведь у меня есть.

— Да, это надо сделать обязательно! — Сво серьёзно посмотрел на нас. — Хоть этот мужик и отвечает головой за точность поставки потребителю, но всякое бывает. Я уже встречался с попытками обмана. Правда, они редки, но случаются.

— Ладно! У нас целый час. Пока нас отсюда не выгнали, давайте, пока почитаем, с чего надо начинать строительство челнока. — Предложил я. Так мы и посидели ещё час. Нас никто не просил освободить столики, потому что здесь основной контингент в кафе приходил вечером, после работы. Тут кроме нашей группы было только две пары за другими столами.

Наконец, и этот час прошёл. Мы двинулись в «Утилизатор». Мужчина нас встретил, провёл на космодром свалки. Там стоял грузовой бот со знаками местной лунной компании. Мы поместились в грузовом трюме, вместе с дроидами — грузчиками и контейнерами с нашим оборудованием. Бот тащил на силовом луче корпус от нашего челнока. Через полчаса мы приземлились в нашем ангаре. Я побежал за сканером. Дроиды начали выгружать контейнеры и ставить в угол ангара. Я проверил весь груз, и только после этого подписал стилусом приёмку всего оборудования и корпуса. Бот лунной компании приподнялся над полом и вылетел в космос.

Было уже четыре часа по станционному времени. Пока делать ничего не будем. Сегодня уже основательно устали. Решили посмотреть корпус изнутри. На люках не было замков. Поэтому мы свободно влезли в рубку. Она была пуста. От бронестекла до противоположной стены Пальк измерил расстояние на глаз.

— Тут метров двадцать! — Сообщил он нам.

— Высота тут пятнадцать метров. Надо будет поделить рубку на пять этажей, а бронестекло вообще снять. — Озвучил я свои мысли.

— Зачем его снимать? — Поинтересовались девочки.

— Во первых, его наличие уменьшает безопасность экипажа и жёсткость корпуса в этом месте. Лучше тут сделать сплошную стенку. Во-вторых, можем продать это стекло. Кому-нибудь оно точно нужнее. На эти деньги можем купить материал для обустройства рубки.

— Да, придётся так и сделать. — Поддакнул мне Пальк.

Я посмотрел по скарму информацию о наличии на рынке предложений по продаже бронестёкол. На бирже продавались стёкла от любого корабля. Я ввёл данные нашего бронестекла, списав с него всё. что было намалёвано в одном из углов этой детали нашего челнока. Примерно через два часа со мной связалась по скарму женщина:

— Вы продаёте стекло от «Ромба»?

— Да! А вам оно нужно?

— Если его параметры те, которые вы указали, то я его куплю.

— Можете приходить в интернат…

— Я знаю, куда, только номер ангара скажите.

— Шестидесятый. У него дверь обшарпанная. Сами увидите!

— Уже иду!

Через полчаса нам в дверь постучали. Девочки открыли замок, и в помещение вошла высокая, стройная девушка, лет двадцати пяти.

— Прошу сюда! — Провёл я её к челноку. Вместе с девушкой пришли и четыре дроида. Они влезли в люк, и через пятнадцать минут стекло уже было у них в манипуляторах. Девушка достала сканер, навела на бронестекло.

— Да, всё, как вы и написали. У меня нет денег. Но я могу поменяться с вами. Есть контейнер со швеллерами и обшивкой от стен кораблей. Он полон. Там почти тысяча тонн.

— Из этого можно сделать палубы на корабле?

— Конечно! Это как раз и есть остатки от таких панелей челнока типа «Клин».

— Хорошо! Меняемся. Мы вам стекло, вы нам контейнер с материалом!

Девушка связалась с напарником. И через тридцать минут к нам в ангар залетел «Ромб» без бронестекла. Пилот сидел в рубке в скафандре. С этого корабля нам и сгрузили нужный нам материал. На прилетевший челнок дроиды установили и загерметизировали купленное у нас стекло. Покупатели попрощались и улетели. Мы ещё немного посидели. А потом девочки ушли к себе в ангар. Примерно через пару часов мы легли спать, ведь завтра уже идти в школу…

Мне опять не спалось. Я лежал и думал, что было бы, если от родителей мне не досталось бы ничего. Скорее всего, я бы никогда не смог купить корабль. Теперь появилась надежда, что к Старшей школе мы подойдём подготовленными. Надо только плотно заняться самообразованием с помощью скарма. Иначе, если не смогу сдать тесты, план по созданию транспортной фирмы может рухнуть, как карточный домик. Мне просто не дадут разрешения летать на челноке. Да и на пилота нужно будет сдать тесты в Центре по профессиям. А денег больше нет. Инструменты нам нужны для сборки челнока, искин тоже нужен. Максимум, что я могу продать, это сканер. Но он нам пока самим нужен. Повернулся на другой бок, посчитал до сорока…

Проснулись от звона моего скарма. Опять поочерёдное посещение сантехнического блока, мытьё рук и лиц, и мы отправляемся в столовую. В девять часов уже сидим за столами в классе.

Сегодня опять математика, физика, литература, военное дело, биология и химия.

Как всегда, с математикой у меня возникли трудности при решении уравнений первого порядка. Но вот другие задачи мне дались уже немного легче — начали сказываться самостоятельные занятия на скарме. Хотя получил за урок только тридцать баллов, это уже прогресс. В физике я тоже понемногу начинаю разбираться. По крайней мере, термины уже понимаю. Но этого мало. Учиться мне ещё и учиться!

Литература прошла в благостной (для меня) обстановке. Учитель никого не вызывал. Он просто прочёл лекцию о каком-то периоде расцвета данианской литературы. Военное дело началось необычно. Вначале дроиды подполковника внесли контейнер с пистолетами, автоматическими винтовками и магазинами к ним. Затем другая группа дроидов притащила мишени. Ребята с нескрываемым удивлением смотрели на всю эту подготовку.

Пока не было подполковника, Ниг повернулся ко мне, и спросил:

— Иг, как ты думаешь, что сегодня будет?

— Мы будем стрелять по тем кружкам. — Я указал на мишени, которые дроиды установили на разном удалении. Самые близкие из них были метрах в двадцати, а самые дальние — почти в двухстах метрах.

— Точно знаешь?

— Точно!

И правда, как только в класс зашёл подполковник, он указал на мишени, и сказал:

— Сегодня начнём учиться применять оружие. Но пока надо посмотреть, кто из вас как стреляет. Задача одна — поразить мишени. Вначале все берём по пистолету, и стреляем по первому ряду мишеней. У вас по два магазина — это двадцать патронов. В идеальном случае вы сможете выбить двести очков. Если, конечно, поразите всеми пулями центр мишени. Сколько вы раз попали, будет отображаться на экранах над этими кругами, которые вы должны поразить.

Я посмотрел на пистолет, его магазин, а потом спросил:

— А это разве бронебойные пули? По моему тут стандартные патроны.

— Вы верно подметили, Тирт! Пока здесь простые пули. Они могут пробить только скафы не выше второго ранга. В реальном бою вы должны будете применять бронебойные патроны, они с красной головой.

— Понятно!

— Ладно. Все зарядили пистолеты, и подошли к линии, которую нарисовал мой дроид. Потом открываете огонь, поражаете мишени, и мы сморим результаты каждого ученика.

Я подошёл к указанной линии, встал, поднял пистолет. Сейчас мне десять лет, и немного тяжеловато держать оружие в одной руке. Поэтому беру пистолет в две руки, медленно поднимаю, прицеливаюсь, и затаив дыхание, плавно жму на спусковой крючок. Выстрелы оглушают, руки немного дрожат, пистолет дёргается, но ни одна пуля не проходит мимо. После окончания стрельбы выщелкнул магазин, вставил второй, и опять продолжил упражнение.

Через полчаса все сдали пистолеты и магазины подполковнику. После этого начали смотреть результаты стрельбы. Девочки, как я и предполагал, из двадцати выстрелов, результативно использовали только два — три из них. У парней результаты были получше, но тоже не айс. Самый лучший из них смог с двадцати выстрелов набрать сто пятьдесят очков. У меня на табло красовалась цифра в сто восемьдесят пять очков — я тремя пулями ухитрился три раза попасть в «десятку», а остальные пули уложил в «девятку». Все ребята с завистью смотрели на мой результат.

Затем мы начали подготавливаться к стрельбе из автоматической винтовки. Здесь она имела калибр девять миллиметров, как и пистолет. Стреляли одиночными. Как сказал подполковник:

— Палить очередями будете по пиратам, а пока мы учимся попадать в цель.

Стоя стрелять мы не могли — для детей нашего возраста было трудно держать оружие в этой стойке. Поэтому подполковник приказал всем лечь, и так попытаться вначале поразить цель на расстоянии в сто метров, а потом и в сто восемьдесят. Я стрелял, так, как меня учили это в армии, на Земле. Теперь у каждого ученика было по два магазина, причём каждый с двадцатью патронами. Первый использовался на стометровой дистанции, а второй — на самой дальней. Мне удалось попасть всеми пулями в мишень, но вот результаты были похуже, чем при стрельбе с пистолета. На сто метров удалось поразить мишень и набрать сто сорок очков. А на сто восемьдесят метров все пули попали в шестёрки. Но другие дети не смогли набрать больше восьмидесяти очков на первой дистанции и более шестидесяти на сто восемьдесят метровом отрезке. Поэтому, мне подполковник поставил пятьдесят очков, а другим больше тридцати не роздал.

Биология тут была интересной. Её вела женщина лет сорока, Миона Линк. Она была во многих экспедициях на разных планетах, сама видела те живые организмы, о которых нам теперь рассказывала. На экране своего скарма она демонстрировала нам этих животных, растения, показывала микробы разных планет. Полчаса урока прошли незаметно. Все дети с сожалением вздохнули, когда урок кончился, и Миона вышла из класса.

Химия началась с демонстрации нам сверхпроводимости. Я всегда полагал, что открытие этого явления и его использование — прерогатива физиков, но в этом мире, где я сейчас жил, существовал элемент Пироний, который обладал сверхпроводимостью в диапазоне температур от минус ста градусов по Цельсию, до плюс девяносто два градуса. Это элемент открыли ещё одиннадцать тысяч лет назад, просто, его использование началось только с развитием космической индустрии. Мда! Отличия от моего старого мира значительное. Потом мы, под руководством учителя, заставляли кольцо из пирония взлетать и висеть в воздухе. На этом принципе и были основаны местные антигравитационной платформы. Пироний применялся и для подъема и спуска больших тяжёлых кораблей с планет и на планеты.

Уроки кончились. Пообедав, наша восьмёрка двинулась в ангар, где стоял корпус нашего будущего челнока.


Глава 7 Обустраиваем ангар


Как только мы пришли в наш ангар, я предложил посмотреть, что нам подойдёт из тех деталей, которые нам дали в обмен на бронестекло. После вскрытия контейнера мы обнаружили следующий сортамент деталей:


— швеллера,

— трубы разного диаметра,

— пластик для внутренней обшивки,

— листы металла для наружной обшивки,

— межэтажное покрытие в виде металлических полос,

— несколько металлических коробок для пультов.


Измерения показали, что этого точно хватит на создание пятиэтажной рубки для корабля. Но оставалось ещё много материала.

— А что с остальным металлом делать? — Поинтересовались девочки.

Я задумался, а потом шлёпнул себя по лбу:

— Девочки, а вам не сложно будет бегать постоянно между двумя ангарами, когда мы начнём делать корабль?

— Ну…

— Перебирайтесь к нам! Мы здесь из остального материала сделаем себе нормальные комнаты. Как раз и научимся использовать дроидов и инструменты.

— А что это будут за комнаты? — Заинтересовались девочки.

— Я думаю, что нам надо отгородить каждому место, чтобы у него было спальное место, санузел, рабочий стол. Примерно, на каждого выйдет:

— санузел — четыре квадратных метра,

— спальное место — два квадратных метра,

— стол со стулом — два квадратных метра,

— место под шкаф — два квадратных метра.

Сейчас дам задание тону, и искин нарисует нам что получится.

Через несколько секунд перед нашими глазами появилась голограмма.


Ребята зачарованно смотрели на изображение.

— У меня никогда не было такой комнаты… — Почти шёпотом Долка. — Мама, неужели это возможно?

— Возможно всё, если это захотеть и сделать! — Я видел колебания ребят. Надо было их настроить на рабочий лад. — Инструменты у нас есть, желание тоже, материалов по-моему, хватит. Так что, нам надо… Значит, отмеряем тридцать шесть метров по той стене, где у нас есть один санузел. Зачем его делать, когда можно просто использовать.

Я лазерной рулеткой начал отмечать точки, где будут стены. Потом послал приказ искину. Он задействовал дроидов комплекса «Мата». Роботы отобрали трубы и сделали разводка от водяной трубы и канализации, входящей в ангар. Теперь нам для полного подключения канализации и воды в будущих санузлах нужна арматура — вентили, раковины, унитазы. А вот где это взять, я не знал. Опять помог Сво:

— Я могу взять у родственника в магазине раз в год всё, что хочу из продукции, прямо не относящейся к космосу. Конечно, контейнерами мне никто не даст, но то, что нам надо, по-моему, взять я смогу свободно. Таков договор между моими опекунами и этим торговцем.

— А раньше ты это почему не делал? Ведь мог скарм себе или инструменты взять?

— Просто я попал сюда на три месяца раньше тебя, Иг. Вон, Пальк не даст соврать. Этоя сейчас в первый раз договор попытаюсь реализовать. Раньше мне просто ничего не нужно было. Это сейчас ты нас всех теребишь…


Я дал Сво позвонить по нужному адресу и он озвучил список:

— Мне надо следующее Мит:


— вентили малые — тридцать две штуки,

— вентили большие — восемь штук,

— смесители — семь штук,

— раковины металлические — семь штук,

— ванны или душевые комплексы — семь штук,

— унитазы стандартные — семь штук,

— сантехнические угольники и тройники — сто штук,

— столы письменные — восемь штук,

— стулья со спинками — восемь штук,

— наборы декоративные, для облицовки мебели — восемь штук,

— цветная облицовка для стен — восемь наборов,

— светильники со своими плафонами и арматурой — восемь комплектов,

— синтезаторы пищи четвёртого ранга с картриджами на год — восемь штук,

— электрический провод для внутренней сети — бухта,

— электрические розетки и выключатели — сорок комплектов,

— дверь стандартная с замком — восемь штук.


Если ты это сделаешь, Мит, то будешь от меня свободен не только этот, но и следующий год.

— Хорошо, договорились. Через час я всё это пришлю в двух контейнерах. А ты подпишешь приёмку.

— Да, подпишу, если всё будет в порядке. Учти, у нас тут есть сканер шестого ранга.

Было видно на экране скарма, что Мит был неприятно удивлён наличием такого девайса у Сво и его друзей.

Мы подождали, и действительно, через час к нам а дверь постучали. В ангар внесли два контейнера. Мы целый час проверяли всё доставленное дроидами. Сво подписал документ стилусом, и дроиды удалились. Мой искин погнал наших роботов устанавливать сантехнику в семи точках по моей разметке. Вместо ванн Мит прислал нам душевые, но это для нас разницы не имело. Через два часа дроиды уже установили все унитазы, раковины, смесители, вентили, подсоединили воду и канализацию. Ребята бросились проверять работу оборудования. Всё работало нормально.

— Стены и всё остальное мы будем монтировать завтра! — Сообщил я ребятам. — Наверное, послезавтра, девочки уже смогут перейти с наш ангар.

Воодушевлённые перспективой иметь свой угол, Лимина, Савола, Долка и Ракива нехотя отправились к себе. Время ещё было. поэтому я приказал искину начать ставить стены. Их делали из швеллеров и балок — дроиды варили отрезанные по размерам детали. Высоту стен я выбрал в три метра. Потолки нам были не нужны. За оставшееся время дроиды смогли установить и облицевать пластиком девять стен, каждая длинной в пять с половиной метров. Пора было ложиться спать.

Утром нам не пришлось ждать очереди для проведения рыльно-мыльных процедур и прочих гигиенических мероприятий. Довольные, как слоны, мы отправились в столовую.

Уроки прошли, как обычно. На военном деле опять стреляли. Пока я лидировал. Получив очередные пятьдесят баллов от подполковника.

После уроков, пообедав. Мы отправились всей восьмёркой к нам в ангар. Пока дроиды строили оставшиеся стены, подводили электричество, монтировали светильники и розетки под управлением нашего искина, я попробовал самостоятельно сделать турник. Ребята заинтересовались, что это такое. Пока отмалчивался, но недолго — понядобилось турник ставить, пришлось позвать всех ребят. Такие вещи я делел и на Земле, поэтому ни в сварке, ни в создании турника никаких сложностей для меня не было. Когда спортивный снаряд был закреплён и прочно стал напротив строящихся комнат, я попросил ребят подтянуться. Никто не смог сделать этого ни разу, а я подтянулся только три раза.

— Для чего это? — Поинтересовался Пальк.

— Нам надо заниматься физическими упражнениями. Видите, просто подтянутья не можем. В космосе может, придётся это делать, например, при аварии, выбираясь через щель вверх.

— Но ведь можно поручить расширить проход дроиду! — Сказала Савола.

— А если дроида нет или он обесточен? — Парировал я. — Не надо надеяться на технику, лучше лишний час потренироваться на турнике или, даже, просто отжиматься от пола на руках. Надо иметь нормальную мускулатуру, позволяющую использовать свою силу, когда это необходимо. Нам надо заниматься физкультурой. Я сделаю спортивные снаряды. И мы каждый день начнём проводить такую подготовку. Это нужно не для учителей или других людей, это необходимо нам самим.

Было видно по лицам ребят, что они не очень хотят делать даже простые упражнения. Ничего, я то буду тренироваться. Может, потом, и им станет интересно…

К двенадцати ночи дроиды закончили монтаж наших комнат. Шкафы были сделаны из металла, Их внутренняя часть и дверцы были облицованы декоративным пластиком. Кровати дроиды собрали из швеллеров, покрыв их металлическими пластинами. Двери у каждой комнаты были разного цвета. В каждом помещении висел на стене пищевой синтезатор. Утилизатор в ангаре был один. Его я оставил за пределами комнат. Мы молодые, руки не отвалятся, если сами принесём и сбросим в утилизатор ненужный мусор. Электричество и вода были во всех комнатах. Девчонки не захотели ждать завтрашнего дня, побежали, захватив наших дроидов, в своё старое место обитания. Через час они уже со счастливыми лицами вселялись в выбранные помещения. Я поселился в крайней справа от входа в ангар комнате. Моим соседом стал Ниг. В шкаф положил ручной инструмент и сканер. На стол водрузил искин. Подключил его к сети, и тут же положил скарм. На «кровать» перенёс кусок того мягкого и тёплого материала, на котором спал с момента заселения в ангар.

Утром проснулся рано. Помылся, оправился. Поел еду из синтезатора. Потом вышел, стал отжиматься, побегал по ангару, попробовал подтягиваться. Больше трёх раз пока не выходило. Сделал комплекс обычной гимнастики — наклоны, прыжки, повороты… Опять полез под душ. К восьми встали все ребята. Они тоже уже были готовы к походу в столовую. После неё девочки коллективно направились к директору, сообщили ему, что их ангар свободен, а они перешли к нам. Это был первый случай отказа от ангара в многолетней практике директора интерната. Поэтому он решил вместе с двумя учителями после уроков навестить наш ангар, посмотреть, что там такое.

Уроки начались, как обычно. Первой была биология. Учительница рассказала о новм открытии — живых кристаллах планеты Сафа. Они могут обмениваться информацией друг с другом и с любым существом, которого считают разумным. Хотя на этой планете человеческая колония живёт уже двести лет, открытие сделано недавно, так как кристаллы живут в труднопроходимом горном районе, куда колонисты предпочитают без нужды не лезть.

На математике у меня возникли сложности с местными интегралами. Я и наши, земные не очень то и любил, а тут, инопланетные! Если у нас они обозначали площадь неправильной фигуры, то в местном варианте интеграл — это площадь неправильной объёмной фигуры в шести мерном пространстве (три обычных измерения, время, подространство и квантовый факториал). Что такое последнее, я так и не понял, но именно этот факториал и выворачивал всё наизнанку. Правда, формулы я запомнил. И применял их, получая нужные ответы при решении задач. Но когда учитель поднял меня, и попросил описать этот квантовый факториал, я ничего путного не смог родить за пять минут. В результате, остался без балла. Ну не понимаю я эти инопланетные кванты!

Третьим был урок литературы. И тут мне сегодня не повезло! Почему-то именно сейчас захотелось учителю, чтобы я прочёл текст какой-то оды двух тысячелетней давности! Пришлось читать. Стихи называются…. Никакой рифмы или чего то подобного я в этой оде не нашёл. Пустые, никому не нужные восторги какого-то древнего графомана:


Звезда мне светит.

Путь в город далёк.

Он лежит через песчаные барханы.

Но у меня жена красивее всех!


И что в этой оде такого, чем я должен восхититься? Так и ляпнул учителю со злости. Тот меня оставил за это без балла. Да. сегодня не мой день! Даже на военном деле я сегодня не смог выйти на первое место среди стрелявших из чего-то, похожего на древний карамультук. По другому это угробище не назовёшь! Земной мушкет и то был красивее и функциональнее. А эта дура, калибром в сорок миллиметров, тяжела, как станковый пулемёт на трёхноге. Но её надо держать в руках. Отдача сильная! А ещё тут космическая цивилизация — бластер не могут сделать! Даже лазерных ружей здесь не существует. Карамультук применяют в бою против дроидов. Если попадёшь в железного противника, то его не спасут никакие силовые щиты — тут такой снаряд летит, который всё выносит на раз. Когда я спросил у подполковника, почему не применяются гранатомёты или гранаты, тот ответил, что дроид может от них увернуться и закрыться силовым щитом. А снаряд карамультука сделан из материала, который под действием выстрела превращается в плазменный шар. Карамультук имеет в прикладе три заряда. Тут нет внутри ничего электронного или электрического. Всё на механике и свойствах местного пороха. Мишень этот оружие просто прожигает за тысячные доли секунды. Дроида оно дырявит секунды за две.

После военного дела был новый предмет — музыка. Пришла учительница, которая будет вести урок. В руках у неё был какой-то инструмент, похожий на плоскую доску с клавишами. Оказалось, что это народный инструмент аборигенов, который называется Анга. Я удивился, потому что, он имел функцию земных синтезаторов музыки. Тут можно было настроить мелодию, и анга её исполняла сама. Нот у аборигенов было не семь, а девять. Нотная запись, естественно, абсолютно не походила на ту, которую я видел на Земле. Мне она напомнила формулы по высшей математике с кучей интегралов, знаков суммировании и прочего математического бреда.

Оказалось, что из нашей восьмёрки на анга могут играть Лимина и Ракива, да и сам этот инструмент — девичий! Ну, я и на Земле в музыке ни в зуб ногой, а тут тем более! После демонстрации анга, учительница начала проверять наши вокальные данные. Как и ожидалось, их у меня не оказалось от слова «совсем». Я и на Земле, в своём родном теле, не блистал в этом виде искусства, а тут, в другом мире, этому Игону Тирту, медведь не только на ухо наступил, но и отдавил язык, потому что я не смог пропеть нормально ни одной местной ноты. В общем, я опозорился знатно! Слава богу, что это был последний урок. Мы двинулись в столовую. После еды к нам присоединились директор, подполковник и учитель математики. Они вошли в ангар после нас и остолбенели.

— У вас есть челнок? — Удивлённо спросил директор, указывая на стоящий в ангаре корпус.

— Да, господин директор. Мы его будем постепенно собирать. Успеем к поступлению в Старшую школу. — Ответил я. — Чтобы не было больше вопросов, корпус и всё нужное я купил после продажи скафандра и тестера с корабля моих родителей.

— Понятно! — Первым пришёл в себя подполковник. — А теперь покажите, где вы тут спите, и где хотите поселить девочек?

— Прошу сюда! — Показал я на восемь дверей. — Вот, видите, мы построили восемь квартир для каждого ученика из будущего нашего экипажа.

Я открыл дверь моей комнаты, и пропустил гостей вперёд. Их возгласы показали удивление и восхищение нашими достижениями.

— И у всех такая квартира? — Поинтересовался учитель математики.

— Конечно! У нас все равны! Но это в ангаре. Как построим корабль, там уже всё будет по профессиям, КИ и прочим параметрам. Так как всё для челнока куплено на мои деньги, то капитаном судна буду я. Большая часть того, что вы увидели в комнате, нам досталась из-за умений и склонности к торговле Сво. Поэтому он будет у нас в экипаже работать суперкарго. Пальк будет, скорее всего, навигатором, Ниг техником вместе с двумя девочками, котрые захотят этим заниматься. Одна из наших девиц будет вместе со мной пилотировать челнок, а последняя займётся щитами и оружием.

Ребята стояли, открыв от удивления рты. Мы ведь пока ничего не говорили о распределении должностей.

— Ты уже всё продумал! Молодец! — Похвалил меня директор. «Высокая комиссия» покрутилась ещё полчаса, осмотрела наших дроидов, и покинула наш ангар. Только мы вздохнули свободно, как раздался ещё один стук в дверь. Теперь к нам пошли на экскурсию все наши знакомые из других ангаров. Всем понравились комнаты, их оборудование, корпус челнока. Отказавшиеся от сотрудничества с нами одноклассники из сотого ангара чуть не поругались. Одна из девочек стала выговаривать брату за то, что он настоял на отрицательном ответе на моё предложение. А теперь уже поздно! Я так и сказал, что экипаж набран, новых людей принимать мы не собираемся. Опустив головы «отказники» покинули нас.

— Сегодня время потеряно, поэтому займёмся предметами, по которым мы отстаём. — Озвучил я задачу моей команде. — Но с завтрашнего дня начнём уже решать, как обустроить рубку. Любое предложение будет рассмотрено. Даже самое фантастическое.

Теперь надо будет взяться основательно за учёбу по профессиям. Но мы сможем самостоятельно выучить всё до второго ранга. Да и для получения лицензии пилотов мы должны иметь немного денег, и пройти аттестацию в Центре по профессиям.

Ребята разошлись по комнатам. Я тоже стал заниматься математикой и физикой. Сидел за скармом до двенадцати вечера, а потом скупался под душем, и пошёл спать.


Глава 8 Мы построили челнок


До следующего воскресения мы продолжали учиться, и начали делать палубные настилы в рубке. Отсутствие стекла давало нам возможность спокойно заводить в рубку дроидов, не используя люки. Я ещё раз посмотрел на данные купленного мной «Ромба». Коробила цифра в двадцать семь тысяч кубометров трюма, просто не мог быть объём грузового трюма таким большим. Я измерил всё это пространство изнутри, потом вычислил истинный объём трюма. Он был равен восемнадцати тысячам кубов. Неужели, нас обманули? Номер скарма того мужчины из «Утилизатора» у меня был, поэтому позвонил ему.

— Здравствуйте! Я купил у вас в прошлый день отдыха «Ромб».

— Да, я вас помню.

— У него написано в документах ёмкость грузового трюма двадцать семь тысяч. Я измерил, получается восемнадцать тысяч…

— А, понятно! — Улыбнулся мужчина. Дело в том, что вы правы, там действительно внутренний объём трюма восемнадцать тысяч кубов. Остальные девять тысяч закрепляются на верхней внешней поверхности корабля. Там есть специальные электромагнитные и механические зажимы. Можете залезть на крышу и посмотреть. Поэтому «Ромбы» и популярны, что только у них уже производителем установлен крепёж для девяти наружных контейнеров.

— Спасибо за консультацию.

— Не за что!

Так. этот вопрос выяснили. Я рассказал ребятам о разговоре с продавцом.

— Да, всё надо проверять, иначе точно где-нибудь ошибёмся или нас специально обманут. — Проворчал Сво.

Прошла неделя. Все палубные настилы были уложены. Решили на первом этаже поставить всё навигационное оборудование и системы связи. На втором этаже у нас будет рубка управления. Третий этаж нами оставлен для пассажирского салона. Мы по этому поводу немного даже поспорили — некоторые ребята не хотели возить людей, предлагали ограничится только грузовыми перевозками. Но Ниг привёл примеры, из которых следовало, что есть периоды, когда практически нечего перевозить, а людской транзит через систему постоянен в любое время. Количество пассажиров решили ограничить двадцатью. У нас система жизнеобеспечения просто не выдержит более тридцати человек на челноке. На четвёртом этаже была как раз смонтирована эта система жизнеобеспечения. Последний этаж был отдан под различные склады. Такое деление объёма рубки понравилось всем.

— Я предлагаю поделить грузовой отсек на две части и заварить верхний люк трюма. — Внёс я ещё одно предложение.

— Зачем? — Не поняли ребята.

— Я смотрел схемы нескольких кораблей по скарму. Там все энергетические коммуникации идут вдоль борта. Если попадёт метеорит или обстреляет враг, то большая вероятность повреждения или даже уничтожения этих коммуникаций, а это ведёт к гибели корабля. Поэтому предлагаю через весь трюм к двигательному отсеку сделать пятиуровневый тоннель шириной в метр. Первый и пятый этажи тоннеля будут техническим коридором для ремонтных дроидов. Второй и четвёртый этажи послужат для проводки нескольких энергетических и информационных линий от реакторов и двигателей в рубку управления. Там же, в этих коридорах будут установлены пульты ручного управления кораблём на тот случай, если искин выйдет из строя или будет повреждена рубка. У нас образуются правый и левый грузовые трюмы, каждый объёмом восемь с половиной тысяч кубов. Предлагаю сделать для каждого трюма и этажа рубки собственную дверь. Нужен ещё один большой люк в боковой части рубки, чтобы был доступ на все этажи во время ремонта.

— Что у нас выйдет с грузоподъёмностью? — Поинтересовался Пальк.

— Мы сможем брать по восемь стандартных контейнеров в каждое грузовое отделение и ещё девять на внешнюю подвеску. Реально потеряем только тысяч кубов, зато надёжность управления кораблём возрастёт. Да и переходить из рубки к реаторам и двигателям для ремонта сможем по нормальному коридору, без применения скафандров, а не так, как сейчас делают — по внешней поверхности корабля бегут.

— Да, если так. то сделаем, как ты скажешь! — Согласились ребята.

Нам понадобилось две недели, чтобы осуществить все эти задумки. За это время мы смогли научиться работать с помощью дроидов, применять ручные инструменты там, где это необходимо. Уставали сильно, но постепенно втягивались в ритм работы. Месяц спустя на челнок мы уже установили реактор и двигатели. После этого разделились на две бригады. Первая монтировала энергетические и информационные шины как по сделанному в грузовом трюме коридору, так и в тех местах, где они должны идти по документации. Таким образом, у нас получилось семикратное дублирование коммуникаций.

Вторая бригада монтировала нужные агрегаты на палубах рубки. Первым делом установили всё оборудование управления, навигации и связи. Затем поставили искин и пульт управления (в переходном коридоре уже стояли два пульта ручного управления, ещё один находился между реактором и двигателями). Систему СЖО, которая была составлена из десяти блоков, поставили вместе с вентиляторами и аварийными баллонами с кислородом. В склад нам пока нечего было класть кроме скафандров. Поэтому там поселили всех наших дроидов, установив на стенах розетки для зарядки. Один накопитель поставили в носовой части корабля, а второй — около двигателей. Ракетные пусковые контейнеры распределили равномерно — шесть ракет мы могли выстрелить по ходу движения корабля, а другие шесть нацелили в противоположную сторону.

Больше всего помучились с дверными створками для грузовых трюмов. Пришлось их два раза переделывать. Наконец, было заделано и заварено отверстие от бронестекла, которое мы использовали для затаскивания нужного оборудования в рубку. У двигательного отсека был собственный люк. Через четыре месяца работы мы получили то, что хотели.

Проверка, проведённая искином показала, что наш корабль готов к полёту и работоспособность систем составляет пятьдесят девять процентов. Такой корабль сможет работать лет пять, не больше, а потом надо менять блоки. За это время нам удалось выучить по справочникам профессии:

— техник первого ранга,

— оператор дроида первого ранга.

Нужны были деньги, чтобы подтвердить эти достижения в Центре профессионального развития. Но пока финансов у нас не было. Желательно было проверить корабль в полёте, и выяснить его возможности. Для этого нам нужен был пилот. Тут на помощь пришла Долка. У неё опекуном был родственник со вторым рангом пилота. Через мой скарм она договорилась с ним, и в одно из «воскресений» он пришёл к нам в ангар. Его очень удивило наличие у ученика интерната челнока. Ещё больше он удивился, осмотрев комнату своей подопечной. Потом я его провёл на корабль. В пассажирском салоне у нас не было кресел, в рубке управления было только два ложемента. Придётся докупить потом, когда будут деньги.

— У вас какого ранга челнок? — Поинтересовался пилот.

— Третий с плюсом!

— А, сборный агрегат! — Улыбнулся он. — Давайте, загружайтесь.

Все ребята поднялись в рубку. Я уселся в один ложемент, а пилот оккупировал второй. Взлёт был практически незаметен. Наш челнок осторожно выполз из ангара.

Вспыхнул голографический экран. На нём появились надписи:

«Распределение энергии:

— двигатели — пятьдесят процентов,

— щиты — тридцать процентов,

— остальные потребители — двадцать процентов.

Накопители заполнятся через час».

— Пришёл запрос из диспетчерской! — Заговорил искин.

Пилот вздрогнул:

— У вас что, ИИ есть?

— Ага! Шестого ранга. Тона попроси разрешение на полёт по системе. — Вмешался я.

— Есть капитан!

— Челнок «Ромб», почему у вас нет другой идентификации? — Спросили с «вышки».

— Какой? — Не поняли мы.

— Имя дайте своему кораблю! — Засмеялся диспетчер.

— Ладно, пусть будет «Дружба»! — Брякнул я.

— Челнок «Дружба», даю разрешение полёта по системе. — Ответил диспетчер.

Разгона практически не было. После включения системного квантового прыгуна вокруг челнока образовалось защитное поле, и на экране появились серые всполохи. Минуту спустя мы выскочили в нормальный космос. Защитный купол исчез.

— Пройдено пятьдесят миллионов километров. Замечаний нет — Среагировал искин.

— Теперь прыгнем на несколько тысяч километров! — Пилот перевёл режим полёта на минимум, и через секунду мы очутились около астероида, до которого локатор показал шесть тысяч километров.

Затем была проверка маневренности челнока. Она дала удовлетворительные результаты. Главное, что при манёврах мы не чувствовали никаких неудобств. Сила тяжести на корабле появлялась только при остановке, а в полёте и при манёврах её практически не было. Но не было и невесомости. Когда я об этом спросил пилота, он объяснил:

— Когда мы летим, то из-за работы квантового прыгуна у нас и у челнока нет никакого веса, ведь мы не находимся в обычном космосе. При манёврах прыгун включается только на доли секунды. Но этого достаточно, чтобы ничего не почувствовали.

— А как во время боя, например, пираты если нападут?

— Тогда ставишь этот рычажок в среднее положение. И корабль не будет погружаться в подпространство. Он останется в нормальном космосе, но квантовый прыгун будет работать, и компенсировать все виды ускорений. Сейчас попробуем.

Пилот провёл нужные манипуляции, и мы полетели. Скорость выросла до двух тысяч километров в секунду. Вокруг челнока засветился щит — он включился автоматически, как только скорость корабля достигла пятидесяти километров в секунду.

— Теперь проверим систему навигации! — Сказал я.

Пилот усмехнулся:

— У тебя стоит искин. Если что не так, он тебе сразу сообщит. А вот связь надо проверить. Диспетчерская, это челнок «Дружба». Можете сказать, каковы наши технические характеристики?

— Понял вас, «Дружба»! Сейчас вы в пятидесяти двух миллионах километров от станции, скорость вашего корабля тысяча девятьсот пятнадцать километров в секунду, напряжённость щита — пятнадцать единиц.

— Спасибо!

— Теперь проверим сканер корабля. — Пилот подвёл челнок к астероиду. — Так. Вот, на экране разрез астероида. Тут какой сканер стоит?

— Четвёртого ранга.

— Тогда, нормально. Вот, он железо зафиксировал. Да, нормально. Сейчас просканируем им пространство. Так, пятьдесят тысяч километров — ничего и никого нет. Семьдесят тысяч километров — ничего и никого… Сто тысяч… Оп! Слабый сигнал! Надо подлететь, на таком расстоянии сканер не сможет показать, что это…

— Давай, вперёд!.

Мы прыгнули. Сигнал шёл от смятого контейнера стандартных размеров..

— Надо проверить, что внутри. Ручной сканер и скафандры есть?

— Да!

Я, Пальк и пилот переоделись в скафы, проверили их, захватили мой сканер, и вышли в космос. Контейнер висел на дистанции в тридцать метров от челнока. Мы стояли на обшивке «Дружбы», а два дроида полетели и подтащили контейнер к нам. Проверка показала, что внутри чушки железа, примерно, три тысячи тонн. Я связался с рубкой, и попросил ребят открыть створку правого грузового отсека. Туда дроиды и загнали контейнер. мы вернулись на корабль.

— Что будем делать? — Спросил пилот.

— Продадим на бирже железо, а деньги поделим пополам. — Предложил я.

— Согласен. Я посмотрел, на контейнере нет номера. Значит, это контрабандная руда. Кто её потерял, уже точно за металлом не вернётся. Так что, надо нам лететь прямо на завод.

— А сколько стоит сейчас железо?

— Спроси у своего искина. Он выйдет на биржу, узнает цену.

Так и сделали. Оказалось, что у нас товара на двадцать тысяч мон. У ребят горели глаза — такая удача! Полетели к заводу. Нам перечислили за сданный металл десять тысяч на мой кристалл, а пилоту его часть скинули на банковскую карточку. После этого мы прыгнули к станции, и подождав в очереди полчаса, приземлились в наш ангар.

Тепло попрощались с пилотом. Он ушёл домой довольный.

— Ну, что будем делать? — Спросила Долка.

— Нам надо подтвердить свои ранги техников и операторов дроидов. Ещё надо выучиться на пилота. Сейчас посмотрим по скарму, сколько что стоит в Центре. — Я включил скарм. Пошёл текст:

«Подтверждение освоенных профессий:


— первый ранг — сто мон,

— второй ранг — триста мон,

— третий ранг — тысячу мон,

— четвёртый ранг — два тысяч мон,

— пятый ранг — три тысячи мон.

— шестой ранг — пять тысяч мон.


Обучение специальностям в Вирт капсулах до третьего ранга


— оператор дроида — сто мон,

— медик — двести мон.

— пилот, навигатор, щитовик, стрелок — пятьсот мон,

— техник, оружейник — тысяча мон,

— инженер — две тысячи мон».

Мда! Ребята, прочитав вышедший на экран текст, приуныли.

— У нас всего десять тысяч. нам надо для всех подтвердить хотя бы первые ранги оператора и техника. Это тысяча шестьсот мон на всех. Пока сделаем это. Остальные деньги мы спрячем. В центр пойдём завтра, сразу после уроков.

Уроки прошли, как обычно. Но так как мы все занимались дополнительно через скармы каждый день, даже и во время строительства челнока, то у нас улучшились успехи по разным предметам. Но надо было ещё больше поднажать. Теперь у нас уже есть корабль, поэтому и больше времени уделим учёбе.

Центр по профессиям находился через пять этажей вниз от нашего интерната. После еды мы всем отрядом в восемь голов явились получать подтверждение наших навыков. Нас рассадили в Вирт капсулы, и экзамен начался. С меня сошло семь потов, прежде чем я вывалился из тренажёра. Сдача длиласть примерно два часа по первой специальности, и три — по второй. Уже в десять вечера наш отряд явился в свой ангар. У нас в руках были карточки с голографичесим текстом, который подтверждал, что мы успешно освоили первые ранги профессий оператора дроида и техника. Мы вставили их в специальную щель на пульте управления корабля. Теперь и искин знал, какие у нас специальности. Все разошлись по своим комнатам. Заснул я сразу. Сон был странный. Я увидел моих «родителей», которые улыбались мне.

— Подойди сюда, сынок! — Сказал «отец». — Ты стал на верный путь. Продолжай учится.

Потом ко мне подошла «мама». Погладила по голове, и сказала:

— Скоро ты узнаешь, что ты не один. Прими всё спокойно!

Сон растаял.

«Что за чушь мне приснилась!» — Подумал я и пошёл в туалет, мыться и оправиться. Сегодня у нас количество уроков увеличили — их стало шесть. Этот Департамент образования долго будет над детьми издеваться?

Первой была математика. Теперь я уже свободно решал задачи и с интегралами и по геометрии со стереометрией. Правда, отставал от других учеников. Но тридцать баллов набирал уже на каждом уроке.

Затем нас погоняли вокруг столов на физкультуре. Следующим уроком была музыка. Ну, тут у меня пока ничего не получалось, хоть я и старался. Затем нас погонял подполковник, который принёс на урок скафандры, заставил нас, их одеть, а потом стрелять по мишеням в движении. Если бы стрельба велась из обычного огнестрельного оружия, то было бы ничего. Но мы бежали с карамультуками, и, стреляя, падали от отдачи. Хорошо, что скафандры не дали нам получить травмы.

Урок биологии прошёл интересно и весело. Учительница принесла в класс пушистого питомца, которого она поймала на планете Ванар. Он был ростом примерно сантиметров десять, весь в пуху, с большими. Выразительными глазами. Он прыгал со стола на стол, подставлял голову, чтобы его погладили, выпрашивал сладкое.

Последним уроком в это день была литература. Хорошо. что педагог сегодня нацелился на женскую часть нашего класса — он поднимал девочек, и опрашивал их по всему пройденному материалу.

Уставшие, мы пошли в столовую. Поели, а потом двинулись к себе. Сегодня ничего не хотелось делать, поэтому все ребята разошлись по комнатам. Я заснул. Проснулся через три часа. Уже было десять вечера. Сел за скарм, решил посмотреть кое-что по математике. Неожиданно ко мне зашёл запрос от директора школы. Включил вызов.

— Игон Тирт! Завтра ты освобождаешься от занятий. Мы с тобой полетим на станцию «Фальк». В чём дело, я не знаю. Нас вызвал следователь, который вёл дело о гибели твоих родителей.

— А бабушке сообщили?

Директор замялся. Но потом сказал:

— Игон! Сегодня в семь вечера по времени нашей станции пришло сообщение, что во время эксперимента твоя бабушка попала под мощный электрический разряд. Она лежит в коме, в специальной капе. Пока медики не могут вывести её из этого состояния. Я хотел сообщить тебе об этом завтра утром, но пришло второе сообщение, от следователя, поэтому….

— Ничего, бабушка сильная, выкарабкается. — Почему-то ответил я, вызва удивление на лице директора. — Значит, завтра вылетаем? В какое время?

— В десять утра. Будь готов.

— Хорошо.


Глава 9 Сводная сестра


Ровно в десять я и директор вышли из школы. Потом перешли на космодром местной линии. Оттуда мы перелетели на лунный космодром. Нас принял в своё чрево звездолёт «Аранлир». Пассажиров было много, примерно тысячи две. Я и директор сели в кресла в отсеке на верхней палубе звездолёта. Корабль сопровождали два эсминца. Полёт должен был продлиться часа четыре. Это моё первое путешествие за пределы Раона. Вначале быстро выпрыгнули из системы. Через час три корабля вынырнули в нормальный космос.

— Всем пристегнуться. Атака пиратов! — Прозвучало объявление по внутренней трансляционной сети. На экране в салоне отсека появилось изображение пиратских кораблей. Их было около десятка. Вокруг них был виден цветной ореол защитного поля.


А потом все пассажиры салона смотрели бой между охранниками пассажирского лайнера и пиратской эскадрой.


Бандиты разделились на три отряда. Одна четвёрка двинулась на лайнер, а две тройки пиратских посудин связали боем эсминцы охранения. Как только расстояние между приблизившимися преступниками и нашим кораблём стало меньше ста тысяч километров, в сторону противника лайнер выплюнул почти сорок ракет, и заработали два лазерных орудия, установленных на носу и корме корабля.

Пираты окутались защитным электромагнитным щитом в дополнении к пузырю квантового прыгуна. Один из них замешкался с выполнением этой операции, и лазерный луч прошил обшивку бандита. Он стал беспомощно вращаться вокруг своей оси. В это время пиратам удалось повредить одни из эсминцев. Второй охранник успешно оборонялся от напавшей на него тройки. Пираты подлетели уже на сорок тысяч километров к лайнеру. Пара ракет захватила один из нападающих кораблей головками самонаведения. Пират заметил это и попытался удрать. Но всё было тщетно. Две вспышки прервали существование бандита. Оставшиеся два бандитских корабля просто сбежали, включив прыгуны. В это время рядом с нами материализовались ещё десять эсминцев ВКС — очевидно лайнер вызвал подмогу. Результаты боя таковы:

— погиб один эсминец охранения,

— повреждён второй охранник, но его можно починить,

— уничтожено четыре пирата,

— один бандит захвачен в плен.

После этого боя мы прыгнули в следующую систему в сопровождении уже четырёх эсминцев. Мда! Наш челнок точно не сможет отбиться при таком нападении. Дальнейшие три часа полёта прошли без происшествий. Мы высадились на станции «Фальк», прошли контроль, и для нашего сопровождения на уровень, где «окопались» местные правоохранительные органы, нам выделили человека. Минут через пятнадцать, после поездки на лифте и прогулки по длинным коридорам, мы пришли в один кабинет, на дверях которого была надпись: «Следователь Клум». Мы вошли, сели на поставленные у стены стулья. Перед нами за столом со скармом и искином сидел немолодой мужчина с побритой головой. Взгляд его колючих глаз не сулил ничего хорошего.

— Игон Тирт, я должен вам официально сообщить, что ваши отец и мать погибли в результате спланированного занайской разведкой террористического акта. Исполнитель арестован, его сообщник убит при попытке к бегству. Сейчас расследуется случай с вашей бабушкой. Там тоже не всё ясно. С глубоким прискорбием должен вам сообщить, что ваша бабушка сегодня в шесть утра по времени вашей станции скончалась, не приходя в сознание. Согласно закону, всё её имущество переходит в ваше распоряжение. Это скарм шестого ранга и небольшая сумма в две тысячи мон. — Следователь протянул мне чёрную банковскую карточку. — Но это ещё не всё. Вы, как единственный оставшийся в живых родственник, назначаетесь опекуном своей сводной сестры. Ей девять лет. Она после гибели матери в результате нападения пиратов на лайнер в системе Квар, училась, как и вы, в интернате. Её опекуном была ваша бабушка.

Так вот почему Ветана меня сунула в интернат! У неё на шее была моя сводная сестра! Следователь между тем продолжал:

— Игон. Если вы согласны взять опеку над родственницей, подпишите этот документ. — Мужчина пододвинул мне планшет с текстом о согласии на опеку над Ларой Висп. — Если вы не согласны взять сестру с собой, то она после окончания Младшей школы, согласно закону, будет определена в дальнюю систему Факон, где работают люди, у которых нет родственников.

— То есть, своим отказом на опеку над ней, я лишаю её возможности попасть в Старшую школу?

— Да.

Я быстро подписал согласие на опеку. Не хватало мне стать причиной несчастья пусть незнакомой мне, но родственницы. Чёрт знает, что ей потом от обиды взбредёт в голову!

— Хорошо! Игон, сестра вас ждёт в номере пятнадцать гостиницы «Цинал». Вместе с ней в номере сопровождающая, у которой есть все документы на перевод в интернат, где ты сейчас учишься. Поэтому мы и вызвали вместе с тобой и господина директора. Кстати! Согласно закона, я передаю тебе пистолет твоего отца. — Следователь протянул завёрнутый в пластиковую плёнку предмет. — Можете идти.

Хорошо, что я взял с собой сумку, которую одолжил у Долки. Пригодилась! Я заложил туда бабушкин скарм, пистолет и банковскую карточку. Мы вышли, и двинулись в гостиницу.

— Ты её поселишь у себя в ангаре? — Спросил директор.

— Да, пусть будет рядом. А можно, чтобы она училась в нашей группе?

— Да! Документы я оформлю.

Мы подошли к красивой двери, на которой была надпись «Гостиница „Цинал“». Пятнадцатый номер был на втором этаже. Я постучался.

— Войдите! — Раздался из-за двери женский голос. Мы вошли. Пока сопровождающая сестры передавала документы директору моего интерната, я подошёл к сидевшей на диване (мягкую мебель я увидел в этом мире впервые) девочке.


— Здравствуй, Лара! Я твой брат, меня зовут Игон. Можно просто, Иг!

— Здравствуй, Иг! — Чуть слышно ответила девочка, тревожно смотрела на меня из-под ресниц. На вид она мне понравилась, посмотрим. какой у неё характер.

— Ты будешь учиться вместе со мной, в нашей группе. У тебя будет отдельная комната в нашем кубрике.

— Комната? — Ресницы Лары удивлённо поднялись.

— Да, комната с кроватью, шкафом, письменным столом и санузлом.

— И там кроме меня никто не будет жить?

— Ага. У тебя есть скарм?

— Нет! Но он очень дорогой…

— Как приедем к нам, я тебе подарю скарм бабушки Ветаны. Он ей уже не понадобится. Сегодня утром она умерла.

— Как, умерла? — В глазах у Лары появились слёзы. — Моя бабушка умерла?

— Наша бабушка… Её ударила электрическая дуга во время какого-то эксперимента. Сейчас у тебя остался только я.

Слёзы покатились по щекам Лары. Но она быстро взяла себя в руки. Формальная часть закончилась. И получив на девочку все документы, директор приказал нам выдвигаться на местный космодром. Мы сели в лайнер, идущий в систему Раон. Лара первый раз попала на большой корабль, поэтому ей всё было интересно. Она задавала кучу вопросов, на которые приходилось отвечать директору, так как я не знал на них ответа.

Обратный полёт прошёл без всяких осложнений. Мы прибыли на луну, пересели на бот местной пассажирской линии, и через час уже входили в дверь интерната. Я повёл сестру в наш ангар. Увидев обшарпанную дверь, она иронически усмехнулась:

— Ты живёшь в этом кубрике? По двери видно, что там внутри!

Я улыбнулся, открыл дверь, пропустил Лару внутрь. Как только она вошла, её взгляд сразу упёрся в стоящий посредине ангара челнок.

— Это чей корабль? — Спросила она через минуту, смотря удивлёнными глазами на «Дружбу».

— Мой!

— Не может быть!

— Почему?

— У таких, как мы, не может быть кораблей!

— Ну, что ты знаешь обо мне?

— Ты мой сводный брат… И всё! — Растерянно сказала Лара, посмотрев с недоумением на меня.

— Я до гибели родителей учился в платной элитной школе. У нас была яхта «Звезда». Нашего отца и мою мать убили, подстроив аварию на корабле. Живым при крушении «Звезды» остался я, но частично потерял память. Ветана отказалась за мной смотреть, и перевела меня в школу-интернат. Тогда я просто не знал, что у бабушки есть ещё и ты. Про тебя я узнал только сегодня, от следователя. Мне после гибели родителей дали некоторые вещи с яхты. Часть я продал. Мы с ребятами из группы на эти деньги и собрали челнок, который ты видишь перед собой. У тебя есть какая-нибудь специальность, хотя бы, первого ранга?

— Нет… — Удручённо ответила сестра.

— Ничего. Деньги Ветаны передали мне. Я и ты пойдём с тобой в Центр по профессиям, и сдадим тесты. Но, это завтра. Теперь, вот тебе скарм Ветаны. Он шестого ранга, как и у меня. пошли. Я покажу тебе комнату.

Я завёл Лару в помещение. Она была сильно впечатлена и постоянно спрашивала:

— А эта комната действительно моя?

Пришлось её успокаивать, подтверждать, что именно здесь она и будет отныне обитать. Я послал сестру купаться под душ, а потом, когда она кончила мыться, и вышла из санузла, включил синтезатор пищи, и мы мпоели. Потом я повёл её на корабль.

Она ахала и охала, постоянно спрашивая:

— И это вы сами всё сделали? Какие вы молодцы! А я ничего не знаю, меня просто не учили.

Я подарил Ларе дроида «Д7», час учил её управлять этим роботом.

— А ты где будешь жить? — спросила Лара.

— На корабле. Там места много. Вот, в ложементе буду спать, как и положено капитану. — Улыбнулся я.

Тут со школы подошли ребята. Я их познакомил со своей сестрой, и объявил, что она будет в нашем экипаже.

— Очень хорошо! Пусть она будет вместо меня вторым пилотом, а я техником хочу стать! — Заявила Ракива.

— Все с этим согласны? — Я обвёл ребят взглядом.

— Да! — Хором ответили они..

— Тогда, ребята, я буду жить врубке «Дружбы», а Лара в комнате. Всем раздадим скафандры. Все видели, что они понадобились уже в первом полёте.

— Ура! — И банда школьников забралась в склад челнока, и каждый из нас получил по три скафандра. Сильно удивлённая Лара растерянно стояла, прижимая к себе упаковки со скафандрами. Я вывел её из ступора, послав в комнату, закладывать в шкаф привалившее ей богатство.

После этого девочки рассказали, что было на уроках. Я достал пластиковую упаковку, и развернул её. Там лежал пистолет с пачкой бронебойных патронов. Похожий на него экземпляр я видел на Земле, в каком-то военном журнале. Но вот держать его в руках или стрелять с него, мне, естественно, не довелось.


— Ух ты! — Парни обступили меня. — Откуда, Иг?

— Это следователь дал, пистолет моего отца.

— Пострелять дашь?

— Дам. Можно здесь сделать мишень, и тренироваться.

— А это идея! — Ниг побежал за дроидами. Через два часа у нас был двадцати пяти метровый тир в одном из углов ангара. Мы даже постреляли. Лара удивилась — в интернате, где она жила, военное дело пока не преподавалось. Она тоже попробовала стрельнуть, но, пока, естественно, все пули, выпущенные её рукой, пролетели мимо мишени. Она надулась, но девочки её успокоили, сказав, что сами промазали, когда первый раз стреляли. Я потом посмотрел по скарму, сколько стоят патроны к пистолету. Пачка обходилась десять мон. Куплю пока на сотню. Заказ принесли через час. Ребята обрадовались, что можно будет тренироваться в стрельбе после уроков.

Уже ночью, лёжа в рубке «Дружбы», я стал подсчитывать, какие профессии сможем я и Лара выучить за две тысячи монет, оставшихся от нашей бабушки.

Итак, мне надо выучить и подтвердить вторые ранги техника и оператора дроида, выучить первый и второй ранг пилота, а затем подтвердить и их.

Выходит, только для меня необходимо все эти две тысячи… Мда! Так не пойдёт. Начну с Лары. Ей надо на оператора дроида, техника и медика первого ранга тысяча триста мон. Тогда мне на учёбу и подтверждение пилота первого ранга мне нужно шестьсот мон. А на оставшуюся сотню куплю что-нибудь. Значит, у меня появится профессия пилота. Хоть управлять челноком смогу. С этими мыслями я и заснул.

Проснулся, помылся, сделал все гигиенические упражнения в сортире челнока, и вышел в ангар. Сестра нехотя встала. Не привыкла она просыпаться в семь утра. Ничего, я и её погонял — заставил побегать, отжиматься и повисеть на турнике. Лара надулась, назвала меня извергом. Клялась, что больше не встанет так рано, чтобы удовлетворить прихоти брата-извращенца. Потом она успокоилась, посидев минут пять под душем. Мы поели. В это время стали просыпаться ребята. Потом мы все побежали в столовую — организмы у нас растущие, поэтому утренний перекус для нас не хватил. После столовой, пока не пришёл учитель, мы поставили для Лары новый стол и стул, которые взяли у завхоза. Подаренный мной Д7 прислуживал сестре. Он поставил на стол бабушкин скарм. Все ребята с завистью смотрели на скарм шестого разряда.

— Лара, сегодня мы с тобой пойдём после еды в Центр по профессиям. Ты изучишь и сдашь первые ранги оператора, медика и техника, а я выучу и сдам первый ранг пилота. Тех денег, что есть на карточке бабушки на большее не хватит, согласна, Ларочка?

— Да! — Сестра с удивлением посмотрела на меня, очевидно так её никто никогда не называл.

Увидев новую ученицу, практически все педагоги опрашивали мою сестру. На литературе выяснилось, что Лара хорошо знала программу. Математика для моей сестры преграды не составила. Она хорошо щёлкала все виды задач. На химии Лара откровенно «плавала». Военное дело показало плохую подготовку моей родственности. Подполковник ругался, но очень на Лару не наезжал, так как знал, что только в трёх интернатах идёт эксперимент с обучением детей владению оружием. Физика для Лары тоже проблем не составила. Музыка преподавалась только в нашем интернате, поэтому про всякие премудрости этого вида искусства моя сестра никогда не слышала.

После уроков мы поели в столовой, и я с сестрой двинулись изучать профессии. В Вирт капсуле передо мной была голограмма пульта челнока. Вначале меня обучали, где и какая кнопка находится, к чему приводит нажатие на неё, как и куда перемещать рычажки и многое другое. После этого я виртуально выводил челнок в космос, и сажал его в ангар… Затем, через пять часов, был проведён экзамен уже на настоящем корабле. Через час я его сдал. Мне добавили в карточку профессий первый ранг пилота. Теперь я могу летать в местной системе, перевозить грузы, так как у меня есть собственный челнок.

Лара за это время выучилась на оператора дроида и сдала экзамен. Завтра она получить первый ранг техника, а послезавтра выучится на медика. Сестра восторженно трещала мне под ухом, сообщая, как проходило обучение, и тесты на звание оператора. Когда мы вернулись в одиннадцать часов вечера, Лара побежала на корабль, вывела одного из дроидов комплекса «Мата» и заставила его порезать какую-то железку на части, а потом сварить из неё что-то типа стула.

Она с гордостью показала мне эту вещь.

— Молодец! Лариска!

— Лариска? — Удивилась сестра.

— Да, Лара. Тебя можно ласково называть Ларой, Ларочкой… А в домашней обстановке ты можешь называть меня Иг, я я тебя Лариска!

— А покороче нельзя?

— Это будет неуважение к тебе. Не буду же называть тебя Ла!

— Да, как-то я об этом не подумала! — Почесала макушку Лара. — Ладно, зови меня, как считаешь нужным.

Мы разошлись. Лара пошла, спать в свою комнату, а я поднялся на челнок… Полночи я занимался при помощи скарма. Спать сейчас не хотелось. Стал с помощью искина просматривать заказы биржи на перевозки груза. Пока всё было занято имеющимися транспортными компаниями. Как я убедился во время путешествия на лайнере, нам необходимо хорошо вооружить челнок. Стал смотреть цены на пушки:

— обычные орудия — от тысячи до двух тысяч мон.

— лазерные орудия — три тысячи мон,

— плазменные орудия — четыре тысячи мон.

Первые пушки действовали на расстоянии от пяти до десяти тысяч километров. Лазерные орудия могли пробивать обшивку на расстоянии от пятидесяти до ста тысяч километров. Плазменные пушки действовали до сорока тысяч километров. Электромагнитные орудия здесь не применялись. Их просто не было. Я просканировал местный КвантоНет. Такие орудия делали раньше, но потом их отменили из-за, как показалось местным генералам, большого расхода энергии при низких технических показателях и плохом проценте поражения быстрых кораблей противника. Понятно! Ладно, подумаю об этом после, а пока, спать…


Глава 10 Доносы и экспроприация экспроприируемого


Последующий месяц мы только учились. Один раз только я вывел наш челнок, и с разрешения диспетчерской мы прыгнули вглубь местной системы. Посмотрели на планеты, астероиды, а затем вернулись обратно. Нас остановил таможенный катер прямо у станции.

— «Дружба», остановитесь! Вы должны пройти контрольную проверку на случай нарушения трудового законодательства.

Я с ребятами переглянулся. Какаго законодательства?

— У нас просто прогулка была по системе!

— Вот и проверим!

— На борт «Дружбы» высадилось три таможенника с какими-то приборами. Они три часа осмативали все наши помещения с помощью какого-то прибора. Потом офицер спросил меня:

— Что вы перевозили в грузовом трюме?

— Вот! — Я попросил Тону сбросить данные о находке контейнера с рудой.

— Так, незаконная трудовая деятельность! — Протянул таможенник.

— Какая деятельность?

— Без взрослых вы не можете до двенадцати лет возить на челноке грузы.

— Но с нами был мой родственник. У нас тогда не было пилота, и мы попросили его проверить челнок в полёте! — Вмешалась Долка. — Можете позвонить ему и спросить!

Таможенник поморщился. Очевидно, его какая-то комбинация не удалась. Он дал приказ и завершил осмотр. Катер отвалил от нашего челнока.

— Иг, мне один солдат сказал, что на нас поступил донос таможенникам. — Сообщила Лара.

— Какой донос? — Всполошились ребята.

— Он больше ничего мне не сказал.

Когда мы приземлились в ангаре, я дал задание Тоне просканировать все станционные сети. Надо было узнать, откуда пришёл донос в правоохранительные службы.

Через скарм я вышел на юридический сайт. Там нашёл закон о трудовой деятельности. По нему выходило, что пока мне, как собственнику и владельцу челнока, не исполнится двенадцати лет, я не имею права заниматься перевозками. Если я это сделаю, то мой корабль правоохранительные органы реквизируют и продадут на аукционе. Так, значит, в этом году мне исполнится одиннадцать лет, и придётся ждать ещё один год, чтобы я смог применять челнок по назначению. Защитить любого гражданина может как государственная, так и частная компании «Юрист» и «Защита прав». Услуги их платные. Были указаны и тарифы таких услуг:


— месячная защита — десять мон,

— полугодовая защита — сто мон,

— годовая защита — тысяча мо,

— пятилетняя защита — три тысячи мон,

— десятилетняя защита — пять тысяч мон,

— полувековая защита — десять тысяч мон,

— вековая защита — двадцать тысяч мон.


Мда! Пока это нам не нужно. Я позвал ребят, показал им всё, и сказал:

— Кто-то хочет, чтобы у нас конфисковали челнок. Пока я не знаю, кто. Поэтому, до тех пор, пока мне не исполнится двенадцать лет, мы не сможем зарабатывать на корабле. Ничего, подождём! За это время мы доведём «Дружбу» до кондиции — надо поставить для всех ложементы, установить пульты для навигатора, щитовика и оружейника. Нам понадобится купить несколько комплектов ручных инструментов, желательно заиметь ещё один комплекс технических дроидов. Когда я летел за Ларой, на лайнер напали пираты. Я понял, что нам понадобиться модернизировать «Дружбу». Необходимо:

— установить лазерные орудия, штуки четыре,

— купить кресла для пассажиров,

— усилить защиту челнока бронёй,

— модернизировать энергетическую часть.


Но таких денег пока у нас нет и как их достать, мы пока не имеем ни малейшего понятия.

Ребята стояли хмурые. Тут пришло извещение от искина:

«Сообщение в таможенную службу ушло из стен интерната».

— И кто эта гадина, которая хочет нас оставить без корабля? — Зашумели ребята.

— Если логически мыслить, то учителям и директору это не нужно. Их наоборот, премируют, если мы перейдём в Старшую школу с кораблём, построенным во время учёбы в интернате. Значит, это кто-то из учеников. Кто это может быть? Соображения есть?

Но никто из нас не мог ничего сказать. Ладно! Подождём. Тот, кто пытается нам нагадить, рано или поздно проявит себя. Надо только охранять челнок, чтобы нам его не повредили. Реактор во время стоянки у нас выключен. Энергию дают накопители. Они вдвоём могут поддерживать систему жизнеобеспечения и работу энергосети при минимальной активности, примерно на протяжении года. Двери корабля блокируются изнутри. Поэтому никто в «Дружбу» без нас не залезет. — Всё это я выложил команде. Ребята несколько успокоились.

— Я подумаю, как нам достать деньги. — пообещал нам Сво.

— А если предложить моему родственнику, пилоту, взять в аренду наш корабль? — Спросила Долка.

Пришлось опять лезть в законодательство. Оказалось, что в аренду сдать мы ему корабль не можем, пока мне не исполнится двенадцать лет. Но можно нанять взрослого пилота, если есть выгодный заказ. Правда, тут такая петрушка получалась. За перевозку любого груза (пассажиров до исполнения собственнику двенадцати лет, перевозить нельзя), нам дадут десять процентов от стоимости этого самого груза. Из этих десяти процентов мы должны выплптить жалование пилоту и внести налог, который равен двадцати процентам прибыли. Грубо говоря, при перевозке груза стоимостью в десять тысяч мон, нам заплатят тысячу. Из неё мы сдаём государству двести мон. Минимальная зарплата пилота — тысячу пятьсот — две тысячи. Поэтому нам, реально, мелкие перевозки не выгодны. Надо будет мониторить через биржу заказы, стоимостью не менее пятидесяти — ста тысяч мон. Посмотрели…

Таких заказов очень мало, не больше десяти процентов от всех имеющихся. Мда! Не везёт нам…

Взгрустнули. Сели, стали обмениваться мнениями, что же нам делать.

— Ну, на имеющиеся десять тысяч мы выучим, что возможно, из профессий. А дальше что? — Спросила Савола.

— А дальше, надо думать, как достать деньги или ждать, когда капитану стукнет двенадцать лет. — ответил Ниг.

— А что было бы, если у Ига не оказалось бы хоть такого, мизерного наследства? — Поинтересовалась Лимина.

— У нас был такой случай. У одной группы появился новый челнок второго ранга. Но потом весь этот кубрик был взят под стражу. Всех четверых парней арестовали. Выяснилось, что они, для приобретения челнока, создали банду, и в свободное от учёбы время грабили прохожих в коридорах станции, и совершили налёт на магазин, где укради несколько ридеров и скарм. Вот из-за этого на них и вышли. Скармы оказались все на учёте. За три месяца эта банда награбила несколько сотен тысяч мон. — Сообщила нам Лара.

— Банду, что ли организовать? — Засмеялся Пульк. — Пистолет у нас есть, патроны купим. Остальных вооружим железными трубами. Подстережём в коридоре какую-нибудь одинокую женщину, выскочим с криком «Кошелёк или жизнь!». Против девяти человек никто в одиночку ничего не сделает!

— Ага! А то что сейчас система видео наблюдения в каждом закоулке, ты забыл? — Опусти с небес на землю одноклассника Ниг.

— Я знаю одну банду. В ней человек пять. У них есть несколько захоронок, куда они складывают награбленное. Я однажды проследил за ними. Вышло это случайно. — Начал Сво. — Туда они заявляются не часто…

— Точное место знаешь?

— Да!

— Давай, говори, где это. Я искину дам задание подсоединиться к системе видео наблюдения на этом участке. Посмотрим, когда они там бывают. Как только они уйдут, сразу побежим туда и вскроем их склад. Что сумеем у них спереть, сдадим в магазины. Они же тоже этим живут.

— Да! Хороший план.

Полдня мы с помощью моего искина следили за местом, которое указал Сво. Но преступники не появлялись.

— Оставим искин подключённым к системе. Он сделает запись. А потом мы просмотрим её в следующий день отдыха.

Так и сделали. Девять дней мы учились, а на местное «воскресенье» сели прямо с утра, смотреть запись. Нам повезло. Банда принесла награбленное добро на склад. Это случилось в местную «пятницу». Мы вооружились, и отправились вместе с дроидами на операцию. Чтобы нас не узнали, в сферу съёмки камер мы не входили. Послали дроид Д7. Он быстро срезал замок на двери, а потом заскочил в помещение и три раза таскал нам в манипуляторах небольшие кейсы. Сам склад бандитов был в малонаселённом районе, поэтому в этот коридор мало кто заходил. Внутри, если верить камерам дроида, награбленным было заполнено треть помещения. Дроид вернулся, и восстановил замок. Дверь опять закрыли. Искин оставили подключённым ещё на неделю. Эта мера предосторожности оказалась не лишней. Бандиты что-то заподозрили, и поставили рядом с дверью охранного дроида. Ну, ладно. Больше мы туда лезть пока не собирались.

Манипуляторы Д7 позволяли взять сразу четыре кейса. За три ходки дроид притащил нам двенадцать таких чемоданчиков.

Наш улов был таким:


— в трёх кейсах были скафандры пилотов пятого ранга,

— ещё два контейнера были полны ручного инструмента пятого ранга,

— в одном кейсе лежал сканер шестого ранга, такой же, как и меня,

— ещё один ящик содержал блок настройки электронных компонентов корабельного оборудования,

— в самом маленьком кейсе лежал прибор, который помогал временно обездвижить дроиды, или выключить камеры наблюдения,

— в остальных кейсах лежали платёжные кристаллы и банковские карточки.


Я просмотрел их на ридере. Половина карт были запаролены, пришлось их выкинуть. С оставшихся мы получили только три тысячи мон. Кристаллов было всего девять. На восьми были суммы не выше тридцати мон, зато на последнем экземпляре оказалось сразу девять тысяч. В результате, операция «Криминал» принесла нам в денежном выражении двенадцать тысяч двести мон. Скафандры, ручной инструмент и приборы мы оставили себе. Сканер, захваченный у бандитов, мы оставили себе, а в магазин понесли мой, с яхты. За него нам дали пятнадцать тысяч мон.

В результате у нас на руках скопилась сумма тридцать семь тысяч мон. Двести монет мы потратили на покупку патронов к пистолету..

Значит, будем всем поднимать ранги по профессиям. Нам желательно, чтобы у всех девяти человек были вторые ранги по следующим профессиям:

— оператор дроидов,

— техни.

На это нам потребуется девять тысяч девятьсот мон. Мне нужно на пилота второго ранга тысяча триста мон.

Лара должна получить медика и пилота второго ранга. Значит, для неё потребуется тысяча девятьсот мон.

Пальку для изучения профессии навигатора первого и второго ранга необходимо выделить тысяча четыреста мон.

Савола должна изучить первый и второй ранг щитовика — тысяча четыреста мон.

В результате четырнадцать тысяч девятьсот монет ушли на учёбу в Центре по профессиям.

Осталось двадцать две тысячи сто местных тугриков. Месяц мы провели в учёбе, как в школе, так и в Центре. Наконец, сильно уставшие, мы выполнили свою программу минимум. У нас у вех были вторые ранги выбранных профессий.

Купили для пассажиров двадцать кресел шестого ранга. Десять тысяч улетело на них. На двенадцать тысяч купили лазерные орудия пятого ранга для фрегата. Их удалось взять две штуки на свалке. Оставшуюся сотню потратили на десять пачек патронов для моего пистолета — тренировались мы в стрельбе каждый день, поэтому уже все попадали в «восьмёрки» и «девятки» на мишени. Пару раз летали на «Дружбе», тренировались в пилотировании (я и сестра), постановке щитов (Савола), ликвидации аварии на ректоре и двигателях (все вместе).

Из пушек, которые мы установили (ЛОФ — 5) в башенках сверху и снизу челнока, стрелял наш искин. Правда, энергии не хватало. Поэтому палили по астероидам с места. Денег больше нет. Пассажирский салон мы оборудовали полностью. Значит, нужен второй реактор. Я посчитал. Выходило, что лучше купить раздельные реакторы на разных потребителей. Но тогда нужно ещё две штуки — отдельно на щиты, отдельно на оружие. Больше у нас не поместится. Нужно, как минимум, двенадцать тысяч мон для этого. На свалке есть нужные нам экземпляры.

Решили провести операция «Повторный грабёж». Опять подсоединились с помощью искина к системе видео наблюдения станции. Подгадали момент, когда преступники принесли награбленное. Через час, как они ушли, Д7 с прибором — глушилкой пробрался в этот коридора. В результате включения прибора на полчаса выключились камеры наблюдения и дроид — охранник, которого оставили бандиты. Операция прошла успешно. Д7 притащил нам девять кейсов и один малый контейнер. Больше мы решили не грабить грабителей.

В кейсах лежало шесть скафандров техника пятого ранга и ручные инструменты. В малом контейнере находился комплекс дроидов шестого ранга (два робота). Я проверил его сканером. Работоспособность их была сто процентов. Нашли с помощью скарма, что это за комплекс. Оказалось, это импортные, специализированные дроиды для верфи. Их стоимость достигает пятидесяти тысяч мон. Сдали их в магазин. Получили тридцать тысяч. Купили два реактора четвёртого ранга с десятилетним сроком службы и шестидесяти процентной работоспособностью. Провели дополнительные энергетические шины, поставили нужные отдельные пульты для щитовика и навигатора. Купили ещё две лазерные пушки от фрегата и три ракеты. Теперь наш челнок был оборудован полностью. Осталось только забронировать корпус.

За этими делами прошёл ещё месяц. Нам объявили, что с завтрашнего дня начинаются каникулы. Я забыл проверить, когда у Игона, в чьём теле я живу, день рождения. Мне напомнила Лра. Оказалось, что дня через три мне исполнится одиннадцать лет. Правда, справлять здесь такие даты не принято. Уже, когда начались каникулы, через неделю, нас всех построили, а потом повели на три уровня выше. Пришли мы к клинике. Там, на капах (медкапсулах) начали измерять наш коэффициент интеллекта и проверяли здоровье. Первый показатель оказался у нашей группы сто семьдесят два следующим:

— Игон — сто восемьдесят,

— Лара — сто шестьдесят,

— Лимина — сто пятьдесят восемь,

— Савола — сто шестьдесят два.

— Долка — сто шестьдесят шесть,

— Ракива — сто семьдесят,

— Пальк — сто семьдесят,

— Сво — сто семьдесят пять,

— Ниг — сто шестьдесят девять.

Здоровье у всех было нормальным. Врачи удивились таким показателям, потому что у остальных групп нашего интерната КИ не превышал сто пятидесяти пяти.

Мы вернулись в школу. Неделю просто занимались на скармах по тем предметам, где у нас было отставание. Потом на мой скарм позвонил родственник Долки. Пилот предложил нам совершить рейс на шахтёрскую станцию и привезти стандартный контейнер с вольфрамом.

— А почему они не хотят обратиться к официальным перевозчикам?

— Этот металл стоит в тридцать раз больше, чем железо. В контейнере пятнадцать тысяч тонн. Стоимость товара — двести двадцать пять тысяч мон. Вам положено десять процентов, то есть, двадцать две с половиной тысячи. Для перевозчиков груза это маленькая сумма. Поэтому все отказались.

— Тогда пилотом будете вы, получите две с половиной тысячи. Всё по закону. Мы его смотрели.

— Хорошо!

Пилот приехал через час. Мы вылетели. Полёт в соседнюю систему продлился не более часа. Нас встречали. Перегрузка товара произошла не на станции шахтёров, а в открытом космосе, около какого-то астероида. Развернулись, полетели обратно.

— «Дружба». Стоять! Таможенный досмотр.

— Не имеете права, у нас управляет челноком родственник и опекун одной ученицы, пилот второго класса Фарк Тарм. Ему двадцать пять лет.

— Чёрт! — Выругался таможенник. — Пролетайте. Мы полетели к заводу, а после сдачи вольфрама, поделили деньги. Теперь у меня была банковская карточка бабушки. На неё я и получил двадцать тысяч мон. После приземления в ангаре, Фарк откланялся.

— Ребята, теперь поделим деньги. Это наш первый, практически, официальный заработок. У всех есть карточки?

— Да!

— У меня кристалл! — Сообщила Лара.

— Без разницы. Ридер у меня универсальный. Каждому даю по тысяче. Что хотите, на эти деньги покупайте, они ваши. Одиннадцать тысяч я оставлю. Для корабля нужна броня и многое другое. Если ещё будет такая же, как сегодня, работа, то добавим.

Все обрадовались. После раздачи зарплаты мы собрались на совещание.

— Кто-то опять заявление на нас написал в таможню. — Мрачно сказал Сво. — Не зря же таможни нас ждала у станции.

— Завистники у нас объявились. — Подтвердил Пальк.

— Ладно. пока не знаем, кто это. Главное, что хоть немного заработали. Если бы не Сво и Лара, то сидели бы и сосали лапу. Жаль, больше не сможем доставать лёгкие деньги. — Сказал я.

— Почему? — Удивились ребята.

— На скарм пришло сообщение из КвантоНета, читайте:

«Сегодня была арестована банда преступников, обворовывающая жителей станции и склады мелких торговцев. Обнаружено двенадцать тайников, где бандиты прятали украденный товар…».

Дальше шли перечисления тех мест, где находились захоронки. Один из адресов и был тот, по которому мы наведывались к бандитам.


Глава 11 Каникулы и небольшие заказы


Через неделю после этого полетели на свалку. Нам нужна была броня и электронные блоки ко всем нашим реакторам, двигателям и другому оборудованию. Прибор для наладки всего этого оборудования у нас есть — у бандитов спёрли. Пора его применить. Добрались до «Утилизатора». Сегодня не выходной день, поэтому пришлось постоять в небольшой очереди. Мужчина, работающий в «Утилизаторе» очень удивился, когда мы ему сказали про броню.

— Я вам дам любую — контейнер стоит сто мон, завод не принимает бронелисты, так как они композитные. А отделять металл от керамики и прочего — та ещё проблема. Сейчас посмотрю. Вот. Есть два контейнера с бронёй от крейсера пятого ранга. Она вам хватит два раза обернуть ваш челнок в бронепояс. А вот электроника для ваших реакторов стоит немного дороговато. Контейнер — пять тысяч. Зато она имеет сто процентную работоспособность и точно для вашего оборудования. У вас же четвёртый ранг?

— Где третий, а где и четвёртый. Нам два контейнера.

— Вот и хорошо! Подписывай.

— Наш челнок у вас на космодроме.

— Ага! Через час уже сможете вылететь. Наши дроиды привезут все четыре контейнера прямо к трюму.

После покупки нужных компонентов и возвращения в ангар, мы начали заменять вначале электронику, настраивая её имеющимся у нас прибором. В результате недельного труда удалось поднять общую работоспособность челнока до восьмидесяти процентов. Снятые блоки мы просто продали за две тысячи.

С бронёй пришлось повозиться. Надо было подгонять каждый лист. А у нас не было специального оборудования, которое применяется для сгиба броневых листов по контуру корпуса на верфях. Промучившись два дня, пришли к выводу, что нам нужно резать эти дисты. А вот это оказалось достаточно трудным делом. К нам пришёл в гости родственник Долки. Он увидел наши мучения, а потом предложил:

— Вы рассчитайте при помощи искина, форму листов по контуру челнока. У ИИ есть специальная программа для таких случаев. Потом он вам выведет, сколько и какой формы пластин вам надо.

Я последовал его совету, и к вечеру искин выдал нам полный комплект голограмм с размерами, местами сгиба и резки, и прочими параметрами нашей брони. На следующий день Фальк повёл нас в мастерскую своего дяди. Там за тысячу мон по этим «чертежам» на специальном станке согнул и порезал нужное количество броневых пластин для двухслойной обшивки челнока. За тысячу мы купили специальный клеящий состав. Потом неделю мы лепили броню на корпус.

Несмотря на утяжеление корабля, ходовые характеристики не пострадали, так как мы смогли правильно подстроить всё оборудование. Взяв разрешение у диспетчера, мы прыгнули в одну из соседних систем. Там было двенадцать планет, и над двумя из них висели торговые станции. На одной из них мы и приземлились. Поход по магазинам привёл к трате наших первых зарплат. Девчонки накупили дешёвой одежды и косметики, а парни приобрели по пистолету с патронами. Я купил себе миниатюрного дроида, который мог разбирать и ремонтировать мелкие вещи. Когда мы шли к челноку, на нас напали. Банда в двенадцать человек, вооружённая обрезками труб и одним пистолетом попыталась отнять у нас купленный товар. Вот тут и пригодились пистолеты. Мы залпом ликвидировали сразу треть банды, в том числе и обладателя огнестрельного оружия. Остальные гопники побежали в боковой коридор. Мы преследовали их до тех пор, пока последний из нападавших не упас м простреленной головой.

Через десять минут появилась станционная полиция. разобрались быстро. Нам с попросили задержаться, а потом повели на другой уровень, где находилась жилая ячейка бандитов. Пистолет гопников нам не дали. Ну и чёрт с ним. В жилой ячейке были найдены три кейса и один контейнер, внутри которого был реактор шестого ранга. Откуда бандюги его взяли, непонятно. Пришлось пригнать наших дроидов. Реактор был бороводородным, но мощность его была в три раза выше, чем у всех наших энергетических блоков вместе взятых. Размеры реактора позволяли поставить его в наш реакторный отсек.

— Это энергоблок от эсминца! Вам повезло. — Сказал полицейский после просветки контейнера сканером. — Его мощность двести десять мегаватт.

— Ого! — Удивились ребята. Проверка кейсов показала, что в них ручной инструмент. Специальный сканер полицейского обнаружил закрытую нишу. Там были десятки банковских карточек и расчётных кристаллов. Все запароленые карточки взяла себя полиция. Нам досталась только одна карточка с тысячей мон. На кристаллах всего нашлось двести мон. Но мы были довольны. Только реактор окупит нам все наши расходы.

Когда мы прилетели к себе домой, первым делом выгрузили реактор. Потом три дня переделывали свой энергетический отсек. Все наши старые реакторы продали за двадцать семь тысяч. Вместо них теперь у нас стоял энергоблок от эсминца. Теперь мы не беспокоились о щитах, лазерах и двигателях — энергии было достаточно. Скорость челнока возросла в полтора раза, достигнув трёх тысяч километров в секунду, мощность щита достигла аналогичного параметра эсминца, наши лазеры могли теперь стрелять непрерывно. Докупили новые накопители энергии, чтобы не делать теплоотводы. Теперь мы могли два года жить за счёт энергии этих конденсаторных аккумуляторов.

Мы проверили новые способности нашего челнока. Даже при выключенном реакторе у нас скорость на протяжении десяти часов была равна тысяче пятьсот километров в секунду только за счёт накопителей. Теперь надо было получить за имеющиеся у нас деньги специальности стрелков и оружейников. На одного претендента выходило две тысячи сто мон. Нас было девять человек. Поэтому мы все получили по второму рангу этих специальностей, затратив девятнадцать тысяч монет. Ещё четыре тысячи мон, и все мы выучились на медиков второго ранга.

Затем слетали на свалку, где за последние четыре тысячи приобрели комплекс ремонтных дроидов четвёртого ранга. В него входило восемь роботов, предназначенных для ремонта кораблей. Работоспособность этого комплекса была на уровне семидесяти процентов. Практически, у нас теперь был бронированный челнок уровня три с плюсом, с защитой от эсминца и вооружением от фрегата. Экипаж был набран, причём у всех были вторые ранги по основным специальностям. Мы установили пульты для стрелков в рубке, переходном коридоре и в энергетически — двигательном отсеке. Теперь вести стрельбу мог каждый из нас, где бы он ни находился.

Наконец каникулы кончились. Мы опять начали заниматься. Слава богу, нам больше не увеличивали количество изучаемых дисциплин. Зато удлинили продолжительность уроков до сорока минут. Ребята глухо роптали, но учителям ничего не говорили. Мне это было, так сказать, до лампочки. Когда я учился на Земле, уроки у нас с первого класса были по сорок пять минут, и начиная с четвёртого класса их количество вначале увеличилось до шести в день, а в девятом и десятом классах иногда было и по семь уроков.

Теперь математик уже не качал головой, когда проходил мимо моего стола. По химии у меня и у сестры была одинаковая оценка — сорок баллов. Она меня немного поднатаскала за каникулы по литературе, а её я обучил стрельбе из пистолета. Да и весь наш экипаж практически имели одинаковый уровень знаний по всем предметам. Меня нервировала только музыка — когда нет природных данных, ничего тебя не спасёт. Но тут мне просто повезло. Учительница задала на уроке придумать песню о космопроходцах. Все задумались. Я не любитель музыки, но на Земле приходилось слушать разные песни. Для музыкального произведения этого типа важно иметь соответствующие стихи и мелодию. Что взять за основу? Думал я недолго, и начал на скарме писать, то что помнил:


Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе…


Нет, не то. Какая ещё Земля? Тут вообще другая галактика! Ладно, поищем что-нибудь другое:


Мы в такие шагали дали,

Что не сразу то и дойдёшь!


Опять не то! Где синяя птица, и где космос! Оглядел всех ребят. Часть сидит, и что-то явно пытается сочинить. Двое просто смотрят в потолок, остальные задумались, но, как видно, пока ничего не придумали. Что ещё помню? Попса девяностых и двухтысячных тут не подойдёт. Придётся брать что-то из произведений композиторов «империи зла», так как англоязычные песни про космос я вообще не знаю. Печалька…

Ведь ещё надо на местный язык это перевести. Чёрт! И что бы взять? Где там про звёзды? А если?


Кто тебя выдумал,

Звёздная страна…


Нет, это совсем не то… Думаем… звёзды. Звёзды…


Светит незнакомая звезда,

Снова мы оторваны от дома…


Вот! Только вместо аэродромов — космодромы. Итак, меняем строчки под нашу тему и записываем:


Светит незнакомая звезда,

Освещает рубку звездолёта,

Снова между нами светгода,

Далеко планета с космодромом…

Надежда, как компас во тьме

Холодного космоса светит …


Набрались у меня вирши на три полноценных куплета с припевом. Я переводил сразу. Поэтому и получались такие, немного странные, стихи. Но я не поэт и не композитор, поэтому мне простительно! Потом на скарме нашёл программу перевода голоса в нотную запись. Тихо пропел стихи под ту мелодию, которую помнил с Земли. Вроде получилось ничего. Шероховатостей в стихах много. Но попробую сдать в таком виде, как у меня сейчас это получилось. Посылаю сигнал о готовности с файлом песни на скарм преподавателя. Она встрепенулась, открыла у себя на экране полученную информацию, начала читать, прослушала мелодию. Попробовала под неё спеть. От удивления у учительницы глаза стали размером с блюдца:

— Дети! Игон Тирт выполнил задание раньше всех. Послушайте, что у него получилось!

Зазвучала мелодия и женщина начала петь. Голос у неё был шикарный. В результате всем ребятам понравилась как песня, так и её исполнение учительницей.

— Сегодня Игон Тирт заслужил пятьдесят баллов. — Сказала она. Урок кончился, и ребята и окружили меня.

— Не знал, что ещё и поэт, и композитор. — Язвительно сказал сказал один парень из ангара номер сто.

— А я ни то и ни другое. Просто, иногда и мне везёт! — Не стал я нарываться на конфликт. Но как видно, у него на уме было унизить меня перед всеми.

— Хотя что я спрашиваю, это же богатенький Буратино, с элитной школы! Он не чета нам, простым людям! И прихлебателей подобрал себе под стать! Ничего, скоро придёт конец и вам, и вашему челноку!

Я подскочил, и со всей силы врезал ему по голове. От неожиданности это дерьмо упало на пол и ударилось головой.

— Так вот кто на нас в таможню доносы посылал! — Закричал Сво. Ребята подскочили и начали бить ногами негодяя.

— Что вы делаете!? — Заорала сестра этого ублюдка.

— Значит, вы вместе писали доносы на нас! — Лара вцепилась девчонке в волосы.

— Какие доносы? — Непонимающе спрашивала вторая пара из сотого ангара.

— Обычные! Они писали в таможню, что мы занимаемся незаконной деятельностью на челноке, и нас несколько раз останавливала и проверяла таможня. Нам сказали, что на нас пришло сообщение из интерната. — Просветила изумлённую публику Савола.

— Что здесь происходит? — В класс зашёл директор с учителем математики. — Зачем вы их избили?!

— За доносы в таможню! Они добивались реквизиции нашего челнока! — Ответил Ниг. Побитые нами брат и сестра стояли, пошатываясь. У парня шла кровь из носа, стояли фингалы под обоими глазами, одно ухо распухло. У его сестры были всклокочены волосы, подбит один глаз и одно ухо отсвечивало краснотой.

— Вы правда этим занимались? — Грозно спросил директор у этой двойки. Те стояли, понурив головы.

— Да! Я сейчас вышел на сайт таможни через скарм. Тут есть их доносы на Игона Тирта и ангар номер шестьдесят. — Объявил учитель математики.

— Нам тут такие не нужны. — Твёрдо сказал директор. — Я вас переведу в школу интернат номер десять. Там много свободных мест. Если вы ещё напишете донос в какую-нибудь правоохранительную структуру, то очутитесь в исправительном интернате системы Дильк.

Брат и сестра вздрогнули от последних слов директора.

— Идите, собирайтесь! Чтоб завтра я вас здесь больше не видел!

Так мы избавились от завистников. Нам в группу добавили двух девочек, которые попали в интернат после эвакуации населения с одной из станций, на которую напал отряд занайцев. У них родители были военными, и они погибли, защищая станцию от десанта. Подошедшие ВКС Союза отбросили врага, но станция получила при штурме фатальные повреждения, поэтому всё население перевезли в другие системы.

Занятия продолжались девять дней. Больше ничего необычного не было. В местное «воскресенье» к нам опять наведался Фальк.

— Ребята, есть возможность хорошо заработать. Моему другу надо перевезти десять контейнеров с железом. У него есть частная верфь в системе Лимс. Туда мы долетим за десять часов. Семьдесят тысяч тонн железа с чистотой девяносто процентов стоят полмиллиона мон. Наша доля — пятьдесят тысяч. Я хочу десять тысяч, остальное ваше.

— А зачем не две или пять тысяч мон? — Спрашиваю Фалька.

— Маршрут опасный. Там полно пиратов.

— Ладно! Согласны. Полетели грузиться.

Все ребята надели скафандры, и погрузились на челнок. Через три часа, гружённые контейнерами, прыгнули в нужном направлении. Полёт в систему назначения прошёл благополучно. Мы сдали металл, получили деньги. Тут с нами связался какой-то местный бизнесмен. Он хотел перевезти к нам, в Раон, три контейнера с дроидами. Общая стоимость товара была сто тысяч мон, нам полагалось десять тысяч. Как только пролетели две системы, на нас напали сразу четыре пирата. У нас щиты были на максимуме. Прыгнуть мы не могли — работала блокировка. Пришлось пострелять. Непрерывный огонь наших пушек и пущенные шесть из двенадцати ракет, позволили сжечь один пиратский корабль. Наш щит стал понемногу проседать. В это время удалось отстрелить двигатель ещё у одного пирата. Но и у нас щит просел на пятьдесят процентов. Лучи с двух бандитских кораблей пробили наш щит, но броню пробить не смогли. Лара увидала, что один из пиратов приблизился на очень короткую дистанцию, и запустила пару ракет. Через три минуты вспышка оповестила нас, что пират отправился к праотцам. Последний бандит развернулся и сбежал.

Я отправил дроидов на беспомощно вращающийся фрегат без двигателей. Мы ждали два часа. Был потерян один дроид, но два пирата были уничтожены. Мы подцепили фрегат к нашему челноку, и прыгнули к себе в систему. В результате у нас на руках осталось пятьдесят тысяч, а пилот получил свою десятку. К нам наведались правоохранительные органы и взяли запись с искина. Корабль пиратов мы продали за сорок тысяч мон даже без двигателей. Сам фрегат был третьего ранга.

Начали делить заработанные деньги. На нужды корабля и экипажа я отделил половину денег — сорок пять тысяч. Остальные поделили в виде зарплаты. Каждый человек из моего экипажа взял по пять тысяч мон. Мы решили справить свой успех. Тем более, что пришлось схлестнуться с пиратами. Купили немного дорогой натуральной пищи, соки. Банкет продлился часа три. Даже потанцевали под музыку из скарма. Утром опять надо было идти в школу, но некоторые ребята не выспались. Пришлось применять радикальные меры, типа, обливание холодной водой. В столовую пошли все. Сегодня первый урок был — военная подготовка. Но подполковник сразу обратился ко мне:

— Игон Тирт! Вы, и правда, столкнулись с отрядом пиратов?

— Да, господин подполковник!

— Количество бандитов?

— Четыре!

— Итоги боя?

— Один сбежал, у второго отстрелян двигатель, а ещё два пирата уничтожены.

— Показать бой можешь?

— Да! — Включаю скарм и демонстрирую бой. Другие наши одноклассники смотрели запись с большим вниманием.

— Молодцы! — Похвалил нас подполковник. Урок кончился. Следующей была физика.


Глава 12 Учебная колония и начало работы


Проучились мы до следующих каникул. Пока никаких заказов на перевозку у нас не было. Всем нам, кроме Лары, исполнилось одиннадцать лет. Значит, на следующий год у нас будут переводные экзамены в Старшую школу. Моя сестра их сдавать не будет, а пойдёт вслед за мной. Я ведь её опекун, по закону. А тут, как я узнал, если опекун и опекаемый учатся в одном классе, то их вместе переводят в Старшую школу, но под ответственность опекуна. При этом опекаемый ребёнок не сдаёт никаких экзаменов, а всё зависит от результатов тестирования опекуна. Странная логика!

Меня и Лару вызывали ещё один раз к следователю Клуму. Опять мы полетели вместе с директором нашего интерната. Там нам сообщили, что расследование по факту гибели нашей бабушки окончено. Она погибла из-за нарушения правил техники безопасности — не надела перед экспериментом скафандр. Лара думала, что нам опять дадут что-нибудь из вещей бабушки, но ничего нам больше не перепало, очевидно, больше у этой женщины ничего не было.

На каникулах я заставил весь свой экипаж заняться физической подготовкой. Вначале все кряхтели, ругались и чуть ли не плевались. Но за месяц каникул постепенно втянулись, и больше не прекословили капитану. Пока были каникулы, мы пару раз летали на планету, где я очутился после переноса с Земли. Это был интересный мир. Атмосфера здесь имела тот же состав, к которому мы привыкли на Земле. Воды было почти девяносто процентов, а суша была представлена одним материком. Заселён он был слабо — всего тридцать тысяч колонистов. Животный мир отличался разнообразием и не был агрессивным по отношению к людям. С помощью местного гида мы совершили поход по лесу. Там видели много местных животных. Большая часть из них имела размеры земной белки. Треть зверей жили на деревьях. Самым большим животным был Дронх. Это был увалень с шестью лапами, покрытый длинной шерстью. Питался дронх плодами одного из видов местных деревьев. Лазил на них этот зверь довольно быстро.

Насекомых на этой планете было много. Большая часть из них походила на земных муравьёв. Но жили эти «муравьи» стайками (летающие виды) и группами, в которых было не более ста особей. Питались растениями и нектаром с местных цветов. Если их что-то раздражало. то они могли даже укусить животное или человека. Но ни один из видов насекомых этой планеты не применял для оброны и нападения яды.

Рыб и разных морских организмов на этой планете было более трёх миллионов видов. Мы попробовали в походе выловленную гидом местную пресноводную рыбу. Вкус нам понравился, правда. она была слишком костлявой.

Девочкам понравились местные рассветы и закаты. И действительно, это было захватывающее зрелище — на сиреневом фоне неба вначале появлялись розовые и темно-синие облака, которые постепенно поднимались над горизонтом, освещаемые восходящим или заходящим солнцем. В определённый момент облака как бы раздвигались, и между ними начинали проглядывать звёзды или начиналась светлеть. Все краски восхода или захода просто невозможно описать, это нужно видеть…

Полные впечатлений, мы вернулись на станции. Наконец, каникулы кончились. Теперь нам ввели ещё один предмет — трудовую практику. Все группы погрузили на транспортный звездолёт, и мы вместе с преподавателями и директором, перелетели в другой конец системы. Там была устроена учебная колония. Мне директор приказал взять свой челнок. Аппарат погрузили на тот же транспорт, который повёз всех нас. Здесь мы были три месяца. Кроме нас были ученики других школ-интернатов. Детей учили работать в оранжерее, готовить себе и другим пищу, искать с помощью сканеров полезные ископаемые. Я с моим экипажем выступали в роли перевозчиков групп других учеников, транспортировали грузы в контейнерах и без них. Это не считалось нарушением закона, так как входило в учебный процесс и денег за это нам никто не давал. Да и летали мы недалеко от колонии, и все наши действия были под контролем старших. В основном, практика прошла довольно гладко.

Были и приключения. Один раз мы попали в метеорный поток. Камни в нём были разные по размерам. Мелкие метеориты наш щит их отбивал. Но каменные блоки средних размеров уже были не по зубам нашей защите. Приходилось лавировать, чтобы не попасть под удар. Но нас всё-таки задел один из булыжников. Удар пришёлся по корме. Часть брони слизнуло в мгновение ока, в корпусе, прямо над одним их двигателей, образовалась дыра, размером два на один метр. Паники не было. Мы все сидели в скафандрах, хоть это было и не всегда удобно. Как только искин сообщил о пробитии корпуса, по переходному тоннелю в двигательный отсек побежали три наших техника, а искин перебросил туда двух дроидов. Примерно за час справились с задачей — подвели латку из листов металла, заварили основную дыру, а потом загерметизировали специальным составом все швы и мелкие щели. Потом, после возвращения на базу, провели полноценный ремонт.

Восстановили корпус и двойной слой брони. Вокруг челнока, в ангаре, собрались зрители. Многие ребята в первый раз видели, как ремонтируется космический корабль. Многих детей удивила лёгкость, с которой мой экипаж управлял дроидами. Некоторые попробовали это сделать, но потерпели фиаско. Школьники изумились, когда мои ребята рассказали, сколько они тренировались и какие тесты сдавали в Центре по профессиям. Многие из зрителей поняли, что для самостоятельного освоения профессией нужны деньги.

После ремонта наш челнок был мобилизован для переброски двух партий «геологов», которых тренировали несколько инструкторов. Первую группу мы сбросили на каком-то астероиде, а вторую — на одной из планет системы. Полетели за ними через неделю. У первой группы были потери. Одна девочка сломала ногу, хоть и была в скафандре — неудачно приземлилась после прыжка в расселину. Другой парень чуть не улетел в космос (на астероиде очень низкая сила тяжести), и его спасла только реакция инструктора, схватившего летящего школьника за ботинок скафандра. При вывозе этой группы нам пригодились наши знания медиков. Девочке установили стандартную шину на ногу, чем несказанно удивили сопровождающих ребят инструкторов. Оказывается, ни у одного из трёх взрослых не была выучена специальность медика хотя бы первого ранга.

— Игон Тирт, можете скинуть мне на скарм профессии вашего экипажа? — Спросил руководитель этой группы.

— Пожалуйста! — Я попросил искин передать данные инструктору.

— Ого! И когда вы всё это успели выучить и сдать?

— После уроков в школе ходили в Центр по профессиям. Нам повезло. Что у нас было несколько заказов.

— Вы грузы возили?

— Да, с помощью родственника одной из наших девочек. Он пилот.

— Понятно.

Вторую группу, с планеты, пришлось снимать буквально с пятачка, окружённого жидким метаном — это было местное наводнение. На этой планете, как у нас в Солнечной системе, на Титане, вместо воды текли реки из жидкого метана. Вот одна из рек и поднялась, и группа «геологов» оказалась на небольшом скальном островке. Хорошо, что никто из них не пострадал. Их мы поднимали на тросах с сидением. Некоторые школьники, особенно женского пола, боялись высоты, и пока мы их поднимали на челнок, верещали от страха.

В один из дней был получен сигнал от военных. Они сообщили, что в нашу сторону летит ретранслятор, который сбило с орбиты метеоритом. Само оборудование на попытки военных подключиться к управлению блоком двигателей, практически не реагирует. Хотели послать ремонтный корабль, но они все на задании. Тут кто-то из вояк вспомнил. что рядом с траекторией движения ретранслятора находится учебная колония. Поэтому и попросили наше руководство перехватить ретранслятор. С нами на челноке отправились два инженера и наш директор. Специалисты удивились наличию у нас на корабле целого отряда ремонтных дроидов.

Догнали ретранслятор мы быстро. Сравняли скорости, высадили инженеров с парой наших дроидов на поверхность аппарата. Он был похож на яйцо. Длина ретранслятора была метров двадцать, а наибольший диаметр — шесть метров. Инженеры проработали двое суток. Оказалось, метеорит пробил блок связи, поэтому ретранслятор не отвечал. После ремонта мы вернулись в учебную колонию. Через три месяца мы все на грузовом транспортнике полетели обратно, на станцию. Учебный процесс в школе возобновился.

Теперь у нас продолжительность урока удлинилась до знакомых мне сорока пяти минут. Количество уроков стабилизировалось. Их стало по шесть каждый день, перемены тоже удлинили до двадцати минут. Таким образом, теперь мы каждый день учились с девяти утра до половины четвёртого дня, естественно, по станционному времени. В своём ангаре мы занимались с помощью скармов — теперь у каждого человека моего экипажа был этот местный компьютер, хотя бы, третьего ранга. Я опять гонял ребят с физической подготовкой.

Так прошёл ещё месяц. В один из дней меня вызвал директор.

— Игон, проходи, садись! — Указал мне на стул сидевший рядом с руководителем интерната наш подполковник.

— Ознакомься с этим документом! — Директор включил свой скарм. Я прочитал текст, который появился на экране.


«В результате исследования учеников в капе при установлении коэффициента интеллекта, у Игона Тирта в тканях мозга обнаружен непонятный сгусток нейронной ткани. Исследование с помощью специальной аппаратуры позволило определить, что данный сгусток не влияет на умственную деятельность ученика. Это образование не проявляет никакой активности, и ведет себя, как обычная нейронная сетка. Но прогон на медицинских искинах показал, что Игону Тирту практически невозможно установить нейрочип. Данные, которые ежемесячно присылает на всех учеников школы дирекция, позволили установить, что подобные образования имеются и у всех ребят, входящих в экипаж челнока „Дружба“. Этих нейронных комков у них не было до знакомства с Игоном Тиртом. Есть версия, что наличие этих образований и приводит к увеличению КИ. Невозможность установки нейрочипов практически не повлияет на профессиональные навыки экипажа челнока, но для мысленной связи этих ребят с искинами и другим оборудованием понадобится другое устройство, которое разработано нашими медиками. Это так называемый „Обруч Симпла“. Его ребятам поставят после перехода в Старшую школу. Гипнограммы по профессиям эти дети могут учить обычным методом, в Вирт капсуле».


Прочитав всё это. я сильно удивился. Во-первых, выяснилось, что за всеми нами практически ведётся негласное наблюдение с помощью дистанционных средств. Во вторых, меня поразило умение местных учёных делать выводы без экспериментов на добровольцах. У нас, на Земле, такие отклонения вызвали бы желание учёных запереть человека в лаборатории, и нарезать его на мелкие кусочки для исследования. В третьих, выяснилось, что тут у всех людей стоят специальные устройства. Они применяются для связи на мысленном уровне. Нам вместо них поставят другой вариант. Хорошо, что всё это практически ни на что не повлияет.

— Игон, это ещё не всё! — директор посмотрел на меня и улыбнулся. — Я получил разрешение в Департаменте образования. В виде исключения, решили попробовать организовать из учеников интерната компанию по перевозке грузов и пассажиров. Теперь ты можешь официально перевозить всё, что пожелаешь, на на расстояние в две — три системы. При каждом вылете с вами будет на челноке один из учителей, который будет свободен в этот день. Заказы можете брать вы сами. Да и администрация интерната постарается найти клиентов. Согласно этому разрешению вы должны будете платить налог не государству, а в кассу интерната.

— А сколько?

— Двадцать процентов.

— Хорошо, господин директор.

— Тогда, вот вам первая заявка. завтра, после занятий вы должны полететь на станцию шахтёров «Парон». Оттуда надо перевезти на завод около нашей станции двадцать контейнеров с железом. С вами полетит господин подполковник.

— Ясно! Сделаем!

— Вы свободны, Игон Тирт.

Я пошёл в ангар, где собрал ребят и проинформировал их о том, что узнал у директора. Дети вначале обеспокоились, Лара даже начала щупать себе голову, как будто смогла бы выявить нейронную связку. Но потом все успокоились, тем более, что я им сообщил о безопасности для нашего здоровья этих мозговых образований. А когда экипаж узнал, что нам установят специальные наружные обручи вместо нейрочипов, все сразу повеселели. Тот факт, что мы теперь можем работать официально, ещё больше обрадовал ребят.

— Завтра первый полёт! С нами полетит подполковник. — Сообщил я экипажу.

На следующий день, сразу после обеда в столовой, мы погрузились на «Дружбу», подождали прихода куратора, и направились к шахтёрам. Прыжок длился три минуты (вернее, прыгали мы несколько раз). Наконец, нас окликнула диспетчерская шахтёров:

— Неизвестный челнок! Если вы не ответите, мы откроем огонь!

— Бот «Дружба», прибыли за товаром! — Вступил в действие подполковник.

— Летите в ангар номер пять, радиомаяк включён.

— Спасибо! Фиксируем сигнал.

Через пятнадцать минут мы влетели в указанный ангар и сели. Дроиды шахтёров загрузили контейнеры на «Дружбу». Через час мы вылетели обратно, должны были направиться к заводу. Я включил на всякий случай щиты. И как раз вовремя! Откуда-то нам наперерез кинулся лёгкий крейсер и произвёл залп из лазеров. Челнок тряхнуло. Часть экипажа попадала с ног. Савола произвела запуск ракет. Две из них взорвались на щите крейсера, ополовинив защитное поле пирата, ещё две ракеты взорвались у кормы крейсера, где не было щита. Навстречу бандитам полетели ещё три ракеты. Больше у нас, их не было, но Савола стала беспрерывно стрелять из одной пушки, целя в нос противника. Крейсер тоже начал нас обстреливать из своих пушек. Щит у нас стал быстро проседать. Потом противник опять запустил ракету. Она взорвалась, пройдя уже ослабленный щит. От взрыва челнок сильно тряхнуло и закрутило. Над одним грузовым отсеком у нас вынесло взрывом всю броню. Хорошо, что не пробило корпус. Неожиданно крейсер развернулся и прыгнул а подпространство. Оказалось, рядом с полем боя материализовались военные корабли из отряда охраны системы. Они взяли у нас записи искина. Мы попрощались с ними и начали прыжки к нашей станции. Допрыгали до завода, скинули туда железо, получили свои восемьдесят тысяч мон (двадцать тысяч на кристалл взял подполковник, как представитель школы). После прибытия на станцию, нас вызвал директор интерната. Подполковник продемонстрировал запись боя с крейсером:

— Я уже думал, что мы не вернёмся, погибнем. Щит был уже на двадцати пяти процентах. Всё-таки это челнок, а не военный корабль. А сражаться с крейсером… Хорошо, что подоспела охрана системы.

— Мда! Приключение у вас славное! — Сказал директор. — Интересно, откуда взялся этот крейсер?

— Наверное, наёмники. Конкуренты шахтёров скорее всего подослали.

— Может быть, может быть…

— В любом случае, ребята показали себя с самой положительной стороны. Не испугались. Хотя, это ведь не первый их бой с пиратами.

— Что-нибудь испортилось на корабле? — Обратился директор ко мне.

— Вроде, кроме броневых листов на трюме мы ничего больше не потеряли.

— У них оказывается двойной слой броневых листов! — Засмеялся подполковник. — А я вообще не знал, что челнок забронирован.

— Вот как! Предусмотрительные ребята! — Улыбнулся директор.

— Какая там предусмотрительность? Просто, броня дешёвая в «Утилизаторе» — они её сдать на завод не могут, вот и продают контейнер по сотне. — Улыбнулся я.

— Ладно, идите, отдыхайте! — Отпустил меня и подполковника директор.


Глава 13 Компаньоны


После трёх дней работы и траты двух тысяч мон удалось полностью восстановить броневые пластины над грузовым трюмом. Пока мы ещё не решили, куда тратить заработанные деньги. Учить дальше профессии мы не могли, так как всё остальное, начиная с третьего ранга, человек учил с помощью гипнограмм, имея установленный нейрочип. А до этого нам ещё год. Ниг предложил купить ещё один челнок или грузовик. Но пока мы ничего решить не смогли. На всякий случай я решил посмотреть, сколько стоят гражданские корабли средних размеров:


Грузовики с объёмом трюма до ста тысяч кубометров:


— первый ранг — сто пятьдесят тысяч мон,

— второй ранг — двести тысяч мон,

— третий ранг — триста тысяч мон,

— четвёртый ранг — четыреста тысяч мон,

— пятый ранг — пятьсот тысяч мон,

— шестой ранг — семьсот тысяч мон.


Грузовики с объёмом до пятьсот тысяч кубометров:


— первый ранг — семьсот тысяч мон.

— второй ранг — миллион мон,

— третий ранг — полтора миллиона мон,

— четвёртый ранг — миллион восемьсот тысяч мон,

— пятый ранг — два миллиона мон,

— шестой ранг — два с половиной миллиона мон.


Специализированные суда технического обеспечения или пассажирские лайнеры:


— первый ранг — двести пятьдесят тысяч мон,

— второй ранг — триста тысяч мон,

— третий ранг — полмиллиона мон,

— четвёртый ранг — восемьсот тысяч мон,

— пятый ранг — миллион мон,

— шестой тысяч — полтора миллионов мон.


Мда! Таких денег мы не получим ещё долгое время. Теперь надо навалиться на учёбу, чтобы нормально сдать тесты и перейти в старшую школу. Пока официально открытой компании по перевозки грузов у нас нет, надо ждать год. Как только мне исполнится двенадцать ле. надо будет послать в соответствующие органы полное описание нашего челнока, и только потом зарегистрировать нового перевозчика грузов — компанию «Ангар шестьдесят». Так решили мы назвать наше предприятие.

В один из дней, после уроков, к нам в дверь ангара постучали. Лара открыла. Вошли те две девочки, которых добавили нам после перевода доносчиков в другую школу. Одну из девочек звали смешно — Цапка, а другую — Ваола.

— Что вас к нам привело? — Спрашиваю визитёров на правах капитана корабля и лидера нашего «кубрика».

— Мы пришли за консультацией. — Запинаясь, говорит Цапка. — Мы хотим узнать, какой корабль нам выбрать, для организации грузовой компании?

— Так. Это мы можем подсказать, если узнаем, сколько у вас есть денег. Сами ведь вы не сможете его собрать из деталей.

— Да, но мы не собираемся набирать экипаж. здесь мы не смогли найти понимания среди других девочек нашего кубрика. Мы решили делать компанию вдвоём. У нас от родителей осталось пятьдесят тысяч мон.

— Хорошо. Вот вам таблица стоимости челноков. — Я вывел на экран своего скарма цены на малые корабли, типа нашей «Дружбы».

— Так дорого? — Опечалились будущие бизнес вумен.

— Ну, тут есть обходные пути, которые мы применили. — Просветил их Пальк. — Здесь ведь приведены цены на новые корабли, со сто процентной работоспособностью. Если возьмёте корабль, например, третьего ранга, но работоспособный на шестьдесят процентов, то заплатите всего тридцать шесть тысяч. Такой челнок проработает нормально лет пять. За это время можно заработать на более новый корабль. Остальные четырнадцать тысяч вам хватит для получения специальностей пилотов и техников.

— Это хорошо! Но вы можете помочь нам выбрать корабль? — С надеждой спросила Ваола.

— Поможем! — Ответил я, открывая страницу объявлений биржи. Там были выставлены несколько кораблей разного типа:

— четыре штуки с корпусом типа «клин»,

— две единицы с корпусом типа «яйцо»,

— одна штука, похожая на наш «ромб».

Все корабли были третьего ранга. Только клиновидные челноки были с работоспособностью нужного порядка. Остальные корабли были практически новыми. Девочки начали выбирать из трёх «клиньев», советуясь с нами, и споря друг с другом. Наконец. они остановились на одном их предложений. Этот корабль был, очевидно, модернизирован, и немного отличался от стандарта. Его технические характеристики были следующие:


— длина — девяносто пять метров,

— ширина — двадцать метров,

— высота — двенадцать метров,

— размах крыльев — сорок пять метров.

— объём трюма — шесть тысяч пятьсот кубов.

— скорость — две тысячи километров в секунду.

Вооружение: одна лазерная пушка ПЛ-010А (орудие для малых кораблей).

Реакторы — две штуки по четырнадцать мегаватт.

Накопители — две штуки типа КН-10.

Двигатели:

— системный прыгун на пятьдесят миллионов километров,

— межсистемный прыгун (прыжок в одну систему),

— маневровые двигатели — восемь штук,

— антигравитационный движок для посадки на планеты.

Защита — электромагнитный и плазменный щиты для защиты от метеоритов размером с куриное яйцо.


Дали заказ на доставку корабля в наш ангар. «Дружбу» пока вывели наружу. Через час купленный корабль был доставлен. Девочки заплатили тридцать пять тысяч. Ребята сразу залезли в этот челнок, стали проверять тестером системы.

— Девочки, если согласитесь переехать к нам в ангар, то мы вас поселим вместе с нашими дамами. Тогда вам не придётся впоследствии регистрировать отдельную компанию. Вы вместе со мной станете совладельцами нашей грузовой фирмы. У нас есть электронные блоки вон в том контейнере. Поэтому, если вы согласны с моим предложением, то ребята попытаются увеличить работоспособность вашего челнока путём более точной подстройки блоков и их заменой. — Сделал я предложение владелицам нового челнока.

— Цапка и Ваола посмотрели друг на друга и ответили, что согласны стать компаньонами. Корабли еле уместились в ангаре. Девочки внесли заявление на имя директора интерната и переселились к нам. Неделя работы, и работоспособность «Клюва» (так владелицы назвали свой челнок), увеличилась до семидесяти процентов. Пришлось заменить практически всю электронику.

Цапка и Ваола стали после уроков посещать Центр по профессиям. Они учились на специальности:

— пилот второго ранга,

— техник второго ранга,

— медик второго ранга,

— оператор дроида второго ранга.

Им это обошлось шесть тысяч шестьсот мон на двоих. На остальные деньги они купили в «Утилизаторе» ручной инструмент, дав скафандра, сканер четвёртого ранга и пару дроидов третьего ранга.

Прошла ещё одна неделя. Меня вызвали к директору.

— Игон! Вместе с учителем математики вы должны перевезти двадцать пять контейнеров с оборудованием для колонистов. Общая сумма — полтора миллиона мон. Летите завтра с утра. Я вас освобождаю от занятий.

Я вернулся в ангар и сообщил ребятам слова директора.

— Мы тоже полетим? — заинтересовалась Цапка.

— Конечно! Шесть контейнеров запихнём в ваш «Клюв».

Мои компаньоны повеселели — они всё переживали насчёт потраченных на корабль денег. Утром зашёл наш новый сопровождающий, мы быстро собрались, и полетели за товаром. Он находился на складе, рядом с местной луной. После погрузки контейнеров, мы прыгнули в соседнюю систему. Там появились через час. Теперь надо было менять направление прыжка и его длительность. До нужной системы в подпространстве летели почти десять часов. Выскочили практически у искомой планеты. Нас опознал линкор охраны, и челноки опустились на поверхность осваиваемого колонистами мира. Ходить тут без масок было нельзя — кислорода в атмосфере было всего десять процентов. Как только мы приземлмлись, к кораблям бросились дроиды. Разгрузка заняла всего полчаса — так моно роботов было у этой экспедиции.

— Кто руководитель компании? — спросил глава колонии.

— Формально я, но реально — вот это парень! — Указал на меня учитель математики.

— Подпишите! — Мне на скарм пришёл акт приёмки груза администрацией колонии. Подписал стилусом.

— Можно вас зафрахтовать? У нас тут продукция в шести контейнерах и образцы пород в одном. Повезёте?

— А куда их надо переправить?

— На ваш Раон.

— Берём!

— Общая стоимость груза — полмиллиона мон.

— Хорошо! Контейнеры с продукцией грузим в «Клюв».

Погрузка завершилась буквально за десять минут. Мы взлетели. Неожиданно налетел ураганный порыв. Наша «Дружба» удар стихии выдержала, а вот «Клюв» сильно закачало.

— Мы не справляемся с управлением! — Панические нотки всё крепли в голосе Ваолы. — Мы упадём! Мама!

— Включи маневровые и поставь на максимум рычажок антигравитационного движка! — Голос Лары произвёл на Ваолу успокаивающее воздействие. Ураган крепчал, но мы упорно поднимались ввысь, прикрывшись плазменной защитой. Наконец, на высоте двенадцати километров, мы освободились от урагана, и быстро поднялись в космос. Прыжок в сторону Раона, и нас вытаскивает из подпространства блокатор.

— Приготовиться к бою! — Командую я.

Но стрелять не пришлось. Появился патруль военных. Оказывается, мы случайно попали в зону учений пограничного отряда. Больше ничего за полёт не произошло. Приземлились в свой ангар почти в двенадцать ночи по местному времени. Учитель математики взял свои сорок тысяч на кристалле и ушёл. У нас осталось сто шестьдесят тысяч. Мы перевезли тридцать два контейнера. Выходило, что один контейнер стоил пять тысяч. Компаньоны получили пятьдесят тысяч, а сто десять взяли мы. Двадцать тысяч я прибавил к имеющимся у нас восьмидесяти. А девяносто кусков раздал ребятам. На нос вышло десять тысяч.

— Иг! Нам надо тоже зацепы для внешней перевозки контейнеров. — Заявила Цапка.

— У вас могут поместиться десять контейнеров наверху. — Сразу посчитал Сво. — Но это вам обойдётся в две тысячи.

Ваола недовольно поморщилась.

— А как вы делите деньги? — Поинтересовалась Цапка.

— Вообще то, мы делим полученную сумму пополам. Первая часть идёт на оснащение и эксплуатацию корабля, а вторая — на зарплаты. То есть, на вашем месте я бы пятьдесят тысяч разделил так — двадцать тысяч на челнок, а на нос по десять тысяч в виде зарплаты. Тогда и две тысячи для зажимов легко найдутся. Кстати, рекомендую забронировать «Клюв» и поменять лазерную пушку.

— Это обязательно?

— Я вам покажу, как броня нас спасла от гибели. — Включаю скарм с записью боя с крейсером.

— А где это было? — Испуганно спрашивает Ваола.

— Здесь, в нашей системе. Поэтому надо принимать меры защиты, иначе можно погибнуть.

Девочки впечатлены, поэтому беспрекословно выполняют наши советы. Они покупают в «Утилизаторе» новую пушку от фрегата третьего ранга за четыре тысячи, клей для пластин за тысячу, броневые листы за сотню. В мастерской сгибают по нужному контуру и размерам броню, укладывают её с нашей помощью в два слоя. Затем за две тысячи покупают зажимы для контейнеров. Всё преобразование «Клюва» обходится им в восемь тысяч. Потом они покупают на оставшиеся деньги два блокас шестью ракетами каждый. Мы помогаем им установить эти пусковые контейнеры под крыльями «Клюва».

На все преобразования уходит практически пять суток. Зато челнок, хоть и потерял в скорости двести километров в секунду, но стал сильно кусачим и более защищённым.

Эти преобразования поспевают к сроку — меня вновь вызывает директор.

— Иг! Сколько контейнеров вы можете перевезти за раз?

— Ну, наша «Дружба» берёт двадцать пять контейнеров, а «Клюв» — шестнадцать.

— Хорошо. Я дам справку о сорока контейнерах. Завтра вечером, после уроков, я лечу с вами. Мы с конвоем из сорока грузовиков двигаемся в систему Олис.

— Но это же двенадцать систем отсюда!

— Нам дали одноразовое разрешение на такой полёт. У них не хватало судов для перевозки нужного количества груза. Сорок контейнеров — это четыре миллиона мон.

— Понятно!

Вылетели мы в пять вечера, на следующий день. два часа загружались прямо на орбите, около завода. Потом были три прыжка в место формирования конвоя. Там к нам присоединилась охрана — два фрегата и пять эсминцев, два крейсера. Началось движение в нужную сторону. Когда миновали уже три четверти пути, на нас напали пираты. У них было шестьдесят кораблей. Причём, эсминцев было тридцать, крейсеров — пять, а остальные корабли являлись переделанными грузовиками. Я передал на «Клюв», чтобы девчонки держались рядом с нами.

Бой начался запуском ракет с обеих сторон. Наша защита просела почти наполовину после подрыва рядом с нами почти двадцати боеголовок. Потом на нас набросилось сразу пять переделанных грузовиков. Но совместным непрерывным огнём мы сожгли две калоши пиратов, а другие быстро отступили, убедившись, что уступают нам в маневренности. В это время бой распался пена отдельные поединки. Мы оказались на отшибе сражения. Как только конвой потерял оба крейсера и три эсминца, глава экспедиции дал приказ, добираться до нужной системы каждому кораблю самостоятельно. Я с удовольствием выполнил это указание. В систему Олис мы прибыли первыми и сдали контейнеры. После этого стали прибывать по одному другие грузовики. Из сорока судов было потеряна половина. Охрана погибла вся. Обратный путь был похож на прогулку — свободный космос, никаких задержек. Наше появление вызвало бурную радость в Раоне. Оказывается, сюда пришло сообщение о полной гибели каравана. Нас вызвали в службу безопасности. Там был продемонстрирован бой и наш полёт в Олис.

После аудиенции в СБ мы вернулись в школу. Теперь пришлось рассказывать всё остальным ребятам. Особенно красочно эта делала Цапка, а Ваола отмалчивалась. После уроков мы возвратились к себе. Я собрал ребят и заявил:

— Будем делить деньги. У нас триста двадцать тысяч. Из них сто двадцать принадлежат экипажу «Клюва». Двести — экипажу «Дружбы».

Даю карточку со ста двадцатью тысячами счастливым Цапке и Ваоле. Наши деньги я предложил ребятам разделить так — сто десять тысяч в наш фонд (там уже двести десять кусков у нас), а самим взять по десять тысяч. Все согласны. Очень хорошо! Как сказал мне директор, до тестов на переход в старшую школу рейсов не будет.

Занятия продолжились. Мы все готовились к сдаче экзаменов. Под руководством учителей мы начали штудировать вопросы, которые бывают на переходных тестах. Наша группа усиленно грызла гранит науки.

Меня вновь вызвали к директору. Он опять повернул скарм ко мне экраном и сказал:

— Читайте, Игон!

Начал читать:

«Эксперимент с переходом девушек в ангар номер шестьдесят показал, что как только Цапка Истич и Ваола Лами стали близко контактировать с экипажем челнока „Дружба“, у них стал формироваться дополнительный нейронный сгусток. Проверка ангара во время отсутствия детей ничего не дала. Почему происходит такой феномен, пока неясно. Сравнение анализов Игона Тирта, сделанных сразу после катастрофы „Звезды“ и после осмотра в капе, показало, что этот нейронный сгусток у него появился уже в школе. Наблюдения продолжаются дистанционным способом».

В общем, ясно, что ничего непонятно. Главное, что меня ни в чём не не подозревают. Но интересно, что это за образования? Как в писали в первом сообщении, эти нейронные образования абсолютно безопасны. Значит, пока беспокоиться не о чем. Пойду я лучше, позанимаюсь на скарме.

Мы, конечно, не сидели безвылазно в ангаре. Пару раз спускались на планету. Теперь посетили два небольших острова. Там познакомились с местными ребятами, которые тоже были на экскурсии. Аборигены удивились наличию у интернатовцев двух собственных челноков. Они вообще выпали в осадок, когда узнали, что эти корабли фактически (по крайней мере наш) собраны самими ребятами. На островах мы были целых два дня. Второй раз на планету спустились уже в посёлок наших знакомых. Там пришлось починять одного дроида. Потом нам продемонстрировали местное достижение — самодельный комбайн, полностью адаптированный к местным условиям. Улетели мы вечером, взяв с собой подарки, вручённые нам аборигенами.


Глава 14 Тестирование и Старшая школа


Прошёл год. Завтра будем сдавать тесты. Вроде, всё выучил, но волнуюсь, как и все остальные ребята. Надо будет ответить за три часа на сто сорок семь вопросов. К каждому из них дано пять предполагаемых ответов, выбрать надо один верный… Вот, лежу, думаю…

Здесь, в этом мире, пока не до конца мне понятном, нахожусь уже два года. Фактически, жизнь у меня начинается заново. Хоть и жаль этого Игона, но его тело вовремя попалось моему сознанию. А моё, собственное тело? Если его нашли и подняли на поверхность, то скорее всего, уже похоронили. За два года его и черви могли уже съесть… Брррр… Так и представил себе: по трупу ползут черви и вгрызаются в мёртвую плоть, делая в кожном покрове всё увеличивающиеся дыры… Тьфу! И придёт же такое на ум! Всем телом почувствовал холод далёкой могилы! Ещё раз чертыхнулся про себя, и провалился в сон. Это было странное видение. Я висел в полной темноте. Мне послышался ГОЛОС. Именно так, с большой буквы — ГОЛОС. Он стал шептать мне:

«Теперь ты сможешь, говорить со своими людьми, не открывая рта, пересылать им свои мысли и чувства. Но этого ты достигнешь упорной тренировкой. Она может продлиться несколько лет. Нет, это не то, что ты подумал. Это не магия и не сверх способности. Это просто вид квантовой связи, который пока в этой галактике неизвестен. Но твоё сознание не из этого мира, поэтому тебе это доступно. Для этого мы и вырастили у вас в мозгах новые узелки нейронов. Нет, подслушивать чужие мысли или вторгаться в сознание другого существа ты не сможешь. Но вот говорить со своими близкими друзьями без применения других средств, только мыслью, ты сможешь. Правда, только на расстоянии в одну звёздную систему. Но для этого тебе надо упорно тренироваться. Учить уроки, которые я буду тебе задавать время от времени во сне. Пока сам ничего не предпринимай и не экспериментируй, это опасно для жизни! Нам известно, что с тобой случилось, когда ты погрузился в воду и нырнул. Можешь посмотреть, что тогда произошло».

Я увидел, как ныряю за раковиной, касаюсь её руками, а из неё вылетает что-то в виде небольшого, но мощного, торнадо, который закрутил моё тело. И унёс его ещё глубже. Потом я вижу столпившихся на берегу туристов, в том числе и моих друзей, с которыми я приехал в Египет. Вот, двое несут моё безжизненное тело. Картинка сменилась. Самолёт, гроб в грузовом отсеке. Затем кладбище. Вокруг мои друзья и родственники. Гроб с моим телом опускают в вырытую рабочими яму, сверху ставят камень с датами моего рождения и смерти, именем и фамилией…

Проснулся я в холодном поту. Что это было? Явь или просто, очередное сновидение? Я задумался. Скорее всего, это не сон. Кто-то, очень могущественный, и не принадлежащий к местным цивилизациям, проводит со мной эксперимент. Меня ни о чём не спрашивают. И местные ребята, живущие рядом со мной, тоже попали под воздействие этих неизвестных «доброхотов» из-за близости ко мне. Ладно, не надо выдумывать страшилки. Пока ничего плохого со мной в этом мире не случилось. Всё равно, как сказал этот ГОЛОС, пока я ничего не умею и не знаю. Поэтому, надо настроится на тесты. Пока они и есть мой главный враг. Повернулся на другой бок и заснул вновь. Теперь мне снился луг, покрытый васильками, солнечный день, и я сам, бегущий по этому ковру цветов к домику, стоящему рядом с речкой…

Что там было дальше, я не помнил. Все проснулись. После гигиены и завтрака мы двинулись в ангар номер триста двадцать два. Там должно состояться тестирование. Рядом с дверями уже стояли несколько других групп. Многие ребята были почему то бледны, часть явно волновалась. А на меня опустилось олимпийское спокойствие. Я посмотрел на своих ребят. Когда их взгляд пересекался с моим, то испуг и волнение на их лицах резко сменялись спокойствием и уверенностью. Что это? Неужели, я могу уже сейчас хоть немного влиять на своих друзей? Или это часть эксперимента неизвестных сил?

В это время открылись двери, и все ученики интерната начали заходить в этот огромный ангар и занимать места за столами. Зашли в сою очередь и мы.

— В Старшую школу перейдут те из учеников, кто наберёт восемьдесят баллов из ста возможных. Для этого надо правильно ответить на сто четырнадцать вопросов. — Объявил директор. — Свои скармы оставьте вон там, в углу. здесь, на каждом из столов, стоят школьные аппараты, которые настроены только на экзаменационную программу. — Он указал на зал.

Ребята расселись по местам. Включились скармы, стоящие на столах перед учениками, и на их экранах появились первые вопросы с ответами. Надо было стилусом отметить тот, который экзаменуемый считает правильным. Тестирование началось…

Через три часа, потные от напряжения, мы все вылезли из дверей этого ангара. Когда вышли все ребята, к нам добавились учителя.

— Через час будут объявлены результаты! — Сообщил ученикам директор. Мы пошли обедать. Затем нас опять пригласили в экзаменационный ангар. Директор стал объявлять результаты по группам. Когда дошёл черёд до нас, он объявил:

— Группа номер сто семьдесят два. Ученики из кубрика номер шестьдесят сдали тесты, в среднем, на девяносто четыре балла. Причём, все. Такого ещё не было за всю историю нашего интерната. Брат и сестра из кубрика номер сто сдали тесты соответственно на восемьдесят два и восемьдесят один балл. Таким образом, вся группа сто семьдесят два переводится в Старшую школу номер пятнадцать. Переезд состоится завтра. К вам вечером подойдут представители администрации этой школы.

Ребята повеселели. Напряжение спало с их лиц. Мы двинулись в наш ангар. К нам добавились и двое из сотого ангара. Придя в свой кубрик, мы устроили пир — послали девочек за натуральной едой в один из ближайших к интернату магазинов. Веселье продолжалось часа два.

Вечером к нам действительно зашли два учителя из Старшей школы. Они очень удивились наличию у нас собственных комнат и челноков.

— Зачем ждать завтрашнего утра, когда можно просто перелететь на ваших кораблях в ангар нашей школы? — Сказал один из них.

— Так и сделаем, господин учитель. Вещи мы уже собрали.

— Нам сообщили, что Игон Тирт с компаньонами хочет открыть транспортную компанию. Кто из вас Тирт?

— Я! Мне два дня назад исполнилось двенадцать лет. Я уже послал документы на корабли в Управление по делам собственности, и заявление на биржу. Жду ответ через двое суток.

— Хорошо! Тогда, может, уже перелетим в выделенный для вас ангар?

— Всем грузиться на челноки!

Перелёт продлился полчаса — Старшая школа находилась на три уровня ниже нашего интерната, и на противоположной стороне станции. Ангар, выделенный для нас, имел следующие размеры:

— длина — триста метров,

— ширина — двести метров,

— высота сто пятьдесят метров.

Вдоль одной из стен были установлены жилые ячейки, всего двадцать штук. Брата и сестру из интернатского кубрика номер сто учителя отправили в другой ангар. У нас, заместитель директора, который встречал наши корабли, попросил скинуть на скарм наши профессиональные данные.

— Так! Завтра вам всем установят нейроустройства. Через сутки уже сможете начать учить с первого по третий ранг ваших специальностей бесплатно, вон в тех Витр капсулах. — Мужчина указал на стоящие в одном из углов нашего нового ангара тренажёры. Если пожелаете учить специальности дальше, то начиная с четвёртого ранга вы должны платить за учёбу по тарифам Центра по профессиям. Подтверждение выученных специальностей производится искином нашей школы. Он входит в кластер искинов Центра профессионального обучения.

— А как быть с нашей компанией? — Задаю вопрос этому мужчине.

— Как только получите подтверждение, что, ваши корабли зафиксированы, и компания зарегистрирована на бирже, можете сами приступать к перевозкам, если у вас будут клиенты. Старшая школа подразумевает полную самостоятельность учеников. Ваша задача — учить профессии и получать на них подтверждение. Через год вам будут выданы сертификаты об окончании учёбы и ещё четыре года вы будете или трудится там. куда вас пошлют, или, как в вашем случае, будете работать в своей компании. После этого вы, в зависимости от результатов вашей самостоятельной деятельности, получите синий, красный или золотой дипломы. Совершеннолетними вы станете только после получения этих документов.

— Понятно!

На следующий день мы все отправились в медицинское учреждение, которое находилось рядом с нашей школой. Там большинству учеников установили нейрочипы. А нам на головы надели кольца, диаметром сантиметров двадцать пять. Эти девайсы сами подстроились под размеры наших черепушек. Через три часа они у нас загорелись белым цветом. Перед моим взором появилось что-то типа прозрачного экрана, на котором были написаны мои имя и фамилия, возраст, изученные специальности. Под ними было предупреждение, что я могу расширить список специальностей. добавив профессию инженера. Все имеющиеся у меня специальности я уже сейчас могу доводить практически до шестого уровня. Инженера надо учить с самого начала. Ну, что же, деньги у нас есть.

— Иг! Мне кольцо написало, что я могу выучит все имеющиеся у меня специальности до пятого ранга! — Прибежала ко мне радостная Лара.

— Ну вот, как получим документы по кораблям и компании, сразу начнём все учить свои специальности. Я на инженера учиться буду!

— Я тоже! — Подошёл Сво. — Только мне поднимать можно инженера до пятого ранга.

Все ребята практически получили задание выучить профессии до пятого ранга. Надо было посчитать, хватит ли у нас денег на это. Цапка и Ваола имели свою отдельную банковскую карточку. Поэтому решили сами, за свой счёт поднимать профессиональный ранг.

Я собрал ребят:

— У нас на счету двести десять тысяч. Но использовать мы попробуем пока половину. Надо будет потом заплатить за регистрацию кораблей и место на бирже. Поэтому, будем считать, что сто десять тысяч мы можем потратить на профессии. Значит, пишем список:


Игон — поднятие всех специальностей до шестого ранга, изучение с первого до шестого ранга профессии инженера. С первого по третий ранг пропускаем, начинаем с четвёртого. Значит все специальности, кроме инженера, стоят по тысяче. Выходит, это девять тысяч плюс подтверждение — одиннадцать тысяч. Итого — двадцать тысяч вместе с шестым рангом. Теперь по инженеру. Там тоже выходит двенадцать тысяч. Значит, сумма — тридцать две тысячи.

Сво — все специальности до пятого ранга, кроме инженера — четыре тысячи и шесть тысяч подтверждение. Теперь, четвёртый и пятый ранг инженера. Ещё семь тысяч. Получается семнадцать тысяч.

Всем остальным до пятого ранга надо потратить по десять тысяч. Это семьдесят тысяч.

Итого получилось почти сто девятнадцать тысяч. Но это не всё. Наценка на специальность с четвёртого ранга по шестой — две тысячи. Значит, у нас семь человек должны дополнительно заплатить четырнадцать тысяч, а Игон и Сво — двенадцать тысяч. Это дополнительный расход в двадцать шесть тысяч. В результате. чтобы полностью обучиться на все нужные нам профессии в максимально возможных рангах, придётся выложить сто сорок пять тысяч. Но это нужно для нас. Поэтому придётся оставить на счету только пятьдесят пять тысяч.

— А если нам не хватит для уплаты на бирже?

— Летали ведь мы без всяких разрешений первые два — три полёта. Продолжим, пока не наберём нужную сумму.

— А если попадёмся?

— Заплатим штраф таможенникам. Мне уже двенадцать лет, как и всем, кроме Лары. Так что, по закону грозит только штрафная санкция в размере двадцати процентов от стоимости перевозимого груза. И это до тех пор, пока не оформлю компанию на бирже.

— Ладно, ты у нас владелец челнока и капитан. Тебе и решать!

Цапка и Ваола тоже присутствовали при этом разговоре. Они согласились с моими доводами. Ну, что же, осталось подождать завтрашнего дня.

Жилые ячейки в нашем ангаре были стандартными, однокомнатными модулями. В них был санузел с душем, раковиной и унитазом. В комнате стоял небольшой стол с креслом, которое превращалось в лежак после нажатия кнопки. Теперь скармы были у нас у всех, поэтому проблем с переговорами между ячейками не было.

Мы начали заниматься в Вирт капсулах. Деньги за учёбу перечислили сразу, чтобы потом об этом не думать. Ровно в полдень на мой скарм пришло сообщение, что для регистрации кораблей нужно двадцать пять тысяч. Я их перечислил. через час курьер принёс документ — карточку золотого цвета. В нём было указано, что я являюсь собственником корабля «Дружба». Такое же уведомление пришло компаньонам, но там был назван их челнок «Клюв». Цапка тоже перечислила двадцать пять тысяч. После этого пришёл курьер с биржи. Стоимость оформления компании составила тридцать тысяч мон. В результате, денег у меня не осталось. Ничего, заработаем! Теперь у меня на скарме появилась полная страничка заказов на перевозку грузов. Раньше появлялась только общая часть. Пока ничего привлекательного для нас не было. Подождём.

Практически всю декаду ребята занимались в Вирт капсулах. Подняли свои ранги до третьего по всем специальностям. Подтверждения получали тут же, поэтому практически не выходили из ангара, только посылали людей для покупки еды. Вместе с этим, продолжили и занятия по улучшению нашей физической формы. Каждый день бегали, прыгали, отжимались…

Цапка и Ваола тоже присоединились к нам, хоть и выполнять упражнения было им труднее, чем моим ребятам.

Наконец, поступила заявка на перевозку груза (какого-то оборудования) для одной из шахтёрских групп у нас в системе. Заказ был довольно большой — тридцать контейнеров мы разделили пополам, и разместили на обоих челноках. Стоимость груза была равна трём миллионам мон. Прыгнули в нужном направлении. Количество прыжков зашкалило за двадцать, эта шахтёрская группа добывала металл практически в местном поясе Койпера. Пришлось снизить интенсивность и дальность прыжков, как только челноки вошли в объёмы с большим количеством ледяных и каменных тел разного диаметра.

Потом плотность этих мелких астероидов резко увеличилось. Пришлось перейти на обычный полёт, без применения прыгуна. Летели двое суток. Наконец, искин зафиксировал действие маяка шахтёров. Причаливание к станции рудокопов потребовало всех наших умений. Только тут я понял, почему никто не взялся перевозить к ним груз — далеко и опасно, требуется иметь пилота минимум с третьим рангом, а у большинства грузоперевозчиков практически все пилоты кораблей не имеют ранга, больше второго. Хорошо, что мы успели поднять свои навыки до нужного уровня.

Сгрузили всё за час. Нам навесили столько же контейнеров с металлом — тридцать. Их мы должны были повезти на завод. Внутри был ванадий, двести тысяч тонн. Общая стоимость — шесть миллионов мон. Летели назад практически три дня. Никаких особых сложностей, кроме пилотирования в поясе Койпера, не было. Сдали всё на завод. Получили девятьсот тысяч мон. Разделили с компаньонами — на каждый челнок получилось по четыреста пятьдесят тысяч. Цапка и Ваола светились от счастья. Удача пока была на нашей стороне.

Я разделил между ребятами сто восемьдесят тысяч, каждому капнуло по двадцать кусков на нос. Двести семьдесят тысяч легло на счёт нашей «Дружбы». После этого рейса две декады мы занимались на тренажёрах. Удалось всем увеличить профессиональный класс до четвёртого ранга по всем специальностям. Дальше длительность обучения в Вирт капсулах увеличивалась, поэтому пятый ранг требовал примерно полтора месяца учёбы, а шестой — ещё три.


Глава 15 Всё бывает во вселенной…


Неожиданно меня вызвали к директору школы. Дежурный провёл меня в кабинет. Там сидел полный круглолицый голубоглазый мужчина, облачённый в бронескаф пятого ранга.

— Проходите, садитесь, Игон Тирт! — Указал мне он на небольшой диван у стенки кабинета. — Я вас вызвал вот по какому делу. Вы летали на торговую станцию, ещё учась в младшей школе?

— Да, господин директор.

— Там на вас напала банда криминалов, которых вы уничтожили?

— Да, всех перестреляли.

— Вам, по закону, дали всё имущество бандитов кроме денежных сумм?

Я утвердительно кивнул головой.

— Среди трофеев вам достался и военный реактор шестого ранга со стопроцентной работоспособностью. Куда вы его дели?

— Поставили на наш челнок вместо тех старых реакторов, которые там до этого случая стояли. А что, надо возвратить этот реактор?

— Нет! Просто такие военные агрегаты состоят на специальном учёте. Вам надлежит сообщить вот по этому номеру. — Директор сбросил мне на кольцо ряд цифр — Что это оборудование установлено на челнок «Дружба».

— Хорошо! Но у меня один вопрос: как такая вещь могла оказаться у мелкой банды?

— Это не ко мне! — Засмеялся директор. — Спросите у военных. Можете идти.

Я вернулся в ангар. Все ребята сидели в Вирт капсулах и занимались. Надо всё досконально узнать, а то останемся без реактора…

Звоню по данному директором номеру.

— Алло! Я Игон Тирт. Меня попросили позвонить вам насчёт реактора, попавшего к нам после уничтожения банды на одной из торговых станций.

— А! Хорошо, что позвонили. Где сейчас находится реактор?

— Стоит на моём челноке «Дружба». Пересылаю вам номер оформления корабля в Управлении по собственности.

— Сейчас проверю. Так, так… Да! тут и чертёж вашего грузовика есть. Хорошо! Должен вам сообщить, что в случае военных действий вы со своим челноком будете призваны в силы защиты системы.

— Но мне двенадцать лет!

— Возраст значения не имеет. Вы собственник, поэтому, согласно закону, имеющийся у вас звездолёт вместе с экипажем будет мобилизован в армию во время боевых действий. Реактор вы не имеете права продавать без челнока. За такое действие последует уголовная ответственность. Отказ от участия боевых действиях считается дезертирством и приведёт экипаж к уголовной ответственности, а корабль будет реквизирован без всякой компенсации владельцу со стороны государств.

— А если я продам челнок?

— Тогда вся ответственность перейдёт на покупателя. Все эти реакторы состоят на строгом учёте, как имущество ВКС Данианского союза, у кого бы они ни находились.

— Понятно! Мне только непонятно, как этот агрегат оказался в руках мелкой банды с торговой станции. Если всё так строго с учётом. Как он туда попал?

— Очень просто! Эти бандиты получили деньги за временное хранение этого агрегата от крупной группировки контрабандистов оружием и военным оборудованием. Контрразведка арестовала интенданта одного из складов, который занимался хищением и продажей военного имущества. Он продавал краденное этим контрабандистам. Вся эта цепочка раскрыта полицией и фигуранты арестованы. Но часть имущества они успели раскидать по таким мелким бандам, одну из которых вы уничтожили. Поэтому, если попадётся ещё что-либо военное, сразу звоните.

— Понятно! До свидания!

— До свидания!

Так, значит, мы, сами того не зная, записались в добровольцы ВКС. Мда! Позвоню юристам, пусть дадут консультацию. Может можно будет спрыгнуть с армейского крючка?

«Законники» подтвердили всё сказанное военным. Слезть с военного учёта можно, только продав челнок. Хоть он и мой, я не хочу ничего делать, не посоветовавшись с экипажем. Подожду, пока все вылезут из Вирт капсул. Пока займусь поиском новых кораблей на бирже. Открыл таблицу. Сейчас мы можем приобрести новый челнок шестого ранга, только что вышедшей из ворот верфи. Можно прямо обратиться туда, и взять корабль. Челноки нам предпочтительнее, в них больше товара влезет. Да и они могут на планеты спускаться, а грузовики могут только на станциях разгружаться.

Через час все ребята выползли из тренажёров. Я подождал, пока они поели, а потом сообщил им всё, что узнал.

— Значит, если что встретиться военное, это лучше не трогать? — Задала вопрос Цапка. — Иначе сразу поставят на военный учёт?

— Вот именно! Почитайте, что мне прислали юристы. — Я повернул скарм с текстом и все прочли, что там написано.

— Не в армию я не хочу! — Заявил Пальк.

— А я так стремлюсь в ВКС, что ночи не сплю! — Фыркнула под смех ребят Лара.

— Ну, что решим?

— Продаём оба наших челнока, и пока есть деньги, покупаем одинаковые корабли шестого ранга гражданской модификации. — Сво посмотрел на кивающих головами юношей и девочек.

— Тогда я ставлю оба челнока на продажу.

Продать наши корабли удалось за сто тысяч через два дня. Я предупредил о том, что сказал мне военный нового хозяина «Дружбы». Тот сказал, что знает о таком, и сам позвонил по переданному мной номеру военным. Потом туда же позвонил и я.

— Теперь вы свободны от ВКС, на учёте этот челнок вместе с новым хозяином. — Успокоил меня вояка. После разрешения этого вопроса мы все вместе двинулись на космодром. Рейсовый челнок доставил нас на верфь. Наш отряд явился к главному инженеру этого заведения. Он принял нас.

— Что вам нужно, молодые люди?

— Нам необходимо купить два челнока шестого ранга с максимальной грузоподъёмностью, хорошо вооружённые и бронированные.

— Значит, не стандарт.

— Вот именно!

— Пойдёмте, у нас есть такие корабли.

Главный инженер повёл нас в один из ангаров. Там стояли три одинаковых звездолёта. Таких кораблей мы ещё не видали.

— Откуда такой корабль?

— Это челноки для поставки на экспорт. Заказчик от них отказался, потому что не хватило средств. Теперь вот продаём. Но наши торговцы почему то не заинтересовались этими кораблями. Вот и стоят они у нас два года. Продаём теперь по себестоимости, чтобы просто освободить этот ангар.

— Цена?

— Сто пятьдесят тысяч.

— А почему так много?

— Тут стоит броня от эсминца, четыре орудия — два на носу, два на корме, от фрегата, десять ракетных пусковых установок, каждая на четыре ракеты. Рубка пятиэтажная. Есть пассажирский салон на сорок человек. Система жизнеобеспечения поддерживает нужные параметры для нормального существования ста человек на протяжении полугода.


Челнок типа «Сарон».


Технические данные челнока:

— длина — двести тридцать метров,

— ширина — пятьдесят метров по корпусу и восемьдесят по двигателям,

— высота — пятьдесят метров.

— объём грузового трюма — двести тысяч кубов (100 Х 50 Х 40 метров).

Скорость челнока — шесть тысяч километров в секунду при движении в системе на электрореактивных двигателях (восемнадцать ЭРД).

Количество маневровых двигателей — двадцать четыре.

Прыжок на малом прыгуне при движении в системе составляет от пяти тысяч (минимум) до ста миллионов километров (максимум).

Квантовый межсистемный прыгун позволяет прыгать на одну систему.

Количество реакторов — четыре РБВ- 28 Х 2.

Защита на уровне эсминца.

Количество накопителей НК-40 — шесть.

На планеты земного типа челнок спускается с помощью антигравитационных кольцевых двигателей, которых на борту шесть штук.


Да! Такой корабль стоит этих денег. Я и Цапка посовещались, и решили купить все три корабля. Один брал я, второй — компаньоны, а третий челнок мы приобрели в складчину. Пилотов у нас четверо — я, Лара, Цапка и Ваола. Ещё готовятся Сво и Ниг. У меня ушло двести двадцать пять тысяч. В кошельке осталось сорок пять кусков. У компаньонов ушло столько же, но это не моё дело. Я и Цапка потратили ещё по пятнадцать тысяч. чтобы переделать запись в Управлении по собственности и на бирже. Теперь мы вместе на трёх кораблях могли увезти шестьсот стандартных контейнеров.

Все три челнока, которых мы назвали соответственно «Находка», «Подарок», и «Сюрприз», свободно поместились у нас в ангаре.

Через два дня опять пришла заявка на нашу компанию. Нужно было вывезти триста контейнеров с железом из соседней системы, и сдать его на наш завод. Цена каждого контейнера была сорок тысяч мон (чистое, девяносто процентное железо). Общая цена груза равнялась двенадцати миллионам. Это был довольно крупный заказ. Мы прыгнули все вместе. Долетели до нужной системы за два часа.

Как только вошли в систему, сразу поняли, почему другие компании отказались от такого выгодного заказа. Тут около звезды было много пылевых и метеорных облаков, которые простирались на несколько миллионов километров. Шахтёрская станция была где-то в середине этого хаотического нагромождения кусков камня, ледяных тел и мелкой пыли. Включив щиты на полную мощность, используя электроракетные двигатели, мы добрались до шахтёров за десять часов. Применять системный квантовый прыгун мы не могли, так как была угроза при выходе из подпространства столкнуться с чем-нибудь.

Администрация станции обрадовалась, что у нас огромный объём трюмов, и к трёмстам контейнеров с железом добавила ещё сотню с алюминием. Нам было всё равно, сколько и чего брать. Зато теперь стоимость груза составила четырнадцать миллионов мон. Контейнер с алюминием стоил двадцать тысяч. Обратно мы выбирались с приключениями. Час стояли, пока не прошёл поток крупных метеоритов, неожиданно появившийся прямо у нас перед носом. Потом чуть не столкнулись с астероидом, который почему то не зафиксировал наш локатор. Естественно, уже дома, мы проверили прибор, но он был в порядке…

Через сутки мы сбросили весь металл в бункера завода около нашей станции. Нам на карточки пришло по семьсот тысяч. Цапка и Ваола опять светились, как лампочки. Свою долю я разделил так — триста сорок тысяч оставил на счету фирмы «Ангар № 60», а триста шестьдесят раздал ребятам в виде зарплат. На нос получилось по девяносто тысяч. Два месяца не было никаких заказов. Но мы, все практически закончили учить пятый ранг по нужным нам специальностям. Теперь только мне предстояло учить в Вирт капсуле шестые ранги всех нужных мне профессий. Ко мне пришла делегация из моих работников. Лары с ними не было.

— Иг! Мы решили выкупить «Подарок» у тебя и Цапки.

— Что, решили организовать собственную компанию?

— Да!

— Позовите Цапку, поговорим.

В результате переговоров у нас возникли три компании:

— я и Лара организовали компанию «Двойка»,

— ребята создали фирму «Семёрка»,

— Цапка и Ваола создали компанию «Подруги».

Вот так мы и разбежались, совсем неожиданно для меня. Правда, базировались мы в том же ангаре Старшей школы, но вот уже такой дружбы, как раньше, между нами не было. Фактически, вся эта семёрка интернатовцев воспользовалась мной. И при первом же удобном случае помахала мне рукой на прощание. Теперь каждая компания искала заказы только для себя. Правда, когда был большой заказ, который не могла осилить одна группа, они приглашала других обитателей ангара, чтобы не упустить выгоду. Так было пару раз.

Однажды «Подарок» улетел вместе с большим караваном в далёкую систему. Через десять суток пришло известие, что весь конвой разгромлен объединённым отрядом двух пиратских кланов. Караван до места назначения не дошёл. Ограбленные и разбитые в хлам корабли конвоя обнаружил военный патруль. Все семь наших бывших одноклассников отстреливались до последнего, поэтому на этажах рубки «Подарка» военные обнаружили тридцать шесть убитых пиратов и десять разбитых военных дроидов бандитов. Последней из экипажа была Савола. Откуда у неё оказалась граната, никто и никогда уже не узнает. Она взорвала себя, и нескольких пиратов, когда у неё закончились патроны. Самое печальное было то, что на «Подарке» не было груза — он шёл с конвоем за товаром. Всё это узнали из записей искина. Пираты от злости, что потеряли столько людей при абордаже пустого челнока, расстреляли корабль из лазерных орудий. Челнок развалился. Рубка была найдена отдельно, в ста тысячах километров от места последнего боя группы сто семьдесят два…

Лара, узнав, что сучилось с одноклассниками, долго плакала. В слезах ходили и Цапка с Ваолой. Но ничего поделать уже нельзя. Эти ребята сами выбрали свою судьбу. Но жизнь продолжается. Прошёл год. Нас отпустили на «вольные» хлеба. Теперь надо было четыре года где-то базироваться. Цапка и Ваола решили арендовать ангар вместе с нами. Я вначале хотел купить помещение, но стоимость ангара была для нас заоблачной — два миллиона мон. У нас с Ларой на счету было на данный момент четыреста тысяч, а у компании «Подруги» — полмиллиона. Поэтому решили выплатить за год аренды по двести тысяч. Ангар был оборудован двумя жилыми блоками четвёртого ранга, стоимость электричества, воды, работы системы жизнеобеспечения и уборки мусора входила в аренду. Нас уже знали многие заказчики, поэтому раз в неделю мы совершали совместные полёты с Цапкой и Ваолой, перевозя грузы. Пока это было у нас в системе. Поэтому зарабатывали небольшие суммы, но за месяц отбили обратно все свои деньга, потраченные на аренду ангара.

Я купил новый комплекс дроидов шестого ранга. Их было шесть штук. Цапка тоже купила, но другой набор пятого ранга, в который входило двенадцать роботов. Потом мы слетали на луну, в «Утилизатор». Там купили контейнеры с бронёй от лёгкого крейсера. Гибель «Подарка» показала, что один и даже два слоя брони от эсминца, не дают кораблю при массовой атаке противника, выдержать бой на протяжении более двух часов. По расчёту искина при использовании брони от крейсера этот промежуток времени удлиняется в полтора раза. Модернизация кораблей заняла трое суток. Теперь у нас была двухслойная броня, положенная на имеющиеся у челноков броневые листы. Нам удалось испытать новшество при перевозке груза на две системы от Раона. На нас напали три пиратских эсминца. Но бой был коротким — мы, без включения электромагнитной защиты, только за счёт брони, отразили выстрелы вражеских лазеров. Даже взрыв рядом с кораблём Цапки противокорабельной ракеты, не смог пробить броню, хотя и тряхнуло челнок довольно сильно. Нам удалось совместным залпом сжечь одного пирата. После этого бандиты ретировались.

Потом не было практически никаких заказов целых два месяца. Я решил заняться ремонтом малых кораблей. Для этого надо было заплатить двадцать тысяч мон за новое направление работы фирмы «Двойка». За два месяца я отремонтировал и наладил три челнока. Один из них был известным мне «Ромбом». А два других — имели яйцеобразный корпус, но не походили на яхту «Звезда» моих «родителей». Это были модернизированные фрегаты серии М-100. Используя свой искин, имеющиеся у меня дроиды, и Лару в качестве оператора роботов и техника, я добился увеличения работоспособности «Ромба» (он был пятого ранга) с шестидесяти до семидесяти двух процентов. А фрегаты М-100 немного модернизировал в реакторной части, что привело в увеличении их работоспособности на девять процентов.

Каждый корабль имел свои особенности, которые приходилось учитывать. Например, «Ромб» имел сильные отличия от стандартной схемы в системе энергетических шин и расположении накопителей энергии. На одном из М-100 имелась аварийная аккумуляторная батарея, подключённая параллельно накопителям, хотя такого оборудования на чертежах производителя не было. Постепенно я копил опыт ремонта малых судов. Цапка и Ваола тоже заинтересовались ремонтной деятельностью. Они стали помогать мне. А один раз даже привели клиента. Они не претендовали на открытие своей ремонтной фирмы, и согласны были работать со мной в качестве техников. За последующие полгода деятельность ремонтной фирмы принесла нам почти два миллиона мон, столько же, сколько и перевозки.


Глава 16 Всё течет, всё меняется…


Я и Цапка решили купить ангар, пока у нас есть деньги. Сложились по миллиону и внесли заявление в администрацию. Мы купили два реактора четвёртого ранга, каждый мощностью в двадцать восемь мегаватт, большой утилизатор и сварили огромный бак для воды. За тысячу мон у шахтёров закупили кусок ледяного астероида, который растопили и залили в наш водяной бак. Теперь мы были полностью независимы от администрации станции. Я докупил на бирже стенды для ремонта кораблей вплоть до эсминца… Для работы на них пришлось нанимать персонал — пять техников. Каждый из них получал по пять тысяч мон за стандартный месяц.

Однажды была совершена попытка, влезть в наш ангар, которая провалилась — Цапка открыла огонь из своего пистолета, что испугало налётчиков. Пришлось предпринимать меры безопасности. Теперь у нас дверь была забронирована, около ангара и в нём стояла система видео наблюдения. Внутри были установлены два военных дроида с пулемётами — каждый из них обошёлся нам в сто тысяч.

Прошло ещё полгода. За это время мы сумели отремонтировать около сорока челноков и малых грузовиков. Каждую неделю то я, то Цапка вылетали, выполняя контракты на перевозку того или иного груза. Но это были небольшие заказы, и наши счета пополнялись очень медленно. Однажды к нам прилетел военный корабль, который приволок с собой аппарат с «дикой» планеты. В нём были обнаружены два аборигена. Как они рассказали на допросе, у них техника пока не позволяет далеко удалиться от системы. Именно с этим кораблём аборигенов произошла невероятная история. Он исследовал какой-то астероид в их поясе Койпера, кода его начало затягивать в непонятное образование. Включение двигателей не помогло. Сколько аборигены были в подвешенном состоянии, они не помнят. Очнулись, когда их выкинуло в незнакомое космическое пространство. Через час их захватил силовым лучом данианский военный корабль. Язык этой неизвестной цивилизации расшифровали за три дня с помощью искинов. Что делать с этими бедолагами, никто не знал. Хоть и большая часть галактики была освоена местными звёздными государствами, процентов пятнадцать пространства оставалось неисследованным. Вот эта новая цивилизация и жила в одном из крайних дальних рукавов галактики. Туда пока не летала ни одна научная экспедиция. Когда эти люди узнали, что их занесло очень далеко от родной планеты, и никто не знает, как туда лететь, они сильно опечалились. Тогда им предложили стать данианцами. Подумав, они согласились. Их обучили в Вирт капсуле. поставили нейрочипы, и теперь вместе с кораблём привезли ко мне, так как я подавал заявку на двух техников.

Вышел посмотреть на этих ребят. Обычные люди. Женщина имела смуглую кожу и походила на латиноамериканку с моей Земли, а мужчина был похож на викинга — высокий, мощный, голубоглазый, с длинными волосами пшеничного цвета и рыжей бородой. Их корабль был похож на увеличенный раз в пять российский «Союз». Я осмотрел его. Внутри стояли компьютеры, довольно хорошая система жизнеобеспечения, небольшой ядерный реактор, работающий на уране, десяток электрореактивных двигателей, восемь маневровых движков. Поговорив с ними, я выяснил, что наибольшая скорость их корабля составляет сто пятьдесят километров в секунду. С планеты они стартуют при помощи ракетоносителей.

Мужчина показал мне, как выглядит эта планета. Она была похожа из космоса на Землю. Но материки на ней были другой формы. По параметрам атмосферы и размерам. а также месту в своей солнечной системе, планета на девяносто процентов походила на Землю. И её спутник был очень похож на нашу Луну.

Мужчину звали Андор, а женщину Масиния.

— Ну и какой вам ранг присудила Вирт капсула? — Спросил я их.

— Четвёртый, хозяин. — Мрачно пробурчал Андор.

— Ну, я не твой хозяин, а работодатель. Зовите меня Иг. Будешь вместе со своей подругой работать на вон том стенде. Пока делать нечего. Поэтому будем переделывать ваш корабль, чтобы он соответствовал местным стандартам. Для начала подберём для вашего корабля реакторы и оборудование рубки. Кстати, как он называется?

— «Ингилон».

— Так, пока снимаем ваши блоки. Дроидами ведь можете управлять?

— Да.

— Тогда вперёд! Моя сестра и эти две девочки (я указал на Цапку и Ваолу) вам помогут. А я пока буду заканчивать ремонт того корвета.

Все разошлись по рабочим местам, забегали дроиды, техники за стендами начали доводить блоки до приемлемых величин работоспособности.


Через два дня с корабля ирту (так себя называли эти мужчина и женщина) было снято практически всё кроме электрореактивных и маневровых электрических двигателей. Я начал подбирать реактор. Подошёл по параметрам энергоблок третьего поколения с мощностью в десять мегаватт. Туда же поставили и накопитель НК-10. Вся аппаратура связи, навигации, сканеры, локаторы и прочее местного производства заняло своё место в рубке «Ингилона». Щит вышел слабым, но с ним можно было летать в другую систему. Оружия на этом корабле не было и некуда было его ставить. Грузовой отсек практически отсутствовал, так как его место заняли квантовые прыгуны(системный и межзвёздный). Всем управлял искин. Удалось поместить на корабль и дроида третьего ранга. Кресла экипажа заменили данианскими образцами.

Проверка этого корабля показала, что в системе он может двигаться на ЭРД со скоростью в тысячу километров в секунду. Прыгал этот корабль, как и наш челнок, так как квантовые прыгуны были стандартными образцами четвёртого ранга. Управлял кораблём при испытаниях я, а потом в кресло пилота сел Андор. Он неправильно отрегулировал рычажок системного прыгуна, и мы перелетели чуть дальше.

— Ваат чёрата!

— Обалдо, неумехана!

Возгласы ирту мне напомнили Землю, я ведь точно понял, что они говорили. Громко рассмеялся и сказал по-русски:

— Не надо чертыхаться. Просто нужно научиться управлять кораблём.

Андор и его спутница удивлённо посмотрели на меня.

— Ты откуда знаешь язык Нариту? Ты не данианец? — Спросил меня практически по-русски мужчина. Только окончания некоторых слов были другими.

— Вообще то нет, хоть и считаюсь им. И я не знаю, кто такие Нариту. Я вообще не из этой галактики, и, по-моему, не с вашей Вселенной! Моя родная планета называется Земля. Ваш «Ингилон» похож по форме на орбитальный корабль одной из стран моей планеты. Данианцы об этом не знают.

— Значит, ты такой же, как и мы?

— Приблизительно.

— Но откуда ты знаешь этот язык?

— На нём я говорил на своей планете. Там самая большая страна говорит на этом языке, он называется русский язык.

— А я по происхождению — нариту, да и — Масиния наполовину нариту. Мы оба, естественно, говорим на своём языке, и на общем ирту.

— Понятно. У нас до этого, пока я жил на Земле, не дошло. Пока далеко до всеобщего правительства. Да и вряд ли я смогу вернуться к себе. Вы может, и сможете — вы ведь с этой галактики. Но не думаю. Я смотрел на карте, где приблизительно находится ваша система. Очень далеко. Вы попали в так называемую червоточину — есть такой термин в земной фантастике. Хорошо, что вас выкинуло у границы данианцев, а не в другом месте. В некоторых звёздных государствах вас бы заперли в лаборатории, нарезали на кусочки для исследования.

— Боже! — Схватилась за голову Масиния.

— Да! Не думайте, что раз цивилизация имеет звездолёты, она далеко ушла от ваших учёных. Здесь и пираты есть и всякие бандиты на станциях, так что. будьте осторожны. Я вам куплю пистолеты. Знаете, что это такое?

— Конечно, мы военные. У нас такое оружие на планете есть.

— Хорошо, значит, договариваемся так: вы держитесь меня и если что непонятно, спрашивайте. Я через три года получу диплом. По всей видимости, золотой. Мы здесь чужие, но вернуться домой не можем. Поработайте до этого момента, пока я не получу нужный мне документ. Потом купим вам корабль местного производства, возьмём на планете под нами участок — там земли много, и будет у нас дом. Ну, как вам мой план?

— Ты лучше знаешь местные условия, поэтому мы согласны.

— Хорошо! На станции говорить будем только на данианском, чтобы никто ничего не заподозрил. А то запишут в шпионы, потом затаскают по разным инстанциям. Понятно?

— Да, всё поняли.

Ирту честно выполняли все мои условия, поэтому проблем с ними не было. Они свыклись с мыслью, что назад не вернуться, поэтому не делали глупостей…

Наконец, прошло время, которое было выделено на «свободное» плавание учеников Старшей школы. Мне исполнилось семнадцать лет, а Ларе — шестнадцать. С нами вместе были Цапка и Ваола. Нас вызвали в Департамент образования, где мы получили дипломы об окончании Старшей школы. Золотые дипломы получила только наша четвёрка. Наши капиталы за последние два года резко возросли. Теперь у меня на счету было десять миллионов, а у компании «Подруги» — одиннадцать. По местным законам мы стали совершеннолетними.

Наша компания продолжила свою деятельность. Я, как и обещал, купил для ирту новый корабль — челнок типа «Ромб» шестого ранга. У нас техников в компании работало уже десять человек. Я поинтересовался насчёт купли земельного участка на планете. Оказалось. что можно свободно купить за десять тысяч мон целый квадратный километр. Цапка и Ваола тоже решили купить себе землю. В результате, через год на наших «ранчо» выросли двухэтажные виллы. Участки мы засеяли местными культурами — купили для этого сельскохозяйственных дроидов. С аборигенами у нас были хорошие отношения — я открыл мастерскую, где ремонтировал вышедшее из строя оборудование. Инженеров у аборигенов было всего два, и моё появление местными властями было встречено благосклонно. Ирту поженились, через год у них появился ребёнок. Наши три судна летали в некоторые системы. Грузоперевозки приносили приблизительно сорок процентов дохода. Десять процентов стала приносить продажа выращенных на наших «фазендах» продуктов. Остальное приносил ремонт техники, как в нашем ангаре, на станции, так и в посёлке, на планете. В один из дней Лара подошла ко мен с каким-то парнем.

— Иг! Знакомься, это мой жених, Плам! Мы решили пожениться через два дня.

— Вот как? Не могла раньше сообщить?

— Ты против? — Чуть не плача прошептала сестра.

— Нет! Это твой выбор, как я могу быть против? Поздравляю! Живите в любви и согласии, дети мои!

Лара и Плам засмеялись.

— Так. Теперь скажи Лара, ты будешь со мной летать?

Сестра помялась, а потом сказала:

— Я решила осесть на планете. Не нравится мне постоянно быть в космосе.

— Хорошо! Готовь свою банковскую карточку и клади её в мой ридер.

Лара непонимающе проделала то, что я её попросил.

— Всё! Можешь посмотреть, это мой свадебный подарок тебе!

Лара и Плам удивлённо смотрели на цифру, появившуюся на карточке моей сестры.

— Что это? — Зрачки у молодёжи стали размером с чайные блюдца. Только потом я узнал, что здесь ничего молодожёнам не дарят.

— Это для того, чтобы ты могла делать что хочешь, покупать, что тебе нравится. — Указал я на перечисленную на карточку Лары сумму (там было шесть миллионов мон, огромные деньги не только на планете, но и для большинства обитателей станции).

— Это твои личные деньги, Ларочка, что хочешь, то с ними и делай.

— Спасибо, Иг! Ты самый лучший брат на свете! — Лара от избытка чувств обслюнявила моё лицо. Плам тоже стоял с потрясённым видом. Хоть он и знал, что Лара не бедная девушка, но наличия такой суммы у своей будущей жены не ожидал.

Впоследствии Лара купила участок рядом с моей «фазендой». построила одноэтажную виллу. Через два года у неё во дворе уже бегали три близнеца Кам, Тили и Пло. Потом замуж вышла Ваола. Цапка последовала моему примеру — своему компаньону она подарила всё, что у них было на планете. Ваола тоже не хотела больше летать в космосе. Она предпочла спокойное существование на планете.

Лара и Ваола работали в моей мастерской, которая находилась на главной площади посёлка… Я взял и переписал эту собственность на свою сестру. Вместе с Цапкой мы обратно вернулись в свой ангар. Ирту продали свой челнок, как только у них родился второй ребёнок, и жили на эти деньги, подрабатывая в мастерской Лары. Они тоже осели на планете.

— Ну, Цапка. Что будем делать?

— Как что? Работать! Я хочу купить большой корабль и полетать, посмотреть новые системы. За их картографирование платят большие деньги.

— Ладно! Раз ты так уверена, поработаем год, а потом купим какой-нибудь списанный крейсер пятого ранга, переделаем его для наших целей и отправимся путешествовать.

Первый рейс мы совершили на наших челноках с полной загрузкой — четыреста контейнеров с натуральной едой мы перевезли в одну из систем, достаточно далеко удалённую от Раона.

По пути пришлось схлестнуться с пиратской бандой из трёх фрегатов. итог боя был для бандитов неутешительным. Мы их сожгли, не подпустив на дистанцию стрельбы из лазерных орудий. Всё дело в том, что мне удалось путём экспериментов построить малокалиберную восемьдесят миллиметровую электромагнитную пушку, стреляющую шарообразными железными снарядами. Над ней я мучился три года. Результаты проверки порадовали — орудие могло закинуть ядро на триста тысяч километров. При этом оно насквозь пробивало контейнер со слитками железа. Цапку я тоже ознакомил с моим «изобретением». Она восхитилась результатами проверки и сильно удивилась, когда узнала, что в местных звёздных флотах такая система не применяется. Мы поставили по четыре орудия на каждый челнок. Стрелять можно было как одиночными снарядами, так и очередями по три — пять ядер. Вот этими пушками мы и разнесли пиратские фрегаты.

В обратный рейс мы взяли по сорок пассажиров и ещё по сотне контейнеров, на этот раз с каким-то оборудованием на сумму в два миллиона мон. Пассажиры принесли нам десять тысяч мон — билеты стоили дёшево. От перевозок груза нам остался миллион. С этой суммы мы начали копить средства для покупки крейсера. На аукционе лёгкий крейсер стоил без вооружения и с реакторами, гражданского типа почти десять миллионнов мон, а тяжёлый его собрат — от пятнадцати до двадцати миллионов. Но пока нужных сумм у нас не было, да и предложенные военными конверсионные корабли нас не устраивали — они были не пятого ранга, а четвертого с двумя плюсами. Поэтому мы с большим энтузиазмом принялись за работу.

Во второй рейс с полными трюмами мы двинулись через три дна после окончания первого похода. Теперь везли на один из заводов дорогой иттрий. Один контейнер стоил двести пятьдесят тысяч мон, а весь груз тянул на сто миллионов. Нас сохраняли целых два крейсера и четыре эсминца. Полёт продлился три дня. Пираты нам не попадались. Мы сдали весь металл, и полетели назад пустыми, уже без всякой охраны. Вот тут нас и подстерегла эскадра из пятнадцати бандитских эсминцев. Пока они смогли добраться до дистанции стрельбы из лазеров, потеряли треть своего состава. Ещё два пиратских корабля сгорели от попаданий наших ракет. Потом им удалось просадить наши щиты наполовину, но облегчения бандитам это факт не принёс — наш тройной броневой пояс свободно выдерживал удары лазерных лучей даже при оставшихся двадцати процентах энергии щита. Зато на малой дистанции наши электромагнитные орудия показали себя во всей красе. Ядра свободно проходили на высокой скорости щиты пиратов. и пробивали их корабли насквозь. Через час боя три бандитских корабля с дырками в борту стали спешно отступать — от их товарищей остались только разбитые корпуса или загасшие плазменные облака.

Нам тоже досталось — были повреждены маневровые и электромагнитные маршевые двигатели, у меня сгорел один лазер, была сбита антенна квантовой связи. У Цапки был оплавлен верхний слой брони, в «живых» осталось только одно лазерное орудие из четырёх. До дому доковыляли за сутки. Ремонт подбитых челноков длился три дня. За этот рейс мы получили десять миллионов мон. Запись боя наших кораблей с эскадрой пиратов Цапка выставила в КвантоНет. Ролик вызвал живейший интерес. Оказалось. что на нас напал клан «Длинные ножи». Я и Цапка фактически уничтожили первую эскадру клана с самыми лучшими его бойцами.

После этого два месяца не было никаких заказов на перевозки груза. Но зато во всю мощь заработала мастерская в ангаре. За сорок дней месяца мы забронировали и модифицировали практически пятьдесят челноков и грузовиков малого тоннажа. Это дало нам ещё один миллион монет. Полученная прибыль вызвала у моей партнёрши прилив радости. Она прибежала ко мне и сказала:

— Ещё полгода такой работы, и можно будет подумать о покупке крейсера!


Глава 17 Работа картографами


Хорошо на планете! Свежий воздух. Натуральная еда, красивые виды, походы в местный лес за грибами местного разлива — они называются Троги, и по форме напоминают мне земную клубнику на ножках-усиках. Но всё хорошее, как всегда, быстро кончается. Кончился и мой отдых. Сегодня лечу на станцию. Цапка там руководит мастерской в ангаре. За прошедшие пять месяцев у нас скопилось почти двадцать два миллиона мон — удалось совершить четыре рейса в составе караванов, что и принесло ещё десять миллионов. Были и нападения пиратов и отказ двигательной установки на моём челноке. Пару раз пришлось заниматься ремонтом кораблей охраны после стычки с крупной бандой пиратов. На станции была предпринята попытка нападения на наш ангар. Но она была отбита дроидами. Вмешательство правоохранительных органов позволило выяснить, что за этой атакой стола конкурирующая с нами мастерская, которая была монополистом в сфере ремонта, пока я не открыл свою ремонтную компанию. Организатора нападения арестовали, нам выплатили компенсацию в полмиллиона мон.

Но вот, всё это позади. Я и Цапка сегодня полетим на верфь. Нам сказал знакомый, что там скопилось несколько конверсионных крейсеров пятого поколения, которые ещё не выставляли на аукцион. Я, с помощью скарма, поговорил с главным инженером. Он сообщил, что недавно поступил новый корабль — тяжёлый авианесущий крейсер «Даниан». С него ещё ничего не сняли. Это звездолёт ранга пять плюс. Инженер поинтересовался, для каких целей нужен нам этот крейсер.

— Мы хотим исследовать и картографировать новые системы.

— Тогда я прикажу не трогать этот корабль. Картография и экспедиции в неизвестные области космоса курируются военной разведкой. Если вы подадите заявление до аукциона в отдел «НИКС», то имеете право купить полноценный военный корабль, а не конверсионный образец.

— А сколько стоит это «Даниан»? И можем ли мы его немного переделать?

— Стоимость этого корабля в том виде, как он к нам поступил — девятнадцать миллионов. Переделывать можете свободно. Работоспособность крейсера мы уже проверили. Она достигает восьмидесяти процентов.

— Тогда мы его возьмём.

— Хорошо, я не выставлю этот лот на аукцион, подожду вас.

— Договорились!

Цапка, как узнала всё, что сказал мне главный инженер верфи, сразу послала заявление в соответствующую инстанцию. Ответ пришёл через три часа. Нам сбросили разрешение на разведку и картографирование одного из дальних объёмов космоса на «западной» границе Данианского союза. Мне присвоено звание агент-командора, а Цапка стала агент — бригадир- пилотом. И вот, получив все разрешения, мы летим на нашем челноке в сторону верфи…

— Вот, нам сюда! — Инженер провёл нас в один из центральных ангаров верфи. Огромные ворота раскрылись, пропуская нас внутрь. То, что мы увидели, сильно поразило и меня и Цапку. На стапелях стол огромный корабль.


Инженер стал описывать этот звездолёт, начав с технических характеристик:

— Длина этого корабля — полтора километра,

— ширина — триста метров,

— высота — пятьсот метров.

Двигателей:

— межзвездных прыжковых — две штуки, можно прыгать сразу на десять систем.

— системные прыгуны — две штуки, минимальный прыжок — пятнадцать тысяч километров, максимальный — на полмиллиарда километров,

— маневровых электрических ракетных двигателей — шестьдесят,

— стабилизирующих двигателей — двадцать,

— ЭРД — сто единиц. Обеспечивают передвижение в системе со скоростью в десять тысяч километров в секунду.

Реакторов пятого ранга специальной постройки — двенадцать.

Мощность щитов позволяет защититься от метеоритов массой до двух тонн, летящих со скоростью восемь километров в секунду.

Вооружение:

— лазерных орудий пятого ранга — сорок,

— ракетных установок обороны — десять ПУ по двадцать ракет в каждой,

— противокорабельных ракет — двадцать четыре,

— автоматических истребителей — двенадцать единиц,

— дронов разведки и картографии — пятьдесят штук.

Управление осуществляется шестнадцатью искинами КИ-700, что позволяет управлять крейсером одному человеку. Система жизнеобеспечения позволяет экипажу из двух человек жить на протяжении пяти лет без захода на станцию или посадку на планету.

Для спасения экипажа и исследования разных тел и планет с атмосферой возможна установка на лётной палубе специального челнока размерами 300 Х 80 Х 80 метров.

Грузовой трюм у крейсера имеет объём сто двадцать пять тысяч кубометров.

Обслуживают корабль сорок четыре дроида. Противоабордажная команда состоит из двадцати военных дроидов, вооружённых огнестрельным и лучевым оружием.

Вот такой крейсер. Ну, как. берёте?

— Конечно! Перечисляем деньги! — Цапка чуть ли не прыгала от радости. Ещё бы, получить во владение военный корабль!

Мы завели свой челнок на лётную палубу крейсера, как только вывели его с верфи. В наш ангар он не помещался. Поэтому переделывали мы его прямо в космосе. Вначале мы забронировали ещё двумя слоями пластин. На это ушло две недели. Затем я месяц рассчитывал и устанавливал на крейсер сто миллиметровые электромагнитные орудия длиной восемьсот метров. Их мы сделали четыре штуки. Для них у нас было в запасе почти тысячу ядер из вольфрама. Они нам обошлись в полмиллиона мон. Для улучшения защиты и стабильности энергоснабжения Цапка установила десять накопителей НК-56. Вооружение я переключил на отдельные реакторы, которых удалось поместить в свободные объёмы после ликвидации кают (их было десять). Теперь мощность щита увеличилась на сорок процентов. Цапка установила в рубку крейсера аварийную систему СЖО и реактор малой мощности. Я дополнил количество искинов. подключив ещё двенадцать штук КИ-100. Теперь управлять крейсером стало намного легче. Ещё месяц мы учились использовать совместно корабль и эскадрилью наших истребителей. Цапка научилась управлять дронами. Я докупил ещё десяток ремонтных дроидов шестого ранга. Наконец, всё было куплено и можно было лететь. Мы опустились на планету. Попрощались с Ларой, Ваолой, семьёй ирту. Свою мастерскую я продал за пять миллионов мон. Подняли всех желающих на свой крейсер. Провели небольшую экскурсию по кораблю. Лара и Ваола, и тем более, ирту, были буквально ошарашены, когда увидали наш звездолёт…

Но вот, мы получили разрешение диспетчерской, и прыгнули в нужном нам направлении. Нам ещё прыгать через сотню систем, прежде чем доберёмся до того пространства, где нам предстоит работа. Цапка посмотрела, что мы должны полностью обследовать и картографировать сорок систем. Если будут найдены богатые металлом астероидные пояса, то за такую систему нам заплатят миллион. Если найдём кислородную планету с наличием в атмосфере этого газа на уровне десяти процентов, то нам заплатят два миллиона. Но если нам повезёт, и в системе окажется планета с нормальным содержанием кислорода, нам дадут десять миллионов. Если ничего такого не найдём, то за точную картографию всех сорока систем нам выплатят тридцать миллионов.

Первый прыжок на десять систем нас привёл к торговой станции «Должа». Там мы купили некоторый запчасти, которых не смогли найти на Раоне. Вот теперь, действительно всё! Новый прыжок, но нас вытаскивает блокатор пиратов. Почему-то они не рады, когда видят появившийся перед их десятью эсминцами тяжёлый крейсер. Они пытаются сразу удрать. Но двум кораблям это сделать не удаётся — наши электромагнитные орудия успели выплюнуть десять ядер, четыре из которых и превратили два бандитских корабля в плазму.

Летим дальше.

— Иг! Наши искины зафиксировали сигнал СОС!

— Посмотрим, что там такое.

Сигналы бедствия подавал старый грузовик, у которого вышел их строя реактор. Владелец корабля, Мант Сарг, уже не надеялся, что его кто-нибудь услышит, и очень обрадовался, когда мы неожиданно вынырнули в этой системе. Три дня я и Цапка починяли этот малый грузовоз. Удалось поднять его работоспособность до шестидесяти процентов. Получили за ремонт двести тысяч, распрощались с Саргом, и двинулись дальше. Пять прыжков двигались без остановок. На шестом прыжке пришло сообщение, что на одну из станций напал пиратский флот в количестве сотни вымпелов. Идёт тяжёлый бой около станции. Эвакуировать население не успели. Поэтому. если не придёт помощь, то будут многочисленные жертвы среди гражданских лиц. Вваливаемся в систему. Пираты заняты уничтожением пушек на станции. Нас пока не заметили. Прыгаем в тыл бандитам и сразу открываем огонь из электромагнитных пушек и лазеров. Неожиданность нападения сделало своё дело. Пока пираты разобрались, кто и откуда ведёт огонь, мы успели испарить почти двадцать бандитских калош. Пираты заметались, ведь они оказались под перекрёстным огнём, а тут в систему ввалилась и эскадра военных пятого флота Даниана. Бандитам сразу стало очень плохо — через час от них остались только обломки.

— Крейсер «Даниан», спасибо за помощь! — Передали со станции.

— Командор Игон Тирт, вы присоединитесь к нашей эскадре? — Спрашивает командор пятого флота Рикс Торп.

— Нет! У нас задание «НИКС» в объёме 567-987РХ.

— А! Картографы! Счастливого пути!

— Спасибо!

Прыгнули дальше. Если кто-нибудь думает, что это только мне и Цапке так везёт, и пираты только к нам косяком идут, то глубоко заблуждается. Обычно любой корабль при прыжках, почти через одну систему, попадает под удар пиратских картелей. Бандитов здесь развелось много после нескольких войн внутри Данианского союза с людьми, которые не хотели объединения двух королевств в одно государство. Сепаратисты проиграли, но на основе их боевых частей появились пиратские картели.

Ещё через три прыжка мы вышли на западную границу Даниана. Дальше был небольшой фронтир, размером в три системы. Его мы перепрыгнули быстро. И вот мы перед неизвестным пространством. Теперь надо следовать заданию. Мы послали в «НИКС» сигнал, что начинаем работу согласно предписанию. Прыгаем в первую систему. Выпускаем дроны и истребители для их охраны. Теперь надо ждать. Проходит десять дней и дроны возвращаются. Искины обрабатывают полученные данные. В системе пять метановых и три без атмосферных планеты. Пояс астероидов жиденький. В основном они состоят из льда и камней. Больше тут делать нам нечего. Цапка направляет корабль в соседнюю систему. Три часа полёта, и вновь выпускаем нашу картографическую эскадру. Задержались тут на три недели. Планет тут десять, но все со слабыми метановыми атмосферами. Зато поясов астероидов три. Один из них состоит из камней, содержащих много железа и никеля. На планетах тоже есть крупные месторождения, которые наши дроны зафиксировали пролётом. Значит, система богатая. Хоть в этом повезло. Дальше последовали безрезультатные прыжки — пять систем были абсолютно пустыми. Таи не было даже планет, только ледяные тела пояса Койпера.

Прыгаем дальше. Выходим из подпространства, и сразу попадаем под огонь лазерных орудий. Принимаем бой и электромагнитными орудиями разносим на части занайский рейдер. Обследование обломков показало, что это такая же картографическая экспедиция, как и мы. Сняли искины противника. Осторожно списали с них всю информацию. Там было детальное описание той системы, где мы сейчас находились. Хорошо, работать нам меньше. Правда, ничего нормального тут не оказалось.

Прыгаем дальше. Опять неудача. Уже нами обследовано десять систем, будем продолжать работу. Летим дальше. Выходим около огромного голубого гиганта. Вокруг звезды огромное количество обломков. Планет нет. Выпускаем дроны. Месяц работы, и вот на наших искинах появляется полная карта этой свалки камней и пыли разного состава. Металла тут много. Причём не только железа и других элементов. Есть и такие дорогие, как иттрий, осмий и другие. Решили немного отдохнуть. Тем более, что нам никто не назначал жёстких сроков сдачи набранного материала. Прыгаем обратно. Через двенадцать прыжков мы влетаем на территорию фронтира. Останавливаемся у первой же станции. Цапка переслала через ретранслятор КвантоНета все собранные данные. Через трое суток нам переслали деньги — двенадцать миллионов мон.

Сидим в гостинице. Покупать нам ничего не надо. Спустились поесть. Мы тут уже четвёртые сутки. Поэтому бармен и гостиничная администрация нас хорошо знает. Едим заказанные блюда. В бар вваливается пять человек, которые явно пьяны. Они начинают приставать к девушке, сидящей за стойкой регистрации — во фронтире пока мало специальных ресторанных дроидов. Регистраторша даёт отпор, тогда ещё двое буянов набрасываются на неё. Я и Цапка встаём. Выхватываем пистолеты и делаем дырки во лбах трёх хулиганов. Двое оставшихся бандитов попытались оказать нам сопротивление, выхватили какие-то обрезы, но бармен разрядил в них что-то, похожее на деринджер. Пришла местная полиция. Мы показали документы, которые нам дали в «НИКС», и с нас даже не взяли показаний. Зато трофеи из жилой ячейки бандитов были поделены на три части. Нам досталось три малых контейнера и один старый дроид третьего ранга. В контейнерах лежало много ручного инструмента шестого ранга и несколько игломётов пятого ранга. Здесь, в этом мире, игломёты работали не на электромагнитных силах. Иглы вылетали благодаря взрыву жидкости при создании искры свечой с электрической батареей. Такой выстрел позволял выкинуть иглу на метров восемьдесят с такой скоростью, что иглообразный снаряд пробивал тяжёлые десантные скафандры. Одной заправки жидкой взрывчатки хватало на четыреста выстрелов. Один аккумулятор хватал на половину боекомплекта. Свечу надо было менять, через пять тысяч выстрелов. Я и Цапка вооружились дополнительно этими игломётами. Мы потренировались в местном тире. Отдыхали ещё три дня, а потом вылетели в новую систему.

А вот там произошло прямое столкновение с разведывательной эскадрой без опознавательных знаков. Но то, что это военные корабли, мы поняли сразу. Поэтому, сделав удачный залп, и уничтожив находившийся ближе всех к нам фрегат противника, мы спешно ретировались. Добравшись до ретранслятора КвантоНета, сообщили об обнаруженном противнике. Через сутки к нам добавились десять крейсеров и пятьдесят эсминцев. Прыгаем обратно. Происходит новое столкновение. За двадцать пять часов к непонятному противнику подошли два линкора и четыре крейсера. Бой разгорается. Наш крейсер наносит удары издали — электромагнитные орудия показали себя с наилучшей стороны. Наши истребители помогли отбить фланговую атаку вражеских фрегатов. То, что это не занайцы, уже ясно, но кто? Бой длится четыре часа. У нас потеряна половина кораблей, у противника примерно такие же потери. Неожиданно к врагу подходит ещё одна эскадра из сорока вымпелов. Командующий нашим отрядом приказывает отступать Прыгаем в наш фронтир. Противник за нами не гонится. Через сутки удается узнать, что мы сражались с частями первого флота Деспотии Ранк. Мы теперь находимся на военной базе второго флота Данианского союза. Меня вызвали к адмиралу Коргу.

— Мои офицеры рассказывают, что вы применили какое-то оружие нового типа, командор. Это правда?

— Да, господин адмирал! Не знаю, насколько оно новое, но в эффективности электромагнитной пушки я убедился во время столкновений с пиратами. Правда, у меня нет возможности делать орудия калибром выше ста миллиметров. Да и значение имеет длина корабля, на который ставят ЭМО.

— Вы можете передать методику расчёта этой пушки нашим инженерам?

— Да, свободно!

После этого разговора началась работа. В условиях военной базы и на основе расчётов удалось сделать сто пятидесяти миллиметровое электромагнитное орудие, которое было установлено на линкор «Королевство Дани» На испытаниях присутствовали все высшие офицеры второго флота. ЭМО показало свои возможности в полном объёме. На немыслимой для лазеров дистанции оно поразило старый крейсер под полной защитой, разрезав его очередью из ядер практически пополам. Все военные были под сильным впечатлением этой демонстрации. По приказу адмирала все корабли стали оснащать этими установками.


Глава 18 Работа на Даниан. и что из этого вышло…


Адмирал послал в разведку несколько корветов, снабжённых восьмидесяти миллиметровыми электромагнитными орудиями. Они добрались до захваченной деспотией системы Попытка войти туда привела к новой стычке. Но потерь у разведывательного отряда не было — они издали расстреляли два эсминца противника. Вернувшиеся назад военные показали ролик о применении ЭМО адмиралу. Тот распорядился выдать мне и Цапке десять миллионов за изобретение. Затем все материалы отправили в столичную систему. Там, на заседании Департамента по изобретение было зафиксировано. Нам переслали ещё пятьдесят миллионов. С этого момента практически на всех кораблях данианцев появились электромагнитные орудия. Особый резонанс вызвало применение такого оружия торговым караваном против пиратского отряда. Массовое применение электромагнитных пушек грузовиками привело к полному уничтожению банды в течение пяти минут.

Мы два месяца побыли на базе военных. За это время Данианский союз и Деспотия Ранк договорились о разделе новых систем. Всё, что я и Цапка исследовали и картографировали, а это двенадцать систем, отходило данианцам, шесть систем взяла себе Деспотия Ранк, две системы — занайцы. Стороны договорились, что пока приостановят свои изыскания, и больше в этом направлении не будут посылать никаких экспедиций.

Нас вызвали в «НИКС» и дали задание лететь в направлении, откуда появился корабль ирту. Миссия была секретной. Лететь туда нам два года. Приблизительно, нам надо пролететь более тысячи систем. По пути будем картографировать системы с планетами. Началась наша экспедиция.

Через несколько суток мне во сне начали преподавать уроки применения над пространственной связи. Вначале была дана информация, что это такое, она шла приблизительно в первых, трёх сновидениях. Затем начались уроки использования возможностей мозга. Вначале давалась тема, например, по упражнениям, развивающим способность к концентрации. Пока у меня не стала получаться мгновенная концентрация в любой момент времени, другую тему мне не давали. Цапке я ничего не говорил, чем меньше будет знать, тем лучше. После трёх месяцев уроков концентрации, когда я уже довёл свои способности в этом направлении до автоматизма, тема поменялась. Теперь мне начали преподавать уроки подключения к информационному квантовому полю Вселенной.

Фактически, как я понял, с помощью концентрации я должен был настроить в унисон все нейроны, и попробовать услышать ЗОВ. Полгода я пытался услышать, но ничего не получалось, учёба застопорилась. Прорыв получился внезапно. Мы попали в сложное положение при картографировании очередной системы. Что произошло, выяснить наши искины не смогли. Нас внезапно выкинуло из системы. Крейсер закрутило и отключились основные реакторы. Нас несло чёрт знает куда. Вокруг корабля искины зафиксировали непонятные вихревые образования, которые тащили «Даниан» за собой. Сильно заболела голова, я попытался убрать боль — это один из уроков по концентрации, но ничего не получалось. У меня пошли перед глазами красные круги, а потом я потерял сознание…

Очнулся от музыки в голове. Это была простейшая мелодия, типа «Всё пройдёт, и печаль и радость…». Я с удивлением слушал эту музыку, а потом стал мысленно подпевать. Внезапно, мелодия оборвалась, и я услышал шелест, который сложился во фразу:

— Что хочет узнать разумный?

— Что с нами случилось?

— Вы столкнулись с тампо.

— Что это такое?

— Узнаете сами, пока это вне вашего разума.

— А кто со мной говорит?

— ЗОВ.

— Ты разумный?

— Нет.

Связь оборвалась. Я вскочил с кресла. Цапка лежала без сознания. Я потащил её в медотсек. Положил в капу. Она показала, что Цапка придёт в себя через десять часов.

После этого случая я стал видеть ауру вокруг живого существа, источник его жизненной энергии. Почему у меня вдруг появилось всё это, объяснил ЗОВ в последующие сеансы подключения:

— Ты не из этого мира, поэтому у тебя способности твоего мозга к подключению к знаниям Вселенной и способности их использования на сто процентов больше, чем у аборигенов. Ты для этого мира псион. Но это не значит, что ты можешь всё, что тебе придёт на ум. Твой предел — квантовая связь с близким тебе разумным существом на расстоянии в одну систему, видение его источника жизненной энергии, причём есть возможность лечения близких бесконтактным методом. Всё это есть в курсе, который тебе, разумный, преподаётся.

В общем, плюшки есть, но они не совсем сладкие…

Главное, что учиться мне ещё долго.

Как Цапка очнулась, первым делом спросила, что произошло.

Я её показал записи искинов, которые так и не смогли определить параметры непонятного явления, выкинувшего нас из обследуемой системы. Мы продолжили полёт. Прошёл год. Было описано почти четыреста пятьдесят систем. Перед нами ещё почти шестьсот систем. Только после этого мы попадём в тот объём, где по разумению данианских учёных, находится система, откуда и попал к нам «Ингилон». Так что, работать нам и работать…

Уже за те карты, которые мы получили пролётом, нам уже положено сто миллионов мон. Но их мы получим только тогда, когда вернёмся в Даниан.

Могут спросить:

— А что вы делали с Цапкой весь этот год кроме работы?

Ничего особенного. Занимались спортом на тренажёрах, читали взятые с собой электронные книги разных галактических авторов. Ещё я познакомил Цапку с земными играми. Она научилась играть шашки, нарды, домино, шахматы. Ей очень понравился бильярд — от нечего делать я собрал стол с помощью дроидов. Шары тоже сделал и несколько киев. Потом познакомил Цапку с игрой и её правилами. Я знал несколько разновидностей этой игры, чем изумил свою партнёршу. Цапка довольно быстро научилась играть. Ей нравилось рассчитывать сложные удары. Один раз она сумела разбить пирамиду так, что сразу пять шаров оказались в лузах. Через месяц после того, как девушка научилась осмысленно бить кием по шарам, она стала меня постоянно обыгрывать. Но я громил её в нардах и шахматах. В домино у нас установился паритет. Я поговорил с искинами, и они создали подобие земного «Тетриса» и «Пакмана», но трёхмерного образца. Вот эти игры ни один из нас не мог выиграть — я проходил только два этажа, а Цапка — три.

Я сделал для своей партнёрши украшение из блестящих сплавов. Женщины одинаковы во всех мирах — восхищение этим набором из серёг, цепочки и колец было таким искренним, что я почувствовал непонятный жар. Сконцентрировавшись на Цапке, я увидел, как была раздута и светилась разными цветами её аура, обычно имеющая небольшие размеры и жёлто-зелёный цвет. От границы Цапкиной ауры в мою сторону быстро прилетали короткие лучики. Источник её жизненной энергии тоже немного увеличился и светился, окружённый красной сферой. Значит, так выглядит радость в пси диапазоне? Ладно, постепенно всему научусь…

Полёт продолжался. В одной из систем мы натолкнулись на планету с кислородной атмосферой. На ней не было никаких разумных существ. Мы спустились на челноке. Воздух был чист, в небе летали странные существа, ничем не напоминающие птиц или летающих динозавров. В местных джунглях было полно хищников и их жертв. Попытка прыгучего существа с огромными зубами напасть на нас окончилась его гибелью. Искины потом исследовали строение этого зверя. К нашему удивлению местная фауна оказалась смесью насекомых и ящеров. Такого никогда и никто не слышал.

Мы были на этой планете почти четыре месяца. С помощью дронов описали разные виды местной живности, нашли десяток крупных месторождений некоторых ценных металлов. Улетали с сожалением. Но на планете мы оставили наблюдательную станцию с двумя искинами и десятком дроидов. На орбите летал дрон, который подчинялся этой станции.

Двинулись дальше. Звездолёт постоянно требовал замены разных блоков, которые постепенно теряли от интенсивного использования свою работоспособность. Хотя за этим следили наши искины, которые посылали на ремонт блоков и их замену дроидов, но и мне с Цапкой приходилось временами заниматься этой деятельностью. Несколько раз мы выходили в космос — меняли вышедщие из строя антенные блоки или камеры внешнего обзора. Приходилось пару раз ремонтировать двигатели. Два реактора совсем вышли из строя. Один раз пришлось пробиваться через плотный метеорный поток при картографировании системы красного карлика. Но мы не роптали. Наконец, наш крейсер достиг объёма, где могла быть система ирту.

Искины оценили все имеющиеся тут звёзды, и выделили три из них, где возможно наличие цивилизации. В первую систему мы вошли на полной скорости. Но нам не повезло. Никаких кислородных планет тут не было. В следующую систему мы вошли под щитами. Сразу искины зафиксировали искусственные сигналы, подсветили на экране корабли неизвестной цивилизации. Перехват показал, что кроме общего ирту, космонавты тут применяют нариту и ещё два других языка. Я выделил корабль, который чаще всего использовал нариту, и обратился к экипажу прямым текстом:

— Ирту, с вами говорит картографическая экспедиция Данианского звёздного союза. Ваш корабль «Ингилон» попал в какую-то аномалию, выкинувшую его далеко от вашей системы. «Ингилон» был перехвачен нашим военным кораблём. Нас прислали для установки контактов с вашим правительством.

Вначале мне не поверили. Капитан корабля. к которому я обратился, решил, что кто-то шутит. Но когда наш крейсер прыгнул и оказался около планетолёта ирту, там возникла лёгкая паника. После этого была налажена связь с местным правительством. На планету мы не стали спускаться. Цапка передала в приемлемой для местных компьютеров форме о галактике, о имеющихся на её просторах государствах, их приблизительных границах. После этого мы вместе с кораблями ирту двинулись в местный пояс Койпера. В результате десяти суток поисков была найдена аномалия, в которую провалился «Ингилон». Мы должны были исследовать эту червоточину. Я принял решение ирту с собой не брать. Аборигены тоже были того же мнения. Пока они хотели быть подальше от возможных врагов. В силе нашего крейсера ирту уже убедились, когда я продемонстрировал им уничтожение мелкого астероида при помощи электромагнитных и лазерных орудий. Я их предупредил, что у меня старый корабль. А новые звездолёты ВКФ Данианского союза на порядок мощнее крейсера, который они видят перед собой.

Попрощавшись с аборигенами, мы прыгнули в аномалию. Летели примерно двести часов. Выскочили на границе Союза, столкнулись нос к носу с пограничным патрулём. Искины выдали данные, согласно которым червоточина была с односторонним движением — от ирту к нам. Мы сбросили через ретранслятор КвантоНета полученные данные о далёких системах. Через неделю нам перечислили двести тридцать миллионов мон. Наша работа закончилась. Мы с Цапкой полетели в Раон. Пару раз на нас нападали по пути пиратские отряды. Но если в первом случае бандиты проявили благоразумие, и сразу ретировались, то во втором случае мы разнесли десяток эсминцев с помощью ЭМО. Прошло две недели. И вот, мы у знакомой станции. На челноке спускаемся на планету. Ваола и Лара радостно встретили нас. Их подросшие дети смотрели на нас настороженно, пока Лара не сказала своим ребятишкам, что прилетел их дядя Иг.

Мы полгода отдыхали. Ходили с детьми в походы, купались в море. Возили детей на своём крейсере по местной системе. После этого нас вызвали в «НИКС». Нас принял сам начальник этого филиала разведывательного управления Данианского союза, корандо (маршал) Вакур Омано:

— Садитесь! — Указал нам корандо на два мягких кресла, стоящих рядом с его столом из натурального дерева. Мы быстро заняли свои места.

— Вы проделали большую и нужную работу. Вас ждёт ещё одна экспедиция. На этот раз вы поведёте десяток колониальных транспортников к найденной вами кислородной планете. Вас дано право дать имя этой планете. Крейсер «Даниан» остаётся в вашей собственности, но флагманом экспедиции будет линкор шестого ранга «Тавака» под командованием адмирала Кронга.

Начались хлопоты по сбору экспедиции. Всего отбывало шестьдесят транспортных кораблей с тремя миллионами переселенцев и сорок военных звездолётов. Всё утряслось месяца за два. Наконец, эскадра двинулась по следам нашей экспедиции. Опять год полёта, и вот мы зависли на орбите Тары, так решили назвать эту планету. Высадка меня и Цапку не касается, для этого есть специалисты.

Мы находимся на планете уже полгода. Построено сразу три города. налажена нужная инфраструктура. Военные разворачивают квантовую связь нового типа. С метрополией удаётся связаться только через полгода. Обратно отправляется транспорт и линкор, которые во всех системах разбрасывают ретрансляторы КвантоНета. Проходит год, и мы получаем надёжную связь с Данианом.

Но я и Цапка недовольны. Нас отодвинули от всего — управления колонией, не дали возможности даже закупить хоть небольшой участок земли на планете. Воспользовавшись отсутствием связи с Данианом, адмирал Кронг фактически принимал самоличные решения и напихал везде своих родственников. Теперь, когда связь появилась, поняв, что его всевластию приходит конец, этот придурок решил расправиться с нами. Но мы узнали об этом, и вовремя смылись на своём крейсере, послав в «НИКС» материалы против адмирала.

Когда из метрополии пришёл приказ о лишении адмирала званий и властных полномочий, он устроил переворот, и объявил Тару самостоятельной системой. Два флота Данианского союза двинулись восстановить порядок. Началась война, которая через два года привела к уничтожению сепаратистов и их войск. Сама Тара была превращена в безжизненный камень. Погибла вся уникальная экосистема, атмосфера была отравлена. И всё это произошло из-за амбиций какого-то идиота, возомнившего себя великим правителем. Людские потери исчислялись четырьмя миллионами, а материальные убытки сильно ударили по Даниану.

Мы с Цапкой хотели вернуться назад, но по ретранслятору узнали, что началась война с занайцами. Мы сидели во фронтире — нам нужно было пополнить наши запасы и отремонтировать некоторые блоки. Военные действия длились пять месяцев. После этого в «НИКС» поменялось руководство. Не знаю, какая муха укусила нового начальника, но нас вдруг объявили бандитами и пиратами, свалив всё, что случилось в системе Тары на наши мифические «амбиции». Нас пытались захватить, но я применил свою новинку — ракету с системным квантовым прыгуном. Я оснастил десять ракет такими системами. В результате боя все пять крейсеров, шедших на нас, были уничтожены. Мы вынуждены были уйти в неизведанные дали…

Нас объявили государственными преступниками. Под удар попали наши родственники и знакомые. Лара вместе с детьми попала в застенки «НИКС» и там сгинула навсегда. Её муж отказался от жены и своих детей. Ваола и ирту оказали сопротивление пытавшимся их арестовать никсовцам. В результате боя они погибли вместе с семьями. Мы это узнали из роликов КвантоНета. И я, и Цапка решили отомстить ублюдкам, сломавшим нашу жизнь и убившим наших родственников и знакомых. Наш «Даниан» нанёс неожиданный удар по центральной станции и базе «НИКС». Ракеты с системными прыгунами и боевой ядерной частью (мы купили их на одной из станций другого государства) практически полностью уничтожили всю центральную базу и склады. Одна из центральных организаций Данианского союза перестала существовать. Я сделал заявление по КвантоНету, что это месть за ту ложь, которую разведка Даниана распространила обо мне и Цапке. Это месть за фактическое убийство наших родственников и знакомых. Мы не хотим быть гражданами государства, которое использует своих граждан для достижения своих непонятных целей, и затем объявляют их преступниками. Опять последовала волна ненависти и лжи из СМИ Даниана. Другие государства наоборот, объявили, что желают видеть нас в рядах своих граждан. Это произошло после того, как я скинул в КвантоНет все данные. собранные мной и Цапкой за нашу экспедицию к ирту.


Глава 19 Отстойник


— Куда двинемся, пилот? — Спросил я Цапку. Она делала вид, что внимательно рассматривает свои ногти, покрытие маникюром. Удовлетворившись увиденным на руках, она подняла голову. Потом внимательно посмотрела, на меня, и произнесла:

— Никому мы с тобой Иг тут не нужны! Любое государство, куда мы полетим, сделает то же самое, что и Даниан. Нас опять используют, а потом выкинут. А может, и убьют, как Ваолу, Лару и всех остальных.

— И что ты предлагаешь?

— Летим в неисследованные области космоса. Найдём какую-нибудь планету, осядем там, ничего другого мне в голову не приходит.

— Запасов у нас примерно лет на шесть. Можем попробовать…

Крейсер мы переименовали в «Странник». Корабль нырнул в подпространство и навсегда покинул так называемую «цивилизованную» обжитую часть галактики. Прыжки продлились месяц. Мы решили добраться до одного звёздного конгломерата, который был удалён на расстояние в пятьсот систем от границ нескольких звёздных государств. Туда пока никто ещё не летал, и по нашим данным никаких экспедиций в этом направлении не планировалось.

Теперь нам ничего не надо было картографировать. Поэтому и быстро добрались до нужного района космоса. Вошли в первую систему. Куча всяких планет, но нет ни одной с кислородной атмосферой. Даже астероидных поясов тут насчитали пять! Но, к сожалению, для нас не подходит..

— Цапка, давай здесь посидим, переделаем дроны. Снабдим их прыгунами, а потом зашлём в соседние системы и подождём результата.

Напарница согласилась с моим предложением. Межзвёздные и системные прыгуны мы получили ещё во время первой экспедиции — нам тогда выделили их на всякий случай. Теперь эти двигатели пригодились. Послали мы шесть дронов. Через две недели вернулись пять. Ничего нормального в тех системах, куда мы их отправили, найти не удалось. Прыгнули на крейсере дальше…

Так. примерно за полгода, добрались до последней звёздной системы этого конгломерата. Как только вошли в неё, я почувствовал, что нам грозит какая-то опасность, но никаких мер принять не успел. Нас бросило во внезапно появившуюся аномалию. Последнее, что я помнил, это крик Цапки:

— Нам конец!

Сколько мы были без сознания, я не знаю. Вначале в голове у меня появился шум. Страшно болел лоб. Глаза сразу я открыть не сумел. Руки практически не двигались, хотя тело не болело, и вроде слушалось. Мыслей никаких не было. Такое состояние длилось, по всей видимости, несколько часов. Внезапно всё как рукой сняло.

Я вскочил. Цапка лежала на своём пилотском кресле и не подавала признаков жизни. Пришлось её тащить и положить в капу. Искины не отвечали на мои запросы. Дроиды были обесточены. Работала только аварийная система, которую смонтировала Цапка перед первой экспедицией. Почти три дня я восстанавливал повреждения энергетических линий вручную. Наконец, удалось зарядить несколько дроидов, да и пара искинов получила энергию. Стала ясна картина повреждений.

Двигатели остались целыми, но исчезли все квантовые прыгуны, как межзвёздные, так и системные. Реакторы работали на половину своих мощностей, и то, только после недельного ремонта. Оружие и защиту удалось подключить процентов на шестьдесят. Встала из капы Цапка. Она помогла мне заменить на корпусе звездолёта все антенные и видео датчики. Половина искинов вышло из строя. Мы находились в неизвестной нам системе. Аппаратура не могла поймать никаких внешних сигналов. Я попробовал вызвать ЗОВ. Но ничего не получилось. Мы выпустили дроны. С их помощью определили, что находимся на краю какой-то галактики, по форме вообще не похожей на прежнюю. Искины сообщили, что тут некоторые физические постоянные величины имеют другие численные значения. Отсюда следовал вывод — мы не в своей Вселенной!

— Ну, вот. Цапка! Ты ведь хотела быть подальше от всех империй. Получи и распишись! Теперь мы для них практически недосягаемы. Но и мы назад вернуться не сможем. Как говорили у меня на родине: бойтесь своих желаний!

— Никогда не слышала такого выражения. И где это твоя непонятная родина?

— Так как уже сейчас нам всё равно, я тебе расскажу, кто я такой на самом деле.

— Иг, ты пугаешь меня! — Цапка с некоторым испугом, но и одновременно и с интересом смотрела на меня.

— Ладно. слушай… — Я рассказал девушке, как с Земли попал в их мир, да ещё и в тело этого Игона Тирта.

— Значит, ты вообще не из нашей Вселенной? — Расширенные глаза девушки выдавали сильное удивление.

— Ну, если смотреть на тело, то оно из вашего мира, а вот сознание моё принадлежит другому миру.

— Скажи, что ты всё это придумал, чтобы развлечь меня. — Цапка печально смотрит мне в глаза.

— Увы! Всё. что я рассказал, чистая правда. Игон Тирт погиб, и его душа отправилась к праотцам в Вечность. А на её место провидение, боги или ещё кто-то запихнули душу погибшего в другой вселенной существа, то есть меня. Я никогда не верил в мифы про перерождение, которые есть в некоторых религиях моей планеты Земля. Но теперь пришлось поверить.

— Как всё это странно… — Задумалась Цапка. Больше мы на эту тему никогда не говорили.

Немного полетали по системе. Что делать. непонятно. Прыгать к соседним звёздам мы не можем. Покинуть систему нереально. Решили послать сигнал СОС. Прошло ещё две недели. Когда мы с Цапкой сидели и играли очередную партию в нарды, пришло срочное сообщение искина.:

— На наш сигнал о помощи ответили! Сюда идут местные корабли. Я и Цапка удивлённо посмотрели друг на друга…


— Дедушка Псих! Дедушка Псих! — Ко мне влетела правнучка. Она передвигалась на сделанной для неё антигравитационной доске — дети на таких аппаратах играли в догонялки. — Мама послала за тобой. Там поймали какие-то сигналы с одной из ближайших систем.

— И кто это, мама не сказала? — Подхватываю пятилетнюю девочку и сажаю её себе на колени.

— Неизвестные! — Правнучка округляет глаза и переходит на шёпот. — Наверное, это страшные «загуголины» хотят нас выманить и съесть!

— Нет, этих уродов точно уже не существует. Ну, ладно! Пошли к маме.

Когда я зашёл на станцию наблюдения, там уже собралось несколько человек. Здесь, на дикой планете Вамок, где мы отдыхаем, практически нет никаких людей. Только мои жёны и правнуки. Естественно, у нас есть наши коарабли, дроиды и всё прочее. В этот список входит и станция слежения за пространством. Мы дежурим на ней по очереди, когда устаём от проделок наших правнуков. Сегодня дежурной была Трина.

— Вот, Псих. получены сигналы с последней системы Шангот. Вначале идут непонятные сигналы, которые искины интерпретировали, как настройку комплекса гиперсвязи квантового уровня. Потом начались посылки с просьбой о помощи. Язык был расшифрован за три часа. Такого у нас нет. Скорее всего, это какие-нибудь бедолаги из очередной сопредельной Вселенной.

— Ладно. Грузимся на оба корабля и летим. Скорее всего их двигатели для межзвёздных прыжков накрылись, а насчёт Гродия они не знают. Вот и кукуют в системе.

Наши огромные семейные яхты, которые носили названия «Псих Мунх — 44» и «Псих Мунх-45» двинулись в систему, откуда шли непонятные сигналы. И вот, наконец, мы влетаем в систему. Наши датчики фиксируют судно длиной в полтора километра. Включаю экран. На нём появляется изображение рубки неизвестного корабля. В креслах сидят люди, но явно, не земляне. Ясно, что гранхский или местные языки эти космопроходцы не знают. И что делать? Пока искины разберутся с языком…

— Чёрти что! И как теперь нам с вами быть? — Задумавшись, выдаю фразу на русском языке. Со мной так бывает. Иногда могу на английском что-нибудь ляпнуть или на каком-то из других земных языков, которые помню…

Сидящий в кресле парень встрепенулся, озадачено посмотрел на меня. а потом спрашивает по-русски:

— Ты кто? Где мы находимся? Откуда ты знаешь мой родной язык?

Так! Землянин! Только вот с какой из вселенных?

— Ответь пока на один вопрос. Как называется земное государство, откуда ты родом?

— Российская Федерация… — Непонимающе глядит он на меня.

— Когда началась и кончилась Вторая мировая война?

Молодой человек с напряжением, но быстро вспоминает:

— В тридцать девятом началась, в сорок пятом кончилась.

— Имя первого космонавта?

— Юрий Гагарин!

— Поздравляю! Ты с той же Земли. откуда и я! Но сейчас мы оба находимся во вселенной, которую мы в шутку называем «Отстойник». Она связана аномалиями примерно с шестью, а может и большим количеством вселенных. Отсюда практически нет выхода. А к нам попадают корабли с других миров. Я и сам пришлый, но у нас есть связь с тем миром, откуда я прибыл вместе со своими жёнами. Но сам я в тот мир попал с твоей и моей Земли. Тут есть и станция землян с мира Милки вэй. Вся эта галактика практически принадлежит моим потомкам. Все, кого ты видишь со мной, мои жёны и правнуки. Мы тут, в соседней системе отдыхали на дикой планете, когда был перехвачен ваш сигнал. Наверное. у вас испортились межзвёздные двигатели. когда вы очутились здесь?

— Да, а откуда вы знаете?

— Так было с двумя кораблями Земной Федерации. Один из них стоит в музее, как мой имперский корабль. Сейчас я с двумя жёнами перейду на корабль к вам и установлю блоки с Гродием. Без него здесь летать между звёздами практически невозможно…


Когда у нас внезапно зажёгся экран, и мы увидели внутренности рубок подошедших к «Страннику» двух довольно больших кораблей, я напрягся. А Цапка была вообще в шоке. На нас смотрели разноцветные люди — мужчина, женщины, дети. У некоторых из них были кошачьи ушки. Но шоком стало начало бесебы с белокожим мужчиной. Он заговорил на русском языке. Потом быстро всё выяснилось. Я обрисовал Цапке наше положение:

— Цапка, мы оказались в другой вселенной, откуда нет выхода. Эти все люди здесь тоже появились из других вселенных. Случайно их руководителем оказался человек с моей планеты Земля. Сейчас он с жёнами поставит на какой-то новый блок. И наш корабль сможет летать.

— А они не могут нас обмануть?

— А зачем это им? Уничтожить нас они могли сразу. Вот, смотри. У них и вооружение более мощное и защита в три раза лучше. Чем у нас.

— А не могут они нас захватить?

— Это им не нужно. Если бы хотели, сразу бы атаковали. Хотя, встречать их выйду я. но если что-нибудь пойдёт не так. сразу выводи военные дроиды.

— Хорошо!

Но всё прошло без эксцессов. Когда гости появились в скафандрах на лётной палубе, я провёл их к реакторному и двигательному блокам. Женщины сразу начали монтировать один какой-то блок (как потом я узнал, это местный прыжковый двигатель), а мужчина, который после снятия шлема протянул мне руку для рукопожатия и произнёс:

— Меня здесь зовут Псих Мунх!

— А я на данный момент — Игон Тирт!

Затем он прицепил к реакторам нашего крейсера какие-то металлические шарики. После часа работы Псих сказал:

— Пусть твоя напарница проверит мощность, поступающую с реакторов.

Я связался с Цапкой, и попросил удостовериться. Что реакторы работают.

— Да, Иг, всё в порядке. их работоспособность увеличилась до девяносто процентов. А искин говорит, что мы можем прыгать на шесть систем.

Через два часа мы все прыгнули внутрь местной галактики…


Э П И Л О Г


Уже десять лет мы живём в этой вселенной. И я и Цапка сильно удивились, когда нас проверили в местных медицинских капсулах. Оказывается, мы сможем с ней прожить около двухсот лет. Такого мы не ожидали. Наш корабль местные учёные довели до здешних стандартов. Теперь он прыгает аж на двадцать систем. Защита у него очень мощная. Да и пушки поставили нам от линкора, заменив реакторы на местные образцы.

Я с Цапкой поженились. Правда, нет между нами особой любовной романтики. Просто мы уже за столько времени притёрлись друг к другу, знаем все плюсы и минусы, так что, глупо будет искать счастье где-то на стороне. К тому же, мы не знаем, сможем ли мы быть, генетически совместимы, с местными людьми. У нас уже трое детей. Двух из них, Девочек, мы назвали Лара и Ваола, а мальчика Цапка назвала по имени своего деда — Савр.

Я часто гостил у Психа. Он поведал мне свою историю появления вначале во Вселенной гранхов и крысюков, а затем и переход в «Отстойник». В свою очередь я рассказал Психу, как с побережья Красного моря я унёсся в непонятный и вначале пугающий мир Цапки. Поведал Психу и о своей учёбе в младшей и старшей школах. И обо всём, что с нами приключилось.

Я с Цапкой поселились у Трины на Шелле. У нас огромный участок земли. который обрабатывают дроиды. Мы с моей женой путешествовали по средневековой планете. Пришлось отбиваться от разбойников на лесной дороге, спасаться бегством от пиратов…

Но нам тут нравится. Трина дала нам звания барона и баронессы. Никогда не думал, что потомок русского крестьянина станет бароном! А для Цапки до сих пор непонятно, что это за звание — баронесса. Я, порывшись в истории Данианского союза, которая у нас была на одной из электронных книг, приблизительно вычислил, и обрадовал свою жену известием, что она теперь Ларга.

— Значит, я имею право на герб! — Заявила Цапка.

— Наверное. Я не разбираюсь в данианских гербах.

Тогда моя жена заявляет, что принадлежит к древнему роду дани, которых лишили титула после реформ. Трина, как узнала, что Цапка из аристократического рода, так сразу и утвердила её герб — белый прямоугольный щит с красным мечом. Теперь, во время ссор со мной, жена иногда заламывает руки и начинает причитать:

— О боги, зачем вы свалили мне на голову этого тёмного крестьянина, который ничего не знает и не понимает в семейной жизни патрициев!

Мне становится смешно. и на этом конфликт затухает.


Дети любят ездить с нами. Пару раз мы летали на нашем крейсере по галактике. Было интересно узнать, кто как тут живёт. Нас в этих полётах сопровождал Псих с правнуками и двумя жёнами. Мы посетили все населённые планеты. Были и на окружённой военными станциями планете Свалка, куда высадилась очередная группа людей из Вселенной клана Психа Мунха. Следующее путешествие у нас было в Земную Федерацию Мы пролетели по специальному меж вселенскому переходу и оказались в галактике Млечный путь.

Хоть мы и не могли выходить с корабля из-за разницы скорости течения времени в «Отстойнике» и местной Вселенной, нам удалось за год облететь практически всю территорию, занятую землянами. Местная Земля поразила своими городами и техническими достижениями и меня и Цапку. Дети тоже заворожено смотрели на висящие в воздухе города, огромные межгалактические звездолёты и прочие чудеса, которые продемонстрировали нам хозяева.

После возвращения из туристического путешествия мы с женой посовещались, и решили открыть транспортную компанию. Псих нас поддержал в этом начинании. И вот уже год, как мы являемся владельцами трёх грузовых кораблей. Пока дела идут в гору, Цапка довольно потрает руки. Она, увидев, что у нас получилось со звёздными перевозками, решила организовать такую же компанию и на Шелле. Трина нас поддержала. Но тут пришлось повозиться. Для каравана нужна сильная охрана, ведь здесь ещё средневековье, и оно имеет свою специфику. Поэтому нам пришлось взять в компаньоны крупного местного торговца. Первый караван, пройдя три государства, попав три раза в засаду разбойников, сумел хорошо расторговаться, и вернуться обратно с прибылью. Теперь моя жена готовит второй караван, в два раза больше первого. Ладно, пусть занимается торговлей на планете, если ей это так интересно. Мне хватит забот ис нашими космическими грузовиками…

Дети пока учатся в школе для местных аристократов. Потом они перейдут уже в космическую школу, которая базируется на станции, висящей над Шеллой. Старшая дочь, Лара, мечтает открыть туристическое агентство — это теперь одно из ведущих направлений бизнеса на планете. Вторая дочка пока не решила, что хочет. Сын хочет попутешествовать, но имея свой, собранный своими руками, крейсер. Посмотрим, может из него выйдет инженер.

Вот так и живём. Здесь, в этой вселенной, хоть она и называется «Отстойник», мы обрели спокойствие, семью и друзей. Псих часто бывает у нас — привозит на каникулы своих правнуков и праправнуков. Они опять гоняют пиратов по местным морям. Я живу с семьёй в стилизованном под средневековый замок здании. Нам с Цапкой здесь нравится. Недавно решили увеличить нашу семью — Цапка вновь забеременела. Дети с интересом ждут, когда появится на свет их новая сестра — пол ребёнка определила местная медкапсула. Так что, всё у нас в порядке…






Конец

03.12–20.12. 2021.



home | my bookshelf | | Как построить звездолёт 3 |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 2
Средний рейтинг 4.5 из 5



Оцените эту книгу