Book: По следу волка



По следу волка

Максим ШАХОВ

ПО СЛЕДУ ВОЛКА

1

Подмосковный поселок Первухино спал. Над влажными крышами стареньких домов проплывали низкие клочковатые облака. Сквозь их дымку на грязные первухинские улицы удивленно щурилась луна. Казалось, даже ей было невдомек, как можно так жить. Впрочем, первухинцы, в основной массе своей пенсионеры, о своем житье-бытье как-то не задумывались, просто жили как жили. Да и не так все было безрадостно. Возле расположенного на окраине рынка работало круглосуточное кафе с бильярдом. Там и находилась вся местная молодежь. Десятка полтора парней и девиц культурно развлекались в прокуренном зале. Еще столько же топтались на улице возле пары убитых «Жигулей» и прогнившего до дыр «Форда».

Со стороны федеральной трассы донесся быстро приближающийся характерный гул турбины, скрипнули тормоза, взвизгнули на повороте шины. Стайка молодежи возле кафе тут же, словно по команде, повернула головы.

– Гля, какой «Порш»! – раздался восхищенный голос.

– Сам ты «Порш», Дрон, это «Мазерати»...

– Какой «Мазерати», дятлы? Это, блин, «Субару»!

– Какой бы ни была! Все равно клевая тачка!

– Мы себе по такой купим, да, Баклан? Как только раскрутимся со вторсырьем...

– Ага, купите, дятлы! Она под пятьдесят «тонн» тянет! Вашими пунктами полрайона заставить надо, так вам «черные» и дадут...

Двое парней-партнеров по бизнесу вторсырья вздохнули. Их собеседник был прав. Не видать им «Субару». Кавказцы, которых в последнее время прижали в Москве, переориентировались на Подмосковье. Наехало их много. Так что не дадут им «черные» расширить бизнес. И сделать ничего нельзя...

Местная молодежь отвернулась. «Субару» подкатила к развлекательному комплексу «Персоль», расположенному за рынком в стороне от федеральной трассы.

Двухэтажное здание было ярко освещено. На аккуратной парковке, словно на престижном автосалоне, выстроились в ряд крутые тачки – «бэхи», «мерины», «фольксы», «ссанг-йонги». В «Персоле» была настоящая жизнь – как в кино про Джеймса Бонда. С официантами в бабочках и прочими буржуйскими штучками.

Только местным, первухинским, даже имевшим на двоих пару-тройку приемных пунктов вторсырья, эта сказочная жизнь была не по карману.

«Персоль» был задуман как придорожное заведение для богатеньких «автомобилизированных» любителей загородного отдыха с чужими женами и мужьями. Ну и для обитателей скучных элитных поселков, которые вдоль федеральной автотрассы росли как грибы после дождя. Построил «Персоль» на бывшем колхозном поле какой-то бизнесмен, приехавший аж с Урала. И не прогадал. И любителям адюльтеров, и обитателям элитных поселков отдых в «Персоле» пришелся по душе. Сервис что в Москве, но все на месте, так что гонять в Первопрестольную не надо...

Правда, некоторое время назад «Персоль» сменил хозяина. История была туманной. Районные «черные» вроде бы положили глаз на быстро раскрутившийся бизнес. И сделали уральскому бизнесмену предложение, от которого невозможно отказаться. А тот этого не понял. И вскоре пропал – с машиной и водителем.

Поиски, как водится, результата не принесли. Ну а с вдовой уральского самородка, обремененной двумя малолетними детьми, проблем не возникло.

Документы оформили чин-чином, и законными владельцами «Персоля» стали братья Саламановы.

У них хватило ума ничего в налаженном бизнесе не менять. Правда, периодически в «Персоле» теперь проходили «съезды» подмосковных «черных». Но свои навороченные «бимеры» с «меринами» они ставили за углом, на служебной стоянке, и общались друг с дружкой исключительно в VIP-зале – Саламановы не без оснований опасались, как бы «братья по крови» не распугали своими разбойничьими рожами и выходками «прибитых» респектабельных клиентов.

Так что отдыхать в «Персоле» по-прежнему было хорошо и безопасно. Вот и сегодня, несмотря на будний день, парковка была практически заполнена машинами...

2

Резко остановив «Субару» с чуть смещенным козырьком воздухозаборника на капоте, Виктор Логинов вытащил телефон. Его оперативники – майор Степан Горов и капитан Леонид Аникеев прибыли в «Персоль» чуть раньше.

– Да! – послышался в трубке голос Горова.

– Я на месте! – сообщил Виктор. – Как обстановка?

– Нормально! Культурно расслабляемся...

Фоном доносились негромкая музыка и женский смех.

– Ясно, – сказал Виктор. – Сейчас войду, лобызаться не обязательно...

Сунув обычный с виду, но работающий на кодированном сигнале телефон в карман, Логинов снял оперативную кобуру – подчиненные предупредили его, что на входе в «Персоль» один из охранников «прозванивает» всех клиентов металлодетектором. «Светить» удостоверение ФСБ было нельзя. Логинов заранее выяснил, что заведение принадлежит кавказцам. В базе данных управления по борьбе с терроризмом ФСБ на братьев Саламановых ничего не было. Зато в базе УБОПа на этих родственничков материалов было столько, что каждого, казалось, давно можно было закатать на пожизненное. Однако братья по-прежнему обретались на свободе да еще и чувствовали себя неплохо. Почему – тоже можно было понять из рубоповской базы. Там было написано: «по оперативным данным, имеют многочисленные коррупционные связи в правоохранительных и властных структурах»...

То бишь исправно платят Саламановы и местной милиции, и прокурорским, и судьям, и прочим власть держащим районного масштаба. Вот такой секрет Полишинеля.

Сунув пистолет со сбруей в тайник оперативной «Субару», Логинов уже хотел было выбраться из машины, когда к «Персолю» со стороны трассы подъехал косоглазый «Мерседес» Е-класса. Он сбросил скорость, однако свернул не на стоянку, а за угол. Логинов проводил его взглядом и быстро выбрался из машины. Вроде как осматривая свою «Субару», он сместился в сторону и увидел, как из вставшего за углом «мерина» выбрались двое кавказцев.

Оживленно переговариваясь на родном языке, они направились к черному ходу в «Персоль».

Логинов обошел машину, постукивая носком по колесам, и снова нырнул в салон – вроде как что-то забыл. Здесь он снова вытащил телефон и позвонил, на этот раз капитану Аникееву.

– Да!

– Леня, давай сворачивайся, обнимись с Горовым и на выход...

– Что-то случилось? – с тревогой спросил Аникеев.

– Нет. Просто тут, оказывается, есть еще один вход, для своих... Справа, за углом. Только что двое прибыли и вошли. Ты в зале их видишь?

– Нет... – после небольшой паузы сообщил Аникеев.

– То-то и оно. Поэтому сейчас уедешь, а потом встанешь где-нибудь в удобном месте и будешь всех любителей заходить с заднего хода аккуратно фиксировать... Ферштейн?

– Я-я!.. – без особого энтузиазма ответил Леньчик.

3

– А она ему и говорит: «Доктор! Давайте или туда или сюда! Вы меня раздражаете!»

– Ой, не могу! – согнулась от смеха дама бальзаковского возраста с черными, словно у овечки, кудряшками.

– Хи-хи-хи! – благовоспитанно прикрылась ладошкой ее подруга-блондинка лет тридцати восьми.

Степан Горов, рассказавший анекдот, расплылся в самодовольной улыбке, однако глаза его вопросительно смотрели на Аникеева. Степан уже понял, что Леня получил от Логинова какую-то новую вводную.

Аникеев, как человек воспитанный, дождался, когда дамы закончат смеяться, и произнес:

– Ну все, меня на работу вызывают! Очень приятно было познакомиться и все такое, но...

– Как?.. Вы сможете нас покинуть? – сделала большие глаза блондинка.

– Увы и ах! – картинно вздохнул Леньчик, потом протянул руку: – Степан...

– Давай, Леня! – кивнул Горов, для проформы пожав ладонь коллеги. – Созвонимся...

– Обязательно! Оревуар! – послал дамам по воздушному поцелую Аникеев и направился к выходу.

Блондинка проводила его разочарованным взглядом и украдкой вздохнула. Аникеев был не только молод, но и явно воспитан, без всех этих современных вывертов-наворотов. Короче, не мальчик, а мечта успешной тридцативосьмилетней бизнесвумен, сделавшей себя, но ценой личной жизни.

Взять бы этого Леньчика в коготки, приодеть от кутюрье, очечки нацепить для стильности с нулевой оптикой да в бизнес свой ввести, чтоб сбежать от «мамы» не мог...

Аникеев скрылся в проеме, блондинка повернула голову. Степан Горов с улыбкой рассказывал ее толстушке-подруге очередной анекдот.

Выглядел он, конечно, попроще своего приятеля, да и постарше был. Около тридцати двух лет, с простоватым славянским лицом, но чернявый, среднего роста, с фигурой борца. В общем, никакой утонченности...

Впрочем, Груне Степан был вполне под стать. Та в бизнес-леди выбилась из «челночниц». А Степан для бывшей «челночницы» был очень даже ничего. Если не женат, Груня его как пить дать в постель уложит. Не сегодня, конечно, но через недельку – наверняка...

Блондинка снова вздохнула. В этот момент в зал вошел новый посетитель. Лет до сорока, хотя выглядит ровесником Степана, одет с отменным вкусом. Судя по всему, бизнесмен. Но не из тех, типичных, которых, как облупленных, знала блондинка: отработал, приехал поздно, принял на грудь, жадно поел, зевнул, снял по дороге к дивану носки, лег, поныл про налоговую, перешел на детей от бывшей жены... да и захрапел на полуслове, не удосужившись даже пожелать спокойной ночи.

Нет. Этот был не из таковых. Дети у него, конечно, были, куда ж без них, но носками он явно не разбрасывался, да и Бабеля от Бебеля наверняка мог отличить, это у него на симпатичном лице было написано. Поэтому блондинка тут же чуть повернулась на диванчике, приняв эффектную позу, и настороженно оглянулась по сторонам. Конкурентки-то не дремлют. А на одного нормального мужика, между прочим, по статистике, приходится семь одиноких женщин...

4

Логинова в фойе встретил секьюрити, вежливо поздоровался и так же вежливо «прозвонил» детектором. Чуть в сторонке торчал милиционер в полной боевой выкладке – зарплату ему отстегивал, ясное дело, «Персоль». Уплатив за вход, Логинов нырнул внутрь – милиционер даже лично открыл перед ним внутреннюю дверь. Администратор с деревенским лицом, но в столичном костюме встретил Логинова широченной улыбкой, отвел за столик, положил перед ним открытое меню и кивнул:

– Приятного отдыха!

В общем, сервис, как и безопасность, был на уровне, но Логинова это интересовало меньше всего. Делая вид, что листает меню, он осмотрел публику. Визит в «Персоль» группы носил чисто ознакомительный характер.

Один из источников Виктора вчера подбросил информацию к размышлению. Инфа была туманной. Источник работал в дорогом столичном ресторане и подслушал разговор каких-то неизвестных кавказцев в туалете. Один горец под шум сливаемой из бачка воды сообщил украдкой второму, что случайно накануне видел Нурди, того самого...

Второй горец сразу не поверил, что Нурди может быть в Москве. На что первый сказал, что видел его не в самой Москве, а в «Пурюхине», там есть такой клуб, в котором безопасно, а во-вторых, Нурди «сабсем на сибя ни пахожь».

Из этой туманной информации Логинов сделал сразу несколько выводов. Один из говоривших, судя по характерному акценту, явно был чеченцем. Второй, видимо, нет, иначе общались бы они не на русском. Чеченец накануне разговора встретил земляка, и этот земляк, судя по реакции собеседника, был в розыске. Чуть труднее было разобраться с «Пурюхиным», но Виктор и с этим названием справился.

И вот группа была в месте, где, скорее всего, и «засветился» перед земляком Нурди. Окинув зал взглядом, Логинов не заметил ни одного кавказца.

В углу, правда, сидел какой-то мужик неславянской внешности, но он, скорее всего, был татарином...

– Извините, прикурить можно?

Логинов, вроде бы оторвавшись от меню, поднял глаза. У его столика стояла блондинка, которая только что сидела со Степаном.

– Да-да, конечно!

Логинов поднялся на ноги и поднес блондинке зажигалку. Пока она прикуривала, он оглядел ее. Дама была, что называется, в тему. Во-первых, очень наблюдательной, поскольку засекла одинокого Логинова практически мгновенно. А во-вторых, очень резвой – даже Логинова, который контролировал обстановку в зале, ее неожиданный маневр застал врасплох.

– Благодарю! – кивнула дама, которая, в свою очередь, успела отметить как отсутствие обручального кольца на руке Виктора, так и отсутствие следа от него. А то есть такая категория мужчин: любят при выходе в свет обручальные кольца снимать, чтобы одиноких состоятельных дамочек почем зря обманывать...

– Не за что! – лучезарно улыбнулся Логинов. – Может, выпьете чего-нибудь со мной, а то я один...

– Не знаю, удобно ли это... – оглянулась по сторонам дама, ловя на себе завистливые взгляды менее проворных соперниц. – А вы никого не ждете?

– Увы... – вздохнул Виктор и взглянул на блондинку с надеждой. – Разве вы составите мне компанию...

– Ну что же, – кивнула блондинка, – раз так...

– Прошу!

Усадив даму, Логинов представился, узнал, что блондинку зовут Зоей, изобразил ритуальный поцелуй ручки и вскинул ладонь, призывая официанта. Тот вскоре возник у столика, и Виктор заказал ему две порции мартини. Едва официант с поклоном убыл, Зоя задала вполне предсказуемый вопрос:

– Вы здесь первый раз?

Виктор прикурил сигарету, чтобы выиграть пару секунд. Главное было не переиграть, в отношениях с женщинами за ним такое водилось.

– Да, – кивнул он. – А вы, я так понимаю, завсегдатай этого заведения?

– А вы еще и умный... – констатировала Зоя.

– А еще красивый, пушистый и надежный, как банковский сейф.

– Но при этом почему-то одинокий... Или я ошибаюсь?

– Нет. Вы правы и тут, Зоя.

– А почему? Или это секрет?

– Да нет, секрета тут никакого нет. А если и был, то разгадан он тысячи лет назад. Есть такой стих на фарси... В переводе звучит примерно так: «Ты лучше голодай, чем что попало есть...»

– «И лучше будь один, чем вместе с кем попало!» – закончила Зоя. – Вы мне положительно нравитесь, Виктор!

– Стараюсь...

Официант подозрительно быстро принес бокалы с мартини. Зоя осторожно чокнулась с Логиновым:

– За знакомство!

– За знакомство! – кивнул тот, слегка пригубив коктейль.

– А как вы здесь оказались? – тут же продолжила допрос Зоя.

Логинов быстро сообщил:

– Я тут уже некоторое время дом себе присматриваю. Сегодня ездил на очередные «смотрины». А теперь вот решил поглядеть, что тут в плане, так сказать, развлекательной индустрии... Слышал, что этот клуб вроде принадлежит кавказцам, думал, здесь рож бедуинов небритых будет полно, но все более-менее прилично. Даже удивительно...

– Да нет, с этим здесь все в порядке! – заверила собеседника Зоя. – Небритые, как вы выразились, бедуины имеют место быть, но собираются они на втором этаже, там у них нечто вроде закрытого клуба. Так что отдыхать здесь можно вполне спокойно! Мы с Груней в соседнем поселке уже год как обосновались. И очень довольны! Природа, тишина, экология...

– А Груня это кто, дочка? – улыбнулся Виктор.

– Да нет, дочка у меня уже взрослая, живет отдельно, в Питере. А Груня – это моя приятельница-соседка. Вон она, за крайним столиком...

Логинов бросил скучающий взгляд в сторону Груни. Горов по своему обыкновению что-то взахлеб рассказывал ей, так что подруга Зои была целиком сосредоточена на собеседнике.

– А какие здесь, в этом клубе, еще есть развлечения? – спросил Логинов, направляя разговор в нужное русло. – Бильярд, кегельбан? Или весь второй этаж отведен под бедуинский клуб?..



5

С полковником Логиновым Леня Аникеев разминулся на крыльце. Поблизости никого не было, но они не перекинулись даже словом, просто обменялись короткими взглядами. Логинов скрылся в фойе, Аникеев направился к автостоянке.

Приехали они с Горовым на оперативной «Шкоде».

Немного прогрев движок, Аникеев сдал назад и покинул место парковки «Персоля». Доехав до трассы, он свернул в сторону Москвы. Через пару километров показался еще один поворот на Первухино. Аникеев свернул, добрался до крайних домов и по грязным улицам выбрался к «Персолю» с тыла.

Припарковался он у забора рынка, в тени, возле трансформаторной будки.

Место было очень удобное для наблюдения. Правда, просматриваемое со стороны клуба, но по всему Подмосковью каждую ночь в таких вот укромных местах торчат тысячи машин. Жилье-то дорогое, а молодежь хочет любить друг друга...

Так что рыскать по округе Аникеев больше не стал, а тут же извлек из чехла оперативную камеру и быстро установил ее на «торпеде», нацелив на объект. Камера была хитрая, с инфракрасной оптикой. Отрегулировав чувствительность, капитан Аникеев включил запись.

Камера работала нормально. Логинов команду докладывать о прибытии на место не давал, поэтому Леня негромко включил «Авторадио» и закурил. Знаменитый в восьмидесятые годы Сэвэдж как раз пел свой хит «Гуд-бай». Леня откинулся на подголовник и выпустил дым в приоткрытое окошко.

В этот момент за угол клуба завернула машина. Свет фар слегка мазнул по лобовому стеклу «Шкоды», но заметить ее приехавшие навряд ли могли – далеко. Леня подался к камере, чтобы посмотреть, насколько качественной будет запись.

Приехавшая машина развернулась и встала к стене клуба передом. Фары погасли. Глядя на увеличенное изображение, Аникеев наконец определил марку машины. «Ауди», причем не первой свежести. Из нее выбрались два человека, первый что-то бросил другому, тот отстал. Первый направился к невысокому крылечку и позвонил. Сперва его осмотрели в откидное окошко и только после этого распахнули дверь. Человек шагнул внутрь и, оглянувшись, позвал своего спутника. Тот вынырнул из-за машины и быстро прошел к крыльцу. Несколько секунд спустя дверь закрылась...

Леня Аникеев докурил сигарету и осторожно затушил окурок в пепельнице.

Он действительно был очень аккуратным и воспитанным, тут Зоя как в воду смотрела. Степан Горов, к примеру, тоже затушил бы окурок, но выбросил бы его за окно.

А еще Аникеев живо интересовался всякими новыми технологиями. Никто от него этого не требовал, но Аникеев отыскал в бардачке шнур и подключил свой мобильный к камере. Скачав на него самые удачные кадры записи, Леонид перезвонил Логинову.

– Да? – ответил тот.

– У меня только что были первые клиенты! Я их зафиксировал! – доложил капитан.

– И что?.. – спросил Логинов, который не мог выражаться более определенно.

– Да ничего. Обычные кавказцы. Похожи на чеченов... Вот я и подумал: может, их фейсы прямо сейчас сбросить в центр? Я их уже и на мобильный скачал!

– Это мысль! Попробуй!

– Ну тогда я на вас сошлюсь!

– Давай!

Отключив телефон, Аникеев тут же отправил кадры на адрес ЭВЦ. Уходили они долго, около минуты. Когда пришло сообщение о доставке, Аникеев позвонил.

– Дежурный ЭВЦ майор Паршин... – без энтузиазма ответил голос в трубке.

– Капитан Аникеев, УБТ! Вам на сервер только что поступили кадры оперативной съемки с этого телефона! Полковник Логинов доложил о них генералу Ватлину! Тот приказал немедленно прокачать их по базам и доложить ему результат! – Выпалив это, Аникеев тут же отключил телефон.

Психологический расчет оказался верным. Майор Паршин перезванивать, чтобы уточнить, кто кому чего приказал, не стал – ему проще было несколько раз щелкнуть мышкой.

Аникеев с чувством выполненного долга выкурил еще одну сигарету. Потом к клубу подъехал здоровенный, похожий на свиновоз, джип «Ниссан». Из него вышли двое кавказцев. Сходство их сразу бросалось в глаза. Судя по всему, это были хозяева клуба братья Саламановы. Но Аникеев на всякий случай отправил на адрес ЭВЦ и их фотографии.

Больше «клиентов» не было, и Аникеев для удобства решил откинуть спинку. В этот момент у него и зазвонил телефон.

– Да!

– Майор Паршин, ЭВЦ! Я пытался доложить генералу Ватлину, но у него линия занята! Программа идентифицировала по базе одного из фигурантов записи! Вероятность – восемьдесят восемь и шесть десятых! В федеральном розыске с девяносто пятого года...

– Кто он? – перебил оператора Аникеев.

– Нурди Арсанович Важиев, шестьдесят седьмого года, уроженец села...

– Член отряда «Борз» Салмана Радуева? – наконец вспомнил Аникеев.

– Да, он самый!

– Спасибо, начальству я доложу сам! А вы посмотрите, я вам там еще пару кадров сбросил! Если что, на этот номер звоните!

Отключив телефон, Аникеев бросил быстрый взгляд в сторону клуба. Адреналин буквально зашкаливал у него в крови. Только что он идентифицировал одного из оставшихся в живых участника нападения на Кизляр и Первомайское преступника, который находился в розыске более десяти лет! Не каждому оперу выпадает такая удача.

6

– Извините... – кивнул Логинов Зое. – Да!

– Это я! Только что звонили из ЭВЦ! В клубе находится Нурди Важиев...

Логинов, о ком идет речь, сообразил сразу. При этом на лице его не дрогнул ни один мускул.

– Это точно? – спросил он.

– Вероятность восемьдесят восемь и шесть десятых!

– Ясно...

И Логинов, и Аникеев понимали, что такая вероятность практически исключает ошибку.

– Тогда так, – сказал Виктор. – Звони в Москву, в главный офис, пусть подсуетятся по полной программе. А я с местными свяжусь... Понял?

– Да!

– Потом перезвонишь мне...

Отключив телефон, Логинов улыбнулся Зое:

– Извините...

– Что-то случилось? – спросила та.

– Да нет! Просто рабочий момент! – соврал Виктор. – Вообще-то я в туалет, с вашего разрешения... Извините, я скоро!

Поднявшись, Логинов медленно направился в угол зала. Зато мысли в его голове пролетали со скоростью света. Ни сам Логинов, ни его группа не были готовы к силовой акции, у них даже толкового оружия с собой не было, а то, что прихватили, оставили в машинах. Да и о самой поездке в Первухино Логинов собирался докладывать начальству только завтра и уже потом готовить необходимые оперативные мероприятия – по оборудованию стационарного поста наблюдения за «Персолем» и по внедрению в число клубного персонала агента...

7

– Оперативный дежурный управления «А» полковник Семенихин!

– Капитан Аникеев, УБТ! – быстро проговорил Леня. – Немедленно поднимайте дежурный взвод по тревоге!

– Напился, что ли, капитан?..

– Да какой напился? – психанул Леня. – Я член опергруппы полковника Логинова! Мы только что обнаружили Нурди Важиева, бывшего члена отряда «Борз»! Он в поселке Первухино Московской области, в клубе «Персоль»! А держат этот клуб кавказцы...

– Извини, капитан! Теперь понял!.. Тревога! Связь с генералом, быстро! – В трубке послышался противный зуммер и несколько голосов – сообщение Аникеева словно превратило штаб «Альфы» в потревоженный улей. Дежурный быстро уточнил: – Связь с вашей группой по этому телефону, капитан?..

– Да! – быстро сказал Аникеев. – Полковник Логинов с майором Горовым в клубе...

8

Нурди Важиев на втором этаже «Персоля» чувствовал себя как дома.

– Привет, дорогой! – поздоровался он с встретившим его Резо, доверенным человеком братьев Саламановых, который заправлял в клубе в их отсутствие. – Как моя вчерашняя?..

– Ждет! – расплылся в улыбке Резо и сухо бросил через плечо: – Проводи гостя! Мне вниз надо!

За спиной Резо возникла глыба в человеческом обличье. Звали мужчину Магомедом. Когда-то Магомед был чемпионом России по борьбе в тяжелом весе, теперь же превратился в рядовую «шестерку» Саламановых.

– Здравствуй! – сухо кивнул бывшему чемпиону Нурди.

Тот изобразил на лице угодливую улыбку и бросился в узкий коридорчик, доставая на ходу ключи. Нурди для него был большим человеком, ведь братья Саламановы держались с ним практически на равных.

За поворотом узкого коридорчика располагались комнаты для свиданий. Такими их, во всяком случае, задумал ныне покойный уральский бизнесмен. Братья же Саламановы превратили роскошные апартаменты в тюремные камеры, где содержали рабынь-наложниц...

– Отдыхай, я скоро! – бросил своему водителю Аслану Нурди, прежде чем отправиться вслед за Магомедом.

Магомед своей кинг-конговской походкой дотопал до крайней двери, сунул в щель хитрый ключ и с нажимом провернул его в замке. Едва он толкнул дверь, как в коридор попыталась выскользнуть заплаканная девушка.

– Стоять, сучка! – одной рукой Магомед подхватил ее и, словно пушинку, внес обратно в номер.

Девчушка забилась у него под мышкой:

– Пожалуйста, выпустите! Я сегодня же найду эти полторы тысячи и отдам! Правда!

Магомед швырнул девушку на кровать и рявкнул:

– Заткнись, дура, у тебя уважаемый гость!

– Я не хочу, не хочу! – забилась девушка в истерике.

– А кто тебя спрашивает? Пока ты думала, твой долг увеличился вдвое! Так что лучше не зли меня, а то... – поднял огромную ручищу Магомед.

– Не надо! – быстро сказал вошедший в номер Нурди. – Я сам с ней поговорю...

Борец удивленно оглянулся, но перечить столь уважаемому клиенту не стал. Просто сказал, прежде чем закрыть дверь:

– Если будет плохо себя вести, позовите! Я ее быстро успокою!

Магомед аккуратно прикрыл дверь, автоматический замок сухо щелкнул.

Нурди с плотоядной улыбкой посмотрел на распростертое на кровати молодое тело. Девушке, которую звали Люсей, было семнадцать. Почувствовав на себе взгляд чеченца, Люся поджала ножки и прикрылась полой короткого халатика – всю остальную одежду у нее отобрал Магомед.

Полгода назад Люся приехала покорять Москву, она мечтала сделать карьеру поп-певицы. Но карьера, как водится, не заладилась. Так что сперва Люсе пришлось временно стать продавщицей на московском рынке, а потом, когда квартиры в столице сильно подорожали, тоже временно перебраться в Подмосковье. До позавчерашнего дня Люся торговала на первухинском рынке, где ее и приметили братья Саламановы. «Развести на деньги» провинциальную девчушку кавказцам никакого труда не составило. Пока она ходила в туалет, один из подручных Саламановых незаметно увел из ее палатки товара на полторы тысячи «зеленых». И Люся даже пикнуть не успела, как оказалась на втором этаже «Персоля»...

Нурди присел на краешек кровати и положил руку на упругое бедро девушки. Та невольно вздрогнула. Нурди облизнулся.

– Ты зря меня боишься. Только я могу тебе помочь...

– К-как?.. – наконец отняла от заплаканного лица руки Люся.

В ее дрожащем голосе звучала робкая надежда. Нурди как раз этого и добивался. Он любил упиваться своей властью над людьми. И неважно, кто это был – провинциальная девчушка, пленный мальчишка-солдат федералов или православный священник, которого Нурди как-то распял на воротах в Итум-Кале...

– Ты сделала большую ошибку, взяв деньги у Саламановых...

– Но я ничего не брала, клянусь! Меня подставили...

– Не перебивай! – наотмашь хлестнул Люсю по лицу Нурди. – Когда мужчина говорит, женщина должна слушать! – Люся сжалась в комочек, Нурди продолжил: – Теперь ты их собственность! И они могут сделать с тобой все, что угодно, даже убить...

– Как?..

– Как захотят, – пожал плечами Нурди. – Даже если ты убежишь, тебе это не поможет. Саламановы очень уважаемые люди. Сам начальник милиции считает за честь быть их гостем. Так что тебя все равно вернут, будет только хуже...

Люся протяжно и безнадежно всхлипнула, снова закрыв лицо руками. Нурди, глядя на нее, улыбнулся.

– Но если ты будешь со мной ласковой, – проговорил он, дав девушке как следует прочувствовать всю безысходность своего положения, – я могу попросить братьев Саламановых подарить тебя мне. И отпущу...

– Правда?..

– Да, но это зависит только от тебя! – хрипло проговорил Нурди, уже не в силах сдерживаться. Задрав полу халатика, чеченец с силой сжал ягодицу Люси, а второй рукой торопливо расстегнул ширинку. – Переворачивайся! Становись на колени! Вот так!

– А-а!.. – несколько секунд спустя разнесся в номере вскрик Люси.

Однако замурованный Саламановыми в бетон уральский бизнесмен предусмотрительно позаботился о надлежащей звукоизоляции комнат свиданий. Так что вопля несчастной наложницы кавказцев никто не услышал...

9

Войдя в туалет, Логинов первым делом проверил кабинки. В них никого не было. Виктор тут же вытащил телефон и перезвонил генералу Ватлину.

– Да! – ответил тот.

– Логинов! – быстро проговорил Виктор. – Я с группой в Первухино Московской области, в клубе «Персоль»...

– Я занят, составить компанию не смогу! – раздраженно перебил Виктора Ватлин.

– Валерий Иванович! Мы только что идентифицировали Нурди Важиева, фигуранта по делу «Борза»!

– Что?..

– Он здесь, в клубе, на втором этаже! Аникеев должен сейчас поднимать «Альфу»!

– Так! Народа там много, в этом клубе?

– Да! Прилично...

– Ясно! Я все понял! Тогда ни в коем случае не обнаруживайте себя! Но и ускользнуть ему не дайте! Брать этого зверя будем в безлюдном месте! Задача ясна?

– Так точно!

– Тогда все! Остальное я организую сам!

Ватлин отключил связь, Логинов тут же позвонил Горову.

– Да?

– Степан! Я ухожу, буду находиться неподалеку в машине!

– А что...

– Леня засек Нурди Важиева! Он на втором этаже! Так что ты на всякий случай остаешься здесь...

Договорить Логинов не успел, в этот самый момент дверь туалета распахнулась, раздался топот...

10

Водитель Нурди Важиева Аслан попил с Магомедом чая – тот как раз заварил его. И тут Магомеда вызвал по внутреннему телефону в номер клиент-кавказец, приехавший в «Персоль» немногим раньше на «мерсе».

У него вроде возникла какая-то проблема с девушкой...

У Аслана после крепкого чая тоже возникла проблема – ему резко приспичило в туалет. Это было последствием нескольких лет, проведенных в горах Чечни. Хронические простатит и цистит были таким же характерным признаком членов бандформирований, как и мозоль на сгибе указательного пальца правой руки...

Аслан вынырнул из комнаты Магомеда и торопливо прошел к туалету второго этажа. Однако тот оказался заперт изнутри, там засел водитель приехавшего на «мерсе» клиента.

В принципе туалеты были в расположенных на втором этаже номерах, и ключи от них таскал с собой Магомед. Поэтому Аслан устремился в конец коридора. Он рассчитывал, что бывший борец уже прояснил недоразумение с клиентом. Однако из-за двери номера, в котором тот находился, раздавались крики:

– Я точно помню, что, когда снимал штаны, телефон был, а теперь его нет! – Где труба, сучка?.. Говори!

– Я не брала, Магомед! Клянусь! Он его где-то в другом месте потерял!

– Что? Я буду жаловаться вашим хозяевам! Я точно помню, что телефон был!

– Найду, урою!!!

Аслан понял, что к Магомеду сейчас лучше не соваться.

– Шайтан! – прошипел он и бросился обратно.

С надеждой рванув ручку туалета, он крякнул от разочарования – дверь не поддавалась. Потом чеченец быстро оглянулся и устремился к лестнице. Сбежав вниз, к запертой двери, Аслан крутанул колесико замка и оказался на первом этаже клуба. На него тут же воззрился охранник нижнего зала: согласно заведенному братьями Саламановыми порядку, кавказцам сюда доступ был ограничен.

– Я только в туалет!.. – на ходу прошипел Аслан.

Ему было уже невмоготу. Прижимая руку к карману, он быстро доковылял до шторы, прикрывавшей туалетные комнаты, и нырнул за нее. На его счастье, нижний туалет был большой, так что запирались в нем только кабинки.

Слегка задев плечом какого-то посетителя клуба, Аслан с разгона проскочил в открытую кабинку и со вздохом облегчения выпустил в унитаз тугую струю.

11

Логинов мгновенно отключил телефон и развернулся к дверному проему, отделявшему кабинки и писсуары от умывальника. В его голове мелькнула мысль, что в туалете, видимо, были установлены микрофоны. Впрочем, мысль была запоздалой – в туалет уже пулей влетел чеченец. Логинов приготовился с ходу выбить у него оружие, но ничего подобного у кавказца в руках не оказалось...

С выпученными глазами он пронесся мимо Виктора, расстегивая на ходу ширинку. И вроде бы ничего не заметил. Логинов чертыхнулся про себя и оглянулся через плечо.

Заскочив в кабинку, чеченец с ходу начал мочиться, даже голову запрокинул от удовольствия. Тревога оказалась ложной, и Виктору ничего не оставалось, как выйти в умывальник. При этом бдительности он не терял.

Поэтому и засек боковым зрением быстрый взгляд «чеха» через плечо.

Логинову этот взгляд почему-то не понравился. На лице чеченца он вроде бы уловил испуг. Открыв кран, Виктор сполоснул руки. Несколько мгновений он колебался. Однако приказ Ватлина был категоричным: ни в коем случае не обнаруживать себя.

Закрыв воду, Виктор наспех вытер руки, торопливо направился к двери и распахнул ее...

12

Боевик из Аслана был в общем-то ничем не выдающийся. Провоевав «от звонка до звонка» обе войны с федералами и заработав кучу разных болячек, он даже в мелкие амиры не выбился. Хотя, может, оно и к лучшему: всех более-менее известных командиров-боевиков федералы давно «зачистили». А ничем не выдающийся Аслан осел с новыми документами в Подмосковье. И жил себе, хоть и с проклятым циститом...



Впрочем, несмотря на то что бандитская карьера у него так и не заладилась, Аслан имел одну редкую способность. Бывший боевик обладал прямо-таки феноменальной памятью на лица. Это у него было от природы, мозг работал в этом смысле сам собой, помимо воли чеченца.

И вот, едва воспаленный мочевой пузырь отозвался благодарным расслаблением, Аслан вдруг почувствовал смутную тревогу. Впрочем, прояснилась она быстро. Аслан почти сразу сообразил, что лицо человека, которого он по дороге к кабинке толкнул плечом, ему откуда-то знакомо...

Продолжая свое дело, Аслан украдкой оглянулся через плечо. Ему повезло. Посетитель как раз выходил в умывальник, из-за чего чеченец увидел его в профиль. И тут же в голове Аслана словно бомба взорвалась. Даже струя, бившая в унитаз из многострадального мочевого пузыря чеченца, на миг ослабла. Именно в таком ракурсе – вполоборота, почти отвернувшегося – Аслан видел этого человека по телевизору. Точнее даже по Интернету.

Это было недавно, когда группа шахидов захватила шоу «Особняк-2», и Аслан с Нурди с мстительным наслаждением почти неотрывно следили за прямой трансляцией в «паутине». Только вот шахидов как-то подозрительно быстро обезвредили. Подробности ФСБ не разглашала, но, по слухам, сорвался теракт из-за того, что на шоу случайно оказался любовник ведущей Оксаны Корчак, офицер ФСБ. И именно вышедшего в умывальник человека, что-то говорящего Оксане, Аслан мельком видел при трансляции шоу...

Ошибиться чеченец не мог – в том, что касалось лица, во всяком случае.

Конечно, этот тип мог оказаться каким-нибудь режиссером или продюсером, в окрестных поселках кто только не живет... Или даже тем самым фээсбэшником, но заявившимся в «Персоль» случайно. Однако Аслан в любом случае должен был как можно скорее сообщить обо всем Нурди.

Чеченец обратился в слух. На всякий случай он откинул полу куртки, чтобы успеть, в случае чего, выхватить пистолет. С этим типом, если, конечно, это был именно тот фээсбэшник, что спас участников шоу, шутки были плохи...

Из умывальника донеслись шум воды в раковине, потом шелест салфетки и наконец приглушенный хлопок двери. Аслан быстро оглянулся. Несколько секунд он прислушивался, но в умывальнике все было тихо. Тогда чеченец поднялся на цыпочки и на всякий случай быстро заглянул в соседние кабинки. Там оказалось пусто.

Чеченец вжикнул «молнией», быстро закрыл дверь кабинки, щелкнул запором и вытащил телефон. Пальцы у него слегка дрожали, но найти номер Нурди в адресной книге было не проблемой. Едва пошел сигнал вызова, Аслан приложил трубку к уху.

Нурди, как назло, долго не отвечал. Наконец в трубке раздался раздраженный голос. Запыхавшийся Нурди бросил:

– Позвони позже, я занят! Понял, да?..

– Подожди, Нурди! – вскрикнул Аслан. – Я в туалете! И только что видел здесь...

13

Дверь туалета закрылась с приглушенным хлопком. Логинов замер, прислушиваясь. Чутье не подвело его. Пару секунд в туалете висела абсолютная тишина, потом чеченец быстро заперся в кабинке. Секунду спустя Логинов понял, что он кому-то звонит...

Виктор беззвучно развернулся и на цыпочках метнулся к двери, отделявшей туалет от умывальника. Он понимал, что просто не имеет права выдать себя, поэтому передвигался со всеми мерами предосторожности.

Из-за этого до двери кабинки, в которой закрылся чеченец, Виктор добрался только тогда, когда тот уже начал торопливо говорить в телефон по-чеченски. Медлить дальше было нельзя.

Логинов ухватился за ручку и изо всех сил рванул дверь левой рукой.

Хлипкий запор со звоном отскочил в угол кабинки. Логинов мгновенно подался в проем и нанес правым кулаком сокрушительный удар в голову застигнутого врасплох чеченца.

Тот охнул и начал оседать. Трубка выскользнула из его руки, но Логинов успел поймать ее, одновременно придержав чеченца другой рукой за лацкан, так что упал тот негромко...

– Аслан, – квакнул голос в трубке на чеченском. – Кого ты видел?.. А?..

14

– Аслан?! С тобой все в поряд... – проговорил Нурди, но тут связь прервалась окончательно. Важиев ткнул кнопку вызова, однако механический голос сообщил, что абонент недоступен. – Шайтан! – выдохнул Нурди.

Оттолкнув основанием ладони ягодицу Люси, он поспешно сунул телефон в карман и принялся застегивать штаны. Истерзанная девушка, по бедрам которой стекала кровь, со стоном повалилась на кровать.

Открыв замок, Нурди выскочил из номера. Быстро пройдя мимо двери, из-за которой доносились крики Магомеда и клиента, чеченец свернул за угол и вдруг увидел в коридоре младшего из братьев Саламановых.

– Рад тебя приветствовать, дорогой! – раскрыл тот объятия.

– Здравствуй, здравствуй! – торопливо похлопал Нурди земляка по спине.

Саламанов уловил беспокойство Важиева и спросил:

– Что-то не так, Нурди?

– Да Аслан позвонил из туалета, начал говорить и пропал...

В этот момент из-за двери туалета второго этажа донесся характерный шум воды. Саламанов-младший оглянулся и с улыбкой сказал:

– Прижало просто твоего Аслана, вот он и пропал!

Однако вслед за щелчком запора в коридоре возник вовсе не Аслан, а водитель приехавшего на «мерсе» клиента. Нурди быстро спросил у Саламанова:

– А где у вас еще есть туалет?

– Да все в порядке, дорогой! Пока он в нашем клубе, с ним ничего не может случиться...

– Я должен его найти! – возбужденно проговорил Нурди.

В этот момент на площадке лестницы показался старший Саламанов, почти как две капли воды похожий на брата.

– Приветствую тебя, Нурди! Что случилось? – спросил он, протянув Важиеву руку.

– Аслан, водитель мой куда-то пропал! – сообщил Нурди.

– Ну это не проблема, дорогой! – расплылся в улыбке старший Саламанов. – Я только что был на первом этаже, и охранник мне доложил, что твой Аслан засел там в туалете! Видно, поел чего-то из того, что жрут местные свиньи, вот и прижало...

– Я хочу спуститься, с вашего разрешения! – упрямо сказал Нурди.

Братья Саламановы украдкой переглянулись. Они свято чтили законы гостеприимства, однако никому не позволяли хозяйничать у себя. Будь на месте Нурди кто-то другой, его бы тут же поставили на место. Однако с Важиевым было лучше не ссориться.

– Хорошо, я сам провожу тебя! – натянуто улыбнулся старший из братьев.

15

Логинов быстро оглянулся. На его счастье, в туалет никому из посетителей клуба пока не приспичило. Это была удача.

Логинов метнулся в соседнюю кабинку и швырнул трубку в унитаз. Тут же вернувшись, он подхватил осевшее в углу тело Аслана. Конечности чеченца слегка подрагивали, но это была еще не конвульсия. Просто Логинов проломил ему переносицу и услал в глубочайший нокаут.

Волоком перетащив чеченца в соседнюю кабинку, Логинов уложил его лицом на унитаз и нанес добивающий смертельный удар в затылок – у Виктора просто не было другого выхода. Тело мгновенно обмякло. Логинов, закрыв дверь изнутри, быстро перемахнул через перегородку в соседнюю кабинку.

На ее полу он увидел капли крови. Виктор хотел было их стереть, но в этот момент входная дверь открылась. В умывальнике затопали ноги. Логинов вышел из кабинки, держа руки у пояса. В туалет вошел татарин. Мазнув по Виктору равнодушным взглядом, он вжикнул «молнией» и пристроился у писсуара.

Логинову ничего не оставалось, как покинуть туалет, медлить было нельзя. Вынырнув из-за шторы в зал, он направился прямиком к выходу, стараясь при этом не привлекать к себе особого внимания. Сделать это было непросто. Заскучавшая Зоя тут же уставилась на него. Виктор виновато улыбнулся, сделав на ходу неопределенный жест – мол, надо кое-что сделать, я сейчас.

Степан продолжал что-то с улыбкой говорить Груне, но он слишком хорошо знал Логинова. По поведению шефа майор сразу понял, что случилось что-то очень нехорошее.

У выхода, как и положено, торчал администратор. Одарив Виктора улыбкой, он спросил:

– Уже уходите?..

– Да нет, просто небольшое дело в Первухине, скоро вернусь...

– Тогда возьмите контрамарку! – распахнул перед Виктором дверь администратор. – Леночка, вручи!

Кассирша Леночка протянула Виктору бумажку с голограммой. Тот улыбнулся так, словно это была десятипроцентная дисконтная карта в супермаркеты «Партия». Секьюрити с металлодетектором отступил в сторону, и Логинов благополучно вышел из «Персоля»...

16

– Сам посмотри, я тут подожду, – сказал старший Саламанов.

Встав у шторы, он окинул зал клуба хозяйским взглядом. Публики было довольно много, несмотря на будний день. Это Саламанова радовало, значит, они с братом все делали правильно...

– Там что-то не так! – вдруг раздался сзади взволнованный голос Нурди. – Идем вместе посмотрим!

Саламанов быстро повернулся. Нурди выглядывал из-за шторы. При этом его глаза беспокойно шарили по залу.

– Что не так?!

– Сейчас увидишь!

Торопливо войдя в туалет, Саламанов оглянулся:

– Ну?

– Смотри! – быстро присел Нурди.

Саламанов последовал его примеру и тут же увидел под дверью крайней левой кабинки неестественно вывернутые подошвы обуви.

– Шайтан!

Саламанов поднялся и взялся за ручку, Нурди быстро сказал:

– Заперта...

Саламанов с силой рванул дверь – звякнул о кафель отлетевший запор.

Вдвоем с Важиевым они подались к проему и пару секунд смотрели на неподвижного Аслана. Потом Нурди быстро наклонился и пощупал артерию на шее водителя.

– Мертвый! – хрипло сказал он.

17

Торопливо спустившись с крыльца, Логинов прошел несколько метров и вытащил телефон.

– Степан! Я в туалете наследил, кавказец какой-то меня вычислил! – негромко проговорил он на ходу. – Но я его оформил под несчастный случай! Так что гляди там...

– Понял! – делано-лениво ответил Горов.

За время разговора Виктор дошел до «Субару». Сев в нее, он запустил движок и сдал назад. За углом клуба, за «Мерседесом», виднелась еще пара машин. На какой-то из них приехал Нурди Важиев...

Выруливая к воротам, Логинов связался с Аникеевым:

– «Альфу» вызвал?

– Да!

– Молодец! Нурди на чем приехал?

– На «Ауди», она стоит между «мерсом» и джипом...

– Смотри в оба, Леня! Я в клубе на знакомого Важиева нарвался! Как только Нурди выйдет, сразу сообщишь!

– Есть!

– Ты где встал?

– У рынка! В смысле – с правого торца клуба относительно трассы.

– Хорошо! Тогда я пристроюсь где-нибудь с этой стороны...

«Субару», сотрясая ночной воздух звериным урчанием турбины, вынырнула с территории клуба. Логинов свернул к федеральной трассе, поскольку дорогу к Первухино контролировал Аникеев.

На перекрестке был размещен стационарный пост ГИБДД. Логинов вильнул к нему, проехал позади гаишника и остановился. Тот проводил машину Виктора удивленным взглядом. Немного поколебавшись, инспектор сплюнул и направился к водительской дверце «Субару». Логинов открыл ее и с сигаретой в руке выбрался из салона.

Приближающийся гаишник словно сошел с карикатуры. Округлое лицо с заплывшими жадными глазками, выпуклый живот, едва не трескающаяся на нем форменная куртка...

– Добрый вечер! – поздоровался Виктор первым.

– Здравия желаю! – с хмурым видом козырнул гаишник, приблизившись. Выглядел Логинов очень прилично, так что повода для проверки документов вроде не было. Да и были они наверняка в порядке, иначе не остановился бы этот пижон возле поста. – Какие-то проблемы с машиной?..

– Нет-нет, все в порядке, – качнул головой Виктор, одновременно прикуривая. Ведь инспектор вполне мог учуять запах мартини, который немного выпил в «Персоле» Логинов, а светить свое удостоверение было ни к чему. – Просто приятеля жду, должен вот-вот подъехать...

Мартини ушлый гаишник так и не учуял. Документы проверять тоже не стал. Однако мрачно сказал:

– Ждать приятелей нужно вне зоны остановки! Если я фуру тормозну, куда она встанет?.. А?..

Для большего эффекта гаишник крутанул жезлом, видимо, показывая, как он будет тормозить фуру, и выжидательно уставился на Виктора своими поросячьими глазками. Тому вдруг очень захотелось забрать жезл да и врезать им по этой округлой наглой роже, но он сдержался.

– Извините, не подумал! – сказал Виктор и быстро двинулся к дверце «Субару».

Инспектор пробормотал ему вслед что-то вроде:

– Ездють тут всякие, работать не дають... – Потом приподнял козырек кепки жезлом и отправился высматривать на трассе добычу.

Логинов отогнал «Субару» за расположенный слева от будки ГАИ навес – чтобы уж точно никому не мешать. Карикатурный гаишник тем временем вернулся к перекрестку и встал, выпятив живот навстречу потоку машин. Его напарник вышел из будки без фуражки и закурил. От нечего делать он шагнул к стоящей тут же гаишной «семерке» и ткнул в колесо носком...

18

– Что случилось? – спросил быстро подошедший младший Саламанов.

– Аслана убили... – отступил в сторону бледный Нурди.

– Что?.. Как убили?..

Старший брат тем временем уже звонил охране:

– Все двери закрыть! Из клуба без моего разрешения пока никого не выпускать! Да! Совсем!

– А может, он просто поскользнулся?.. – наклонился над телом младший брат.

– Нет! – покачал головой старший Саламанов. – Там в соседней кабинке кровь накапала, и запор сломан... Где эти лентяи, шайтан бы их побрал?

Саламанов собрался звонить снова, но тут в умывальнике затопали ноги. В проеме показались двое дагестанцев, числившихся при братьях личными телохранителями. Впрочем, защищать Саламановых в Подмосковье было не от кого – их и так все боялись. Так что боевики в основном выполняли роль чистильщиков. Бывшего хозяина «Персоля» убрали именно они. С их опытом нападений на колонны федералов это никакого труда не составило...

– Да, хозяин! – кивнул один из дагестанцев.

– Кто-то минуты три-четыре назад убил нашего гостя. Убийца мне нужен! Только сами в зал не суйтесь. Алексей, объясни!

Алексеем звали охранника, торчавшего неподалеку от туалета. Он видел всех, кто сюда входил...

19

– Да, Степан? – сказал Виктор, приложив телефон к уху.

– Тут переполох, – сообщил Горов. – Кавказцы у туалета бегают чего-то. Вы в порядке?

– Что-то быстро они кинулись, – хмуро проговорил Логинов. – Только я уже у поста ГАИ на трассе. А Нурди там не появился?

– Нет, – уверенно сказал Горов.

– Ну тогда ждем.

– Понял...

Виктор тут же перезвонил Аникееву.

– Слушаю!

– Что у тебя?

– Без изменений.

– Хорошо. Смотри, не расслабляйся. Нурди может появиться в любой момент. Там у них переполох, Горов доложил...

– Я понял...

В этот момент в будке заливисто зазвонил телефон. Инспектор без фуражки швырнул сигарету в урну и нырнул за стеклянную дверь. Некоторое время он слушал, потом что-то сказал и быстро поднял голову. Его округлый напарник тем временем подошел к двери и заслонил своего коллегу от Виктора...

Тот отвел взгляд от зеркала и посмотрел в сторону Москвы. В зареве над мегаполисом он попытался разглядеть огоньки вертолета. Если начальство дало добро, по идее подкинуть дежурный взвод «Альфы» должны были по воздуху...

Огоньков Логинов так и не разглядел, а вдобавок пропустил кое-что более существенное. Позади вдруг раздался топот. Виктор снова скосил глаза в зеркало и оторопел: к «Субару» вдоль задней стенки навеса с автоматом наперевес несся толстый инспектор. За ним, расстегивая на ходу кобуру, бежал от будки второй гаишник.

– Дверь, мля!!! На выход! – дурным голосом заорал толстый. – Стреляю без предупреждения!

Логинов не успел нацепить оперативную кобуру, но пистолет из тайника достал и сунул его за пояс. Только этого гаишники видеть никак не могли. Тут было что-то другое...

Логинов поспешно бросил ствол между сиденьями, распахнул дверцу и сказал, держа руки на виду:

– Спокойно... В чем дело, прапорщик?

– Вышел! Ну!

– Спокойно... – повторил Виктор, выбираясь из машины.

Лицо у гаишника было настолько странного вида, что даже удивительно было, как его пропустил на ежегодной комиссии психиатр.

– Руки на крышу! Ноги враскорячку!

– ФСБ! – быстро сказал Виктор. – Сейчас я достану удостоверение...

– Какое ФСБ? Руки!!! – завопил толстый. – Одно движение, и стреляю!

Тут наконец подал голос подоспевший напарник толстого:

– Стой, Тихон! Пусть покажет удостоверение...

– Да знаем мы эти удостоверения! Их у метро пачками продают! Не суйся! А то щас выхватит шпалер и положит нас за этим навесом!

Логинов перевел взгляд на второго гаишника:

– Удостоверение у меня в заднем кармане, возьмите сами, прапорщик...

Здесь Виктор повернулся с поднятыми руками. Второй гаишник осторожно скользнул к нему вдоль волнистой задней стенки навеса и извлек запаянный в пластик прямоугольник на цепочке.

– Вроде настоящее... – наконец услышал Виктор.

– Ты уверен?..

– Да. Ох и влетит нам...

Тут Логинов начал поворачиваться, но толстый заорал:

– Стоять! Нацепи на него наручники! Быстро!

– Ты что?..

– Делай что говорят!

– А удостоверение?..

– А не было никакого удостоверения!

– Как не было?..

– А так! Ни удостоверения, ни машины! Надевай наручники! Саламанов за него пять штук обещал! Щас сдадим с тачкой, и все дела!

– Ты что, Тихон, обалдел?..

– На, надевай, мля! А то и тебя с ним положу! Ну!

Напарник толстого очень громко сглотнул слюну. В его руке звякнули наручники. От «Персоля» донесся гул мощного движка джипа. И почти сразу же у Логинова в кармане зазвонил мобильный...

20

Дагестанец со звероподобным лицом заскочил в умывальник и быстро сообщил старшему из Саламановых:

– Хозяин! Один из тех, кто был в туалете, только что уехал! Это точно он!

– Шайтан! На чем уехал? – быстро выхватил трубку Саламанов.

– Охранник у ворот сказал по телефону, что на «Субару»!

– Какой модели? Джип? Седан?

– Спортивная!

– Номеров он не запомнил?

– Нет!

– Свинья русская, только зря деньги платим! – пробормотал Саламанов и ткнул кнопку вызова.

– Дежурный по посту ГИБДД старший прапорщик... – послышался в трубке голос.

– Это Саламанов! – перебил инспектора кавказец.

– А-а, здрасьте, очень приятно! – Голос гаишника сразу стал приторным до тошноты.

– Тихон с тобой дежурит?

– Да! Позвать?

– Подожди! Там мимо вас только что «Субару» не проезжала? Спортивная?

– Так... Она это...

– Что это?!

– Стоит сейчас возле поста...

– Задержи ее! Понял, да? А Тихон пусть быстро возьмет трубку! Я жду!

21

«Моя милиция меня бережет...» – пронеслось в голове у Логинова.

– Длинь-длинь-длинь! – снова забился у него в кармане телефон.

– Да не чухайся, черт! Пять штук на дороге не валяются! – поторопил колеблющегося напарника толстый Тихон.

Каждый выбирает свою судьбу. И сопящий за спиной Логинова прапор сделал свой выбор.

– Руки за спину! – хрипло приказал он.

Логинов выполнил команду, но на свой манер: в конце траектории движения руки его правый кулак врезался в пах прапорщика. В тот же миг Виктор прыгнул назад и нанес с разворота удар ногой по дуге. Его подъем угодил в левую голень Тихона чуть повыше щиколотки. Тот, словно подкошенный, рухнул на землю.

Уже в падении Тихон нажал на спусковой крючок, но пули ушли в небо.

– Ту-дух! – грохнул «АКСУ», осветив стенку навеса и салон «Субару» сдвоенной вспышкой.

– Мля!.. – простонал Тихон, пытаясь повернуть автомат.

Но Логинов тут же навалился на гаишника сверху и двинул кулаком в челюсть.

Вырвав «АКСУ», он перекатом развернулся. Опустившийся на колени у «Субару» напарник Тихона, поскуливая от боли, пытался нашарить выпавший из руки пистолет.

– Не дури! – рявкнул Логинов. – Мордой в землю! Живо!

В этот миг сзади слабо пошевелился Тихон. Логинов сидя с разворота двинул его тыльной стороной «АКСУ» в лоб. В следующий миг он вскочил на ноги и выглянул из-за «Субару». К посту ГИБДД со стороны Первухино быстро приближался огромный джип «Ниссан». В кармане Виктора бился и пиликал мобильный.

– Наручники где? – метнулся он к неловко плюхнувшемуся на землю прапорщику.

– Выпали... – промычал тот, но Логинов уже увидел блеснувшие на земле браслеты.

Бросив быстрый взгляд в сторону джипа, Виктор защелкнул один наручник на запястье прапорщика, за шиворот подтащил его к отключившемуся Тихону и защелкнул второй браслет на ноге толстяка.

– Ключи от наручников где?! – рявкнул он, присев и глядя на «Ниссан».

– В кармане... в правом... я не достану!.. – выдохнул прапорщик, переворачиваясь на бок.

Логинов наклонился, быстро выхватил из кармана гаишника большую связку с брелоком и, убедившись, что ключ от браслетов на ней, швырнул связку в поле через «Субару». Пистолет гаишника Виктор зафутболил под днище машины, а свой, достав из салона, быстро сунул за пояс.

– Лежать! Бояться! – прикрикнул он, бросаясь к углу навеса, в тень.

«Ниссан» был уже метрах в пятидесяти от трассы. Только сейчас Логинов наконец смог выхватить телефон.

– Да, Леня!

– Нурди около двух минут назад покинул клуб, товарищ полковник! Сам! Его «Ауди» уже свернула к Первухино!

– Тогда давай за ним! Быстро!

– Я уже!..

В этот момент «Ниссан» вынырнул из-за будки ГИБДД и остановился. Из него в окошко высунулся какой-то кавказец. Второй, очень похожий на него, сидел за рулем. Логинов сразу сообразил, что это братья Саламановы собственными персонами.

– Тихон! – командным голосом крикнул тот, что высунулся в окно. – Мы приехали! Где он?

Одновременно с заднего сиденья мягко выпрыгнул звероподобный кавказец, очень смахивающий повадками на бывшего боевика. За его поясом открыто торчал пистолет. Логинова такая наглость взбесила. Эти «звери» явно чувстовали себя здесь хозяевами. А ведь происходило все не в их Кавказских горах, а в Подмосковье, пусть и дальнем...

– Я здесь, козлы! – крикнул Виктор, выходя из тени навеса.

22

– Мы уже едем, Тихон!.. Все давайте в машину! – едва отключив телефон, распорядился Саламанов-старший.

Дагестанцы быстро направились к служебному выходу вместе с младшим братом. Важиев с места не двинулся. Саламанов-старший на ходу удивленно оглянулся на него:

– Ты не с нами, Нурди?

– Я... с Асланом пока побуду!

– Хорошо, брат! Сейчас мы привезем его убийцу, и ты сможешь лично отрезать ему голову!

Нурди кивнул. Однако в туалет он возвращаться не стал. Дождавшись, пока джип Саламановых отъедет от служебного входа, чеченец тоже прошел к двери и кивком велел охраннику-кавказцу выпустить его. Секунду спустя он уже осторожно выскользнул на улицу.

Он понимал, что здесь что-то не так. Начиная со странной смерти кого-то увидевшего в туалете Аслана и заканчивая тем, что поспешно уехавший после его убийства из клуба человек почему-то припарковался прямо возле милиционеров...

На улице ничего подозрительного он не заметил. И ноги сами понесли Нурди к «Ауди». Сунув взятый у Аслана ключ в замок зажигания, он сразу же с поворотом ключа сдал машину назад.

Нурди находился в федеральном розыске уже больше десяти лет. За это время он успел сменить кучу мест проживания, сделал пластическую операцию и обзавелся настоящим паспортом, но на другую фамилию. Казалось, теперь-то опасаться ему нечего. Но Нурди даже в Москву не ездил, хотя жил совсем рядом...

А все потому, что чеченец специально интересовался подобными случаями и прекрасно знал, что МОССАД вывез бывшего эсэсовца Эйхмана аж из Южной Америки через много лет после войны. А «неуловимого» киллера Солоника, тоже жившего в Греции по безукоризненному паспорту на эллинское имя и сделавшего «пластику», русские бандиты отыскали вообще без проблем да и удушили, как слепого котенка.

Поэтому, едва тронув «Ауди» с места, Нурди Важиев решил, что он немедленно покинет уже насиженное Подмосковье и, никому ничего не говоря, отправится по другим документам на Урал, в какой-нибудь заштатный городок на краю тайги...

– Ту-дух! – вдруг донеслось со стороны федеральной трассы.

Нурди по звуку определил, что стреляли в воздух. Это было очень похоже на предупредительный выстрел гаишников, но Важиев уже не сомневался, что все происходящее касается его лично.

23

Капитан Аникеев не сводил глаз с жидкокристаллического монитора оперативной камеры. Едва дверь служебного входа «Персоля» распахнулась, капитан напрягся, на всякий случай взявшись за телефон. С крылечка быстро сбежали четверо кавказцев.

Подавшись к монитору, Аникеев вгляделся в их лица. Кавказцы спешно погрузились в огромный джип и отъехали. Капитан проводил джип взглядом, но никуда звонить не стал: Нурди Важиева среди его пассажиров не было...

Едва джип скрылся за углом клуба, как дверь служебного входа распахнулась снова. На крыльцо выскользнул Нурди Важиев. Чеченец настороженно оглянулся по сторонам.

Аникеев сразу же позвонил Логинову. Нурди, убедившись, что все в порядке, бросился к «Ауди». Машина тронулась с места, а Логинов все не отвечал...

Аникеев облизнул пересохшие губы и быстро завел двигатель. «Шкода» медленно поехала вдоль забора рынка. Этот маневр позволил Аникееву не выпускать «Ауди» чеченца из поля зрения.

Завернув за угол клуба, Нурди быстро направил машину к воротам. В этот момент от трассы донеслись приглушенные хлопки выстрелов. Лицо Аникеева заострилось. Он понял, что с Логиновым что-то случилось. И теперь именно он, капитан Аникеев, должен не дать уйти убийце и садисту Важиеву...

Нурди тоже услышал выстрелы и повернул не к федеральной трассе, а к Первухино. Аникеев в объезд рынка устремился ему наперерез. У него вдруг промелькнула мысль неожиданно протаранить «Ауди» чеченца на перекрестке. Однако, обогнув рынок, Аникеев увидел, что как раз там расположено кафе, возле которого находятся десятка полтора людей...

Рисковать их жизнями было нельзя. И капитан Аникеев слегка увеличил скорость. Это позволило ему свернуть на дорогу перед «Ауди». Подобный трюк должен был на какое-то время усыпить бдительность Важиева. Ведь чисто рефлекторно преступники выискивают машины преследователей в зеркале заднего вида, а не впереди автомобиля.

Однако Нурди вполне мог свернуть. Поэтому Аникеев почти сразу позволил ему себя обогнать. И тут лежащий на сиденье в режиме автодозвона телефон произнес голосом Логинова:

– Да, Леня!..

24

Звероподобный кавказец, вынырнувший с заднего сиденья «Ниссана», действительно был в прошлом боевиком. Не медля ни секунды, он прыгнул под прикрытие джипа, одновременно выхватывая пистолет. Обучиться такому можно только на войне. Но и Логинов свои навыки шлифовал не на паркете.

– Ту-дух! Ту-дух! – от пояса выстрелил он.

Короткая очередь прошила боевика в прыжке.

– Билядь!!! – завопил Саламанов, съезжая на пассажирском сиденье вниз. – Гани!

Джип взревел мотором. Одновременно в проеме переднего окна на месте головы Саламанова вдруг возникла рука с пистолетом. У братьев на заднем сиденье оказался припасен еще один головорез с боевыми навыками.

– Бух! Бух! – тут же выстрелил он в Виктора.

Но тот вовремя упал на землю и нажал на спусковой крючок.

– Ту-ду-ду-ду-ду-дух! Ту-дух! – разнеслось над трассой.

На этот раз Логинов патроны не экономил. В пару секунд он буквально нашпиговал рванувший назад джип свинцом.

– Вай!!!

– О-оу!!! – донеслись из салона звериные вопли раненых кавказцев, когда «АКСУ» на миг умолк.

– Пока, уроды! – выдохнул Виктор.

Чуть сместив автомат, он выпустил остаток рожка в бензобак.

– П-пуф! – обдало Виктора горячей волной.

От взрыва бензина огромный джип подбросило в воздух метра на полтора.

Вращая горящими колесами, он с грохотом плюхнулся на асфальт и медленно завалился набок. Сквозь гудящее пламя в проеме выбитого лобового стекла на миг возникла скрюченная рука, но тут же почерневшей головешкой исчезла в адском огне...

25

Голос Логинова оборвался на полуслове. И тут же Аникеев увидел впереди две ядовито-красные вспышки. Капитан не ошибся – Нурди, невольно ослепив Леню стоп-фарами, резко свернул на первом же перекрестке вправо.

Аникеев тоже притормозил и повернул следом. «Ауди» быстро набрала скорость. Леня сильно не отставал.

– П-пух!.. – приглушенно донеслось от федеральной трассы.

В следующий миг в той стороне в небо взметнулся светящийся гриб – уменьшенная копия тех, которые показывают в фильмах об атомной войне.

Аникеев быстро оглянулся и до хруста сжал руки на руле.

– Сволочи! – выдохнул он.

Не отрывая взгляда от машины Важиева, он нащупал брошенный в выемку у рычага переключения передач телефон и быстро позвонил Ватлину.

– Товарищ генерал! Капитан Аникеев! Я преследую в Первухино Нурди Важиева! На трассе был взрыв, там находился полковник Логинов...

– Что?! Черт! Я же приказал не обнаруживать себя!

– Я и не обнаруживал! Но... Важиев может уйти, товарищ генерал! «Альфа» скоро будет?

– Минут через двадцать, Леня, не раньше! Горов с тобой?..

– Нет! В клубе остался...

– Черт... Тогда держись у Важиева на хвосте, капитан! Только осторожно, самому тебе с ним не справиться!

– Я постараюсь, товарищ генерал!

«Ауди» быстро приблизилась к перекрестку, над которым все светофоры уныло мигали оранжевым светом. Какой-то шустрый таксист на украшенной черной таксой белой «семерке» вдруг свернул прямо перед машиной Нурди. Тот резко затормозил, огласив почти пустынный перекресток воем клаксона.

Аникеев благодаря этому сократил дистанцию метров до ста. «Ауди» с визгом повернула влево. Аникеев включил поворотник и вильнул следом. Тут зазвонил мобильный. Леньчик, увидев высветившуюся надпись «Шеф», с прояснившимся лицом быстро приложил трубку к уху...

26

На перекрестке, у пылающего возле поста ГИБДД джипа, притормозили две машины. Из одной сразу выскочил водитель с огнетушителем. Это был довольно упитанный мужчина лет сорока пяти, лысоватый, в джемпере с затяжками.

Увидев поднявшегося с автоматом Логинова, он резко остановился.

– Все в порядке, ФСБ! – успокоил его Виктор.

– Учения, что ли?.. – растерянно моргнул мужчина.

– Ага, по отстрелу кавказских бандитов! – бросил Виктор, выхватывая телефон.

– Кавказских?.. Ну тогда и хрен с ними... – пробормотал мужик, опасливо косясь на Виктора и отступая к открытой дверце своей «восьмерки». – Еще порошок на этих сволочей тратить...

– Ага, давай, земляк!.. – кивнул ему Виктор, прикладывая телефон к уху.

Звонил он Аникееву, но линия оказалась занятой. Логинов чертыхнулся и, включив автодозвон, бросился за навес. Перепрыгивая через скованных наручниками гаишников, он крикнул:

– За вами сейчас «Альфа» подъедет, оборотни! Двинетесь с места, на месте положат, без предупреждения!

В следующий миг Виктор рванул «Субару» с места. Резко вывернув из-за навеса, он посигналил и проскочил перед тронувшейся с места «восьмеркой».

«Субару» устремилась к Первухино. Ни «Ауди» Важиева, ни «Шкоды» Аникеева на ведущей к поселку дороге видно не было.

– Черт! – пробормотал Логинов, увеличивая скорость.

«Субару» быстро приблизилась к повороту на «Персоль». Логинов окинул окрестности клуба взглядом и покосился на телефон. Автодозвон вызвал телефон Аникеева десять раз и уже отключился. Логинов снова ткнул кнопку вызова. На этот раз капитан ответил сразу.

– Слушаю, товарищ полковник! – бодро проговорил Леньчик.

– Ты с кем болтал, твою мать?.. – не сдержался Логинов.

– Генералу звонил, думал...

– Да хоть маршалу! Сто раз говорил: поставь ожидание вызова! Ладно... Ты где?..

– За Важиевым еду!

– Это ясно! Ориентиры мне, быстро!

Аникеев как мог торопливо объяснил, где он и куда едет Нурди.

– Ясно! Попробую обойти его! – бросил Виктор. – Он тебя еще не засек?

– Вроде нет...

– Хорошо! Будь на связи и сразу сообщай, если свернете...

27

Нурди покосился в боковое зеркало. В нем слегка подрагивали две фары.

Это была та самая «Шкода», которая вырулила перед «Ауди» от рынка. Важиев нахмурился. Его глаза сузились.

«Шкода» уже дважды свернула за ним и при этом сильно не отставала. В принципе это могла быть и случайность. Оставлять машины во дворах, как в столице, в Первухино никто не рисковал. А Нурди ехал как раз к гаражным кооперативам, которые располагались на окраине и в одном месте. Так что, скорее всего, «Шкода» принадлежала какому-то предпринимателю с рынка. Мотнулся он с утра в Москву за товаром, только что выгрузился, а теперь вот ехал ставить машину в гараж...

Несколько секунд Нурди колебался. В другой раз он обязательно бы проверил свое предположение, но сейчас каждая минута была на вес жизни. Чеченец понимал, что уходить из Первухино нужно как можно скорее – пока милиция не перекрыла дороги по плану «Перехват».

И Нурди направился прямиком к гаражам. В свете фар «Ауди» возник задранный вверх шлагбаум. Но это был просто антураж. Никакой охраны в первухинских кооперативах не было: каждый автовладелец заботился о безопасности своей машины сам. Из-за этого, собственно, Нурди и арендовал здесь гараж: никаких договоров с владельцем он не подписывал и заявиться мог когда угодно.

«Ауди» свою здесь Нурди, конечно, не держал, поскольку жил он не в самом Первухино, а в расположенной неподалеку деревне, которую давно облюбовали подмосковные кавказцы. Там они отгрохали себе две улицы домов, ничем не уступающих тем, в которых жили обитатели элитных коттеджных поселков. Дом Нурди на их фоне, правда, выглядел довольно скромно, но гараж, ясное дело, имел.

Ну а здесь, в Первухино, у него просто была запасная база. На случай каких-либо форс-мажорных обстоятельств. И как раз такие и наступили сегодня...

28

Хотя оперативная вылазка в Первухино и носила ознакомительный характер, Логинов по старой «альфовской» привычке изучил перед выездом карту местности. Ну и план поселка, само собой, без внимания не оставил. Теперь это здорово пригодилось. Из доклада Аникеева он понял, что «Ауди» Важиева направляется перпендикулярно федеральной трассе к окраине Первухино, только не по той дороге, что проходила мимо рынка, а по параллельной улице.

Это давало Виктору шанс опередить террориста. «Субару» с рокотом пронеслась мимо кафе, вызвав очередные восхищенные возгласы местной молодежи:

– Во, блин, «зубило»!

– Сам ты зубило, Дрон, это боллид!

– Сами вы боллиды, дятлы, это просто спортивное купе!

Движения в этот поздний час в Первухино почти не было. Только изредка мелькали в свете фар такси-«семерки». Это позволило Виктору разогнаться километров до ста сорока.

Дома вдруг закончились, впереди в ночном небе проступили огни осветительных мачт железнодорожной станции. Логинов сбросил скорость и повернул вправо. Станция, в отличие от поселка, не спала. На маневровой горке гудел дизелем локомотив, над блестящими нитями путей разносился голос диспетчерши:

– Двадцать четвертый-бис в тупик! Остальные вагоны к литерному!

Логинов только теперь позвонил Аникееву, поскольку на скорости сто сорок километров в час отвлекаться от управления не следует...

– Ну что, Леня?

29

«Ауди» въехала в ворота кооператива и запрыгала по разбитому проезду.

В свете фар замелькали гаражные двери, выкрашенные в разные цвета и увешанные разнокалиберными замками. Однако Нурди вперед практически не смотрел. Он прикипел глазами к боковому зеркалу.

«Шкода» появилась у шлагбаума только тогда, когда Нурди до конца проезда оставалось всего ничего. Машина медленно завернула следом за «Ауди» в ворота кооператива...

Нурди свернул влево, однако почти сразу же остановился. Выскочив из-за руля, он метнулся назад и осторожно выглянул из-за угла крайнего гаража.

«Шкода» застыла у шлагбаума, освещая забор и ближние гаражи тревожными вспышками «авариек». Из нее выбрался водитель и тут же начал заглядывать под капот. Одновременно он звонил по телефону...

Нурди со свистом выдохнул и метнулся к «Ауди». Это опять-таки могла быть случайность. Не ломаются только «Роллс-Ройсы». Но слишком много таких вот «случайностей» было сегодня.

Поэтому Нурди уже не сомневался, что проклятые федералы все-таки напали на его след – несмотря на безукоризненные документы, пластическую операцию и все меры предосторожности. Но у Важиева еще оставался шанс уйти и на этот раз, пока мышеловка не захлопнулась окончательно...

Немного проехав, Нурди снова повернул влево и оказался в небольшом тупике. Выскользнув из «Ауди», он повернул голову и замер. Шума приближающихся машин слышно не было. Нурди метнулся к воротам арендованного гаража и поспешно открыл запоры. Ворота распахнулись без единого скрипа – чеченец не поленился их как следует смазать.

Снова прислушавшись, Нурди метнулся в гараж. Там стояла желтая «восьмерка». Важиев держал ее в полной боевой готовности. Движок завелся, что называется, с полоборота. Несколько секунд спустя «восьмерка» уже задним ходом выехала из гаража.

Остановив ее чуть поодаль, Нурди метнулся к «Ауди». Быстро загнав иномарку внутрь, он тут же прикрыл створки ворот и запер их на внутренний запор. Схватив висевший на стенке фонарь, Нурди метнулся в угол. Там был прикрытый люком ход в подвал. Несколько секунд спустя чеченец оказался внизу...

30

«Ауди» чуть сбросила скорость и свернула к гаражам. Натыкано их здесь, на окраине Первухино, было огромное количество. Капитальных, из кирпича – по плану. И металлических, «самопальных» – где придется. При этом все это скопище освещало только несколько чудом уцелевших фонарей да прожектор, находящийся чуть поодаль от железнодорожной станции. Аникеев тут же потянулся к телефону, но Логинов его опередил, позвонив ему сам.

– Ну что у тебя, Леня? – быстро спросил Виктор.

– Нурди только что в гаражи свернул! – выпалил Аникеев, сбросив скорость. – Что делать, товарищ полковник?

– Так!.. – выдохнул Логинов. – За ним не суйся! Просто стань на въезде!.. И аварийки включи! Я сейчас!

– Понял!

«Шкода» за время разговора доехала до шлагбаума и начала сворачивать. «Ауди» двигалась метрах в пятидесяти впереди. Проезды между гаражами были разбитыми донельзя, так что по ним сильно не погоняешь... Аникеев вильнул чуть в сторону. В этот момент «Ауди» мигнула стоп-фарами и скрылась из вида, быстро повернув влево.

Аникеев тут же остановился, оглянулся и сдал назад, заблокировав выезд. Теперь проскочить между «Шкодой» и воротами мог разве что мотоциклист...

Аникеев на всякий случай включил «аварийки» и выбрался из машины.

Расслышать звук мотора «Ауди» он не мог из-за шума железнодорожной станции, да и далековато было до поворота, за которым скрылся Нурди. И Аникеев быстро доложил об изменении обстановки Логинову...

31

Пальцы Нурди нащупали потайную кнопку, и панель деревянной стенки подвала плюхнулась ему в руки. В свете яркой лампочки, висевшей под низким потолком, в тайнике под целлофаном тускло блеснул протез руки.

Нурди быстро сбросил куртку и рубаху. На голый волосатый живот он нацепил кожаный пояс, набитый долларами, потом натянул на себя дешевый свитер с высоким воротом.

Кроме свитера, в целлофановом пакете лежали брюки и туфли военного образца, но их Нурди швырнул на пол – некогда было возиться. Зато пиджак с орденскими колодками и вставленным в рукав протезом руки Важиев бережно отряхнул и аккуратно положил на ящик. Пиджак был довольно мешковатым, но так было задумано специально.

В тайнике остались только документы, оружие и специфически пахнущий пакет. Документы Важиев быстро распихал по карманам. Потом чеченец невольно потянулся рукой к автомату Калашникова. Для любого боевика автомат – это вроде как продолжение его тела. С «калашом» Нурди бы чувствовал себя намного уверенней. Но после секундного колебания он отложил автомат в сторону. Времена Кизляра и Первомайского, когда бандиты могли себе позволить открыто красоваться перед камерами с «калашниковыми», давно ушли в небытие. И вместо автомата Нурди Важиев взял пистолет.

Это был «хеклер-кох» модели VP70. Создан пистолет был специально для борьбы с террористами. Будучи очень компактным, сопоставимым по размерам с «дамскими» моделями, «хеклер» имел магазин на восемнадцать патронов и мог стрелять почти бесшумными очередями по три выстрела...

Положив пистолет рядом с пиджаком, Нурди вернулся к тайнику и осторожно извлек пахнущий тальком пакет. Это было, пожалуй, самое главное.

Надорвав герметичную упаковку, Важиев извлек из него тонкую резиновую маску. Натянув ее на голову, он перед висящим в подвале зеркалом быстро расправил складки маски и упрятал края ее под высокий воротник свитера.

Теперь в зеркале было совершенно другое лицо – типично славянское.

Выдать Нурди могли только прорези для глаз. Но на этот случай у него были чуть затемненные очки в дешевой оправе, из тех, что бесплатно выдаются льготным категориям населения. Но прежде чем нацепить их, Нурди извлек из второго пакета парик – довольно бесформенный, с прядями серебристых волос...

32

Логинов быстро сунул телефон в карман и посмотрел вперед. Его лицо стало мрачным. Как ни спешил он, но перехватить Нурди Важиева на окраине поселка не успел. И теперь террориста предстояло выискивать в хитросплетениях безлюдных в этот поздний час гаражных кооперативов. Хотя это был и не худший вариант. Подтянется «Альфа», возьмет гаражи в кольцо, и конец Важиеву. Народа нет, заложниками не прикроешься...

В точности схему расположения кооперативов Логинов, конечно, не помнил.

Кто же знал, что так все обернется... На схеме Первухино гаражи были обозначены крошечными прямоугольниками – где расположенными параллельными рядами, а где веером – как карты в пасьянсе. Однако сейчас это было не принципиально. Главное, что въезд был не один. Да и отход Нурди в сторону железнодорожной станции «пехом» нельзя было исключать...

Поэтому Виктор, едва миновав крайние гаражи и один из въездов, нырнул в густую тень на обочине, остановился, выскочил из «Субару» и бросился прямо к кирпичной стенке. Прыжок – и Логинов оказался на крыше крайних гаражей. Привстав, он окинул быстрым взглядом открывшиеся с высоты проезды.

Однако все они были темными. Света фар Логинов нигде не увидел.

– Черт! – выдохнул он и бросился по хрустящему рубероиду вправо. На ходу он позвонил Аникееву, «Шкода» которого мигала «аварийками» метрах в ста справа.

– Да! – ответил капитан.

– Я уже подтянулся! – сворачивая на ряд расположенных перпендикулярно дороге гаражей выдохнул в трубку Виктор. – Бегу по крышам! Нурди куда свернул?

– Влево!

– Пока не вижу его! Может, бросил машину и уходит к станции! В общем, следи за дорогой! А я «Ауди» в гаражах попробую найти!

– Понял, товарищ полковник!

Логинов сунул телефон в карман. Хруст под ногами вдруг прекратился.

Цивилизация местами добралась и до Первухино – ряд гаражей, по которому сейчас мчался Виктор, был перекрыт еврорубероидом, который, в отличие от дубового нашего, не только не хрустел, но и не растрескивался каждый год по весне после морозов, давая обильные протечки...

На бегу Логинов непрерывно вертел головой по сторонам. Однако в гаражах по-прежнему не было видно ни единого проблеска автомобильных фар, и Виктор все больше склонялся к мысли, что Нурди Важиев решил уходить к станции.

Прыгнет в какой-нибудь вагон-думкар, зароется в железорудные окатыши, и поминай как звали...

Логинов под гудок локомотива ускорил бег. Ряд гаражей заканчивался, впереди показался крайний проезд, за которым через ряд гаражей начиналась зона отчуждения железной дороги. Но прежде чем Виктор спрыгнул, в его поле зрения вдруг промелькнула машина...

Логинов затормозил и быстро вернулся на пару метров назад. Машина стояла в небольшом тупике, который образовывали расположенные буквой «п» гаражи. Это была светлая «восьмерка» с треугольным знаком на лобовом стекле. Логинов удивленно поискал глазами ее хозяина. И тут ворота одного из гаражей приоткрылись...

Логинов тут же присел и сместился за установленную на крыше гаражей каким-то первухинским автолюбителем-орнитологом голубятню. Рука Виктора легла на рукоятку пистолета. Второй рукой он на ощупь перевел мобильный в беззвучный режим работы. Тот трепыхнулся, подтверждая установку, и затих.

Хозяин «восьмерки» тем временем быстро запер ворота и, наконец вынырнув из тени, направился к водительской дверце машины. Логинов досадливо поморщился. Владелец «восьмерки» оказался славянином. К тому же, судя по блеснувшей на пиджаке орденской колодке, бывшим военным. И инвалидом в придачу...

Логинов, не став больше терять ни секунды, бросился мимо голубятни к крайнему гаражу и спрыгнул в проезд. Метнув быстрые взгляды по сторонам, он в два прыжка оказался у крайнего ряда гаражей и забрался на крышу.

Сзади донесся шум двигателя. Это владелец «восьмерки» выезжал из тупика. Логинов метнулся к задней части гаражей и спрыгнул в пожухлую траву. В этот момент с другой стороны гаража уже проехала резко вывернувшая в проезд «восьмерка». «Неплохо газует ветеран...» – подумал Виктор, приземлившись.

33

Нурди Важиев провел рукой по парику, подтянул ворот свитера и поправил очки с нулевой оптикой. Все было в порядке. Нурди метнулся к тайнику, схватил одеколон «Шипр» и побрызгал им на свитер. Одеколон должен был забить запах порошка, которым была покрыта с внутренней стороны маска.

Выбравшись наверх, Важиев выключил свет в подвале. Подсвечивая себе фонарем, он осторожно дошел до ворот гаража и остановился. Шума машин или других подозрительных звуков снаружи слышно не было. Только гулким эхом донесся со станции лязг очередного скатившегося с горки и сцепившегося с составом вагона...

Нурди выключил фонарь и поставил его на пол. Нащупав запор, чеченец приоткрыл ворота и выскользнул на улицу. Возвращаться в гараж он не собирался. Однако ворота чеченец запер на все замки: зачем давать федералам лишний след?..

Сунув ключи в карман мешковатого пиджака, чеченец направился к «восьмерке». Машина была настоящей «инвалидкой», ее Нурди купил по случаю.

Но вскоре после этого поменял двигатель. Теперь под капотом стоял новенький «фиатовский» мотор, к тому же форсированный. Владелец автосервиса, в котором без формальностей выполнили монтаж, на прощанье сказал Важиеву:

– Тэпэр, дарагой, ти можэш даже заявка в «Формюла-адын» падат! Звэр, а нэ машин палучилса!

На участие в гонках «Формулы-1» Важиев, конечно, заявку подавать не стал. Ему лишняя реклама была ни к чему. Но модифицированная «восьмерка» стояла с тех пор в первухинском гараже в полной готовности. К гонкам на выживание...

Словно застоявшийся конь, машина тронулась с места и выскочила из тупика. Важиев дважды свернул налево и направился к выезду из кооператива, на этот раз – другому. Никаких машин ни в гаражах, ни на дороге видно не было.

Важиев слегка улыбнулся под стянувшей лицо маской. Он не зря готовился к подобному случаю. И вот был близок к тому, чтобы и на этот раз оставить федералов с носом...

«Восьмерка» приблизилась к выезду из гаражей. Притормозив, Нурди начал поворачивать влево. Он, конечно, неплохо замаскировался, но уходить по федеральной трассе было бы безумием. Уходить Нурди собирался второстепенными дорогами, которые за время жизни в Подмосковье успел изучить ничуть не хуже тех, что окружали его родной Урус-Мартан...

«Восьмерка» вывернула на дорогу, и тут Нурди вдруг увидел спортивную «Субару», ту самую... Она стояла в нескольких метрах справа от въезда в гаражи, в тени. Первым порывом Нурди было утопить акселератор до упора, но тут он заметил мигнувший под стеклом «Субару» красный огонек сигнализации...

– Черт!.. – вздохнул Нурди.

В «Субару», на его счастье, никого не оказалось. Важиев понял, что его хозяин в гаражах. Наверняка ищет «Ауди». И даже не догадывается, что Нурди уже поменял машину...

Впереди задранный кверху шлагбаум освещали мерные всполохи «авариек».

Это мигала на следующем въезде свернувшая за «Ауди» в кооператив «Шкода».

Нурди, не став увеличивать скорость, окинул быстрым взглядом дорогу. Она была пустынной...

Приближаясь к «Шкоде», Важиев наконец рассмотрел ее водителя. Это был парень. Продолжая говорить по телефону, он вынырнул из-за забора к дороге и посмотрел на «восьмерку».

Вел он себя абсолютно естественно, и Нурди подумал, что это, наверное, и вправду местный предприниматель, у которого поломалась машина. Только дела это не меняло. Парень видел, что «восьмерка» выехала из гаражей, а значит, мог навести типа из «Субару» на след...

Нурди быстро покосился в боковое зеркало. Дорога по-прежнему была пустынной. Важиев начал открывать окно, одновременно останавливаясь...

Парень смотрел на него совершенно спокойно. Кажется, даже с симпатией.

Видно, подумал, что владелец «восьмерки» из водительской солидарности решил предложить ему помощь.

Нурди, высунувшись в окно, сочувственно улыбнулся. И одновременно снял с предохранителя «хеклер». Стрелять он собирался наверняка. Поэтому и ждал, пока «восьмерка» поравняется с жертвой...

И тут вдруг что-то случилось. Парень ни с того ни с сего переменился в лице и рванулся назад, под прикрытие железобетонной плиты забора. Важиев, не раздумывая, высунул в окно пистолет и нажал на спусковой крючок.

– Пфук-пфук-пфук!.. – хлопнула короткая очередь.

Нурди был неплохим стрелком. Но парень оказался слишком прытким и успел каким-то чудом нырнуть в проем между забором и «Шкодой». Пули ударили в ворота дальнего гаража, выбив в темноте искры.

– Шайтан! – вскрикнул Нурди.

У него совершенно не было времени гоняться за водителем «Шкоды», чтобы убить его. Но и допустить, чтобы парень позвонил в милицию и дал федералам «наводку», он не мог. И опыт мгновенно подсказал боевику верное решение.

Нурди, чуть сместив пистолет, тотчас выпустил еще одну очередь. На этот раз – по машине. Стояла «Шкода» очень удачно. Девятимиллиметровые пули кучно ударили в бензобак. И тут же зад машины словно бы вздулся изнутри.

– Бу-бух!.. – разнеслось над гаражами.

Бак «Шкоды» был не таким вместительным, как бак джипа. Соответственно, и взрыв получился намного более скромным, чем на федеральной трассе возле поста ГИБДД. Однако оказавшемуся в зоне взрыва парню сейчас наверняка было не до звонков по телефону. Нурди знал что почем, хвала Аллаху, в свое время не один десяток машин федералов расстрелял...

И Важиев тут же рванул «восьмерку» с места. Его лицо под маской скривила досадливая гримаса. Нехорошо получилось с этой чертовой «Шкодой».

Как ни осторожничал Нурди, но все же «засветился»...

34

Спрыгнув в траву, Логинов оглянулся по сторонам. Он попытался поставить себя на место Нурди Важиева. Бросив где-то в темном месте «Ауди», террорист точно так же должен был две-три минуты назад перемахнуть через гаражи...

Нурди нужен был состав, который вот-вот отправится. Но готового к отправке состава на станции не было. Маневровый тепловоз, правда, как раз загонял на горку с десяток вагонов, но на них далеко не уедешь...

В этот момент из-за гаражей донесся быстро отдаляющийся шум двигателя «восьмерки» – ветеран еще раз свернул и с ускорением направился к выезду из гаражей. И тут Логинов наконец заподозрил неладное. Среди инвалидов, конечно, тоже встречаются лихачи, но...

Что «но», Логинов пока сформулировать не мог, но в следующий миг он уже бросился обратно. Взлетев на крышу, он выхватил телефон. «Восьмерка» была уже почти возле выезда из гаражей. Логинов спрыгнул вниз и помчался в тот самый тупик, откуда машина выбралась, звоня на ходу Аникееву.

– Да! – ответил тот.

– Леня, там сейчас на дорогу из гаражей «восьмерка» выедет!

– Ага, вижу! Уже выехала... Ко мне свернула! – после небольшой паузы ответил капитан.

– Так! Тогда это!.. – проговорил Логинов, заскакивая в тупик. – На всякий случай разверни пока свою машину, может, придется за этой «восьмеркой» проследить...

– Так это ж наш, товарищ полковник, он сам останавливается! – вдруг расслабленно проговорил Аникеев.

Логинов в этот момент добежал до того места, где недавно стояла «восьмерка». Освещение в тупике, как говорится, оставляло желать лучшего. Однако часть пятачка между гаражами была в зоне станционного прожектора.

Асфальта в кооперативах не было в помине. И Логинов, будучи неплохим следопытом, чуть наклонившись, различил на гравии свежие следы двух машин...

В его голове тут же мелькнула догадка.

– Падай, Леня! Это он! – заорал Виктор.

И тут же услышал в трубке приглушенные хлопки...

35

Гаражи остались позади. Два или три раза свернув, Нурди убедился, что преследования нет, и немного успокоился. «Восьмерка» направилась к выезду из Первухино в сторону Раменского.

Раньше движение в направлении этого райцентра Московской области было достаточно оживленным. Но после реконструкции федеральной трассы в прошлом году почти все пользовались новым ответвлением от нее. Потому что старая дорога не ремонтировалась давно и местами пришла почти в полную негодность.

Нурди, естественно, на качество покрытия было наплевать. «Восьмерку» он все равно собирался бросить.

Свернув в последний раз, он по дуге обогнул крайние дома поселка и невольно вздохнул:

– Шайтан!

К выезду из Первухино по другой улице быстро приближался милицейский «уазик». Разворачиваться было поздно, и Нурди просто слегка сбросил скорость. Он до последнего момента надеялся, что это просто совпадение. Однако, оказавшись на перекрестке, «уазик» остановился. Из него на дорогу выскочил милиционер с автоматом. «Уазик» сдал назад, становясь на обочину.

Милиционер поправил на плече автомат, скользнул взглядом по сторонам и наконец увидел «восьмерку». Из «уазика» тем временем начал выбираться еще один милиционер. У того автомата не было. Он тоже увидел машину Нурди и тут же сунулся в кабину...

Важиев покосился в зеркало. Других машин видно не было.

Милиционер без автомата захлопнул водительскую дверцу и шагнул к середине дороги. В его руке был жезл. Не дожидаясь, пока «восьмерка» приблизится, он включил его и не очень ловко сделал знак остановиться.

Нурди сбросил скорость. Милиционер с жезлом был офицером. Тот, что с автоматом, – старшиной. Бронежилет висел на нем кое-как, нижние застежки болтались с боков. Судя по виду, это был не слаженный экипаж патрульной машины, а «сборная» команда, которую спешно выдвинули перекрыть один из выездов...

Нурди остановился метрах в пяти от «уазика». Старшина с автоматом остался на месте. Лейтенант с жезлом направился к водительской дверце «восьмерки». Нурди заговорил первым:

– Здравия желаю! Извини, что не выхожу, брат! Рука в Чечне осталась! Что-то случилось?..

Говорил Нурди почти без акцента. И сразу протянул в окно фальшивое водительское удостоверение. На вклеенном в него фото Важиев был запечатлен в маске и парике.

– Здравия желаю... – небрежно, но все же козырнул милиционер.

Его взгляд скользнул по треугольнику «Инвалид за рулем» на лобовом стекле, потом переместился на Нурди. Важиев спокойно смотрел на офицера через очки. Тот взял протянутое водительское удостоверение и взглянул на него. – Никаких подозрительных машин не видели? – спросил он.

– Да нет... Только вспышку какую-то в стороне станции, террористы, что ли, опять?..

– Да бес его знает!.. – вздохнул лейтенант, возвращая удостоверение. – Подняли по тревоге, велели все перекрыть, я даже сигареты взять не успел... Не угостите?

– Конечно! – кивнул Нурди.

Он понял, что проскочил, и, расслабившись, сделал непростительную ошибку. Левая рука была занята водительским удостоверением, и Нурди к подчеркнуто «солдатским» папиросам «Беломор-канал», напоказ выставленным под лобовым стеклом «восьмерки», потянулся правой рукой, совершенно забыв, что она «осталась» в Чечне...

36

– Леня!!! – заорал Логинов, но тут в стороне дороги раздался взрыв, и связь прервалась.

Логинов выругался, сунул трубку в карман и одним махом взлетел на гаражи тупика.

У въезда ярко полыхала оперативная «Шкода». Слева за ней Виктор увидел мелькнувшую за забором желтую крышу...

Логинов тут же метнулся вправо, спрыгнул в проезд и вновь забрался на крыши гаражей. Мчась по ним к оставленной «Субару», он позвонил Ватлину:

– Нурди Важиев уходит на желтой «восьмерке» с инвалидным знаком от железнодорожной станции! Загримирован! Надо срочно сообщить местным!

– Понял! Сейчас свяжусь!

Промчавшись по длинному ряду гаражей, Логинов спрыгнул на обочину.

«Восьмерки» уже и след простыл...

– Твою мать!

Логинов рванулся в обратную сторону к стоящей в тени «Субару», на ходу отключил сигнализацию и буквально влетел на водительское сиденье. Машина с воем рванулась с места. Три секунды – и она уже остановилась напротив пылающей на въезде «Шкоды».

Логинов выскочил на дорогу и бросился к забору, поскольку через ворота к горящей машине было не подобраться.

– Леня! Леня! – позвал он на ходу.

Ответом был гул пламени. Логинов запрыгнул на забор. И тут же увидел тлеющее в нескольких метрах от машины человеческое тело...

– Леньчик!!! – заорал Логинов, прыгая вниз.

– Я здесь! Осторожно!.. – вдруг услышал Виктор, уже прыгнув с забора.

Голос был глухой, словно бы доносящийся сквозь вату. В следующий миг Логинов приземлился, но тут же почувствовал, как земля буквально разверзлась под его ногами.

– Черт!.. – вскрикнул Виктор, куда-то с приглушенным треском проваливаясь.

Падение завершилось ощутимым ударом о мягкий пол, и тут же совсем рядом Логинов услышал:

– Целы?.. Я же предупреждал!

На этот раз голос был вполне различимым, и принадлежал он, несомненно, Аникееву.

– Цел! А ты?..

– Башкой слегка стукнулся...

– Ну тогда давай выбираться отсюда! – решительно сказал Виктор, стряхивая с головы комья земли и щепки прогнивших досок.

– Давайте! Только позвоните мне сперва!

– Что?.. А-а!..

Логинов уже сообразил, что, отпрыгнув за забор, капитан провалился в заброшенный погреб с прогнившим перекрытием и потерял телефон.

Виктор позвонил, мобильный Аникеева отозвался под ногами жалобной трелью. Леня быстро откопал его и облегченно вздохнул.

– Все, прячь! Становись под стенкой! – поторопил его Виктор. – Руки в замок!

Леня встал в стойку, Логинов вскарабкался по нему наверх и осторожно перевалился через край ямы. Убедившись, что земля не обвалится, он лег на грудь и крикнул:

– Цепляйся!

Аникеев ухватился за руку Виктора и отчаянно заработал ногами. Логинов напрягся и выдернул его наверх. Леньчик, тяжело дыша, плюхнулся на землю рядом с ним.

– Волчьи ямы какие-то!.. – пробормотал он, оглядываясь на ряд погребов, которые предприимчивые первухинские автовладельцы понавыкапывали вдоль забора.

Логинов тем временем уже поднялся. Его взгляд скользнул по кем-то выброшенной тлеющей фуфайке, которую он сперва принял за обуглившегося Леньчика...

– Скажи спасибо, что в яму упал! – бросил Виктор. – Давай за мной! Нурди уйдет!

37

Нурди потянулся к сигаретам правой рукой, и его мешковатый пиджак вспучился на животе. «Шайтан!» – промелькнуло в голове чеченца. Он понял, что выдал себя. Но мгновением раньше в «уазике» ожила рация, и лейтенант оглянулся на старшину:

– Послушай, чего там!..

Чеченец поспешно бросил водительское удостоверение под стекло и той же левой рукой протянул в окно пачку «Беломора».

– Бери, брат, всю! У меня еще есть...

– Спасибо! – радостно кивнул, снова повернувшись, лейтенант.

Важиев едва сдержался от презрительной ухмылки. Этих ментов начальство даже рациями портативными не сподобилось снабдить...

– Да не за что! – пожал плечами Важиев. – Я в Чечне и без сухпая воевал, знаю, что почем... Ну, удачи!

– Удачи! – пожелал лейтенант вполне искренне.

Нурди собрался трогаться с места. Лейтенант сунул сигарету в рот и щелкнул зажигалкой. В этот момент от приоткрытой дверцы «уазика» донесся крик старшины:

– Эй, стоять! Из машины, быстро!

Сорвав автомат с плеча, милиционер нацелил его на «восьмерку» и стал короткими шагами подступать к водительской дверце.

– Ты чего, Прохор?.. – удивленно спросил лейтенант.

– По рации команда прошла: задержать любой ценой желтую «восьмерку» со знаком «инвалид»! Соблюдать осторожность, в ней опасный преступник...

Говоря это, старшина ни на миг не сводил глаз с машины. Мгновенно выстрелить Нурди не мог: мешали руль и стойка.

– Ошибка, что ли?.. – растерянно повернул голову лейтенант.

Важиев тем временем открыл дверцу и вылез из машины, придерживая левой рукой протез правой. Увидев его, старшина невольно расслабился:

– Ничего себе, опасный преступник...

Старшина опустил автомат. Нурди развернулся к дверце и прикрыл ее левой рукой. Лейтенант оказался у него за спиной. Старшина – с левой стороны. Что, собственно, Важиеву и было нужно.

Выдернув из-за пояса пистолет, он прямо из-под правой полы выстрелил.

– П-фук-фук-фук! – кашлянул «хеклер».

Улыбающийся старшина вдруг дернул головой и начал падать назад. На его лице появились три аккуратные дырочки. На то, чтобы понять, что это значит, лейтенанту понадобилось пару секунд. Нурди оказался намного проворнее...

Мгновенно развернувшись, он нацелил пистолет в живот милиционеру. Тот от неожиданности оцепенел. Такое он видел только в старом кино: из-под полы пиджака водителя «восьмерки» торчала «третья» рука. С пистолетом...

38

Перемахнув через забор к «Субару», Логинов метнулся за руль. Аникеев на ходу оглянулся на горящую «Шкоду».

– Да быстрее, твою мать! – крикнул Виктор.

– Хорошая машина была!.. – вздохнул Аникеев, падая на пассажирское сиденье.

Логинов тут же рванул «Субару» с места, проговорив:

– Хорошая!.. Начальство все кишки за нее выпустит!

– Я ж не думал, что это он... – виновато вздохнул Аникеев.

– Да никто тебя и не винит! Ищи быстро милицейскую волну! Ватлин местным ориентировку должен был передать!

Капитан потянулся к хитрой магнитоле «Субару». Переключив диапазон, он ткнул кнопку автопоиска. Табло быстро замигало, из динамиков послышались обрывки речи.

Логинов тем временем быстро доехал до развилки, притормозил и тут же свернул. Машина, оглашая дорогу рокотом, помчалась к перекрестку. Выехав на него, Виктор резко остановился и оглянулся по сторонам. «Восьмерки» нигде видно не было...

Тем временем автопоиск закончил работу и табло мигнуло. «Пи-пи-пиу!.. » – донеслось из динамиков. Капитан наклонился и ткнул пальцем в клавишу второго канала, на нем тоже что-то пищало, и Аникеев сразу переключился на третий.

– ...следую желтую «восьмерку» со знаком «Инвалид за рулем»!

Водитель не остановился, уходит по Лепсе в сторону улицы Толбухина! – наконец прорвался взволнованный голос на милицейской волне.

– Это он! – вскрикнул Аникеев.

– Ага! – кивнул Логинов, трогая «Субару» с места.

Машина двинулась по пустынной улице. Логинов пока не торопился. Он внимательно слушал переговоры...

– Внимание всем! Желтая «восьмерка» уходит со стороны Раменского к центру! – выдал торопливую команду Тюльпан-1. – Принять все меры к задержанию! Перекрыть центр!

На частоте прошли подтверждения приема. Потом опять вышел на связь Тюльпан-1:

– Тюльпан-5, доложите об изменении обстановки!.. Повторяю, Тюльпан-5, доложите, где находитесь...

– Тут что-то не так! – наконец быстро проговорил Логинов.

Названий улиц он толком не знал, но, где находится Раменское, по карте представлял. И «Субару» устремилась в ту сторону. Аникеев спросил:

– Что не так? То что Нурди к центру уходит?

– И это тоже! Но главное, что Тюльпан-5 пропал!..

39

– Жить хочишь, да?... – спросил Нурди.

Он перестал контролировать себя, и лейтенант наконец сообразил, что перед ним кавказец.

– Хочу... – с трудом сглотнул слюну милиционер.

– Тогда давай быстро к рации! – велел Важиев.

Лейтенант уронил сигарету на дорогу и на ватных ногах двинулся к «уазику». Нурди быстро оглянулся по сторонам и двинулся следом. У «уазика» он подошел к лейтенанту вплотную, упер «хеклер» в его поясницу и приказал:

– Не дергайся, да!

Расстегнув кобуру, Нурди быстро обезоружил милиционера и тут же велел:

– Докладывай начальству, что желтая «восьмерка» уходит к федеральной трассе! Быстро, биляд, я сказал!

– Тюльпан-1! На связи Тюльпан-5! – схватив микрофон дрожащей рукой, проговорил лейтенант. – Преследую желтую «восьмерку» со знаком «Инвалид за рулем»! Водитель не остановился, уходит по Лепсе в сторону улицы Толбухина!

– Принял, Тюльпан-5! Продолжайте преследование и сообщайте о маневрах преступника!.. – тут же отозвался по рации крякающий голос.

Лейтенант вопросительно глянул на Нурди. Тот велел:

– Все! Лажи микрофон и садись в машина!

Милиционер поспешно вскарабкался на сиденье «уазика».

– Пфук-пфук-пфук! – тут же выстрелил в упор в милиционера Нурди и торопливо захлопнул дверцу.

Обмякший лейтенант навалился на нее с внутренней стороны, голова с невидящими глазами уткнулась в стекло, по нему зазмеилась тонкая струйка крови...

Нурди тем временем бросился к старшине. Автомат чеченец оставил на дороге, а тело под мышки поволок к «уазику». Запихнуть его на заднее сиденье оказалось весьма непросто – за годы «опасной и трудной» службы в первухинской милиции старшина поднабрал с центнер живого веса.

– Свинья!.. – тяжело вздохнул Нурди, наконец захлопнув и заднюю дверь «уазика».

Прыгнув на водительское место, он вывернул руль и включил заднюю передачу. «Уазик» перевалился через обочину и съехал в кювет. Нурди отогнал его метров на пять от дороги, за большой щит с надписью «Добро пожаловать в Первухино!».

Вернувшись на дорогу, чеченец подобрал автомат и метнулся к «восьмерке». Далеко в стороне федеральной трассы виднелись проблески мигалок, доносился едва приглушенный вой. На окраине же все было по-прежнему: ни людей, ни машин. И Нурди Важиев рванул «восьмерку» в сторону Раменского...

40

Крайние дома пронеслись по бокам и вдруг закончились. Впереди показался пустынный перекресток. Логинов затормозил перед ним и огляделся. Ни людей, ни машин видно не было. Зато в ярком свете фар «Субару» в самом центре перекрестка поблескивали какие-то подозрительные пятна...

Виктор подъехал к ним и выскочил, держа в руке пистолет. Наученный горьким опытом Аникеев тоже рассиживаться не стал, а занял позицию за машиной, водя по сторонам стволом и вглядываясь в темноту.

– Гильзы! Еще горячие! – быстро сказал Логинов, вдруг наклонившись. – Девять на девятнадцать! Импортные!

– Смотрите, товарищ полковник! – крикнул из-за машины Аникеев.

Логинов инстинктивно подался в сторону, вскидывая пистолет. Капитан уточнил:

– За щитом! Справа!

Теперь и Логинов рассмотрел в темноте то, что заметил Леня. Это был выглядывающий из-за щита с приветственной надписью радиатор машины...

– Прикрой! – крикнул Логинов, бросаясь к обочине.

Аникеев сместился к передней части «Субару». Логинов скатился в кювет и зигзагом метнулся к щиту. Его силуэт исчез за машиной...

В этот момент капитан вдруг услышал сзади шорох. Резко присев, он повернулся с пистолетом к противоположной обочине...

41

Нурди Важиев рванул «восьмерку» с места, однако почти тотчас был вынужден сбросить газ. Дорога оказалась настолько плохой, что он рисковал сразу выбить шаровую опору и остаться вообще без «колес»...

– Проклятые свиньи, даже дорогу не могут отремонтировать... – пробормотал чеченец.

Впрочем, он быстро сообразил, что нужно держаться обочины – тогда хотя бы пара колес будет ехать по относительно ровной поверхности. «Восьмерка» увеличила скорость. Вскоре она добралась до нерегулируемого переезда. За ним дорога сворачивала за посадку и шла вдоль железной дороги. Нурди вгляделся в зеркало. Света фар сзади видно не было. Чеченец ухмыльнулся под маской...

Участок дороги, открывшийся за посадкой, оказался намного лучше, чем предыдущий. То ли принадлежал он другому району, то ли делали его абсолютно трезвые рабочие.

«Восьмерка» на скорости под сто километров в час устремилась в сторону Раменского. Нурди расслабился настолько, что даже замурлыкал себе под нос песню о храбрых воинах джихада, сражающихся против неверных...

Примерно на полпути к Раменскому Нурди собирался бросить машину и сесть в поезд, там как раз была узловая станция. Ну а дальше он мог оказаться где угодно. Осесть с деньгами и надежными документами где-нибудь в провинции не проблема...

42

Аникеев готов был выстрелить, но тут из темноты донесся писк. Шуршала где-то под обочиной обычная мышь-полевка...

– Блин! – вздохнул вспотевший от напряжения капитан.

Он быстро повернулся и увидел вынырнувшего из-за щита Логинова.

– Два трупа! – крикнул он на ходу. – Милиционеры! Выруби фары!

Аникеев метнулся в кабину и выполнил приказ. Виктор взбежал на обочину и, прикрыв с боков глаза руками, вгляделся в сторону Раменского. Потом бросился за руль.

– Габаритных огней не видно! Но уходить ему больше некуда! Пристегнись! – крикнул Виктор.

Аникеев потянулся за ремнем, Логинов стартовал. Дорога была плохой, и Виктор вильнул к не такой разбитой обочине. «Субару» загремела подвеской, но послушно разогналась до ста километров в час. Тряска была жуткой.

– Начальство нас кончит! – крикнул Виктор. – На велосипеды пересадит! Звони Ватлину!

Аникеев, с трудом попадая пальцами в клавиши, набрал номер.

– Капитан Аникеев, товарищ генерал! Мы с полковником преследуем Важиева! Он убил двоих милиционеров на окраине Первухино и предположительно уходит в сторону Раменского! «Альфа» на вертолете?.. Ясно... Ну тогда наземными средствами, если можно! Так точно, при обнаружении сразу доложим!

– Что?.. – спросил Логинов, не отрывая взгляда от дороги.

– Вертолет совершил вынужденную посадку возле федеральной трассы! Что-то с мотором... «Альфа» тормознула какой-то автобус, будет в Первухино минут через пять...

– Тьфу, как назло... – сплюнул Виктор. – Оп-па! Держись, Леня!

Впереди в свете фар виднелся неохраняемый железнодорожный переезд. И как раз в этот момент из-за изгибающейся дугой посадки вынырнул состав. Прожектор локомотива бесжалостным лучом прорезал ночь, басовитый гудок разнесся далеко вокруг. При подходе к станции состав, естественно, сбрасывал скорость, и Виктор вдруг понял, что пережидать им его придется очень долго...

«Субару» рванулась к переезду, где замигали красные глаза-тарелки на шлагбауме и пронзительно трезвонил звонок. Аникеев бросил взгляд в сторону локомотива и невольно вжался в кресло. Скорость-то состав хоть и сбрасывал, но все равно шел очень быстро.

Логинов смотрел только на дорогу. Стрелка спидометра поднялась до отметки «120». При этом мчалась машина по самому краю насыпи, черная пропасть кювета проносилась, казалось, сразу за дверцей Аникеева...

Капитан судорожно сглотнул слюну. Он боялся даже пошевелиться. Отвлекись Логинов хоть на мгновение, и им обоим были гарантированы положенные по штатному расписанию почести – только на закрытом гробу Виктора будет лежать полковничья фуражка с высокой тульей, а на его, аникеевском, более скромная капитанская...

«Субару» быстро приблизилась к переезду и влетела в сфокусированный свет прожектора локомотива. Ощущение было такое, словно салон машины с тонированными стеклами вдруг разом просветили огромной рентгеновской установкой. Аникеев даже рассмотрел бьющуюся на гипсово-белом виске полковника жилку. Но в остальном тот был спокоен, только слегка прищурился.

Машинист мчащегося локомотива предупредительно загудел. Три раза подряд. Логинов чуть наклонился и увеличил скорость. Гудок локомотива стал непрерывным, одновременно пронзительно завизжали тормозящие о рельсы колеса. Однако остановить тысячетонный состав с ходу просто невозможно, для этого нужен километр, не меньше...

Аникеев широко открытыми глазами заглянул, казалось, в пасть несущегося наперерез им локомотива и, зажмурившись, съехал вниз, насколько позволил ремень.

– Бу-бух!.. – простучала по переезду подвесками «Субару».

– У-у-а!.. – пронесся сзади гудок локомотива, тут же сменившись обычным перестуком колес.

– Испугался, Леньчик?.. – раздался рядом хриплый голос Логинова. – Вылезай! Нурди не мог далеко уйти на своей инвалидке...

43

Размышления Нурди прервал тревожный гудок локомотива, донесшийся сзади. С ним Важиев разминулся чуть раньше – состав прогромыхал навстречу «восьмерке» за посадкой.

Нурди сообразил, что поезд приближается к переезду. Чеченец снова замурлыкал свою песенку, но тут гудок повторился – раз, второй, а потом стал непрерывным...

– Шайтан! – напрягся Нурди, невольно косясь в зеркало.

Он вдруг понял, что означают эти гудки. За ним кто-то гнался...

Хвала Аллаху, какой-то запас времени у Нурди был. И он начал быстро осматриваться по сторонам.

Наконец наметанный глаз боевика отыскал удобный съезд впереди, а за ним и подходящее укрытие. Покосившись в зеркало, Нурди Важиев затормозил и съехал в кювет к лесопосадке. Проехав между деревьев, он загнал «восьмерку» за кусты, срезал несколько веток и сноровисто замаскировал ими машину...

Пару минут спустя Нурди с автоматом уже метнулся к заранее облюбованному пригорку на краю посадки. Бросив на его склон старую ватную куртку, боевик начал расправлять ее...

В этот момент слева из-за посадки вспыхнули два световых столба.

– Казлы ванючие!.. – проговорил Нурди, занимая позицию.

Фары быстро приближались. Вскоре Нурди расслышал характерный гул двигателя. Это была та самая спортивная «Субару», хозяин которой убил Аслана в «Персоле» и теперь шел за Нурди по пятам...

– Шакал... – выдохнул боевик.

Уперев локоть в ватник, он припал к прицелу. Машина быстро приближалась. Ее яркие фары здорово слепили Нурди, и он почти зажмурился. Боевик ждал, когда машина чуть свернет, притормозив на небольшом повороте...

Гул двигателя стал чуть глуше, фары скользнули по пригорку и ушли в сторону. Нурди прищурился и, нацелив автомат в точку чуть ближе лобового стекла «Субару», нажал на спусковой крючок.

«Ту-ду-ду-дух!..» – задергался в руках боевика «АКСУ».

44

– Ничего не пойму!.. – тревожно проговорил Логинов. – Свернул он, что ли?..

Дорога стала намного лучше, так что после переезда Логинов выжимал из движка с турбонаддувом почти все, на что тот был способен. А «восьмерки» видно все не было...

Впереди показался изгиб дороги. Однако он был вроде как «вогнутым», так что просматривалась дорога далеко вперед. И если бы по ней ехала машина, Виктор бы ее уже разглядел...

Логинов почувствовал опасность. Его взгляд метнулся к обочине – той, за которой располагались высокая лесопосадка и железная дорога. Никого Логинов там не увидел, зато вдруг разглядел на миг вспыхнувшие в свете фар за стволами в кустах крохотные яркие желтые пятнышки.

И тут же в голове Виктора пронеслась мысль: «Срезанные ветки!...»

И все мгновенно стало на свои места: пустынная дорога, поворот и пригорок справа...

– Ложись! – заорал Логинов, вдавливая педаль тормоза в пол.

Будто присевшая «Субару» с визгом заскользила шинами по дороге.

«Дух-дух-дух!» – загрохотал неподалеку автомат. «Пи-у!.. » – взвизгнула ударившая в воздухозаборник одинокая пуля. Остальные прошли перед лобовым стеклом, но сместить прицел было делом нескольких мгновений...

«Дух-дух-дух!» – ударила вторая очередь.

Однако за миг до этого Логинов инстинктивно рванул «Субару» вперед.

Окажись на ее месте обычная машина, это бы не помогло. Но купе разгонялось до ста километров за четыре секунды. И «Субару» сделала рывок вперед, словно пантера.

«Тресь-тресь-тресь!» – ударили пули в заднюю часть машины, разбрызгав стекло в салон.

– «Фу-урр!» – рыкнул движок.

Машина рванулась к противоположной обочине и сорвалась с нее.

«Ту-ду-ду-ду-дух!» – прогрохотала ей вслед торопливая очередь, но «Субару» уже «клюнула» носом, и пули прошли выше.

«П-пух!..» – содрогнулся от удара о землю корпус иномарки.

Однако приземление на заброшенное поле оказалось достаточно мягким. От серьезных травм Логинова с Аникеевым спасли ремни.

– За мной! – рявкнул Виктор, ткнув пальцем в кнопку карабина и выпадая из машины. – Твой левый фланг!

45

Раскаленные газы, вырвавшиеся из пламегасителя, на миг закрыли собой «Субару». А когда автомат умолк, Нурди вдруг увидел, что машина практически невредима.

– Шайтан! – брызнул слюной Нурди.

«АКСУ» снова загрохотал. На этот раз чеченец вроде бы целился наверняка. Но слишком мощной оказалась машина. Мгновенно рванувшись вперед, «Субару» ушла с линии огня, наискось метнувшись через дорогу. И пули угодили в заднее боковое стекло, зацепив стойку кабины...

Нурди вскочил на колено и с воплем послал вслед «Субару» третью очередь. Но чертово спортивное купе уже слетело с дороги, скрывшись за насыпью...

– Тварь! – гортанно вскрикнул Нурди Важиев.

Он все не мог до конца поверить в случившееся. Ведь в свое время боевик расстрелял столько машин на дорогах Чечни, что, казалось, оплошать не должен никак. А с «Субару» оплошал...

– Все равно убью, козел! – выдохнул Нурди, бросаясь к насыпи.

Высунувшись, он увидел силуэт головы справа и вскинул «АКСУ». Но тут слева вдруг грохнул неожиданный выстрел. Пуля свистнула буквально возле уха Нурди, раздался крик:

– Не высовывайся, Леньчик! Ползком, твою мать!

Инстинктивно пригнувшийся Нурди повернул автомат и полоснул короткой очередью на звук голоса. Но тут справа дважды раскатисто грохнул пистолет.

Нурди снова вжался в обочину.

– Молодец, Леня! Не давай ему высунуться! – донесся слева возглас. – Только патроны экономь! Понял?

– Да!

– С-суки! – свистящим шепотом выругался Нурди.

Он был опытным боевиком. И понял, что с двоими, укрывшимися за насыпью противниками, ему не справиться даже с «АКСУ». Слишком грамотно они заняли оборону...

В следующий миг Нурди Важиев уже съехал с обочины в кювет и метнулся к лесопосадке. Но не успел он пробежать и десяти метров, как на дороге грохнул пистолет.

Пуля свистнула рядом. Нурди прыгнул на землю и с разворота выстрелил по силуэту на дороге. Метнувшийся за ним человек упал и заорал:

– Прикрывай, Леня! Живым шакала возьмем!

Справа из-за обочины возник второй силуэт. Грохнула вспышка выстрела.

Но Нурди короткой очередью заставил залечь и этого противника.

Чеченец понял, что уходить нужно на рывке, пока есть патроны...

Приподнявшись на колено, Нурди двумя короткими очередями заставил противников вжаться в землю. В следующий момент он рванулся к посадке, домчался до деревьев и прыгнул.

– Бух! Бух!.. Бух! – донеслось от дороги.

Одна из пуль впилась в ствол возле Нурди.

– Лежать, суки!.. – заорал Важиев.

Высунувшись из-за ствола, он полоснул автоматом влево-вправо.

Противники упали на дорогу. Важиев прыгнул назад и снова выстрелил. «АКСУ» коротко громыхнул и умолк – патроны закончились...

Нурди швырнул его на землю и бросился к замаскированной «восьмерке».

Машина взревела двигателем и тут же рванулась за лесопосадку. Сзади загремели выстрелы, от попадания пули громыхнул багажник, разлетелось на осколки левое боковое зеркало...

Но «восьмерка» уже проломила низкий кустарник и через просвет между двумя деревьями выскочила к железнодорожному полотну. Важиев вывернул руль, машина с грохотом перевалилась через своеобразный бруствер и оказалась в достаточно широком приямке, тянувшемся вдоль щебеночной насыпи.

Надежно прикрытый от преследователей лесопосадкой и земляным валом, Нурди переключил передачу и помчался вдоль рельсового полотна прочь...

46

Виктор дважды торопливо выстрелил.

Однако «восьмерка» скрылась за посадкой и вдруг словно сквозь землю провалилась. Потом натужно загудел движок, что-то проскрежетало и... Логинов понял, что Важиев быстро уходит вдоль железнодорожного полотна.

– Звони Ватлину! – заорал он.

Сам Виктор метнулся через дорогу к противоположному кювету. «Субару» с распахнутыми дверцами негромко урчала мотором. Виктор прыгнул за руль и тронул машину с места, по дуге выворачивая ее к обочине. Проблема была в том, что из-за низкой посадки купе здесь выбраться на дорогу было нереально...

– Леня, в машину!!! – заорал Логинов, останавливаясь и наклоняясь к пассажирской дверце.

Аникеев чуть ли не кубарем скатился с обочины, крича в телефон на ходу:

– Вдоль железной дороги по направлению к Раменскому!.. Да, на той же «восьмерке»!.. Преследуем, товарищ генерал! – крикнул Аникеев, уже прыгнув в машину.

– Дверь! – рявкнул Логинов, трогая «Субару» с места. Выбрасывая из-под колес комья вырванной земли, машина помчалась вдоль обочины вперед. Метров через двести-триста впереди в свете фар показалось некое подобие съезда.

– Пристегнись! – велел Логинов.

Чуть притормозив, он юзом подлетел к съезду и тут же утопил педаль газа в пол. «Субару» рванулась наверх, грохнула днищем по краю обочины, но на дорогу выскочила.

Виктор вывернул руль, Аникеев прикипел глазами к плавно свернувшей лесопосадке. И крикнул:

– Вон он!

Логинов посмотрел в том направлении. Аникеев не ошибся: метрах в двухстах впереди за лесопосадкой колыхались в ночном небе светлые полоски. Это был свет фар «восьмерки».

Логинов увеличил скорость. Через минуту-другую он нагнал «восьмерку».

Какое-то время машины двигались параллельными курсами. Потом Логинов увидел впереди далекие фонари. И быстро сказал, увеличив скорость:

– Кажется, переезд! Как только я приторможу, выскочишь и к «железке»! А я попробую зайти ему в лоб! Понял?

– Да!

– Если что, стреляй на поражение!

«Субару» резко присела и остановилась. Аникеев выскочил из машины.

Захлопнув дверцу, он прыгнул с обочины в кювет. Логинов умчался по дороге к переезду. Аникеев по засохшей шуршащей траве помчался к посадке. Справа быстро приближалась «восьмерка». Как ни спешил Леня, он так и не смог увидеть ее.

Он только метнулся к первым деревьям, а машина уже с гулом проехала за ними.

Продравшись через кусты, капитан свернул и посмотрел ей вслед.

Габаритные огни у «восьмерки» не горели, но свет фар часто прыгал впереди. До фонарей переезда было около километра. Аникеев спрыгнул вниз и по свежему следу машины террориста побежал следом. На ходу он позвонил Логинову и коротко сообщил:

– Я у «железки»! Нурди проследовал к переезду!

47

Нурди Важиев оторвался от своих преследователей, но ненадолго. Вскоре он понял по свету фар, прорывавшемуся через лесопосадку, что чертова «Субару» выбралась на дорогу и едет параллельным курсом...

Важиев хотел было затормозить, но понял, что это без толку – преследователи сразу заметят его маневр. И тогда чеченец попытался выключить фары, но в темноте сразу же въехал на насыпь и едва не перевернулся...

Снова врубив свет, он помчался вперед вдоль «железки» в надежде, что впереди вот-вот покажется выезд. Но выезда не было.

Зато впереди Важиев рассмотрел семафор. И к этому семафору приближался поезд...

Нурди посмотрел в сторону лесопосадки. Свет фар за ней не просматривался уже минуты полторы. Это могло означать только одно: преследователи решили перехватить его у семафора. И Нурди остановился.

Выключив фары, он быстро выскользнул из «восьмерки» и метнулся к багажнику. Локомотив скользнул прожектором по посадке и начал поворачивать. Но прежде чем его свет ослепил Нурди, тот успел рассмотреть, что поезд пассажирский...

– Всэх рэзать буду!.. – прорычал Важиев, быстро присев за «восьмеркой». – Как свинэй!

48

«Субару» с рокотом приближалась к висящим в ночном небе за лесопосадкой фонарям. Логинов все ждал поворота, но так и не дождался. Деревья не расступились. Фонари освещали не переезд, а стрелку железной дороги...

Однако менять что-либо было уже поздно. Резко затормозив, Виктор выскочил из машины и помчался к деревьям. Выскакивая из-за них возле семафора, он вдруг увидел изогнутую цепь огней. К стрелке по другой ветке приближался пассажирский поезд.

Логинов осторожно подался к железнодорожному полотну и метнул взгляд вправо. «Восьмерка» Нурди была метрах в трехстах от стрелки. Она приближалась гораздо медленнее, чем рассчитывал Виктор. Все складывалось удачно...

Но только Логинов об этом подумал, как фары «восьмерки» вдруг погасли.

Виктор подался вперед и пробормотал:

– Что за черт?..

Метнувшись вправо, он пробежал несколько метров по направлению к машине и тут услышал короткий гудок. Логинов быстро оглянулся. Приближающийся к стрелке поезд заметно сбросил скорость. И Виктора вдруг обожгла догадка...

Он снова бросил взгляд в сторону «восьмерки», которую как раз осветил локомотив. Машина застыла у полотна с выключенными фарами. Нурди в салоне видно не было...

Логинов выхватил телефон и заорал, едва Аникеев ответил:

– Нурди за насыпь не уходил?

– Нет!

– Точно? А к лесопосадке?

– Нет! Я бы увидел! Он где-то возле машины!

– Черт! Он будет прыгать на поезд, Леня! – заорал Виктор.

В этот миг по стрелке прогромыхал тепловоз. Логинов, оказавшись в тени, тут же бросился за ним. Догнать его Виктор не пытался, поезд хоть и сбросил скорость, но двигался достаточно быстро. Но к третьему вагону Виктор поспел. Миновав уложенные в стеллаж запасные рельсы, он оттолкнулся от хорошо утоптанной насыпи и запрыгнул на подножку, больно ударившись бедром об опущенную из тамбура пластину.

Как учили его когда-то в «Альфе», в этом деле главное хвататься за передний поручень. Тогда неизбежным рывком твои ноги забросит на ступеньку.

Ухватишься за задний – этим самым рывком тебя забросит под поезд. Ну а там два варианта: или инвалидные салазки до конца жизни, или две половинки, если поезд ехал слишком быстро...

49

В свое время Важиев промышлял в Чечне разграблением составов – еще до того, как Салман Радуев взял его к себе в «Борз». С тех времен Важиев знал, что на стрелках и при прохождении поворотов составы тормозят... Так что шанс захватить поезд у него был. Вполне реальный.

Насыпь была щебеночной. Но вдоль нее обязательно должна была быть протоптана узкая тропинка. По ней ходят путевые рабочие – с лопатами и ломами или со специальной тележкой для измерения расстояния между рельсами.

Вот от этой-то тропинки и собирался отталкиваться Нурди...

Сбросив пиджак с протезом, он сунул пистолет в карман и подался к правому заднему крылу «восьмерки». Едва локомотив со слепящим прожектором проскочил мимо, Нурди Важиев на полусогнутых ногах бросился за ним и взлетел на насыпь.

В этот момент в стороне тепловоза раздался крик. Нурди понял, что федералы пытались обойти его, но теперь это было уже неважно. Нурди рывком ускорил бег и повернул голову в ожидании, пока сзади мелькнут белые полоски перил...

50

Присев на подножке вагона, Логинов всматривался вперед. Локомотив быстро миновал застывшую возле полотна «восьмерку», и машина словно бы растворилась в темноте...

Однако сквозь стук колес Виктор почти сразу расслышал характерный скрежет щебня. И тут же в его кармане забился телефон.

...а-а-ять! – донес ветер отчаянный вопль Аникеева.

Леня исхитрился углядеть метнувшегося к насыпи Нурди и теперь был полон решимости не дать ему уйти. «Как бы меня не шлепнул малый...» – пронеслось в голове Виктора. Но предупреждать Аникеева времени не было.

Впереди из темноты вдруг вынырнула смутная шаткая тень. Логинов распрямился, словно пружина, и прыгнул на спину Нурди.

– А-р-р!.. – захрипел сбитый с ног боевик.

Вдвоем с Логиновым они кубарем слетели с насыпи в приямок. Пистолет Виктор во время сальто-мортале потерял. Нурди оказался чуть в стороне.

Логинов быстро приподнялся и увидел блеснувшие в темноте зубы боевика. Не столько увидев, сколько почувствовав опасность, Виктор прыгнул на Нурди...

Пистолет дернулся в руке чеченца, но Виктор успел перехватить его запястье, и пули ушли в сторону.

– Шакал!!! – взвыл Нурди.

Он уступал Логинову в весе, но отчаянным рывком все же попытался сбросить противника с себя. А когда это не получилось, Нурди умудрился вывернуть из захвата вторую руку и тут же метнул ее куда-то вниз. Видимо, за ножом...

– На!.. – резко наклонился Виктор.

Он нанес «удар Зидана» – только не в грудь, а в переносицу чеченца.

Голова Нурди с глухим стуком откинулась, рука с пистолетом обмякла...

– Стоять!!! – донесся сзади сквозь стук колес голос.

Логинов инстинктивно пригнулся и заорал:

– Спокойно, Леня! Я взял его! Сюда, быстро! Вязать будем...

51

Майор Горов продолжал неустанно развлекать Груню, при этом внимательно наблюдая за обстановкой в клубе. Вернувшаяся за их столик Зоя озвучила его подозрения:

– Что-то охрана забегала...

– Да?.. – вроде бы удивленно спросил Степан и оглянулся. – Ну тогда схожу в туалет, а то еще закроют, чего доброго!

Поднявшись из-за столика, он направился к туалетным комнатам. Охранники зала сгруппировались в кучку и о чем-то взволнованно перешептывались.

Бдительность они потеряли окончательно, поэтому нырнувший за штору Горов смог пробраться к двери, ведущей на второй этаж лестницы.

Там затопали ноги, какой-то кавказец хрипло крикнул:

– Резо! Резо! Саламановых точно у поста завалили!..

– Не ори! – донеслось сверху. – Машину из гаража выгоняй! Быстро! Мы с Магомедом сейчас спустимся!

Шаги протопали за угол, грохнула тяжелая входная дверь. Прижавшийся к косяку Горов быстро оглянулся на штору и поспешно выхватил телефон.

– Горов, товарищ генерал! Кавказцы из «Персоля» сматываться собрались, «Альфа» скоро будет?.. Ага! Понял! Тогда встречаю...

Лицо Горова приняло сосредоточенное выражение. Снова подавшись к ведущей на лестницу двери, он осторожно тронул ручку, но замок оказался запертым. Горов начал примеряться, как лучше вышибить дверь ногой, но в этот момент сзади раздались шаги.

За штору нырнул один из охранников зала. Горов, пьяно шатаясь, тут же шагнул к нему:

– Брат, туалет у вас заперт, что ли?..

– Туалет у нас там, – немного удивленно проговорил секьюрити.

Допьяна клиенты у них набирались редко, и их сразу выводили...

– Ага! Спасибо... – кивнул Горов.

В этот момент он поравнялся с секьюрити и нанес ему короткий удар в солнечное сплетение. «У-уф!» – вырвалось из груди охранника.

Горов прекратил его муки нокаутирующим ударом в челюсть. Подхватив тело, он очень быстро заволок его за угол и там ощупал.

Огнестрельного оружия у секьюрити не оказалось, и лицо Горова скривилось в досадливой гримасе. Правда, на брюках под поясом охранника висел очень компактный электрошокер, и Степан на безрыбье позаимствовал его. Кроме того, нашарил в кармане пиджака связку ключей.

Один из них подошел к двери лестницы, и несколько секунд спустя Горов уже оказался на ней. Осторожно закрыв за собой замок, Степан скользнул к углу и выглянул из-за него. Справа, в конце коридорчика, виднелась дверь служебного входа. Возле нее стоял стул для дежурного охранника, но сейчас он был пуст...

– Угу!.. – сказал Горов, начиная понимать что к чему.

Дежурный охранник умчался выводить машину. Вверху находились Резо с Магомедом. Степан немного поколебался, потом беззвучно устремился вверх по лестнице. Весил он немало – около восьмидесяти восьми килограммов, но на теле тренированного «рукопашника» жира не было ни капли, одни мышцы. Так что передвигался Степан легко и стремительно.

Взбежав наверх, он подался к стенке и прислушался. Возле входа на второй этаж вроде никого не было, и Горов выглянул из-за угла. В этот момент за дверью туалета раздался звук воды, сливаемой в унитаз. Потом щелкнул запор, и в проеме показался кавказец с унылым землистым лицом.

Горов, возникший сбоку от него, словно черт из табакерки, окинул кавказца быстрым взглядом и тут же вырубил мужчину ударом в подбородок. Кавказец откинулся назад и грохнулся в небольшой умывальник.

– Отдохни пока!.. – произнес Степан, быстро притворив дверь и оглядываясь.

На шум никто вроде не обратил внимания. Горов сделал два быстрых шага и остановился. Слева из-за угла коридорчика доносились приглушенные голоса, один из них явно принадлежал женщине. Справа виднелся вход в шикарную приемную. Оттуда доносились подозрительные стуки.

Горов скользнул туда. Дверь оказалась закрыта, но не заперта. Степан приоткрыл ее. В большой квадратной комнате справа и слева из нее две двери вели в кабинеты. Стуки раздавались из-за левой двери...

Горов метнулся к ней. Дверь была заперта. Уже знакомый Степану голос командовал:

– Заворачивай во что-нибудь! Не так же его нести!..

52

Наручников у фээсбэшников при себе не было, собираясь в «Персоль», они даже не догадывались, чем закончится эта «увеселительная» загородная прогулка. Так что вязать Нурди Важиева пришлось ремнем Аникеева.

Убедившись, что руки чеченца надежно стянуты, Логинов быстро сказал:

– Посвети мобильным! Ближе!

Леня наклонился, Логинов раздвинул обтянутые маской челюсти чеченца и заглянул в его рот. С некоторых пор это стало обязательной процедурой, поскольку особо опасные террористы имели весьма вредную для здоровья привычку вставлять себе в зубы ампулы с ядом...

– Вроде нет... – сказал Логинов. – Но лучше кляп какой-нибудь вставить! А то начальство не простит, если что! Сообрази что-нибудь для кляпа, в темпе!

Аникеев похлопал себя по карманам, потом вдруг узрел светлое пятно на насыпи и быстро наклонился.

– Держите! – протянул он несколько секунд спустя Виктору пахнущий маслом кусок ветоши.

– Ага!

Логинов сунул кляп в рот Нурди и слегка утрамбовал его там. Аникеев, светивший ему, спросил:

– А он не это?.. Не задохнется?

– Да нет, эти твари живучие...

Словно в подтверждение слов Виктора Нурди Важиев приглушенно замычал и пошевелил головой.

– Вот видишь! Все в порядке! Клиент к транспортировке готов! Так что найди-ка быстро мой пистолет и в темпе звони Ватлину! – приказал Виктор.

53

Горов метнулся обратно к двери приемной и заблокировал ее. Как опытный боец, Степан очень не любил оставлять тыл открытым. После этого он вернулся к двери левого кабинета и снова припал к ней ухом. Судя по звукам, находящиеся там кавказцы уже что-то торопливо то ли упаковывали, то ли заворачивали. Степан прижался спиной к стенке и замер.

Наконец послышались торопливые шаги, замок щелкнул, дверь распахнулась.

– Давай! Быстро! – произнес все тот же голос – его владелец отступил в сторону, давая кому-то дорогу.

В проеме показался здоровенный кавказец – размером со снежного человека. Горов маленьким не был, но по сравнению с ним выглядел мальчиком.

Кавказец тащил на правом плече что-то не очень большое, но тяжелое, завернутое в содранную второпях штору.

Горов решил, что бить этого верзилу только кулаки портить. И тут же ткнул ему в шею электрошокер. Среагировать кавказец не успел – поклажа закрывала от него Горова. А тот сразу нажал кнопку, моля бога, чтобы аккумуляторы оказались не разряженными... Кавказец разом остановился, дернулся и вдруг рухнул назад в кабинет с таким грохотом, что даже Горов на миг испугался. И тут же из-за двери донесся совершенно дикий вопль:

– Ай! Сука! Нога!!!

После грохота и вопля, который, наверное, был слышен и на федеральной трассе, таиться смысла не имело, и Горов через распростершегося гиганта Магомеда заскочил в кабинет. В паре метров слева от входа полулежал кавказец помельче, с выпученными от боли глазами, обеими руками держась за ногу.

При виде Степана он выпучил глаза еще больше и спросил:

– Ти кто?..

– Врач, из «неотложки»! – быстро нашелся Степан, окидывая взглядом кабинет на предмет обнаружения еще какого-нибудь неучтенного кавказца. – Вызывали? Что случилось?..

От болевого шока мозг Реваза, видимо, частично отключился. И он торопливо проговорил:

– Нога сейф упал!

– А-а... Ну тогда сейчас обезболим! – сочувственно кивнул Степан, уяснив, что других лиц кавказской национальности в кабинете нет.

Быстро наклонившись, Горов ткнул в лоб Резо электроды. Электрошокер вжикнул, и кавказец враз «обезболился», откинувшись на ковер. Горов опасливо оглянулся на Магомеда, потом быстро обшарил Реваза. У того под пиджаком оказался пистолет. Сразу почувствовав себя уверенней, Степан обыскал и бывшего борца. Но у того никакого оружия не было...

Горов торопливо распахнул штору. В ней действительно оказался выдранный из стенки сейф. В этот момент Магомед закачал головой и сглотнул слюну. Горов с размаха тюкнул его рукояткой по черепу и выскочил в приемную.

Успел он как раз вовремя. По коридору приближались торопливые шаги.

Степан разблокировал дверь и прижался к стене. Дверь распахнулась, в приемную заскочил приземистый кавказец с пистолетом и крикнул:

– Реваз! Ты где?..

– Я здесь! – ткнул пистолет в висок кавказца Горов.

Тот начал вращательное движение, собираясь «взять» Горова на прием.

Однако Степан опередил его, ударив на противоходе коленкой в пах. Пистолет выпал из руки кавказца, сам он плюхнулся на карачки и простонал:

– У-у!..

Горов на всякий случай подался к двери и выглянул в коридор.

Скорчившийся кавказец тем временем украдкой потянулся рукой к пистолету.

Горов ударил его ногой по голове, опрокинул на спину и придавил подошвой обуви шею:

– Даже не думай, понял?.. А то твои гоблинские мозги вообще вышибу!

54

– Да, живьем, товарищ генерал! Находимся?.. Неподалеку от второго переезда в сторону Раменского...

– Не переезда, а пересечения путей! – перебил его Логинов. – Дай, я сам объясню! Не спускай с него глаз!

Только когда Аникеев присел и уткнул пистолет в шею Нурди, Логинов принял у него телефон. Боевик уже пришел в себя и теперь волчьими глазами зыркал из-под маски на оперативников. Опасен был Важиев, но фээсбэшники знали, с кем имеют дело.

– Дорога тут одна! – быстро объяснил Виктор. – И хреновая донельзя, так что или вертолетом, или... Да... Да! Добро, товарищ генерал! На «Субару»! Конец связи!

– Что?.. – спросил Аникеев, когда Логинов протянул ему трубку.

– Повезем сами! «Альфу» генерал сейчас выдвинет навстречу! Оркестра не будет, но прикрыть, в случае чего, смогут! Все! Потащили, Леня!

– К машине?..

– К дороге!

Логинов с Аникеевым подхватили Нурди под заведенные назад связанные руки и поволокли по склону к лесопосадке. Чеченец зашипел от боли, но на это никто не обратил внимания. И Логинов, и Аникеев смотрели по сторонам, готовые к любым неожиданностям...

Непросто поймать опасного преступника, но порой ещу труднее доставить его «по назначению» – в СИЗО. Сообщники ведь идут на все, чтобы отбить «подельника». Поэтому Логинов с Аникеевым не расслаблялись ни на секунду.

Протащив чеченца между деревьев, они остановились на краю посадки.

Логинов дал знак Аникееву остаться, а сам метнулся к дороге. Не заметив ничего подозрительного, он негромко крикнул:

– Жди! Я за «колесами»!

Минуты через полторы справа донесся мерный рокот. «Субару», резко развернувшись, приблизилась и остановилась. Логинов выскочил из машины и крикнул:

– Ты где, Леня?

– Здесь! – подал голос Аникеев.

Логинов скатился в кювет и метнулся к лесопосадке.

– Подъем, «ветеран»!

Втащив Нурди на дорогу, Виктор с Аникеевым запихнули боевика за спинки передних кресел «Субару», уложив его на пол. Втиснувшийся следом Аникеев уселся сзади, прижав Нурди ногами...

– Порядок? – спросил Виктор.

– Порядок!

– Ну тогда все!

Поставив на место откинутую водительскую спинку, Логинов сел за руль и тронул автомобиль с места. «Субару» помчалась к Первухино...

55

– Таарищ нальнык! Таарищ! Нэ нада! – визжал кавказец в надетых наизнанку трусах, которого Горов тащил за вывернутую руку по коридору. – Я очинь уважаемый чилавэк! Скажи скоко! Три тыща, пят?..

Это был тот самый клиент, у которого пропал телефон. Его Горов выдернул из номера, где он измывался над совсем молоденькой девушкой...

– Пшел, урод! – рявкнул Горов, пинком загоняя кавказца в приемную.

Там на полу лежали связанные друг с другом Магомед, дежурный охранник и кавказец с землистым лицом. Все уже более-менее очухались, но лежали смирно. Из приоткрытой двери левого кабинета доносился торопливый голос:

– Приедь, дарагой! За мной нэ станэт! Жду!

Говорил по телефону Резо. Его Горов связывать не стал, поскольку со своей ногой тот был не опасен. А вот о мобильном Горов второпях забыл...

– Ах ты, козлина! – заскочил в кабинет Степан.

Резо поспешно сунул отключенный телефон себе за спину. Капитан наклонился:

– Отдал!

– Ти кто ваабще, да!.. – спросил Резо. – Ти знаишь, на каго наехаль?

В голосе кавказца появилась уверенность.

– Я ж тебе сказал: доктор я! Костоправ! – недобро ухмыльнулся Горов и вдруг наступил на больную ногу кавказца.

– А-а!.. – завопил тот, инстинктивно выпустив телефон и хватаясь за ногу.

Горов быстро наклонился и поднял трубку с пола. Не обращая внимания на корчащегося от боли Резо, он вышел в приемную. Присевший под стенкой кавказец в трусах тут же завел свою песню:

– Таарищ начальнык! Сэм тыща, прашю...

– Заткнись! – бросил Горов и набрал номер, по которому звонил Резо.

– Уже выезжаю, Резо! Через пять минут буду! – без акцента торопливо проговорил тот, кто в телефонной книге значился как «Леонид Иваныч».

– Жду-жду! – отключив трубку, хмыкнул Горов.

– Таарищ начальнык!.. – тут же заныл кавказец в трусах.

– Пасть порву, моргала выколю! – прикрикнул на него Горов. – Короче, джигиты! Лафа ваша кончилась! Отсидите, сколько кому положено, и с чистой совестью, на «транспортнике» – к своему другу Саакашвили! Не примут самолет, с парашютом выбросим! Все ясно? Или есть вопросы по прыжковой подготовке?..

56

Минуты через три Логинов увидел вынырнувшую навстречу «Субару» из-за лесопосадки машину. По характерному расположению фар Виктор сразу определил, что это «Мерседес» из новых, «косоглазый»...

– Так!.. – сразу притормозил он, потянувшись к пистолету. – Леня, звони Ватлину! Что там с «Альфой»?..

Аникеев быстро связался с генералом и сообщил Виктору:

– Все в порядке! Это «альфовцы»! Они «мерин» у кавказцев возле клуба позаимствовали... Во! Сами звонят!.. Капитан Аникеев, УБТ! Да, приближаемся к переезду! Спортивная «Субару», купе! Вашу машину наблюдаем...

Пару минут спустя Логинов затормозил. Из вставшего у другой обочины «мерса», топая ботинками, посыпались «альфовцы». Двое сразу заняли «круговую» оборону, двое подбежали к автомобилю.

– Здравия желаем! Кого тут принимать, товарищ полковник?

– Леня, давай товар! – велел Логинов, откидывая на руль спинку своего кресла.

– Ого! А че это с ним? – спросил старший из «альфовцев», когда Нурди с заломленными руками вытащили на дорогу в свет фар.

– Маска! Под инвалида косил... – презрительно скривился Логинов.

– Ясно! Теперь не покосит! В браслеты и на заднее сиденье его! Ну что, по коням?..

– По коням! – кивнул Виктор.

– Я к вам в машину одного бойца подсажу, для страховки, добро? И пойдете головной машиной!

– Договорились...

57

«Альфовцы» подкатили к «Персолю» на микроавтобусе и с ходу заблокировали выходы. Горов быстро переговорил со знакомым командиром дежурного взвода. Вскоре пятеро бойцов во главе с ним уехали встречать Логинова с Аникеевым. Попутный микроавтобус они сразу отпустили, так что взяли напрокат «Мерседес» голого клиента. Тот не только не возражал, но был готов прямо так – в трусах и одном носке ехать к нотариусу, чтобы вообще отписать машину на Горова.

«Мерседес» с бойцами укатил, Горов остался в «Персоле» за старшего. И вскоре ему сообщили:

– Товарищ майор! Тут начальник районной милиции приехал. Хочет войти!

– Стоп! Минуту...

Отняв от уха служебный мобильный, Горов подался к окну и выглянул. У входа в «Персоль» стояла здоровенная черная «Ауди», возле нее топтался дородный милиционер в форме подполковника. Горов быстро вытащил телефон Резо и ткнул кнопкой вызова в «Леонида Иваныча».

Мент тут же потянулся к карману. Горов отменил вызов и снова приложил свой телефон к уху:

– Пропустите! Пусть идет прямо на второй этаж...

Некоторое время спустя на лестнице послышались шаги. Горов вышел встретить «дорогого» гостя в коридор. Тот окинул майора быстрым взглядом и козырнул:

– Начальник РОВД подполковник Ляпин! С кем имею честь?

– Оружие... – протянул руку Горов.

– Что?!

– Глухой, что ли? Оружие есть?..

– А по какому праву... – начал было мент, но Горов рывком подтащил его к двери бывшего кабинета Магомеда, где сидели истерзанные девочки из номеров.

– А вот по какому!!! Ты что, не знал, что тут происходит?! Или знал, но покрывал, сука?!.

Начальник РОВД фальцетом вскрикнул:

– Я офицер, и попрошу меня не оскорблять!

– Ты офицер?! – спросил Горов и, не выдержав, плюнул на погон мента. – Тьфу! Ты не офицер, ты сука продажная! И пойдешь по делу как пособник террористов! А вести его будет наш следователь, так что откупиться хрен получится! Уяснил?.. А теперь оружие, живо! – Забрав табельный «ПМ», Степан оглянулся: – Саша! Уложи эту гниду рядом с его дружками! Только обыщи как следует и ноги свяжи! А то еще со страху в окно выкинется!

Стоящий у двери приемной «альфовец» скомандовал:

– Сюда! Быстро! К стене! Руки! Ноги раздвинул. Стоять! Не двигаться...

58

В прокуренный зал круглосуточного первухинского кафе с бильярдом заскочил парень с блестящими глазами.

– Эй, пацаны, ша! Слушай, че скажу! «Альфа» в «Персоле» заколбасила всех «черных»! Сам видел – две машины натрамбовали! И начальника ментовки Ляпина с ними! Если не откупятся, Баклан с Дроном себе точно «Субару» купят!

59

– Вчера в Подмосковье, в ходе проведения спецоперации, сотрудниками управления по борьбе с терроризмом ФСБ был задержан Нурди Важиев, один из участников бандитского нападения отряда Салмана Радуева на Кизляр... – проговорила дикторша.

На экране телевизора двое дюжих спецназовцев выволокли из микроавтобуса какого-то человека с задранными сзади руками. На следующем кадре тот же человек, стоя на белом фоне, угрюмо отвечал на вопросы следователя. Его лицо украшали два симметричных кровоподтека под глазами, форма носа была другой, но это, несомненно, был Нурди, слишком долго знал его Астамиров, чтобы не узнать даже после пластической операции...

– Президент во время своего пребывания в Белгороде, – продолжила дикторша, – заявил журналистам ведущих телеканалов, что привлечение к ответственности всех участников бандформирований остается одной из приоритетных задач спецслужб. «Все, кто виновен в смерти мирных жителей, обязательно предстанут перед судом, где бы они ни скрывались», – подчеркнул глава государства...

В руке Хадама Астамирова забился мобильник. Чеченец с трудом оторвался от телевизора. Звонил Ашот.

– Да! Я слушаю!

– Ну что по нашему делу?

– Работаем... Все готово.

– Тогда это... Ты к Саркису подъехать можешь?..

– Да. Когда?

– Через полчаса. Нормально?

– Договорились... – отключив телефон, Хадам посмотрел на телевизор.

Там уже пошел международный обзор. Дикторша что-то говорила насчет палестинцев и израильтян...

60

– ...и что это за формулировка: «вследствие перестрелки при задержании особо опасного преступника»? Начальник управления с такой формулировкой вашу «Шкоду» не пропустит, а мне списание основных фондов до конца месяца надо оформить! Вы слышите, полковник? – переспросила бухгалтерша.

– Слышу-слышу... – вздохнул Логинов.

– Поэтому объяснительную нужно срочно переписать и плюс приложить к ней справку, подтверждающую, что машина действительно сгорела при перестрелке...

– У преступника ее, что ли, взять, который стрелял?..

– Зачем у преступника? Она же не будет иметь юридической силы. У следователя, неужели непонятно?..

В этот момент у Логинова на столе зазвонил прямой с Ватлиным телефон.

– Хорошо, я понял! Пришлю к вам Аникеева! Все! У меня начальство на проводе! – проговорил Логинов и грохнул трубку на рычаг. Потянувшись за другой, он сказал в нее: – Слушаю, товарищ генерал!

– Зайди, Витя!

– Есть!

Пару минут спустя Логинов был уже у Ватлина. Тот кивнул на стул:

– Ну как настроение, герой?..

– Да ни к черту!

– Не понял! А что так?.. – искренне удивился Ватлин.

– Да, бухгалтерия замучила этими списаниями! Аникеев пять раз объяснительную переписывал насчет «Шкоды», а теперь еще и справку какую-то требуют!

Ватлин понимающе посмотрел на Логинова и тут же потянулся к внутреннему телефону.

– Да! – недовольно буркнул в трубке начальник финансового управления.

– Приветствую, Иван Никифорович! Ватлин беспокоит... Ты вообще телевизор смотришь или как?.. К чему?.. Ты слышал, что президент сказал вчера насчет задержания Нурди Важиева?.. Значит, слышал... А ко мне вот зашел полковник Логинов, который за это задержание представлен ко второй звезде «Героя», и знаешь, что говорит?.. Что твои клерки, крысы бумажные, заставляют его по сто раз переписывать объяснительные, так что ему заниматься своими прямыми обязанностями теперь некогда... Это что, Иван Никифорович, саботаж? Или ты пока что террористов со своей оравой ловить будешь?.. Да-да, ты уж возьми этот вопрос под свой личный контроль, а то мне, понимаешь, Герою в глаза смотреть стыдно...

– Спасибо! – вздохнул Логинов, когда генерал положил трубку.

– Да не за что... – пожал плечами Ватлин.

Встав из-за стола, он шагнул к шкафу и открыл его. На столе появилась пузатая бутылка коньяка и две рюмки.

– Плесни, Витя, по чуть-чуть... – сказал генерал, снова направляясь к шкафу.

Логинов отвинтил пробку, Ватлин пошарил в верхнем отделении шкафа и достал свернутый в рулон большой лист ватмана. Пройдя к приставному столу, он развернул ватман, прижав углы предметами канцелярского набора. Потом потянулся за маркером.

– Выдам тебе один секрет, Витя... – сказал генерал. – Тогда, в степи под Первомайской, когда «Альфу» с «Вымпелом» гнали на террористов, как обычную пехоту, я дал себе слово, что не уйду на пенсию до тех пор, пока мы не достанем последнего из псов Радуева...

На лежащем на столе ватмане в прямоугольниках были наклеены фото и компьютерные «роботы» всех участников отряда «Борз». В верхнем прямоугольнике красовалась цветная карточка «человека с пулей в голове» – самого Салмана Радуева. Сперва фото было заштриховано черной решеткой – эта отметка появилась, когда Радуева взяли. А когда он умер в колонии, появилась другая отметка – красным маркером фото было перечеркнуто крест-накрест...

Взяв маркер, Ватлин склонился к фото Нурди Важиева и аккуратно прочертил на ней две вертикальные и две горизонтальные линии. Физиономия Нурди оказалась за «решеткой»...

– За справедливое возмездие, Витя! – поднял рюмку Ватлин. – Мы обещали, что выловим этих негодяев, и мы сделаем это!

Логинов кивнул. Выпив, они с Ватлиным опустили рюмки и одновременно посмотрели на последнее незачеркнутое фото. Располагалось оно почти посредине ватмана. Под ним аккуратным почерком Ватлина было написано:

«Хадам Астамиров»...

61

– Так когда?.. – тихо спросил Ашот.

Это был толстый кавказец с криминальным прошлым. С годами он превратился в преуспевающего бизнесмена, параллельно продолжая оставаться главой этнической преступной группировки и лидером армянской диаспоры.

– Можно завтра. У любовницы Болта день рождения. Будут гулять в «Яме»...

– Давай, дорогой! – кивнул Ашот, касаясь руки Хадама Астамирова. – Только чтоб наверняка!

– Заложим с запасом, – пожал плечами Хадам. – Чтоб всех, кто будет в машине...

– И чтоб чисто все было!

– Сработаем под дилетантов. А чтоб наверняка на тебя не подумали... У Болта заморочки с Лакмусом, так?

– Да. А что?..

– Можно подкинуть остатки взрывчатки из той же партии кому-нибудь из людей Лакмуса. Только тогда навести ментов надо...

– Надо подкинуть! Успеешь до завтра провернуть все?

– Да я-то успею... Только...

– За деньги, дорогой, не переживай! Сколько надо добавить?..

62

– В общем, держи контакт со следователем. Может, Важиев и даст какую ниточку к Астамирову! – сказал напоследок генерал Ватлин.

– Хорошо, – кивнул Логинов. – Я понял. Разрешите идти?

– Да нет, не торопись... – почему-то замялся Ватлин. – Тут еще одно дело, так сказать, деликатного свойства...

Три минуты спустя Логинов появился у себя на этаже. Был он мрачнее тучи. Не став заходить в свой кабинет, Логинов направился прямиком к комнате оперативников.

Увидев в двери шефа, Горов встал со стула и скомандовал:

– Товарищи офицеры! – Аникеев поднялся, и Степан, широко улыбаясь, продолжил: – Товарищ полковник! От «смежников» из «Альфы» только что поступило предложение закатиться в сауну, чтобы отметить, так сказать... – Тут Горов наконец оценил настроение Логинова и после паузы спросил: – Гм-м... Что-то случилось?

Логинов мрачно посмотрел на него, потом скосил вгляд на компьютер и ткнул в него пальцами с незажженной сигаретой:

– Что это за ерунда?..

Посреди монитора извивалась с расставленными ногами рисованная красотка. Из колонок доносился ее сладострастный голос:

– Раздень меня, милый! Я вся горю!..

– Так это... – неловко попытался закрыть собой монитор Степан. – Лулу, товарищ полковник... Рекомендована санупром Минобороны для снятия стресса после выполнения боевых задач... гм-м... на подводных лодках...

– Лулу, говоришь?.. – шагнул к столу майора Логинов. – А это что?..

Тут Степан растерялся вконец. Логинов тыкал пальцем в его дежурную литровую чайную чашку. В ней вообще ничего компрометирующего не было – просто засохшая заварка да коричневатый налет...

– Развели, мать вашу, антисанитарию! Пепельница почему полная?.. Короче! Лулу стереть, чашку отдраить с мылом, окурки выбросить! Как наведете порядок, ко мне в кабинет!

Грохнув дверью так, что она снова приоткрылась, Логинов вышел в коридор. Горов посмотрел на Леньчика:

– Ты что-нибудь понял?..

– Кажется, да... Гляди!

Аникеев тоже сидел за компьютером, только в отличие от Степана рылся в Интернете. И как раз в этот момент на экране ноутбука возник новый баннер: фото знаменитой телеведущей Оксаны Корчак с каким-то волосатым типом в очках. И надпись: «Новый бойфренд Корчак!»

– Блин, так его Корчак бросила! Вон где собака зары... – быстро проговорил Горов, и в этот момент на пороге вдруг снова возник Логинов.

Горов прикусил язык, но поздно.

– Я не подслушивал, – уточнил Логинов. – Просто дверь была открыта. Но для ясности докладываю: никто никого не бросал. Мы с Корчак расстались еще две недели назад. Вот... Так что дело не в ней.

– А в чем тогда, шеф?.. – со вздохом спросил Горов.

– Дело в том, – наконец прикурил сигарету Логинов, – что особым распоряжением директора ФСБ к нашей оперативной группе прикомандирован ответственный сотрудник Совбеза... Мало того, это женщина, молодая... И она является родной сестрой Зайцева...

– Того самого, что ли?.. – сделав большие глаза, ткнул пальцем в потолок Аникеев.

– Именно его, – кивнул Виктор, – того, который в Кремле... Так что сделать ничего нельзя. Поэтому я вас прошу: убраться, привести тут все в божеский вид, а потом сходить к коменданту насчет стола...

– Так она что, еще и сидеть с нами будет?.. – тихо проговорил Горов.

– Ты, Степан, очень догадливый! А еще она будет выезжать с нами на оперативные мероприятия... И вообще – отравлять нам жизнь ежечасно и ежесекундно! Теперь, надеюсь, до тебя дошло, почему я такой добрый?..

63

– А теперь сюрприз! На нашей сцене, уважаемые дамы и господа, сам Жора Маклярский! – объявил тип, одетый почти в точности так, как Буба Касторский в «Неуловимых мстителях».

Пьяные «господа» уголовники засвистели, их «дамы» – хмельные девицы от семнадцати до двадцати пяти – завизжали от восторга. Болт откинулся на спинку и посмотрел на свою Мурку, наслаждаясь произведенным эффектом.

Мурка, одетая в какое-то подобие свадебного платья, с визгом вскочила и прижала руки к груди:

– Сам Леня?! Болтусик, я тебя люблю!

Наклонившись, Мурка чмокнула уголовного авторитета. И тут на сцене действительно появился Жора Маклярский – настоящая звезда шансона, чьи песни про лагеря Мурка не могла слушать без слез.

– Жора!.. – завопила Мурка. – Жорик!

– Привет настоящим бродягам и их подругам! – переждав вопли, поднес к губам микрофон Маклярский. – Я очень рад оказаться сегодня в этом зале, где витает благородный воровской дух и все по понятиям!

Уголовники заорали и захлопали. Жора благодарно кивнул и продолжил:

– Сегодня я буду петь для вас и для ваших верных подруг! Ведь именно сегодня одной из них, прекрасной Мурке, исполняется восемнадцать лет! От всей души хочу поздравить именинницу и пожелать ей всегда быть достойной высокого звания воровской подруги! Подруги самого Болта, бродяги, который всегда и во всем поступал по понятиям, чем и снискал себе уважение и авторитет!

– Спасибо, Жорик! – по-свойски махнул певцу Болт. Он был доволен – Маклярский действительно оказался реальным пацаном, и немалые деньги, «засланные» ему Болтом, отрабатывал на полную катушку. – Спасибо, бродяга! Давай «Холодный эшелон»!

Жорик тут же сделал кому-то знак, и из колонок зазвучала фонограмма знаменитой песни, без которой уже пару лет не обходился ни один вечер в самом захолустном кабаке. Даже те, кто ни разу не был на зоне, очень любили припев песни.

Жорик хриплым голосом запел. Публика прослушала первый куплет, припев заорали все хором:

– На Ка-а-алыму, на Ка-а-алыму идет ха-алодный эша-алон!

Мурка, стоя за столом, то орала слова вместе со всеми, то заходилась визгом от восторга. Довольный Болт положил руку ей на ягодицы и привлек к себе...

64

Хадам Астамиров быстро посмотрел по сторонам. Потом повернулся:

– Давай, Иса!

Из задней дверцы на улицу вынырнул Иса Бакаев. Он был всего метр шестьдесят три сантиметра ростом и двигался практически бесшумно. Отойдя на пару метров, Иса словно бы растворился в ночи.

Хадам немного подождал и велел:

– Поехали!

За рулем сидел Ахмад Бериев. Этот был ростом под два метра, настоящий атлет. К тому же не черноволосый, а русый, что среди чеченцев встречалось редко. Ахмад тронул «девятку» с места.

Проехав несколько сотен метров вдоль железнодорожных путей, машина свернула влево, выбралась к проспекту и остановилась перед светофором, мигая правыми поворотами. Когда зажегся зеленый, «девятка» вывернула на проезжую часть. Впереди был путе-провод, проходящий над железной дорогой. «Девятка» ходко взобралась на него.

Справа тускло блеснули нитки рельсов. Где-то там, в темноте, сейчас должен был пробираться Иса. Дорога пошла вниз, за железнодорожными путями показался ресторан. Раньше он назывался «Под мостом», но потом его переименовали в «Ям». Правда, в народе называли это заведение не «Ямом», а «Ямой».

Именно там Болт сегодня отмечал восемнадцатилетие своей сопливой подруги. По этому поводу вся стоянка перед рестораном была заставлена машинами. И не только стоянка, но и тротуар. Джипа Болта среди них видно не было, его загнали в небольшой боковой дворик ресторана. Там иногда стояли машины самых почетных гостей.

Хадам скользнул взглядом по блестящей решетке «Инфинити», которая проглядывала за воротами. Рядом с ними на улице торчал джип поменьше «Мерседес Гелендваген». В нем ездила охрана Болта...

Все было вполне предсказуемо, так, как и рассчитывал Хадам. Спустившись с путепровода, «девятка» свернула направо, к троллейбусному управлению.

Астамиров покосился в зеркало и сказал:

– Сверни! Подождем!

Ахмад притормозил и остановился у обочины. Напротив располагался круглосуточно работающий продуктовый магазин, так что здесь то и дело останавливались машины. Поэтому привлечь к себе внимание «девятка» не могла.

Пару минут спустя ожила рация. Хадам по привычке не доверял в деле мобильным. Иса коротко доложил по-чеченски:

– Я на месте! Все нормально!

– Жди! – так же коротко ответил Хадам. – Поехали...

«Девятка» тронулась с места и вскоре свернула направо, к частным домам.

Перед ними располагалось здание старой школы, огороженное забором из сетки-рабицы. Территория школы была практически не освещена.

Машина притормозила, Хадам выскользнул из нее. Оглянувшись по сторонам, он нырнул в дыру в сетке. Машина отъехала.

Хадам словно бы растворился в темном школьном дворе. Вскоре он возник у угла школы и прислушался. На лавочках, на небольшом стадионе, несколько подростков пили пиво и бренчали на гитаре. Но они не были помехой...

Вскоре Астамиров оказался у дальнего угла территории школы. За ним была трансформаторная подстанция. Кирпичное одноэтажное здание без окон утопало в темноте, только слышно было, как за крепкими металлическими воротами гудит аппаратура.

Астамиров снова прислушался, потом извлек из кармана хитрый самодельный ключ. Именно на самодельные запоры запирались все подстанции, поскольку обычные замки легко курочили любители цветного металлолома.

Сунув трубчатый ключ в круглую щель, чеченец чуть дернул им. Укрепленная на штифте внутри трубки хитрая пластина с зубцами провернулась.

Хадам не без труда отыскал нужное положение. Наконец пластина попала в фигурную щель. Чеченец провернул ключ, мощный подпружиненный язык замка щелкнул, дверь подалась.

Секунду спустя Астамиров был уже внутри. Прикрыв дверь, он включил фонарик. Тонкий луч скользнул по ряду мощных электрических автоматов. Под каждым имелась табличка с названиями улиц. Хадам быстро поднес рацию ко рту...

За годы войны он неоднократно проходил подготовку в расположенных на территории Грузии и Турции лагерях и превратился в очень квалифицированного террориста. И даже перепрофилировавшись в наемного убийцу, покушение на заказанного Ашотом Болта Астамиров готовил по всем правилам – как теракт.

Ему предшествовала тщательная разведка и предварительные мероприятия. В ходе этих мероприятий у одного из пьяных монтеров был похищен ключ. Вчера же Астамиров провел пробное «веерное» отключение электричества и при помощи находившегося возле «Яма» Исы точно определил, какие автоматы ему нужны. Ну а сегодня Хадам заблаговременно разбил горевший на крыше подстанции фонарь...

– Готов? – тихо спросил Астамиров.

– Да! – ответил Иса.

– Начинаю!

65

– Спасибо!.. – картинно поклонился Жора Маклярский после последнего аккорда «Эшелона».

– Браво!

– Бис!

– Силен, бродяга!.. – завопили уголовники. Их подруги завизжали и захлопали, отбивая ладони. Провинциальным «машкам», которые совсем недавно делали в подворотне минет за сто рублей, льстило, что для них поет сам Маклярский. Мурка не выдержала и с молчаливого разрешения Болта помчалась к сцене с огромным букетом.

– Ну, Жорик, ну, блин, вааще!.. – затрясла она головой от избытка чувств, поцеловала Маклярского и сунула ему огромный букет.

– Спасибо! Спасибо... – закивал Маклярский, прижав к груди цветы.

По примеру Мурки с мест сорвались еще несколько девиц и бросились на сцену с цветами, чтобы лично подержаться за звездного шансонье. Пока длились объятия, к Болту быстро подошел хмурый тип и что-то прошептал на ухо. Болт удивленно глянул на вход, потом кивнул...

По знаку хмурого типа к Маклярскому, окруженному визжащими поклонницами, протиснулся «Буба Касторский» и что-то сказал. Шансонье, продолжая обнимать размалеванных девиц, махнул головой. Когда последняя из них наконец слезла со сцены, ведущий проговорил в микрофон:

– Пусть пока наш знаменитый Жора немного придет в себя от столь горячего приема, а именинницу поздравит уважаемый Ашот!

Уголовники разом умолкли и повернули головы к входу. В распахнутую дверь вошел толстый Ашот. Его сопровождали двое здоровенных гоблинов, они, едва войдя в зал, встали по сторонам двери. Глаза пьяных уголовников при виде кавказцев засверкали недобрым огнем.

Ашот, словно не замечая этого, с широкой улыбкой направился к Болту. В одной руке он держал огромный букет, в другой какую-то маленькую бархатную коробочку.

– Извиняюсь, что без приглашения! – подходя к поднявшемуся Болту и цветущей Мурке, проговорил армянин. – Просто проезжал мимо и узнал, что у тебя, дорогой, сегодня большой праздник! Вот и не сдержался, чтобы не поздравить!

– Спасибо, Ашот! Спасибо... – сдержанно кивнул Болт.

– Поздравляю, дорогая! Долгих лет! – изобразил ритуальный поцелуй Ашот.

Мурка приняла букет, Ашоту тут же поднесли бокал. Армянин произнес замысловатый тост, все выпили. Тип с хмурым лицом уже начал было уплотнять гостей, чтобы усадить на почетном месте Ашота, но армянин наклонился к Болту:

– Еще раз поздравляю, дорогой, всех благ! Извини, что не могу остаться! Работа, работа...

Болт с явным облегчением бросил через плечо:

– Бутылку лучшего вина дорогому Ашоту! От именинницы...

Хмурый тип проводил Ашота до двери. Перед выходом тот еще раз кивнул Болту, держа в руке бутылку коллекционного вина:

– Всех благ, дорогой! Всем здоровья, счастья! Спасибо!

Когда дверь за Ашотом и его гориллами закрылась, за столом раздались голоса:

– Уважает, сволочь черножопая, значит, боится...

– Приперся со своими гоблинами...

– Глаза б мои не видели этих сволочей...

– Ничего, бродяги, придет время, когда мы все окончательно возьмем здесь в свои руки! Это обещаю вам я, Болт! За это и выпьем!

– За Болта!

– За русских воров!

– За наше дело! – повскакивали на ноги уголовники.

66

Из ресторана доносился знаменитый хриплый голос Жоры Маклярского. По путепроводу сновали машины, но их шум был приглушенным. Расположенный под мостом «Ям» находился вроде как в акустической тени.

Из зала донеслись вопли и аплодисменты. И тут ряд фонарей, освещавших фасад ресторана, вдруг мигнул и потух...

– Че за ерунда!.. – тут же выскользнул из угловатого «Гелендвагена» один из телохранителей Болта.

Он быстро оглянулся по сторонам. В тот же миг открылась дверь будки вроде тех, в которых сидят охраняющие иностранные посольства милиционеры. У «Яма» в подобной торчал охранник автостоянки.

– Что за дела?.. – хрипло спросил у него телохранитель.

– Да это уже второй день такая катавасия, – сказал охранник, на всякий случай двигаясь вдоль ряда гостевых машин. – Что-то в сетях переключают...

Словно в подтверждение его слов освещение выключилось и за углом – на улочке, шедшей параллельно железной дороге. Телохранитель оглянулся на ресторан: там огни сияли вовсю, шансонье как раз завел свой новый хит.

Лениво потянувшись, телохранитель направился к охраннику. Встав так, чтобы видеть подходы к стоянке, они закурили. Несколько секунд спустя над их головами раздался треск...

67

– Давай, Жора!

– Давай, Болт!

Шансонье с авторитетом чокнулись и выпили. Маклярский спел уже почти все свои хиты, а «Холодный эшелон» – дважды. Теперь он сидел между захмелевшим Болтом и сияющей Муркой. Та в «пацанские» разговоры не лезла, поскольку за это можно было легко схлопотать от Болта по физиономии, несмотря на торжественность обстановки. Впрочем, торжественностью в «Яме» уже не пахло.

Уголовники успели перепиться, пару человек мирно спали в положении «мордой в салат», один сполз под стол, кто-то громко матерился на балконе...

Болт, как всегда, держал себя в руках, хотя принял на грудь не меньше остальных. Мурка сорвалась со стула и как культурная девочка сказала:

– Болтусик, я припудриться!..

– Э-э... Чего?.. – не сразу понял, о чем разговор, Болт.

– Припудриться я!.. – прижала руки к животу Мурка.

– А-а... Давай! – хлопнул ее по ягодице Болт, но промахнулся.

– Классная у тебя подруга, Болт! – пьяно прищурился вслед Мурке Жора.

– Так других не держим! – засмеялся Болт. – Как девятнадцать стукнет, на фиг с пляжа... Стоп, бродяга! Извини, протормозил! Мурка! Мурка! Рули назад!

Мурка вернулась и спросила:

– Да, Болтусик?..

– Ты че, блин, гостя без женской ласки оставить хочешь?..

– Так я ж только в туалет!

– Да при чем тут ты?.. Для Жоры быстро подругу организуй! Давай, скачи!

Мурка быстро сбегала в туалет, где пара воровских подруг уже двигалась по вене, быстро сделала свое дело и выскочила в зал. Минуту спустя она уже притащила к столу высокую худую девушку.

– Расскажешь, как там у вас чего будет! Поняла?.. – зашептала ей уже перед столом Мурка.

Девушка она была любознательная и с удовольствием сама бы легла под Жору, но Болт бы неправильно понял...

– Вот! – толкнула вперед худую Мурка.

– О! Кто это к нам пришел?.. – навел в глазах резкость Болт.

– Лулу! – изобразила книксен девушка.

– Жора! – поднялся с пьяной улыбкой Маклярский.

– Очень приятно!

– Накатим за знакомство! – махнул головой Болт, видя, что шансонье девушка понравилась. – Мур, организуй еще один стул!

68

– Начинаю! – сказал Астамиров.

Иса выключил торчащую в нагрудном кармане рацию и приготовился. Он находился в одной из усадеб тихой улочки, тянувшейся вдоль железной дороги. Дома здесь были старыми, одноэтажными, спать их пожилые хозяева ложились рано. Сразу за углом располагался «Ям»...

Фонари возле него разом погасли. Иса тенью метнулся вперед и под деревьями примыкающего к ресторану участка приблизился к высокому забору.

Еще вчера чеченец не смог бы этого сделать из-за злобного пса. Но вчера ночью псина отведала гостинец, подкинутый Исой через забор. А утром хозяева нашли у крыльца ее закоченевший труп...

Освещение выключилось и сзади, на улочке. Теперь заметить силуэт Исы над забором было невозможно. Чеченец беззвучно вскарабкался на почти трехметровую железобетонную плиту и соскользнул вниз. Справа располагалась стенка ресторана, без окон. Прямо за воротами стоял на улице джип «Мерседес». Догадайся его водитель включить задние фары, Исе было бы гораздо труднее выполнить задуманное. А так боковой дворик утопал почти в полной темноте...

Иса метнулся к задней части «Инфинити». Просвет у джипа Болта был дай боже – почти как у грузовика. Легко добравшись до передней части машины, Иса быстро вытащил из-за пазухи и установил под днищем «Инфинити» компактное взрывное устройство. На все про все у него ушли считаные секунды.

Беззвучно скользнув под днищем обратно, он метнулся к забору и вскоре оказался по другую его сторону. Здесь Иса прижался к железобетонной плите спиной и, включив рацию, едва слышно проговорил:

– Все!

– Понял! – не столько услышал, сколько угадал Иса ответ Хадама – рация была включена на минимальную громкость.

В тот же миг на столбах перед рестораном с приглушенным треском включились яркие газоразрядные лампы...

69

– Уважаю, Жора! – кивнул Болт. – За то, что ты реальный пацан. И «зону» топтал, и на «крытке» был! Оттого и песняки твои во где у людей! За тебя!

– Спасибо!

Рюмки звякнули. Болт поставил свою на стол и, потянувшись за куском балыка, спросил:

– Я тоже с «малолетки» начинал... А там кавказцы мазу держали, чуть на пики не поставили... С тех пор я с «черными» и воюю...

– Да, мне Витя Астраханский про тебя многое рассказывал! – кивнул Жора.

– Витек правильный пацан, мы с ним полгода на пересылке чалились... Так вот с тех пор у меня мечта – всем воровским миром выгнать «черных» с Урала! На ихний Кавказ, блин! И выгоним когда-нибудь!

– Правильно, Болт!

– Сам знаю... – подмигнул шансонье авторитет. – А у тебя есть мечта, Жора?

– Да у меня помельче...

– Ну-ну! Колись!

– Хочу записать и выпустить диск из песен, что люди по лагерям и крыткам поют! Типа блатного фольклора...

– Во! Это правильная тема! Молодец, бродяга!

70

Включив автоматы, Хадам быстро вернулся к выходу и выключил фонарь. Ключ он оставил торчать в двери, чтобы сэкономить время, так что запор Хадам открыл изнутри за торчащий шток. Высунувшись на улицу, чеченец прислушался. Никто в окрестностях подстанции за это время не появился.

Астамиров быстро закрыл дверь, не без труда вытащил хитрый ключ обратно и тенью скользнул за угол.

«Девятка» ждала его с другой стороны школы. Хадам забрался в нее и сказал:

– Поехали!

Ахмад, не проронив ни слова, тронул машину с места. Он был молчун. Хадама это вполне устраивало.

«Девятка» вернулась через путепровод на другую сторону железной дороги. Едва она остановилась на том месте, где вышел Иса, как у дверцы возникла вроде как бесплотная тень.

Дверца открылась, тень просочилась на заднее сиденье «девятки». Только здесь Иса сдернул с головы спецназовскую шапку-маску «ночь» и громко вздохнул.

– Порядок? – спросил Хадам.

– Да. Прилепил точно на место...

– Тогда поехали к «Адмиралу», – скомандовал Хадам.

Кафе, в котором обосновался недавно вернувшийся из отсидки авторитет Лакмус, располагалось на берегу Миасса. Людей под рукой Лакмуса было не очень много. Десятка полтора потрепанных машин стояли перед застекленным павильоном заведения кое-как. Никакой охраны возле «Адмирала» не было и в помине.

«Девятка» остановилась на берегу. Иса натянул свою шапочку и спросил:

– Так куда класть?..

Хадам едва заметно поморщился. Иностранные инструкторы его действительно учили как следует. И крепко-накрепко вбили в голову Астамирова, что террорист, если он хочет добиться успеха, должен по максимуму исключить из своего плана все случайности. У Хадама это было в крови. Но...

Но война закончилась. И теперь главное было не столько уничтожить цель, сколько сделать это так, чтобы не обнаружить ни заказчика, ни себя. Так что иногда приходилось полагаться на удачу. Как сейчас...

По уму, конечно, подкидывать взрывчатку следовало кому-то из людей ближайшего окружения Лакмуса. И не в машину, где тот ее мог в любой момент случайно обнаружить, а в гараж или в квартиру. Но людей на подготовку серьезной операции у Хадама сейчас не было. И Астамиров сказал:

– В любую тачку без сигнализации! Только чтоб подороже, а то еще случайно окажется... И запомни номер.

Иса кивнул. Дверь щелкнула, чеченца словно ветром сдуло с заднего сиденья. Не зря на войне у Исы было прозвище Ниндзя...

71

– А еще джип собираюсь купить, как у тебя, – «Инфинити»! – признался захмелевший Маклярский.

– Правильно! Машина зверь! Движок танковый, а кресла раскинешь – настоящий траходром, в натуре! Я Мурку на... Стоп! Хочешь покататься на моем «Инфинити», Жорик?..

– Да я ж это... – поднес палец к горлу Маклярский.

– Да все путем, бродяга! Гаишники мой джипер останавливать боятся! Мотнись к набережной, глянь, какая у нас красота на Урале! А заодно Лулу оформишь, комфорт оценишь! Блин, где опять эти девки?..

– Мы здесь, Болтусик! – крикнула Мурка, как раз вернувшаяся с Лулу из туалета.

– Жора с Лулу прокатиться хотят на набережную! Тихон, возьми ключи, проводи!

Хмурый тип тут же возник возле столика.

– Пару пацанов следом пошли, на всякий случай... – шепнул ему Болт.

Жора начал подниматься, Лулу с улыбкой схватила его под руку и заглянула в глаза.

– Вот бы с Жорой сфоткаться на берегу!.. – взвизгнула Мурка. – Можно и я с ними съезжу, Болт?..

– Свечку, что ли, держать?.. – по-хозяйски усадил подругу на колени авторитет. – Я тебя сам чуть позже сфоткаю, во всех ракурсах, в натуре... Давай, Жора! Зацени джипарь! Только рессоры мне, гляди, не погни! – крикнул вслед шансонье Болт, тиская Мурку за грудь.

Хмурый тип вывел Маклярского и счастливую Лулу во внутренний дворик ресторана. Та просто сияла. Мало того, что ее вез трахать сам Жора Маклярский, так еще на джипе Болта...

72

Иса вернулся, «девятка» тотчас тронулась с места. Вдоль берега она поехала к пересечению с проспектом. Слева виднелся подсвеченный памятник Степану Разину со смотровой площадкой. Именно здесь традиционно выпивали шампанское молодожены, после чего на счастье бросали бутылку в воды Миасса.

Сейчас у памятника было пусто, только на краю парковки стояли две блестящие иномарки, да прогуливалась возле них пара встретившихся для разговора местных бизнесменов... И тут со стороны проспекта донесся вой автомобиля. Бизнесмены быстро оглянулись.

На красный свет через перекресток к памятнику вылетел здоровенный джип «Инфинити». Под его радиаторной решеткой словно бы мигала новогодняя гирлянда. Несколько машин притормозили. Джип Болта знали все. Бизнесмены от греха подальше тут же заспешили к своим машинам...

«Инфинити» вильнул на парковку, играючи перевалился через высокий бордюр и направился в объезд памятника к ограждению набережной. И тут наконец рвануло...

Ярко освещенный памятник вдруг словно бы очутился в дымчатом хлопковом коконе. Из этого кокона во все стороны брызнули стремительные черные тени – запчасти от «Инфинити».

– Д-дух!.. – ударила звуковая волна.

Внутри белесого кокона полыхнула красная вспышка, потом в огне проступил черный остов огромного джипа. От кабины не осталось практически ничего. Свернувший за «Инфинити» к набережной «Мерседес Гелендваген» лежал на боку. А вот Стенька Разин стоял как ни в чем не бывало...

– Сворачивай! – хрипло приказал Астамиров.

По иронии судьбы их «девятка» едва не оказалась в зоне действия взрыва. Вот и доверяйся после этого случайностям...

Ахмад тут же свернул вправо, направив машину от набережной в город.

Хадам приложил трубку к уху.

– Да! – ответил Ашот.

– Ты у Саркиса? – быстро спросил Астамиров.

– Да...

– Тогда я сейчас подъеду!

– А что, что-то случилось?

– Да не знаю как и сказать...

– Хорошо! Жду!

Четыре-пять минут спустя Ахмад остановил «девятку» возле заведения Саркиса. Его клиенты разнообразием вкусов не отличались: стоянка была забита черными «Мерседесами» и черными же «БМВ» новых моделей.

Однако их владельцы теснились в общем зале. Астамирова же провели через боковой вход в огромный отдельный кабинет. Сидел там один Ашот, во взгляде его читалась скрытая тревога. Астамиров не стал больше испытывать терпение заказчика и с ходу сообщил:

– Я только что случайно проезжал по набережной. Джип Болта взорвался возле памятника. Только колеса остались!

– Вай-вай! – довольно ухмыльнулся Ашот. – Да что ты говоришь, дорогой? Какая жалость, а я его только недавно поздравлял в «Яме»! Совсем как живой был!

– А теперь совсем мертвый... – тоже ухмыльнулся Астамиров. – Запиши номер...

– Какой номер?.. – не понял Ашот.

– Машины, которая стоит возле «Адмирала» и в которой лежит в пакете взрывчатка из той же партии!

– А! Да-да! Давай!

Астамиров продиктовал номер, Ашот торопливо записал его на салфетке.

– Только чтоб голос был без акцента, – на всякий случай предупредил Хадам. – И чтоб телефон нельзя было засечь! У ментов определители...

– Само собой, дорогой! – кивнул Ашот.

Не успел он ткнуть пальцем в кнопку под столешницей, как в двери возник один из его гоблинов. Ашот по-армянски коротко проинструктировал его, потом протянул салфетку. Гоблин вышел, Ашот потер руки:

– Деньги у меня готовы, дорогой Хадам! Только дома! Разделишь со мной ужин, пока их привезут?..

– Я бы с удовольствием, Ашот! Но у меня еще дела... – поднялся Астамиров. – Так что я лучше подъеду позже. Часика через два...

– Как скажешь, дорогой... – проводил чеченца удивленным взглядом армянин.

73

– Прошу! – галантно пододвинул Логинов стул.

– Спасибо...

Будучи опытным оперативником, Логинов не упустил шанс окинуть свою гостью оценивающим взглядом сзади. Выглядела Анастасия Зайцева и с этой точки зрения безукоризненно.

Ей было около тридцати лет. Среднего роста, стройная, с выпуклой, но не чрезмерной грудью и скуластым личиком, ответственный сотрудник Совбеза выглядела роскошной женщиной – в деловом, а не подиумном стиле...

– Итак, Анастасия Семеновна, – сказал Логинов, опустившись на свое место, – во избежание недоразумений предлагаю сразу обговорить, так сказать, условия нашего сотрудничества...

– Простите, Виктор Павлович, но что тут обговаривать? Я прибыла в ваше распоряжение и готова наравне с другими оперативными сотрудниками участвовать в любых мероприятиях...

– Да? – сказал Логинов, окидывая «скромный», штуки в полторы-две баксов, костюм Зайцевой красноречивым взглядом. – Вы в этом, пардон, собираетесь участвовать в оперативных мероприятиях?..

– Ой! – спохватилась Анастасия. – Я просто сумку в джипе оставила, с джинсами и свитером! Так что с одеждой проблем не будет! Уверяю вас...

– Это, конечно, замечательно, но...

– Главная проблема не в одежде, а во мне, верно? И вы сейчас сидите и думаете: господи, ну за что на мою голову свалилась эта чертова баба! Или я не права?

– Гм-м... Кроме «чертовой бабы»... – вынужден был признать Виктор.

– Вот видите! На вас не угодишь... В данном случае я имею в виду не вас лично, а сотрудников силовых структур в общем. Ведь дня же не проходит, чтобы в своем узком кругу вы не пеняли на начальство: оторвалось, мол, от реальности, отгородилось кремлевскими стенами и шторками лимузинов и рулит страной черт знает как. Верно?

– В принципе да...

– Ну вот! А когда это начальство наконец пришло к вам, чтобы побывать в вашей шкуре и понять, что мешает сотрудникам спецслужб эффективно работать, а потом попытаться урегулировать эти проблемы организационно и законодательно, вы смотрите на него приветливым взглядом ротвейлера...

– Нет, в принципе идея, конечно, хорошая! И я двумя руками за! Вот только...

– Только вы никак не можете понять, почему это счастье свалилось именно на вашу голову, да? – улыбнулась Зайцева.

– Да, именно этот вопрос, Анастасия Семеновна, и терзает меня... – развел руками Логинов.

– Ну тогда я ваши терзания прекращу, Виктор Павлович. К вам я попала только потому, что вы позавчера задержали боевика, скрывавшегося от правосудия более десяти лет. Что говорит о том, что вы умеете эффективно работать, несмотря на организационные и законодательные огрехи системы. Для того чтобы понять этот процесс изнутри, я и стану на какое-то время одной из ваших подчиненных...

– Угу... – почесал кончик носа Логинов. – Дельно-дельно... Не думал, что в Совбезе настолько дальновидное руководство. Ну раз так, то предлагаю вам расположиться в моем кабинете! Тут уютно и в джинсы со свитером можно свободно переодеться...

– Виктор Павлович!.. – постучала ноготком по столу Анастасия.

– Да?..

– Я прикомандирована к вам в качестве рядового сотрудника. И никаких поблажек не потерплю. Просто потому, что тогда моя миссия потеряет смысл...

– Ладно, сдаюсь! – откинулся на спинку Логинов. – А чаю хотите?

– С удовольствием!

– Степан, что у нас насчет чая?.. – бросил в трубку Виктор.

– Сейчас будет!

– Давай... А у вас какие вопросы, Анастасия Семеновна?

– Да пока... А правда, что вы с Оксаной Корчак расстались? – вдруг быстро спросила Зайцева.

– Гм-м... Это что, тоже нужно Совбезу для разработки эффективного организационного обеспечения?

– Нет, это просто женское любопытство... Извините, не сдержалась, – виновато улыбнулась Анастасия.

– Расстались, – кивнул Виктор. – Извините, но без скандала... Просто вышел срок, вот и все.

– Разрешите, товарищ полковник! – заглянул в этот момент в дверь Горов. – Чай с круассанами подавать?

– Подавать!

– Леня, поднос... Дверь... – зашипел Горов в коридоре.

Секунду спустя выбритый и приодетый Степан внес в распахнутую Аникеевым дверь синий в цветочек поднос с неизвестно где раздобытым того же оттенка чайным сервизом – две тонкостенные чашечки с золотистой каемкой, ажурный высокий заварник и сахарница с торчащими из нее шипчиками...

Зайцева подобным сервисом была явно приятно удивлена. Логинов довольно улыбнулся. Горов для пущего эффекта нес поднос словно заправский дворецкий – на вытянутых пальчиках левой руки.

Дойдя до гостьи, он по-кавалерийски стукнул каблуками и представился:

– Майор Горов!

И все бы ничего, но при этом Степан в запале чересчур тряхнул головой. И сервис в его левой руке вдруг начал соскальзывать с подноса. Горов попытался спасти положение правой рукой, но только подбил ею поднос, так что вышло еще хуже. Ажурный заварник, совершив замысловатый кульбит через руку Горова, уронил крышечку и в полете выплеснулся на стол.

– А-ай! – тонко вскрикнула Зайцева, вскакивая.

– Йоперный балет!.. – выдохнул Горов, бросив грохнувший поднос и поймав заварник уже возле пола.

– Твою мать!.. – вскочил на ноги побледневший Логинов.

В обход стола он быстро направился к потерпевшей. Та стояла, растянув руками залитый чаем подол юбки, и растерянно смотрела на него. А опустившийся на колено Горов уже подхватил упавшие салфетки и бестолково тыкал ими в край юбки, приговаривая:

– Ничего-ничего, сейчас промакнем...

– Не обварил хоть?.. – делано-бодро спросил Логинов.

– Н-нет, – тряхнула коротко стриженной головкой Анастасия, со скрытой обидой посмотрев на него.

– Свободен!.. – ткнул в плечо Степана Логинов. – Забрал черепки и исчез!

– Я ж нечаянно... – бормотал Горов, торопливо собирая на поднос остатки сервиза. – Вышло так...

– Потом расскажешь! – сквозь зубы процедил Виктор.

Под его взглядом Горов оказался возле двери в один момент. Зайцева посмотрела ему вслед, потом повернулась к Виктору и растерянно улыбнулась:

– Это что, «прописка» была?.. Да?

– Да какая прописка?.. Это то, что заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет! Давайте ключи от джипа, принесу ваши вещи...

– Да-да, сейчас, – кивнула Анастасия и одной рукой потянулась к сумочке.

В этот момент у Логинова на столе зазвонил прямой телефон. Повернувшись, он снял трубку:

– Логинов, товарищ генерал!.. Так точно, познакомились... Да-да, все нормально! Как в лучших домах Лондона...

74

С крыльца аптеки сбежал Иса. Астамиров покосился на показавшуюся в зеркале милицейскую машину. После взрыва на набережной менты, конечно, зашевелились. В другой раз Астамиров обязательно бы переждал пик их бестолковой активности. Но слишком дорого сейчас было время...

Милицейская машина проехала мимо, замедливший при ее появлении шаг Иса нырнул на заднее сиденье.

– Купил?

– Да! – протянул пакет с заднего сиденья чеченец.

Астамиров сунул его прямо под лобовое стекло. Остановят менты, пусть видят, что люди в аптеку ездили, лекарства покупали...

«Девятка» тронулась с места. Иса на заднем сиденье устроился поудобнее, потом сказал:

– Так, может, лучше проститутку какую-нибудь?.. Заодно и...

– Нет! – отрезал Астамиров. – Совсем тупой? Ее же экспертиза смотреть будет! Останови... Давай за водкой! Живо!

Ахмад остановил «девятку» возле ларька, Иса выбрался и купил бутылку дешевого пойла. Вскоре машина припарковалась возле сквера. По указанию Астамирова Ахмад застелил заднее сиденье старым покрывалом.

После этого Хадам с Исой неспешно отправились по темной аллейке на охоту. В этот сквер часто заглядывали бомжи. Один из них, обходящий с двумя сумками урны и заглядывающий в них, вскоре привлек внимание Астамирова.

– Давай на лавку! – приказал он.

Иса тут же постелил на одной из лавочек газету, выставил на нее бутылку и пластиковые стаканчики. Когда бомж приблизился к ним, чеченцы уже напоминали пару обычных выпивох. Бомж сопя заглянул в стоящую у лавочки урну и начал их обходить. Астамиров бросил быстрый взгляд по сторонам. И тут же повернулся к бомжу:

– Если не за падло, выпей с нами, земляк!

Привыкший к тому, что на него просто не обращают внимания, бомж удивленно остановился. Он пытался понять, в чем тут подвох. А Хадам уже протянул ему соблазнительно пахнущий спиртом стакан:

– День рождения у меня сегодня! Отказываться нельзя! Понял? Держи!

Морщинистое лицо бомжа оскалилось в беззубой улыбке. Опасности не было – если бы его хотели побить, то били бы сразу, как это периодически делали ради самоутверждения банды озлобленных подростков. А тут случай был другой: мужик просто выпил по случаю праздника и воспылал любовью ко всем ближним...

– Благодарствую! – перекинув сумки в одну руку, взял стаканчик бомж. – Чтоб, значить, здоровье, счастье, богатство и... квартира!

– Спасибо! – кивнул Хадам.

Бомж выпил, Астамиров забрал у него стаканчик и протянул сигареты:

– Угощайся!..

Бомж потянулся к пачке грязной лапищей. Астамиров сказал:

– Да поставь ты свои сумки! Сейчас еще по последней накатим и разбежимся!

Бомж опустил звякнувшие сумки. Астамиров дал ему прикурить и спросил:

– Сам промышляешь, земляк? А женщина твоя где?

– Сам. Бабы наши быстро спиваются... Померла моя Нелька, царствие ей небесное...

– Ясно, – сочувственно кивнул Хадам. Наклонившись, он налил в стаканчик бомжа водки. Потом протянул и сказал: – О, слышь, земляк! У меня ж в гараже целый мешок бутылок! Все никак не выкину... Заберешь?

– Так а че за бутылки? Пивные? Али импортные, из-под коктелев?

– А тебе какие надо?

– Пивные. Из-под коктелев не беруть...

– Так у меня как раз пивные! Короче, сейчас подскочим, мне машину все равно в гараж ставить, заодно мешок заберешь!

75

– Привет! – сказал Виктор, входя в комнату оперативников.

– Здравствуйте, Виктор Павлович! – кивнула сидевшая за новым столом Анастасия.

Ее ладная фигурка была обтянута джинсами и строгим свитером грязно-зеленого оттенка. Но и в этом наряде Анастасия Семеновна выглядела очень даже ничего...

– Ну что, обжились уже?.. – спросил Виктор, присаживаясь на стол.

– Да.

– А охламоны где?..

– Курить пошли, – виновато улыбнулась Зайцева. – Я вообще-то не против, но комнатка просто маленькая, задохнуться можно.

– Это правильно, – кивнул Логинов, потирая красные глаза. – Я вчера накурился в такой...

– Бурная ночь, Виктор Павлович?..

– Вроде того, Анастасия Семеновна. Допрашивали под «химией» с секретной санкции суда Нурди Важиева...

– Что?.. – даже вскрикнула Зайцева. – А почему же вы не...

– А потому, дражайшая Анастасия Семеновна, что ваши бюрократы из Совбеза не передали нашим ваш допуск! А все это строго секретно...

– Черт!.. – тут же потянулась к телефону Зайцева.

– Можете не звонить, – сказал Логинов. – Допуск уже пришел, я только что уточнял... Иначе я бы не рассказал вам о допросе. Вот вам, кстати, и информация к размышлению...

В этот момент дверь открылась, в комнату вернулись Горов с Аникеевым. С Аникеевым Логинов виделся, с Горовым поздоровался за руку и сказал:

– Накурились, бойцы невидимого фронта?.. Тогда рассаживайтесь. Батька речь толкать будет... В общем, Важиева вчера «двигали» всем, чем можно, выпытали много интересного, но насчет Хадама Астамирова он ничего толком не знает. Но... Около года назад Хадам сам звонил Нурди, когда тот был в Дагестане. На телефон дальнего родственника. Астамиров интересовался, как Нурди перенес «пластику» и как себя чувствует после нее... В общем, я еще ночью связался с нашим управлением по Чечне. Те подсуетились и номер этого родственника установили. Ну а только что мне сообщили результаты обработки архивных данных мобильных операторов. Астамиров в момент звонка находился на трассе Екатеринбург – Челябинск. Сразу после разговора его телефон отключился. Ни эта сим-карта, ни «имейл» в трафике больше зафиксированы не были...

– Сразу грохнул телефон, – озвучил вывод Горов.

– Да, – кивнул Виктор. – Смерть Дудаева террористов кое-чему научила. В итоге мы имеем: год назад Астамиров собирался делать пластическую операцию и находился на Урале... А как раз там, в Челябинской области, если вы, Анастасия Семеновна, не в курсе, очень многочисленная и сильная кавказская диаспора. В свое время к тамошним ваххабитам даже Шамиль Басаев в гости ездил. В любом случае другой ниточки к Астамирову у нас нет. А посему с этой минуты мы начинаем плотно заниматься этим регионом. Так что записывайте, что кому надо сделать...

76

– Сумки в багажник! А сам давай назад! Гараж тут рядом... За минуту доедем!

Захмелевший бомж поставил сумки в багажник и залез в салон. За ним нырнул Иса. Астамиров уселся впереди. И только тут бомж разглядел, что все трое, включая водителя, кавказцы. В его голове шевельнулось нехорошее предчувствие, но Астамиров сказал практически без акцента:

– Поехали в гараж! Заодно земляку бутылки отдам!

Огромный водитель молча тронул машину с места. Обогнув сквер, «девятка» направилась по тихой улочке в сторону старых военных казарм. Там действительно располагались гаражи, и бомж мгновенно расслабился.

Хадам тем временем повертел головой по сторонам. Не увидев ничего подозрительного, он сказал водителю:

– Останови...

Сунув руку в бардачок, Хадам извлек небольшую ампулу с затертой от времени надписью. Из пакета под лобовым стеклом он вытащил шприц. Бомжа снова кольнуло нехорошее предчувствие, но Астамиров постарался его успокоить:

– Хочу промедолом догнаться! Ты в армии служил, земляк?..

– Служил!

– Мы на посту всегда так делали, – проговорил Астамиров, надпиливая и отламывая кончик ампулы. – Из аптечки по ГО шприц-тюбик взял, прямо через холошу кольнулся, и служба сразу в радость... Держал вот ампулу на праздник! Хочешь попробовать, земляк? Это как косячок, просто растащит немного!

Бомж наконец понял, чем объяснялась доброта его неожиданного благодетеля. И сказал:

– Да я вообще-то не по...

Астамиров тем временем осторожно набрал в одноразовый шприц содержимое ампулы и быстро развернулся. Лицо Хадама было улыбчивым.

– Да классная штука, земляк! – выпалил он и тут же вонзил шприц в бедро бомжа.

Тот вскрикнул, но его руки перехватил Иса.

– Сидеть! Классно будет!

В голосе Исы акцент улавливался ощутимо, но бомжу это было уже все равно. Астамиров уколол его и тут же выдернул шприц. Иса отпустил руки бомжа, но продолжил контролировать каждое его движение. Астамиров отвернулся, поднес шприц к своей ноге, притворно охнул и засмеялся:

– Во! Я тоже двинулся! Теперь поехали...

Машина тронулась с места. Никто бомжа больше не трогал, но все следили за ним. Иса сбоку, Астамиров глядя в зеркало...

77

– Разрешите, Виктор Павлович?

– Да, Анастасия Семеновна! – кивнул Логинов, собираясь затушить сигарету.

Но Зайцева сказала:

– Не надо... Я с вами покурю, если угостите...

Логинов бросил на нее внимательный взгляд и спросил:

– Устали?..

– Не то слово, – покачала головой Зайцева, плюхая на стол две толстенные папки и беря протянутую Логиновым сигарету. Прикурив, она кивнула, присела, дважды затянулась и сказала: – Никогда не думала, что работа оперативника такая муторная... Я проштудировала сводки за август и сентябрь прошлого года по Челябинской области. Кое-что отметила, но, по-моему, это не то...

– Хорошо, молодец, я сейчас же посмотрю ваши записи, – кивнул Виктор.

– И что теперь?

– Теперь?.. Теперь, Анастасия Семеновна, надо распечатать и просмотреть сводки за октябрь – ноябрь!

– Ф-фух... – покачала головой Зайцева. – Мне эти сводки уже по ночам снятся.

– Ну тогда это говорит не в пользу вашего друга...

– Какого друга?..

– Ну, бойфренда там или жениха, не знаю, как это у вас называется. Объясните ему, что работа трудная, релакс нужен, – серьезно сказал Виктор. – Иначе вы просто умственной нагрузки не выдержите.

– Да жених мой медным тазом накрылся... – вдруг печально улыбнулась Зайцева.

– О господи, что за лексикон, Анастасия Семеновна! – невольно засмеялся Логинов. – Тлетворное влияние Горова?

– Наверное... – удивленно посмотрела на него Зайцева.

– Эдак вы через недельку начнете матом говорить... – покачал головой Виктор. – Может, вам что-нибудь полегче придумать?.. Или хотя бы в мой кабинет пересадить?

– Да нет уж, Виктор Павлович! Назвался груздем – полезай в кузов... Буду как все, – упрямо покачала головой Анастасия. – А вы как релаксируете?.. Доброй порцией эля?

– Алкоголь на длинных дистанциях не помогает, – покачал головой Логинов. – Собственно, он и на коротких не помогает. В общем, я плаваю...

– В смысле, в бассейне?

– В смысле – да.

– А где, если не секрет?

– Не секрет. У меня недалеко от дома на Ленинградском в школе бассейн. Там я и бултыхаюсь...

– И что, помогает?

– Угу, – кивнул Виктор. – Плывешь себе на спине с прищуренными глазами, с бортика на тебя дамы поглядывают, ты поглядываешь на них, на стенках блики воды, играет музыка... Часик поплавал и вроде в Анталию слетал. Только сегодня не получится. Машина моя, как вы говорите, медным тазом накрылась. А пешком можно воспаление легких схлопотать. Не могу же я обезглавить коллектив в такой ответственный момент, верно?

– Так а дамы, которые с бортика поглядывают, что, не подвезут?..

– Не знаю, не пробовал. Я же туда отдыхать езжу, а не искать себе приключений. Я там инкогнито, Анастасия Семеновна, вроде прибитого жизнью предпринимателя. А поедешь с дамами кататься, сразу дешифруешься...

– Хотите, я вас отвезу и подожду? Вы так о бассейне рассказали, что мне захотелось посмотреть...

– Шутите? Если вы подвезете меня туда на своем «Хаммере», дамочки с бортика меня с ходу «спалят».

– Да я «Хаммер» третий день не вывожу из гаража. На «Мазду» пересела...

– Ну на «Мазде» можно... – кивнул Виктор. – А вы это хотите сделать, извиняюсь, по работе, в рамках препарирования оперсостава ФСБ под микроскопом, или из альтруистски-дружеских побуждений?

– Даже не знаю, – с улыбкой покачала головой Анастасия. – Это спонтанно, Виктор Павлович, а классифицировать, что к чему – голова не работает, честно...

– Ну тогда давайте... – кивнул Логинов, глядя на часы, – минут через сорок. Я посмотрю ваши записи и начальству отрапортую...

78

Тускло светящаяся секундная стрелка на часах Астамирова заканчивала вычерчивать третий круг, а бомж сидел сзади как ни в чем не бывало. Хадам разочарованно вздохнул. В этот миг на заднем сиденье Иса произнес:

– Спокойно...

Хадам повернулся всем телом. Бомж попытался поднять руку к горлу, но на полпути она замерла. Бомж выгнулся и разом обмяк. Астамиров быстро посмотрел на часы. «Две минуты пятьдесят три секунды!» – зафиксировал он в голове.

– Сворачивай!

«Девятка» свернула в сторону от старых четырехэтажек, скользнула ближним светом фар по глухому забору и остановилась в тени приткнувшихся здесь без чьего-либо разрешения металлических гаражей. Ахмад потушил все огни.

Астамиров потянулся за фонариком и направил тонкий луч света в лицо бомжа. Тот полулежал в углу с раскрытым ртом. Астамиров велел Исе:

– Пощупай пульс!

Тот выполнил приказ, приложив палец к шее бомжа.

– Еще дергается, – сообщил он.

Астамиров кивнул и снова посмотрел на часы. Ровно через минуту он велел Исе опять проверить пульс у бомжа. На этот раз Иса сказал:

– Готов...

Тут в кармане у Астамирова неожиданно зазвонил мобильный телефон.

– Шайтан! – проговорил Хадам, быстро вытащив мобильник. Звонил Ашот. – Да?..

– Ты где?.. – странным голосом спросил армянин.

– Да дело тут одно... А что?..

– Ты когда к Саркису подъедешь?..

– Через полчаса.

– Хорошо!

– Не понял?.. – пробормотал Хадам, отключив трубку.

Ашот явно был чем-то взволнован. Если бы он собрался «кинуть» Хадама с деньгами, то вел бы себя не так. Значит, тут было что-то другое...

– Так... – проговорил Астамиров, отбросив пока что мысли об Ашоте. – Иса, пощупай еще раз!

– Готов! – повторил Иса.

– Теперь быстро оглядись...

Иса выбрался из салона на разведку.

– Чисто!

– Тогда давай его сумки за гаражи...

Иса достал из багажника звякающие сумки бомжа и отнес их под глухой забор. После этого Ахмад с Хадамом вытащили на покрывале из машины самого бомжа и положили рядом.

– Покрывало куда-нибудь закинуть? – спросил Ахмад.

– Пусть лежит, – покачал головой Астамиров.

– Тогда поехали?..

– Еще немного подождем в машине! Вдруг оживет?..

По истечении трех минут Астамиров лично выбрался из «девятки», подошел к бомжу и наклонился. Тот был еще теплым, но уже мертвым. И Хадам победно улыбнулся...

79

«Мазда» «тройка» серебристого цвета стремительно вырулила со стоянки и влилась в поток машин. Логинов хмыкнул и потянулся за ремнем.

– Что, страшно?.. – не отрывая взгляда от дороги, улыбнулась Зайцева.

– Да нет, просто не люблю набивать шишки о лобовое стекло. Машину вы водите как-то не по-женски, Анастасия Семеновна. – Логинов пристегнулся ремнем.

– Ну так я ведь и не совсем женщина! – пожала плечами Зайцева. – Настоящие женщины сидят по домам и занимаются собой. А я пашу, как ломовая лошадь...

– Ну так в чем проблема? Вышли бы за какого-нибудь красавца-богача замуж да и занимались бы собой...

– Встречалась я, Виктор Павлович, с красавцами-богачами... – потянулась за сигаретой Анастасия.

– И что?

– Не возникло желания выходить за кого-нибудь из них замуж, приземленные они и скучные... Я вообще замужем только три месяца побыла. Выскочила в двадцать, еще студенткой. Он был уже состоявшийся человек, с положением. А я дура-дурой... Но быстро поняла, что мне это не нужно. Убежала и решила добиться чего-то в жизни сама. И сделала себя... Брат ведь только недавно так высоко воспарил, а я к тому времени была уже начальником регионального управления охраны при МВД. Вот так!

– Гордитесь собой?..

– Да! Только усталость за эти годы во мне накопилась...

– Ясно, – сказал Виктор.

– Что ясно?..

– Диалектика. Единство и борьба противоположностей...

– Это вы к чему?

– Вы что, философию не учили в своем вузе?

– Самый нелюбимый предмет был.

– Зря. Усталость ваша оттого, что в вас подспудно, но непрерывно борются женское и мужское начала...

– Да?.. А я об этом как-то не думала... – проговорила Зайцева и вдруг умолкла.

80

На этот раз милицейских машин чеченцам по дороге почти не попадалось.

Астамиров ухмыльнулся. Это означало, что по анонимному звонку, организованному Ашотом, менты уже отыскали взрывчатку и теперь все силы стянули к набережной в район «Адмирала»...

У заведения Саркиса все было по-прежнему. Астамирова провели в кабинет Ашота. Хадам вошел, армянин сразу вскочил на ноги и вскрикнул:

– Как такое могло случиться?..

– Какое?..

– Ты что, не знаешь?..

– Нет.

– В джипе был не Болт!

– Что-что?..

– Ты взорвал Жору Маклярского! Ты что, не видел, что это он?!

– Это точно?.. – спросил Астамиров.

– Да! Конечно!

– Ф-фух!.. – проговорил Астамиров, без приглашения опускаясь на стул.

По кавказским понятиям это можно было расценить как оскорбление, но сейчас было не до того...

– Ты чем думал, а?.. Зачем было взрывать Маклярского?!

– Пожалуйста, сядь, Ашот, – спокойно сказал Хадам. – Я сейчас все объясню...

В первый миг армянин хотел было возмутиться. Однако во взгляде Астамирова было нечто такое, что заставило Ашота умерить свой гнев.

Вообще-то он мало что знал о чеченце. Его просто порекомендовал армянину один очень уважаемый кавказец как специалиста по деликатным убийствам. С гарантией. При этом кавказец намекнул, что Хадам участвовал в громком деле – устранении самого президента Чечни в Грозном, на стадионе. И не просто участвовал, а был одним из тех, кто непосредственно готовил дерзкий взрыв.

И Ашоту вдруг пришло в голову, что если Хадам, являясь «кровником» клана Кадыровых, да фактически и самого Кремля, был до сих пор жив, то кричать на него, пожалуй, не стоит...

81

Свет в бассейне был выключен, машин возле школы не было, на двери белело объявление. Логинов хмыкнул:

– Ну вот, какие-то технические проблемы... Будете фиксировать как фактор, мешающий полноценной релаксации оперсостава для последующего законодательного урегулирования, Анастасия Семеновна?..

– Ну вы и язва, Виктор Павлович! – посмотрела на Логинова Зайцева.

– Извините. Это я от расстройства... Ну что тогда, по домам?

– Что-то не хочется домой... Может, чаю где-нибудь попьем?

– Давайте. Тут есть возле Белорусского «Кофе-хауз».

– Не люблю «Кофе-хауз». Давайте лучше я вас в одно кафе свожу. Тут тоже недалеко...

Кафе располагалось в стороне от центра, в подвальчике. Называлось оно как-то по-восточному. Официант зажег на столе свечу в стакане и ушел за чаем. Над столиком в аквариуме лениво плавали рыбки...

– Ну как вам здесь, нравится?.. – спросила Зайцева.

– Угу, – кивнул Виктор, оглядываясь.

Свет в кафе был приглушенным, из-за высоких деревянных перегородок кабинок доносились тихие голоса, звучала умиротворяющая музыка...

Попивая чай, Логинов с рассеянной улыбкой посматривал на Анастасию. В мерцающем свете свечи ее личико вроде как заострилось. Маска ответственного сотрудника Совбеза куда-то подевалась, под ней проступило лицо усталой молодой женщины, которой так не хватало в этой жизни счастья – обычного, человеческого.

– О, Настя, привет!

Зайцева быстро оглянулась. В кафе вошла и тут же направилась к их столику молодая женщина лет тридцати – в короткой юбке, под которой играли приятные округлости, и с весьма симпатичным лицом, окаймленным белыми кудряшками.

– Привет, Оля! – Зайцева привстала и расцеловалась со знакомой. Та метнула на Логинова оценивающий взгляд. Анастасия представила соседа по столику: – Это Виктор... коллега по работе. Ольга...

– Очень приятно!

– Мне тоже...

Ольга решительно положила сумочку на их столик, так что поднявшемуся Виктору ничего не оставалось, как поухаживать за ней. Отодвинув стул, он помог даме сесть. Ольга была заметно навеселе и нетерпеливо вскинула руку:

– Официант! Один мартини сюда! – Тут же повернувшись к Логинову, она осведомилась: – Женат?

– Нет...

– А почему не пьешь? На машине?..

– Нет. Просто веду здоровый образ жизни.

– Да?.. Молодец! Здорово... Тогда сядешь за руль, а то я что-то сегодня перебрала... – Только тут спохватившись, Ольга повернулась к Зайцевой: – Надеюсь, ты не против, если твой коллега довезет меня до дома, Настя?..

– Против. Категорически... – обожгла Ольгу взглядом Зайцева.

В этот момент подкравшийся тенью к столику официант поставил перед Ольгой бокал с мартини. Ольга кивнула официанту, бросила быстрый взгляд на Виктора и снова перевела взгляд на Анастасию. – Так вы это... – вздохнула она. – Извини, Настя, я не поняла... Тогда не буду мешать... Что за день?..

Быстро поднявшись, Ольга подхватила сумочку с бокалом и направилась в глубь кафе. Логинов проводил ее долгим взглядом.

– Если я что-то не то сказала, прошу прощения, Виктор Павлович! – вдруг быстро проговорила Зайцева. Виктор повернулся и увидел, что Анастасия уже торопливо достает из сумочки деньги. – Счастливо оставаться!..

– Анастасия Семеновна... Настя, ты чего?

– Я что, не вижу, как ты на нее смотришь?..

– Кажется, вечер перестает быть скучным, – хмыкнул Виктор. – Релакс попер!

Зайцева швырнула на стол пятьсот рублей и начала подниматься.

– Так ты остаешься?..

– Нет. Я ухожу с тобой.

– Она тебе не нравится?..

– Ольга?.. – оглянулся поднявшийся Виктор. – Почему? Нравится... Но ты мне нравишься больше!

82

– Так как такое могло случиться?.. – спросил Ашот, опустившись на свое место.

– Болт никогда и никому не давал свой джип, – объяснил Хадам. – А Маклярскому дал. Поэтому это и случилось...

– Но...

– Подожди, Ашот, – провел ладонью по лицу Астамиров. – Понимаешь, для того чтобы точно видеть, кто садится в машину, надо было обставить Болта кучей наблюдателей. А их обязательно бы рано или поздно заметила охрана Болта... Но и это еще не все. Даже если бы я видел, что в машину садится не Болт, я бы уже ничего не смог сделать, – вздохнул Астамиров.

– Не понял?..

– Мы использовали не радиоуправляемый, а ударно-вибрационный взрыватель...

– Чего-чего?..

– Мы использовали очень простой взрыватель, который реагирует на вибрацию и на удары. То есть взрыв произошел самопроизвольно, без нашего участия.

Ашот стал наливаться краской. С трудом держа себя в руках, он не столько проговорил, сколько прошипел:

– Я, по-моему, заплатил достаточно, чтобы можно было поставить не дешевый, а самый дорогой взрыватель!

– И этим самым навести дружков Болта на тебя?..

– Что?!

– Ашот, у ментов нет своих взрывотехников. Поэтому на набережной уже работают спецы ФСБ из Челябинска. И, каким бы сильным ни был взрыв, они установят и тип взрывчатки, и тип взрывного устройства...

– Так... – проговорил Ашот. – И что?..

– А то, что это как визитная карточка подрывника – где служил, у кого учился... Короче, если бы я поставил на джип нормальное, стопроцентно надежное взрывное устройство, эксперты-взрывотехники раскусили бы, что тут работал либо бывший грушник, либо подготовленный террорист. И тогда делом занялась бы ФСБ. А поскольку в окружении Лакмуса никаких бывших грушников нет, то очень скоро эти псы начали бы «просвечивать рентгеном» кавказцев. И в конце концов вышли бы на тебя...

Астамиров умолк, Ашот провел ладонью по взмокшему лбу. От перспективы оказаться «под рентгеном» ФСБ его невольно бросило в пот. Там уж не откупишься...

– А так, Ашот, эксперт сейчас соберет на набережной железки и настрочит в своем заключении, что СВУ на джип присобачил какой-то недоумок по содранной из Интернета примитивной схеме. А поскольку недоумков у Лакмуса хватает, то одного из них менты и «раскрутят» на полную катушку как взрывника. Понимаешь теперь, дорогой?..

Ашот потянулся рукой к бутылке боржоми, налил воды в стакан, жадно выпил и сказал:

– Понимаю. Но Болт-то жив...

– Ненадолго... – ухмыльнулся Астамиров. – В любом случае это лучше, чем он был бы мертв, но в тебя вцепилась ФСБ, а за ней и русские воры.

– Не говори про эту чертову ФСБ, – передернул плечами Ашот. – Давай лучше о Болте... Как теперь его убивать будешь?

– Так, чтобы никто не подумал на тебя, дорогой Ашот. В общем, есть одна мысль... Ты сможешь точно узнать, где будут хоронить Маклярского?

– Маклярского?..

– Ну да. На его-то похоронах Болт будет по-любому... Смекаешь, дорогой?

83

«Мазда» пикнула, мигнув блок-фарами. Зайцева швырнула сумочку на заднее сиденье. Логинов уселся рядом. Анастасия наклонилась к нему, чтобы отключить расположенную справа от рычага коробки передач блокировку, потом сунула ключ в замок зажигания. Приборные панели вспыхнули мягким светом.

Посмотрев на термометр, Зайцева поежилась и включила обогрев салона.

Логинов молча наблюдал за ее манипуляциями.

– Извини! – наконец сказала Зайцева, не глядя на него. – Не знаю, что на меня нашло... Вообще-то я не такая. Сигарету твою можно?

– Да, пожалуйста...

Прикурив, Анастасия жадно затянулась. Потом сказала:

– Ты обо мне теперь подумаешь черт знает что, да?..

– Вообще-то нет, но даже если и подумаю: какое это имеет значение для женщины, которая сделала себя и занимает, по существу, генеральскую должность в Совбезе?..

– Издеваешься, да?.. А если я обижусь?

– Ну тогда меня, наверное, погонят со службы... – сказал Логинов, забирая у Анастасии сигарету, и вдруг коротко поцеловал ее в губы.

Зайцева закрыла глаза, слегка вздрогнула и спросила:

– Что это было?..

– Разведка боем, – затянулся сигаретой Логинов. – Не могу же я упустить такой шанс продвинуться по службе. О такой протекции можно только мечтать... Куришь?

Зайцева открыла глаза, взяла протянутую сигарету и спросила:

– А ты не боишься, что за такие слова я тебя сейчас просто-напросто выгоню к чертовой матери из машины?

– Как раз этого я не боюсь, – с улыбкой покачал головой Виктор.

– А чего ты боишься?

– Иметь отношения с начальством или с подчиненными не есть хорошо... Точнее – это есть очень плохо. Для работы и вообще... В нашем случае это вообще безумие.

– Ай-яй-яй-я-яй! – покачала головой Зайцева. – Какие мы правильные! И что будем делать, Виктор Павлович? Изображать, что этого досадного инцидента не было?

– А что толку? – посмотрел на нее Виктор. – Чему быть, тому не миновать. Мы умные мальчик с девочкой и прекрасно это понимаем. Разве что...

– Что?..

– Разве что мне вернуться в кафе к Ольге...

– Не шути так со мной, Витя, ладно?.. – чужим голосом сказала Зайцева. – Я разве похожа на женщину, которой можно такое говорить?

– В том-то и дело... Поэтому это решит проблему.

– Как скажешь... Успехов!

– Угу... – кивнул Виктор, быстро выбираясь из машины.

Зайцева проводила его взглядом и что-то тихо сказала, когда он захлопнул дверь. Логинов, не оглядываясь, направился к входу в кафе.

«Мазда» стартовала со стоянки и быстро поехала к проспекту.

Виктор нырнул в дверь и начал медленно спускаться по ступенькам.

Примерно на середине узкой лестницы он быстро оглянулся и тут же повернул. Выглянув в дверь, он увидел, что машина Зайцевой уже скрылась из вида.

Виктор шагнул на тротуар, прикурил и направился к проспекту. В его голове сам собой зазвучал Сэвэдж со своим хитом «Гудбай». Глядя себе под ноги, Логинов дошел до небольшого перекрестка и поднял голову, чтобы посмотреть налево.

И тут же замер.

У тротуара стояла серебристая «Мазда». Пару секунд спустя боковое стекло беззвучно опустилось. Наклонившись, Настя спросила:

– Какая неожиданная встреча, Виктор Павлович! Гуляете?

– Угу... Релаксирую, Анастасия Семеновна! – кивнул Виктор, подходя к машине.

– Садитесь, не стесняйтесь...

– Спасибо, вы очень любезны, – сказал Виктор, швырнув окурок и открыв дверцу.

– Ну и что будем делать? – спросила Зайцева, когда он опустился рядом. – Отвезти вас домой?

– Гм-м... К кому домой?..

– А какие будут предложения?

– Да вариантов всего два, Настя...

– Ну тогда едем ко мне!

84

Иса на заднем сиденье зевнул и приник головой к стойке. Вскоре Астамиров расслышал его приглушенное сопение. Хадам сидел за рулем сам. У Ахмада была слишком приметная внешность, чтобы «светить» его в этой поездке.

«Девятка» направлялась по ночной трассе в Екатеринбург. Несмотря на трудный день, спать Астамирову не хотелось. Задержание в Подмосковье Нурди Важиева отбило у Хадама сон.

Если честно, то это стало для Астамирова настоящим ударом. Он уже давно свыкся с мыслью, что обвел ФСБ вокруг пальца и теперь может не опасаться за свои прошлые «подвиги». Ведь у Астамирова были совершенно другие документы, совершенно другое окружение и даже другое лицо...

Но Нурди Важиев тоже имел все это. А фээсбэшники тем не менее его отыскали. И не просто отыскали и ликвидировали, а взяли живьем и показали по телевизору с разбитой физиономией, опозорив на всю страну.

И вот как раз это было хуже всего. Не то, что Важиева опозорили, а что взяли живым. Развязать язык Нурди смогут по-любому. И фээсбэшникам станет известно, что Хадам Астамиров сделал пластическую операцию...

По документам отыскать Хадама было невозможно. По нынешнему паспорту он вообще был дагестанцем, к тому же родившимся на Севере, в заполярном поселке, который давно перестал существовать. А вот «пластика» – это был след. Реальный.

Пластические хирурги – не участковые терапевты, их не так уж много. Ну а действительно хороших можно вообще по пальцам пересчитать. А Астамиров, в отличие от Важиева, делал «пластику» у действительно классного специалиста.

Разница состояла в том, что стоило это на несколько десятков тысяч долларов дороже. Зато операция затронула «контрольные» точки лица, так что «узнать» Астамирова теперь не мог даже компьютер. В том смысле, что компьютерные программы сравнивают две фотографии и высчитывают вероятность того, что на них изображен один и тот же человек. Так вот, после операции эта самая вероятность стала столь низкой, что Астамиров ничем не рисковал, даже если бы его теперешнее фото попало в руки ФСБ...

Но теперь до врача могли добраться фээсбэшники. А это было уже по-настоящему опасно.

85

– Ф-фух!.. Перерыв! Наконец-то йоперный театр! – вздохнул Горов, закрывая и бухая толстенную папку сводок на стол. – Леня! В буфет идешь, пока очередь не набежала?..

– А-а, нет... – мотнул головой Аникеев. – Мне мама бутерброды сегодня положила!

– А вы, Анастасия Семеновна?.. – уже от двери спросил Горов, для которого корпение над бумагами было хуже застенков инквизиции.

– Спасибо, Степа! Я на диете. Хочешь, угощу зеленым чаем?

– Ага! Потом!.. – уже из коридора крикнул Горов.

Анастасия включила чайник. Леня Аникеев тем временем заглянул на сайт знакомств. Капитан спешил попользоваться запретными плодами Интернета. Из соображений безопасности обычные компьютеры сотрудников ФСБ доступа в Интернет не имеют. Но после задержания Нурди Важиева Логинов под шумок поздравлений выбил у начальства ноутбук для оперативного сбора информации, которым и занимался Аникеев.

Войдя на сайт, Леня вздохнул. Анастасия с улыбкой посмотрела на него:

– Что, полковнику никто не пишет?..

– Да пишут, но... не те мне отвечают! А те, кто хочет свалить свои проблемы на какого-нибудь мужика...

– Ты сам виноват, дружок...

– Почему?

– Просто к настоящим женщинам нужен подход.

– Это как?..

– Это просто, Леня... Ты что обычно пишешь, если кто-то тебе по фото понравился?

– Ну это... «Привет! Как дела?..»

Анастасия прыснула:

– Очень оригинально! А знаешь, от скольких адресатов каждой симпатичной девушке приходят такие вот перлы?..

– Ну, наверное, от многих...

– В том-то и дело, товарищ капитан Аникеев! Чтобы заинтересовать умную девушку, фантазию нужно проявить, изобретательность. А на твоих «привет-как дела» далеко не уедешь. Понял?..

Вскипевший чайник щелкнул, Анастасия повернулась к Аникееву и спросила:

– Зеленый чай пьешь?

– Ага... – кивнул задумавшийся Леньчик. Пока Анастасия колдовала над чашками, капитан мучительно пытался включить фантазию. Наконец он спросил:

– Так это, может, представиться инопланетянином со звездолета, который потерпел крушение?..

– Уже лучше! – кивнула Зайцева. – Но холодновато. Души нет...

– А как тогда?

– Ладно, печатай... «Тук-тук! Скоро Рождество, а волшебством и не пахнет...»

Аникеев застучал пальцами по клавиатуре.

– «...и не пахнет...» Так а это, какое Рождество, Анастасия Семеновна? До него ж еще несколько месяцев...

– Что ты придираешься к мелочам, как бескрылый кинокритик?.. Знаешь, что по этому поводу как-то сказал Альфред Хичкок?

– Что?..

– «Когда логика начинает мешать мне, я ее попросту выбрасываю в окошко...» Так, на чем мы остановились?..

– Что волшебством и не пахнет...

– Во! Пиши дальше: «Девушка, а вы, часом, не фея? А то злая волшебница заколдовала меня в мировой паутине. И некому освободить. Спасите!»

– Напечатал...

– Все! Отправляй... А я схожу нашего шефа проведаю, хоть чаем напою...

Не успела Зайцева с двумя дымящимися чашками дойти до двери, как Аникеев вскрикнул:

– О! Уже и ответ пришел!

– Читай, что там?

– «На это надо посмотреть! Немедленно пришлите фото на мой ящик...»

– Ну вот видишь, Леня! Продолжай в том же духе!

Выскользнув в коридор, Зайцева прикрыла попкой дверь и направилась к кабинету Логинова.

86

Несмотря на очень раннее утро, на въезде в Екатеринбург торчал бодрый инспектор ГИБДД. Тормознув «девятку», он вразвалочку подошел к машине.

Хадам Астамиров поспешно выбрался из нее и протянул инспектору документы. Тот взял их и заглянул в салон. На заднем сиденье щурился на него со сна еще один кавказец. Рядом с ним громоздились картонные ящики с иностранными надписями. Уяснив ситуацию, гаишник лениво открыл водительское удостоверение и безапелляционным тоном проговорил:

– Нарушаем, значит, гражданин...

– Чего нарушаем?..

– Как чего? Правила дорожного движения...

– Зачем нарушать? Мы не нарушаем...

– Да? А это что? – ткнул в ящики жезлом гаишник.

– Это? Это нектарин... Ну, персик такой! Везем на базар продать, чтобы народ витамины на зиму запасал.

– Вы мне тут лекции про витамины не читайте, я грамотный, телевизор смотрю. Вы лучше бы правила дорожного движения почитали... Я спрашиваю, что это?.. – снова ткнул жезлом в ящики гаишник.

– Покажи! – вздохнул Астамиров.

Иса открыл верхний ящик, под ним оказались огромные – размером с яблоко – красно-желтые плоды с блестящим восковым налетом.

– Дай! – протянул руку Астамиров.

Иса подал плод, Хадам протянул его гаишнику.

– Вот! Очень полезно для здоровья! Набрать в пакет для жены-детей?..

Астамиров прикидывался тупым, и у него это неплохо получалось. Поэтому гаишник объяснил популярнее:

– Это не нектарин!

– Как не нектарин?..

– Согласно правилам дорожного движения это незакрепленный груз в салоне. Который при внезапном изменении дорожной обстановки может сместиться и привести к ДТП. Понятно?..

– Понятно! – кивнул Астамиров. – Сколько?..

– Как всегда... – посмотрел поверх машины вдаль гаишник. – И этих ваших нектаринов кинь с кило в пакет. Может, там и вправду витамины...

87

– Тук-тук! Разрешите, товарищ полковник? Гейшу заказывали?

Логинов поднял глаза. При виде протискивающейся в дверь с двумя чашками Зайцевой он невольно улыбнулся и быстро вскочил со стула.

– Подожди! А то опять обольешься!

Когда чашки оказались на столе, Зайцева воровато оглянулась на дверь и прижалась к Логинову. Тот обнял ее одной рукой и чмокнул в макушку.

– Я уже соскучилась... – тихо сказала Настя, прикрыв глаза.

– Я тоже... – погладил ее по головке Виктор.

Тут в коридоре послышались шаги. Они отпрянули друг от друга.

Шаги протопали мимо. Виктор с Настей переглянулись и одновременно прыснули.

– Аки тати в ночи... – покачала головой Анастасия. – Иди лучше на место, от греха подальше... Как дела?

Логинов обошел стол и сказал, опустившись в кресло:

– Запросил данные по этому взрыву в Челябинской области...

– В смысле, по Рублевску? В котором этот блатной певун Маклярский погиб?

– Да...

– И что?.. – с интересом спросила Настя. Шансона она не любила, но Жора был достаточно талантлив, так что его гибель стала для СМИ темой номер один. Все эф-эм-радиостанции, вне зависимости от концептуальных моментов, целое утро крутили «Холодный эшелон» – этот шлягер был вроде как визитной карточкой Маклярского. – Его правда случайно взорвали?..

– Да... Взрывотехники ФСБ, которые выезжали на место, только диву давались: почти полкило суперсовременной «си-четыре» в действие привел кустарный взрыватель времен Первой мировой. Принцип примерно тот же, что и на морских «рогатых» минах... Оказалось, это местные умельцы-уголовники потрудились. У них там между собой какие-то рамсы были, а Маклярский просто оказался в плохом месте в плохое время...

– Судьба, – покачала головой Зайцева. – Пей чай, Витя...

– Спасибо, – кивнул Виктор. – А у вас как дела?..

– У нас лично, Виктор Павлович, любовное томление... А в коллективе усталость от нудной канцелярщины. Горов скоро от тоски завоет. Ускакал в буфет. А Леня, как всегда, полез в обед в паутину насчет девицы-красавицы. Ну а я ему советами помогаю, насчет соблазнения...

– Соблазнения?.. А ну, а ну! С этого момента поподробнее, я буду конспектировать!..

– Я тебе поконспектирую! – показала кулачок Настя. – Что-то узнаю, убью, Логинов! Из табельного пистолета...

– Фу, какая проза! А я надеялся, что ты меня сперва пытать будешь. К кровати там привяжешь...

– Ну смотри, сам напросился! Вечером я тебе устрою допрос! С пристрастием!

– Да ты что? Боже, как страшно... Быстрей бы вечер!

88

Частная клиника «Афродита» находилась в старой части Екатеринбурга.

Двухэтажный дом располагался на неширокой улочке неподалеку от бывшего колхозного, ныне муниципального рынка. Днем здесь кишел народ – женщины с корзинками, похмельные мужики, бомжи. Вечером улочка затихала. В стороне рынка на тротуаре стояли плотными рядами машины приезжих торговцев.

Уморившись за день и выпив-закусив, они спали в кабинах.

Периодически у машин туда-сюда сновали тени. Кто-то выходил по нужде. В двух фургончиках веселье продолжалось. Там пьяно повизгивали женщины, басили что-то мужики.

«Афродита» была отделана с шиком. Евроокна, еврочерепица, европлитка. Вдоль фасада – высокий забор из фигурного кирпича, тоже покрытый сверху черепицей, при входе – высокая ажурная калитка из витых квадратных стержней.

На стояку перед клиникой периодически подъезжали шикарные авто – по одному. Из них выбирались разного возраста дамы – сами или со спутниками. Последнее авто подкатило около десяти вечера. Консультация длилась минут пятнадцать.

Наконец в двери возникла тощая дама лет тридцати. Ее проводила до двери девушка-администратор. Кивнув на прощанье, она заперла дверь. Астамиров сказал:

– Наконец-то...

Их «девятка» с выставленными напоказ под боковым стеклом ящиками стояла на тротуаре наискосок от клиники. Астамиров увидел, что свет в окнах второго этажа погас, и тут же завел двигатель. «Девятка» медленно тронулась с места и завернула в расположенный напротив клиники двор. Там Астамиров остановился, спрятав переднюю часть машины за домом.

– Нормально? – спросил он.

– Да! – ответил сидевший на заднем сиденье с биноклем Иса.

Потянулись минуты ожидания. Администратор мелькнула за дверью. Потом расположенные слева ворота поползли в сторону. За ними Иса увидел охранника. Тот шагнул на улицу, из двора вынырнул джип «Тойота» и остановился. Сидевшая за рулем женщина сказала что-то охраннику...

– Сама! – выдохнул Иса.

В тот же миг Астамиров осторожно тронул «девятку» с места. Но, как только она скрылась за домом, чеченец сразу же увеличил скорость. Быстро проехав дворами, машина вынырнула в расположенном перпендикулярно улочке переулке. Чтобы выбраться к центральным улицам, «Тойота» почти наверняка должна была свернуть сюда...

«Девятка» остановилась на углу. Астамиров, наклонившись к лобовому стеклу, увидел, как от клиники отъехал и повернул в их сторону джип. Хадам быстро оглянулся по сторонам. Освещение перекрестка было чисто символическим. Людей поблизости видно не было.

– Давай, Иса!

Иса выскользнул из машины и метнулся к темному забору. Астамиров дождался, пока джип приблизится, и тронул машину с места. Яркие фары «Тойоты» осветили неловко вывернувшую навстречу «девятку». За стеклами проглянули картонные ящики, набитые прямо в салон. Начав поворачивать к базару, «девятка» вдруг дернулась и остановилась.

Джипу пришлось притормозить, а потом и вовсе остановиться. «Девятка» вроде завелась и тронулась с места, освобождая дорогу... Но в этот миг у дверцы джипа словно бы из ниоткуда возник невысокий человек. Мгновенно распахнув дверцу, он проговорил:

– Спокойно! Моему другу просто нужна консультация...

89

– Вольно! Как настроение?.. – спросил Логинов, быстро входя в комнату оперативников.

Аникеев оторвался от ноутбука, Зайцева с Горовым отложили толстенные папки сводок. Взгляд Степана был печальным и унылым.

– Ты чего?.. – спросил Логинов, по привычке присаживаясь на его стол. Места для четвертого стула в крошечной комнате просто не было. – Съел что-то несвежее в буфете?..

– Да, блин, при чем тут съел... – провел рукой по лицу Степан. – У меня от этих бумажек скоро крышу сорвет...

– Ладно! Не стони! – совсем другим тоном сказал Логинов. – У меня есть работа как раз по тебе...

– Что за работа?.. – быстро отпихнул от себя папку Горов.

– Ты сперва заложи то место, на котором остановился, – сказал Виктор. – А то я Аникеева вместо тебя пошлю!

– Не-не, шеф, не надо!

90

Хадам Астамиров нырнул на переднее сиденье джипа.

– Добрый вечер, Людмила Яновна! – кивнул он.

Иса тут же метнулся к «девятке».

– Добрый!.. – кивнула толком не успевшая испугаться профессор Медакадемии и один из лучших пластических хирургов Урала Людмила Яновна Забарская.

Иса скользнул за руль «девятки» и отъехал, освободив дорогу.

– Поехали! – сказал Астамиров. – Направо сверните. Вот так... А теперь на обочину. Я вас надолго не задержу...

Забарская остановила джип. Она была весьма ухоженной и властной женщиной лет под пятьдесят и старалась сохранять спокойствие.

– Не возражаете, если я закурю?

– Да, конечно, – кивнул Хадам.

Несмотря на все усилия сохранять спокойствие, руки профессора слегка дрожали. Затянувшись тонкой дамской сигаретой, она сказала:

– Вы могли бы просто позвонить, если вам так срочно понадобилась консультация...

В этот момент у джипа возник Иса. Задняя дверца оказалась заблокированной, и он легонько стукнул по стеклу. Астамиров впустил его, Иса тут же скользнул за водительское сиденье. Астамиров сунул руку во внутренний карман. Забарская все поняла и сказала:

– Я знала, что когда-нибудь это случится... – Астамиров метнул на нее быстрый взгляд, и профессор торопливо объяснила: – Я имею в виду не вас лично, а кого-нибудь из клиентуры вообще. Поэтому я перестраховалась! Так что вам этого лучше не делать! Пока я жива, вам опасаться нечего! А вот если умру, ваши фото до и после операции попадут куда надо...

– Какие фото?! – подался к профессору Астамиров.

– Над операционным креслом у меня установлена цифровая камера... – объяснила Забарская.

Глаза Хадама сверкнули гневом, профессор испугалась, что он ее придушит, не дослушав, и дрожащим голосом добавила:

– Но все файлы хранятся в банке! Так что доступ к ним посторонних исключен. И лишь в случае моей смерти нотариус обязан передать их в прокуратуру...

– Ты врешь, сучка... – сказал Астамиров.

Однако уверенности в его голосе не было.

91

Быстро открыв сводки, Горов нашел место, до которого он их изучил, и сунул между листами закладку. Логинов потянулся было за сигаретой, но вспомнил о том, что с появлением Анастасии здесь не курят...

– Я только что смотрел свежую сводку всех происшествий по Екатеринбургу, – сообщил он. – Вчера в городе скоропостижно скончалась некая Людмила Забарская, профессор Медакадемии...

На лице Горова отразилось недоумение. Настя же вдруг спросила:

– Она пластический хирург, да?..

– А ты откуда знаешь?.. – От удивления Логинов даже забыл, что на людях они на «вы».

– Догадалась, Виктор Павлович!

– Убийство?.. – прищурившись, осведомился Горов.

92

– Зачем мне врать?..

– Чтобы спасти свою жизнь!

– Враньем жизнь не спасешь. А вот диск с флэшкой, которые я храню в банке, действительно дают мне определенные гарантии. Вам нет никакого смысла меня убивать. Напротив...

– Это я уже понял! – перебил Забарскую Хадам. – Только как вы сможете доказать, что это действительно так?

– Я могу просто позвонить нотариусу и спросить, как мне заменить одно посмертное распоряжение на другое... И вы убедитесь...

– Ладно! Звони! – прищурился Астамиров.

Забарская торопливо ткнула сигарету в пепельницу. Она поняла, что практически выиграла сражение за свою жизнь, и снова превратилась в энергичную уверенную в себе женщину. Взяв телефон, она быстро отыскала в его памяти нужный номер и нажала кнопку вызова.

– Ладно, отбой! Верю! – вдруг сказал Астамиров.

Забарская отменила вызов. Хадам посмотрел назад и сказал:

– Учись! Эта баба победила нас – двоих сильных мужчин. Хорошо, что я прихватил ластик для ее памяти!

С этими словами Хадам Астамиров сунул руку во внутренний карман и наконец извлек одноразовый шприц. На опасливый взгляд профессора Астамиров ответил улыбкой.

– Вы просто ненадолго уснете и забудете этот разговор... Откройте рот!

– Зачем?..

– Чтобы на теле не осталось следов от укола. Вы же врач, так что лучше перестраховаться. Это в ваших же интересах! Ну!

Забарская инстинктивно подняла руки, но их тут же перехватил сзади Иса.

Из-за подголовника донеслось его злобное шипение:

– Не дергайся!

– Хорошо! Хорошо... – сказала Забарская. – Я сама. Только отпустите!

– Отпусти, – велел Хадам.

Иса разжал руки. Забарская судорожно вздохнула, потом откинулась на подголовник и открыла рот. Астамиров быстро сделал инъекцию. Забарская даже не вздрогнула, только потом приложила руку к щеке и сказала:

– И как этот ваш препарат называется?

– Не помню, как-то по-иностранному... – пожал плечами Хадам, отведя глаза от часов.

Осторожно закрыв шприц колпачком, он сунул его в карман и улыбнулся.

– Да, задали вы мне задачку. Вот и верь после этого людям...

– Я просто перестраховалась. И, как оказалось, не зря... Странно! – проговорила профессор, пытаясь вздохнуть. – Этот препарат из группы поливинилпиролидонов?..

– Наверное, – пожал плечами Хадам.

– Но они не могут давать такого эффекта!..

– Это пройдет! – заверил профессора чеченец.

Но Забарская действительно была классным врачом. И, прислушавшись к своим ощущениям, вдруг проговорила слабеющим голосом:

– Боже!.. Это же кура...

На большее ее не хватило. Обмякнув, Забарская начала клониться к рулю.

Астамиров придержал ее и тут же завладел мобильником женщины. Не оглядываясь, он сказал:

– Запоминай номер...

Продиктовав цифры, Астамиров на всякий случай стер из списка последний вызов и тут же набрал телефон экстренной помощи. Не дожидаясь ответа, он бросил мобильный на пол.

– Все! Уходим!

Усевшись в стоявшую неподалеку во дворе «девятку», Астамиров велел:

– Ящики убери от окна!

Машина тронулась с места и через пару минут остановилась в переулке перед оживленной улицей. Астамиров дошел пешком до перекрестка и отыскал таксофон. Набрав номер, он дождался ответа и быстро спросил с подчеркнутым акцентом:

– Але! Эта нотариус?.. Отчень карашо!.. Да я понимаю, дорогой, что ты уже не работаешь, но тут такое дело – срочное! Жена моя с сыном через два с половиной часа в Париж вылетает, а доверенность, дура бестолковая, потеряла! Понимаешь? Да, мою доверенность, что я с ней сына отпускаю! Пограничники теперь же не пропустят! А путевка десять тысяч стоит! Да я понимаю, что у тебя бланки в сейфе в конторе! Но я все оплачу, дорогой! Сколько скажешь! Ради сына прошу! Мамой клянусь, он в Париже еще ни разу не был...

Пару минут спустя Астамиров с каменным выражением лица вернулся в «девятку». И тут же завел двигатель.

– Ну что?.. – спросил Иса.

– Что-что?.. Совсем тупой оказался... Сейчас подъедет к конторе, – скупо улыбнулся Астамиров. – Надо успеть там осмотреться...

93

– В сводке смерть Забарской проходит как наступившая от естественных причин. Но это нужно проверить... Со всей тщательностью, Степан, понял?

– Да!

– Тогда дуй в канцелярию за предписанием! Билет на самолет они должны уже заказать!

– Понял, шеф!

Горов, словно застоявшийся боевой конь, ринулся в коридор, едва не снеся по дороге с петель дверь. Анастасия проводила его слегка испуганным взглядом.

– Так ты... – начала было она, поворачиваясь. Тут Зайцева бросила быстрый взгляд на Аникеева и поправилась: – То есть вы, Виктор Павлович, думаете, что... – Однако Аникеев заметил ее прокол и отвернулся, чтобы никто не увидел его улыбки. – Леня!..

– Я буду молчать как партизан, Анастасия Семеновна! – заверил ее Аникеев. – Хотя Горов еще утром под большим секретом сообщил мне, что видел, как Виктор Павлович выбирался из вашей «Мазды» за углом... Но он тоже никому не скажет!

– Кажется, нас раскусили... – немного растерянно посмотрела на Логинова Зайцева.

– Оперативники... – с хмурым видом вздохнул тот.

– Что-то мне в туалет захотелось! – начал подниматься деликатный Аникеев.

– Ладно, расслабься... – махнул ему Логинов.

– Понял. Я же могила, товарищ полковник... Разве что под «химией». И то буду держаться до последнего. Так что там с профессором случилось?.. Случайно выпала с балкона, когда цветочки поливала?

– Нет. Ехала в машине домой после консультации, стало плохо, остановилась и даже вроде бы сама позвонила в «Скорую»...

– А я думала, там действительно что-то криминальное, – вздохнула явно разочарованная Настя.

– Чтоб делать какие-то выводы, нужна вся информация. Поэтому я и посылаю туда Степана, – пожал плечами Логинов.

94

– Здравствуй, дорогой! Как дела? – спросил Ашот.

– Спасибо, нормально... Работаю.

– Я узнал то, что ты просил. К Саркису подъехать можешь?

– Извини, некогда. Да я и сам уже узнал... Поэтому и работы много.

– Хорошо, понял! Тогда не буду мешать, дорогой... Но, если что, звони.

– Конечно...

Астамиров отключил телефон. В соседней комнате едва слышно скрипнул диван. Это сидевший перед телевизором Иса расслабился...

Квартира была старой, поскольку располагалась в старом районе Екатеринбурга. Мебель скрипела, огромный старый телевизор гудел, в туалете бегали деловитые тараканы. Плюс воняло кошкой и везде была налеплена ее шерсть. Астамиров заставил Ису прибраться, но помогло это слабо, поскольку пылесоса у старухи хозяйки не было отродясь. Зато деньги за эти «хоромы» старуха взяла с них грабительские. Как за двухкомнатный люкс с евроремонтом. Но Астамирову просто некуда было деваться...

Пройдя к окну, он приоткрыл занавеску. Чуть наискосок через дорогу находилось старое трехэтажное здание. Принадлежало оно «Уралброкбизнесбанку». Левее, буквально в нескольких метрах, сверкал зеркальными стеклами помпезный главный офис. Там были подземный гараж, сауна, оранжерея и все остальное, что необходимо для поддержания работоспособности несчастных банкиров. А вот депозитарий, то есть хранилище клиентских сейфов, расположили почему-то в старом здании. Видно, чтоб места для сауны больше осталось...

Впрочем, Астамирова это устраивало. Ведь именно в «Уралброкбизнесбанке» скоропостижно скончавшаяся Людмила Яновна Забарская арендовала сейф. Все это Астамиров выяснил у тоже скоропостижно скончавшегося нотариуса. И конверт с распоряжением относительно содержимого сейфа Забарской Хадам тоже прихватил. Только вот это не решало вопроса. Рано или поздно сейф покойницы должны были вскрыть. Или какие-нибудь родственники, или сами банкиры. Так что Астамирову нужно было их опередить. Во что бы то ни стало...

– Длинь-длинь-длинь!.. – забился в кармане чеченца телефон.

Диван перед телевизором снова скрипнул, Астамиров приложил мобильный к уху:

– Да!

– Я уже подъезжаю! – сообщил Ахмад.

– Все нормально?

– Да...

– Жди возле рыбного магазина. Знаешь, где это?

– Да! – ответил лаконичный Ахмад.

– Тогда все!.. Иса!

– Я здесь... – сказал уже неслышно скользнувший в комнату чеченец.

– Ахмад приехал. Встретишь его возле «Океана». Оглядишься только сперва... Машину поставите на стоянку, чтоб не светиться тут. Понял?

– Да, Хадам.

95

Двое подтянутых молодых мужчин в добротных костюмах торчали возле зоны прилета екатеринбургского аэровокзала. Время было начало третьего ночи, и все пассажиры московского рейса уже прошли – кто за багажом, кто к стоянке. Один из мужчин посмотрел на другого и сказал:

– Ну и где этот майор, ёпэрэсэтэ?..

– Я здесь, коллеги! – вдруг послышалось сзади.

Оба подтянутые мужчины с похвальной быстротой развернулись. Сзади стоял какой-то тип в кепке, легкой куртке, джинсах и с большой спортивной сумкой на плече. Напоминал он легкого на подъем спортсмена-ветерана, который прилетел в Екатеринбург на открывающийся завтра турнир по фрифайту...

Мужчины в костюмах снова переглянулись. Степан больше не стал испытывать их терпение и предъявил удостоверение:

– Майор Горов, Управление по борьбе с терроризмом!

– Майор Соломин!

– Капитан Тетеркин!

– Так, а-а... – невольно оглянулся на выход из зоны вылета майор.

– Да я просто проверил заодно, как тут у вас насчет безопасности! Чтоб багаж не дожидаться, – объяснил Горов. – Хреновато... Можно было всю кладь умыкнуть и вынести. Соответственно, и пронести что хочешь...

– Я доложу начальству, – кивнул нахмурившийся майор. – Завтра же проведем контрольную проверку!

– Обязательно проведите, – кивнул Горов. – Ну поехали, что ли?..

– Да-да...

Уже в машине Степан осведомился:

– Насчет дела Забарской справки навели?..

– Да навели, товарищ майор! – кивнул старший по званию. – Только там и дела-то никакого нет... В смысле никто не возбуждал, потому что никаких оснований нет. Все ясно как дважды два. Естественная смерть. И экспертиза это подтвердила...

Местный майор с трудом подавил зевок. Было ясно, что он думает: нечего делать этим типам из центрального аппарата, вот они и летают по ночам хрен знает куда за казенный счет по делу, которое яйца выеденного не стоит.

96

– Пожалуйста, багаж!

Не очень крупная, но крепко сбитая молодая женщина лет тридцати пяти легко поставила на конвейер чемодан на колесиках.

Милиционер мельком глянул на фото и кивнул:

– Проходите, Наталья Вадимовна!

Рейс Калининград – Москва – Екатеринбург, несмотря на то что полет проходил над вражьей натовской территорией, был внутренним. Так что никаких таможенно-пограничных досмотров-проверок не было.

Наталья сняла с конвейера просвеченный рентгеном чемодан и сдала его в багаж. В руках у нее осталась довольно большая сумочка. Послонявшись с ней по залу-накопителю, она спокойно дождалась приглашения стюардессы и прошла к автобусу.

В самолете рядом с ней оказался какой-то моряк. Одет он был неплохо, но запах рыбы за несколько месяцев рейса буквально въелся в его тело. А еще от соседа попахивало спиртным.

Наталья отвернулась к окну и незаметно поморщилась.

– Извините... – набрался смелости сосед.

– Да! – с холодной улыбкой повернулась к нему женщина.

– А вы, извиняюсь, в Москву летите?

– А вы?

– В Москву! – радостно кивнул моряк.

– А я в Екатеринбург. Так что нам не по пути... – отрезала Наталья.

– Простите, как не по пути... – проблеял сосед, но женщина отвернулась к окну, давая понять, что разговор закончен.

Когда самолет взлетел и стюардесса разрешила отстегнуть ремни, Наталья устроилась поудобнее, откинула голову и закрыла глаза. Сосед подозвал стюардессу, покосился на соседку, но потревожить ее не решился и заказал себе коньяка.

Выпив и пососав лимон, он расслабился, чуть покраснел и осмелел настолько, что ткнул соседку в бок рукой. Та очень медленно открыла глаза и повернулась к нему.

– Слышите, я чего поду... – с улыбкой проговорил моряк и вдруг осекся.

– Я же сказала: нам не по пути! – негромко, но четко сказала Наталья.

И было при этом в ее глазах что-то такое, отчего улыбка мгновенно сползла с лица моряка. Он вдруг понял, что им действительно не по пути. А еще после этого взгляда рядом с Натальей стало ему как-то неуютно. Настолько, что он с разрешения стюардессы вскоре пересел на свободное место в заднем ряду...

97

– Да нет, спасибо! – мотнул головой Степан. – Я по спирту как-то не очень... Может, в следующий раз.

Прикрыв дверь ординаторской, Горов вынырнул в обложенный до потолка кафелем зал, в котором лежали несколько ждущих вскрытия тел, и пошел по проходу. Одновременно он вытащил телефон и набрал номер Логинова.

– Да, Степан!

– Доброе утро с Урала, шеф!

– Доброе!.. – хмыкнул Логинов. – Чем порадуешь?

– Пока ничем... Только что беседовал с патологоанатомом. Он полностью исключает версию убийства...

– А какова официальная причина смерти?..

– Внезапная остановка сердца.

– Так Забарская болела, что ли?

– В том-то и дело, что нет. Проблем у нее с сердцем не было. Но пат говорит, что это вроде как нормальная вещь...

– Стоп, Степан! Ты хоть сам понимаешь, что ты говоришь? Забарская имела абсолютно здоровое сердце, и при этом то, что оно остановилось, абсолютно нормально!.. Что там за патологоанатом? Вообще алкаш, что ли?

– Да нет, шеф! Нормальный пат... Правда, уже бахнул с утра ректификата для поправки здоровья, но дело свое он знает. Он мне объяснил, что такие вещи случаются не так уж и редко. И примеры привел: был у нас случай с фигуристом одним, олимпийцем. А за границей недавно один известный футболист прямо на поле кеды в угол поставил. Так те вообще здоровье имели лошадиное...

– Хорошо... Я понял, Степан. Но ты там все проверь как положено!

– Само собой, шеф! – заверил Логинова Горов. – Эксперты тоже человеки и могут ошибаться. Но если тут что-то не так, все равно какие-то нестыковочки найдутся. И я до них докопаюсь...

– Молодец! Работай!

– Угу... – кивнул Горов, невольно останавливаясь.

В проход, по которому он шел, выглядывала нога. Вокруг щиколотки была вытатуирована какая-то надпись. Горов наклонился и прочитал: «Время не ждет».

– В тему!.. – хмыкнул Степан, почесав себя антенной за ухом. – Надо будет проверить...

98

Задвинув занавеску, Астамиров посмотрел на часы. Потом сказал Ахмаду:

– Собирайся... Выедем пораньше. Мало ли что в дороге может случиться.

В соседней комнате скрипнул диван, телевизор умолк. На пороге неслышно возник Иса.

– Может, и я с вами?..

– Это не по твоей части, – качнул головой Астамиров. – Поесть пока приготовь... И поубирай эту чертову шерсть! – брезгливо скривившись, снял с губы волосок Хадам. – Везде летает...

Ахмад ушел вперед. Астамиров дождался, пока он заберет машину с расположенной неподалеку от банка стоянки. В Екатеринбург Ахмад приехал на «БМВ». Машина выглядела не слишком шикарно, но мотор был после капремонта, так что работал, как новый.

Ахмад притормозил, Астамиров подобрал полы светлого пиджака и степенно сел на переднее сиденье. С Исой на «девятке» он изображал недалекого торговца. Теперь же Астамиров старался походить на уверенного в себе небедного предпринимателя.

«БМВ» выбралась за город и ходко направилась по трассе в сторону аэропорта. Астамиров покосился на часы и велел:

– Не гони! Времени еще куча!

Ахмад сбросил скорость. Возле аэропорта Ахмад вышел из машины и неторопливо направился к зданию. Некоторое время он изучал расписание, потом выпил в баре чашку кофе. Астамиров был в курсе, что тут работают камеры видеонаблюдения, поэтому вел себя абсолютно раскованно и естественно.

Наконец из зоны вылета показались пассажиры нужного рейса...

99

– Позвонили со «Скорой» и что?.. – спросил Горов.

– Дежурный сразу направил по рации наряд, – пожал плечами начальник РОВДа. – А потом дознавателя выслал... Но там все оказалось без криминала.

– А с дознавателем переговорить можно?..

– Почему нет?.. – Наклонившись к селектору, начальник РОВДа бросил: – Кормухину ко мне, срочно!

– Есть, сейчас... Так, извиняюсь, товарищ подполковник, она же в отгуле. За эту, профессоршу...

– А телефон у нее есть? – быстро спросил Степан.

– Тогда телефон мне ее!

– Секунду!

Дежурный продиктовал мобильный дознавателя. Начальник РОВДа записал и тут же набрал его. В трубке послышались длинные гудки...

– Не берет что-то...

– Ладно, я сам ее найду, – сказал Степан, поднимаясь. – Только дежурному, пожалуйста, дайте команду, пусть мне адрес ее фактический найдет, пока я спущусь...

У крыльца РОВДа стояла «Шкода Октавия». Точно такая же, как та, которую сжег Нурди Важиев. В придачу к ней Горову выделили капитана Тетеркина из местного отдела по борьбе с терроризмом. Того самого, что встречал его предыдущей ночью в аэропорту.

– Куда? – спросил капитан, запустив двигатель.

– Здолбуновская вроде какая-то... – сказал Степан, с трудом разбирая каракули дежурного по РОВДу. – Есть хоть такая?

– Да, тут недалеко...

Дознаватель жила в блочной девятиэтажке малосемейного типа. Почти из всех окон было вывешено выстиранное белье, под домом был накидан мусор. У единственного подъезда полулежал какой-то алкаш и что-то мычал неизвестно кому, жестикулируя руками.

– Может, я с вами пойду?.. – оценил обстановку капитан.

– Да нет, Коля, лучше машину посторожи. А то еще одной начальство не простит!

100

В Москве к Наталье подсел очень представительный дядечка в дорогом костюме. Из вежливости он что-то сказал о погоде, потом сообщил, что является депутатом областной Думы Свердловской области, а в конце поинтересовался, чем занимается соседка.

– Я журналистка! – сообщила Наталья. – Еду писать статью о похоронах...

– Маклярского?.. – догадался дядечка. – Да-да, печальная история! Я ведь его случайно слышал, когда он был еще никому не известен...

– Да?!

– Да. Но лично знаком не был. Просто когда-то давно была поездка в колонию по депутатской линии, ну и ее руководство, как обычно, расстаралось на художественную самодеятельность... Пели заключенные, конечно, ужасно, я с концерта в перерыве смылся в столовую. Но Маклярского запомнил... Исполнял он тогда, конечно, какую-то совсем не блатную песню. Ни за что не подумал бы, что он станет звездой...

– Пути господни неисповедимы!

– Да!.. – кивнул дядечка и вдруг улыбнулся. – Я вдруг понял, кого вы мне напоминаете!

– Кого?..

– Лайму Вайкуле!

– Лайму?.. Я?..

– Не внешне, а манерой разговора...

– Возможно, – пожала крепкими плечами Наталья. – У нас ведь рядом с Калининградской областью прибалты...

101

Горов повернул в замызганный коридор и отыскал нужную дверь. И тут же на его губах невольно появилась улыбочка. Из-за нужной двери доносились повизгивания, попискивания, поскрипывания и другие звуки, которые обычно сопровождают любовные утехи.

– Гм-м... – посмотрел на часы Степан.

Потом Горов вздохнул и решительно утопил кнопку звонка. Однако тот не функционировал. И тогда Горов постучался. Звуки внутри затихли, коротко скрипнул диван. Горов постучался еще раз, на этот раз громче.

Шагов за дверью он не расслышал, но почувствовал, что его рассматривают в темный глазок. Степан улыбнулся:

– Откройте, свои! По работе!

За дверью раздался какой-то шорох, щелкнул замок. В щели показался крепкий чернявый паренек – босиком, в джинсах и наспех накинутой футболке, из-под которой торчал незастегнутый ремень.

– Привет! – кивнул ему Степан. – Мне хозяйку...

– Здоров... А ты кто будешь?.. – спросил паренек, подозрительно глядя на Горова.

– По работе... – повторил тот. – Сейчас вытащу удостоверение, так что с пистолетиком поспокойнее. Хорошо?..

На лице парня отразилось удивление. Горов подчеркнуто медленно сунул руку в карман и показал запаянную карточку:

– Мне с Екатериной просто по одному ее делу надо срочно перекинуться парой слов... А пистолет ты зря за дверью держишь, ковбой!.. Опытные опера так не делают. Потому что если бы я бахнул по двери ногой, ты бы остался и без пистолета, и без руки...

– Понял, – отступил в сторону паренек, признав наконец в Степане своего. – Заходите... Кать, тут к тебе из ФСБ!

102

Астамиров оттянул рукав своего светлого пиджака, посмотрел на часы и допил кофе. После этого он спокойно покинул бар и с пачкой сигарет в руке вышел из здания аэровокзала. Прикурив, Хадам неспешно направился в сторону припаркованной на стоянке «БМВ».

Одновременно Астамиров сквозь стеклянную стенку наблюдал за пассажирами калининградского рейса. В какой-то момент он сунул руку в карман и изобразил, что отвечает на телефонный звонок. Дважды кивнув, Астамиров вроде как отключил телефон, аккуратно бросил окурок в урну и пошел к «БМВ».

Ахмад повернул голову, дождался, когда Астамиров прикроет за собой дверцу, и только потом спросил:

– Мотор прогревать?

– Прогревать, – кивнул Астамиров.

Ахмад повернул ключ, машина слегка завибрировала. Астамиров смотрел на выход из здания аэровокзала. Наконец на улице показалась молодая женщина с чемоданом на колесиках. Когда такси с ней отъехало, Астамиров немного выждал и велел:

– Трогай!

103

– Так, а дверь бригада «Скорой» в машину как открыла?

– Наверное, как обычно... На этот счет мне никто ничего не говорил, а я не уточняла. Там уже патрульная машина стояла с нашими, дверь открыта была, и профессорша эта лежала на передних сиденьях. Ее ребята со «Скорой» уложили. А когда они только подъехали, она в руль уткнувшись сидела. Это я с их слов записала...

– А салон вы осматривали?..

– Ну да. И сразу нашла на полу мобильник... Глянула в вызовы и увидела, что она звонила в экстренную службу. И вещи все были при ней. Кошелек лежал в сумке, и денег в нем было полно...

– Ясно... – сказал Степан. – Так ее вещи у вас или уже родные забрали?

– У меня, в сейфе.

– И мобильный телефон там?

– Да, конечно...

– Гм-м... Я извиняюсь, Катерина, но мне нужно срочно эти вещи осмотреть. Машина внизу, так что привезем вас назад в лучшем виде! Договорились? Одевайтесь, я пока в коридоре подожду...

104

Выйдя из зоны вылета, Наталья получила багаж. Представительный дядечка из вежливости предложил:

– Если желаете, могу подвезти!

– Да нет, спасибо! – покрутила головой женщина. – Меня встречают...

– Ну тогда всех благ! Успехов! – кивнул депутат.

– Вам тоже!

На самом деле Наталью никто не встречал. Она прошла к стоянке и взяла такси. Пока водитель укладывал в багажник ее чемодан, женщина незаметно огляделась по сторонам. Она явно чего-то опасалась, но ничего подозрительного не заметила...

По случаю предстоящих похорон Жоры Маклярского все гостиницы Екатеринбурга были забиты. Шансонье был лично знаком почти со всеми ворами в законе, и многие из них прибыли, чтобы отдать дань памяти блатному певцу. Само собой, что приехало и множество уголовников рангом пониже. И тоже со свитами. Ну и журналистской братии в Екатеринбург навалило прилично...

Поэтому Наталья даже не пыталась поселиться в гостинице. Еще в аэропорту она купила газету бесплатных объявлений. Выйдя возле дорогого кафе в центре, женщина уселась в укромном уголке с чашкой кофе и прозвонила в несколько мест. И наконец договорилась о съеме квартиры на двое суток...

105

– Здравия желаю, это я, с Урала! Еще не соскучились?

– Обрыдались, Степа! – ответил Логинов. – Ну?..

– В общем, я тут в милиции пошуршал, с дознавателем побеседовал и вещи Забарской осмотрел...

– И что?

– Да, честно говоря, пока ничего. В принципе один момент только настораживает...

– Какой?

– «Скорая» выехала на место по анонимному звонку типа «женщине плохо стало». А джип стоял на темной улице, с потушенными фарами... То есть, кто звонил и как он понял, что Забарской плохо, не совсем понятно. Ну и плюс к этому дверцы были не заблокированы центральным замком. Но это в принципе можно объяснить. Стало плохо, хотела выйти, но не смогла и позвонила по экстренному номеру... Он остался в списке вызовов. В общем, я, наверное, следственный эксперимент буду проводить...

– В смысле?

– Время-то последнего звонка Забарской зафиксировано. Вот я и попробую обратным ходом восстановить картину последних минут ее жизни. Авось что накопаю...

– Молодец! Только не забудь, чтобы не запутаться, сделать поправку на время. А то ведь у каждого часы идут по-своему... У меня вон наручные одно время показывают, на мобильнике – другое, а настенные – третье.

– Понял, шеф, учту...

106

Женщина с чемоданом расплатилась с таксистом и вошла в малолюдное кафе. В зале она появилась, оставив верхнюю одежду и чемодан в гардеробе.

Астамиров оглядел улицу и вытащил телефон.

– Да! – почти сразу ответил Иса.

– Бери машину. Подъедешь в центр, к кукольному театру.

– Понял!

Когда Иса позвонил, стемнело уже окончательно. Астамиров посмотрел на кафе, в котором спокойно ужинала женщина, и велел:

– Давай к театру!

«БМВ» сдала назад, вывернула на проезжую часть и вскоре скрылась за углом. Там, возле кукольного театра, Астамиров пересел в «девятку». Быстро объехав квартал, Иса припарковался напротив кафе, почти на том же месте, где недавно стояла «БМВ».

Вскоре женщина расплатилась и направилась к выходу из кафе. Иса с интересом присмотрелся к ней через окно и спросил:

– Она?..

– Она! – кивнул Астамиров.

Чеченцы проследили за женщиной до торгового центра. Когда она нырнула с пожилой женщиной за угол, Астамиров сказал:

– Пошла квартиру смотреть... Давай осторожно во двор. А я за таксистом на всякий случай пригляжу...

107

– Едут наконец-то, йоперный балет! – проговорил Горов.

Из-за угла повернул и покатил по улочке милицейский «уазик». Горов с сигаретой выбрался из «Шкоды» и шагнул к обочине. «Уазик» с противным визгом притормозил, из него выпрыгнул прапорщик лет сорока пяти.

– Здравия желаю! Это вы вызывали?

– Да если б вызывал, уже б поздно было! – раздраженно проговорил Горов.

– Менты! Суки! Падлы позорные! Выпустите! Я Жору Маклярского приехал помянуть! На Ка-а-алыму, на Ка-а-алыму идет ха-алодный эша-алон! – донеслось в этот момент сквозь обшивку.

«Уазик» закачался, раздались приглушенные стуки.

– Художественная самодеятельность?.. – хмыкнул Горов.

– Фестиваль блатной песни... По дороге пришлось прихватить артиста, из-за этого и задержались... Так какая помощь нужна?

Из машины тем временем выскочил щуплый милиционер и метнулся к арестантскому отделению. Он открыл дверь, раздался звук удара дубинкой, пьяный уголовник заорал:

– Смерть ментам, свобода уркам!!!

– Весело у вас, – невольно покачал головой Горов.

– Нескучно, – кивнул прапорщик.

– В общем, мне сказали, что ваш экипаж выезжал на эту улицу, к джипу, в котором женщина скончалась. Так?..

– Так точно, – кивнул прапорщик. – Но если вы насчет вещей, то зря. Мы ничего не брали. Погонами отвечаю.

– Да нет! – покачал головой Горов. – Там ничего не пропало... Мне просто насчет места надо уточнить. А то я, наверное, не так понял со слов дознавателя, или она что-то напутала...

– Так а что тут уточнять? – оглянулся прапорщик. – Все правильно. Здесь этот джип и стоял. Ну, может, метров на пять дальше... Или вам до сантиметров нужно?

– Да нет, – сказал Горов, – сантиметры тут роли не играют...

108

Посмотрев на часики, Наталья спрятала газету в сумочку и подозвала официантку. Времени до встречи с хозяйкой квартиры было предостаточно. И калининградская журналистка заказала весьма плотный и калорийный ужин.

Сорок минут спустя она рассчиталась и попросила вызвать такси. Охранник кафе помог ей поднести к машине чемодан.

Наталья велела водителю ехать к одному из торговых центров. Там она сунула ему купюру и вышла. За углом торгового центра располагался салон для новобрачных. Возле него несколько минут спустя Наталья и встретилась с хозяйкой квартиры.

Дом находился в темном дворике сразу за торговым центром. Четырехэтажка была старой постройки, годов шестидесятых прошлого века, зато с газовой колонкой. Подъезд запирался на ключ. Быстро порешав финансовые вопросы с хозяйкой, Наталья выпроводила ее. Железная подъездная дверь громко ухнула.

Наталья немного подождала и вышла следом. Таксист спокойно поджидал ее, откинувшись на подголовник. Наталья сообщила, что больше никуда не едет.

Таксист отсчитал ей сдачу и вытащил чемодан. Женщина направилась к боковому входу в торговый центр.

Увидев, что такси скрылось в потоке машин, она незаметно оглянулась и нырнула за угол...

109

«Уазик» укатил, Горов вернулся в «Шкоду» и велел капитану Тетеркину ехать обратно к клинике. Посмотрев на часы, он вышел у «Афродиты». Несмотря на смерть основательницы клиники, жизнь в медицинском учреждении продолжалась. Окна на втором этаже горели. Консультации и наблюдение за прооперированными пациентками проводил ассистент Забарской.

Горову он был не нужен. Зато Степан еще раз переговорил с девушкой-администратором и охранником. После этого Степан вернулся в машину. Капитан Тетеркин выслушал его и покачал головой. Степан почесал за ухом, выбрался из машины на улицу и закурил.

Отойдя немного в сторону, он позвонил Логинову. На этот раз тот ответил не сразу. Наконец в трубке послышался его голос:

– Да, Степан...

– Извиняюсь, но я, кажется, тут кое-что накопал... Только, чтоб проверить, ваша помощь нужна.

– Ну-ну?..

– Я проехал по маршруту Забарской. От клиники до того места, где ее нашли. Дебет с кредитом не сходится...

– Точнее?..

– Хронометраж – две с половиной минуты. Максимум – три. А от того момента, когда она отъехала от клиники, до ее последнего звонка прошли тринадцать минут...

– Это точно?..

– Да. Я проверил у всех часы. Два раза.

– А насчет другого маршрута что?..

– Не похоже... Если б она заскочила что-то купить в какой-то магазин, то это что-то было бы в машине. А среди ее вещей покупок нет... И заезжать по дороге тут некуда. В общем, я думаю, что она могла остановиться, чтобы с кем-то поговорить по телефону. Но в списке вызовов ничего подобного не зафиксировано.

– Ты думаешь, что Забарская удалила данные?

– Не знаю. Но это надо обязательно проверить. Вот в этом-то и проблема, шеф! Для получения распечатки у оператора нужно постановление следователя или судьи. А дела-то никакого нет...

– Что ты как маленький? Пусть местные фээсбэшники по какому-нибудь другому делу проверят телефон Забарской!

– Да я тут переговорил с прикрепленным... Он сказал, что никто без начальника Управления на это не пойдет! У них недавно была какая-то нехорошая история с несанкционированной прослушкой... А начальник в командировке, вернется через пару дней...

– Ладно! Диктуй телефон Забарской...

110

Иса затаился в домике на детской площадке. Пару минут спустя дверь одного из подъездов старой четырехэтажки открылась. В свете подъездной лампы чеченец узнал пожилую хозяйку квартиры. Она была одна...

Иса дождался, пока хозяйка пройдет и скроется за забором стоянки. Потом доложил по рации:

– Она осталась. Подъезд я засек. Во дворе все тихо.

– Понял... Сейчас она выйдет за вещами. Пока не дергайся...

– Хорошо!

Иса замер в домике. Вскоре дверь того же подъезда открылась, из него вышла молодая женщина, которую Иса рассмотрел в кафе. Она ушла к торговому центру. Иса доложил об этом Астамирову...

Пару минут спустя тот вышел на связь:

– Все! Она возвращается! Передашь от меня привет... А я сейчас заеду во дворы, за дом, в котором салон новобрачных. Буду ждать там.

– Понял!

Иса спрятал телефон и скользнул к выходу из домика. Вскоре в калитке появился силуэт. Молодая женщина с чемоданом свернула во двор и приблизилась...

111

– Записал, Степа... Постараюсь побыстрее!

Едва Виктор отключил телефон, лежащая рядом Анастасия сказала:

– Так вот, значит, Виктор Павлович, как вы обходите закон?..

– Да! – сказал Логинов, обнимая Настю. – Вот такие мы злодеи, Анастасия Семеновна. Берем нужный телефончик и пристегиваем его для получения постановления на прослушку к какому-нибудь «левому» делу...

– А зачем, Витя?.. Ведь постановление можно совершенно законно оформить по делу Нурди Важиева.

– Можно, конечно. Что я и сделаю... Но это будет завтра, Настя...

– А разве от этого что-то изменится?

– В данном случае, наверное, ничего. Но если бы речь шла не о телефоне Забарской, а о телефоне того же Астамирова, то за ночь могло измениться много чего. Например, Астамиров мог бы успеть подготовить и провести какой-нибудь взрыв. Или, пока я бегал бы с бумажками, захватить в заложники человек сто ни в чем не повинных людей...

112

Сразу за торговым центром располагалась небольшая автостоянка с высоким глухим забором. Между ним и торцом дома, в котором находился свадебный салон, был неширокий проход. Наталья свернула в него, нырнула в калитку и оказалась словно бы на другой планете.

С фасадной стороны торгового центра жизнь била ключом – непрерывно мчались машины, куда-то спешили люди, светились яркие огни вывесок... В темном же дворике было абсолютно тихо и безлюдно.

Наталья повернула влево и через детскую площадку направилась прямиком к своему подъезду. Из-за высокого забора стоянки донесся шум отъехавшей машины. Наталья оглянулась. Ей показалось, что она расслышала шаги в проходе. Но в калитке так никто и не показался...

Женщина на всякий случай расстегнула свою сумочку, но ускорять шаг не стала. Она спокойно шла к подъезду, стараясь понять, откуда исходит опасность. И наконец поняла...

Когда она миновала детскую горку, от деревянного домика вдруг отделилась тень. Тень совершенно бесшумно шагнула наперерез женщине и произнесла:

– Не бойся, Лайма! Я от Хадама...

– А кто тебя боится?.. – спокойно ответила женщина. – Если бы ты не назвался, эта шпилька уже торчала бы из твоей печени...

113

Логинов вошел в кабинет оперативников. Бросив папку на стол Горова, он спросил:

– Как дела? Где Аникеев?

– Пошел за водой. Чай будешь?..

– Буду, – кивнул Логинов.

Настя поднялась из-за стола и достала из тумбочки третью чашку.

– Ты что, без настроения?

– Какое настроение? Полдня убил, чтобы получить постановление на распечатку телефонных разговоров Забарской! Из-за какой-то бумажки потерял четыре часа... Я на Нурди Важиева меньше времени потратил!

Дверь распахнулась, на пороге возник Аникеев с набранной в емкость с фильтром водой. Логинов оглянулся.

– Для тебя особо ответственное задание, Леня!

– Кого брать на этот раз?

– Офис «Билайна». В папке постановление на проверку телефона Забарской. Если отправить его курьером, оно к директорам только завтра утром на стол ляжет. Короче, надо будет прорваться к одному из них на прием и получить автограф с распоряжением...

114

В голосе женщины не было и капли испуга. Она потянулась рукой к сумочке. Иса увидел тусклый проблеск длинной дамской шпильки, которая в умелых руках является страшным оружием. Лайма сунула шпильку в сумочку, Иса сказал:

– Хадам ждет в машине! Вон за тем домом...

– Хорошо... Я сейчас, только чемодан поставлю. Что за машина?

– «Девятка». Найдешь или подождать?..

Лайма только тихонько фыркнула. Потом она направилась к подъезду. Не получивший ответа Иса немного поколебался, но решил остаться. Когда Лайма вошла в подъезд, он сменил позицию, скользнув под прикрытие голубятни...

Не прошло и минуты, как Лайма вышла из подъезда. И направилась прямо к голубятне. Не останавливаясь, женщина негромко сказала:

– Пошли, следопыт!..

Нырнув в соседний двор, они сразу увидели темнеющую у забора садика «девятку». Лайма подошла и решительно открыла переднюю пассажирскую дверцу.

Усевшись, она повернула голову:

– Привет, Хадам!

– С прибытием, Лайма!

– Кто на эт-тот раз? – спросила женщина.

В обществе чеченцев она чувствовала себя абсолютно свободно, и прибалтийский акцент, который уловил дядечка-депутат, проступил явственнее.

– Русская свинья, уголовный авторитет.

– Где?..

– На похоронах Маклярского...

– Угу... Ясно. Что с винтовкой? Чтобы сработать на похоронах, я должна ее как следует пристрелять!

– Руки чешутся?.. – ухмыльнулся Астамиров. Лайма когда-то была биатлонисткой. А потом снайпером в Чечне. – Винтовка в этом деле не главное...

– А что главное?

– Журналистское удостоверение. С ним у тебя порядок?

– Да. Только аккредитацию я проходить не собираюсь. Это рискованно...

– Да какая аккредитация на кладбище? Просто нужно будет пройти за оцепление...

115

Похороны Жоры Маклярского были обставлены с подобающим шиком. Огромный из красного дерева гроб, срочно выписанный то ли из Италии, то ли из Испании, имел аж шесть позолоченных ручек и двухстворчатую крышку, чтобы можно было прикрыть нижнюю часть тела покойного. Но в случае с Маклярским эти изыски были, конечно, неуместны. Останки Жоры выставлять на обозрение не стали, да и выставлять там, собственно, было нечего. После взрыва от певца мало что осталось, так что роскошный гроб выполнял скорее чисто символическую функцию.

Отпели певца в старинной церкви, вроде бы заложенной кем-то из самих Демидовых еще при Екатерине. После чего шикарный черный лимузин с гробом направился к кладбищу. За ним ехала машина с усилительной аппаратурой и мощными динамиками. Из них разносился хриплый голос певца.

Позади тянулся длинный хвост из черных авто. В нем было примерно полторы сотни джипов разных размеров, выстроившихся по убывающей. Ну а замыкали колонну всякие там рыдваны вроде «семисотых» «бимеров» и «шестисотых» «мерсов».

Все несколько километров пути были засыпаны цветами. Голландские гибриды приглушенно чавкали и мгновенно темнели под колесами мощных иномарок. Прилипшие белые лепестки мотались на боках широченных «бриджстоунов», и казалось, что покрышки машин обведены белыми полосами...

В общем, все вышло очень торжественно. Только вот Жоре Маклярскому это было уже все равно. Не допел он своих песен. И не выпустил диск с тюремным фольклором. И так и не купил джип, мечтой о котором поделился с Болтом перед самой своей неожиданной смертью...

Однако, слушая стук комьев земли о заморский гроб, Болт ни о чем об этом не думал. Да и думал он вообще не о Жоре, а о предстоящей всероссийской сходке. На похороны ведь съехалась почти вся элита преступного мира. Случалось это крайне редко, так что просто грех было не воспользоваться таким моментом, чтобы «перетереть» накопившиеся в воровском мире проблемы.

Несуетные воры в законе порешили, что сперва похоронят и по-людски помянут Маклярского, а уж на следующий день обсудят дела. Среди прочих вопросов, конечно, предстояло решить судьбу Лакмуса, которого на вертолете менты от греха подальше уже перекинули из Рублевска в Екатеринбург. В ту самую тюрьму, свод которой построен буквой «Е», а стены толщиной в два метра...

Впрочем, для несуетных почитателей Жоры Маклярского стены эти проблемы не представляли. Судьба Лакмуса была решена, ее просто нужно было «зачеркнуть» официально, по понятиям. Ну а за исполнением приговора сходки дело не станет, это понимали все, даже менты...

Впрочем, и судьба Лакмуса Болта теперь интересовала мало. Гораздо больше его занимала своя собственная. Это ведь только в песнях Маклярского воровской закон выглядел однозначным. На самом деле, как и в любом законе, в нем были нюансы. Те самые, которые позволяют говорить, что закон как дышло...

Болт являлся, конечно, авторитетным уголовником. Но для тех, кто завтра будет рулить на сходке, он был никем. И какой-нибудь старичок в застиранной ковбойке вполне мог ласково сказать:

– Что ж ты, Болтик, косяка упорол? Жора Маклярский ведь твоим гостем был, а ты его не уберег. А за это отвечать надо перед обществом...

И все. Убить Болта, конечно, не убьют, а вот опустить из авторитетов могут вполне. И все будет по понятиям. Потому что понятия устанавливает этот вот старичок в ковбойке. А ему вполне может понадобиться место смотрящего в Рублевске для своего человечка. Место-то денежное, даже название само за себя говорит...

116

Толпа вздрогнула. Болт отвлекся от своих мыслей и обнаружил, что все, похороны вроде как закончились. По статусу своему Болт располагался довольно далеко от могилы. Но в данном случае это было ему только на руку.

По дороге в ресторан, где должны были пройти шикарные поминки, Болт договорился тайно встретиться и коротко переговорить с одним большим человеком. Из тех, кто сейчас стоял у самой могилы Маклярского и чье слово на завтрашней сходке могло оказаться решающим...

А в районе кладбища, это ни для кого не было секретом, паслась целая армия ментов. Не патрульных, из оцепления, а убоповцев, переодетых в гражданское. Кто-то из них снимал «кино», кто-то шарился в толпе, а кто-то сидел в машинах. Так что перед своей короткой встречей Болту еще нужно было провериться и сбросить «хвост», если таковой обнаружится.

Поэтому авторитет не стал задерживаться у могилы, а сразу направился к выходу с кладбища. Бежать он не бежал, просто шел, ни на что не отвлекаясь.

Вместе с толпой Болт повернул и приблизился к центральным воротам. Здесь его встретили телохранители.

У выхода была толчея. С наружной стороны на калитку напирала толпа обычных поклонников. Менты пытались их оттеснить, но все равно выйти на улицу было не так-то просто. Болт с телохранителями медленно двинулись к калитке. Тянувшиеся к выходу говорили по телефонам, из-за забора доносились женские вопли и крики ментов.

Перед Болтом вдруг оказалась какая-то женщина с букетом – то ли прорвавшаяся через калитку поклонница Жоры, то ли опоздавшая жена кого-то из приглашенных...

– Извините!.. Извините!.. – говорила она, пробираясь через толпу и кого-то высматривая по сторонам.

Болт мазнул по ней равнодушным взглядом, и в этот момент справа за деревьями вдруг раскатисто грохнуло:

– Ту-дух!..

117

Лайма, одетая в черное, сидела на лавочке у могилы в боковой аллейке.

Несколько раз мимо нее проходили какие-то люди в гражданском. То ли оперативники, то ли охранники авторитетов. Однако заподозрить никто ничего не заподозрил. Перед обелиском Лайма зажгла свечу, рядом с ней лежал огромный букет. Все выглядело так, как будто убитая горем женщина пришла навестить близкого в годовщину его смерти...

Наконец от центра кладбища донесся заунывный звук оркестра. Лайма вздохнула, огляделась и быстро поправила в кармане рацию. Вскоре с букетом в руке она направилась к центральному входу.

Опытный взгляд снайперши рассмотрел Болта издалека. Лайма видела, как от огромной толпы «телков» к Болту вышли и пристроились чуть сзади по бокам два обезьяноподобных типа в черном. Лайма, не привлекая ничьего внимания, приблизилась к выходу и затесалась в толпу.

Ловко лавируя в ней, она вскоре оказалась между калиткой и Болтом. И начала к нему пробираться. В какой-то момент она незаметно нажала кнопку тона рации...

В принципе Лайма была готова к тому, что у Исы что-то не заладится. Менты могут набрести или просто случайные свидетели помешают...

Но Иса сработал как часы. Из-за деревьев вдруг донеслось:

– Ту-дух! Б-бух!..

118

Телохранители инстинктивно дернулись к Болту, но тут над деревьями брызнул в небо салют:

– Б-бух!..

– Ой! – вздрогнула женщина с букетом.

Испуганно оглянувшись, она задела цветами Болта. Тот почувствовал укол и оттолкнул ее:

– Осторожней, блин!..

Телохранители подались к ней, но женщина сама отступила от Болта:

– Простите, испугалась!

– Ту-дух! Бух! Ту-дух! Бух! – разносилось над кладбищем.

Все засмотрелись на салют, и Болт, невольно почесав уколотую руку, вдруг сообразил, что под шумок можно по-быстрому выскользнуть на улицу.

Мгновенно забыв о женщине с букетом, он устремился к калитке. «Телки» старались не отставать.

– Это кто ж постарался?..

– Да уж не воры! Салют же вроде как не по понятиям!

– А Жоре Маклярскому, наверное, понравилось бы. Он такое любил. На концертах фейерверки бывали... – раздавались в толпе голоса.

Болт, ловко просочившись между притормозившими людьми, уже выскользнул с кладбища. Вместе с «телками» он быстро прошел к машине. Водитель специально поставил ее у бордюра. Так что несколько секунд спустя джип «Тойота Паджеро» быстро отъехал от кладбища.

119

– Здравия желаю, шеф!

– Здоров, Степ! Аникеев уже поехал с постановой в «Билайн», так что...

– Я понял! Тут такое дело: Болт только что ласты склеил!

– Болт?.. Это тот, вместо которого Маклярского взорвали?

– Да!

– Расстреляли, что ли?

– В том-то и дело, что нет. Умер естественной смертью. Ехал в джипе с похорон. И вдруг ни с того ни с сего сердце остановилось...

– Гм-м... В джипе, говоришь?..

– Да, шеф. Картина та же, что и с Забарской, только с ним в машине охрана была.

– Так... Слушай, Степа, пока все эти дела с телефоном Забарской будут прокручиваться, займись-ка ты по горячим следам смертью Болта... Понял?

– Да, шеф! Я потому и звонил... Что-то мне этот мор в джипах самому не нравится...

120

На здоровье Болт никогда не жаловался. То есть, конечно, жаловаться уголовному авторитету вообще не пристало. Эти люди умудряются вести разгульный образ жизни даже в состоянии, в котором обычный человек лежит на больничной койке, опутанный капельницами и проводами, и начинает задумываться о вечном.

Но Болт действительно был здоров как бык. И даже простатит, оставшийся на память о лагерях, давно вылечил. Поэтому почувствовал он себя как-то не так только минут через пять после того, как над кладбищем забухал салют. Джип к этому времени уже углубился в старые улочки и несколько раз резко свернул, проверяясь, нет ли «хвоста».

Поэтому Болт сперва решил, что его просто укачало на фоне того, что он накануне сходки находился на конкретной измене...

– Косячок мне! – протянул руку Болт. – Живо!

От предстоящего в скором времени разговора с одним из воров слишком многое зависело, так что Болт решил взбодриться чисто уркаганским способом.

Телохранитель, сидевший слева от Болта на заднем сиденье, тут же сунул руку в карман, извлек серебряный портсигар и протянул его авторитету.

Тот, чувствуя непонятную слабость, сунул в рот папиросную гильзу. Телохранитель тут же щелкнул зажигалкой. Болт прикурил. Телохранитель со щелчком закрыл портсигар. Болт увидел на нем розу...

И тут в голове авторитета словно замелькали стоп-кадры: женщина с букетом, салют, укол... Болт жадно затянулся. Точнее, попытался, но не смог.

Папироса выпала из его ослабевшей руки, голова безвольно уткнулась в спинку переднего кресла.

Телохранитель среагировал мгновенно.

– Эй, Болт!.. – крикнул он, хватая «подопечного». – Ты че?..

Второй «телок» с водителем быстро оглянулись. Сидевший сзади телохранитель потряс авторитета за плечо:

– Болт! Болт!..

– Что с ним?!. – заорали спереди.

– Наверно, глюк поймал, давно не курил!..

– Тормози!

Джип резко вильнул к тротуару. Сидевшие спереди телохранитель с водителем выскочили из машины. Распахнув заднюю дверцу, они сорвали с Болта галстук и плеснули ему в лицо воды. Сидевший рядом телохранитель снова потряс авторитета за плечи.

Болт огромным усилием воли приоткрыл глаз и просипел:

– Н-не розы...

– Что он сказал?.. – крикнул второй телохранитель.

– Че-то про розы! Точно глюк конкретный схватил от косяка! Ниче, счас очухается! Давай весь бутыль на голову лей!

Болта склонили над асфальтом, водитель начал поливать его затылок из двухлитровой емкости минералкой. Ничего хуже этих действий придумать было нельзя – при том что Болта можно было спасти легко и просто...

121

Горов сидел в ординаторской морга и смотрел в темное, забранное решеткой окно. Взгляд его был хмурым, пальцы барабанили по спинке повернутого задом наперед стула. Наконец дверь распахнулась, в кабинет вошел патологоанатом – уже без перчаток и клеенчатого передника.

Содрав с лица марлевую, в крошечных каплях крови маску, он швырнул ее в урну. Не глядя на Горова, угрюмый пат прошел прямиком к шкафу и набулькал себе спирта. Выпив, он со вздохом прижал к носу руку и только потом произнес:

– Зря только время потратили!.. Мог бы этот уголовник и до завтра подождать... Ничего там нет!

– Вообще?.. – спросил Горов.

– Вообще! Внезапная остановка сердца! – отрезал патологоанатом.

Тут Горов вскинулся:

– Так, а причина?..

– Да какая причина? Ехал-то он с похорон! Видно, переволновался...

– А анализы взяли?

– Взял, конечно... – буркнул врач. – Но поверьте моему опыту, тут все чисто.

– Хорошо, – сказал после паузы Горов. – Переодевайтесь, я на улице пока покурю.

Выйдя из ординаторской, Степан сунул в рот сигарету и пробормотал:

– Ни хрена не пойму... С каких это пор уголовники стали такими нежными?

122

Патологоанатом выбрался из машины, угрюмо попрощался и пошел к своему подъезду. Капитан Тетеркин повернулся к Горову:

– По домам?..

– Что?.. – спросил думавший о чем-то всю дорогу Горов.

– По домам, товарищ майор?

Горов посмотрел на часы. Время было уже около одиннадцати вечера. Однако Степан сказал:

– Да нет, не по домам... Наверное, еще в гости заглянем.

Полчаса спустя «Шкода» припарковалась у гостиницы «Турист».

Оперативники екатеринбургского УБОПа сообщили Горову, что именно здесь остановился со своей свитой умерший Болт.

Пару минут спустя Горов был уже у двери снятого для Болта люкса. Его чуткий нос уловил доносящийся изнутри запах плана. Судя по голосам, в люксе была целая кодла пьяных соратников Болта. Соваться сейчас к ним было крайне опасно...

Однако у Горова не было другого выхода. Он чувствовал, что разгадка двух этих странных смертей находится где-то близко. Оглянувшись, Горов вытащил из оперативной кобуры пистолет, снял его с предохранителя и сунул сзади за пояс. Потом постучался...

– Че надо?.. – качнулся в двери обкуренный в хлам уголовник.

– Тему одну надо перетереть с вашим главным! Позови!

– А ты кто?..

– Майор Горов, ФСБ... – Уголовник при виде ксивы Степана даже слегка протрезвел. – Тема чисто деликатная...

123

– Ша, бродяги! На коридоре опер фээсбэшный!

– Ты! Че?! Облава?..

– Грит, к старшему базар есть! – донесся из-за двери голос.

Горов отступил чуть в сторону. Наконец замок снова щелкнул. Тот же уголовник кивнул:

– Заходи!

Горов шагнул через порог. Ощущение у него было такое, словно он вошел в клетку с тиграми. Уголовников в большой комнате люкса сидело семь человек.

Смотрели они на Горова с пьяной злобой, смешанной с удивлением.

– Ну, говори! – произнес пожилой мужчина. – С чем пожаловал?

– Насчет Болта есть у меня сомнения...

– Не понял?..

– Я работаю по другому делу. И там точно такая же смерть... Короче, не исключено, что Болта убили...

– Че?! – рявкнул какой-то молодой уголовник. – Ты че, падла, паришь?.. На кого волну гонишь?..

– Пасть закрыл, Утюг! – отозвался пожилой. Затушив в тарелке окурок, он поднялся. Взгляд его был почти трезвым. Направляясь в обход стола к Горову, он спросил: – И не страшно было соваться одному?.. Или у тебя в коридоре «Альфа», начальник?

– Нет «Альфы», – качнул головой Горов. – Базар-то у меня чисто откровенный, а под дулом автомата кто мне душу откроет?

– Гляди-ка.. Так что, Болта помянешь, начальник?..

– Давай! – кивнул Степан после едва уловимой паузы.

По знаку пожилого один из уголовников тут же налил в стакан водки...

124

– Что-что он сказал?..

– Типа «не розы», – посмотрел на Горова телохранитель Болта.

– «Не розы»?.. – почесал за ухом Степан.

– Да мы эту тему уже перетерли, начальник, – сказал пожилой уголовник. – Покажи!

Телохранитель достал из кармана серебряный портсигар с розой.

– Он косяк из него брал... По ходу, так и сказал – типа, не в жилу косяк оказался.

– А дальше что было?

– Да ничего. Вылили на него весь бутыль, а он никакой! – дернул щекой телохранитель. – Ну мы тогда и ломанулись прямиком в больничку! Привезли, затащили в приемное! Лепила спустился, глянул и сказал, что все. Кранты...

Горов вздохнул. Беседа проходила в спальне люкса. Пожилой уголовник, чтобы не было вопросов, прошел сюда в сопровождении еще одного урки.

Водителя и телохранов вызывали по очереди...

– Ну че, начальник?..

– Что-то тут не то, – покачал головой Горов. – Но что, пока не могу понять. Все то же самое... И там тоже был джип... Стоп! Может, все дело в джипах?.. Осмотреть можно?

125

Осмотр джипа Болта ничего не дал. Горов сообщил по телефону Логинову и отправился спать. Проснувшись утром, он сел на кровати. В голове вертелись какие-то обрывки мыслей. Что-то ночью промелькнуло у Степана в голове, вроде смутной догадки...

Телефон на тумбочке задергался и запиликал в тот самый момент, когда Степан, казалось, вот-вот должен был понять, в чем дело. Горов раздраженно потянулся к нему, но увидел, что звонит Логинов.

– Да, шеф!

– Здорово, Степан!

– Здравия желаю!

– Значит, так, ты оказался прав! Забарская перед своей смертью действительно звонила по мобильному! Но она не разговаривала с абонентом...

– Еще раз, шеф! – тряхнул головой туго соображающий со сна Горов.

– Она набрала номер, – объяснил Логинов. – Но почему-то отключила связь еще до того, как произошло соединение...

– Так... – непонимающе сказал Горов. – И что?.. В смысле, кому она звонила?.. Или это неизвестно?

– Известно! Абонент оказался контрактным... Звали его Фридманом Аркадием Семеновичем...

– Звали?..

– Да, Степан! Звали... Потому что через несколько минут после несостоявшегося звонка Забарской Фридману на мобильный перезвонили с другого номера. С таксофона... После этого Фридман поехал на работу в контору...

– В смысле в какую контору?..

– В свою нотариальную! Он нотариус, Степан! Был...

– И что?..

– Догадайся сам...

– Он умер естественной смертью?

– Точно! На рабочем месте... За запертой дверью. Через полтора-два часа после смерти Забарской. В общем, молодец, Степан! Ты, кажется, нащупал след. Теперь надо выяснить, чей он... Постарайся узнать, какие дела обтяпывал для Забарской Фридман! Я думаю, причина именно в этом!

– Понял, шеф!

126

«Шкода» притормозила у двухэтажного здания межрайонной прокуратуры.

Горов легко взбежал на крыльцо. В отличие от Москвы, в провинции была полная демократия – никакого бдительного мента в бронежилете на входе и вообще никакой охраны. Горов огляделся в фойе и тут вдруг услышал приглушенный голос плачущей женщины:

– Но ведь его убили! Как вы не можете понять?.. Как?..

Горов двинулся влево и свернул. В небольшом темном аппендиксе было две двери. Из-за одной из них, с надписью «Помощник прокурора», донесся другой женский голос:

– Наталья Олеговна! Выпейте воды и, пожалуйста, успокойтесь. По вашему заявлению проведена тщательная проверка. Вот официальное заключение судебно-медицинской экспертизы! Смерь вашего мужа наступила от естественных причин...

– Ну как вы не понимаете? Я же вам говорю: его убили! Вызвали на работу и убили!

– Господи!.. Наталья Олеговна! Да ведь экспертиза для того и проводится, чтобы установить – не была ли смерть насильственной! В данном случае это исключено...

– Но ведь я вам говорю...

– Наталья Олеговна! Я не врач! Тем более не патологоанатом... И я просто обязана руководствоваться не эмоциями, а законом!

Горов вернулся в фойе и, сунув руки в карманы, принялся от нечего делать рассматривать Доску почета межрайонной прокуратуры. Ему была нужна вдова покойного Фридмана. А звали ее как раз Натальей Олеговной...

– Я буду жаловаться! – наконец сказали за дверью. – Я дойду до Генерального прокурора!..

Дальнейшие слова вдовы утонули в рыданиях.

– Это ваше право. Выпейте, пожалуйста, воды... – проговорила помощник прокурора, звякнув графином. – Честное слово, я как женщина вас прекрасно понимаю... Но в данном случае нет никаких оснований даже для возбуждения дела. А вы не сообщили каких-либо новых фактов, дающих эти основания...

– Никто, никто не хочет меня слушать!.. – всхлипнула вдова нотариуса, минуту спустя выходя из кабинета.

Помощник прокурора проговорила какие-то слова поддержки и закрыла за ней дверь. Едва вдова со скомканным платочком оказалась в фойе, как к ней шагнул Горов.

– Здравствуйте, Наталья Олеговна! Я из ФСБ, вот мое удостоверение... И я готов вас внимательно выслушать! Только давайте пройдем в машину...

127

Горов довел вдову нотариуса до парадного входа. Здесь он сказал:

– Обязательно выпейте чего-нибудь успокоительного... И никуда больше не ходите. Этим делом займемся мы. Только, пожалуйста, о нашем разговоре пока никому не сообщайте, даже близким... Хорошо?

– Хорошо! – шмыгнула носом вдова и вдруг до боли сжала руку Горова: – Вы ведь найдете их? Вы найдете тех, кто убил моего Аркашу?

– Мы их найдем, Наталья Олеговна! Не сомневайтесь! – кивнул Горов.

– Я надеюсь на вас, голубчик!

Вдова развернулась к двери, Степан посмотрел на след от ее ногтей на руке. Впрочем, едва Наталья Олеговна шагнула в подъезд, Степан об этих телесных повреждениях сразу забыл. Быстро закурив, он вытащил телефон и набрал номер Логинова.

– Да, Степан!..

– Шеф! Я только что беседовал с вдовой Фридмана! Еле нашел ее в прокуратуре, она уверена, что мужа убили, и обивает все...

– Степа, давай, если можешь, коротко и по существу! У меня сейчас важный разговор! Или я тебе перезвоню минут через двадцать...

– Я понял! Короче, шеф! Фридмана на работу выдернули какие-то кавказцы! Вдова сидела рядом и слышала голос с характерным акцентом! Вот! Так что все материалы у прокуратуры нужно забирать, а для этого нужно постановление!

– Так... Кавказцы – это совсем горячо... В общем, мы вылетаем к тебе, Степан! Сегодня же!

128

– Здравствуйте, Виктор Павлович!

– Здравствуйте, Леонид Васильевич!

– Прошу!

Заместитель директора Института судмедэкспертизы Чаковский выглядел молодцевато и подтянуто. На первый взгляд ему можно было дать лет пятьдесят. На самом деле Чаковскому уже стукнуло семьдесят. При этом он не только продолжал трудиться в своем институте, но и преподавал в Медакадемии.

– Итак, чем могу помочь доблестным чекистам? – улыбнулся Леонид Васильевич, усевшись в своем старорежимном кресле и сцепив руки в замок.

На Логинова он смотрел с интересом и симпатией – как умудренный жизнью дедушка на великовозрастного внука.

– Извините, что оторвал, но, боюсь, помочь в данном случае можете только вы...

– Буду рад!

– На Урале в течение трех дней скончались три человека. По причине внезапной остановки сердца. Так утверждает экспертиза. Однако эти люди связаны между собой...

– И вы подозреваете, что их убили, так?..

– Совершенно верно. Однако ни вскрытие, ни анализы это не подтверждают.

– Угу... Я понял. А можно поподробней обстоятельства?

– Да, конечно... – кивнул Виктор.

В это время дверь открылась.

– Леонид Васильевич! Мы готовы! – просунулся в кабинет какой-то мужчина с бородкой.

– Начинайте без меня, Саша!

– Хорошо! – кивнул Саша, которому было никак не меньше пятидесяти лет.

– Ну-ну, Виктор Павлович! Я вас внимательно слушаю! – повернул голову к Логинову профессор.

129

– Степан!

– Да, шеф?

– Я только что говорил с Чаковским, из судмедэкспертизы! Он высказал предположение, что для убийства всех троих использовали курареподобные вещества. Скорее всего, ардуан...

– Чего-чего?..

– Короче, это как кураре, только в десятки раз сильнее! И этот ардуан в принципе есть в каждой больнице! Потому что используется при проведении операций на грудных клетках! В общем, если профессор прав, на телах погибших должны обязательно быть следы инъекций!

– В смысле – уколов?

– Да! Это нужно проверить!

– Понял, шеф...

130

– Так-так... – побарабанил пальцами по деревянному подлокотнику кресла профессор Чаковский. Выслушав Логинова, он откинулся на спинку и посмотрел прищуренным глазом в угол кабинета. Потом покачал головой: – Да, это нечто новенькое. Довольно оригинально... Вы передачу «Клуб кинопутешествий» когда-нибудь смотрели? Или документальный фильм какой-нибудь об индейцах Амазонки?

– Да я, честно говоря, телевизор уже лет десять почти не смотрю. Но раньше было дело.

– Но кадры охоты индейцев на антилоп при помощи духовых трубок наверняка видели?..

– Кураре?.. – быстро спросил Виктор.

– Это единственный вариант. Судя по тому, что вы мне рассказали... – кивнул Чаковский.

– Но почему тогда экспертиза не обнаружила следов яда?

– Фактор времени, Виктор Павлович... Курареподобные вещества очень быстро распадаются. То есть анализы надо делать в течение четырех-пяти часов. А их ни в одном случае не проводили. Верно?

– Ничего не пойму... Но тогда ведь получается, что этого уголовника убили свои. Так?

– Отнюдь, Виктор Павлович! Вы заблуждаетесь... И виной тому – сэр Артур Конан Дойл. Это именно он в одном из своих рассказов изобразил кураре как мгновенно действующий смертельный яд. На самом деле кураре действует не мгновенно, а через определенный промежуток времени. И это не такой уж страшный яд. От него даже не нужно иметь противоядия. Достаточно просто поделать пациенту искусственное дыхание. Или сразу подключить его к дыхательному аппарату. Просто кураре на какое-то время вызывает расслабление гладкой мускулатуры, которая отвечает за дыхание. Поэтому смерть и выглядит естественной...

131

– Вот! – показал патологоанатом.

– Ну так, а куда ж ты раньше смотрел, йоперный балет?.. – пробубнил сквозь маску Горов.

– Да на теле каждого человека таких следов куча... Кто-то укололся, кто-то занозу загнал... Но ведь анализы-то ничего не показывали! – виновато вздохнул патологоанатом, но Горов его уже не слушал.

– Не розы... – вдруг пробормотал он. – Йоперный балет!.. Так! Двух других родственникам не отдавать!

– Как не отдавать?..

– Не отдавать и все!

– А основание?

– Повторная экспертиза основание! Бумага будет позже!

Еще раз скользнув взглядом по руке Болта, Горов развернулся и направился к выходу из морга. По дороге он сорвал с лица марлевую повязку и позвонил пожилому уголовнику, рулившему пока за Болта...

132

– Настя, мы с Аникеевым срочно вылетаем к Горову в Екатеринбург, там...

– Я знаю! Я с вами!

– Не понял?

– А что тут понимать?.. Я член вашей группы, поэтому...

– Настя, ты не поняла! Там реальный след и уже три трупа, так что...

– Виктор Павлович! Я лечу вместе с вами! И даже кресла наши в самолете рядом! Девятое и десятое... Ясно?

– Ясно!.. Твою мать... – пробормотал Логинов, отключив телефон.

133

– Здравия желаю, шеф! Карета подана! – протянул руку Степан.

– Здравствуй, Степа! – кивнула Горову из-за плеча Логинова Анастасия. – Подождите, мальчики, я сейчас! Хорошо?..

Сказав это, Настя направилась к залу официальных делегаций. У входа в него маячили два типа в безукоризненных черных костюмах, с микрогарнитурой, в позах футболистов в «стенке». «Девяткой», по нынешнему – Главным управлением охраны, от них разило за версту. При приближении одетой в джинсы, свитер и легкую ветровку Анастасии один из гуошников отнял руку от ширинки и выставил ее ладонью вперед.

Настя спокойно продемонстрировала ему свое удостоверение. Физиономии гуошников, смахивавшие до этого на лица каменных истуканов, словно по команде, вытянулись. Один из них быстро отступил в сторону, распахнув дверь, второй тут же прикрыл Настю корпусом, окидывая ближайшие подступы взглядом...

Однако Настя покачала головой, видно, сказав, что заходить внутрь не собирается. Несколько секунд спустя на пороге зала появился напомаженный тип с букетом...

– А это что за жених?.. – через плечо спросил Логинов.

– Помощник представителя президента по региону... – доложил успевший справиться на этот счет у капитана Тетеркина Горов. – А вон и свадебный поезд!

«Свадебный поезд» представлял собой «Мерседес» Е-класса и угловатый «Гелендваген» сопровождения. Логинов посмотрел на них и только тут понял, что вся эта роскошь в честь прибытия Насти. Помощник представителя президента успел тем временем вручить Зайцевой букет и в галантном поклоне предложил пройти к лимузину. Однако Настя качнула головой и на этот раз.

Кивнув в сторону оперативников ФСБ, она что-то сказала. Помощник представителя президента от услышанного шибко растерялся, потом что-то пробормотал и с вымученной улыбкой быстро куда-то позвонил...

Сказав несколько слов, он протянул телефон Насте. Та коротко побеседовала с кем-то, потом с улыбкой вернула трубку ее хозяину. Помощник приложил трубку к уху, кивнул и тут же отдал какую-то команду.

Настя сделала ему ручкой и махнула оперативникам:

– Мальчики! За мной! Я тут для нас джип арендовала...

Один из секьюрити метнулся к «Гелендвагену» и что-то сказал водителю.

Тот кивнул и быстро выскочил из-за руля. Ключ он оставил в замке зажигания.

Настя оглянулась:

– Грузимся! Кто у нас за водителя?

– Леня, давай! – сказал Логинов.

Усадив Настю на пассажирское кресло, он оглянулся через плечо. На заднее сиденье представительского «Мерседеса» погрузились охранники и водитель джипа. Вперед сел сильно растерянный помощник представителя президента, после чего лимузин быстро укатил...

– Однако вы здорово их озадачили, Анастасия Семеновна! – хмыкнул Логинов.

– И все ради того, чтобы быть поближе к вам, Виктор Павлович! А вы этого не цените!

– Почему же? Я ценю... За джип я вас даже готов расцеловать!

– Боже, с каким меркантильным типом я связалась!

134

Горов приказал капитану Тетеркину на «Шкоде» ехать за «Гелендвагеном» и запрыгнул на заднее сиденье джипа к Логинову. Тот велел:

– Ну рассказывай, что успел сделать?..

– В общем, с нотариусом пока непонятно...

– Что непонятно?

– Его помощник нашел в журнале запись. Забарская действительно имела дела с Фридманом. Она оставила у него какое-то распоряжение, посмертное...

– Так! И что с ним?..

– Помощник посмотрел, в сейфе ничего такого нет! В общем, скорее всего...

– Распоряжение изъял тот, кто убил нотариуса. Так?

– Да... – кивнул Горов. – Но зато у нас есть другой след!

– Какой?

– Я еще раз переговорил со свитой Болта. И думаю, что он перед смертью понял, кто его убил! Когда он сказал «не розы», он имел в виду не цветок на портсигаре, а то, что случилось на кладбище...

– А что там случилось?

– Когда Болт с «телками» были уже перед выходом, неожиданно начал бахать салют! И какая-то женщина с букетом с перепугу налетела на Болта! Он почувствовал укол, но только потом сообразил, что в букете были не розы! Так что колоться цветы не должны были...

– Женщина, говоришь?..

– Да! И вот она-то засветилась по-любому! Потому что на кладбище работали оперативники УБОПа, которые снимали всех уголовников от начала до конца похорон!

– Молодец, Степан! Тогда едем прямо в УБОП!

135

Вопрос с оперативными записями с похорон Жоры Маклярского решили достаточно быстро. Пока Логинов общался с начальником УБОПа и прибывшими из Москвы сотрудниками главка, записи сбросили на диски.

Смотреть «кино» поехали в УФСБ по Екатеринбургу и Свердловской области. За киномеханика был Аникеев. Пока он «фильтровал» эпизоды, Логинов пообщался с заместителем начальника управления и окончательно утряс вопросы работы их группы. Когда Виктор вошел в комнату отдела по борьбе с терроризмом, все уже сгрудились у монитора.

– Вот она! – тыкал пальцем в монитор Горов. – А ну отмотай немного назад, Леня!

Так!.. Все...

На мониторе возникла чинно направлявшаяся к выходу толпа участников похорон Жоры Маклярского. В какой-то момент в кадре появилась довольно молодая женщина в черном с букетом...

– Неужели это она убила Болта?.. – невольно спросила Настя у вставшего рядом с ней Виктора.

Впрочем, несколько минут спустя все сомнения отпали. Момент контакта женщины с Болтом имелся на двух записях. И Логинов хлопнул Горова по плечу:

– Тебе цены нет, Степан!.. Леня, быстро выбери несколько четких кадров и распечатай с увеличением! Степан, возьмешь местных и с этими фото опросишь свидетелей! Милиционеров из оцепления и убоповских оперов, что работали в толпе! А мы попробуем пробить эту даму по базам данных.

136

Горов ввалился в кабинет и вздохнул:

– Чай есть?..

– Есть, Степа, – кивнула Настя. – В тумбочке...

– Ну?.. – спросил Виктор.

– Да больше ничего не нарыли, – качнул головой Горов, направившись в угол к чайнику. Включив его, он посмотрел на Виктора разочарованным взглядом: – Несколько человек эту киллершу мельком видели. Появилась она вроде из боковой аллеи, вышла через калитку вскоре после Болта... И все! На этом след теряется. А у вас что?..

– По базам данных не проходит, – сказал Виктор. – Ни по рубоповским, ни по нашим... В общем, мы уже ориентировку разослали милиции...

Горов кивнул. Ориентировка – это был крайний вариант. Разослать ориентировку – все равно, что дать объявление в газете заказчикам и организаторам убийства Болта: «Напали на ваш след. Ищем исполнителя». Само собой, что киллер, если он, конечно, еще жив, после этого исчезает бесследно...

Но в данном случае ориентировка принесла результат. В тот самый момент, когда Горов начал заливать чай кипятком, на столе зазвонил телефон. Логинов снял трубку.

– Слушаю! Да... Да! Так, понял! Ждите! По коням! Киллершу опознал по фото милиционер аэропорта!

137

– Вот она! – ткнул пальцем в экран телевизора молодой лейтенант-милиционер службы безопасности аэропорта. – А это Сапфиров с ней разговаривает! Я из-за него на нее и обратил внимание! Думаю, гляди-ка, наш правдоруб себе какую молодку отхватил! Но они сейчас разбегутся... Ага, вот!

– Стоп! – сказал Виктор. – Кто такой этот Сапфиров?

– Так его все у нас знают... – удивленно пожал плечами милиционер. – По телику часто мелькает...

– Депутат областной Думы, – быстро сообщил капитан Тетеркин. – Довольно известная личность. Предприниматель и общественный деятель...

– Угу, – сказал Логинов, посмотрев на часы. Потом Виктор вытащил телефон и отошел в угол большой комнаты. Отсюда он позвонил начальнику местного УБОПа, с которым сегодня познакомился. – Это Логинов, извиняюсь, что так поздно, Андрей... Да, нужна срочная и неофициальная информация! Что у вас есть на некоего Сапфирова, депутата, в смысле связей с криминалитетом?.. Что, вообще?.. Да нет, это не существенно... Хорошо! Понял, спасибо! Еще раз извини...

Когда Логинов вернулся к столу, на телевизор уже вывели запись с наружной камеры. Молодая женщина вышла из здания аэровокзала с чемоданом и подошла к такси. Качество было неважным, и Горов сказал оператору:

– Увеличить нужно, чтоб номер срисовать!

– Сейчас попробуем...

Логинов тронул за плечо капитана Тетеркина.

– Да, товарищ полковник!

– Мне нужны телефоны этого самого Сапфирова. Как можно быстрее...

– Понял!

Капитан куда-то отошел, оператор сказал:

– Вот!

– Ага!.. – подался к экрану Горов. – Есть номерок...

Степан оглянулся на Логинова, тот кивнул:

– Занимайтесь с Аникеевым таксистом, а я пока попробую дозвониться и переговорить с этим депутатом...

138

– Ну вот, собственно, и все, – произнес в трубке Сапфиров. – А что, вы ее в чем-то подозреваете?

– Да! Иначе я бы не стал будить вас среди ночи. Но это тайна следствия. Большое спасибо! И еще раз извините...

– Да я все понимаю...

Закончив разговор, Логинов повернулся к начальнику смены службы безопасности:

– Дайте список пассажиров рейса!

Список вывели на компьютер. Виктор наклонился и ткнул в экран пальцем:

– Вот она! Наталья Вадимовна Серова... Отлично!

139

– Да! Слушаю... – хрипло проговорил в трубке Ватлин.

– Это Логинов, товарищ генерал!

– Я понял! Ну что?.. Раз разбудил, значит, есть реальный след?..

– Не хочу загадывать... Ситуация такая. Мы установили личность киллерши, убившей Болта. И даже успели пробить ее по милицейской базе. Зовут ее Наталья Вадимовна Серова, она является корреспондентом газеты «Калинин-Вест», проживает в Калининграде по адресу Приморский переулок, дом 17, квартира 14! И она вернулась домой в день ликвидации Болта... В общем, я бы послал Горова, но боюсь, как бы не было поздно, товарищ генерал... Мы успели разослать здесь на нее ориентировки!

– Думаешь, что заказчик доберется до нее раньше?

– Не исключаю! Ведь это единственная ниточка, по которой на него можно выйти!

– Хорошо, – окончательно сбросил сон Ватлин. – Давай еще раз установочные данные, подожди, сейчас включу диктофон...

– Да я их прямо УФСБ по Калининградской области сброшу! Вы просто организуйте команду за подписью замдиректора, чтобы они сразу за дело взялись, а то мало ли что...

140

Приморский переулок был надежно закрыт. Первыми, еще ночью, на место прибыли поднятые по тревоге опера отдела по борьбе с терроризмом. За ними подтянулись «Альфа», оперативники других отделов и начальство. Под утро здесь находилась почти половина оперативного состава УФСБ. Руководил операцией заместитель начальника управления.

Около шести часов по рации пришло сообщение:

– Внимание! Вижу свет в окне квартиры!

Две-три минуты спустя другой наблюдатель сообщил:

– Объект покинул квартиру! Спускается!

– Один? – уточнил замначальника управления.

– С собакой!

– Твою мать! Порода?

– Не могу сказать!

– Так! Капкан-1! Объект с собакой неустановленной породы!

– Принял!

– К захвату готовы?

– Да!

– Действуйте, как только выйдет!

Наталья, слегка заторможенная со сна, спустилась по ступенькам к двери подъезда. Ее кокер-спаниель, поскуливая, натянул поводок и, выставив задницу, припал к щели носом.

Наталья зевнула и открыла замок. Кокер тут же выскочил на улицу, едва не свалив с ног хозяйку.

– Да стой же, глупый!.. – наклонилась та, чтобы отстегнуть поводок.

В этот момент одновременно с трех сторон к подъезду метнулись темные тени. Кокер, решив, что это игра, радостно залаял. Наталья вскрикнула и сунула руку в карман.

– Гау-гав!.. – рванулся под ноги одного из «альфовцев» кокер.

– Стоять! – заорал другой боец.

Наталья отпрыгнула к железной двери подъезда, в ее руке что-то тускло блеснуло. Но в следующий миг на нее сбоку уже прыгнул первый «альфовец».

Ощущение было такое, словно Наталью сбил тепловоз...

141

Очнулась Наталья только тогда, когда ее ухватили за вывернутые назад руки в браслетах и поволокли к подъехавшему к подъезду микроавтобусу.

Кто-то подобрал выпавший из руки Натальи баллончик со слезоточивым газом, кто-то ловил носившегося с радостным лаем вокруг микроавтобуса кокера...

– Отбегалась тетка!.. – бросил кто-то из оперов.

Дверь микроавтобуса с приглушенным хлопком закрылась.

– Лежать! Не двигаться! Трогай!

На всякий случай Наталью не усадили, а уложили лицом на пол.

Микроавтобус «Альфы» рванулся с места. Впереди и сзади его прикрывали две машины. Несколько минут бешеной езды по еще темным улицам, резкий поворот, прыжок на выступе перед воротами – и кортеж оказался во внутреннем дворе УФСБ...

Только здесь «альфовцы» наконец расслабились. Прижимавшие Наталью к полу ботинки куда-то подевались, дверца микроавтобуса отъехала в сторону, и женщину уже не так быстро потащили к двери.

– Я требую... адвоката!.. – выдохнула наконец начавшая приходить в себя Наталья.

– Это не к нам! – весело сказал один из «альфовцев». – Это к начальству! Оно вам и адвоката, и прокурора, и судью организует!

142

– Так вы категорически утверждаете э-э... Наталья Вадимовна, что в Екатеринбург в последнее время не летали?

– Нет! Я вообще ни разу в жизни не была на Урале! И самолетов боюсь...

– Так а-а... – начал было следователь, но в этот момент замначальника управления тронул его за плечо и бросил на стол несколько недавно полученных из Екатеринбурга фото.

На них была изображена киллерша. Маркером замначальника обвел ее рот и нос. Следователь был опытным товарищем и смысл этих «рисунков» понял сразу.

Конечно, косметика, а тем более профессиональный грим способны творить чудеса. И даже могут превратить серую мышку в женщину-вамп. Но одно дело «увеличить объем ресниц на пятьдесять пять процентов» и совсем другое – изменить форму носа или ширину скул.

В общем, следователь сразу понял, что сидящая перед ним женщина вовсе не та, которая была нужна, и в кабинете на несколько секунд воцарилась гнетущая тишина...

143

– Да, слушаю, товарищ генерал! Какие новости из Калининграда?

– Да новости не очень, Витя...

– Отравилась, что ли, эта Серова?

– Да нет, слава богу, жива-здорова, – вздохнул Ватлин. – Просто это не она...

– Черт! Это точно?

– Точнее не бывает.

– А как же документы?.. – растерянно спросил Виктор.

– Да как раз в них и дело. Эта Серова была не так давно на фестивале в Юрмале. И там у нее пропали общегражданский паспорт и редакционное удостоверение...

– Стоп! А зачем она брала с собой за границу общегражданский паспорт?

– Ты у меня спрашиваешь, Витя?.. Я думаю, потому что дура. Ты что, женщин не знаешь? Они и замуж выходят незнамо зачем, а потом сами удивляются, как это их угораздило... Мало того, пропали у нее документы по пьянке. Дело было в заключительный день фестиваля, все укушались на фуршете и айда в море купаться... Но это она рассказала сейчас, когда жареный петух в одно место клюнул. А в заявлении об утере паспорта в милицию она написала, что утопила его в море, когда на прогулочном катере в своем Калининграде каталась. Чтоб, значит, не было вопросов. Вот такие новости...

– Ясно, – вздохнул Виктор.

– Что тебе ясно?..

– Что до киллерши мы не доберемся. По крайней мере, в обозримом будущем. Она, судя по всему, гражданка какой-то из прибалтийских республик, то есть Объединенной Европы. И сразу вернулась по своему настоящему паспорту в эту самую Европу, мать ее ети... Подавать в розыск через Интерпол – достаточных оснований нет. Но даже если бы и были, навряд ли бы ее кто сильно искал. А нашли бы, хрен бы выдали...

144

Хадам Астамиров смотрел из-за занавески на старое трехэтажное здание «Уралброкбизнесбанка». За время наблюдения Хадам изучил его до мельчайших деталей. Он даже знал, что на углу у самой водосточной трубы из кладки угрожающе свисает кирпич, который может упасть кому-нибудь на голову...

Слева по ступенькам головного офиса спустился высокий парень в темном костюме. Рядом с ним семенила на каблуках дамочка лет под пятьдесят, которая приехала несколько минут назад на «Ниссане»...

Хадам привычно посмотрел на часы. Этот высокий парень как раз и был тем самым банковским клерком, который обеспечивал доступ клиентов к сейфам. И направлялся он с дамочкой как раз в то хранилище, в котором спрятала фотографии Астамирова Забарская.

Информацию о месте нахождения сейфа Хадам сразу получил у Фридмана. И ключ у него был – лежал в запечатанном конверте вместе с распоряжением. А вот добраться до сейфа Астамиров все никак не мог. Просто не повезло Хадаму.

Он довольно быстро сообразил, что самый простой способ оказаться в хранилище и тихо изъять содержимое сейфа Забарской – это арендовать там ячейку. Сам Астамиров, конечно, светиться не стал, а отправил в банк Ахмада. В специально купленном костюме, чтоб выглядел солидно и раньше времени никаких подозрений не вызвал, и с более-менее качественно подделанным паспортом. Само собой, что никто в таких случаях паспорт сильно не проверяет – фамилию с регистрацией спишут, и все...

Но эта гениальная в своей простоте задумка не сработала – из-за того, что неарендованных сейфов в наличии не оказалось. Правда, Ахмада обнадежили и посоветовали перезвонить на следующий день. И он перезвонил, но владелец сейфа, у которого истекал срок договора, успел его продлить.

Астамиров едва зубами не заскрежетал, когда узнал об этом. Ведь чего проще – арендовал Ахмад сейф, пошел с клерком в хранилище, там тюкнул его по башке, сейф профессорши вскрыл и спокойно вышел. И даже мочить клерка не обязательно. Ахмада просто в тайге закопать, чтобы даже Иса не знал. И все. Выходов на Астамирова нет...

145

– Ну, что скажете?.. – обвел глазами своих сотрудников Логинов, сообщив новости из Калининграда.

– А что тут скажешь, йоперный балет!.. – выразил общее мнение Горов.

– Тогда я скажу, – потянулся за сигаретой Логинов. Однако его взгляд наткнулся на Зайцеву, и прикуривать он не стал. – Через киллершу выйти на заказчиков не удалось, но это не значит, что все потеряно. След где-то должен быть. Убить троих человек и не оставить ниточек – это практически невозможно... Просто мы где-то что-то недосмотрели...

– Или недодумали... – сказала вдруг Настя.

– Что?.. – посмотрел на нее Логинов.

– Да я насчет распоряжения Забарской вдруг подумала, – объяснила Анастасия. – Мы уперлись в одного нотариуса, этого самого Фридмана. А ведь не исключено, что она перестраховалась...

– А конкретнее? Что ты имеешь в виду?

– Да я и сама пока толком не знаю. Но чувствую, что надо поработать по другим нотариальным конторам. Проверить, не оставляла ли Забарская распоряжений у кого-нибудь еще.

– Не возражаю, – кивнул Логинов. – Тогда так: Степан и Леня, вы с местными ищете возможных свидетелей по эпизодам у клиники и конторы Фридмана, Анастасия Семеновна работает по другим нотариальным конторам. А я попробую получить постановление на обыск квартиры и дачи Забарской...

146

Через дорогу к «Уралброкбизнесбанку» лениво потрусил бездомный желтый пес – какая-то странная помесь дворняги с питбулем, от буля – короткие кривые лапы и мощные челюсти, все остальные «части» тела от дворняги.

Астамиров знал этого одинокого пса как облупленного. Даже мог сказать, что он сейчас сделает...

Пес притормозил возле водосточной трубы, деловито понюхал угол, потом задрал желтую лапу и поставил «личную метку». Астамиров не ошибся. Но это ни на йоту не приблизило его к сейфу Забарской. А время поджимало. Надо было на что-то решаться.

Вариантов оставалось два. Первый: брать какого-нибудь клиента, хотя бы эту тетку на «Ниссане», срочно везти ее к нотариусу и делать доверенность. Второй: тут же мочить обоих, возвращаться в банк и по этой доверенности идти в хранилище...

И все бы ничего, но Ахмад в банке уже засветился. Так что во избежание накладок доверенность по-любому нужно было делать на Ису, но у того не было фальшивого паспорта на «левую» фамилию, не говоря уже о вытекающих последствиях в виде того, что тогда и Ису придется закапывать в тайге...

Ису Астамирову было жалко. Не по-человечески, а как уникального воина. Классного водителя и исполнительного боевика вроде Ахмада найти не проблема. А вот другого Исы днем с огнем не сыщешь. С кем потом бизнес делать?..

Но и тянуть дальше с сейфом было нельзя. Проводив желтого пса взглядом, Астамиров вздохнул. Оставался только один вариант. Войти в хранилище на «хвосте»...

Хадам решительно отвернулся от окна и позвал, посмотрев на часы:

– Ахмад, Иса!..

Когда боевики вошли в комнату, Астамиров кивнул:

– Садитесь! Значит, так... Сейф нужно успеть взять сегодня. План такой...

147

Какая-то дальная родственница Забарской, бывшая у нее кем-то вроде доверенной домработницы, смотрела на Логинова с укором и осуждающе. В ее глазах словно бы было написано: у людей горе, а вы...

– Значит, так, – вздохнул Логинов, оглядываясь.

В большой квартире профессора было печально-торжественно и тоскливо. Эта самая родственница задрапировала зеркала, занавесила окна и сделала что-то еще, отчего квартира стала напоминать богатый склеп. Делать здесь обыск действительно было как-то кощунственно, и это чувствовали и понятые, и даже притихшие опера ФСБ. Но, несмотря ни на что, обыск делать было надо. Чтобы попытаться найти ниточку к убийцам Забарской...

– Работаем аккуратно. Золото-брильянты нас не интересуют. Ищем документы и личные записи. – Здесь Логинов посмотрел на видневшийся за приоткрытой дверью кабинета компьютер и уточнил: – На любых носителях... Ясно?

– Так точно!

– Так точно, товарищ полковник! – нестройным хором ответили оперативники.

– Тогда за работу!

148

Небольшой строительный рынок на окраине Екатеринбурга жил своей жизнью. Особой суеты здесь не наблюдалось. По одной стороне дороги метров на двести – двести пятьдесят растянулись контейнеры. Перед ними на обочине были выставлены всевозможные строительные товары – от тачек с бетономешалками до наборов инструментов и гвоздей с электродами. Покупатели в основном подъезжали на машинах. И в них грузили товар. Очень удобно...

Именно поэтому Астамиров и приехал сюда. Они с Исой сидели в «девятке» поодаль, на противоположной стороне дороги. Ахмад расхаживал возле контейнеров, вроде как прицениваясь к товару. Машины на обочине стояли пока только легковые. Трое «Жигулей» разных моделей с прицепами, пара старых иномарок, потом подъехал совсем новый «Мерседес». Но это все было не то...

Наконец Астамиров напрягся. К рынку приблизилась «Газель» с грузовым отделением, накрытым тентом. Называлась она правильно не «Газелью», а как-то по-другому, но сейчас это было неважно. Важно было, что как раз такая машина и нужна была Астамирову.

Машина притормозила и вильнула на свободное место. Хадам прикипел к ней взглядом и немного выждал – некоторые строители приезжали закупать на рынке товар целыми бригадами. Но в «Газели», хвала Аллаху, оказались всего два человека...

Из дверцы со стороны пассажирского сиденья выскочил уверенный в себе мужичок в довольно щегольском комбинезоне. Из-за руля выбрался водитель, тоже в комбинезоне и тоже более-менее чистом. Мужичок, явно бригадир, с ходу нырнул за контейнеры.

Астамиров быстро вытащил телефон. В данном случае пользоваться рацией было не с руки.

– Да! – приложил трубку к уху Ахмад.

– «Газель» бери! – сказал Хадам. – Плати, сколько попросят...

Ахмад оглянулся, спрятал телефон и направился к водителю «Газели». Тот выслушал его, неопределенно пожал плечами и кивнул куда-то за контейнеры.

Ахмад стал дожидаться бригадира. Когда тот вынырнул из щели и позвал водителя, чеченец направился к нему.

Сперва бригадир отрицательно покачал головой. Но Ахмад довольно быстро уговорил его.

Пока бригадир с водителем таскали в кузов мешки с цементом, Ахмад купил дешевую одноколесную строительную тачку и подкатил ее к «Газели». Тачку тут же засунули под тент вслед за мешками...

Астамиров повернул голову и быстро сказал Исе:

– Поехали!

149

– Товарищ полковник! – донесся из спальни голос. – Можно вас на минуту?

Виктор прошел к двери. Большая кровать Забарской была косо отодвинута от стенки. Увидев Виктора, оперативник ФСБ приложил металлоискатель к паркету и нажал кнопку. Раздался писк.

– Будем вскрывать! – кивнул Виктор и распорядился: – Пригласите понятых!

Из большой команаты донеслись приглушенные голоса. Обыск продолжался уже больше часа. Понятые заскучали и давно украдкой позевывали, домработница устала испепелять фээсбэшников взглядом, и укор в ее глазах стал не таким ярко выраженным...

Когда спальня заполнилась молчаливыми людьми, Виктор кивнул оперативнику с камерой. Тот включил запись. Логинов посмотрел на часы, сообщил в объектив точное время, потом повернулся к понятым:

– Сейчас в вашем присутствии будет произведено снятие паркета...

– Батюшки! А паркет-то курочить зачем?.. – не сдержавшись, всплеснула руками родственница-домработница.

К ее удивлению, ничего курочить не пришлось. Кровать отодвинули к другой стенке, один из оперативников приладился было с гвоздодером к плинтусу, но что-то заметил и отложил инструмент. Включив фонарик, он посветил сверху над стенкой и тонкой отверткой на что-то нажал.

Плинтус снялся абсолютно свободно. И так же свободно минуту спустя снялся целый блок паркета. Сонливость и скуку у понятых как рукой сняло.

Вытянув шеи, они с живым интересом смотрели на скрывавшуюся под паркетом металлическую дверцу...

150

– Все! Садись! – быстро сказал бригадир Ахмаду, запахнув тент.

Он привык командовать. И даже когда они погрузились втроем в кабину, велел водителю:

– Двигай, нам до вечера надо боковую стенку кафелем выложить!

Водитель покосился в зеркало и тронул «Газель» с места. Ловко развернувшись, он направил машину в сторону города.

– Куда? – некоторое время спустя спросил он, когда впереди показалась развилка.

– Вон там налево!.. А потом еще раз налево! – показал пальцем Ахмад.

Водитель пропустил встречную машину и повернул. Вскоре «Газель» запрыгала по разбитой дороге. По одну сторону ее потянулись участки со строящимися домами, по другую за деревьями проглядывало болотце.

Бригадир окидывал дома профессиональным взглядом и бормотал:

– Молдаване, блин, кладкой занимаются... лет через десять посыплется... А это бандеровская... сто лет простоит.

– Нам надо вон туда! – вскинул палец Ахмад.

Водитель притормозил. Болотце слева закончилось, в обход его к высокому забору какой-то подстанции шла усыпанная щебнем дорога. «Газель» весело поскакала по ней, притормозила и свернула. Впереди в проезде стояла какая-то «девятка» с распахнутым багажником, людей видно не было.

Водитель «Газели» собрался было посигналить, но Ахмад сказал:

– Ладно, я здесь выйду! Тут напрямик рядом!

Никто возражать не стал. Деньги-то за подвозку тачки Ахмад уже уплатил.

Бригадир живо распахнул дверцу и выскочил первым. Ахмад выбрался за ним, специально чуть замешкавшись...

Водитель сразу направился к задней части машины. Бригадир отвернулся, и Ахмад тут же схватил его сзади за голову и ударил ножом. Это не был знаменитый чеченский удар, перерезающий горло от уха до уха. Ахмад просто мгновенно вонзил нож в сердце бригадира, так что ни крови, ни даже предсмертного хрипа, столь любимого авторами боевиков, не было. Был бригадир, и не стало бригадира...

151

Оперативник с уважением посмотрел на дверцу вмурованного в пол сейфа, потом оглянулся на Виктора:

– Тут фомкой не возьмешь!.. Да и автогеном, наверное, с ходу не получится! А код шестизначный. Жизни не хватит подобрать...

Понятые переглянулись и оживленно зашептались. Логинов с телефоном в руке вышел из спальни. Нужно было вызывать специалиста. Однако, прежде чем Виктор успел связаться с УФСБ, к нему дозвонилась Настя:

– Виктор Павлович!

– Да!

– Я в нотариальной конторе Селиванова! Тут отыскалось кое-что!

– Ну-ну?..

– На имя Забарской оформили здесь меньше года назад доверенность на право доступа к депозитной ячейке в «Уралброкбизнесбанке»! А арендована она неким Леонтовичем Дмитрием Захаровичем! Вот...

– Стоп!.. – проговорил Виктор. – Дмитрием Захаровичем Леонтовичем?..

Секунду!

Пройдя в спальню, Логинов спросил у родственницы:

– Скажите, пожалуйста: фамилия Леонтович вам случайно не знакома?..

Родственница посмотрела на Логинова, кажется, даже с сочувствием:

– Как же не знакома?.. Это ж девичья фамилия Людмилы Яновны...

Минуту спустя Виктор уже сообщил Зайцевой:

– Дмитрий Захарович Леонтович – это сын Забарской! Тот самый, который находился на стажировке в Штатах и все никак не может долететь! Утром он звонил из Франкфурта, вроде ночью будет...

152

Водитель «Газели» живо обежал машину и откинул в сторону тент. Настроение у него было хоть куда – у любого бы было, сруби он на ровном месте с какого-то «урюка» две сотни. Сто рублей, правда, достались бригадиру, но и водитель был не внакладе.

Водитель перегнулся через задний борт, нащупал лежащую вверх тормашками тачку и подтащил ее за ручки к себе.

– Эй, ты где? – оглянулся он.

В этот момент боковым зрением водитель уловил слева какое-то движение. И быстро повернулся. Это был Иса. Откуда он взялся, водитель так и не понял. Зато он почувствовал, что тут что-то не так.

Мгновенно отпустив ручки тачки, водитель отпрыгнул назад. В этот момент справа выскочил Ахмад. Лицо у него было совсем не такое дебильное, как несколько секунд назад. И правую руку «урюк» почему-то держал за спиной.

Иса бросился на водителя. Но тот, видно, когда-то занимался боксом, потому что сделал шаг в сторону и встретил чеченца выставленной рукой. Иса успел наклонить голову, так что удар вышел скользящим, но и водителя он не схватил.

Ахмад с приглушенным рыком рванулся вперед. В его правой руке мелькнул испачканный кровью нож... Водитель среагировал мгновенно. Развернувшись в прыжке, он бросился прочь по дороге. Но почти сразу сзади раздались выстрелы.

Короткая очередь вспорола спину водителя и швырнула его на дорогу.

Вынырнувший из-за угла «Газели» Астамиров быстро огляделся по сторонам и бросил:

– Убирайте! Вы что, какого-то водилу уже тихо завалить не можете?..

153

Настя спустилась в огромное фойе с крошечным фонтаном. Вынырнув из-за прозрачной шахты лифта, она спросила у секьюрити за стойкой, где находится заведующий отделом сейфов.

– По ступенькам вверх! Второй кабинет справа!

– Спасибо!

Поднявшись по короткой лесенке, Зайцева нырнула в большие двери и оказалась в квадратном зале. Слева располагались окошки касс, посередине столы с рекламной макулатурой. За первой стеклянной, расположенной справа дверью виднелись несколько стоящих впритык друг к другу столов.

Юноши и девушки обслуживали пятерых или шестерых клиентов.

Вторая дверь была не стеклянной, а пластиковой. Едва Настя подошла к ней, как она отворилась сама.

На пороге возник парень не старше двадцати четырех – двадцати пяти лет. Увидев Зайцеву, он воровато оглядел зал за ее спиной и приглушенным голосом произнес:

– Здравствуйте! Это вы от Владлена Тимофеича?..

– Да! Здравствуйте! – кивнула Настя.

– Прошу! – Еще раз окинув взглядом зал, парень быстро отступил в сторону.

– Спасибо!

Настя вошла в небольшой кабинет. Парень пододвинул ей стул, сам отступил в сторону. Потом спросил:

– Так что вас, гм, интересует?..

– В вашем банке арендует депозитную ячейку Леонтович Дмитрий Захарович! Мне нужно узнать, в каком отделении эта ячейка находится и кто, кроме него, на протяжении последних дней имел к ней доступ...

– Простите?.. – нахмурился парень.

– Леонтович вообще-то за границей, – объяснила Зайцева. – Был, во всяком случае... Но на доступ к своей ячейке он выдал доверенность своей... родственнице!

– А, понял... – кивнул парень, направляясь к компьютеру. – Вообще-то это, конечно, строго конфиденциальная информация, я был в Швейцарии на стажировке, там за такое лет на пять могут засадить... С ячейкой, правда, попроще. Она должна быть в моей общей базе. Сейчас будем искать... А вот с посещениями, конечно, сложнее. Они заносятся в журналы, которые находятся в самих отделениях. Так что...

– Ничего, я на машине! – сказала Зайцева, посмотрев на часики. – Заодно и домой вас подвезу...

Парень удивленно глянул на посетительницу, но ничего не сказал: как-никак пришла она от самого управляющего... Его пальцы защелкали по кнопкам навороченной оптической мышки.

– Как вы сказали зовут клиента, уточните, пожалуйста!

– Леонтович Дмитрий Захарович... – четко проговорила Зайцева.

– Так... Так... Ага. Есть такой. Вот.

– И в каком отделении он арендовал сейф?..

– Сейчас гляну. Так... Так... В Октябрьском, – немного удивленно сказал парень.

– И где это, далеко?.. – быстро спросила Анастасия.

– Это здесь, за углом. Октябрьское отделение в соседнем здании... Но у них там ремонт, – посмотрел на Зайцеву парень.

– И что?.. – быстро спросила та.

154

Трупы убитых строителей отволокли в кусты и наспех замаскировали. На строительном рынке Ахмад купил три комплекта рабочей одежды, кепки, нитяные перчатки и респираторы. Он и Хадам быстро переоделись. Иса свой пакет с комплектом одежды бросил на заднее сиденье «девятки». Оружие из нее перегрузили в кузов «Газели», туда же забрался Хадам. Ахмад уселся за руль.

«Газель» задним ходом проехала до поворота и пропустила «девятку». Иса свернул, окинул дорогу взглядом и потянулся к рации.

– Я готов! – доложил он.

– Тогда вперед! – велел Астамиров, посмотрев на часы. – Только осторожнее!

Машины тронулись. Хадам сидел в кузове «Газели» на подпрыгивающих мешках с цементом. Лицо его было жестким. «Сегодня или никогда» – словно бы было написано на нем...

Он постарался спланировать нападение так, чтобы исключить какие-либо случайности. Иса, ехавший на «девятке» впереди, должен был предупредить Ахмада, если бы на дороге оказались гаишники. В крайнем случае, отвлечь их внимание на себя. Ведь оружия в «девятке» не было...

Однако это не понадобилось. До места добрались без накладок. Дорога здесь плавно сворачивала направо. У обочины располагались кафе, пара магазинов и длинное строение с надписью «Шиномонтаж». Именно здесь Иса и оставил «девятку» среди дюжины вразнобой припаркованных машин.

Ахмад проехал за поворот, свернул в круто уходящую вверх улочку и остановился. Иса вскоре вынырнул из переулка впереди. Ахмад не стал трогаться с места, просто сообщил по рации Хадаму, что все в порядке. Иса обогнул «Газель», незаметно оглянулся и нырнул в кузов.

– Переодевайся! – кивнул Хадам. – А то еще башку расшибешь...

Иса кивнул и извлек из прихваченного из «девятки» пакета рабочую одежду. Астамиров поднялся и выглянул в проделанную в тенте щель. Справа над крышами одноэтажных частных домов возвышалась гора. На ней был разбит большой старый парк. От этого парка до «Уралброкбизнесбанка» было около трех километров. Астамиров после нападения собирался бросить «Газель» наверху в кустах. Неподалеку от склона в них был скрыт колодец ливневой канализации. В него стекала вода со всего парка, после чего по широкой железобетонной трубе внутри склона уходила вниз. А выход из нее был неподалеку от приземистого здания шиномонтажа. Точнее, как раз позади него, в глубокой цементной канаве...

155

– Да ничего, – улыбнулся парень. – Они временно сидят здесь, за стенкой. Завтра, наверное, с утра будут перебираться...

– Ой, как хорошо! – сказала Настя. – Значит, и журнал здесь?..

– Да журнал-то здесь... – вздохнул парень, неуверенно потянувшись рукой к телефону. – Только...

Зайцева поняла его. Как начальник отдела, он должен был не только сам неукоснительно блюсти банковскую тайну, но еще и требовать этого от своих подчиненных. Во всяком случае, не рекламировать ее разглашение...

Немного поколебавшись, парень все же позвонил в соседний кабинет.

Трубку взяли не сразу. Наконец в ней раздался тоскливый голос:

– Да, слушаю...

– Денис, это Алябьев! Зайди ко мне, пожалуйста, на минутку со своими VIP-папками!

– Хорошо, сейчас, только с клиентом закончу...

Шел этот самый Денис так долго, как будто находился не в соседней комнате, а на Северном полюсе. В конце концов начальник отдела Алябьев неловко заерзал в кресле и немного виновато сказал:

– Клиент...

– Да я все понимаю, – кивнула Зайцева. – Извините, у вас курить можно?

– Гм-м... Лучше не надо. А то заглянет еще кто-то из начальства или службы безопасности и... придется объяснять... Мы сами вообще-то на улице курим.

– Тогда лучше потерплю! – улыбнулась Настя.

Тут в кабинет наконец вошел Денис – парень лет двадцати семи. Под два метра ростом, кряжистый, он по габаритам скорее подходил для работы в службе безопасности, чем для работы с клиентами.

– Здравствуйте! – сказал Денис, скользнув по Зайцевой замученным взглядом. Пройдя к столу Алябьева, он положил стопку скоросшивателей. – Вот!..

На торце каждого скоросшивателя было крупно написано «VIP-клиенты», а ниже имелись приписки шрифтом помельче. Алябьев наклонил голову, разглядывая надписи, Денис мрачно покосился через плечо на Зайцеву. Видимо, он подозревал, что она пришла жаловаться на что-то...

– Гм-м... – наконец поднял голову Алябьев. – Так, а где папка клиентских сейфов?

– В Октябрьском, – кивнул на стенку Денис.

– Не понял... – покосился на Зайцеву начальник отдела и вдруг перешел на шепот: – А что она там делает?..

Денис невольно тоже перешел на шепот:

– Лежит... В хранилище...

Зайцева, как человек воспитанный, отвернулась. Несмотря на потуги молодых людей сохранить «банковскую тайну», она все слышала. Оказалось, что наученный горьким опытом Денис отнес журнал с записями посещений клиентов банка в хранилище специально: при «переезде» в главное здание папка куда-то затерялась, и, пока ее искали в картонных ящиках, один из VIP-клиентов едва не побежал жаловаться самому Владлену Тимофеичу...

Уяснив это, Алябьев сказал уже нормальным голосом, обращаясь к Анастасии:

– Извините, немного подождать придется...

Настя быстро повернула голову:

– Да я могу просто пройти с молодым человеком и на месте посмотреть! И быстрее получится, и вас не буду больше отрывать от дела!

Денис непонимающим взглядом покосился на странную посетительницу.

Алябьев снова что-то зашептал ему на ухо, на этот раз совсем тихо, так что разобрала Зайцева только «...Владлен Тимофеич...»

156

«Газель», гудя двигателем, взобралась по дороге наверх. Иса с Хадамом, державшиеся за ребра каркаса, наконец отпустили руки. Справа замелькали проглядывающие сквозь деревья неработающие аттракционы. Людей в парке было совсем мало.

«Газель» свернула влево, потом вправо, проехала около двух километров и пересекла улицу. Ту самую, на которой располагался банк. За перекрестком Ахмад свернул во дворы. Вскоре он поставил «Газель» за углом дома – соседнего с тем, в котором они снимали квартиру. Место это Хадам показал ему заранее.

– Нормально?.. – спросил Ахмад, наклонившись и прижав к губам рацию. – Или еще чуть назад?

– Нормально... – ответил из кузова Хадам.

Место он и вправду выбрал отличное. Выход из главного офиса и вход в старое здание банка через дыру в тенте кузова просматривались как на ладони. При этом сама «Газель» находилась для установленной над входом в Октябрьское отделение камеры в «мертвой зоне».

Хадам осмотрел улицу. Ничего подозрительного он не заметил. Через какое-то время из просвета между главным офисом и старым зданием «Уралброкбизнесбанка» вынырнул зеленый микроавтобус-броневик. Там был выезд из подземного гаража. Астамиров посмотрел на часы. Все пока шло именно так, как он задумал. Броневик уехал. А с ним и охранники с автоматами, которые теоретически могли бы прийти на помощь своим коллегам из Октябрьского отделения. И вот-вот должно было наступить время, которое Хадам окрестил как «тихий час».

Дело было в том, что сразу после обеда наблюдался большой наплыв клиентов. А примерно час-полтора спустя все вдруг стихало – до самого вечера. Так что все складывалось очень удачно. И Астамиров приказал Ахмаду по рации:

– Давай сюда!

Ахмад хлопнул дверцей и вскоре нырнул под тент в кузов. Иса по знаку Астамирова принял наблюдение. Хадам же в последний раз проинструктировал Ахмада. Тот кивнул, проверил пистолет и сунул его под спецовку.

– Давай!.. – тронул его за плечо Астамиров. – Сделай все, как я сказал!

Ахмад нырнул на улицу и прошел в кабину. Хадам на всякий случай проверил свой пистолет-пулемет «спектр». Итальянский инженер Роберто Теппе постарался на славу. «Спектр» был намного компактнее знаменитого израильского «мини-узи», при этом в его четырехрядном магазине умещались пятьдесят патронов. Убедившись, что оружие в порядке, Хадам прошел к щели и сказал Исе:

– Давай я! Замотай «калаш»...

Астамиров принял наблюдение и окинул настороженным взглядом улицу. Иса немного повозился с автоматом и сказал:

– Готово!

– Хорошо! – кивнул, не оглядываясь, Астамиров. – Как только будет клиент, начнем...

157

На столе неожиданно зазвонил телефон. Денис, склонившийся к Алябьеву, невольно вздрогнул. Начальник отдела протянул руку, снял и снова опустил трубку.

– Понял? – спросил он.

– Понял, – кивнул Денис, наконец разгибаясь.

Телефон зазвонил снова. Алябьев снял трубку, немного послушал торопливо-взволнованный девичий голос и сказал:

– Я понял! Сейчас! – Опустив трубку, он посмотрел на Дениса: – Алла!.. Там у вас какой-то VIP уже разоряется, а у нее папки нет...

Денис мученически вздохнул и сгреб со стола скоросшиватели. Быстро направившись к выходу, он бросил Зайцевой:

– Подождите в зале, пожалуйста! Я сейчас, только ключи возьму!

Алябьев поднялся:

– Я бы вас сам проводил, но лучше...

– Да-да! – кивнула Зайцева, быстро вставая. – Я все понимаю: банковская тайна и прочее! Премного вам благодарна! Большое спасибо!

Алябьев проводил ее до двери. Зайцева на прощание кивнула ему, еще раз поблагодарила и направилась в квадратный зал.

За стеклянной дверью у стола девицы с оскорбленным видом принципиально стоял, а не сидел какой-то мужчина в кожаном пиджаке.

Девица быстро листала одну из принесенных Денисом папок, а тот брал что-то из пристроенного прямо на подоконнике сейфа...

158

Хадам нервно сжал руку в нитяной перчатке. Чеченцы были давно готовы начать нападение, но, как назло, за сорок минут никто не соизволил наведаться в свой сейф. Астамиров нервничал все больше. Клиентов было совсем мало. И начальство, видно, куда-то смылось, потому что охранник старого здания расслабился настолько, что некоторое время назад даже позволил себе выйти покурить на невысокое крылечко. А они теряли такой шанс...

И тут наконец на выходе главного офиса возникла приметная фигура клерка в темном костюме. Рядом с ним на крыльце показалась скромно одетая женщина с сумочкой, которая уже довольно давно вошла в здание, подъехав на черном угловатом джипе «Гелендваген».

– Ахмад! – мгновенно приложил рацию к губам Астамиров. – Поехали!

Ахмад тут же завел двигатель. «Газель» быстро свернула, объехала заборчик и выскочила на улицу. Рация в кармане Ахмада снова заработала:

– Не спеши сильно!

Ахмад метнул взгляд влево и понял, в чем дело. Высокий парень в черном костюме решил на ходу перекурить, так что шел он довольно медленно. Рядом с ним вышагивала очень симпатичная молодая женщина. Одета она была по-простому: в джинсы, свитер и легкую куртку. В руке женщина несла стильную сумочку.

Ахмад медленно повернул на улицу, миновал старое здание и включил правый поворотник. Пропустив клерка и женщину с сумочкой, он пересек тротуар и приблизился к пандусу, который вел в подземный гараж.

Въезд был перекрыт шлагбаумом. Сидевший в будке охранник насторожился, но Ахмад остановился и, вывернув руль, стал сдавать задом к входу в Октябрьское отделение. Охранник в будке расслабился и снова взялся за какую-то газету.

В зеркале было видно, как высокий клерк дважды торопливо затянулся, потом бросил окурок в урну и распахнул перед женщиной дверь. Они вошли, Ахмад подъехал к крылечку и остановился. Не выключая двигателя, он выпрыгнул из кабины.

Тент отлетел в сторону. Глухо стукнула о тротуар тачка, в нее плюхнулся мешок с цементом. Над тентом поднялось белесое облачко. Ахмад обогнул передок «Газели» и шагнул к входу. Открыв дверь, он вошел в банк, преодолел четыре ступеньки, нырнул с лестничной площадки в коридор и оказался возле выгородки, за которой торчал милиционер...

159

Упитанный милиционер в бронежилете сидел в выгородке прямо напротив входа в Октябрьское отделение. Работа у него была непыльная, даже, можно сказать, рутинная. В ночную смену она вообще заключалась в здоровом сне. Днем было несколько суматошно, но тоже ничего трудного.

– Прошу! – пропустил вперед себя симпатичную клиентку Денис из отдела сейфов. – Семеныч, сними хранилище!

Семеныч, так звали милиционера, тут же наклонился и набрал на клавиатуре четырехзначный код, потом ткнул пальцем в кнопку «номер». Панель пискнула, индикатор загорелся зеленым светом.

– За угол, пожалуйста! – тем временем сориентировал клиентку Денис.

Семеныч разогнулся и скользнул взглядом по экрану небольшого телевизора.

На него передавалось изображение с наружной камеры. Пока он отключал сигнализацию, в кадр медленно вплыл темный, искаженный примитивной оптикой тент. Вслед за ним показалась кабина. «Газель» остановилась, тент откинулся, почти сразу из-за него поднялось облачко пыли.

Милиционера все это ни капли не насторожило. В здании Октябрьского отделения заканчивался косметический ремонт. И периодически именно на таких вот «Газелях» строители подвозили стройматериалы...

Наружная дверь приглушенно хлопнула, с лестницы на первый этаж скользнул в комбинезоне высокий мужчина какой-то странной наружности. Вроде нерусский, но и не чернявый. Шагнув к выгородке, он мазнул взглядом по коридору и с улыбкой спросил:

– А где наши? Мешки там им прислали!

Тут милиционер вдруг вспомнил, что видел этого самого типа на днях. Только тогда он был не в спецовке и кепке, а в дорогом костюме. И что-то делал в банке как клиент...

В этот момент наружная дверь распахнулась, и какой-то строитель вкатил в предбанник тачку с мешками. Он был в респираторе. И второй, открывший ему дверь, тоже был в респираторе. И тут Семеныч вдруг понял, что никакие это не строители.

Его левая рука метнулась к кнопке тревоги, правая – к кобуре. Но неопределенной национальности переодетый строителем клиент успел выстрелить первым. Пистолет в его руке приглушенно пфукнул, и мозги Семеныча брызнули на стенку...

160

Штатный «медвежатник» УФСБ был квадратным мужчиной неопределенного возраста. Сдвинув на затылок кепку, он оглянулся через плечо и попросил не шуметь, а лучше всех выйти. Оперативники ФСБ оттеснили понятых за порог спальни Забарской. Те сгрудились на пороге и повытягивали шеи. Очень уж им не терпелось увидеть, сколько золота-бриллиантов окажется в хитром потайном сейфе.

«Медвежатник» тем временем, засучив рукава, открыл один из двух своих кейсов, в котором оказался обычный ноутбук. Присоединив к дверце пару датчиков, «медвежатник» принялся методично проворачивать колесики кодового замка.

Минут через пять он хмыкнул и попытался открыть сейф. Однако дверца не поддалась. «Медвежатник» задумался, потом перекурил. Возмущенная родственница рванулась было с воплем в спальню, но опера ее не пустили и увели на кухню, откуда еще около минуты доносились возмущенные крики.

Куривший в задумчивости «медвежатник» ничего этого не слышал. Затушив окурок, он сдвинул кепку вперед и принялся колдовать над ноутбуком.

Некоторое время спустя «медвежатник» чуть передвинул датчики и снова начал проворачивать колесики. На этот раз процедура заняла намного больше времени. Зато сейф открылся.

– Фанера, хоть и с подковыркой! – сказал «медвежатник», небрежно сматывая провода. – Не «Аллес Чалмерс индастри»...

161

Время для нападения на Октябрьское отделение Астамиров и впрямь выбрал удачнее не придумаешь. В коридоре, уходящем от двери вправо, стояла только тетка в очках. Она таращилась на кипу квитанций в своей руке...

– А где наши? – спросил Ахмад с улыбкой. – Мешки там им прислали!

Милиционер хотел было что-то сказать, но тут его лицо как-то неуловимо изменилось. В этот момент в двери банка появился Иса с тачкой. Мент метнул быстрый взгляд в его сторону и попытался дернуться. Но Ахмад был начеку.

Вскинув руку, он практически в упор всадил пулю в голову мента.

Шевелившая губами женщина среагировала на хлопок. Она глянула поверх очков на выгородку и вдруг оцепенела. Бумаги полетели на пол, рука метнулась к груди, крик застрял в горле женщины...

Ахмад с разворота выстрелил ей в сердце. Тетка дернулась и с глухим стуком грохнулась возле стенки. Ахмад беззвучно метнулся мимо нее по коридору. Слева, за его поворотом, была открытая дверь. За ней располагался небольшой операционный зал.

Ахмад подскочил к углу. И тут из-за него высунулся охранник зала – парень в отутюженных брюках, сорочке с галстуком и при бейджике.

Он, видно, услышал шум и просто от нечего делать решил выглянуть в коридор. Увидеть прямо перед собой пистолет он не ожидал никак...

Ахмад был готов выстрелить, но парень впал в ступор, так что никакой опасности не представлял. И Ахмад просто ткнул ему в живот пистолет и прошипел:

– Закрой дверь!

Охранник подался назад, нащупал ручку и прикрыл дверь зала. Ахмад успел увидеть, что в нем находятся два или три клиента, но на выход никто из них пока не собирался...

– Молодец! – улыбнулся Ахмад, одновременно приподняв ствол вверх и нажав на спусковой крючок.

Охранник дернулся, прижал руки к груди и удивленно посмотрел на ярко-красную кровь, вдруг проступившую на белоснежной сорочке. В следующий миг он качнулся и стал падать. Ахмад ухватил его левой рукой за сорочку. Он был очень силен, поэтому даже одной рукой смог привалить тело охранника к двери зала...

162

– Родственницу с кухни пригласите! – повернул голову Виктор, когда «медвежатник» со своими кейсами покинул спальню Забарской. – Понятые, прошу!

Когда публика распределилась полукругом, Логинов снова посмотрел на часы и сообщил время в камеру. После этого сейф вскрыли. В первый момент понятые едва не посворачивали себе шеи, но интерес очень быстро сменился разочарованием.

Золота-бриллиантов не оказалось вообще. Доллары и евро, правда, присутствовали, но в виде какой-то весьма несерьезной с виду и довольно тощей пачки, перетянутой даже не банковской лентой, а парой разноцветных резинок. Кроме этого в сейфе обнаружился необычного вида фигурный ключ с номером и доверенность на право доступа к депозитной ячейке «Уралброкбизнесбанка», арендованной сыном Забарской.

Понятые назначения этих странных вещей не очень поняли и разочаровались окончательно. Логинов же, наоборот, оживился. Он понимал, что если уж покойница хранила ключ с доверенностью в тайнике, значит, они имели для нее очень большое значение. Быстро выйдя из спальни, Логинов перезвонил Зайцевой:

– Ну что, ты еще не выяснила, в каком отделении «Уралброкбизнесбанка» арендовал ячейку сын Забарской?

– Ты удивишься, но банковскую тайну на Урале блюдут не хуже, чем в какой-то дикой Швейцарии! – вздохнула Настя. – Все требуют постановление судьи и футболят меня из кабинета в кабинет!

– Ясно... – посмотрел на часы Логинов. – Сегодня, наверное, уже не успеем...

– Обижаешь, Витя! Я по-быстрому организовала звонок руководству банка представителя президента! И только что переговорила с управляющим! Указивку он дал, я как раз спускаюсь из его пентхауса в отдел сейфов. На лифте страшно, прозрачный весь...

– Настя, тебе цены нет! Только не забудь сразу узнать, когда и кто последний раз имел доступ к этой ячейке! А там или постановление возьмем, или сына Забарской попросим...

163

Придерживая дверь, Астамиров настороженным взглядом смотрел в сторону главного офиса. Тщедушный Иса без видимых усилий вкатил тачку через порог. От выгородки, у которой стоял Ахмад, донесся хлопок. Хадам быстро нырнул в дверь следом за Исой и тут же запер ее изнутри.

Из коридора донесся еще один хлопок. Астамиров выхватил «спектр» и проскочил мимо Исы. Оказавшись в коридоре, он увидел, как Ахмад что-то шепчет бледному как полотно охраннику.

Астамиров оглянулся. Иса уже вытащил из тачки «АКСУ» и стоял на площадке первого этажа. Хадам кивнул в сторону лестницы. Иса кивнул в ответ и развернулся, задрав голову. Астамиров метнулся мимо выгородки в коридор, расположенный под прямым углом к тому, который вел к операционному залу.

Убивши охранника, Ахмад огромными беззвучными прыжками устремился за ним.

Хранилище сейфов располагалось прямо за спиной убитого милиционера. Однако вход в него находился довольно далеко. Коридор переходил в небольшое фойе. Астамиров выглянул в него и увидел слева открытую дверь. Из-за нее доносились приглушенные голоса. Хадам оглянулся и приложил палец к губам.

Ахмад притормозил и вдоль левой стенки коридора приблизился к Астамирову. Хадам тем временем скользнул за угол и метнулся к открытой двери. За ней оказался небольшой предбанник. Слева в нем имелась дверь – уже бронированная. Она была приоткрыта. И за ней в щели Астамиров наконец увидел сейфы. Они тускло поблескивали за решетчатой дверью. До хранилища было рукой подать...

164

Обогнув выгородку милиционера, Денис прошел по довольно длинному коридору и свернул налево в небольшой холл. Судя по закрытым окошкам, когда-то это был кассовый зал. Наверное, именно с него да еще с забытого в углу фикуса начиналась когда-то славная история «Уралброкбизнесбанка»...

Слева под забранным решеткой окном была дверь. Денис открыл ее одним из ключей и нырнул в темный предбанник. Включив свет, он открыл еще одну – бронированную – дверь. Потом оглянулся:

– Проходите, пожалуйста...

Зайцева шагнула в предбанник. Денис нырнул за тяжелую дверь и нашарил на стене выключатель. Под потолком загорелась не очень яркая лампочка в противопожарном плафоне.

– Сейчас... – сказал Денис из-за двери, и его голос прозвучал глухо, словно из бочки.

Зайцева вошла вслед за ним. Комната за бронированной дверью была «служебкой» хранилища. Справа в стене зиял проем, закрытый мощной решетчатой дверью. За толстыми арматуринами тускло поблескивали депозитные ячейки. Под левой стенкой «служебки» стояли два сейфа, скорее даже металлические шкафы. Напротив входа приткнули стол...

Открыв один из шкафов, Денис вытащил из него большой скоросшиватель и повернулся. Зайцева посторонилась. Денис положил скоросшиватель на стол и спросил:

– Так кто вам нужен?..

– Леонтович... Дмитрий Захарович...

– Сейчас найдем.

Клерк начал листать прозрачные файлы. Клиентов было очень много.

Зайцева от нечего делать посмотрела на мобильный и увидела, что сигнала почти нет.

– Если хотите позвонить, надо выйти... – не поднимая головы, сказал Денис. – Тут защита...

– Да нет, я потом, – сказала Зайцева и оглянулась на сейфы.

В принципе ячейки были не самого нового поколения. Даже отверстий под ключи было по два в каждой дверце. Ну а по сравнению с хранилищем, описанным в «Коде да Винчи», депозитарий «Уралброкбизнесбанка» и вовсе выглядел музейным экспонатом, но...

Что «но» Анастасия Зайцева додумать так и не успела. Потому что сзади раздался шорох, и в следующий миг свет в хранилище вдруг погас.

165

Тяжелая бронированная дверь была приоткрыта наполовину. Астамиров беззвучно метнулся через предбанник в проем. Стоявшая спиной к нему клиентка никакого интереса для чеченца не представляла. И Хадам сразу уложил бы ее короткой очередью, но он был опытным боевиком и не понаслышке знал, насколько коварны рикошеты в небольших помещениях. Как сказал один русский генералиссимус, пуля – дура. Может и в самого Астамирова угодить, может клерка банковского уложить наповал, а может и нужную ячейку случайно заклинить...

Поэтому Хадам стрелять не стал, а с ходу ударил клиентку передней рукояткой своего «спектра». Очень удобный пистолет-пулемет придумал Роберто Теппе. Хочешь – с одной руки стреляй, хочешь – с двух, а хочешь – очень удобно двинуть кого-нибудь им по башке.

Клиентка как стояла, так и плюхнулась под решетчатую дверь депозитария.

Астамиров нырнул внутрь. Банковский служащий в темном костюме выпучил на него глаза. Астамиров хрипло прикрикнул:

– Рот закрой, ишак! Хочешь жить, открывай сейфы, быстро!

– Э-а-а... – промычал Денис, невольно подаваясь задом к металлическим шкафам.

В этот момент Астамиров увидел боковым зрением возникшего в предбаннике Ахмада. Однако его помощь Хадаму не требовалась.

– Стой там, на всякий случай! – сказал, не отводя взгляда от клерка. – Открывай сейфы или зарежу, ишак! Понял?..

Денис дернул головой и повернулся ко второму металлическому шкафу.

Понять толком он так ничего и не понял. Ведь для того чтобы вскрыть сейфы, мало было открыть хранилище, нужно было еще иметь все ключи. Но об этом говорить типу в респираторе Денис не стал. Тогда точно зарежет...

– Быстрее, ишак! – поторопил клерка Астамиров.

Денис спешил изо всех сил. Но руки его ходили ходуном, и ключ никак не хотел попадать в замочную скважину. Наконец замок приглушенно щелкнул. На полке лежали большой ключ от хранилища, мастер-ключ от ячеек и еще один, совсем маленький.

Денис сгреб связку. Бандит в маске нетерпеливо махнул своим странным оружием:

– Быстрее, ишак! Башку отрежу!

Акцент был достаточно явно выражен, да и манера разговора сама за себя говорила. Денис понял, что на банк напали дикие кавказцы. И хрен объяснишь им, что к каждому сейфу нужен свой ключ...

– Чего разлеглась, сука, а ну вон от двери! – оттолкнул ногой кавказец пришедшую в себя женщину. – Давай! Открывай!

Денис сунул большой ключ в замок решетчатой двери и начал его поворачивать. Чеченец в маске сопел ему в ухо, вывалившаяся в предбанник женщина затихла. По виску Дениса скатилась струйка пота. Замок почему-то не открывался...

166

Приходила в себя Настя поэтапно. Сперва включился звук. Вроде как кто-то утром за стенкой вдруг врубил на полную громкость телевизор... А там – очередной боевик из серии «Спецназ». Артисты с клееными бородами орут, тщательно подделывая акцент. И, ясное дело, обещают кого-то зарезать – что ж еще могут придумать в сто семьдесят первой серии сценаристы...

Потом Настя стала видеть. Перед глазами возник не очень ровный и не очень чистый мозаичный пол. При этом боковое зрение улавливало две пары топтавшихся поблизости мужских ног, точнее даже ботинок, поскольку в таком ракурсе самих ног Зайцева не видела...

Тут Анастасия вдруг испугалась. Она решила, что первый раз в жизни напилась до чертиков, до этого самого положения риз. В котором, собственно, сейчас и находится. Самое главное, что голова буквально раскалывалась, как и положено в таких вот случаях. И тошнило ее, и в глазах что-то мельтешило...

Но даже в таком состоянии Анастасия Зайцева сообразила, что картинка со звуком явно из другой оперы. В том смысле, что Настя никогда ничего не выпускала из-под контроля. И если уж она решила напиться, то сделать это могла только в соответствующих условиях. Например, с Логиновым у себя дома в субботу вечером.

И тут Настя вдруг все вспомнила. Мгновенно. До того самого места, как в хранилище внезапно погас свет. Только Настя сообразила, что свет не погас, а просто ее стукнули чем-то по голове...

167

– Что такое?! Ключ не тот?.. – рявкнул в ухо клерка Астамиров.

Клерк вздрогнул и виновато выдохнул:

– Забыл совсем!..

– Что забыл?..

– Питание!..

Хадам готов был его ударить, но клерк быстро наклонился, просунул руку через решетку и выудил из-за левой стенки хранилища... обычный электрошнур с вилкой. Повернувшись, он сунул его в розетку, расположенную на стенке «служебки». И тут же в районе замка решетчатой двери что-то как будто удовлетворенно щелкнуло.

«Блокировка!» – понял Астамиров и бить клерка передумал. Мало ли еще какие секреты могли быть в этом чертовом хранилище... Насчет примитивной электровилки он бы сам никогда не додумался. Да и никто не додумался бы – даже самые умные в мире швейцарские специалисты по сейфам.

Клерк смахнул с лица капли пота и повернул ключ. Замок открылся, дверь подалась. Астамиров тут же ткнул в лицо клерку ключ, оставленный Забарской нотариусу:

– Вот эту ячейку открывай! Быстро!

– Надо сперва еще блокировку сейфов отключить... – сказал Денис.

Их хранилище было, пожалуй, самым надежным в городе. Потому что достаточно примитивную первоначальную схему пару лет назад оснастили еще и электронной кодовой системой. Вроде как скрестили ежа с ужом...

– Так отключай!

Клерк шагнул за порог и повернулся влево. На стене белел небольшой пульт, Денис вытащил связку из замка и перехватил самый маленький ключ. В этот момент за бронированной дверью вдруг возник чеченец без маски.

– Тебя Иса вызывает! – сообщил он. – На улице менты!..

168

Человеческий организм удивительная штука. Мгновение назад Зайцева лежала на полу и даже толком глаз открыть не могла. Но как только она поняла, что произошло, головная боль куда-то ушла, словно ее рукой сняло. И силы мгновенно вернулись к Насте...

Она, конечно, постаралась себя не выдать, но не получилось. Тип, совсем по-киношному обещавший кого-то зарезать, оказался опытным боевиком и сразу заметил, что Настя пришла в себя.

– Чего разлеглась, сука, а ну вон от двери! – лягнул кавказец Зайцеву ногой.

Да и не лягнул даже, а просто брезгливо отшвырнул, как какую-нибудь собачонку, чтоб не путалась под ногами. Зайцева была умной женщиной, поэтому она даже не пыталась изобразить, что по-прежнему находится без сознания.

Настя тут же приподнялась и подалась в сторону, не вставая с колен.

Ползать на карачках было очень унизительно. Но сейчас было не до этого. И Настя очень убедительно сыграла испуг, отшатнулась от шагнувшего к решетчатой двери кавказца, больно ударилась коленкой о порог и некрасиво вывалилась из «служебки» в предбанник, задрав при этом задницу.

В двери, ведущей в кассовый зал, с которого начиналась славная история «Уралброкбизнесбанка», торчал еще один кавказец. В спецовке и кепке, но без респиратора. Что-то в его виде показалось Зайцевой странным, но что, она так и не поняла. Потому что кавказец оглянулся на нее и поднял правую руку с пистолетом...

Зайцева решила, что сейчас он ее убьет. Но странный кавказец просто быстро почесал огромную правую руку левой и снова отвернулся, подавшись в холл и прислушавшись к чему-то. Самое главное, что посмотрел он на нее так, как смотрят на букашку. И второй кавказец, подгонявший у решетчатой двери Дениса традиционным обещанием зарезать, тоже на Анастасию Семеновну Зайцеву никакого внимания не обращал.

169

Иса вскинул автомат и вытянул шею. На верхних этажах старого здания «Уралброкбизнесбанка» располагались служебные помещения. Там находились отделы, с которыми клиенты обычно дел не имеют. В том числе – и отдел безопасности. Ахмад в него, когда ходил на разведку, как бы случайно заглядывал. И сообщил, что за столами там сидели два хмурых типа в костюмах. На столе куча бумаг, оружия не видно...

Занимались эти типы чисто бумажной рутиной. Следили там, чтобы коды карточек клиентов никто из сотрудников не узнал, да вынюхивали насчет возможных криминальных связей новых и действующих работников. Но были они, конечно, бывшими оперативниками. И разрешения на оружие наверняка имели.

Поэтому Ахмад и велел Исе валить всех спускающихся без разбора. Но, по возможности, тихо.

Наверху хлопнула дверь, послышались шаги. «Мужские!» – понял по звуку Иса и беззвучно отступил в коридор первого этажа. В кармане спецовки у него лежал пистолет с глушителем. Иса вытащил его левой рукой, одновременно оглянувшись.

Шаги затопали по лестнице. Но, к счастью, наверх.

В коридорах первого этажа все было спокойно. А вот убитый милиционер Исе не понравился. В том смысле, что завалился он в угол на выгородку, так что заметить его можно было еще с площадки лестницы между первым и вторым этажом...

Это нужно было поправить. Срочно. Бывшие опера реакцию имеют отменную.

А гоняться за ними по лестнице или, не доведи Аллах, вступать в перестрелку было крайне нежелательно. И Иса, сунув пистолет в карман, метнулся к выгородке.

Ухватив убитого мента за бронежилет, он стянул его со стула. Теперь с лестницы заметить тело было невозможно. На стене, правда, осталось некрасивое пятно. Но Иса просто налепил на него лист бумаги...

И тут его взгляд скользнул по телевизору, стоящему сбоку под выгородкой. А там за «Газелью» на улице возник милицейский «уаз». И вдруг остановился.

Иса потянулся рукой к рации.

Из «уазика» выскочил милиционер с кобурой на боку и направился в обход «Газели» к входу в банк...

170

Попади Настя в подобную ситуацию пару недель назад, она бы, наверное, от страха померла. Или впала бы в ступор. Или тряслась бы под стенкой до тех пор, пока кавказцы не соизволили бы ее прикончить. Но...

Но дело было в том, что, придя в группу Логинова, Анастасия решила, что должна, так сказать, соответствовать всем параметрам оперативного работника ФСБ. И стала носить с собой пистолет. Мало того, она вроде как бы невзначай продемонстрировала его Горову с Аникеевым. Не без гордости: вот, мол, ребята, не только вы крутые, мы в Совбезе тоже не лыком шиты...

Надо сказать, что демонстрация оружия произвела эффект. Только не тот, на который Анастасия в душе надеялась. В общем, Горов с Аникеевым сперва переглянулись, потом Степан почесал за ухом и сказал:

– Вам что, делать нечего – эту хлопушку с собой таскать? Из нее же даже муху наповал не убьешь...

Настя, ясное дело, расстроилась. И Степан, чтобы ее успокоить, прочитал новой коллеге краткую лекцию насчет пистолетов. В которой очень популярно объяснил, что ее «ПСС» никуда не годится. До такой степени, что из него даже застрелиться весьма проблематично. На Украине вон один бывший министр еле-еле со второго раза себя укокошил и то не насмерть, еще с полчаса кровью истекал. Если бы вовремя кинулись, то еще и спасли бы...

Зайцева свою ошибку поняла и попросила у Горова совета – насчет того, какой тогда пистолет лучше носить оперативнику. Степан сказал, что лучше, конечно, «гюрзу» или «вектор». Чтоб, значит, уложить наповал террориста, даже если он будет в бронежилете...

– Но они тяжелые, – сообщил напоследок Степан. – И для повседневного ношения не годятся. Особенно вам...

– Так а-а... – вконец расстроилась Зайцева, но тут Степан сказал:

– В принципе есть один пистолетик, даже покомпактней «ПСС» будет. А характеристики что надо. Только...

– Только что, Степа?..

– Вражий, – пожал плечами Горов. – На наших складах таких нет.

– А что за пистолет?

– «Хеклер и кох», модель НР4...

– Ага, – сказала Зайцева, быстро черкнув на листе название. – Спасибо, Степа...

И пару дней спустя на работу Настя пришла с этим самым миниатюрным «хеклер-кохом». И с тех пор с ним уже не расставалась. Только носила его Зайцева не в оперативной кобуре и, конечно же, не за поясом джинсов, а в своей сумочке. И вот как раз наличие в ее сумочке мощного пистолета и было тем психологическим фактором, который не дал Зайцевой расклеиться или впасть в ступор. Некогда Насте было в него впадать, ей нужно было незаметно добраться до «хеклера».

И Настя до него почти добралась. Унизительно ползя через порог, она как бы невзначай прихватила сумочку с собой. А потом сунула ее под бок. И на ощупь расстегнула замок. Теперь оставалось самое главное – незаметно снять «хеклер» с предохранителя.

Только и всего. Потому что больше ничего делать было не нужно. Ни передергивать затвор, ни взводить курок. «Хеклер и кох» модели НР4, по существу, был доведенным до совершенства знаменитым пистолетом Вальтера.

Патрон в патронник досылался автоматически, как только вставлялась обойма. А курок взводить было не нужно, поскольку первый выстрел, как и во всех современных пистолетах, можно было произвести самовзводом...

171

Астамиров быстро оглянулся и левой рукой потянулся к рации.

– Тут не ловит! – качнул головой Ахмад. – Только там!

Астамиров зыркнул на клерка, который дрожащей рукой отпирал крышку пульта. В следующий миг чеченец метнулся в предбанник, кивнув Ахмаду:

– Присмотри за ним!

Ахмад посторонился, Астамиров проскочил мимо него и встал на пороге предбанника. Рация тут же ожила, приглушенно зашипев.

– Что, Иса?.. – быстро спросил Астамиров.

– У входа какие-то менты!.. – тут же ответил Иса, но голос его «плыл».

– Какие менты?! Сколько? – быстро спросил Астамиров, выскакивая в холл, чтобы попасть в зону надежной связи.

– На «уазике» подъехали! Вышел один, ствол в кобуре, дергает дверь!

– Я понял! Если что, будем уходить через зал! Прикроешь!

– Ясно! – коротко ответил Иса.

И в тот же миг в предбаннике оглушительно грохнуло. Как будто авиабомба в ущелье взорвалась...

172

Ощущение было такое, словно Настя бродила по пустыне неделю. Язык стал шершавым, словно наждак, и Зайцева даже сглотнуть слюну толком не могла. Но пистолет в сумочке она нашарила. Теперь оставалось только незаметно снять его с предохранителя...

Из хранилища доносились голоса, у кавказца без маски приглушенно квакнула рация, и он подался в холл, что-то сказав не по-русски... Настя наконец нащупала флажок-переключатель. Но тут этот чертов кавказец без маски вдруг заскочил обратно в предбанник.

Зайцева испугалась до смерти. Но кавказец на нее даже не посмотрел. Он что-то быстро сказал второму, который находился в хранилище. И тот вдруг метнулся в холл. Кавказец без маски пропустил его и сразу шагнул мимо Насти в проем бронированной двери, повернувшись к Зайцевой спиной. А второй бандит что-то залопотал в холле.

И тут Зайцева поняла, что другого такого шанса у нее не будет. Поэтому надо воспользоваться им. Рука стала послушной. Предохранитель сухо щелкнул. В тот же миг Зайцева выхватила пистолет из сумочки и вскинула его.

Громадный кавказец ничего не заметил. И Зайцева сообразила, что лучше не торопиться. Она вскочила на ноги и только потом выстрелила.

В хранилище грохнуло. Под лопаткой кавказца возникла крошечная дырка, и в следующий миг он начал валиться внутрь «служебки». Зайцева прыгнула боком в проем за ним, едва не упала, но удержала равновесие. И тут же дважды выстрелила в предбанник. Не в проем открытой двери, а просто в ту сторону.

– Пиу! – свистнуло что-то перед самым ее носом и ударило в потолок.

Это была срикошетившая пуля, но Настя этого не поняла. Она решила, что это стреляет второй чеченец, и от испуга снова нажала на спуск.

Пистолет снова содрогнулся в ее руке.

Выстрелил он дважды, хотя Настя вроде бы нажала на спусковой крючок один раз. И тут она испугалась, что сейчас у нее кончатся патроны. Горов ей толковал, что пули надо считать, но она об этом, естественно, в горячке позабыла...

«Дверь! – мелькнуло в голове Насти. – Она бронированная!»

В следующий миг она изо всех сил навалилась на неимоверно тяжелую дверь. И та начала закрываться. И закрылась бы совсем. Но тут нижний край двери наехал на ноги упавшего кавказца, и дверь остановилась. Настя отчаянно крикнула:

– Ноги!!!

И этот вопль словно расколдовал оцепеневшего от происходящего Дениса.

Он повалился на колени и рывком дернул на себя тушу Ахмада. Настя уперлась в дверь плечом и закрыла-таки ее до конца. И тут же с той стороны словно горохом сыпануло...

173

Хадам резко развернулся и прыгнул под стенку холла – сработали въевшиеся в кровь инстинкты боевика. При этом он толком не мог понять, что же случилось в хранилище. А в предбаннике оглушительно грохнуло еще дважды.

И через зарешеченное окошко холла Астамиров вдруг увидел, как из будки при въезде в подземный гараж выскочил встревоженный охранник с рацией...

Это был почти конец. Но сдаваться Астамиров не собирался. Он решил, что в хранилище у клерка хранился пистолет. И тот, улучив момент, выхватил его и начал стрелять в Ахмада...

Астамиров мгновенно подался в проем двери предбанника, держа «спектр» в одной руке. В этот миг внутри грохнули еще два выстрела. Хадам инстинктивно отшатнулся, но успел увидеть, что стрелял вовсе не клерк – его, оцепеневшего, с перекошенным от испуга лицом Астамиров разглядел через щель в хранилище...

«Сука!» – молнией сверкнуло в голове чеченца. И в тот же миг он услышал отчаянный женский крик:

– Дверь!!!

Астамиров женщин за людей не считал. И тут его буквально переклинило. Мысль о том, что какая-то баба перечеркнула все его планы, была нестерпимой. Забыв об осторожности, Астамиров рванулся в предбанник со «спектром» наперевес. Однако он чуть опоздал.

Бронированная дверь хранилища закрылась буквально у него перед носом.

Последнее, что увидел в щели Астамиров, – плюхнувшегося на колени клерка, который втаскивал внутрь тело Ахмада.

Хадам выстрелил в него, но опоздал. Пули ударили в тяжелую дверь, брызнули в стену и с воем пронеслись у ног Хадама. Со злости он едва не подстрелил себя...

– Суки!!! – заорал чеченец, бросаясь на дверь всем телом. – Откройте!!! На ремни порежу!

Дверь подалась, приоткрывшись на палец. Астамиров напрягся, но тут за дверью раздался женский крик:

– Помогай, твою мать!!!

И дверь содрогнулась от мощного толчка, снова прикрывшись.

– Что?! – заорал сзади Иса.

– Давай!!! – рявкнул Астамиров, упираясь ногами в пол. – Толкай!

174

Дверь мелко задрожала от ударов девятимиллиметровых пуль, но она была достаточно массивной и тяжелой, чтобы выдержать и попадание из гранатомета.

Однако в следующий миг на нее прыгнули снаружи, и Настя почувствовала, что не сможет ее удержать...

– Помогай, твою мать!!! – отчаянно крикнула она.

Дверь подалась внутрь уже на несколько сантиметров. Но тут Денис второй раз пришел в себя и прыгнул на помощь Насте. Парень он был здоровый и едва не расплющил своей ладонью пальцы Зайцевой. Зато дверь рывком встала на место.

В предбаннике раздались вопли на кавказском. И почти сразу последовал ощутимый толчок. Настя догадалась, что на помощь бандиту в маске пришел еще кто-то. Она быстро оглянулась и села на пол.

– Держи, Денис! Я сейчас!

Дверь снова содрогнулась, но клерк уже как следует уперся в нее плечом и не дал бандитам сдвинуть ее сколь-либо сильно. Настя на коленях выскользнула из-под него и подалась к столу. Но сразу сообразила, что стол не поможет...

Взгляд Зайцевой метнулся к металлическим шкафам. В следующий миг она прыгнула к левому из них и повалила его. Шкаф рухнул на пол с оглушительным грохотом. Настя бросила на пол пистолет и, обламывая ногти, подтащила шкаф к Денису. Тот оглянулся через плечо, Настя испугалась, что он отпустит дверь, и крикнула:

– Держи! Я сама!

Перепрыгнув на другую сторону, Зайцева плюхнулась на свои многострадальные коленки, уперлась ногой в стенку и по дуге быстро придвинула верхнюю часть шкафа к двери. Дверь в этот момент содрогнулась – бандиты с воплями одновременно прыгнули на нее, так что Денис даже слегка скользнул ногой по полу...

Испуг придал Зайцевой сил, и она основаниями ладони изо всех сил налегла на бок шкафа. С мерзким визгом тот развернулся и уткнулся одним углом в середину бронированной двери, а другим – в стенку напротив.

– Держит?.. – сипло спросил съехавший на колено Денис.

– Держит!.. – выдохнула Настя. – Но на всякий случай... стой пока там!

Вскочив, Зайцева тут же метнулась ко второму шкафу и тоже завалила его на пол. Несколько секунд спустя она уже подперла им первый шкаф. И только тут осознала, что в дверь уже никто не ломится...

175

– Ясно! – ответил Иса, не отрывая взгляда от телевизора.

Милиционер с кобурой на боку дернул дверь еще раз, посмотрел на часы, раздраженно качнул головой и быстро направился в обход «Газели» к своему «уазику»...

Но обрадоваться этому Иса не успел. Из-за угла, из хранилища, вдруг донесся звук выстрела. Иса инстинктивно развернул автомат. В хранилище бахнуло еще четырежды. Милиционер в телевизоре выстрелов не услышал, он нырнул за «Газель» и приблизился к «уазику». А вот Иса сразу понял, что случилось что-то непредвиденное. Пистолетов без глушителей у чеченцев не было...

Обогнув выгородку, чеченец прижался спиной к углу так, чтобы контролировать и лестницу, и второй коридор. Ткнув кнопку торчащей в нагрудном кармане рации, он быстро вызвал Астамирова. Раз, потом второй...

Ответа не было. И Иса бросился к хранилищу. Увидев ломящегося в дверь Астамирова, он растерянно крикнул:

– Что?!

– Давай!!! – рявкнул Астамиров, упираясь ногами в пол. – Толкай!

Иса забросил «АКСУ» на плечо и пришел Хадаму на помощь. Только весил он мало, так что помочь ничем не смог. Несколько секунд спустя, после нескольких попыток открыть дверь, боевики оставили ее в покое.

– Суки!!! – затравленно прорычал Астамиров, но почти сразу же взял себя в руки: – Все! Уходим!

Иса рванул с плеча «АКСУ» и метнулся в холл. Астамиров бросился за ним. В первом коридоре никого не оказалось, на лестнице тоже пока все было тихо. А вот слева, за углом второго коридора, раздавались испуганные голоса.

Чеченцы бросились туда. Дверь из кассового зала была приоткрыта. На съехавший в сторону труп охранника в ужасе смотрели какой-то клиент с барсеткой и застывшая в проеме молоденькая работница банка с мобильником в руке...

– На пол, суки! – заорал на ходу Астамиров.

Девушка отпрыгнула в зал, клиент сполз по стенке в угол. Иса с автоматом проскочил в щель первым и заорал:

– Всем лежать!

Астамиров нырнул в дверь следом за ним. Его взгляд тут же выхватил в углу бледного мужчину с бейджиком на пиджаке, сидевшего с телефонной трубкой в руке за рабочим столом...

– Не клади! – с угрозой произнес Хадам, нацелив «спектр» на него.

Пару секунд спустя чеченец, подлетев к мужчине, вырвал у него из рук трубку.

– Але! Банк захвачен и заминирован! Если в течение часа мы не получим миллион долларов мелкими купюрами и банковский броневик к двери, мы начнем убивать заложников! Связь по этому телефону! Все ясно?! Тогда жду звонка!

176

Следователь УФСБ по-быстрому писал протокол, понятые в соседней комнате обменивались впечатлениями, оперативники для проформы еще смотрели комнаты, но было ясно, что ничего нового в квартире профессора Забарской они уже не найдут.

Логинов взял со стола ключ от ячейки и повертел его в руках. И только тут он рассмотрел не очень четко выбитый трехзначный номер. То ли штамп перекосился, то ли штамповщик отвлекся...

Виктор сообразил, что это, видимо, и есть номер ячейки, хотя Настя наверняка его уже и так знала. Логинов посмотрел на следователя:

– Скоро? Нам желательно с этим добром до судьи сегодня добраться...

– Еще несколько минут, товарищ полковник! – кивнул следователь.

Логинов положил ключ, поднялся и, пройдя к окну, позвонил Зайцевой. Однако та оказалась вне зоны действия связи. Виктор повторил вызов, но с тем же успехом.

И тут от входной двери вдруг донеслись голоса. А потом в комнату заглянул один из милиционеров РОВДа, привлеченных к обыску «для порядка».

– Товарищ полковник! – быстро сказал он. – Вы уж тут сами! У нас общая тревога!

– А что случилось?..

– Вроде вооруженное нападение на «Уралброкбизнесбанк»!

177

Сидевший под столом мужчина с бейджиком при словах «убивать заложников» сглотнул слюну. Хадам Астамиров с грохотом опустил трубку на аппарат и тут же вырвал из стены провод. Ухватив сотрудника банка за воротник пиджака, чеченец наклонился к нему и прошипел в ухо:

– Ключи от пожарного выхода! Быстро!

Мужчина выпучил глаза, Астамиров рывком поднял его на ноги и повторил уже вслух:

– Быстро, я сказал!..

Сотрудник банка развернулся, налетел на стул и шагнул к сейфу.

Дрожащими руками он открыл его и протянул чеченцу два ключа – продолговатый и обычный с виду. Астамиров махнул глушителем «спектра»:

– Сам!..

Мужчина качнулся, словно пьяный, выбрался из-за стола и быстро направился к двери с надписью «Служебное помещение». Астамиров на ходу оглянулся и велел Исе:

– Следи за коридором!

Иса кивнул. Вариант отхода через запасной выход они обговорили заранее. Хотя и не верили, что он пригодится...

Банковский служащий распахнул дверь с надписью «Служебное помещение» и нырнул в короткий коридор. В нем были две двери. За поворотом – еще две.

Одна вела в туалет, другая – опутанная паутиной проводов и снабженная внутренней решетчатой дверью – прямо на улицу.

– Открывай! – велел Астамиров. – Быстро!

Мужчина сунул ключ в навесной замок решетчатой двери. Едва он открыл ее, как на улице что-то противно запищало.

– Быстрее! – рявкнул Астамиров.

В выгородке убитого охранника при входе в банк тоже часто-часто загудел электронный зуммер сигнализации. Иса что-то крикнул в зале. И тут же его «АКСУ» коротко прогрохотал.

Мужчина начал отпирать замок наружной двери. Астамиров повернулся к углу коридора и проговорил в рацию:

– Что там?..

– Охранник сверху прибежал! Я его задел!

– Молодец! Давай сюда! Только дверь защелкни!

Едва мужчина отпер второй замок, Астамиров ударил его рукояткой «спектра» по голове. Приглушенно хлопнула дверь зала, Иса беззвучно вынырнул из-за угла коридора. Астамиров уже отпихнул тело банковского работника от проема и встал сбоку.

– Готов?.. – оглянулся он.

Иса молча кивнул. С автоматом он подался к выходу, Астамиров открыл мощный засов и тут же толкнул дверь наружу. За ней показался тихий двор.

Какой-то мужчина с собакой удивленно оглядывался на мигающую над выходом лампу и пищалку. И стоящие у подъезда три тетки тоже повернули головы. Зато ни милиции, ни охранников банка видно не было...

178

Машин с мигалками и без возле «Уралброкбизнесбанка» было почти столько же, как в Охотном Ряду в день открытия сессии Думы. И, как всегда в таких случаях, царил жуткий бардак...

Возле старого здания банка торчали две кареты «Скорой помощи». Логинов прорвался через милицейское оцепление, но на входе, за строительным фургоном, его остановили два дюжих собровца в масках.

– Где ваше начальство? – крикнул Виктор и тут вдруг увидел вынырнувшего из-за угла здания начальника местного УБОПа в сопровождении целой свиты.

– Андрей! – бросился к нему Виктор.

– О, Логинов! – обрадовался тот. – Ты-то мне и нужен... Пошли!

По знаку начальника УБОПа собровцы расступились. Логинов вошел внутрь и сразу увидел в коридоре выглядывавшие из-под стола ноги убитого милиционера. Лицо Виктора стало почти бескровным. Не поворачиваясь, он глухо спросил:

– Тут как раз должна была быть наша сотрудница. Не знаешь, что с ней?..

– Да все в порядке с ней! – положил сзади руку на плечо Логинова начальник УБОПа. – Она в хранилище забаррикадировалась! Даже нам не открывает! Сказала, только с Логиновым говорить будет!

– Что?! – резко развернулся Виктор. – Что ж ты раньше не сказал?

– Как не сказал?.. А ты что, приехал не по звонку моего помощника?..

179

Иса кивнул. Астамиров проскользнул мимо него и выскочил на улицу первым. Его взгляд метнулся по сторонам. Слева виднелись высокий, почти трехметровый забор и стена главного офисного здания «Уралброкбизнесбанка».

Прямо и справа располагались два старых дома. Людей возле них почти не было...

– Батюшки!.. – приглушенно вскрикнула одна из теток возле подъезда.

– Джин, ко мне! – хрипло позвал собачник, отступая за дерево.

Астамиров на них не смотрел. Он оглядывался через правое плечо, мчась через двор к машине. Она стояла возле среднего подъезда расположенного справа дома, и возле нее маячил крепенький паренек с короткой стрижкой. Паренек как раз собрался садиться в машину, но повернулся на крик тетки. При виде бегущих людей с автоматами его квадратное лицо вытянулось.

Потом он дернулся, но Астамиров рявкнул на ходу:

– Стоять!..

Паренек замер. Астамиров подскочил к машине и ткнул ствол в бок ее владельца. Левой рукой он попробовал открыть заднюю дверцу. Та поддалась, и Хадам велел:

– За руль!

Парень медленно наклонился, Астамиров поторопил его:

– Быстро, ишак!

Иса подскочил к багажнику и в последний раз повел «АКСУ» из стороны в сторону. Но ни за одним из углов банка преследователей видно не было...

Двигатель завелся, Астамиров крикнул:

– Быстро!

Иса метнулся к правой задней дверце. Едва он запрыгнул на сиденье, Астамиров рыкнул:

– Гони! Прямо!

Ухоженная машина рванулась с места и быстро отъехала.

– Батюшки! – вскрикнула та же самая тетка. – Так он с ними, Катькин-то хахаль! А я думала, бизнесмен...

– Дура ты, Ивановна! – выскочил из-за дерева собачник. – Они его в заложники взяли! Кричи, пусть Катька в милицию звонит, а то останется без ухажера, едри их в качель!..

180

Внутри что-то приглушенно грохнуло и проскрежетало по полу. И дверь наконец подалась внутрь. В щели промелькнуло покрытое нездоровым румянцем лицо банковского служащего. Логинов скользнул по нему взглядом и рассмотрел за плечом парня Настю. Их глаза встретились, и время, казалось, вдруг остановилось...

Словно сквозь вату Логинов услышал слова просунувшегося внутрь начальника УБОПа:

– Неплохо... Это у нас один из грабителей?.. Эй, эксперта сюда! Надо срочно пальчики снять и пробить их по базам данных!

Виктор сглотнул вдруг вставший в горле комок и протиснулся в дверь.

Анастасия Семеновна Зайцева, хоть и была босиком, выглядела с пистолетом в руке весьма воинственно. Но только до тех пор, пока Виктор хрипло не спросил:

– Ты в порядке, Настя?..

И тут Анастасию словно прорвало. Шагнув к Виктору, она повисла на нем и зарыдала:

– Да какое в порядке?.. Тут такое было, Витя, такое!.. Зря я поперлась играть в эти игры!.. Прости меня, ду-уру!.. А-а-а!..

– Извините, пистолетик можно?.. – тактично произнес сзади начальник УБОПа. – А то еще стрельнет невзначай... А нам он как раз для экспертизы нужен!

– Стоп! Для какой вашей экспертизы?! – мгновенно пришла в себя Зайцева.

– Как для какой?.. – удивился милиционер.

– Витя, это были они! И ключ у них от ячейки Забарской! Они Денису его показывали!

– Какой ключ?.. – тихо спросил начальник УБОПа.

– В общем, – повернулся к нему Логинов, – не исключено, что это не ваши клиенты, а скорее наши... Чеченские террористы. Но для того чтобы узнать это точно, нужно вскрыть ячейку покойной Забарской. У тебя судья знакомый есть, чтоб сейчас же постанову подмахнул?..

181

– За дом! – скомандовал Хадам.

Черная «Мицубиси» нырнула влево. Глядевший назад Иса шумно выдохнул. Погони не было.

– Дворами к парку! – сказал Хадам и чуть опустил ствол с интегрированным глушителем.

Водитель свернул и направил машину по проезду вдоль домов. За четырехэтажками на улице навстречу пронесся вой сирены...

Минуты через три «Мицубиси» благополучно выехала на улицу.

– Прямо! – велел Астамиров.

Тут из-за поворота с воем выскочил тот самый зеленый броневик «Уралброкбизнесбанка». Чеченцы напряглись, но водитель фургона и не думал тормозить. Он промчался к перекрестку и свернул к банку.

«Мицубиси» приблизилась к парку. Астамиров велел водителю ехать прямо по аллее. Вскоре Хадам еще раз оглянулся и сказал:

– А теперь направо! К аттракционам!

Пару минут спустя «Мицубиси» остановилась в кустах. В последний момент водитель вдруг попытался выскочить из машины, но Хадам успел выстрелить. Иса вынырнул из машины первым и окинул окрестности взглядом. «Мицубиси» со всех сторон окружали кусты, только в одном месте через просвет проглядывала аллейка, но в ней не было ни единой живой души...

– Чисто! – сказал Иса.

Астамиров быстро наклонился вперед, просунул руку над плечом убитого водителя, повернул ключ и вытащил его из замка зажигания. Выбравшись наружу, он захлопнул дверцу и включил сигнализацию машины. В следующий миг чеченцы метнулись через кусты к канализационному колодцу...

Дождей в последнее время не было, но внутри все равно журчала тонкая струйка воды. Иса нырнул в колодец первым. Астамиров влез вслед за ним и подтащил крышку люка. Прикрыв его за собой, он спросил:

– Ты где?

– Здесь... – отозвался из-под стенки Иса.

Астамиров спрыгнул с лесенки вниз и достал фонарик. Тонкий яркий луч осветил струйку воды и темный наклонный тоннель. Астамиров поправил сунутый под спецовку «спектр» и бросил:

– Пошли!

Спускаться было неудобно. Один раз Астамиров даже поскользнулся и чуть не упал, но вовремя выставил руку. Впрочем, вскоре уклон стал не таким крутым, так что остаток пути чеченцы проделали без приключений. Наконец впереди показался свет.

Астамиров за несколько метров до выхода выключил фонарь и подался к стене круглой железобетонной трубы.

– Давай!

Иса ловко обогнул его и выскользнул наружу. Не было его всего около десяти секунд. Потом вход закрыла тень, и Астамиров услышал шепот:

– Порядок! Тачка на месте! Все спокойно!

Не говоря больше ни слова, чеченцы принялись быстро стаскивать с себя рабочую одежду. Свой комплект Астамиров сунул в дыру в потолке трубы, туда же запихнул брюки Исы. Куртку тот забрал, завернув в нее «АКСУ».

Вскоре бандиты вынырнули из-за здания шиномонтажа и неспешно направились к «девятке». Вокруг все было спокойно, никому и в голову не приходило, что только что совсем неподалеку было совершено вооруженное нападение на банк. Тем более никому не приходило в голову, что совершившие это нападение бандиты спокойно идут сейчас через стоянку к своей машине...

182

– Шеф!.. – окликнул на улице Логинова Горов.

Виктор кивнул начальнику УБОПа:

– Я сейчас, Андрей!.. Ты где пропадал?.. – спросил он, подходя к Степану.

– Где-где?.. Тут торчу уже почти десять минут, эти гоблины в масках никого не пускают, а у вас телефон не работает! С Зайцевой порядок?.. – скороговоркой выпалил Горов.

И тут Логинов вдруг почувствовал, что от Степана изрядно попахивает коньячком...

– С Зайцевой порядок... – хмуро кивнул Виктор, быстро оглянулся и, взяв под руку Горова, оттащил его в сторону: – Ты что, озверел, Степ? Кто разрешал пить?..

– Да это ж по работе, шеф! – быстро проговорил Горов. – Вот!

– Логинов, ты едешь? А то у судьи начнется слушание, тогда до завтра постановление не получим!

– Еду! – крикнул Виктор и уже на ходу спросил у Степана: – Что это?..

– Диск с одной интересной записью. Еле выцарапал! Вы куда, шеф?.. Это важно!

– В суд! Жди! Мы скоро! А ты пока тут повертись! Может, что накопаешь!

183

Денис набрал на панели код разблокировки сейфов. Лампочка зажглась зеленым светом. Денис прошел к ячейке Забарской, сунул в одну из замочных скважин мастер-ключ и провернул его в замке.

– Можно? – спросил Логинов.

– Да! – кивнул клерк, отступив в сторону. – По часовой стрелке до щелчка. И не вытаскивайте...

Логинов сунул ключ во вторую скважину, провернул и, услышав приглушенный щелчок, потянул дверцу на себя.

– Снимай! – кивнул он оператору.

Тот подался к самой ячейке, включив на камере свет. Сейф был практически пуст. В нем лежали всего две вещи. Компакт-диск в футляре и крохотная флэшка. И казалось просто диким, что из-за этих нехитрых вещей погибло столько народа...

184

Чтобы не терять времени, флэшку с диском посмотрели тут же, на одном из банковских компьютеров Октябрьского отделения. Из кабинета изъяли всех посторонних. В коридоре у двери поставили собровцев. Логинов присел на стул рядом с Зайцевой, начальник УБОПа пристроился сзади и закурил:

– Ну где там ваше кино?

– Сейчас, – сказала Настя, щелкая мышкой. – Так. Файлы на носителях одинаковые... Для подстраховки. Вроде обычный фотоархив...

Наконец программа загрузилась, и на экране в рамках стали медленно проявляться фотографии. Начальник УБОПа чуть наклонился и пробормотал, глядя на первую из них:

– Стоп! Так это же Сапего...

– Что за Сапего? – быстро спросил Виктор.

– Да миллионер наш, екатеринбургский. Пять лет назад на рыбалке утоп, с концами, даже тела не нашли... – Тут начальник УБОПа перевел взгляд на соседнее фото и сказал: – Не понял?.. А это что за хмырь?..

– Я думаю, это он же, только после рыбалки!.. – хмыкнул Виктор. – Настя, а ну-ка вниз...

– Да подождите! Это что, точно он?..

– Конечно! – сказал Виктор. – Но со своими Сапегами у тебя еще будет время разобраться... Стоп, Настя! Вот это увеличь!

Зайцева щелкнула мышкой, фото заняло почти весь экран. На нем Хадам Астамиров был без бороды. Но Логинов его мгновенно узнал.

– Это он! – быстро повернулся Виктор к Насте. – С ума сойти, Зайцева! Ты оставила с носом самого Астамирова! Офигеть можно!

– Это точно... – вдруг судорожно вздохнула Настя.

И только тут Логинов заметил на ее виске несколько седых волос...

185

– Да отвали ты! Я из ФСБ! Мне Логинов срочно нужен! – донесся из коридора раздраженный голос Горова. – Я тебя сейчас как толкну, маску свою потеряешь!..

– Вот черт! – метнулся к двери Логинов. Распахнув ее, он крикнул: – Всем спокойно! Это ко мне!

Степан Горов, зло косясь на дюжего собровца, шагнул через порог. Виктор окинул его взглядом, быстро прикрыл дверь и прошипел:

– Ты что, вообще в этом Екатеринбурге страх потерял?..

Горов удивленно посмотрел на него, потом взглянул на свою одежду. Видок у Степана действительно был еще тот, как у законченного алкаша: туфли испачканы, одна коленка промокла, куртка в каких-то пятнах, паутине...

– А-а... Да это ж я по трубе лазил, шеф!

– По какой еще трубе?..

– Да по которой бандиты ушли! – пожал плечами Горов, покосился на начальника УБОПа и сказал совсем тихо: – Местные прошляпили, а я след нашел...

Оказалось, что, когда Логинов поехал в суд, Горов выяснил направление движения захваченной бандитами «Мицубиси» и, полагаясь на свою интуицию, проехал по возможному маршруту их отхода. На перекрестке возле парка Степан увидел группку местных подвыпивших бомжей, которые куда-то направлялись.

Горов их остановил. И, как выяснилось, не зря. Бомжи до этого распивали в глубине парка какое-то пойло и вроде видели черную машину, промелькнувшую за летней эстрадой...

– В общем, «Мицубиси» они бросили в парке в кустах, а сами ушли вниз к дороге по канализации! И спокойно смылись, пока милиция тут всякие «Перехваты» организовывала... – пожал плечами Горов.

– Откуда такая уверенность?.. – спросил начальник УБОПа, которому отношение Горова к местной милиции очень не нравилось.

– Оттуда, что там в трубе они и одежду бросили! – пожал плечами Степан.

– Так, а насчет машины, на которой они уехали, ты что-нибудь выяснил? – быстро спросил Логинов.

– Место там людное, Аникеев с Тетеркиным остались работать... Но, я думаю, она может быть записана вот на этом диске! – снова вытащил компакт-диск Горов. – Чем зря бегать выспрашивать, лучше посмотреть...

186

Компакт-диск Горову достался нелегко. В процессе выявления возможных свидетелей убийства нотариуса Степан обнаружил неподалеку от конторы Фридмана, за углом, шикарный особняк. С подземным гаражом, ковровой дорожкой на крыльце, атлантами по бокам двери и всеми остальными делами...

Камер на фасаде никаких видно не было, но Горов понял, что без видеонаблюдения такой особняк функционировать просто не может. А к тому времени он уже пришел к мысли, что убийцы нотариуса машину оставляли где-то именно на этой улице.

И Степан сунулся со своим удостоверением в этот самый особняк. Только оказалось, что там живет такой крутой дядя, что удостоверения ФСБ на его охрану производят примерно такое же впечатление, как членский билет общества защиты животных на базарных мясников. В общем, Горову даже дверь не открыли...

– Это особняк нашего сенатора от Свердловской области... – негромко прокомментировал начальник УБОПа.

– Во-во! – кивнул Горов. – Мне охранник через переговорное устройство так и сказал: «Хозяин в Москве, в Совете Федерации, все вопросы к нему...»

– И что?.. – спросил Логинов.

– Да что, я вам хотел звонить или Анастасии Семеновне, а тут как раз начальник охраны этого сенатора подкатил на таком двухэтажном джипе, – пожал плечами Горов. – Я к нему, а он оказался из наших, мы с ним когда-то в Чечне в рейд ходили... Сперва, правда, записи наотрез отказался давать, мол, это дешифровка скрытых камер и вообще системы безопасности объекта... Но под коньячок обмяк. Только я ему пообещал, что мы весь диск сотрем, оставим только то, что нам надо, если найдем...

– Так что ж ты раньше молчал, Степан?..

– Кто молчал? Я вам сразу сказал, что это важно! А вы в суд поехали...

– И правильно, что поехали! У нас теперь фото Астамирова есть!

– Да?..

– Да! До и после пластической операции!

– В ячейке взяли?

– Точно!

– А глянуть можно?..

– Потом... – повернулся Виктор. Пока Горов рассказывал свою историю, Зайцева смотрела его диск. – Ну что, Настя? Получается?

– Пока идет разархивация, – сказала Настя.

187

– Так что смотрим? – наконец спросила Настя.

– Запись с камеры, которая на перекресток направлена! – сказал Горов.

– С самого начала?

– Нет. Примерно с момента, когда нотариусу кавказцы позвонили...

– А когда они ему позвонили?

Виктор сообщил, Зайцева пощелкала мышкой.

– Вот... – наконец сказала она.

– А быстрее можно?

– Можно...

Воспроизведение пошло в ускоренном режиме. Светофоры часто-часто замигали, машины засновали туда-сюда с третьей космической скоростью, люди стали проноситься по тротуару, как заводные...

– Стоп! – вдруг подался к монитору Степан. – А ну чуть назад...

Настя вернула запись. На этот раз все увидели, как в подворотню заскочила какая-то машина, и почти сразу же на улицу вынырнули два типа и тут же скрылись за углом...

– Судя по времени, – ткнул пальцем в таймер Горов, – это могут быть они.

– Так... – сказал Виктор. – А ну-ка теперь дальше.

На мониторе снова часто-часто замигали светофоры, автомобили засновали туда-сюда, люди помчались по тротуару... Вдруг двое из них нырнули в ту самую подворотню, и тут же из нее торпедой вылетела машина.

– Стоп! – сказал Виктор. Таймер замер, Логинов потянулся за сигаретой и посмотрел на Степана. – Так уж и быть, коньяк тебе прощается, Горов... Думаю, это они. Настя, давай изображение машины по кадрам...

Минуты через три машину общими усилиями идентифицировали. Это была «девятка» светлого цвета. Но ни мужчин, ни номеров «девятки» толком рассмотреть было невозможно...

– А если специалистам запись дать?.. – спросил Горов. – Чтоб увеличили?

– Попробуем, – кивнул Виктор. – Но это займет много времени и навряд ли что-то даст. Пикселей в этих камерах маловато... – Говоря это, Виктор вытащил телефон и позвонил Аникееву: – Алло! Леня, как успехи?

– Работаем... Нашелся тут один человечек, вроде видел двоих кавказцев, которые шли от шиномонтажа... А у тех таких клиентов сегодня не было.

– А на чем эти кавказцы уехали?..

– Да вроде как на «восьмерке» светлой. Но свидетель не уверен...

– Это они! – быстро сказал Виктор. – Все, Леня, возвращайтесь!

188

Старший инспектор ГИБДД Петренко сунул ноги в растоптанные не одним мужиком тапочки, прошел в ванную и немного поплескался, помывшись до пояса.

Когда он вышел с полотенцем, с небольшой кухоньки уже вовсю пахло жареной картошкой. Хозяйку звали Глафирой. Она была хороша в постели, имела вздорный характер и любила выпить. Поскольку жениться на ней Петренко не собирался, на данном этапе эта дружба его вполне устраивала.

Присев за стол, Петренко быстро сковырнул пробку с бутылки «Немирофф на березовых почках» и щедро наполнил две рюмки. Пила Глафира наравне с мужиками.

– Ну, со свиданьицем, Глаш! Давай! – поднял свою рюмку Петренко.

И тут в коридоре у него противно запиликал телефон. Как раз той мелодией, что была выставлена на звонки начальства.

– Тьфу ты!.. – поставил рюмку на стол Петренко.

Водка расплескалась, и Глафира сказала:

– Плохая примета, Костя...

– Типун тебе на язык, дура... – негромко проговорил Петренко, выскакивая в коридор.

Телефон умолк, но тут же запиликал снова. Инспектор с трудом отыскал его в висящей на вешалке форменной куртке и торопливо проговорил:

– Да! Слушаю!

– Ты какого хрена трубку не берешь, Петренко?.. – рявкнул в телефоне начальник.

И инспектор сразу понял, что никаких чудес в постели Глафира сегодня вытворять не будет. По крайней мере, с ним, с Петренко...

189

– Здравия желаю, товарищ генерал!

– Ну что, «Капкан» с «Перехватом» не сработали?

– Как всегда... – вздохнул Виктор.

– Думаешь, ушел Астамиров?

– Думаю, да...

– А может, просто затаился? Знаешь, как бывает: все с ног падают, ищут человечка, а человечек машину свою на стоянку поставил, чехлом накрыл, а потом внутрь нее незаметно для охранника проскользнул...

– Намек понял, товарищ генерал, про стоянки скажу, пусть местный УБОП на всякий случай их проверит...

– Вы фотографии Астамирова после пластической операции разослали?..

– По аэропортам и вокзалам – да, я проверил, а по обычным райотделам, думаю, только завтра попадут...

– Что-то мне твой настрой, Витя, не нравится! Этого волка надо брать по горячим следам, нельзя дать ему уйти...

– Да нет, настрой нормальный, товарищ генерал. Просто я думаю, что он уже на границе области...

– А почему ты так думаешь?

– Карту посмотрел и скорость прикинул... В общем, я предполагаю, что Астамиров с сообщником сразу ускользнули из Екатеринбурга и теперь второстепенными дорогами уходят в направлении Каменска-Уральского или Снеженска. В сторону Челябинской области...

– Так... Ты имеешь в виду, что там диаспора, у которой он может получить помощь?..

– Да. И плюс то, что звонил Астамиров Нурди Важиеву как раз с трассы Екатеринбург – Челябинск. Мне нужно ваше содействие, товарищ генерал! И тогда, я думаю, мы его перехватим...

– Что за содействие?

– Во-первых, нужна «Альфа» УФСБ. Во-вторых, вертолет для нее. И в-третьих, нужна команда ГИБДД Челябинской области! Чтобы они всех своих инспекторов на севере подняли и расставили по перекресткам...

– С фотографиями Астамирова?

– Нет. Без фотографий. И без усиленного вооружения. Просто они должны искать светлую «девятку» с двумя кавказцами – одним обычного телосложения, другим – мелкого. И сразу, как только они ее обнаружат, звонить мне. Без самодеятельности и инициативы...

– А ты уверен, что чеченцы будут именно на светлой «девятке»?

– Не уверен, но думаю, что да. Они ведь не знают, что она засветилась. А машину им сейчас менять очень не с руки – тогда ведь можно на элементарной проверке документов спалиться... Нет, товарищ генерал, шуметь и тем более расстреливать милиционеров Астамирову сейчас нельзя. Поэтому и «девятку» он должен оставить...

190

Из-за угла Глафириной пятиэтажки вынырнула «семерка» с раскраской ГИБДД. Петренко плюхнулся на переднее сиденье и посмотрел на своего молодого напарника:

– Отдохнули, блин?..

– Так, а что случилось, Костя?.. А то я ничего по телефону не понял!

– Поехали к гаражу моему, по дороге расскажу, – вздохнул Петренко. Открыв окошко, он закурил и повернулся к напарнику: – Ерунда такая, Вася... Каких-то из Москвы ищут...

– В смысле – из Москвы?.. Машину с московскими номерами?

– Да нет! Команда из Москвы поступила!.. – сбил пепел в окошко Петренко. – А ищут двух кавказцев. Один выше среднего роста, спортивного телосложения, второй мелкий. Должны быть на светлой «девятке». Но не исключено, что могут ехать и на другой машине... Это все! Мер к задержанию не предпринимать, к документам, если окажутся даже не в порядке, не придираться. А лучше вообще обойтись без проверки. Засечь направление движения и как можно быстрее доложить.

– Начальству?

– Начальству потом... – проговорил Петренко, копаясь в памяти своего мобильника. – О, вот... А сперва на номер, который я тебе сейчас сброшу.

Телефон Петренко пискнул, Васин тут же отозвался в ответ. Чуть сбросив скорость, молодой инспектор открыл SMSку. Номер был мобильный, с каким-то странным кодом, которого Вася раньше не встречал. Одно слово – федеральный...

191

– Пока! – крикнул Логинов, быстро проведя пальцем по нижней губке Насти. – Веди себя прилично!

– Может, я с вами, Витя?!

– Нет! Ты лучше жди!

Крикнув это, Логинов устремился к вертолету. Едва он нырнул в люк, короткая лесенка исчезла внутри, винт закрутился быстрее. Настя отбежала к «Гелендвагену» и повернулась. Набрав обороты, борт наконец оторвался от земли. Кутаясь в легкую курточку и ежась, Зайцева проводила его взглядом.

Только когда вертолет набрал высоту, она влезла за руль джипа. В машине сидели капитан Тетеркин с еще одним сотрудников УФСБ.

– Вам куда?.. – спросила Зайцева, трогая джип с места. – Могу по дороге по домам развезти...

– Гм-м... – сказал Тетеркин. – У нас приказ: сопровождать вас до гостиницы и вообще охранять. Так что мы с вами...

192

Петренко тупо смотрел перед собой, откинувшись на подголовник своей личной «девяносто девятой». Вечно орущий дурной начальник велел им с Васей перекрыть перекресток и развилку. А расстояние между ними было около пяти километров. Поэтому Петренко и взял свою машину. Не пешком же службу нести...

Служба, правда, была не бей лежачего. Справа стеной нависала тайга. В нее уходила дорога в сторону Касли – бетонка с проросшими между плитами невысокими кустиками. Дорогу когда-то давно построили военные, для «стратегических» целей, ведь именно возле Касли был расположен печально знаменитый комбинат «Маяк». Но сейчас по ней ездили исключительно рыбаки и охотники – по выходным.

Как раз в том месте, где стояла «девяносто девятая», бетонка упиралась в асфальтированную дорогу, идущую от Каменска-Уральского Свердловской области к райцентру Дворкино уже Челябинской. Начинало смеркаться, и не очень интенсивное движение почти прекратилось. В ночь народ особо здесь не ездит...

Только Петренко об этом подумал, как увидел в зеркале возникшие из-за изгиба дороги габаритные огни. Тут же распахнув дверцу, инспектор рывком выбрался на дорогу, зевнул и потянулся. Машина приблизилась, и наметанный глаз Петренко еще издали признал в ней «девятку». Светлого цвета...

Внутренне инспектор подобрался, внешне же, наоборот, изобразил полное безразличие к чему бы то ни было. При приближении машины он небрежно махнул жезлом, лениво подошел к водительской дверце и, подняв руку, козырнул:

– Инспектор ГИБДД старший лейтенант Петренко!

Из-за руля выбрался довольно высокий кавказец и протянул инспектору документы. Тот заглянул в салон. Там сидел еще один кавказец, жилистый и мелкий...

– Да не надо! – небрежно отмахнулся от документов Петренко. – Скажите лучше, вам джип какой-нибудь по дороге не встречался? Со следами ДТП?

– Какой джип?.. – спросил высокий кавказец.

– Неустановленной пока модели... – сказал Петренко. – Разыскивается в связи с наездом на пешехода!

– Не встречали, – покачал головой водитель «девятки».

– Ну тогда счастливого пути! – небрежно кивнул Петренко. – Но если вдруг что, позвоните на ноль-два. Этот джип девочку сбил...

193

В качестве аэродрома использовали законсервированную вертолетную базу какого-то секретного объекта – то ли РВСН, то ли штаба округа. Между двумя рядами колючки по периметру расхаживали часовые.

«Альфовцы» расположились в комнате отдыха вертолетчиков. Логинов с Горовым и Аникеевым сидели в помещении, где когда-то проводились предполетные инструктажи экипажей.

Телефон здесь был только войсковой, зато карт хватало. Так что за время ожидания фээсбэшники успели неплохо изучить район предполагаемого отхода Астамирова.

– А если они просто в тайгу уйдут? – спросил Аникеев. – Машину качественно спрячут и отсидятся в глуши месяц-другой?

– Тайга, Леня, не горы на юге Чечни, – качнул головой Степан. – Без привычки в ней так долго не высидишь. Да и чужаков местные аборигены за сто верст чуют...

Логинов промолчал. Пройдя к окну, он закурил и посмотрел на аэродромный пейзаж. Уже начинало смеркаться. И тут у Виктора в кармане зазвонил телефон...

194

Астамиров тронул «девятку» с места. В боковом зеркале было видно, как инспектор лениво направился к кювету и начал расстегивать ширинку. Хадам брезгливо поморщился:

– Свинья, даже с дороги сойти не может...

Впрочем, о некультурном инспекторе он сразу же позабыл. Главное, что они выскользнули из Свердловской области. И до дома им оставалось около трех часов пути. «Калашников» и «спектр» были спрятаны под задним сиденьем. Пистолеты чеченцы держали под рукой, но в надежных тайниках...

Увеличив скорость, Астамиров умолк. Из Екатеринбурга-то они ускользнули, но вот до сейфа Забарской так и не добрались. Так что Астамирову нужно было сразу же получить остаток денег с Ашота и паковать вещи. И в другом месте начинать жизнь под новой личиной...

– Гляди! – вывел Астамирова из задумчивости голос Исы.

Хадам прищурился и увидел стоящую на перекрестке милицейскую машину. От нее отделился силуэт и махнул в воздухе подсвеченным изнутри жезлом.

– Что-то много их развелось... – пробормотал Астамиров, сбрасывая скорость.

Остановивший их инспектор-прапорщик был совсем молодым. Документы он просто мельком глянул, потом задал вопрос относительно джипа...

И все бы ничего, но Астамиров вдруг понял, что прапорщик почему-то нервничает. Он быстро отпустил чеченцев, но Хадам уже насторожился. В машине он повторил:

– Что-то много их развелось...

– Что?.. – спросил Иса.

– Ментов много, не нравится мне это! – проговорил Астамиров, косясь в зеркало.

– Так девочку ж сбили, вот их и выгнали всех, – совершенно резонно заметил Иса.

Астамиров промолчал, поскольку возразить было нечего. Но какое-то смутное подозрение в нем все же шевелилось. Гаишник исчез за изгибом дороги. Астамиров повернул голову и увидел вынырнувший навстречу джип с включенными нижними фарами. В тот же миг Хадама осенило.

Он резко вильнул к обочине, остановился и крикнул Исе:

– Сиди! Я сейчас!

Для маскировки по дороге к кювету Астамиров потянулся руками к ширинке. Но, едва выскочив из света фар джипа, чеченец руки убрал и на предельной скорости помчался к лесопосадке.

Он очень торопился и успел вовремя добежать по лесопосадке к тому месту, откуда был виден перекресток с замершей на нем милицейской машиной.

Сбросивший скорость джип осветил «семерку» и стоящего чуть в стороне гаишника. Тот с кем-то разговаривал по телефону. На джип он просто оглянулся, не сделав ни малейшей попытки его остановить...

195

– Так! – быстро проговорил Виктор, склонившись над картой. – В направлении Дворкино?.. В сторону перекрестка? А там кто-то есть?.. Ясно!

– Что?.. – в один голос спросили вскочившие с места Горов с Аникеевым.

– Светлая «девятка» с двумя кавказцами только что проследовала вот здесь! – ткнул карандашом в карту Логинов. – Пусть вертолетчики готовятся к взлету!

Горов выскочил и крикнул, заглянув в комнату «альфовцев»:

– Клиенты нарисовались! Хватит на массу давить! Летунов срочно в «вертушку» и подъем!

196

– С-суки! – прошипел Астамиров, подаваясь за деревья.

От его недавнего спокойствия не осталось и следа. Он чувствовал себя, словно волк, который вдруг обнаружил флажки, расставленные поперек его тропы...

Вынырнув из кювета, Астамиров, оглядываясь, обежал «девятку» сзади и сел за руль. Иса встревоженно смотрел на него, не понимая, что происходит. Астамиров тронул машину с места и сообщил:

– Все эти менты по нашу душу!

Иса снова ничего не понял, и тогда Астамиров объяснил. Проехав около километра, он в последний раз посмотрел в зеркало и свернул на какую-то грунтовку. Та прорезала лесопосадку и сворачивала вправо.

Остановив машину за деревьями, чеченцы извлекли из тайников все оружие и приготовили его к бою. Иса поставил «АКСУ» между ног и спросил:

– И что будем теперь делать, Хадам?

Вопрос был хороший. Что называется, в точку. Астамиров вздохнул и сказал:

– Попробуем незаметно вернуться и выбраться на дорогу к Касли. Там нас наверняка никто не ждет. Как только попадется, возьмем другую машину, эту в тайгу... Пока менты кинутся, будем уже под Челябинском!..

Говоря это, Астамиров тронул «девятку» с места. Ехали они без света, поэтому минут через десять и заметили справа среди деревьев на опушке тайги коротко вспыхнувший огонек. Астамиров тут же остановился и спросил:

– Видел?

– Да, – кивнул Иса. – Похоже на зажигалку...

– Странно. Охотникам тут делать нечего. Может, лесник?.. Иди посмотри. Только осторожно...

197

Телефон запиликал в кармане. Петренко вытащил его и увидел тот самый номер – федеральный, по которому он пять минут назад доложил насчет «девятки» с кавказцами.

– Старлейтнант Птренко, слушаю! – скороговоркой ответил инспектор.

– Это полковник Логинов!

– Да, я понял, товарищ плковник!

– Только что звонил ваш напарник! – быстро сказал полковник на фоне какого-то рева. – «Девятка» с кавказцами проследовала мимо него...

– Так!..

– Теперь машину уберите с дороги в какое-нибудь укрытие! И наблюдайте! Чтобы они не проскочили обратно незамеченными! Если что, просто доложите! Задача ясна?

– Так точно, товарищ полковник! А-а... – проговорил инспектор, но его собеседник уже отключил связь.

Инспектор разочарованно хмыкнул. Он хотел проявить инициативу и предложить полковнику для того, чтобы эти кавказцы не проскочили незаметно наверняка, взять под контроль и грунтовую дорогу, петлей выходившую к «стратегической» бетонке на Касли...

Немного поколебавшись, Петренко решил перезвонить. Этот самый полковник даже ни разу не повысил на него голос. И говорил все по делу. А это был верный признак очень большого начальника. Проявить себя правильно перед таким, глядишь, карьера и заладится. Нельзя такими шансами разбрасываться...

И Петренко позвонил. Раз, потом второй. Но у полковника все время было занято. Инспектор вздохнул, и тут ему перезвонил напарник Вася.

– Ф-фух! Они у меня только что проехали! Полковник какой-то мне сказал с машиной спрятаться!

– Мне тоже... – сказал Петренко. – Слушай, ты там смотри в оба, понял? Чтоб точно их не пропустил! А я, наверное, к грунтовке поеду, которая в сторону Касли отходит! Вдруг они туда сунутся, доложим, что вдвоем придумали! Глядишь, по звездочке обломится!

– Так, а ты сказал?.. Полковнику-то?

– Да не могу дозвониться! В общем, Вася, ты тут бди, а я возле грунтовки схоронюсь...

Минуты три спустя Петренко уже загнал свою «девяносто девятую» в укромное место, из которого просматривался выезд с грунтовой дороги на «стратегическую» бетонку. Выбравшись из машины, он прошелся к опушке. Дальше тайги не было, грунтовка извивалась редколесьем к далекой лесопосадке.

Ничего не рассмотрев в темноте, Петренко немного расстроился. Орущий тупой начальник надоел ему до чертиков, так что карьерный скачок старшему лейтенанту не помешал бы. Тогда и женщину можно было бы найти покультурней Глафиры... При воспоминании о Глафире, от которой его так грубо и вероломно выхватил начальник, старлей расстроился окончательно. И автоматически потянулся за сигаретой...

198

– Это не лесник! – доложил по рации Иса. – Это инспектор ГАИ! Сидит в «девяносто девятой» неподалеку от выезда на бетонку!

Астамиров до последнего подсознательно надеялся, что им удастся незаметно выскользнуть и на этот раз. Но обкладывали их по всем правилам...

– Сколько их там?.. – другим – жестким – голосом спросил Хадам.

– Он один.

– Ты хорошо все посмотрел?.. – насторожился Астамиров.

– Да!

Это был шанс. Только как его использовать, Астамиров еще до конца не решил. И он сказал:

– Займись им! Потом сообщишь, я подъеду! Но пока не убивай!

199

Когда отрапортовал второй гаишник, Логинов велел ему съехать с дороги и спрятаться возле перекрестка. Закончив телефонный разговор, он склонился к карте и сообщил:

– «Девятка» только что проследовала через вот этот перекресток и свернула в сторону Карпинска! Деваться им теперь некуда! А езды до Карпинска час – час десять...

– Будем брать там?.. – спросил Горов.

– Да! – кивнул Виктор и бросил на стол карандаш. – По коням! Только карту прихватите! Я сейчас!

Быстро позвонив в Челябинск, Логинов попросил к моменту посадки вертолета организовать для них в Карпинске микроавтобус и пару машин с местными водителями. Потом Виктор велел спрятаться и второму инспектору ГИБДД и только после этого доложил об обстановке в Москву Ватлину...

200

Петренко лежал возле своей «девяносто девятой», уткнувшись лицом в хвою, и про себя матерился. Все произошло настолько быстро, что он даже не успел испугаться. Просто дверь машины вдруг открылась, и Петренко увидел у своей головы пистолет с глушителем. А потом голос с акцентом велел ему выбираться без глупостей...

На грунтовой дороге послышался шум машины, хотя света видно не было.

Машина остановилась. Застигший Петренко врасплох кавказец сказал пару непонятных слов по рации. Вскоре хвоя чуть в стороне зашуршала, и к «девяносто девятой» подошел второй кавказец.

Остановившись, он приподнял носком голову инспектора и спросил:

– Жить хочешь? Или сказать, чтобы Иса перерезал тебе горло, как барану?

– Хочу!.. – признался Петренко.

– Тогда рассказывай...

Выбора у инспектора не было, и он быстро рассказал, что знал. Только насчет Васи умолчал, что тот должен был с машиной спрятаться у перекрестка.

Потому что понимал Петренко, что живым кавказцы его не отпустят. А Вася в кустах – это был шанс.

– Ты где живешь? – спросил вдруг кавказец.

– В Дворкино...

– Жена, дети есть?

– Нет...

– И женщины, что ли, нет?

Тут Петренко немного растерялся, но сказал:

– Да есть...

– А у нее сколько детей?

– Нисколько, сама она... – сказал Петренко и вдруг прикусил язык.

– В центре живет или на окраине?

– Почти на окраине, – тоскливо сказал Петренко.

– Тогда поедем к ней в гости, – сообщил Астамиров. – До Дворкино сколько километров, десять?

– Двенадцать.

– Все равно быстро доедем. Потому что повезешь нас ты. Только не по главной дороге, а так, чтобы никого из твоих коллег не встретить... Понял?

– Понял...

– Сними с него наручники, Иса.

Иса наклонился и снял с инспектора его собственные наручники.

Астамиров, когда Петренко поднялся, спросил:

– Тебя как зовут?

– Коля.

– Смотри, Коля. Доедем нормально, будешь жить. Встретим кого-нибудь из твоих, убьем и их, и тебя...

201

«Девятку» прятать не стали, бросили прямо возле выезда на «стратегическую» бетонку. Чтоб те, кто искал чеченцев, решили, что они ушли на захваченной «девяносто девятой» в сторону Касли или вернулись к Каменску-Уральскому.

Астамиров немного рисковал, направляясь в Дворкино, но это был его шанс оставить преследователей с носом. Хватятся они инспектора скоро, найдут «девятку» и начнут перекрывать дороги на Касли и на Каменск. А Астамиров из Дворкино тем временем спокойно уйдет. Нужно было только спрятать где-то «девяносто девятую», чтобы не нашли ее случайно раньше времени. А так все должно было сработать...

Инспектор, которому Астамиров пообещал жизнь, очень старался. По грунтовке они добрались до асфальтированной дороги, пересекли ее и за лесопосадкой выехали к молодому лесу. В объезд его «девяносто девятая» вскоре приблизилась к Дворкино.

Кавказцы напряглись. Сжимая в руках оружие, они вглядывались в сторону приближающихся домов. И были готовы в любой момент открыть огонь...

«Получил повышение, блин... – тоскливо думал Петренко. – Накаркала эта Глашка, дура. Доедем, грохнут и меня, и ее. Не доедем, тоже грохнут...»

202

Вертолет несся в ночном небе в сторону Карпинска. Несмотря на рев мотора, Логинов почти непрерывно говорил по телефону, хотя это и было против правил безопасности полетов...

Виктор прилично охрип, зато организовал все в лучшем виде. Посадку вертолет должен был совершить на южной окраине Карпинска, на стадионе. А там их без промедления должны были подхватить местные «силовые» товарищи на наземном транспорте. Так что все было хорошо. И даже на подготовку к торжественной встрече при въезде в Карпинск чеченцев минут десять-пятнадцать, по расчетам Виктора, должно было остаться. Маловато, конечно, но для «альфовцев», хоть и региональных, вполне достаточно...

Но у Логинова вдруг зазвонил телефон, и все эти планы разом полетели в тартарары...

203

«Эх, жизнь моя, жестянка... – подумал Петренко, незаметно косясь на Ису. – И чего у нас нормальной речки нету в этом долбаном Дворкино...» Они уже въехали в райцентр. Окраинные улочки были пустынны, свет горел на столбах только по углам. И даже ни одна машина навстречу «девяносто девятой», словно специально, не попалась.

Астамиров сопел в ухо инспектору, окидывая улицы настороженным взглядом. Пока что все шло отлично, и чеченец нетерпеливо спросил:

– Скоро приедем?..

– Да! – поспешно кивнул Петренко. – Вон ту улицу переедем, чуть дальше за мостиком свернем и... все!

Приближающаяся улица была освещена чуть получше, но в принципе проскочить через нее незаметно было вполне реально. Главное – не попасть в свет фар периодически проезжавших по ней машин.

– Притормози! – велел Астамиров.

Петренко послушно сбросил скорость. По улице, болтая световыми столбами, промчалась «Газель». Астамиров немного выждал и сказал:

– А теперь быстрее!

«Девяносто девятая» подскочила к перекрестку и повернула вправо. Дорога шла под уклон, внизу был небольшой мост. Петренко утопил в полу акселератор. За парапетами моста в свете фар ртутным блеском заиграла вода. Воздух засвистел на установленных по бокам передних дверей прозрачных козырьках.

«Эх-ма!» – подумал Петренко и вдруг резко ударил по тормозам.

– Шайтан! – вскрикнул Иса, бахнувшись головой в лобовое стекло.

Астамирова инерцией швырнуло в щель между передними креслами. Петренко въехал ему в лицо локтем и тут же сиганул в дверь. Секунду спустя «девяносто девятая» юзом налетела на толстый железобетонный отбойник моста, ударила в него боком, подпрыгнула и перевернулась крышей на перила...

204

Выстрелить Астамиров не успел. Слишком быстро все случилось. Визг тормозов, бросок вперед, удар в лицо и резкий скрежет с кувырком машины заняли две-три секунды. Но в голове Астамирова прояснилось сразу, как только он плюхнулся на потолок «девяносто девятой».

– Иса! – крикнул он.

– Я здесь!.. – сипло отозвался Иса из-за подголовников передних кресел.

Под спиной Астамирова, на потолке, превратившемся в пол, тут же вспыхнул плафон. Иса распахнул чудом не заклинившую дверцу и вывалился на асфальт.

– Убей его! – крикнул Хадам, пытаясь понять, где теперь выход.

Иса быстро наклонился в салон, но «АКСУ» нигде видно не было. В этот миг за его спиной из-под моста донесся приглушенный всплеск. Чеченец метнулся через дорогу к перилам.

Пистолет он не выронил даже при ударе. Перегнувшись вниз, Иса приготовился стрелять. Только куда целиться, он сразу не понял. Под мостом было темно, особенно после яркого света плафона «девяносто девятой». И звуков никаких слышно не было...

Иса быстро прикрыл глаза левой ладонью. И наконец по едва заметным проблескам понял, что речка довольно быстро течет по направлению из-под моста. Иса тут же вскинул пистолет и ввером вниз по течению выпустил все пули, равномерно распределив их по ширине русла. А ширины всего-то и было метров пять от силы.

Из машины вывалился Астамиров. Подскочив к Исе, он крикнул:

– Где?!

– Нырнул!

– Тварь!

Астамиров вскинул «спектр» и на удачу полоснул поперек русла длинной очередью. После этого оба чеченца замерли и прислушались. Вода негромко журчала внизу, под опорами моста. Что-то шипело в искореженной «девяносто девятой». И все. Больше никаких звуков слышно не было.

Астамиров облегченно вздохнул и сказал:

– Забирай «АКСУ» и жги маши...

И в этот момент довольно далеко справа по руслу реки раздался всплеск и сразу за ним – хриплый шипящий выдох, как в кино про китов...

205

Крыша «девяносто девятой» со скрежетом прогнулась, машина, словно бы сдувшись, осела на перила моста вверх колесами. Еще какой-то час назад старший лейтенант Петренко такого бы не пережил. Но в данный момент ему было глубоко наплевать на свою холеную «девяносто девятую». А вот жить хотелось отчаянно.

Вылетев на обочину, он несколько раз перекувыркнулся, но в левый отбойник моста, хвала богу, не ударился – остановился в метре от него. Не обращая внимания на острую боль в руке, Петренко тут же вскочил и сиганул под откос моста.

Темень приняла его негостеприимно: инспектор за что-то неудачно зацепился ногой и на сухой потрескавшийся берег реки плюхнулся плашмя. Еще и головой приложился так, что искры из глаз сыпанули...

Сверху, от машины, донесся какой-то крик, что-то лязгнуло. На Петренко эти звуки подействовали как обезболивающее. Он вскочил и быстро оглянулся на перечеркивающий небо черный пролет моста. Фары «девяносто девятой» потухли при ударе, но сейчас вдруг загорелась лампа в салоне.

Петренко мигом сообразил, что кавказцы уже распахнули дверцы и вот-вот появятся наверху возле перил. По берегу удирать смысла не было. Под мостом прятаться – тоже. И Петренко сделал единственное, что ему оставалось: набрал в легкие побольше воздуха и прыгнул в ртутного цвета воду...

206

Осекшись, Астамиров вскинул «спектр» и выпустил очередь на звук.

Пистолет-пулемет коротко вздрогнул, но в самый неподходящий момент патроны закончились. Из темноты донеслись два судорожных вздоха. Потом последовал всплеск.

Иса развернулся к берегу и крикнул:

– За ним?..

Хадам заколебался. Он вдруг понял, что течение слишком быстрое. А берег у речки был явно неблагоустроенным – не разгонишься.

– Нет! – вздохнул Хадам.

Мента им было уже не достать. И это все меняло. Смысла поджигать «девяносто девятую» не имело – все равно преследователи очень скоро узнают, что они в райцентре...

– Найди автомат и спрячься! – велел Астамиров.

Иса метнулся к перевернутой машине, Хадам тронул ушибленный бок и оглянулся. За подъемом в темном небе колыхались столбы фар. Ехавшая к мосту машина была еще довольно далеко, но быстро приближалась...

– Нашел? – повернул голову Астамиров.

– Да... – приглушенно ответил залезший на коленях в салон «девяносто девятой» Иса.

207

– Черт! – крикнул Виктор и тут же устремился к кабине пилотов. «Альфовцы» проводили его удивленными взглядами. Виктор же наклонился к командиру и принялся орать в его ухо: – Срочно меняем курс! Райцентр Дворкино! Летим туда!

Вернувшись в пассажирский отсек, Виктор направился к майору-командиру «альфовцев» и быстро прокричал:

– Наши клиенты не поехали в Карпинск. Они захватили милиционера и как-то оказались в Дворкино! Но он выскочил из машины... В общем, готовьте людей к десантированию и бою! А я постараюсь уточнить обстановку!

208

Потрепанная жизнью «пятерка» повернула, скользнула светом фар по вросшим в землю воротам и въехала на территорию районной больницы. Ее владелец, мужчина лет пятидесяти, до сих пор не совсем понял, что происходит.

Остановился он на мосту, чтобы глянуть на аварию, а ему пистолет какой-то странный в лоб – и вези в больницу. Да еще какие-то нерусские. Как в кино...

– Это что?.. – ткнул пальцем в двухэтажное отдельно стоящее здание Астамиров.

– Так это... кухня вроде ихняя, – сказал водитель.

– Давай дальше!

«Пятерка» проехала по территории, потом повернула. Фары высветили в углу под забором длинный одноэтажный корпус. Астамиров увидел за ним деревья. Это его устраивало, и он спросил:

– А это что?

– Роддом наш, – сообщил водитель. – А приемное отделение вон...

Но на приемное отделение Астамирову было наплевать.

– Роддом – это хорошо! – прищурился он. – Давай к нему!

209

– Хреново дело! – крикнул Логинов, отключив телефон. – Они роддом в Дворкино захватили!

– Откуда информация?.. – помрачнел Горов.

– От родственников рожениц! Уже три звонка в местную милицию поступило!

Резко поднявшись, Логинов направился к кабине пилотов, по дороге сообщив плохую новость командиру «Альфы». Просунувшись к летчикам, Виктор крикнул:

– Ну что? Скоро будем?

– Минут через десять! – сообщил сдвинувший наушник командир. – Тут несколько ЛЭП идут к Касли! По правилам, надо обходить их стороной!

Логинов молча кивнул. Вынуждать летчиков нарушать правила безопасности полетов он не стал. К чему это приводит, знали все. Ведь именно так разбился вертолет с губернатором Красноярского края Лебедем...

210

– Лежать, суки! И пасти своим уродам закройте! Будут орать, головы о косяки поразбиваю! – крикнул Астамиров.

Перепуганных пациенток роддома уже согнали в одну большую палату.

Бледная крупная молодая дежурная врачиха с дрожащими губами стояла в коридоре. Медсестра попыталась было пристыдить чеченцев, но Хадам сразу ударил ее по голове. Медсестра была пожилая и до сих пор не пришла в себя – так и лежала под стенкой в коридоре...

– Иса! Если что, сразу стреляй! – по-русски, работая «на публику», приказал Астамиров. – А ты пошли! Покажешь все помещения! – повернулся к врачихе Хадам.

Та кивнула, но потом как-то неуверенно оглянулась.

– Что?.. – спросил Астамиров.

– Тогда ключи надо взять... – негромко сообщила докторша.

– Так бери! – рявкнул Астамиров. – Быстрее!

Минуту спустя они уже свернули за угол коридора. Ор разбуженных маленьких пациентов роддома, так раздражавший Астамирова, стал тише. Хадам притормозил и быстро выглянул из-за угла.

Когда он повернулся, докторша дрожала как осиновый лист. Сперва Астамиров насторожился, но быстро понял, в чем дело.

– Не бойся! – ухмыльнулся он. – Как женщина ты меня не интересуешь! Где у вас элеваторный узел?

– Что?..

– Элеваторный узел! Тепловой ввод! В общем, где трубы с горячей водой входят в здание! – быстро, но не повышая голоса, объяснил Астамиров.

– А-а... Так это в подвале! – сказала женщина.

Астамиров нахмурился:

– А из отделения туда вход есть?

– Да. Иван Тимофеич с инженером, кажется, ходят через кладовку. Но у меня от нее ключа нет...

– Обойдемся... Показывай!

211

Наконец впереди показались долгожданные огоньки. При подлете к Дворкино вертолет сбросил скорость. Внизу замелькали крыши одноэтажных домов окраины. Слева за узкой речкой виднелись четырехэтажные дома центра.

Районная больница располагалась на противоположной окраине. С одной стороны к ней подступал сосновый лес, с другой впритык располагался горный колледж. На его стадионе и совершили посадку.

«Альфовцы» со своим снаряжением высыпали на поле. Логинов с их командиром пожали руку придерживавшему фуражку сухощавому пожилому майору – начальнику местной милиции. Под затихающий вой вертолетного двигателя тот кратко ввел прибывших офицеров в курс дела:

– Вот это раздевалки, а за ними и за забором уже территория больницы! Роддом справа в углу, за трехэтажным корпусом... Мы его оцепили! Террористы через заложниц требуют, чтобы на переговоры прибыл губернатор! Я требования сразу передал по команде...

212

– Молодец! – сказал Астамиров докторше, выбравшись из-за низкой дверцы. Выключив фонарик, он сказал: – Давай назад, быстро!

Их шаги гулко отдавались в темных коридорах роддома. Дважды Астамиров велел докторше остановиться и осторожно выглядывал в окна. Обстановка ему понравилась: к захваченному роддому уже подтянулась милиция. Одна машина приткнулась к забору со стороны леса, еще две торчали на территории больницы...

Вынырнув из-за угла, Астамиров бросил докторше:

– Жди здесь!

Иса, контролировавший заложников и вход в отделение, повернулся.

Астамиров подошел к нему и спросил:

– Порядок?

– Да...

– Я там в подвале ввод нашел, – тихо сообщил Хадам. – Сейчас попробую нырнуть, так что связи не будет... Если позвонят, тяни время. Понял? Я вернусь, выдвинем условия, дадим время и... попробуем уйти, если найду выход. Понял?

– Да! – кивнул Иса.

Астамиров развернулся. Медсестра под стенкой наконец пришла в себя. С трудом приподняв голову, она встретилась взглядом с Хадамом и тихо сказала:

– Нехристи...

– Заткнись, сука! – рыкнул Хадам и ударил женщину ногой по голове.

Медсестра снова потеряла сознание. Две или три видевших все сквозь дверь палаты роженицы вскрикнули, примолкшие было дети закричали с новой силой.

– Всех убьем, если не выполнят наши условия! – крикнул в палату Хадам. – Звоните родственникам, суки! Пусть власти шевелятся! Если в течение часа не прилетит губернатор, мы начнем убивать ваших детей!

Женщины, которым бандиты специально оставили мобильники, взялись за телефоны. Астамиров быстро направился к углу, где, боясь сдвинуться с места, его поджидала докторша.

– Пошли! – кивнул Хадам.

Пару раз повернув, они дошли до кладовки со сбитым замком, нырнули в нее и через другую дверь оказались у ведущей в подвал лестницы. Астамиров спустился по ней вслед за докторшей. Наконец они оказались в элеваторном узле...

Здесь было жарковато, пахло плесенью и землей. Под потолком ярко горела лампа на коротком проводе, в углу что-то шипело, на бетон монотонно капала вода.

Хадам протянул руку и развернул докторшу к себе:

– Раздевайся! Быстро!

Женщина испуганно вздрогнула. Астамиров вдруг засмеялся. Он сказал врачихе правду – как женщина она его не интересовала. Но она его не понимала... Как и Иса. Ему Астамиров тоже сказал правду, а тот ничего не понял.

– Раздевайся! Только осторожно! – повторил Астамиров. – Ну!

Сейчас его интересовало только одно: чтобы она не испачкала халат. Едва докторша его сняла, Хадам сорвал у нее с головы медицинскую шапочку.

Врачиха испуганно подалась к трубам с разметавшимися по плечам волосами.

Астамиров же аккуратно свернул ее одежду и сунул себе за пазуху.

После этого он шагнул в угол, где на какой-то табуретке лежали инструменты: пара больших гаечных ключей, отвертка и небольшая кувалда.

Взяв ее в руку, Астамиров сказал:

– Сейчас буду стенку долбить, поняла?..

– Да... – облегченно кивнула докторша, оглядываясь на место, где четыре толстые трубы входили через стенку в подвал.

– Молодец! – хмыкнул Астамиров и тут же ударил врачиху кувалдой по голове.

213

– Да, товарищ генерал! – быстро отошел от милицейской машины Логинов.

– Ну что там?.. – сухо спросил Ватлин.

– Прибыли на место! «Альфа» в полном составе проводит предштурмовую разведку объекта! Чеченцев двое, весь периметр они контролировать не в состоянии, так что...

– Заложников сколько?.. – перебил Виктора Ватлин.

– Двенадцать пациенток, восемь из них с детьми! Плюс еще один ребенок, от которого мать отказалась, медсестра и врач...

– Значит, двадцать три... – вздохнул генерал.

В его тоне Логинов уловил укор.

– Мы сделаем все возможное, товарищ генерал! – сказал он. – И даже невозможное постараемся...

– Эх, нельзя было упускать Астамирова, Витя! – вздохнул Ватлин.

– Мы и так работали на опережение, товарищ генерал! Просто... не повезло.

– Ладно, разбор полетов оставим на потом, – закрыл тему Ватлин. – Сейчас главное во что бы то ни стало спасти жизни людей! Поэтому я буду общаться с начальством и пытаться доказать, что мы не верблюды, а ты работай, не отвлекаясь. Но как только появится план операции, сразу сообщай. Понял?..

– Так точно!

214

Докторша охнула и упала. Астамиров переступил через нее, примерился и ударил кувалдой по кладке из красного кирпича, которой были обложены толстые трубы. У Астамирова насчет подземных коммуникаций был огромный опыт: в боях в Грозном боевики использовали их постоянно.

Всю кладку Хадам выбивать не стал. Он просто проделал сбоку отверстие, достаточное для того, чтобы в него можно было протиснуться. Тут же бросив кувалду, Астамиров включил фонарик и нырнул в темный лоток теплотрассы.

Представлял он собой железобетонный профиль в виде перевернутой буквы «п». По его дну были проложены трубы, сверху лоток был перекрыт железобетонными плитами. Жарковато, конечно, было внутри и тесновато. Но все же лучше, чем ползти по уши в дерьме по канализации...

Астамиров минут за пять добрался до тепловой камеры. Так правильно назывались подземные колодцы, в которых трубы расходились. Астамиров по металлической лесенке поднялся наверх к люку и прислушался.

Сверху доносились голоса, где-то неподалеку хрипела в машине милицейская рация, из которой раздавались какие-то команды. Астамиров подался назад. Выбираться здесь наверх было опасно, а он не был самоубийцей.

Осторожно спустившись, Хадам снова включил фонарь. Теплотрасса, от которой отходил ввод на роддом, была магистральной. В смысле, трубы были намного толще. А лотки такие же. Но выхода у Хадама не было. Чуть поколебавшись, он протиснулся вправо.

Из-за большого диаметра труб передвигаться стало намного сложнее. В одном месте Астамиров едва пролез между слишком высокой опорой и плитой перекрытия. Жарко было, как в сауне. Но Хадам не собирался поворачивать назад. Он понимал, что из роддома с заложниками уйти им не дадут. И захват Астамиров предпринял только для того, чтобы принести в жертву Ису. А взамен получить время. Это был единственный вариант.

Наконец впереди показалась следующая камера. Астамиров добрался до нее и с трудом протиснулся между трубами в железобетонный колодец. Здесь было попрохладнее. Астамиров выключил фонарь, сделал несколько быстрых вдохов, смахнул со лба пот и поднялся к люку.

Поблизости вроде никого не было. Но Хадам все равно очень осторожно приподнял тяжелую крышку, сдвинул ее в сторону на несколько сантиметров и снова прислушался. Не уловив никаких подозрительных звуков и на этот раз, Астамиров расширил щель и быстро выглянул наружу.

Ему повезло. Камера находилась в небольшой ложбинке, окруженной соснами и кустиками. Справа за ними располагался проезд, ведущий к роддому. Прямо совсем близко виднелась та самая двухэтажная кухня, о которой Астамиров спрашивал у водителя захваченной «пятерки». А вот слева метрах в двадцати Астамиров увидел за деревьями приземистое здание. Сбоку к нему примыкал забор, через который просматривался довольно большой стадион. И на нем стоял вертолет...

215

Логинов отключил телефон и вернулся к стоящему кружком у машин местному начальству. Он не чувствовал себя виноватым, но неприятный осадок после разговора с генералом Ватлиным остался. И Логинов раздраженно обратился к главврачу:

– Ну и где ваш завхоз?..

– Должен скоро быть! Сейчас уточню...

Главврач потянулся за телефоном, но в этот момент из-за поворота вынырнул микроавтобус «УАЗ» с надписью «Медицинская служба».

Срочно вызванный из дома начальник инженерной службы районной больницы оказался невысоким мужчиной лет под шестьдесят. Логинов поздоровался с ним и тут же объяснил, что ему нужны схемы всех подземных коммуникаций роддома.

– Где они у вас хранятся?.. – быстро спросил Виктор.

– Вообще-то в моем кабинете! – махнул куда-то в сторону рукой завхоз. – Но там неточности... Я лучше вам сам покажу, пятнадцать лет тут работаю, почти все строилось на моих глазах!

Логинов чуть поколебался. Но завхоз оказался достаточно сообразительным и пожал плечами:

– Вас ведь канализация и теплотрассы интересуют, да?..

– И электричество тоже, но это потом... Ладно, показывайте!

216

Хадам Астамиров быстро выскользнул из люка и поставил крышку на место.

Все складывалось как нельзя лучше. Выбрался он за линией милицейского оцепления. И вертолет прилетел, словно по заказу...

Астамиров выхватил из-за пазухи одежду врачихи и начал ее надевать. Едва он нахлобучил на голову шапочку и сунул руки в рукава халата, как сзади из проезда послышались шаги и голоса. Астамиров метнулся в тень двухэтажной кухни и скользнул за угол. Быстро пройдя под стенкой, он свернул на темную дорожку, окаймленную кустами.

Здесь Астамиров включил рацию и негромко вызвал Ису.

– Да! – ответил тот.

– Как обстановка?

– Нормально... Какой-то вертолет вроде прилетел. Но губернатор пока не звонил...

– Ясно. Если позвонит, пока не говори с ним. Дождись меня! А сейчас немного пугни их. Дай пару-тройку очередей по ментовским машинам. Только сильно не высовывайся! Может, с губернатором и снайперы из Челябинска прилетели!

– Хорошо. Ты скоро?

– Да! – сказал Астамиров и выключил рацию.

Больше она ему была не нужна. Как и Иса. Теперь предстояло под шумок унести ноги. И лучшим средством для этого был вертолет...

217

– А вон там у нас специальный подземный резервуар инфекционного отделения! – махнул рукой в сторону забора завхоз больницы.

– Что, к нему есть отвод от роддома? – удивился Виктор.

– Да... – немного виновато сказал завхоз. – Хотя это и против правил, но я сам при реконструкции придумал. Для аварийного сброса...

– Диаметр какой? – приостановился Виктор.

– Тридцать или сорок...

– Ладно, это подождет!

Они направлялись по проезду к двухэтажному зданию пищеблока. Справа виднелся четырехэтажный корпус. В окнах торчали больные. Все смотрели в сторону расположенного в углу роддома. Весть о захвате его террористами уже облетела больницу. Милиционеры отгоняли сбежавшихся поглазеть на такое зрелище дежурных врачей, медсестер и больных – этих тоже хватало, бродили вдоль оцепления в своих казенных халатах, словно привидения, хотя главврач строго-настрого приказал из отделений никого не выпускать...

– Теперь сюда! – притормозил завхоз и показал рукой на деревья.

Они свернули влево. Логинов мельком увидел исчезнувшего за углом пищеблока человека в белом халате.

– Вот она! ТК-17, по схеме... – ткнул пальцем в бетонную плиту завхоз.

Он предусмотрительно прихватил с собой из «уазика» толстую отвертку. Сунув ее в паз, завхоз приподнял крышку. Логинов перехватил тяжелый чугунный блин и откинул его в сторону. Завхоз посветил фонарем в колодец.

И тут в стороне роддома вдруг коротко прогрохотал автомат...

218

Хадам к этому времени уже застегнул халат и дошел до конца окаймленной кустами дорожки. Слева темнело одноэтажное квадратное здание. Астамиров быстро миновал его и выглянул из-за угла. «Хвала Аллаху!» – промелькнуло у него в голове.

За редкими соснами виднелся огороженный высоким сетчатым забором стадион. Слева забор примыкал к тому самому приземистому зданию, которое Астамиров видел от тепловой камеры. И как раз к зданию вела протоптанная в хвое между стволами тропинка...

Астамиров быстро направился по ней. У торца здания забор был разорван. Хадам нырнул в щель, но зацепился шапочкой за проволоку и уронил ее. Быстро наклонившись, Астамиров подобрал головной убор и метнулся вперед вдоль темной стены.

Выглянув из-за угла, он ухмыльнулся. По диагонали за стадионом располагалось пятиэтажное общежитие колледжа. Практически все окна в нем светились. И Астамиров без труда рассмотрел все, что ему было нужно.

Вертолет застыл посреди футбольного поля. Охраны возле него не было. И вообще никого не было. Десятка два людей столпились дальше – у противоположных футбольных ворот, откуда был виден роддом. За забор больницы их не пускала милиция...

С территории больницы снова раздалась стрельба.

Толпа ахнула, кто-то присел и что-то крикнул, раздались возбужденные голоса. Все смотрели в другую сторону, и Хадам решительно вынырнул из темноты.

К вертолету он направился торопливой деловитой походкой, сунув одну руку в карман халата. Глядя на него со стороны, никак нельзя было заподозрить, что это один из террористов...

219

При звуке выстрелов рука завхоза дрогнула, луч фонаря метнулся в колодце и на миг высветил на пыльном дне совсем свежий след...

– Что это?.. – оглянулся завхоз на звук выстрелов.

Луч прыгнул вверх, к люку. Но Логинов уже заподозрил неладное. Быстро выхватив фонарь, он осветил дно тепловой камеры и спросил:

– Ваши сегодня здесь работали?!

– Ту-дух!.. – снова донеслись от роддома звуки стрельбы.

Завхоз, испуганно смотревший в ту сторону, замешкался с ответом. Логинов быстро повторил вопрос:

– Работали ваши здесь или нет?..

– Нет!.. – удивленно повернулся к Виктору завхоз. – А что?..

Однако Логинов его уже не слышал. Он быстро перевел фонарь наверх. И почти сразу увидел на хвое едва приметную цепочку следов. Уходила она в сторону пищеблока...

«Халат!» – промелькнуло в голове Виктора. И он тут же бросился к углу двухэтажного здания...

220

Вертолет был совсем рядом, Астамиров даже видел торчавщую из-под днища откидную лесенку. А толпа все так же таращилась в сторону роддома. В этот миг где-то сзади вроде как еле слышно запиликал телефон. Астамиров тут же оглянулся через плечо. Но стадион сзади был абсолютно пуст. «Померещилось, что ли...» – подумал Астамиров.

Обогнув под хвостом вертолет, он подошел к лесенке и нырнул в открытый люк. В пассажирском отсеке никого не было. Зато оба пилота торчали в креслах в кабине.

Один – помоложе – сидел с закрытыми глазами и слушал через наушники музыку. Второй – постарше – что-то жевал. Услышав шаги, он сразу высунулся.

И Астамиров с ходу направился к двери кабины – закроют ее и все пропало...

– Врача вызывали? – на всякий случай проговорил чеченец, чтобы выиграть драгоценные доли секунды.

На лице командира отразилось удивление. Сделав глотательное движение, он спросил:

– Ка-кого врача?..

– Патологоанатома! – сипло выдохнул Астамиров, неожиданно выхватывая «спектр» и упирая его в лоб вертолетчика.

Тот невольно подался назад, второй пилот открыл глаза и замер...

– Двигатели на взлет, быстро! – скомандовал Астамиров. – Не взлетаем через минуту, убиваю одного! Не взлетаем через полторы – второго!

– Так-к... – проговорил командир, но осекся под взглядом кавказца и скомандовал: – Двигатели на взлет!

Второй пилот ошалело оглянулся.

– Быстро! – прошипел Астамиров, повернув «спектр» к нему.

221

Логинов, подсвечивая себе фонарем, промчался между соснами к стене пищеблока. Вдоль здания шла цементная отмостка, и следов на ней, естественно, не осталось. Но это было как раз то место, в котором промелькнул белый халат...

Логинов выключил фонарь и метнулся к углу. Противоположная стена пищеблока выходила на дорогу. Укрепленный на крыше фонарь ярко освещал ее. И Логинов повернул влево, на дорожку. Вскоре метрах в десяти-пятнадцати за кустами он разглядел темное одноэтажное здание. Виктор метнулся к нему.

Освещения здесь не было, но в свете дальнего фонаря на стене мелькнула табличка. «Морг», – пронеслось в голове Логинова. Справа за кустами были гаражи, за ними располагались корпус поликлиники и выезд с ее территории. Виктор прислушался, но ничего не услышал, потому что в этот момент от роддома донеслись звуки стрельбы.

Виктор бросился к углу морга. За деревьями он разглядел поле стадиона. Того самого, на котором они приземлились. Логинов метнулся по тропинке. Через несколько секунд он уже проскользнул в дыру в сетке забора. Торчащая сверху проволока больно царапнула Логинова по макушке, но он не обратил на это внимания. Виктор устремился к углу.

Едва выглянув, он увидел рослого человека в белом халате и шапочке. Тот деловитой походкой приближался к вертолету. Но по его напряженной спине Логинов сразу понял: это Хадам!

Рука Виктора автоматически вскинула пистолет, но стрелять было нельзя. За мишенью находились столпившиеся в другом конце стадиона люди. Да и до вертолета Астамирову оставалось несколько метров...

В кармане Виктора вдруг запиликал мобильный.

– Черт! – выдохнул он, тут же подавшись назад.

Сунув руку в карман, он быстро отключил трубку – говорить сейчас было некогда – и снова осторожно подался к углу. Астамиров как раз отвернул от него голову и скрылся за брюхом вертолета.

И в тот же миг Логинов рванулся по полю к нему...

222

Пилоты отвернулись и начали щелкать тумблерами. Астамиров, продолжая держать летчиков на прицеле, отступил к люку. В этот миг снаружи донесся какой-то подозрительный шорох. Астамиров оглянулся и замер, прислушиваясь.

Звук не повторился, но Хадаму это не понравилось.

– Быстрее! Быстрее! – приказал он пилотам, не оборачиваясь.

В следующий миг Хадам метнулся под самым бортом к проему люка и замер со «спектром» наготове. Пилоты щелкали тумблерами, вертолет постепенно оживал. Снаружи ничего не происходило...

Астамиров решил, что ошибся, выждал еще немного и осторожно выглянул из вертолета.

Снаружи он не заметил ничего подозрительного. Астамиров быстро наклонился, чтобы убрать внутрь лесенку.

И тут случилось то, чего он никак не ожидал. Внизу вдруг мелькнула чья-то нога. Она ударила в нижнюю перекладину лестницы. Та по дуге метнулась вверх. Нижняя перекладина шарахнула Астамирова в переносицу, другая ударила по руке.

Астамиров охнул и выронил «спектр». В глазах мелькали круги, но чеченец все же нашел в себе силы отпрыгнуть назад. На фоне двери вдруг возник темный силуэт – вроде «грудной» мишени. Астамиров рванул из-за пояса пистолет и выстрелил.

Но сказалась контузия – он чуть промедлил. Силуэт сместился в сторону, одновременно в проеме оглушительно грохнул пистолет. Пуля ударила Астамирову в ключицу.

– А-а! – по звериному взвыл Хадам, выпуская из руки оружие.

Боль была адской, но он все равно умудрился перехватить пистолет левой рукой.

– Не двигаться, ФСБ! – донесся от проема крик.

Но Хадам уже вскинул оружие. И тут снаружи выстрелили дважды. Первая пуля угодила чеченцу точно в левый глаз, вторая раздробила челюсть. Голова Астамирова глухо стукнулась о борт, и террорист повалился в сторону...

Логинов, не спуская с Астамирова пистолета, по-кошачьи запрыгнул внутрь вертолета и осторожно склонился над распростертым телом.

– Готов! – наконец бросил он повернувшимся в кабине пилотам. – Глушите свои системы, взлет отменяется!

223

– Астамиров ликвидирован, товарищ генерал!

– Что?..

– Я только что убил Хадама Астамирова!

– Это... точно?

– Точнее не бывает! Все мозги по борту вертолета размазал!

– Какого вертолета?!

– Он выбрался через теплотрассу и попытался захватить вертолет... Ну а я подоспел... вовремя...

– Так, а что с заложниками?..

– С заложниками по-прежнему, товарищ генерал. Там сообщник Астамирова остался! Постреливает, чтобы отвлечь внимание!

– Так... И что вы решили?

– Хотим использовать для проникновения тот же путь, что и Астамиров!

– Но это же рискованно...

– Да все рискованно!.. Но ведь сообщник не знает, что Астамиров уже погиб. Я сам пойду! Со снайпером «альфовским»... Если разрешите. Так что, товарищ генерал? Раньше пойдем, больше шансов спасти заложников!

– Хорошо! – после недолгого колебания сказал Ватлин. – Давайте! А то там скоро выборы на этом Урале! Так что желающих стать переговорщиками уже человек тридцать набралось! Все телефоны в администрации президента оборвали! Наедут с журналистами, тогда точно работать не дадут...

224

– Что? – спросил Виктор, не отрывая взгляда от низкой дверцы.

– Живая! – быстро сказал «альфовский» снайпер, склонившийся над лежащей в элеваторном узле женщиной. – Череп проломлен...

– Ладно, вперед!

Прикрывая друг друга, они выбрались наверх. И вскоре оказались в темном коридоре роддома. Снайпер подался к углу. Логинов отступил и набрал на мобильном номер роддома. Из-за угла донесся звук отозвавшегося в кабинете дежурного врача телефона. «Альфовский» снайпер обратился в слух. Однако телефон так и звонил.

– Не возьмет! – одними губами произнес снайпер, оглянувшись.

Логинов мрачно кивнул. Уловка с отвлечением террориста не сработала. А соваться за угол было слишком опасно. Логинов на миг задумался. Его взгляд сквозь приоткрытую дверь наткнулся на белый халат...

Минуту спустя Логинов уже стоял в нем рядом со снайпером. На голову он натянул врачебную шапочку, пистолет сунул сзади за пояс. Вздохнув, Виктор спросил:

– Готов?

– Готов! – кивнул снайпер, подаваясь к углу с «винторезом».

– Пять секунд, если он не выстрелит раньше... – сказал Логинов. – Я смещаюсь, ты стреляешь!

Мгновение спустя Логинов, нарочито зевая и тряся головой, вышел из-за угла. Торчавший в коридоре у стола дежурной чеченец среагировал мгновенно.

Резко повернувшись, он вскинул «АКСУ» и нацелил его на Логинова. Тот притормозил и вроде как удивленно спросил:

– А вы, юноша, что делаете в отделении?.. Вас кто пустил?

Сыграл Логинов заспанного врача достоверно. И чеченец сразу стрелять не стал.

– Руки вверх, козел! И сюда! – повел он автоматом.

Логинов начал поднимать руки. По-прежнему держась возле правой стены, чтобы прикрыть собой снайпера, он быстро двинулся к чеченцу. Но, как только оговоренные пять секунд истекли, Виктор выдохнул:

– Слева! – И тут же упал на пол.

Иса дернул «АКСУ» и нажал на спусковой крючок.

– Ту-ду-дух!.. – грохнуло в коридоре.

Одновременно из-за угла выстрелил снайпер.

– Пуф-пуф-пуф! – кашлянул его «винторез».

Мощные пули ударили в Ису и отбросили его на стол, словно сломанную куклу.

– А-а! – донесся из палаты истошный женский вопль, который тут же подхватили детские голоса.

– Живы, товарищ полковник? – рванулся к Логинову снайпер.

– Вроде да... – поднял голову Виктор. – Быстро глянь, кто там орет...

ЭПИЛОГ

– Привет, Настя! В общем, мы их достали! Я просто звоню сказать, что все нормально...

В этот момент из-за двери палаты донесся душераздирающий женский крик.

– Что это?! – испуганно спросила Настя.

– Ну! Ну! – заорал акушер. – Еще чуть-чуть! Давай, голуба!..

– Да это у одной пациентки схватки начались во время штурма... – объяснил Виктор, торопливо отходя в глубь коридора. – Прямо в палате рожает...

В этот момент из-за двери раздался отчаянный крик малыша.

– О! Уже родила! – сказал Логинов. – Представляешь?..

– Представляю... Слушай, Логинов, у меня на этот счет вдруг появилась одна мысль... Ты слышишь?

– Да. А что за мысль?

– Приедешь, расскажу. Это... не телефонный разговор. Понял? – изменившимся голосом проговорила Настя. – Я тебя жду! Очень сильно!


home | my bookshelf | | По следу волка |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 4
Средний рейтинг 4.5 из 5



Оцените эту книгу