Book: Беги, путана, беги!



Беги, путана, беги!

Михаил СЕРЕГИН

БЕГИ, ПУТАНА, БЕГИ!

ЧАСТЬ I

Поднимавшееся из-за поросших густым ельником холмов солнце заливало золотистым светом верхушки деревьев и нежно ласкало первыми лучами ветхую крышу маленькой, давно заброшенной избушки лесника.

Покосившееся от дождей и ветра, поросшее мхом строение с подгнившими бревнами приютилось на вершине холма. Оставленное человеком, оно доживало свой век в мрачном окружении высокого частокола елей и сосен.

Сидевшая у входа молодая девушка чувствовала себя такой же одинокой и всеми забытой, как эта кособокая избушка.

Обхватив руками колени и целиком погрузившись в себя, девушка медленно раскачивалась. Ее большие зеленые глаза смотрели на открывшуюся внизу долину с раскинувшейся на ней деревушкой. Уютные домики и стройные, тянущиеся к небу тополя живописно сочетались с зелеными холмами и ярко-голубым куполом небосвода. Ни один художник не смог бы равнодушно пройти мимо этой замечательной картины.

Но девушка не видела открывшейся перед ней красоты. Ее мысли и чувства были далеко отсюда, а сжимающий сердце ледяными пальцами страх не давал думать ни о чем, кроме нависшей над ней смертельной опасности.

Судорожно вздохнув, девушка в сотый раз посмотрела на часы... Задерживается... Николай должен был вернуться еще полчаса назад, но...

Ирина встала и покрепче стянула на себе висевшую на плечах джинсовую куртку.

– Коленька, милый, ну где же ты? – беззвучно прошептала она, тревожно озираясь по сторонам. – Не бросай меня, вернись... Пожалуйста.

Где-то недалеко послышался хруст сломавшейся ветки.

Ирина почувствовала, как сердце, едва не выскочив из груди, бешено забилось.

– Коля?

Сделав несколько нерешительных шагов, девушка остановилась и прислушалась. Тишина. Может, послышалось?

Минуту, показавшуюся вечностью, она стояла, боясь пошевельнуться, не слыша ничего, кроме стука собственного сердца.

– Наверное, все-таки показалось, – попыталась она успокоить себя. Решив, что в избушке более безопасно, Ирина медленно повернулась к двери.

В тот же миг страшной силы удар опрокинул ее на землю. Вскрикнув, она сделала несколько инстинктивных движений, пытаясь отползти в сторону. Земля с опавшей прошлогодней хвоей бешено вращалась перед ней, глаза застилал алый туман, где-то далеко над собой она услышала торжествующий смех. Предприняв отчаянную попытку, Ирина перевернулась на спину.

Ничего не видно. Все плывет и мелькает, как картинки в калейдоскопе, невыносимо ноет затылок.

– Что, сучка, хреново? – прогремел до боли знакомый голос.

Ирина тряхнула головой. Алый туман медленно рассеивался. Прямо перед ней возникли расплывчатые контуры человеческой фигуры. Постепенно они становились четче и яснее и вскоре приобрели очертания кошмара из самых страшных снов. Кошмара, ворвавшегося в ее жизнь и в корне изменившего ее в считаные дни.

Перед ней стоял высокий, худощавый мужчина в светлом изодранном пиджаке. Темные, потерявшие свой цвет из-за пыли и грязи волосы мокрыми паклями спадали на скошенный, украшенный шрамом лоб. Полноватые, разбитые в кровь губы кривились в омерзительной ухмылке. Взгляд холодных карих глаз буравил ее рентгеновскими лучами и не предвещал ничего хорошего. Так могла смотреть только смерть. Лицо мужчины можно было назвать красивым, если бы оно не внушало столько ужаса. Это был ангел смерти. И пришел он за ней. Ему нужна была ее душа. И весь его вид говорил о том, что он добьется того, зачем пришел.

– Не ожидала? – издеваясь, спросил он.

Ирина машинально отодвинулась, хотя прекрасно понимала: уйти от этого посланника преисподней ей не удастся.

Словно прочитав ее мысли, мужчина улыбнулся и поднял руку.

Ирина широко раскрыла глаза. В лицо ей смотрело безжалостное дуло пистолета.

– Скажешь что-нибудь на прощание, крошка? – все так же мерзко улыбаясь, поинтересовался убийца.

Ирина сжалась в комок. События четырех последних дней пронеслись перед ней как на кинопленке. Четыре дня, наполненные ужасом, неопределенностью. Отнявшие у нее друзей, лишившие ее покоя и... подарившие ей любовь. Четыре дня, которых любому человеку хватило бы на целую жизнь. Четыре дня, изменившие ее судьбу и приведшие к такому финалу...

...Пышнотелая, коротко стриженная брюнетка Люся, зажав телефонную трубку между плечом и ухом, непринужденно болтала, одновременно нанося слой яркого лака на длинные ухоженные ногти. Время от времени она запрокидывала голову и оглашала квартиру веселым переливчатым, как звон колокольчика, смехом.

Шесть молодых девушек в соседней комнате не могли удержаться от улыбок всякий раз, когда до них долетала эта заразительная мелодия радости.

– Ой, неужели правда?! Так и сказала... Ха, ха, ха! – заливалась Люся. – Ну, ты даешь, Анютка! Я бы так не смогла.

– Люсь, потише! – крикнула одна из девушек. – Соседей разбудишь. Проблем потом не оберемся. Мы и так здесь на птичьих правах.

– Да пошла ты! – отмахнулась Люся. – Видала я этих соседей в одном месте... Да это я не тебе, – бросила она в трубку. – Ну, дальше-то что, Анют? Он не очумел?

Звонок по другому номеру лишил ее на время возможности узнать продолжение заинтересовавшей ее истории.

– Погоди, Анютка, тут звонят. Не отключайся.

Она быстро защелкала пальцами по кнопкам на телефоне.

– Алло, я вас слушаю, – выхолощенным голосом произнесла она.

– Добрый вечер, – ответил приятный, чуть сипловатый мужской голос, – вы не подскажете, куда я попал?

– А куда хотели попасть? – хохотнула Люся.

– В рай, – ответил голос.

– Тогда вы попали по адресу, – засмеялась девушка. – Вы у врат рая.

– А конкретнее?

– Фирма «Кристина», – ответила Люся.

– «Кристина»? – Мужчина мечтательно вздохнул. – Что ж, очень рад. И что бы вы могли мне предложить, Кристина?

– Все, что только захотите. – Люся нажала кнопку селекторной связи, чтобы девушки в соседней комнате могли слышать их разговор.

– Я хочу тепла, внимания и ласки, – томно прошептал голос.

– Этого сколько угодно, – Люся давилась от смеха.

– Но у меня большие запросы и необузданная фантазия, – предупредил мужчина.

– Наша работа – воплощать фантазии в реальность, – заверила его она.

Девушки вышли из комнаты и обступили Люсю со всех сторон. На их лицах играли улыбки.

– Если это так, то вы меня убедили, – радостно сказал мужчина, – согласен на любые условия.

– Ну, условия будут обоюдными.

– Сначала ваши!

Люся бросила взгляд на экранчик определителя. Номер не определен. Она нахмурила брови.

– Мне нужен ваш адрес и номер телефона.

– У меня сотовый, – подумав, ответил мужчина, – зачем он вам?

Люся вопросительно оглядела девушек. Те начали пожимать плечами, махать руками и гримасничать.

– Ну, ладно, обойдемся без него, – сдалась Люся. – А адрес, куда нам подъезжать?

– Улица Орджоникидзе, – ответил мужчина. – У магазина «Шарм» будет стоять белый «Опель», мы будем там.

– А сколько вас?

– Двое.

– Вы хотите... в машине? – спросила Люся.

– Нет, в квартире. Но мы сами отвезем их туда. А после всего вернем на место, – спокойно ответил мужчина.

– Гм-м... – Люся не знала, что и сказать. – Вообще-то, у нас так не...

– Мы хорошо заплатим, – перебил мужчина. – В американской валюте.

– Но...

– Ни о чем не беспокойтесь, мы очень порядочные, интеллигентные люди.

– Хорошо, – поразмыслив, ответила Люся, – сколько вы хотите девушек и на какое время?

– Двух, на всю ночь.

– Какие-нибудь особые требования будут?

– Желательно помоложе и пофигуристей, – полушепотом произнес мужчина, – с пышными, густыми волосами до плеч. Цвет волос значения не имеет. Ну, и чтоб не слишком длинных. Не люблю дылдочек.

Девушки рассмеялись.

– Когда вы будете нас ждать?

– Мы уже ждем...

– Договорились, – Люся улыбнулась, сверкнув ровными белоснежными зубами. – Скоро будем.

Она вновь щелкнула кнопками.

– Игорек? Поднимись к нам, есть работа.

Люся бросила трубку и, крутнувшись на стуле, придирчиво оглядела девушек.

– Все слышали? – громко спросила она. – Нежности и ласки мужикам захотелось. Кто рискнет обуздать неукротимую фантазию?

– Ну, уж точно не я! – скривила губки Алена, высокая блондинка, облаченная в вызывающую красную «кожу». – Во мне сто восемьдесят пять чистого роста без каблуков. Этот хмырь не любит дылдочек.

– А у меня прическа не в его вкусе, – высказалась Наташа, проведя ладонью по гладкой, как мячик, голове, – да и возраст не катит, за тридцатник давно, – она приблизилась к столику. – Люсь, я журнальчик у тебя скоммуниздю?

Не дожидаясь разрешения, Наташа взяла номер «Космополитен» и, послав подругам воздушный поцелуй, удалилась.

Вслед за ней, виляя худыми бедрами, обтянутыми красными кожаными брюками, покинула комнату Алена.

– Чао, девочки! – крикнула она на прощание. – Клевой вам тусовки.

Оставшиеся девушки в той или иной степени подходили под описание клиента. Молодые, фигуристые, с пышными волосами до плеч.

Люся внимательно и очень придирчиво оглядела каждую. Она не сомневалась, что, по крайней мере, Ириной клиент останется доволен.

Эта девушка работала у них меньше года, но уже успела снискать себе популярность и обзавестись несколькими постоянными, весьма состоятельными клиентами.

Люся окинула Ирину беглым взглядом с головы до ног. Да, есть на что поглядеть и за что подержаться. Высокая, упругая грудь с просвечивающими сквозь легкую ткань топика сосками. Ровный и гладкий животик с очаровательной сережкой в пупке. Красивые стройные ножки.

Да и личиком удалась. Не сказать, что красавица, но чертовски мила. А большие зеленые, как два изумруда, глаза могли свести с ума любого. В общем, не девушка, а русалочка из диснеевских мультфильмов.

Остальные, конечно, тоже ничего. Все-таки не лохи их сюда подбирали. Танька, вон, словно с обложки «Плейбоя» сошла. Грудь, правда, маловата да обвислая немного. Сказались роды и кормление младенца. Но все остальное то, что надо.

Юлька – сногсшибательная блондинка, с правильными чертами лица и ослепительной улыбкой. А роскошные волосы семнадцатилетней Ксении, ее юное, можно даже сказать невинное, личико и обалденная попка не могли оставить равнодушным ни одного нормального мужчину.

Но Ирина все-таки лучше. Несравненно лучше.

Внешний облик девушек мог смутить кого угодно. Вряд ли кто, даже опытный сотрудник полиции нравов, смог бы признать в этих четырех скромницах представительниц древнейшей профессии. Скорее всего, их можно было принять за студенток-первокурсниц или за секретарш серьезных заведений, на худой конец.

Не забивая себе голову бесполезным поиском правильного решения, Люся вздохнула и кокетливо поправила бюстгальтер на увесистых грудях.

– Поедете все, – выдала она. – Кто понравится, того и выберут. Игорек сейчас подойдет, и мотайте отсюда, чтобы духу вашего через пять минут здесь не было, кикиморы.

Девушки наперебой отозвались:

– Ой-ой-ой, уж кто бы говорил!

– На себя посмотри!

– Сама заплыла вся, рожа в зеркале не помещается.

– Пончик!

– Давайте, давайте, – отмахнулась Люся. – Езжайте, некогда мне с вами лялякать. – Она отвернулась и потянулась к телефону. – У меня дела и поважнее ваших найдутся. Счастливой ночи, крошки!

Игорь Маслов, водитель-охранник фирмы «Кристина», тяжело плюхнулся на сиденье салатовой «девятки» и повернулся к пассажиркам.

– Готовы, девочки? – Его широкое лицо расплылось в улыбке до ушей. – Ничего не забыли?

– Ничего, Игореша, – ответила за всех Татьяна. – Жми на газ, поехали.

– Ладушки, – Игорь подмигнул ей и повернул ключ зажигания, – поехали, так поехали. Мое дело маленькое.

– У тебя все маленькое, – хихикнула Юля.

– На что ты намекаешь?! – возмутился Игорь. – Что это у меня маленькое?

– Да ничего, шучу я так, – Юля похлопала его по плечу. – Не обращай внимания, крути баранку.

– Хм, маленькое, – не унимался Игорь, – я вот тебе сегодня покажу, что у меня маленькое, а что большое.

– Это когда?

– А вот если тебя не выберут сейчас, то прямо сразу узнаешь, что у меня почем.

Девушки рассмеялись.

– Какой у нас Игореша обидчивый стал, – отметила Ксения. – С чего это вдруг?

– Ему, наверное, жена сегодня не дала, – предположила Ирина.

– Или Юлька его за живое задела, – вставила Татьяна.

Салон «девятки» наполнил новый взрыв смеха.

– Не, ну вы че, дурехи? – очумело спросил Игорь. – Че за базар такой?

Девушки продолжали смеяться, не обращая внимания на его возмущение.

– Не, у вас точно кукушка улетела, причем у всех сразу. – Игорь притормозил на перекрестке и включил поворотник.

– Это мы в предвкушении прекрасного вечера, – объяснила Ирина.

– Какого вечера?! – теперь уже засмеялся Игорь. – Вы че, думаете, в Кремль на елку едете? Я же вас на случку везу.

– Ну вот, взял и все опошлил! – всплеснула руками Татьяна. – Весь кайф сломал.

– И че я тебе сломал? – Игорь переключил скорость. – Как будто я че не так сказал.

– Да ну тебя, – надула губки Татьяна. – Мы тут вовсю стараемся не думать об этом, отвлечься, так сказать, а ты...

– Да ладно! – Игорь вырулил на улицу Орджоникидзе и, влившись в поток движения, прибавил газу. – Не корчь из себя монашку. Третий год извращенцев удовлетворяешь, а туда же!

– Пошел ты! – Татьяна обиженно отвернулась к окошку.

– А Игореша и в самом деле сегодня не в духе, – покачала головой Ксения. – Дурь из него так и прет.

– Какая, к чертям собачьим, дурь? – вскинулся Игорь. – Это еще неизвестно, кто из нас полон дури. Дурью, по-моему, вы страдаете, а не я.

– Что ты имеешь в виду? – холодно спросила Юля. – Ты на что, змей, намекаешь?

– А ни на че! Как будто ты сама не дотумкалась, на че, – оскалился Игорь. – Я собой не торгую и измываться над собой никому не позволяю, пусть даже за хорошие бабки.

В машине повисла гнетущая тишина.

– Ну все, хватит, – попыталась разрядить обстановку Ирина. – Не хватало, чтобы мы еще подрались сейчас. А ты, Игореша, попридерживай язычок, нельзя быть таким злым.

– Ну, извините, девчонки, – смутился Игорь, – гадом буду, не хотел вас обидеть. Вспылил. Извините.

– Все тип-топ, – успокоилась Юля. – Забыли.

– Мы не злопамятные, – Ксения обняла его сзади за шею. – Мы же знаем, что ты у нас добрый и безобидный, как Винни-Пух.

Игорь размяк и едва не пропустил красный сигнал светофора. Взвизгнув шинами, машина застыла у пешеходной зебры.

– Тьфу! Совсем с ума меня свели! – Игорь откинулся на сиденье. – Вы че, а? Так ведь до инвалидной коляски недалеко.

– Да уж, ты поосторожнее, – согласилась Татьяна. – Не дрова везешь. В твоих руках и наши жизни тоже, между прочим.

– За свои задницы можете быть спокойны. Уж что-что, а их я сохранить и защитить всегда смогу!

– Надеемся, – с сомнением произнесла Ирина.

Хотя на самом деле в правдивости его слов она нисколько не сомневалась. Девяностопятикилограммовый атлет, прошедший боевую подготовку на Северном Кавказе и великолепно владеющий восточными единоборствами, одним своим видом внушал уважение и страх и был несокрушимым гарантом безопасности и спокойствия. Не случайно среди друзей и знакомых за ним прочно закрепилось прозвище Терминатор.

Но, несмотря на могучие бицепсы и суровые, несколько резковатые черты лица, Игорь был добрейшей души человек, что называется, рубаха-парень. Безотказный, веселый, он чувствовал себя как рыба в воде в любой компании и мог без труда найти общий язык с кем угодно, хоть с самим чертом.

Правда, временами на него находило и он мог пустить в ход свой острый, колючий язычок, но такое, к счастью, бывало редко.

Что же касается работы, то он всегда готов был костьми лечь за тех, кто находился на его попечении. Девушки рядом с ним чувствовали себя в абсолютной безопасности. Игорь не раз выпутывал их из переделок, ставя на место зарвавшихся клиентов и мордоворотов из конкурирующих фирм.

– Долго еще? – спросила Юля.

– Почти приехали, – Игорь перестроился в правый крайний ряд. – А ты че, очень торопишься?

– Тороплюсь поскорее отвязаться от этого и лечь спать, – ответила Юля. – Раньше начнем, раньше кончим.

– Кончим? – засмеялась Ксения. – Ты хоть раз-то кончала под клиентом?

– Поначалу бывало. А сейчас, – она махнула рукой, – не до этого. Смотрю на все как на работу.

– А я вообще забыла, что такое кончать, – призналась Ксения, – для меня оргазм что-то из области фантастики. Да и как тут кончишь – ставят раком и имеют во все дырки. Ну, в лучшем случае одним минетом отделаешься. А если уж на извращенца нарвешься, вообще кирдык. Неделю потом унитаз пугать будешь.

– Все, девчонки! – прервал ее Игорь. – Кончай трепаться. Наводите марафет, улыбки на фейсы. Приехали.

– Уже? – удивилась Татьяна.

– Уже! – Игорь направил машину к тротуару и плавно притормозил. – Кажись, они.

Девушки подались вперед и посмотрели в направлении, указанном водителем. Метрах в десяти от них, в свете уличных фонарей сверкал новенький белоснежный «Опель Кадет».

– Похоже, действительно они, – согласилась Татьяна.

Словно в подтверждение ее слов, дверцы «Опеля» распахнулись и из машины неторопливо вышли двое мужчин в строгих костюмах. Переглянувшись, они обошли автомобиль и выжидающе замерли у багажника.



Мужчины были похожи друг на друга, как братья, хотя вполне возможно, они таковыми и являлись. На вид им было лет сорок – сорок пять. Высокий рост, спортивные фигуры, благородные черты лица и безукоризненная осанка делали их похожими на бравых офицеров. Но дорогая машина и элегантные костюмы выдавали в них скорее работников посольства или чиновников госслужбы.

Игорь повернулся к девушкам:

– Сидите пока здесь. Я выйду, перекалякаю с этими Чипом и Дейлом. Из машины выходите только по моему сигналу и становитесь вон у того дерева. Все понятно?

– А что непонятного? – ответила Ирина. – В первый раз, что ли.

– Ну и ладушки. – Игорь поправил за пазухой газовый пистолет и, метнув взгляд в зеркальце заднего вида, вышел из машины.

Разговор с клиентами был короткий. Все нюансы и сложные моменты были улажены за пару минут. Убедившись, что клиенты не представляют опасности, Игорь незаметно махнул девушкам.

Одна за другой они грациозно вышли из машины и полукругом встали у раскидистого клена.

Немного смутившись, мужчины подошли к ним в сопровождении Игоря.

– Ну че, мужики, выбирайте. Лучшие девушки Поволжья к вашим услугам! – тоном продавца предложил Игорь. – Берите любых, не пожалеете. Все – профессионалки экстра-класса, с ними вы можете чувствовать себя абсолютно раскованными и ничего не стесняться. Они исполнят все, че вы захотите. Живыми с них не слезете.

– Да не тараторь ты, дай налюбоваться, – остановил его словесный поток один из мужчин, выглядевший постарше. – У нас и так глаза разбегаются.

– Не знаю, как ты, а я выбираю вот эту, – определился второй, указывая на Ирину. – Всю жизнь о такой королеве мечтал.

– О'кей, – не стал спорить старший, – тогда я беру эту, – он подошел ближе и взял за руку Ксению. – Вас, кстати, как зовут, красавица?

– Ксюша, – улыбнулась девушка.

– Прекрасное имя. Очень идет вам. А меня Владимиром.

– Очень приятно.

– Мне тоже. А это мой брат, Георгий.

Георгий улыбнулся и склонил голову.

– А меня Ира, – завершила знакомство Ирина.

– Вот и ладушки. – Игорь хлопнул в ладоши. – А теперь, раз господа довольны, предлагаю перейти к финансовой стороне дела. Вы можете идти в машину, – махнул он Татьяне с Юлей.

– Я думаю, этот вопрос не займет у нас много времени, – вежливо произнес Владимир, доставая бумажник и отводя Игоря в сторону.

– Нисколько не сомневаюсь в этом, – усмехнувшись, ответил Игорь.

Подмигнув брату, Георгий взял девушек под руки и, не переставая сыпать комплименты, повел их к белому «Опелю».

Время перевалило далеко за полночь, когда в кромешной тьме, освещая себе путь фонариком, из придорожных кустов вышел высокий мужчина в сером «омоновском» камуфляже и с небольшим, но тяжелым рюкзаком за спиной.

Поправив на голове черный берет, молодой человек, не теряя времени, быстро пересек автотрассу и нырнул в лесопосадки.

До цели, шикарной уединенной дачи заместителя начальника Управления налоговой полиции Владимира Холостова, оставалось меньше сотни метров, и парень на всякий случай выключил фонарик. Эту дорогу за последний месяц он выучил наизусть и мог не опасаться споткнуться или угодить в канаву, а привлекать излишнее внимание светом ему не хотелось.

Он успел вовремя. На даче еще никого не было. Оставалось надеяться, что информатор его не подвел и сегодня произойдет то, ради чего он чуть ли не каждую ночь в течение месяца приходил сюда. Рано или поздно его терпение и настойчивость должны были быть вознаграждены, но он верил, что это произойдет именно сегодня. На этот раз информация была получена из надежного источника.

Николай Гринев был не просто профессиональным фотографом, он был папарацци и неплохо зарабатывал себе на жизнь скандальными снимками. Доход от такой работенки, конечно, был непостоянным, и случалось, целые месяцы проходили в бесплодных поисках и выслеживаниях. Но он никогда не отчаивался и легко переносил все неудобства, ведь достаточно было одного удачного снимка, чтобы обеспечить себе безбедное существование на долгое время. И ради этого Николай готов был терпеть все. А терпения и выдержки ему было не занимать. Закалка, полученная за восемь лет в военной разведке, развила в нем недюжинные способности и не раз помогала ему в этой нелегкой и очень опасной работе.

Гринев был профессионалом высокого класса. Те, кто покупал у него снимки, прекрасно знали это и никогда не скупились на гонорары, какую бы высокую цену он ни заломил. Один его снимок мог поднять рейтинг любого издания до заоблачных высот. Поэтому редакторы дорожили им и соглашались на любые условия, лишь бы Николай не перешел к конкурентам, которых было немало.

Все это весьма импонировало Гриневу, и он нередко пользовался этим.

На все недостатки своей профессиональной деятельности, связанной с недостойным бывшего боевого офицера поведением, Николай не обращал никакого внимания. Он давно забыл о том, что такое кодекс чести и с чем его едят. Свою работу он любил, а о прошлом и будущем старался не думать. Он жил настоящим и довольствовался этим.

В десяти метрах от каменной ограды дачи рос высокий вековой дуб. Николай давно облюбовал его. Это было идеальным местом для наблюдения. Дача с внутренним двором, равно как и все подъезды к ней, виднелась отсюда как на ладони.

Осторожно оглядевшись по сторонам, Николай ловко и бесшумно вскарабкался на дерево и удобно устроился на заранее подготовленной смотровой площадке. Сняв рюкзак, он положил его перед собой. Еще раз огляделся. Никого. Значит, все в порядке. Можно начинать.

Сквозь густую листву не пробивался даже свет только народившегося месяца, и действовать приходилось в полной темноте. Но Николаю не нужен был свет. Его руки сами знали, что делать.

Из рюкзака поочередно были извлечены тяжелый фотоаппарат и мощный полуметровый объектив, напоминающий скорее телескоп. Это была жуткая техника. С помощью такого объектива без труда можно было сфотографировать занимающуюся любовью парочку на космической орбитальной станции.

Высокочувствительная пленка и расстояние в неполных тридцать метров гарантировали успех, при наличии света в окнах, конечно.

Николай салфеточкой протер стекла объектива и навернул его на фотоаппарат. Проверил слаженность механизмов. Все в норме. Остается только ждать. А ждать он умел сколько угодно. Это его работа.

Скучать на этот раз долго не пришлось. Не прошло и десяти минут, как со стороны лесопосадок послышался шум приближающегося автомобиля.

Николай сосредоточился. Да, никаких сомнений, машина едет сюда. Это могут быть только они. Информатор не подкачал. Молодец. Не зря он отвалил ему столько бабок.

Когда к массивным воротам подкатил белый «Опель Кадет», сердце Николая радостно забилось. Похоже, сегодня конец его мучениям.

Подъехавший «Опель» привлек внимание и привел в боевую готовность не только Гринева. Трое молодых людей, затаившихся в кустах сирени, насторожились и напряженно замерли.

– Это они. – Худощавый брюнет в светлом пиджаке, не сводя глаз с машины, выхватил пистолет и щелкнул затвором. – Будьте внимательны.

– Все будет в ажуре, шеф, – заверил здоровенный детина с длинными, собранными в хвост русыми волосами. – Не подкачаем.

– Вадим, – обратился брюнет к самому юному спутнику, – обойди забор. Зайдешь с торца. Подстрахуешь нас с тылу. Осмотри там все хорошенько – и к главному входу. Мы будем ждать там. Но, пока хозяева не зайдут в дом, сиди тихо, не рыпайся. Ферштейн?

Вадим кивнул и крадучись, словно кошка, побежал вдоль высокой ограды дачи.

Из «Опеля» вышел стройный мужчина и, что-то насвистывая себе под нос, открыл тяжелые ворота.

– Наивные, – усмехнулся брюнет, – такая домина и без охраны.

– Лохи, – здоровяк развел руками, – таких жизнь ничему не учит.

– Как только они заходят, дуй следом, – приказал брюнет. – Я подойду позже. Надо здесь, на всякий пожарный, осмотреться. Без меня не начинать. Дадим им время. Пусть мальчики развлекутся напоследок.

Здоровяк понимающе кивнул.

Лежа на брошенном на пол клетчатом одеяле, Георгий чувствовал себя на седьмом небе. Разгорячившаяся в пылу страсти женщина, придерживаясь руками о его колени, скакала на нем, как амазонка на необузданном жеребце.

Запрокинув голову так, что Георгию был виден лишь ее острый подбородок, Ирина оглашала комнату стонами и криками, от которых кровь в его жилах кипела, как смола в адовом котле. Безукоризненная упругая грудь красавицы бешено колыхалась в такт ее движениям и сводила мужчину с ума. В какой-то момент он не удержался и с силой сжал ее.

– А-а-а! Да! Да! Да! – вскричала девушка, не сбавляя темпа. – Да! Еще! Еще!

Чувствуя приближение оргазма, Георгий изогнулся и задрожал всем телом. Из его груди вырвался громкий стон. Ирина, несколько раз судорожно дернувшись, обессиленно упала ему на грудь.

– Господи, девочка моя, ты просто чудо, – прошептал Георгий. – Давно не получал такого кайфа. А тебе самой-то как? Все путево? Ты кончила?

– Конечно, чертенок! – Ирина улыбнулась и блаженно закатила глаза. – Не просто кончила. У меня еще никогда такого не было.

– Серьезно? – удивился Георгий. – Ну, ведь врешь же.

– С чего мне врать? Мы с тобой всего на одну ночь знакомы. Главное, тебе понравилось, ты доволен, и все. А до меня кому какое дело? Так что, если бы я ничего не испытала, я бы так и сказала.

Мужчина потянулся.

– Я рад, что тебе понравилось, детка, – довольно выдохнул он. – Дай, пожалуйста, сигарету. Там в углу, у телевизора.

Ирина игриво встала с него и, прошлепав босыми ногами по сверкающему паркетному полу в дальний угол комнаты, взяла с тумбочки пачку «Данхил».

– А ты всегда занимаешься этим на свету? – спросила она, подавая ему сигарету.

– Меня это возбуждает, – ответил Георгий.

– И Владимира тоже? – Натянув на тело коротенькое черное платьице, Ирина подошла к окну и прикурила сигарету.

– Конечно, мы же с ним братья, – Георгий выпустил облако дыма. – У нас одинаковые вкусы.

– Во всем или только в сексе?

– Почти во всем, а в сексе особенно.

Ирина щелчком выбросила окурок в окно.

– Я сбегаю в ванну, ненадолго? – спросила она.

– Конечно, – Георгий сел, скрестив под собой ноги. – Я буду ждать тебя в гостиной с Володей и Ксюшей. – Он посмотрел на висевшие на стене резные часы. – У нас вся ночь впереди.

Многообещающе улыбнувшись мужчине, Ирина вышла из комнаты.

– Обалденная телка. – Запрокинув голову и мечтательно прикрыв глаза, Георгий с наслаждением выдохнул дым из легких.

Проходя мимо гостиной, Ирина, привлеченная недвусмысленными звуками, не удержалась и заглянула в полуприкрытую дверь.

В ярко освещенной тремя настенными светильниками комнате Владимир с Ксюшей отрывались по полной программе.

Стоя на коленях и локтях на широкой двуспальной кровати, Ксения истошно вопила. Вцепившись обеими руками в простыню, она усиленно пыталась удержаться под неукротимым напором Владимира, который таранил ее сзади с завидной энергией. В конце концов девушка не выдержала и рухнула на грудь, раскинув руки в разные стороны. Это только подстегнуло мужчину. Крепко сжимая бедро женщины одной рукой, другой он вдавил ее голову в подушку и с удвоенной силой продолжил натиск.

Прикрыв рот ладонью, чтобы не рассмеяться, Ирина сорвалась с места и через мгновение скрылась за дверью ванной.

«Да, ночка предстоит та еще, – подумала она, подмигнув отражению в зеркале. – Главное, живыми уйти».

– Охренеть! – Отсняв еще несколько кадров, Николай с чувством выполненного долга положил фотоаппарат на колени. – Неужели так трахаться захотел, что даже шторы задвинуть не удосужился?

Он задумчиво почесал затылок.

Такой беспечности от Холостова он не ожидал. Фотоаппарат он взял на всякий случай, не возлагая на него особых надежд. Главными его козырями были замаскированные в комнатах видеокамеры. Эти штучки были гордостью Николая. В свое время они обошлись ему в копеечку, но он не жалел об этом. Они окупили себя в первый же месяц. Причем средства, полученные с их помощью, на порядок обошли средства, затраченные на их приобретение.

Включалось это достижение шпионской мысли простым нажатием кнопочки на пульте дистанционного управления, который лежал сейчас в нагрудном кармане камуфлированной куртки фотографа.

– Лопух ты, Володенька, – усмехнулся Николай. – Нельзя быть таким самоуверенным. Так и доиграться можно.

Стоя перед зеркалом в ванной комнате, Ирина кривлялась, строя рожи своему отражению. Выходить ей до смерти не хотелось, и она всячески тянула время. Она догадывалась, что Владимир с Георгием их так просто не отпустят. Эти мужики те еще черти. И свою похоть они пока не удовлетворили. Наверняка сейчас захотят поменяться девочками, а потом и групповуху предложат. Это как пить дать.

За время работы в «Кристине» Ирина успела перепробовать всякое, но привыкнуть ко всему так и не смогла. Эта бесконечная череда партнеров, каждый со своими амбициями и выкрутасами, которые стремятся испробовать на «продажных» девочках такое, о чем с женами боятся даже заикнуться. Разве к этому можно привыкнуть? Правда, более опытные подруги уверяют, что со временем все войдет в нужную колею и жизнь покажется проще и легче. Но Ирине не хотелось даже думать об этом. Она искренне верила, что в самое ближайшее время завяжет с этой проклятой работой и начнет жить нормальной человеческой жизнью.

Девушка вздохнула. Как ни крути, а идти надо.

– Придурок хренов, – злобно усмехнулась она. – Кончила, не кончила. Тебе не одна ли хрен разница? Э-эх... Знать бы еще, что такое кончить.

Преодолев себя, Ирина выключила воду и повернулась к двери.

– Вперед! – коротко скомандовал брюнет, кивнув на дверь.

Держа пистолет на изготовку, Вадим бесшумно скользнул внутрь.

– Оставайся здесь! – приказал брюнет здоровяку Олегу. – И чтоб ни одна тварь мимо тебя не проскочила!

– Все нормально, шеф, – Олег погладил вороненый ствол «макарова». – Комар не пролетит.

– Ну, ни пуха! – Брюнет хлопнул его по плечу и скрылся за внушительного вида дубовой дверью.

Не удосужившись надеть на себя хотя бы брюки, Георгий в чем мать родила прошлепал по коридору. И, нисколько не смущаясь, вошел в гостиную, пинком открыв дверь.

Владимир с Ксенией не обратили на него никакого внимания.

Георгий подоспел к финалу.

Конвульсивно задергавшись, Владимир без сил упал на распластанную девушку и, высвободившись из нее, медленно перевалился на бок.

Тяжело дыша, раскинув руки и ноги, Ксения лежала на животе и была не в состоянии даже оторвать от подушки голову. Она напомнила Георгию гигантскую морскую звезду.

«Хорошая девочка, – подумал он. – Ладненькая, а попка вообще отпад!»

Он посмотрел на брата. Тот, закрыв глаза, блаженно улыбался.

Это было последнее, что увидел Георгий в своей жизни.

Чья-то цепкая рука схватила его сзади за волосы и с силой рванула. Взмахнув руками, Георгий изогнулся и в ту же секунду почувствовал, как что-то холодное уперлось ему в спину.

Он не успел ничего сообразить.

Три пули, одна за другой, вонзились ему меж лопаток и, пробив легкие и сердце, вылетели через грудь.

Грохот выстрелов слился с истошным женским криком.

Не помня себя от ужаса, Ксения попятилась и вжалась в спинку кровати. Владимир широко раскрытыми глазами уставился на брата.

Тело Георгия обмякло и бесформенной кучей рухнуло на пол. В дверном проеме появился высокий худощавый брюнет в светлом пиджаке. В левой руке он небрежно держал пистолет.

Мило улыбнувшись, брюнет вошел в комнату, спокойно перешагнув через окровавленное тело Георгия.

– Извините, что испортил вам приятную ночку, – мягким, убаюкивающим голосом произнес он, – но у меня не было времени предупредить вас о своем визите. Еще раз извините.

– Вы... вы... – Владимир лишился дара речи. Краем глаза он увидел, как вошел еще один посетитель. Поменьше ростом и одетый во все черное.

– Я ваша смерть, – угадав его вопрос, вежливо ответил брюнет, – больше вам ничего не стоит знать, – он вскинул руку с пистолетом.

Отчаянно взвизгнув, Ксения схватила подушку и прикрылась ею, как щитом, словно это могло спасти ее от пуль.

Брюнет засмеялся и дважды выстрелил. Над кроватью взметнулось облако перьев и пуха. Владимир в страхе зажмурил глаза. На какую-то долю секунды ему показалось, что все это сон. Дурацкий, кошмарный сон. Сейчас он откроет глаза, и все исчезнет. Ксения нежно обласкает и успокоит его. Георгий с Ириной присоединятся к ним, и они все вместе будут отрываться до самого рассвета. А этот страшный человек со шрамом на лбу навсегда исчезнет вместе со своим приятелем. И никто больше не сможет помешать их веселой гулянке.

Почти убедив себя в этом, Владимир открыл глаза. Увы. Страшные люди с пистолетами не исчезли. Нагло улыбаясь, они стояли над ним, неумолимые, как сама смерть. Загородив собой выход из комнаты, в луже крови лежал его несчастный брат.

Владимир содрогнулся. Сердце отдалось неумолимой болью. К горлу подкатил неприятный комок. С трудом сдерживаясь, он перевел взгляд на Ксению.



Девушка лежала неподвижно, наполовину засыпанная перьями и обрывками подушки. Из-под них виднелись лишь ее длинные стройные ноги и золотистые волосы.

«Сколько ей было? – почему-то подумал Владимир. – Кажется, семнадцать... Бедная девочка».

Какая-то непонятная апатия овладела им. Ему стало все равно, что сейчас произойдет.

«Умирать, оказывается, не так уж и страшно», – мелькнуло в голове.

Он поднял голову и смело посмотрел в глаза убийцы.

Брюнет хмыкнул и направил на него пистолет.

Потрясенный до глубины души, Николай сидел на дереве, не в силах пошевелиться. Он ожидал чего угодно, но такого! Все произошло внезапно и так стремительно, что он и думать забыл про лежащий на коленях фотоаппарат и про то, зачем вообще пришел сюда.

– Срань господня! – очухался от оцепенения Николай. – Что это было?!

Его взгляд упал на фотоаппарат.

– Твою мать! – вскинулся он, поднимая увесистую камеру. – Совсем из ума выжил.

Николай энергично защелкал затвором. Он успел отснять крупным планом худощавого брюнета в светлом пиджаке в тот момент, когда тот поднял пистолет и хладнокровно расстрелял Владимира, всадив ему в голову остаток обоймы. Жаль, что не удалось заснять, как он завалил Георгия. Но это не беда. Николай возлагал большие надежды на видеокамеры. Если там все тип-топ, то... Николай сдвинул брови. Он понятия не имел, что можно сделать с этими пленками. Для начала не мешало бы узнать, что это за люди такие и можно ли найти на них управу... Ну да ладно. Видно будет. Сейчас главное, чтобы техника не подвела, а что будет потом, жизнь покажет.

Николай свинтил с фотоаппарата объектив и спрятал его в рюкзак. Сматываться надо. А то... Стоп! Он неподвижно замер.

– Девчонка! С ними была еще одна девчонка. Живая... пока.

Выстрелы прозвучали как раз в тот момент, когда Ирина вышла из ванной. Вопль Ксюши раздался почти одновременно. Ирина застыла как вкопанная. Она сразу поняла, что случилось что-то ужасное, но что... Первым ее желанием было броситься на выручку подруги. Но ноги не хотели слушаться. Облокотившись о стену, она медленно сползла на пол.

– Мамочка, что это? – прошептала она.

Новая серия выстрелов подействовала на нее отрезвляюще.

Не соображая, что делает, Ирина вскочила на ноги и, не разбирая пути, помчалась по коридору. Заметив первую попавшуюся дверь, она юркнула в нее и оказалась в просторной, освещенной лишь светом месяца комнате.

– Мамочка милая, что делать?! – Она готова была упасть на пол и забиться в истерике. – Бежать надо отсюда! Бежать!

Она кинулась к окну. Невысоко. За стеклом сад, чуть поодаль виднеется ограда. Слева ворота и открытая калитка. Только бы успеть!

Выстрелы зазвучали вновь.

Не думая о последствиях, Ирина схватила стул и с силой швырнула его в окно.

Отправив в мир иной последнего из находившихся в комнате участников оргии, высокий брюнет поднес к носу пистолет и с наслаждением вдохнул пороховые газы.

– Хорошо поработали, Вадимка, – он дружески потрепал парня за ухо. – Все путем, не сдрейфил?

– Не-а, – парень передернул плечами, – все в норме, шеф.

– Ну и молоток! – похвалил брюнет. – Ты только прикинь, какая это обалденная пища для журналюг! Зам начальника Управления налоговой полиции убит вместе с телкой на собственной даче. М-да! Три голых трупа в одной комнате! – Он вдруг осекся. Его лицо приняло задумчивое, серьезное выражение. – Погоди-ка... Как трое?! – вскричал он. – Их же было четверо! Где еще одна шлюха?!

Вадим бегло оглядел комнату.

– Не знаю, – промычал он.

– А кто должен знать?!! – заорал брюнет, размахивая пистолетом. – Я тебе что сказал?! Осмотреть дом! А ты какого черта за мной поперся?!!

Вадим сжался и испуганно опустил голову.

Звон разбитого стекла в одной из соседних комнат решил все вопросы о месте нахождения жертвы.

Брюнет хищно улыбнулся.

– Убить ее! – коротко бросил он.

Вадим пулей вылетел в коридор.

Стоявший у главного входа Олег не находил себе места. Наделенный недюжинной силой и неистощимой энергией, он не мог долго сидеть без дела. Такими качествами, как терпение и усидчивость, он не обладал. Длительное бездействие убивало его.

Когда звуки выстрелов донеслись до него, он едва сдержал себя, чтобы не бросить к чертям собачьим проклятущий пост. Всем своим существом он рвался туда, где сейчас забавлялись его друзья. Но Олег знал, как скор на расправу шеф и как страшен он в гневе. Нет, нарушить приказ он не отважится никогда.

Олегу не оставалось ничего другого, как топтаться на месте и остервенело грызть ногти.

Но вот выстрелы стихли, и он облегченно вздохнул. Ждать осталось немного. С лохами покончено. Минута, другая – и шеф с Вадимом освободят его от почетной обязанности часового.

Вдруг с торцевой стороны здания отчетливо послышался звон разбитого стекла.

Олег встрепенулся. Как угорелый он помчался вокруг дачи. Забежав за угол, он сразу понял, что произошло.

Через сад от дома к воротам на всех парах мчалась молоденькая девушка в коротеньком черном платьице. Олег отметил, что обуви у девушки не было. Но это нисколько не замедляло ее движения.

Олег остановился и, несколько раз глубоко вздохнув, поднял пистолет и прицелился. Но его опередили. Из разбитого окна громыхнули сразу два пистолета.

Девушка продолжала бежать.

Олег чертыхнулся и надавил на гашетку. Поздно. Девушка успела добежать до калитки и через мгновение скрылась за ней. Пули забарабанили по каменным опорам ворот.

– Дьявол! – Быстро набирая скорость, Олег побежал за ней.

– Лови ее! Убей ее на хрен! – услышал он за спиной крик шефа. – Пристрели сучку!

– Все будет о'кей, шеф! – бросил Олег через плечо, не замедляя хода. – Все будет о'кей!

За воротами его ждал сюрприз. Девушки не было. Он ошарашенно огляделся.

– Ах ты тварь! – Он яростно сплюнул под ноги. – Все равно ведь убью, сука!

Куда она могла деться? Вокруг него было ровное пространство. Лишь одинокое дерево росло чуть в стороне. До посадок далековато. Выходит, кроме как за этим деревом, она нигде спрятаться не могла.

Придя к такому логическому выводу, Олег неторопливо зашагал к дереву. Он был уверен: девка от него никуда не денется.

– Кранты тебе, шлюха, – процедил он. – Сейчас я тебе мозги вышибу!

Его умозаключения оказались верными. Ирина действительно сидела за деревом. Прижавшись к шершавому стволу, она уже ни во что не верила и готовилась к самому худшему.

– Господи боже мой, – шептала она, – помоги мне, господи, помоги...

Услышав тяжелые шаги, Ирина вздрогнула и медленно подняла глаза. Бог не услышал ее молитвы.

Перед ней стоял здоровенный мужчина с длинными, собранными в хвост волосами.

– Привет, симпапуля, – прохрипел он. – Скучаем?

Ирина отвернулась.

– Зря ты так! – усмехнулся парень. – Ну, че молчишь-то? Неужели сказать нечего? А, милашка?

– А, шел бы ты, – Ирина сплюнула в его сторону, – скотина.

Нарочито медля, громила направил пистолет ей в голову.

– Я хотел как лучше. Теперь пеняй на...

Мужчина вдруг стал медленно оседать. Ничего не понимающая девушка во все глаза смотрела на него. Парень упал на колени и, покачнувшись, завалился на бок.

– Господи, что это?! – прикрыв ладонью рот, прошептала девушка.

Услышав сверху хруст веток, она опасливо отскочила в сторону.

В первую секунду ей показалось, что с небес на землю спустился сам дьявол. Иначе она никак не могла объяснить происходящее. Но «дьявол» повел себя странно. Осмотрев неподвижно лежащего на земле верзилу, он наклонился к нему и быстрым движением выдернул что-то из его горла. После чего спокойно повернулся к ней и протянул руку ладонью вверх.

– Если тебе еще не надоело жить, то идем со мной, – четко, с расстановкой произнес он.

Ирина молчала. Не зная, что и думать, она в ужасе смотрела на длинный окровавленный нож в его руке.

– У нас нет времени, – незнакомец спрятал нож в голенище высокого ботинка. – Уже светает. Они скоро будут здесь. Надо бежать.

Ирина продолжала молчать, тупо глядя на него.

– Бежать надо!!! – закричал Николай. – Они убьют нас обоих!

Это подействовало. Ирина вышла из оцепенения. Схватив за руку незнакомца, она побежала с ним в сторону посадок.

– Дьявол! – Яростно пнув ногой распростертый труп Олега, брюнет снял с пояса мобильный телефон. – Понаберут идиотов, теперь расхлебывайся из-за вас!

Стоявший рядом Вадим виновато опустил голову.

– Алло, Руслан? – взяв себя в руки, бросил в трубку брюнет. – Это я... Да... Можно сказать и так... А что тут непонятного? Задание выполнено, клиенты видят сладкие сны. Сегодня я поставлю свечку за спасение их душ... Да, ты правильно понял, есть одно но... свидетель... Не гони пургу! Я свое дело знаю, от меня еще никто не уходил. Передай мамаше, я доведу дело до конца! Не лепи горбатого! Сегодня-завтра я устраню все неприятности, даю слово... Конечно... Никаких проблем! Все будет на «золотую»!.. Об этом и речи быть не может... Улажу... Единственное, что мне нужно, это несколько добросовестных помощников... Появились непредвиденные обстоятельства... Олег поставил кеды в угол... Хорошо... Хорошо, хрен с тобой, я сам подъеду...

Брюнет отключил телефон.

– Поехали, дурень, – он брезгливо толкнул Вадима в плечо. – Время – деньги.

Ирина не помнила, как они, спотыкаясь на каждом шагу, бежали по жесткой колючей траве, ковром покрывавшей поляну. Не помнила, как продирались через посадки. Не чувствовала, как из босых, израненных ног сочилась кровь, рубиновыми пятнами отмечая их путь.

Незнакомец в серой камуфляжной куртке бежал тяжело, но целеустремленно, крепко держа девушку за руку. Не замечая дороги, Ирина слепо следовала за ним. Больше всего на свете она боялась выпустить эту теплую руку. Только эта рука, и ничего больше, могла вырвать ее из кошмара. Увести подальше от страшного места. Ирина не знала, кто ее спаситель, но это мало волновало ее. Она ясно осознавала, что ее жизнь зависит только от него. И никто другой, кроме него, помочь ей не сможет.

Какой-то зверек испуганно шарахнулся в сторону и скрылся в зарослях. Где-то за спиной тревожно застрекотала сорока. Беглецы преодолели насыпь и выбежали на трассу.

– Не останавливайся! – скомандовал мужчина. – Мы здесь слишком заметны.

Тяжело дыша, Ирина закивала. Не мешкая, они пересекли дорогу и вновь оказались в посадках.

– Потерпи немного! – крикнул на ходу Николай. – Еще чуть-чуть.

Сколько длилось это «чуть-чуть», Ирина не знала. Она только отметила, что бежали они вдоль дороги. В конце концов мужчина остановился.

– Все, хорош, далеко отходить не будем. – Отпустив ее руку, он как подкошенный рухнул на землю и, перевернувшись на живот, осторожно подполз к дороге. – А ты что стоишь, как новогодняя елка?! Думаешь, хорошо замаскировалась?

Ирина нерешительно присела.

– Ползи сюда, – Николай насмешливо покачал головой. – Они скоро должны проехать здесь. Вряд ли они задержатся там надолго.

Ирина послушно приблизилась и легла рядом с ним.

Николай снял с плеча рюкзак и, отложив его в сторону, повернулся к девушке.

– О, дела, я вижу, совсем плохи? – произнес он, заметив, как она дрожит: не то от холода, не то от страха. – Вот что, красотуля, видишь вон ту березу? Ползи к ней. Там тропинка. С дороги тебя видно не будет, так что сможешь встать в полный рост и чеши по ней что есть духу. Метров через пятьдесят увидишь прогалину и на ней синюю «восьмерку», залезай и жди меня там. Договорились? – Он протянул ей связку ключей.

Ирина машинально взяла их, но с места не сдвинулась.

– Ну, давай, давай, – подтолкнул ее Николай, – не ломайся.

– А вы? – тихо спросила девушка.

Это было ее первое слово с момента встречи с незнакомцем.

– Я скоро подойду! – заверил ее Николай. – У меня есть еще пара дел. Ну, все, иди, ты мне мешаешь.

Ирина тихо всхлипнула.

– Да очухайся же ты наконец! – вскричал Николай. – Марш отсюда! Пойми, если ты не будешь меня слушаться, то тебе конец... Нам обоим конец. Неужели не понятно?!

– Понятно, – прошептала девушка.

– Тогда дуй отсюда!

Посмотрев на него влажными от слез глазами, Ирина неуклюже поползла к березе.

– Дуреха! – хмыкнул Николай и, отвернувшись, внимательно оглядел дорогу.

Поднявшийся ветер и противный моросящий дождь отнюдь не способствовали бодрости духа. Утро только начинало вступать в свои права, но рассвело уже окончательно. И даже обложившие небо серые тучи не могли помешать июньскому солнцу подняться над землей и рассеять мрачную пелену ночи.

Обхватив плечи руками, Ирина сидела на переднем сиденье автомобиля, стуча зубами. Надетое на голое тело коротенькое, плотно облегающее платье было не лучшей защитой от холода. Но, вполне возможно, холод здесь был ни при чем. Жуткие события прошедшей ночи оказали далеко не благотворное влияние на нервную систему девушки. И колотившая тело дрожь могла быть последствием этих событий. Все-таки нервы есть нервы. К сожалению, не у всех они из стали.

Ирина бросила взгляд на часы, встроенные в панель приборов, – 4.25. С тех пор как она оставила своего спасителя и добралась до машины, прошло, наверное, полчаса, не меньше. За это время со стороны трассы несколько раз доносились звуки проезжавших автомобилей, и ей очень хотелось верить, что убийцы прекратили поиски и уехали. Ведь в таком случае ее ангел-хранитель вернется и увезет ее подальше отсюда.

Ирина судорожно вздохнула. Меньше всего ей хотелось сейчас остаться одной. Она нуждалась в защите и поддержке. А защитить ее мог только он – таинственный незнакомец, спустившийся с небес.

Бог или дьявол прислал его, неважно. Он вырвал ее из когтистых лап смерти, а значит, будет защищать всегда. Она искренне верила в это.

Ирина смахнула с глаз выступившие слезы.

– Господи, за что мне это? – прошептала она. – Что я такого сделала?.. А Ксюша...

В левой стороне груди неприятно защемило. Что? Что там произошло? Кто были эти люди? Кто был тот человек, что пытался убить ее? Что стало с Ксюшей? Может, она еще жива?

«Убийцам нужны были не мы, – мелькнула в голове обнадеживающая мысль. – Они пришли не за нами. Им нужны были братья. Зачем им убивать нас?»

Ирина схватилась за ручку дверцы с явным намерением бежать назад, на дачу. Но воспоминания о здоровенном длинноволосом парне остановили ее.

– Он ведь пытался убить именно меня. – Ирина откинулась на сиденье. – Он гнался за мной, чтобы убить меня. Я для них всего лишь свидетель... и Ксюша тоже.

Ирина запрокинула голову и закрыла глаза.

– Они убили ее... Они убили всех... Они убьют и меня.

На какое-то время она впала в тяжелое забытье. Но внезапно что-то насторожило ее, и она, тревожно вскинувшись, открыла глаза.

Сразу она ничего не увидела. Все вокруг было по-прежнему. Ветер порывами носился по посадкам, лохматя зеленые прически осин и берез. Дождь мелкими каплями барабанил по кузову машины, делая видимое за стеклом неясным и размытым. Но что-то было не так. Всем своим существом Ирина чувствовала это. Но что именно насторожило ее, она понять не могла.

Почти физически она ощутила чье-то присутствие. Кто-то пристально смотрит на нее. И в то же мгновение боковым зрением уловила неясное движение справа.

Борясь со страхом, Ирина медленно повернула голову. Того, что она увидела, было вполне достаточно, чтобы сократить ее жизнь на несколько лет.

В трех метрах от машины стоял человек. Ирина узнала его мгновенно. Гора мышц и длинные, собранные в хвост волосы, – это был тот самый мужчина, который пытался убить ее и которого она никак не ожидала увидеть, по крайней мере, на этом свете.

Убийца стоял, как-то странно наклонившись набок. Его бледное как полотно лицо исказилось от боли и ненависти. Правая рука сжимала горло. По крепким пальцам струйками сбегала кровь. Оружия у мужчины не было. Но для того, чтобы отправить к праотцам жалкую девчонку, ему не надо было оружия. Он собственными руками свернет ей шею.

Ирина не пыталась бежать. В этом не было никакого смысла. Он все равно настигнет и убьет ее. Но даже если бы она захотела бежать, то не смогла бы этого сделать. Тело стало ватным и непослушным. Она не могла пошевелить даже пальцем.

Мужчина сделал шаг в ее сторону.

«Почему его так хорошо видно, ведь идет дождь, – подумала девушка и тут же заметила, что стекло на дверце опущено. – Мамочка!»

Мужчина подошел вплотную и, вытянув руку, схватил ее за горло.

В последний момент девушка успела закричать. Но крик оборвался на самой высокой ноте и перешел в хрип. Ирина отчаянно задергалась и... открыла глаза.

Громила с продырявленным горлом исчез. Ирина, судорожно глотая ртом воздух, смотрела на плотно закрытое окошко машины.

Что это? Сон? Галлюцинация? Девушка не знала, что и думать. Все казалось таким реальным.

Слева хлопнула дверца. Ирина подпрыгнула на сиденье и сильно ударилась головой о крышу.

– Тебе плохо? – услышала она знакомый голос. – Ничего, приедем в город, отдохнешь, поспишь немного, и все образуется.

Ирина, прижавшись к дверце, с нескрываемым ужасом смотрела на севшего на водительское место мужчину.

Николай, бросив на заднее сиденье рюкзак, снял с головы черный берет и повернулся к ней.

– Нам нужно ехать, – стараясь быть как можно более спокойным, произнес он. – Я буду с тобой откровенным. Мы в большой заднице. Эти люди очень опасны. Они ни перед чем не остановятся. Мы представляем опасность для них, и они приложат максимум усилий, чтобы найти нас. И, как ни грустно об этом говорить, рано или поздно найдут. Я не знаю, кто они и каковы их возможности, но нужно быть готовым ко всему.

– Я хочу домой... – прошептала Ирина.

– Ты живешь в Тарасове?

Ирина покачала головой:

– Нет, в Покровске... В Тарасове я работаю.

– Снимаешь квартиру?

– Нам предоставляют жилье. Три комнаты на шесть человек.

Голос девушки был пустым и бесцветным, лишенным всякого выражения. Покрасневшие от слез и усталости глаза бессмысленно глядели на струйки воды, стекавшие по боковому стеклу.

– А в Покровске у тебя кто?

– Мама и младший братишка.

– Тебе сейчас нельзя туда, – продумав все варианты, ответил Николай. – Ни домой, ни на работу.

– Мне больше некуда идти...

– Поедем пока ко мне. – Николай щелкнул переключателем. Заработали «дворники». – Там придумаем, что делать. Здесь оставаться опасно.

– Что с Ксюшей? – тихо спросила Ирина, не глядя на него.

– С кем? А, понял... – Николай взял ее ладонь в свою и крепко сжал. – Она погибла...

Несмотря на то, что Ирина была почти уверена в смерти подруги, она опустила голову и разрыдалась. Николай обнял ее и прижал к себе. Он не знал, как успокоить девушку. Да и вряд ли смог бы это сделать.

– Ехать надо, – только и сказал он.

Отпустив девушку, он повернул ключ в замке зажигания.

Николай жил почти на самой окраине Заводского района Тарасова, и на дорогу до его дома у них ушло около часа. Обшарпанная хрущевка с загаженными подъездами была неотъемлемым атрибутом городского захолустья и как нельзя лучше вписывалась в архитектуру квартала, вплотную примыкавшего к крупному нефтеперерабатывающему заводу.

Поднявшись на второй этаж, Николай с Ириной остановились у внушительной стальной двери. Приди Ирина сюда в другое время и в другом настроении, она бы сильно удивилась. Так не сочеталась эта дорогостоящая броня с картиной общего запустения, царившей в подъезде, больше напоминавшем общественный туалет. Но сейчас было не до таких мелочей.

Пропустив девушку вперед, Николай плотно закрыл за собой дверь и облегченно вздохнул.

– Можешь расслабиться, красавица, – объявил он, швырнув на тумбочку связку ключей. – На время мы в безопасности... но лишь на время, – тихо добавил он.

Не дожидаясь приглашения, Ирина прошла в комнату и села на диван. Только сейчас она почувствовала, как сильно устала. Тело ныло и болело. В голове шумело. А в ушах стоял такой звон, словно рядом с ней взорвалась ручная граната. Но хуже всего дело обстояло с ногами. Ступни были разбиты в кровь и отдавали болью при каждом шаге.

– Не стесняйся, чувствуй себя как дома. – Николай бросил на кресло рюкзак и отнятый у длинноволосого парня пистолет. – А я пойду посмотрю, что у нас есть в холодильнике. Если захочешь курить, сигареты на журнальном столике, пепельница там же.

Ирина попыталась улыбнуться.

– Мне нужно принять душ, – попросила она.

– Без проблем. Ванная там, – он махнул рукой в сторону коридора. – Если захочешь переодеться, то поройся в шкафу. От бывшей жены остались кое-какие вещи. Вы с ней примерно одинаковой комплекции. Если не побрезгуешь, конечно. Полотенце в ванной. Синее, в полоску.

– Спасибо, – прошептала девушка.

– Ну, давай, располагайся. Если что, я на кухне. – Ободряюще подмигнув ей, он вышел из комнаты.

Оставшись одна, Ирина первым делом взяла со столика сигареты и закурила. Необходимо хотя бы немного расслабиться и прийти в себя.

Выпустив тонкую струйку дыма, девушка откинулась на мягкую спинку дивана и медленно обвела взглядом комнату.

Вкус у хозяина квартиры, похоже, отменный. И живет он, судя по всему, в достатке. Вся обстановка говорит о том, что он приложил немало усилий, чтобы сделать маленькую комнатку уютной и комфортабельной. Использовал все ее ресурсы. Дорогие рельефные обои, навесные потолки, со знанием дела подобранная мебель и новейшая аппаратура, а главное, безукоризненная чистота и порядок – все это характеризовало хозяина с наилучшей стороны. На время Ирина забыла обо всех бедах и восхищалась увиденным. Николай очень вырос в ее глазах.

Затушив окурок в хрустальной пепельнице, выполненной в виде черепа, Ирина встала и, превозмогая боль, прошлась по комнате. На стене меж двух картин неизвестных ей художников висела фотография в рамке из орехового дерева. Николай на ней выглядел моложе, чем сейчас. Симпатичное, но не по годам серьезное лицо, ясные голубые глаза с оттенком грусти, полноватые, слабо очерченные губы, светлые, спадающие на лоб волосы. Мужчина стоял во весь рост, сунув руки в карманы. Позади него грациозно возвышалась Эйфелева башня.

Восхищенно цокнув языком, Ирина отошла в сторону.

«Интересно, что случилось с его бывшей женой? – Девушка подошла к шкафу. – Они расстались? Она его бросила? Или он ее? А вдруг он пережил страшную трагедию? Вдруг с ней что-то случилось? Нет, вряд ли. Иначе он не стал бы предлагать ее вещи. Хотя кто его знает... Интересно, а дети у них есть? – Она осмотрела комнату в поисках какого-нибудь намека на потомство. – Нет, не похоже. Хоть фотография была бы обязательно. Ну, ладно, хватит пялиться, не в музее все-таки. Надо принять душ и немного отдохнуть».

Из кухни доносилась возня Николая. Мужчина что-то насвистывал себе под нос.

Ирина распахнула дверцы шкафа и бегло оглядела его содержимое.

Вещи в основном были мужские. Лишь пара платьев да кофточки говорили о том, что некогда здесь хозяйничала женщина. Платье Ирина отвергла сразу. Нужно что-нибудь более удобное. Порывшись с минуту, она нашла то, что искала, – свободные серые джинсы и темно-синюю футболку. Все это, скорее всего, принадлежало Николаю, но ей должно подойти. О нижнем белье на время придется забыть. Взяв вещи в охапку, Ирина, придерживаясь за мебель, заковыляла к ванной.

После душа девушка почувствовала себя гораздо лучше. Переодевшись и обработав ранки на ногах, она вышла из ванной совершенно другим человеком.

Если удастся перекусить и хотя бы немного поспать, то она сможет трезво оценить ситуацию, в которую попала, и, возможно, найдет выход из нее.

Николай, похоже, мыслил так же. В комнате ее ждал накрытый стол, а на диване лежали подушка и свернутое одеяло.

– Давай-ка заморим червячка по-быстрому, и ложись спать, – предложил хозяин. – Мои шмотки, кстати, тебе идут, – без тени иронии отметил он.

Ирина улыбнулась и села в кресло.

На столе стояли бутылка водки, раскрытая банка шпрот и маленькие тарелочки, в которых ждали своей участи пюре с сосисками.

– По пять капель для борьбы со стрессом, – Николай постучал пальцем по бутылке. – Как говорится, не пьянки ради, а здоровья для. Ты не против?

– Нет, – Ирина покачала головой, – немного можно.

– Ну и отлично! – Мужчина раскупорил бутылку и наполнил до краев хрустальные рюмочки. – Знаешь, что мы с тобой забыли сделать?

Подумав, Ирина пожала плечами:

– Не знаю.

Николай засмеялся.

– Мы с тобой забыли познакомиться! – выпалил он.

– А ведь правда! – Девушка смущенно посмотрела на него.

– Ничего страшного, – подмигнул Николай. – До того ли было. Мы немедленно заполним этот пробел. Ведь так?

Ирина кивнула.

– Меня Николаем зовут, – представился он, протягивая руку. – Можно Коля, как удобно.

– Ирина, – пожала руку девушка.

– Отлично! – Николай поднял рюмку. – Значит, за знакомство.

– За знакомство, – поддержала Ирина.

Особняк в Октябрьском ущелье – одном из самых престижных районов Тарасова – больше напоминал средневековый замок, нежели жилой дом. Все в нем дышало роскошью, начиная с массивных, украшенных башенками стен и заканчивая теннисным кортом и большим парком с фонтанами, декоративными деревьями и даже водопадом.

В парке скакали по деревьям белки и бурундуки, величаво бродили пятнистые олени, специально завезенные сюда из Подмосковья.

Неприступная каменная ограда и взвод охраны, отобранный из бывших бойцов спецподразделений, обеспечивали хозяину спокойствие и безопасность.

Изнутри «замок» выглядел ничуть не хуже, чем снаружи. Картины известных художников на стенах, антикварные безделушки, мраморные статуи могли свести с ума кого угодно, даже богатого человека. По всему было видно, что владелец особняка не привык ни в чем себе отказывать и обладал весьма капризным нравом.

Но этот недостаток можно было ему простить. Тем более что не ему, а ей, ибо владелицей прекрасного «замка» и его окрестностей была женщина. Не менее прекрасная женщина.

По широкой лестнице, ведущей на второй этаж, поигрывая связкой ключей, медленно поднимался высокий брюнет в светлом пиджаке.

Чувствовал он себя прескверно. Проклятая девчонка испортила все. С каким бы удовольствием он свернул ей шею. Впрочем, это всего лишь вопрос времени. Он не привык проигрывать и не допустит, чтобы какая-то шлюшка выбила его из седла.

– Ты еще пожалеешь, что не сдохла сразу. – Брюнет подбросил в воздух ключи и, поймав их на лету, с силой сжал кулак. – Очень пожалеешь!

В доме его ждали. В затемненной комнате на мягком, покрытом шкурой белого медведя кресле сидела молодая женщина. Кресло было повернуто к распахнутому окну, и хозяйку дома брюнет видел лишь частично – аккуратненькую головку с безупречно уложенными светло-русыми волосами и длинные ноги, которые она вытянула на подоконник. Время от времени в поле зрения попадала ее маленькая ручка с зажатой между пальцами сигаретой.

Брюнет стоял в дверном проеме и, привалившись плечом к косяку, терпеливо ждал, когда хозяйка удостоит его своим вниманием.

– У тебя проблемы? – без обиняков спросила девушка.

От кресла к окну поплыло облако дыма.

– Пустяки, – пожав плечами, ответил брюнет.

– Справишься?

– Как два пальца об асфальт!

– Выбирай выражения, когда разговариваешь с дамой! – со сталью в голосе проговорила девушка.

– Извините, – брюнет опустил голову, как нашкодивший ученик. – Вырвалось.

– Что тебе нужно от меня? – смягчившись, спросила хозяйка.

– Хорошая машина и несколько человек.

– Сколько?

– Трое.

– Руслан говорил, ты понес потери?

Брюнет чертыхнулся вполголоса.

– Да, – выпустив из легких воздух, ответил он. – Один мой парень погиб.

– Шлюха? – Девушка погасила сигарету.

– Нет, – махнул головой брюнет, – ей кто-то помог. Олега убил профи. Это бесспорно.

– Они что-нибудь видели?

– Возможно. Но вы не волнуйтесь...

– Иди к Руслану, – перебила девушка, – он снабдит тебя всем необходимым.

– Хорошо, – брюнет сунул руки в карманы брюк и развернулся на каблуках, собираясь уходить. – Спасибо за помощь.

– Погоди! – остановила его женщина. – Посмотри на эту картину, – она указала тоненьким пальчиком на висевшее на стене полотно.

Брюнет оглянулся. Он сразу узнал сцену из древнегреческого мифа «Муки Прометея».

– Если ты загубишь дело, то на собственной шкуре узнаешь, через что ему пришлось пройти... Ты меня правильно понял?

– Честь имею. – Брюнет холодно усмехнулся и вышел, прикрыв за собой дверь.

Сон был тревожный и тяжелый. Ирина ворочалась с боку на бок, резко дергала головой и тихо постанывала.

Николай, чтобы не мешать ей, ушел в другую комнату, переоборудованную в фотолабораторию, и занялся более важным, чем отдых, делом – проявкой пленок и подготовкой видеозаписи. Время от времени он заглядывал к Ирине, чтобы проверить, все ли у нее в порядке. Девушка спала беспокойно. Сброшенное одеяло валялось на полу. Но в комнате было тепло, и Николай, боясь разбудить ее, не решался подойти и накрыть ее заново.

В очередной раз проведав Ирину, Николай увидел, что она проснулась. Девушка лежала на боку и без видимого интереса разглядывала висевшую на стене фотографию.

– Несколько лет назад я был в Париже, – пояснил Николай. – У меня там друг обитает. Бывший однокашник.

Услышав его голос, Ирина вздрогнула.

– Хоть немного отдохнула? – спросил Николай.

– Да, спасибо. Мне уже лучше. Сколько сейчас времени? Николай бросил взгляд на наручные часы.

– Половина одиннадцатого, а что?

Ирина вскочила.

– Нужно срочно позвонить на работу. Я... я должна предупредить девчонок. Сказать про то, что случилось... про Ксюшу...

Николай задумчиво почесал подбородок.

– Ну, ладно, – после минутного размышления разрешил он. – Позвони, но ни в коем случае не говори, где ты сейчас находишься.

– Хорошо, – Ирина послушно кивнула.

– И еще... предупреди, чтобы на время прикрыли контору. И мотали оттуда куда подальше. Причем чем быстрее, тем лучше.

Девушка непонимающе захлопала глазами.

– Но зачем?

– Зачем? – усмехнулся Николай. – А ты пораскинь мозгами. Убийцы знают, что ты за девица такая, и в первую очередь будут искать по фирмам. Можешь не сомневаться, они быстро вычислят, откуда ты. А тогда, учитывая их кровожадность...

– О господи! – Ирина сжала виски ладонями. – Где телефон?!

– Вон на стуле, за диваном.

Ирина метнулась к аппарату и дрожащими руками схватила трубку, едва не выронив ее из рук.

– Господи! Только бы успеть! Почему я не позвонила сразу? Почему?! – причитала она, набирая номер. – Алло, алло, Люся?! Слава богу! У вас все нормально?

– Нормально, золотце, – ядовито ответила Люся. – А у вас, я чую, большие неприятности. Где вас черти носят? Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? Дай-ка мне...

– Заткнись! – грубо оборвала Ирина. – Помолчи хоть немного и слушай меня! Сейчас же, немедленно собери всех, и уносите ноги с этой квартиры! Ты слышишь, что я говорю?! Немедленно!

– Ирочка, девочка, что с тобой? Что стряслось? – В голосе Люси зазвучали тревожные нотки. – Объясни толком, ради бога, не пугай меня...

– Долго объяснять! Мы влипли в жуткую историю.

– Вас кинули клиенты?

– Если бы! Клиенты убиты, Ксюшу тоже убили... Мне удалось бежать. Но они придут к вам скоро! Бегите! Бросайте все и бегите.

– Ира, ты в своем уме? – подавленно проговорила Люся. – Что ты такое говоришь? – Она нервно рассмеялась. – Ксюшу убили? Клиентов убили? Придут к нам? Кто?

– Люся! Эти люди ни перед чем не остановятся! – Ирина сорвалась на крик: – Спасайтесь! Вы не сможете их остановить! Не теряйте времени! Сейчас дорога каждая минута! Если не успеете, вам конец! Все!

– Ириша, погоди...

Ирина бросила трубку.

– Только бы она послушалась...

– Должна послушаться, – Николай сел рядом с ней. – Ты говорила очень убедительно.

– Надеюсь, – вздохнула Ирина.

– Знаешь что, красавица, – Николай обнял ее за плечи и привлек к себе, – мы не можем сидеть просто так. Время, увы, играет против нас. Я должен тебе кое-что показать. А после мы подумаем, что делать дальше.

– Господи, что еще? – Ирина с опаской посмотрела на него. – Что еще я не видела?

– Посиди здесь.

Николай вышел из комнаты, но быстро вернулся. В руках он держал пачку фотографий и две видеокассеты.

– Посмотри для начала вот это, – он протянул ей снимки.

Ирина несмело приняла их и стала бегло разглядывать. Николай следил за каждым ее движением. По мере просмотра лицо девушки становилось то пунцово-красным, то мертвенно-бледным. Временами казалось, что она вот-вот лишится чувств.

Ирине действительно было не по себе. Какое-то непонятное чувство овладело ею. Было и мучительно стыдно, и страшно одновременно... Владимир с Ксюшей беззаботно развлекаются на кровати. Крупным планом симпатичный брюнет с пистолетом в руке. На лице молодого человека играет злая улыбка. Еще один парень с пистолетом. Совсем мальчишка, лет семнадцать, не больше. Под расческу стриженные волосы и большие торчащие уши. Его несколько комичный образ никак не подходил под описание убийцы. Ирина с Георгием наслаждаются друг другом на полу. Ирина курит у открытого окна. Два снимка мчащейся по трассе серебристой иномарки. Сзади и спереди. Отчетливо видны номера. Николай не зря задержался на дороге.

Дальше было самое страшное. Николай, оказывается, возвращался на дачу. Залитые кровью трупы, отснятые с разных ракурсов. Георгий, Владимир, Ксения...

Ирина выронила снимки и, упав на подушку, громко разрыдалась. Николай нежно обнял ее.

– Прости, красавица, – зашептал он в ухо. – Я должен был показать тебе это. Ты должна увидеть, с кем мы имеем дело. Ну же, успокойся, малышка. Их уже не вернешь... Сейчас мы должны позаботиться о себе. Мы должны быть сильными. Иначе нас ждет та же участь...

– Должны, должны, – рыдала Ирина, – что мы должны? Что мы можем сделать? Они убьют нас. Убьют!

– Не все так плохо, как может показаться. Главное сейчас, не падать духом. Если мы будем сильными и будем держаться друг друга, то увидишь, мы выберемся из этой передряги. Я обещаю тебе.

Николай рывком усадил ее на диван.

– Мы выберемся, ты слышишь? Выберемся обязательно. Только не падай духом, и все будет... как в танке.

– Принеси мне воды, – попросила девушка, размазывая по щекам слезы.

– Одну секундочку. – Николай сбегал на кухню и вернулся со стаканом холодного апельсинового сока.

Когда девушка немного пришла в себя, Николай стал настраивать телевизор и магнитофон для просмотра видеозаписи.

– То, что на этих пленках, я думаю, тебе смотреть не стоит, сходи пока на кухню, приготовь что-нибудь перекусить, – предложил он. – Я посмотрю сам и приду к тебе.

Ирина категорично замотала головой.

– Нет, я хочу видеть все. Мне надо пережить это. Только тогда я смогу взять себя в руки.

– Думаешь? – с сомнением в голосе спросил Николай. – Ну что ж, хозяин – барин, будь по-твоему. Но предупреждаю, зрелище не из приятных. Похлеще того, что на фотках.

– Я буду смотреть, – стояла на своем Ирина.

– Я же сказал, хорошо. Но одно условие! – потребовал Николай. – Если вдруг станет невмоготу, сразу уходи. Согласна?

– Согласна. – Ирина скрестила руки на груди и уставилась на экран.

Эффект от просмотра кассеты оказался совсем не таким, как предполагал Николай. Реакция Ирины была очень неожиданной. Она вскочила с места, как раненая рысь, и набросилась на него с кулаками.

– Сволочь! Сволочь! Сволочь! – кричала в истерике девушка, осыпая его градом ударов. – Да как ты смеешь! Кто дал тебе такое право?!

Николай извивался на диване, стараясь хоть как-то оградиться от маленьких кулачков. В конце концов он просто обхватил девушку руками и крепко прижал к себе.

– Отпусти! Отпусти меня, скотина! – Ирина отчаянно сопротивлялась, пытаясь вырваться из крепких объятий мужчины. – Отпусти, подонок! Да кто ты вообще такой?! Кто ты такой?!

Выбившись из сил, она поникла и, уткнувшись в плечо Николая, расплакалась. Слезы отчаяния, обиды и бессилия, душившие ее во время просмотра, ручьями потекли на серую футболку фотографа.

– Как ты мог? – твердила сквозь рыдания девушка. – Кто дал тебе право шпионить за людьми? Как ты смеешь?

– Ира, Ирочка, успокойся. – Николай не знал, что и думать. Он ожидал чего угодно, но такого...

– Да пошел ты к черту! – вскрикнула Ирина. – Извращенец хренов!

– Давай оставим разборки на потом! – потеряв терпение, предложил Николай. – Сейчас о другом надо думать. И хватит ныть! Устроила здесь Ниагарский водопад, сопли распустила. Нашла время!

Грубый, резкий тон, каким все это было сказано, подействовал, как ведро холодной воды. Девушка перестала плакать и застыла на груди Николая, изредка шмыгая носом.

– Все, успокоилась? – смягчившись, спросил Николай.

Ирина высвободилась из его объятий и села на диван, закрыв лицо ладонями.

– Кто ты такой? – после минутного молчания выдавила она.

– Неважно, – отмахнулся Николай. – Но как-нибудь я расскажу тебе, если захочешь. Сейчас лучше подумаем, что будем делать с этими пленками. Ты хоть осознаешь, что на данный момент это наше единственное оружие против тех ребят? Причем очень сильное оружие. Атомная бомба, если хочешь. Пока эти пленки у нас, мы хозяева положения. Они у нас на крючке!

Ирина стерла ладонями слезы со щек.

– Давай отнесем их в милицию. Их поймают, и все.

– Не все так просто, красавица, – покачал головой Николай. – Я уже думал об этом.

Ирина непонимающе уставилась на него.

– Интересно, что нам может помешать это сделать?

– Те, кто был там, на даче, всего-навсего исполнители, наемники, – попытался объяснить Николай. – За ними стоят другие люди. И мы с тобой понятия не имеем, кто это такие. Владимир Холостов, старший из братьев, был очень влиятельной фигурой в городе. Занимал высокий пост в налоговой полиции. Тот, кто пошел на его устранение, наверняка обладает немалой властью и хорошими связями.

– И что из этого?

– Как что, – теперь удивился Николай. – Очень вероятно, что у этих людей схвачено все. В том числе и милиция. Холостов отказался сотрудничать с ними и поплатился за это. Остальные могли оказаться более сговорчивыми. А поэтому, прежде чем что-либо предпринять, мы должны узнать, с кем имеем дело.

Ирина взяла со столика сигарету и закурила.

– У тебя есть какой-то план? – осмыслив услышанное, спросила она.

– Пока нет, – пожал плечами Николай. – Но зацепочка одна имеется.

– Какая?

Порывшись в кипе фотографий, Николай выбрал две и протянул Ирине.

Серебристая иномарка. Девушка сразу поняла, что он имел в виду. Уж слишком отчетливо получились номера.

– Я знаю, как найти хозяина машины, – положив окурок в пепельницу, сказала она.

Николай удивленно приподнял брови.

Выставив руку в окошко, брюнет нервно барабанил пальцами по крыше автомобиля. С того момента как их джип припарковался у здания ГУВД и Вадим скрылся в дверях этого малогостеприимного учреждения, прошло четырнадцать минут. Время недостаточное для выполнения задания, порученного Вадиму. Брюнет понимал это, но ничего не мог с собой поделать. Жажда действий гнала его вперед. Он чувствовая себя так, как молодая горячая легавая, почуявшая добычу.

Трое крепких спортивных ребят, сидевшие в машине, вели себя более спокойно. Для них это было обычное задание. Они получили приказ делать все, что скажет брюнет. Слушаться его во всем. Пока он молчал. И они сидели, наблюдая за входом в здание. Они не привыкли задавать ненужные вопросы. Лишние проблемы им были ни к чему.

Перепрыгивая через две-три ступеньки, к ним на всех парах мчался Вадим. В несколько секунд преодолев разделявшее их расстояние, он подлетел к джипу и сунул голову в окошко.

– Все в порядке, шеф! – на одном дыхании выпалил он. – Я все узнал... Она из фирмы «Кристина»... Вот адрес, – он протянул брюнету сложенный вдвое листок бумаги.

Брюнет быстро пробежал по нему взглядом и протянул водителю.

– Садись, поехали, – махнул он Вадиму.

Тяжелая темно-синяя машина выкатилась на дорогу и, лихо набрав скорость, помчалась по улице.

В областном отделе ГИБДД, как всегда, было многолюдно и шумно. По узким коридорам метались люди, на ходу читая полученные справки и протоколы. Хлопали дверьми, перебегая из кабинета в кабинет, вечно занятые инспектора. В дежурке, не умолкая, трезвонил телефон.

Ирина старалась не обращать внимания на царившую в отделе суету. Она твердо знала, что ей нужно, и упорно следовала к цели.

Кабинет лейтенанта Артамонова находился в самом конце длинного, освещенного всего двумя лампами коридора. Возле него толпилось человек пять-шесть, но Ирина, не удостоив их даже взглядом, с наглой улыбкой подошла к двери и легко толкнула ее.

Сидевший за компьютером молодой розовощекий лейтенант недовольно поднял на нее глаза.

– Девушка, вы что, не видите, я занят, у меня посетитель, так сказать, – сердито проворчал он. – Или для вас установленные порядки, так сказать, ничего не значат, а? Выйдите, будьте любезны, и зайдите в порядке очереди! Совсем совесть потеряли, – посетовал он посетителю – пожилому, заросшему щетиной грузину.

– Ты все сказал? – Ирина, скрестив руки на груди, насмешливо смотрела на него. – Или так и будешь строить из себя большую шишку?

– Да... да... – Лицо лейтенанта побагровело и ста-ло похоже на выдернутую с грядки свеклу. – Да вы... совсем... так сказать, – он поперхнулся слюной и зашелся в кашле.

Грузин неодобрительно посмотрел на Ирину и подошел к милиционеру. Широкой, как лопата, мозолистой рукой он похлопал его по спине, бормоча под нос непонятные слова. Не то заклятия, не то проклятия.

Лейтенанту полегчало. Он благодарно махнул грузину и, сжимая кулаки, медленно поднялся с места. Артамонов оказался гораздо ниже ростом, чем казалось, когда сидел на высоком крутящемся кресле. Если бы Ирина встала рядом с ним, он едва бы дотянулся макушкой до ее плеча, даже если бы поднялся на цыпочки.

Маленький, толстенький, он напоминал Ирине беременную самку пингвина. Девушка вспомнила, что в школе его так и звали – пингвинчик. Иногда пончиком. А когда хотели особенно уязвить – хрюней. Костя Артамонов очень обижался на это прозвище и мог неделю не разговаривать с тем, кто осмелился так его назвать.

Но, по большому счету, это был вполне безобидный, добродушный малый. Его любили и в школе, и в отделе. И не только как предмет шуток. Он хоть и старался показать всем, что не пустое место, а какой-никакой, но начальник, и что с ним надо считаться, но никогда не оставлял без внимания ни одну просьбу. И если уж что-то пообещает, то обязательно сделает. Поворчит для порядка, но сделает. Его коллеги знали это и ценили маленького смешного толстячка как хорошего товарища и надежного друга. Знала об этом и Ирина, поэтому и пришла за помощью к бывшему однокашнику. Она была уверена, что Костя не откажет ей ни в чем.

Но одноклассник не узнал ее, что было неудивительно. Последний раз они встречались на выпускном вечере.

Надувшись, как индюк, Артамонов, грозно сдвинув брови, шел на нее с явным намерением схватить за шкирку (если дотянется, конечно) и выставить за дверь. Он ей покажет, как издеваться над представителем власти.

– Если вы сейчас же не выйдете вон, так сказать, – процедил он сквозь зубы, – я буду вынужден применить силу!

Ирина не выдержала и рассмеялась.

– Костя, ты у Диснея не снимался? – держась за живот, выдавила она. – Профессора-маньяка в «Чипе и Дейле» не ты играл?

Артамонов отступил на несколько шагов и, упершись задом в стол, застыл, как статуя. Казалось, его вот-вот хватит удар. Но вдруг вся его злость мгновенно улетучилась. Широкое, пышущее здоровьем лицо приняло свой нормальный цвет. Толстые губки растянулись в радостной улыбке. Он распростер руки и вразвалочку побежал к Ирине.

– Батюшки, Ирочка, рыбка моя! – не помня себя от счастья, проворковал он. – Неужели это ты?! Какими судьбами! – Он заключил ее в объятия. – Вот ведь, так сказать.

Пожилой грузин недоуменно взирал на непонятную ему сцену и осуждающе цокал языком.

Костя, не выпуская Ирину из объятий, повернул к нему голову:

– Подождите, пожалуйста, в коридоре. Я вас вызову.

Недовольно вздохнув, грузин вышел.

– Сколько лет, сколько зим. – Прижавшись щекой к груди Ирины, Артамонов жмурился и сладко улыбался, как чеширский кот. – Где ж тебя черти носили, так сказать?

– Дела, Костик, дела. – Ирина запустила руку в его шевелюру и ласково растрепала жидкие русые волосы. – Времени нет совершенно.

– Дела, дела, – передразнил Костя, – дела, так сказать, у прокурора, а у нас с тобой делишки.

Он отпустил девушку и отступил на шаг.

– Какая ты красивая стала, глаз не оторвать.

– А ты почти не изменился, – улыбнулась Ирина, – только форма тебя взрослит. Серьезный стал, важный.

– Работа такая, так сказать, – смутился Артамонов. – А ты все-таки какими судьбами? Не просто же так ты меня навестила. Только не говори, что соскучилась, так сказать, никогда не поверю.

– Ну почему. – Ирина прошла мимо него и села в кресло. – Соскучилась я по тебе, страх как. Сколько лет не виделись. Но если честно... дело у меня к тебе, Костенька.

– Вот с этого и надо было начинать, – лейтенант печально вздохнул и опустил руки. – А то – соскучилась, так сказать...

– Ну не обижайся, Костик. В самом деле очень нужно. – Ирина виновато улыбнулась. – А в следующий раз я обязательно зайду к тебе. И мы посидим, поговорим по душам. Может, даже выпьем. Вспомним старое... Обещаю, Костик.

– Ладно, ладно, – сдался инспектор. – Выкладывай, куда ты вляпалась. Чем смогу, помогу, так сказать.

– Ты лапочка, Костик. Я знала, что всегда смогу на тебя рассчитывать. – Ирина открыла сумочку, подаренную Николаем, и достала из нее две фотографии. – Мне нужно узнать, кому принадлежит эта машина, – она положила снимки на стол. – Поможешь?

Константин подошел к ней и склонился над столом.

– Зачем тебе это, конечно, секрет, да? – спросил он.

Ирина кивнула.

– Ну, ладно, поможем, – он обошел стол и уселся за компьютер. – Тебе разве откажешь? Еще обидишься, так сказать.

В ожидании звонка Ирины, чтобы как-то скоротать время, Николай занялся уборкой. Тщательно протер мебель и вымыл посуду. После чего осталось только избавиться от невыносимого табачного запаха и выкинуть мусор.

Николай курил всего один раз в жизни. В восьмом классе. И навсегда запомнил, как плохо ему тогда было. По какой-то причине организм ответил бурным протестом на попытку приучить его к никотину. Возможно, аллергия. Николай не вдавался в подробности, но курить больше не пробовал никогда. Правда, со временем он смирился с тем, что вокруг него полно курильщиков, и даже позволял им загаживать атмосферу в его жизненном пространстве.

Дома он всегда держал пепельницу и пачку сигарет (мало ли с кем придется общаться). А сигареты, как ни крути, помогают снять нервозность и настроить собеседника на нужный лад.

Расположить человека к себе, значит, получить отличную возможность выудить из него необходимую информацию. А своевременно полученная информация играла в его работе главенствующую роль. Ради нее он готов был терпеть такие мелкие неурядицы, как табачный дым и просыпавшийся на паркет пепел.

Оросив комнату освежителем воздуха, Николай включил кондиционер и собрался было сбегать во двор выбросить мусор, но передумал. Ирина должна позвонить с минуты на минуту, поэтому отлучаться сейчас глупо. Он тут же убедился в том, что не зря передумал. Едва он поставил мусорное ведро на место, как в комнате запищал телефон.

Николай со всех ног бросился к нему.

– Алло, Ирина? Привет, рад тебя слышать! Как у тебя дела, красавица? – затараторил он в трубку. – Надеюсь, все нормально?

– Да, все в норме, так сказать. Ой, тьфу, черт! – одернула она себя. – Заразилась.

– Ты о чем? – не понял Николай.

– Да так, не обращай внимания. Наболталась тут с одним типом. В общем, я сейчас у Юридического института МВД. Знаешь, где это?

– Конечно.

– Тогда подъезжай, я жду тебя у главного входа.

– Через пятнадцать минут буду, красавица. – Николай положил трубку на рычаг. – И все будет, как в танке.

Синяя «восьмерка» на большой скорости неслась по улице Чернышевского – самой протяженной улице Тарасова. Николай, чуть подавшись вперед, крепко держал руль обеими руками. Он гнал машину, нисколько не заботясь о мокром асфальте и установленных пределах скорости. Ему было не до таких мелочей. Он нервничал.

Почти не задерживаясь на светофорах, «восьмерка» мчалась вперед. Потоки брызг вылетали из-под нее всякий раз, когда ее колеса проносились по оставшимся после утреннего дождя лужам.

Николай ругал себя за то, что позволил Ирине идти на эту встречу одной. Какого черта он поддался на уговоры взбалмошной девчонки и отпустил ее? Видите ли, ей необходимо прогуляться по городу, иначе она никогда не сможет справиться со страхом. Какая глупость! Да и он тоже хорош! Раз уж она не разрешила подвезти ее до отдела, нужно было хотя бы незаметно ехать за ней. Только бы все обошлось! Иначе он никогда не простит себя за это.

Николай вывернул на Чапаева и вновь увеличил скорость.

«Да что я, в конце концов, так переживаю? – попытался успокоить он себя. – Ну что с ней может случиться? Эти ублюдки ее не видели. Один, правда, видел. Но он ничего не скажет. Скоро червям на корм пойдет. По городу ей действительно не помешает прогуляться. А то будет потом шарахаться от каждой тени».

– Но все равно! – Николай хлопнул ладонью по рулю. – Нельзя было, нельзя!

У крытого рынка, как и следовало ожидать, нарисовался гибэдэдэшник.

– Твою мать! Этого только не хватало, – выругался Николай. – Столько машин кругом, а ему не понравился именно я!

Милиционер неторопливо подошел к машине и выжидающе встал у дверцы.

Николай опустил стекло, но выходить не стал.

– Сержант Ефимов, – вяло козырнув, представился инспектор. – Предъяви...

– Мне некогда, сержант, – перебил его Николай, – я очень спешу!

Милиционер очумело уставился на протянутое удостоверение.

– Все в порядке, товарищ капитан, можете ехать...

Николай дождался зеленого сигнала светофора и, не попрощавшись с инспектором, резко рванул с места.

Глядя вслед удаляющейся «восьмерке», сержант Ефимов презрительно сплюнул.

– Черт бы побрал этих фээсбэшников, одна морока с ними, – он оглядел улицу в поисках новой жертвы.

Знай сержант, где и как было изготовлено смутившее его удостоверение, он съел бы с досады свой жезл.

Покуривая сигарету, Ирина мерила шагами площадку у входа в Институт МВД. Николай обещал подъехать через пятнадцать минут. Враль несчастный! Прошло уже все сорок, а его как не было, так и нет. Она, конечно, понимала, что расстояние от его дома до нее за пятнадцать минут преодолеть невозможно, особенно если учесть пробки на дорогах и вечные задержки на светофорах.

«Все это так, – размышляла девушка, – но зачем тогда было врать? Так и сказал бы: приеду, мол, как смогу, постараюсь не задерживаться, главное, жди, никуда не уходи, и все такое. Так нет же – приеду через пятнадцать минут! Обманщик! – Она бросила окурок на землю и раздавила его носком кроссовки. – М-да, обувка та еще!»

Ирина терпеть не могла спортивную обувь, но из скудного гардероба бывшей жены Николая ничего более подходящего подобрать не удалось. Приходилось довольствоваться тем, что есть. Благо жары сегодня не было, а то – хоть вешайся!

Ирина посмотрела на дорогу. Машин много, но заветной «восьмерки» не видать даже на горизонте.

– Подъедешь – на части разорву, – угрожающе прошептала она.

Мимо девушки то и дело сновали курсанты, бросая на нее откровенные взгляды.

«Ну что вам надо, козлы? – злилась Ирина. – Вот пялятся! Женщину первый раз увидели, что ли? Или у меня что-то не так?»

Она критически оглядела себя. Кроссовки, футболка, джинсы, сумочка через плечо. С прической вроде тоже все нормально...

«Может, они чуют, что на мне нет нижнего белья? – Ирина задумчиво поиграла бровями. – Кобели хреновы!»

С дороги кто-то несколько раз посигналил. Ирина вскинула голову.

– Наконец-то!

У тротуара стояла синяя «восьмерка». Николай, невинно улыбаясь, махал ей рукой.

– Нет, он еще и лыбится, – ворчала девушка.

Напустив на себя обиженный вид, она подошла к машине и, ни слова не говоря, уселась на заднее сиденье.

– Все тип-топ? – спросил Николай.

– А ты как думаешь? – Надув губки, Ирина отвернулась к окошку.

– Опаньки! – всплеснул руками мужчина. – Мы никак обиделись?!

Ирина не ответила.

– И в чем же мы перед вами провинились?

Ирина хмыкнула.

Николай протянул руку и щелкнул ее по носу.

– Ну! – Девушка сердито дернула головой.

– Баранки гну. – Николай нежно погладил ее по волосам и щеке. – Хватит дуться, красавица. Я больше так не буду. Честно, честно.

Ирина вздохнула и протянула ему вырванный из блокнота листочек с адресом.

– Это хозяин машины, – объяснила она.

Николай развернул листок и довольно улыбнулся.

– Зюкин Виталий Васильевич, – прошептал он. – Ну и фамилия – Зюкин... 1975 года рождения, улица Усиевича... Ясненько... А номер паспорта зачем?

– Что дали, то и записала, – пожала плечами Ирина.

– Молоток! – похвалил Николай. – Ну что, поедем в гости к Зюкину?

Ирина неопределенно махнула рукой:

– Поехали...

Сидя на полу, обхватив колени руками, Люся, стуча зубами от страха, смотрела в дуло направленного на нее пистолета.

Люди в черном с натянутыми на лица масками ворвались внезапно. Люсе показалось, что они выросли прямо из-под земли. Она ничего не успела сообразить. Все произошло с дьявольской быстротой. Еще секунду назад она весело болтала по телефону – и вот уже сидит на полу в компании с Юлей и Наташей. Из соседней комнаты доносятся визги двух других девушек и окрики мужчин в масках. На полу, у стола, завалившись на бок, лежит охранник Игорь. Он смотрит пустым стеклянным взглядом прямо на нее, а чуть повыше бровей, точно посередине лба, у него алеет маленькое пятнышко, как у женщин из индийских фильмов, которые она так любит. Из пятнышка тоненькой струйкой сбегает кровь и лужицей расплывается на паркете. Рядом с ним валяется его газовый пистолет. Какой безобидной игрушкой смотрится он в сравнении с оружием бандитов.

Люся даже не успела заметить, сколько человек ворвалось к ним. Кажется, трое, а может быть, четверо.

Двое стояли сейчас перед ними, остальные скрылись в другой комнате.

Люсе еще никогда не было так страшно. Она почувствовала, как к горлу подкатывает неприятный комок. Еще чуть-чуть, и ее стошнит.

«Боже мой, что им надо, чего они хотят? Они убьют нас? – судорожно соображала девушка. – Нет, они в масках, значит, не хотят, чтобы мы их запомнили, а значит, убивать не станут. Надо только делать все, что они скажут».

Но тут единственная нить надежды оборвалась. В квартиру вошел еще один мужчина. Высокий, чуть сутуловатый брюнет в светлом пиджаке. Маски на нем не было.

Легкой, непринужденной походкой он подошел к сидящим на полу девушкам и наклонился, упершись ладонями в колени.

– Привет, куколки, – мило улыбнувшись, поздоровался он. – Что вы такие напуганные, а? Меня, что ли, испугались? Не надо. Не такой уж я и страшный. Или ребята мои вас напугали? Ах, ну да. Вас увидеть, грех не испугаться. Вы бы рожицы-то открыли, а? Девчонкам же страшно... Ну что вы в самом деле? Я прям не знаю. Никакой культуры!

Парни сняли маски и спрятали их в карманы.

– Вот! Совсем другое дело, – похвалил брюнет. – Хоть на людей стали похожи. – Он повернулся к девушкам: – Правильно я говорю? Так же лучше? Что-то вы опять дрожите... Ну да ладно! Мы сейчас спросим у вас кое-что и уйдем, договорились? Договорились, я спрашиваю?!

Девушки испуганно закивали.

– Вот как хорошо, – обрадовался брюнет. – Дело, в общем, следующее. Вчера вечером, можно даже сказать ночью, к вам за помощью обратились двое симпатичных мужчин. Это так?

Юля утвердительно закивала головой.

– Отлично, – продолжил брюнет. – Вы, конечно, не отказали им в их скромной просьбе, верно?

Кивнула Люся.

– Конечно, – одобрил брюнет. – Как же можно отказать хорошим людям? Теперь меня интересует, они приехали за вами или назначили вам встречу?

Брюнет выжидающе уставился на девушек.

– Они попросили нас подъехать на улицу Орджоникидзе, – ответила Люся.

– Очень хорошо! Сколько девочек они попросили?

– Двух.

– А сколько поехало?

– Четыре.

– Так, – брюнет задумался. – Если я правильно понимаю, вы предоставили им свободу выбора, да?

– Да, у нас так принято, – ответила Люся.

– Кто из вас ездил туда?

– Я, – чуть слышно прошептала Юля.

– Ага, – брюнет ласково потрепал ее по щеке. – А еще кто?

– Таня... она в той комнате, – Юля показала на дверь. – Ну, еще... Ира и Ксюша... Но они не вернулись.

Брюнет хлопнул в ладоши.

– Умничка! – воскликнул он. – Теперь подходим к главному. Значит, говоришь, Ира и Ксюша? Погоди, Ира – это такая светленькая, стройненькая...

– Нет, это Ксюша, – перебила Люся.

– Да что ты говоришь?! – Брюнет, казалось, был в восторге. – Значит, Ксюша? Замечательно! А кто же тогда Ира? У вас есть ее фотография?

Девушки молчали.

Хорошее настроение брюнета мгновенно улетучилось. Его лицо стало холодным и злым. Глаза сузились и хищно засверкали.

– Не заставляйте меня наказывать вас, девочки! – ледяным голосом потребовал он. – Не советую вам этого делать!

Молчавшая до сих пор Наташа вскочила с пола и кинулась к столу. Парни в черном нервно вскинули пистолеты.

– Тихо, тихо, – брюнет жестом остановил их. – Ну что вы в самом деле?

Порывшись в ящике стола, Наташа вытащила фотографию и протянула ее брюнету.

– Вот, адрес на обратной стороне.

– Хорошенькая девочка, – рассмотрев снимок, оценил брюнет. – Ага, Покровск, значит, – прочитал он, перевернув карточку. – Ну что ж, девчонки, молодцы! Еще один вопрос, и мы уходим... Я больше чем уверен, что она связывалась с вами сегодня, это так?

Девушки не ответили.

– Я знаю, что так. Но меня интересует, где она сейчас.

– Мы не знаем, – ответила за всех Люся. – Честное слово, не знаем.

Брюнет вытащил из-за спины пистолет с глушителем и перещелкнул затвор.

– Не надо меня обманывать, – вежливо попросил он. – Я этого не люблю.

– Но мы правда не знаем, – заморгала глазами Наташа.

– Не знаешь? – Брюнет направил на нее пистолет.

Девушка попятилась, в страхе мотая головой и выставив перед собой руки.

Брюнет выстрелил.

Легкий щелчок, и девушка, ударившись об стол, упала на пол рядом с Игорем. Люся с Юлей закричали так, что их услышали, наверное, на улице. Брюнет повернулся к ним.

– Вы тоже не знаете? – ухмыльнувшись, спросил он.

– Она... она... звонила сегодня утром, – сбиваясь, затараторила Люся, – но она не сказала, где она... Только у нас телефон с определителем... Я записала номер... там, на столе, на перекидном календаре... Я больше ничего не знаю, клянусь вам!

Дрожа всем телом, она закрыла лицо руками.

– Я верю, верю. Успокойся, малышка. – Брюнет спрятал пистолет и подошел к столу. – Ага, вижу.

Он вырвал листок из календаря и спрятал его в карман.

– А зачем она звонила?

– Просила, чтобы мы срочно уехали, – прошептала Люся. – Сказала, что Ксюшу убили.

– А что же не уехали? – удивился брюнет.

– Думала, нас все равно никто не сможет найти. Панику поднимать не хотела...

– Бедная, глупая девочка, – брюнет сочувственно покачал головой.

– Ах ты, сука! – Юля с силой толкнула ее в плечо.

Люся завалилась на бок, даже не попытавшись удержаться. Она поняла, что совершила самую непростительную ошибку в своей жизни.

– Ну ладно, я пошел, – весело объявил брюнет, – а то дел сегодня выше крыши! Заканчивайте здесь, – бросил он мужчинам с пистолетами. – Я жду вас внизу, ферштейн?

Парни понимающе кивнули.

Уходя, он заглянул в соседнюю комнату и, что-то сказав своим людям, покинул квартиру.

Ирина подошла к двери Зюкина, толком не представляя, под каким предлогом зайти к нему. Она целиком полагалась на интуицию и смекалку. Немного помявшись у двери, она махнула рукой и надавила на кнопку звонка.

Пока девушка придумывала более-менее убедительную причину, хозяин квартиры, посмотрев в глазок, без всяких вопросов открыл дверь. Ирина смутилась.

Перед ней стоял коренастый, лысеющий, несмотря на молодой возраст, мужчина в клетчатой, завязанной узлом на животе рубашке и потертых спортивных штанах. Мужчина криво улыбался тонкими губами, выставив напоказ обломанный наполовину зуб.

– Чем могу помочь, симпапуля? – развязно спросил он, пробежав по ней жадным, неприлично откровенным взглядом. – Мы знакомы?

– Вы знаете... – опустив глаза, Ирина мило улыбнулась. – Я стучалась к вашим соседям, но мне никто не открыл... Дело в том, что... Мне очень нужна помощь...

Зюкин молчал, нагло уставившись на ее грудь.

– Я попала в неприятную историю... У меня сломалась машина... Да. А у меня нет ни денег, ни телефонной карточки. Я все оставила дома. – Ирина заговорила уверенней. – Вы мне не поможете? Мне нужно позвонить подружке. Я ей все объясню, и она за мной приедет.

– Какие проблемы? – Зюкин посторонился, пропуская девушку. – Трезвонь, сколько хочешь, мне не жалко.

– Спасибо. – Ирина несмело вошла в квартиру. – Мне так неловко... Извините.

– Неловко на потолке спать, одеяло спадает! – Мужчина запрокинул голову и заржал над собственной шуткой, как конь над мешком с овсом.

Ирина хоть и не оценила шутку, тоже засмеялась, чтобы не обидеть хозяина.

– Телефон там. – Зюкин обнял девушку за плечи и повел в комнату. – Вот, – он указал толстым, как сарделька, пальцем на лежащий на столе мобильник. – Лялякай!

Ирина взяла телефон и неторопливо набрала номер Николая.

«Там все равно никого нет, – подумала она, – а мне это и надо».

Зюкин уселся в кресло, закинув ногу на ногу. Настроение у него резко поднялось. Он был уверен – сегодняшний вечерок надолго останется в памяти. Вот ведь как в жизни бывает. Не думал, не гадал, а тут такое! И кто после этого осмелится назвать его неудачником? Надо же, такая телочка!

Зюкин плотоядно улыбнулся.

«Надо бы ее чем-нибудь задобрить, – прикинул он, – в холодильнике, кажется, есть бутылка водки. Хотя эта, по-моему, и так не откажет. Сразу видно, проблем с ней не будет. Но выпить надо. А то девочка стесняется». – Зюкин потер ладони.

– Наверное, никого нет. – Ирина разочарованно вздохнула и повернулась к хозяину. – Трубку никто не берет. Что же делать?

Казалось, она совсем пала духом.

– Вот что, золотце, – Зюкин по-барски развалился в кресле, – не дрейфь! Я сам отличный механик. Починим твою тачку.

– Правда?! – Ирина радостно захлопала в ладоши. – Но мне так не хочется вас затруднять... так неловко.

– Я тебе еще раз говорю: неловко на потолке спать, – мужчина вновь захохотал, – а здесь все путем! Уловила?

Ирина кокетливо кивнула.

– Ну и умница! – похвалил Зюкин. – Только для начала, может, познакомимся? Меня Виталием кличут.

– Очень приятно, Ольга, – Ирина кокетливо присела.

Зюкин побарабанил пальцами по подлокотникам кресла.

– Ну, тогда, Оленька, может, посидим, тяпнем по рюмашке за знакомство? Как тебе такая перспектива?

Ирина смущенно пожала плечами.

– Я даже не знаю... хотя... – Она щелкнула пальцами. – Можно! Сегодня был такой тяжелый день. Немного расслабиться не помешает.

– Понял! – Зюкин резво вскочил с кресла. – Посиди пока тут. Сейчас я все организую!

Послав ей воздушный поцелуй, он скрылся на кухне.

Не теряя времени, Ирина раскрыла сумочку и быстро вытащила стеклянный пузырек с двумя крохотными, со спичечную головку, таблетками. Николай говорил, что этого достаточно, чтобы вырубить взрослого мужика часа на три, не меньше.

Ирина посмотрела на часы. Семь вечера. Все идет как надо.

Николай щелкнул выключателем радиомагнитолы и запустил обе пятерни в волосы.

– Сволочи! – Он ударил кулаками по рулю. – Сволочи!

Выпуск криминальных новостей подверг его в состояние шока. И дело не столько в кровавой драме на даче Холостова. К этому он был готов. Рано или поздно их должны были обнаружить. Дело в другом. Бойня на улице Мичурина. Шесть трупов. Бандиты не пощадили никого.

Как и следовало ожидать, милиция никоим образом не связывала эти два преступления. Наверное, еще не узнали, что девушка на даче имеет самое непосредственное отношение к уничтоженной фирме на Мичурина. Первый случай списали на заказное убийство, второй на разборки конкурирующих группировок.

Николай не представлял, как рассказать обо всем Ирине, да и стоит ли вообще это делать. Девчонка и так вся на нервах. Учудит еще чего, не дай бог.

Первым его желанием после услышанного было выскочить из машины и нестись на всех парах наверх, к ней. Вдруг нужна его помощь? Но он взял себя в руки и остался на месте. Ирина не одобрила бы такой поступок. Она строго-настрого запретила ему вмешиваться до особого сигнала.

Николай пригнулся и посмотрел на окна третьего этажа. Свет горел. Значит, еще не время. Девчонка справляется. Его помощь ей не нужна. Сейчас не место эмоциям и порывам, пусть даже благородным. Можно все испортить. Единственная зацепка пойдет псу под хвост.

«Впрочем, этого следовало ожидать, – рассуждал Николай. – Парни, похоже, отчаянные. Ни перед чем не останавливаются. Но как оперативно работают! – Он опустил стекло и с шумом вдохнул ворвавшийся с улицы свежий воздух. – Связи у них отменные. Это бесспорно. Все схвачено. Без ментов они вряд ли бы вычислили бордель так быстро. Значит, теперь они знают все. И кто такая Ирина, и где ее искать. Будем надеяться, что она не сболтнула подругам мой адрес. В принципе не должна. Если только звонила еще раз, без меня. На всякий случай нужно поостеречься».

Дверь подъезда отворилась, и из нее выпорхнула Ирина. Через секунду она сидела в машине.

– Поехали! – весело бросила она.

Николай молча завел машину и вдавил педаль газа.

– Что-нибудь удалось узнать? – спросил он, отъехав на безопасное расстояние.

– Немного. – Ирина закурила. – Он работает охранником в фирме «Беркут». Я видела его удостоверение. И еще я нашла у него вот это, – она протянула Николаю маленький белый прямоугольник.

Не отвлекаясь от дороги, Николай взял его. Это была визитная карточка.

– Романов Виктор Михайлович, – прочел он. – ЗАО «Стрелец», генеральный директор.

Николай повертел визитку в руке и спрятал в карман.

– Это я прихватила в довесок, – Ирина вытащила из сумочки пачку банкнот зеленого цвета. – Здесь две тонны. Пусть думают, что работала клофелинщица. Я еще золота немного прихватила и часы его.

– Молодец. Посмотрим, что из всего этого можно извлечь. – Он притормозил и свернул на главную дорогу. – Покатаемся немного. Домой пока ехать рано. Там могут быть гости.

Ирина подавилась сигаретным дымом и закашляла.

– Почему ты так думаешь?

Николай пожал плечами.

– Я сказал, могут быть, – ответил он. – А рисковать я не хочу. И вообще, красавица, поехали-ка к Волге! Там кафешка есть неплохая, развеемся немного.

Ирине показалось, он что-то недоговаривает.

– Что-то случилась? – спросила она.

– Там поговорим, – уклонился от ответа Николай. – Посидим, поговорим.

Ирина не стала настаивать. Но нехорошее предчувствие змеей заползло в сердце и на протяжении всего пути не давало покоя.

Как ни долог июньский день, но и ему приходит конец. Небо, в течение дня менявшее свой цвет, становясь то ярко-голубым, то грязно-серым, потемнело. Невидимый художник щедрой кистью прошелся по нему черным. Город на несколько часов попал в плен к повелительнице тьмы, к мрачной богине с коротким именем Ночь.

Темно-синий джип «Тойота», несмотря на свои внушительные размеры, стал почти незаметен в наступившей темноте. Припаркованный в дальнем углу двора, под старым тутовым деревом, он терпеливо ждал свою жертву.

Пятеро мужчин в салоне, изредка перешептываясь, неустанно наблюдали за въездами во двор, узким промежутком между пятиэтажками и низкой замызганной аркой, ведущей на дорогу к заводу.

После двух часов томительного ожидания брюнет начал клевать носом. Усталость одолевала его. Он чувствовал, что вот-вот уснет. Подняв руку к глазам, брюнет включил подсветку и посмотрел на часы. Двадцать минут первого.

Он не спал уже вторую ночь. Если сегодня беглецов поймать не удастся, то завтра он будет ни на что не годен. Нет, так нельзя.

Потянувшись всем телом и сладко зевнув, он повернулся в салон.

– Вот что, бойцы, – скомандовал он. – Мы с Вадимкой сейчас слиняем, а вы сидите тут. Но только попробуйте мне пропустить их! Гланды вырву! Глядите в оба. Рано или поздно они подкатят. Их тачку вы знаете, номер А 930 ЕН. Но могут подъехать и на другой. Их фейсы у вас есть, так что глядите! Как только сцапаете их, сразу в тачку и звоните мне. Я на связи. Но по пустякам не беспокоить, ферштейн?

– Яволь! – сверкнул золотыми зубами водитель – скуластый киргиз с тоненькими усиками и бородкой в стиле «Арамис».

Брюнет вытащил телефон и быстро набрал номер.

– Зюка? Запоминай адрес: Брянская, дом два. Жду тебя здесь через двадцать минут... А мне плевать на твои проблемы! И вообще, заткни пасть, когда с тобой разговаривают! Мне нужна тачка, ферштейн? Все, жду! – Он оборвал связь и набрал другой номер. – Как дела в Покровске? – спросил он, услышав отзыв на том конце провода. – Хорошо... Если что, знаете что делать! Давайте, до связи.

Освещая дорогу светом фар, синяя «восьмерка» медленно ползла по ночному городу. До дома оставалось чуть больше двух кварталов, и Николай не спешил. Когда речь идет о жизни и смерти, любая ошибка может стать роковой, спешка ни к чему.

Николай пытался убедить себя в том, что его опасения необоснованны. Бандиты при всем желании не могли вычислить его. Ведь у них нет никаких, даже самых маленьких зацепок. Вот в том, что они устроили сейчас засаду в Покровске, у дома Ирины, он не сомневался. А у его дома вряд ли.

Ирина сидела молча, целиком погрузившись в себя. Николай хорошо понимал, что она сейчас чувствует, и старался не беспокоить ее. Пусть для начала оклемается. Слишком много ей пришлось пережить за последние сутки. Захочет, сама заговорит. А пока пусть отдыхает.

В ста метрах от дома Николай прижался к обочине и остановился. Въезжать во двор опасно. Необходимо сначала разведать обстановку.

– Посиди немного здесь, – попросил он девушку. – Если что, кричи как резаная.

Ирина ничего не ответила. Возможно, она не услышала его слов.

Легкой, кошачьей походкой Николай преодолел расстояние от машины до двора и затаился за видавшей виды садовой лавочкой.

На первый взгляд все было тихо и спокойно. Вокруг ни души. Но одна деталь привлекла его внимание – джип «Тойота», примостившийся на противоположной стороне двора, под тутовым деревом. Эта машина была ему незнакома. Во всяком случае, никому из жильцов окрестных домов она не принадлежала. Если только к кому-то приехали гости. В другое время Николай даже не посмотрел бы на нее. Но сейчас не тот случай.

Из окошка джипа вылетел окурок и, ударившись об асфальт, брызнул ярким снопом искр. Николай насторожился. Значит, в машине кто-то есть. Но кто? Может, какой-то пижон уединился здесь с подругой. Вполне возможно... Но Николай сердцем чуял – машина пришла по его душу.

Двор осветился ярким светом фар. Приехала еще одна машина. Теперь все сомнения Николая отпали. Серебристая иномарка «Пежо 410», автомобиль Зюкина. Он узнал ее сразу.

– Значит, оклемался, падла. – Николай на всякий случай приготовил пистолет. – Надо было тебе стрихнина подсыпать.

Зюкин остановил машину недалеко от джипа и заглушил двигатель. Из «Тойоты» вышли двое мужчин. Их силуэты даже в темноте показались Николаю знакомыми. Да, это были они, люди с дачи. Высокий брюнет и его юный подельщик. Они пересели к Зюкину. «Пежо», дав задний ход, развернулся и нырнул в арку.

– Никак пересменка. – Николай спрятал пистолет. – Мотать отсюда надо...

Ирина не спросила, почему они вместо того, чтобы идти домой и хоть немного отдохнуть после тяжелого дня, резко разворачиваются и уезжают в неизвестном направлении. Ей было не до этого. Девушка была в полной прострации. Николай видел это и не стал ничего объяснять.

«Как они смогли меня вычислить? – не понимал он. – Откуда? Где мы допустили промах?»

Но, несмотря ни на что, он не считал прошедший день неудачным. Можно даже сказать, что им повезло. Крупно повезло. Самым большим успехом этого дня было то, что они до сих пор живы.

ЧАСТЬ II

Это была самая беспокойная ночь в жизни Ирины. Легли они поздно, ближе к трем часам. Много времени ушло на поиски ночлега. Но, даже несмотря на сильную нервную и физическую перегрузку, уснуть сразу она не смогла. Тревожные мысли роились в голове, отгоняя покой и сон. Только после долгих мучений усталость взяла свое. Девушка провалилась в темную, населенную кошмарами и призраками бездну.

Перед ней всплыли образы подруг, убитых неизвестно кем и за что. Люся, Таня, Юля, Ксюша, Наташа, Алена стояли перед ней как живые. Они протягивали ей руки и звали к себе. Их лица озарялись счастливыми, безмятежными улыбками. Ирине вдруг захотелось плюнуть на все и идти к ним. Она сделала шаг. Еще один. Еще. Девушки одобряюще закивали.

«Ирина, иди к нам, иди. Ты осталась одна... Тебе будет плохо... Иди... иди... иди...» Ирина не слышала их голосов. Слова летели прямо в мозг. Она никогда раньше не знала, что умеет читать мысли.

– Остановись, дура, что ты делаешь?! – как выстрел прозвучал строгий окрик Николая.

Ирина остановилась, ей стало холодно и страшно.

Девушки жестом манили ее к себе.

«Иди, иди, иди к нам, – пульсировало в голове. – Тебе плохо... Иди!»

Ирина колебалась. Она не видела Николая, но знала, что он где-то рядом.

«Иди, иди, иди...»

Девушка сделала несколько неуверенных шагов.

– Стой! – закричал откуда-то Николай. – Стой, они убьют тебя!

Ирина застыла. В страхе она начала вертеть головой в разные стороны. Николая нигде не было.

«К нам, к нам, – стучало в висках, – к нам».

Ирина сжала голову ладонями и закричала что было сил. Ничего не получилось. Вместо крика из груди вырвался тоненький, комариный писк.

Ирина посмотрела на подруг. Их лица стали искажаться. Глаза закатились так, что виднелись одни белки. Кожа на лицах и руках быстро сморщилась и покрылась коричневыми пятнами. Губы окрасились в ярко-алый цвет крови. Девушки протянули к ней старушечьи руки с загнутыми желтыми когтями.

– Назад, беги! – кричал Николай.

Ирина развернулась, но не смогла сделать ни шага. Дорогу ей преградил охранник Игорь.

«Ты куда, золотце? – Он распростер в объятиях мощные руки. – Разве хорошие друзья так поступают? Ты загнала нас сюда, а сама хочешь сделать ноги? Не, так не пойдет».

– Оставь меня, оставь!!! – взвизгнула Ирина.

«Не, ну че ты в самом деле? – Широко расставив руки, Игорь стал приближаться. – Не надо так. Так нехорошо».

Откуда-то сверху послышались звуки выстрелов. Грудь Игоря превратилась в кровавое месиво. Но он словно не почувствовал этого. Он только запрокинул голову и громко рассмеялся. Из уголков его рта струйками потекла кровь.

Собрав все силы, Ирина нырнула ему под руку и бросилась бежать. Ноги не слушались. Она двигалась, как в замедленном в сотни раз кинопоказе. Сзади послышались тяжелые шаги Игоря.

– Коля!!! Помоги!!! – закричала Ирина.

Бесполезно. Крика опять никто не услышал. Прямо перед ней затормозила серебристая иномарка. Из открывшейся двери вышел высокий брюнет в светлом пиджаке.

– Привет, – он мило улыбнулся и поднял руку с пистолетом.

Ирина остановилась, не зная, что делать.

– Господи! Мамочка! Кто-нибудь! – запричитала она. – Помогите!

– Почему ты не слушаешь друзей? – Брюнет нажал на спусковой крючок.

Из ствола вырвался огненный столп и с чудовищной силой ударил ей в голову...

Ирина проснулась в холодном поту. Она сидела на узкой, покрытой белой простыней кровати и тяжело дышала.

– Господи, где я? – Ничего не понимая, девушка завертела головой, осматривая комнату. – Как я сюда попала?

Комната была похожа на номер в дешевой гостинице или на больничную палату. Две кровати с металлическим каркасом вдоль стен. Между ними допотопный стол с ободранной полировкой. На столе графин с водой и два стакана. Шкаф, зеркало, лампочка вместо люстры – вот и вся убогая обстановка маленького помещения. Если не считать пожелтевших от времени обоев на стенах и грязного линолеума на полу.

Уже давно рассвело, и в грязные, засиженные мухами окна щедрым потоком лились солнечные лучи.

Усилием воли Ирина заставила себя вспомнить события, предшествующие кошмарной ночи. Ей это удалось. Мягкое сиденье, теплый салон автомобиля. Сосредоточенный, чуть встревоженный взгляд Николая. Погрузившийся в темноту город и дорога, дорога, дорога... А потом этот мотель на Волгоградском тракте.

«Почему мы не остались ночевать у Николая? – недоумевала Ирина. – Зачем было менять уютную чистую квартиру на этот клоповник?»

Николай вчера ничего не объяснил. А может, она просто не слышала...

В это время дверь распахнулась и вошел Николай. В одной руке он держал сковородку с шипящим омлетом, в другой – погнутый в двух местах алюминиевый чайник. Он выглядел свежим и бодрым.

– Проснулась, красавица? – весело спросил он. – А что такая убитая? Ну-ка, носик выше, улыбку на личико, – он поставил завтрак на стол. – Перекусим маленько, и в бой!

Его задор начал понемногу передаваться Ирине.

– Мне бы сначала умыться. А лучше душ принять. Это возможно? – спросила она.

– Как ни странно, да, – ответил Николай. – Выходишь за дверь и сразу налево. Дальше прямо, предпоследняя дверь по правой стороне. Там сейчас никого нет. Только вот все остынет, – он ткнул вилкой в омлет.

– Ничего, я поем и холодный. А с полотенцем как?

– У тебя под подушкой, – Николай взял стакан и бросил в него пакетик чая, – входит в комплект белья.

Ирина откинула подушку и увидела небольшую, вчетверо свернутую тряпочку.

– Ладно, сойдет и такое, – вздохнула она. – Ну, я пойду?

– Иди, – кивнул Николай. – Я тогда начну без тебя? А то у меня желудок в дугу сворачивается.

– Не возражаю, – улыбнулась Ирина.

Когда девушка вернулась, Николай успел и позавтракать, и полностью одеться. Он сидел на кровати и настраивал маленькую японскую видеокамеру.

– Ешь и собирайся, – не глядя на девушку, сказал он. – Долго здесь задерживаться не будем, опасно. Нам вообще нельзя оставаться долго на одном месте. Мы должны действовать быстрее их. Иначе кирдык.

Ирина не стала возражать. Она понимала: Николай прав. Он знает, что делать, и его лучше слушаться. Бросив полотенце, она села за стол и придвинула к себе сковородку. Но спокойно поесть ей не дали.

В дверь тихонько постучали.

– Войдите! – крикнул Николай, не отрываясь от работы. – Открыто!

В комнате появился невысокий, грузный мужчина в розовой рубашке и черных джинсах, которые едва сходились на его необъятном брюхе.

На цыпочках, словно за ним следили из-за каждого угла, он прокрался к кровати и осторожно сел на краешек. Николай с Ириной с нескрываемым любопытством смотрели на него.

Мужчина вынул из заднего кармана брюк платочек и вытер им пот с лощеного, гладко выбритого лица.

– Извините, что беспокою вас, – шепотом начал он, – но дело, понимаете ли, очень важное и не терпит отлагательства. – Толстячок опасливо огляделся. – Понимаете ли, это, конечно, не мое дело, но... вы только поймите меня правильно. Мне неприятности ни к чему. У меня жена и двое ребятишек. Мальчик и девочка... Жена в силу сложившихся обстоятельств работать не может, и все тяготы семейной жизни легли на мои, к сожалению, не очень крепкие плечи. Эта гостиница – все, что у меня есть. Единственный источник доходов. А мне, понимаете ли, нужно кормить семью. Поднимать детей на ноги. Они у меня очень умненькие. Вы бы видели, такие очаровательные. Учатся в лицее. У них одни пятерки. Они – моя гордость...

– Бр-р-р, – замотал головой Николай. – Погодите, погодите. Из того, что вы сейчас сказали, я понял только то, что вы владелец этого бедлама. Так?

Мужчина вновь огляделся и провел платочком по затылку и шее.

– Вы меня совершенно правильно поняли, молодой человек. Я владелец этого, как вы соизволили выразиться, бедлама, Самуил Платонович Базельман. Только, конечно, для кого бедлам, а для кого...

– Стойте! – вновь перебил его Николай. – Вы владелец, это ясно. Ну а дальше что? Что вы от нас хотите? Или мы как-то не так себя ведем?

– Нет-нет, что вы! – замахал потными руками Базельман. – Господь с вами. Вы ведете себя очень достойно. Эх, если бы все вели себя так же, как вы... – Он смиренно приложил руки к груди и прикрыл глаза.

– Тогда что же? – Николай начал злиться. – Мы вам мало заплатили?

– Нет, нет, наоборот...

– Слушайте, Базельман, – потерял терпение Николай, – или вы скажете, в чем дело, или оставьте нас, пожалуйста, в покое.

– Сейчас, сейчас, – закивал Самуил Платонович, – я как раз за этим к вам пришел. Понимаете ли, в чем дело... Я человек наблюдательный, это у меня наследственное. В нашем роду...

Николай стукнул кулаком по столу. Он испытывал сильное желание схватить зануду за шиворот и выкинуть в окно.

– Так вот, – продолжил Базельман, – вы приехали вчера ночью на синей машине, «Жигулях», если не ошибаюсь, восьмой модели. У меня, знаете ли, пару лет назад была такая же...

– И что? – Николай нахмурил брови.

– Да, в сущности, ничего, но сегодня утром, буквально двадцать–двадцать пять минут назад, я смотрел с моей Руфь выпуск новостей. Мы с Руфь всегда смотрим новости. Люди все разные, у каждого свои причуды, традиции. Мы вот смотрим новости. И здесь не пустое любопытство, поверьте мне, молодой человек...

– Дальше!!! – не выдержал Николай.

– Ах да, да, простите, – Базельман вдавил голову в плечи. – Отвлекся. У меня иногда такое бывает. И в последнее время случается все чаще. Я от природы очень общительный человек, – он посмотрел на Николая и испугался. – Так, дальше, дальше. Дальше была рубрика криминальных новостей, – он замялся, подбирая слова. – Понимаете ли, это, конечно, не мое дело, но... но там говорили про вас и вашу машину. Номера называли те же, я проверил.

Николай глубоко вздохнул и, стараясь быть как можно более спокойным, произнес:

– И что же про нас говорили?

– Понимаете ли, не подумайте ничего плохого, – мялся Базельман. – Я, конечно, так не думаю... но... но вас обвиняют в убийстве, – он сам удивился, что смог выговорить это слово.

Базельман замолчал и, не переставая вытирать платочком пот с лица, терпеливо ждал своей участи. Ему было страшно, и он проклинал себя за то, что вообще пришел сюда, а не позвонил куда надо. Единственное, что придавало ему сил и уверенности, было то, что в коридоре, прижав ухо к двери, стоит его супруга. Он знал, что Руфь никогда не оставит пост и готова в любой момент закричать так, что поднимет на уши весь квартал и все ближайшие отделения милиции.

Да, Базельман мог бы позвонить куда надо. И первое его желание таковым и было. Но никогда не подводящая интуиция подсказала ему, что торопиться не стоит. Для начала нужно хорошенько прощупать почву. А вдруг удастся что-то с этого поиметь. В милицию позвонить никогда не поздно.

Николай встал с кровати и заходил по комнате. Ирина сидела бледная как полотно. Она так и не притронулась к завтраку.

– Вот, значит, как. – Николай остановился посреди комнаты и, сунув руки в карманы, повернулся к Базельману: – Слушай меня внимательно, Самуил Платонович. Мы сейчас собираемся и уезжаем отсюда, ясно? А ты забудь про то, что вообще видел нас. Нас здесь не было, понял?

Базельман развел руками и приторно улыбнулся.

– О чем речь, молодой человек, о чем речь?

Николай понял, что ему надо.

– Ира, дай сумку! – крикнул он девушке.

– Что? – Очнувшись от оцепенения, Ирина удивленно вскинула голову.

Николай сам подошел к ее кровати и взял сумочку.

– Вот, держи, – он протянул Базельману пачку зеленых банкнот. – Здесь тысяча долларов, надеюсь, это поможет тебе забыть нас навсегда.

– Конечно, молодой человек, о чем речь, – тот взял пачку, и она тут же исчезла непонятно куда. – Но, право же, это было лишнее.

– А теперь уходи отсюда. Видеть тебя не хочу, – не слишком любезно предложил Николай.

– Конечно, конечно, – Базельман вскочил и побежал к двери. – Удачи вам, молодые люди, поверьте, я очень хочу, чтобы вам повезло, даже...

– Вон!!! – рявкнул Николай.

Базельман исчез, словно его и не было. За дверью он схватил жену за руку и быстро повел ее подальше от опасной комнаты.

– Ты записала телефон? – спросил он на ходу.

– Конечно, а зачем он тебе теперь? – ничего не понимая, спросила она.

– Осторожность, милая моя Руфь, всегда была отличительным качеством нашей семьи. Кто знает, может, поэтому мы до сих пор ходим по этой грешной земле.

Проблему с транспортом удалось решить быстро. Владислав, рослый, широкоплечий парень, армейский друг Николая, не задавая лишних вопросов, предоставил им в пользование свою машину. Старенькую белую «Ниву». «Восьмерку» Николая он запер в гараж. И обещал не пользоваться ею ни при каких обстоятельствах.

– Не беспокойся, Гринев, здесь она, как в швейцарском банке, – заверил Владислав, пряча ключ от гаража в карман. – Сюда, окромя меня, никто носа не кажет.

– Спасибо, – поблагодарил Николай. – Если что, оставишь ее себе.

– Ты на что это намекаешь? – пробасил Владислав, грозно сдвинув густые брови. – Ты мне эти шутки брось, капитан.

Николай подошел к нему и крепко пожал руку.

– Да это я так, на всякий случай, – смутился он. – Вдруг я «Ниву» твою расколошмачу... Ну, еще раз спасибо, нам пора ехать, – он кивнул на стоявшую у «Нивы» Ирину.

– А это что за краля, если не секрет? – шепотом спросил Владислав, не выпуская руки Николая. – Герлфренд? Ладненькая...

– Что-то вроде того, – засмеялся Николай. – Ну все, пора нам.

– Бывайте, не буду вас задерживать, – Владимир похлопал друга по плечу. – А ты все тот же, командир, ничуть не изменился, – ни с того ни с сего, без всякой логики и смысла добавил он.

– Зато ты все растешь, – весело подмигнул Николай и побежал к машине.

Суровое лицо двухметрового гиганта расплылось в добродушной, почти детской улыбке.

– Кушать больше надо, капитан! – крикнул он вдогонку. – И чтоб на пользу шло! Это ты у нас на унитаз работаешь, – хихикнул он чуть слышно.

Николай больше не лихачил. Он ехал аккуратно, стараясь соблюдать все правила дорожного движения. Привлекать к себе внимание сейчас было совсем ни к чему. Стоит только попасть в поле зрения человека в серой форме и с полосатой палочкой, как можно ставить жирный крест на их дальнейшей биографии. Он понятия не имел, какое убийство на них повесили, но был уверен, что их фотографии прошли по всем подразделениям милиции.

– Ты не знаешь, в чем нас обвиняют? – словно прочитав его мысли, спросила Ирина. – В каком убийстве?

– Скорее всего, ни в каком, – пожал плечами Николай. – Это просто наколка для милиции. Перед ними поставили задачу – найти и задержать нас. Если у них это получится, нас, скорее всего, опросят, подержат немного для порядка, потом извинятся и отпустят.

– Но зачем тогда все это? – не поняла Ирина.

– Как зачем? – усмехнулся Николай. – Пока нас будут держать в «обезьяннике», наши «друзья» по своим хорошо отлаженным каналам узнают, в каком отделении мы находимся. И когда нас выпустят, они встретят нас у входа с распростертыми объятиями. Они же не знают, что у нас есть компрометирующие их материалы. Иначе не стали бы впутывать сюда милицию.

– Но, значит, надо сделать так, чтобы они узнали об этом! – высказалась Ирина. – А то ведь и вправду прихлопнут нас, как крыс, и даже фамилию не спросят.

– А ты хочешь, чтоб нас перед этим немного попытали? – Николай бросил на нее насмешливый взгляд.

– М-да... – Ирина задумалась. – Задачка не из легких... А тебе не кажется неразумным таскать с собой все это? – Она махнула рукой на заднее сиденье, где лежал рюкзак с пленками и кассетами. – Ведь стоит им поймать нас, как все окажется в их руках.

– Конечно, неразумно, – согласился Николай. – А что делать? У нас разве было время, чтобы припрятать это? Но не беспокойся, что-нибудь придумаем.

– Почему тот парень называл тебя капитаном? – сменила тему Ирина. – Это твое прозвище?

– Нет, – Николай посмотрел в зеркальце заднего вида, – я действительно капитан. Правда, бывший. А с Владиславом мы служили вместе.

– Где?

– Военная разведка.

– Ого... А сейчас что?

– Что, что – а ничто! Надоело... Восемь лет отбарабанил. Захотелось мирной жизни, хороших денег. Семью решил завести... но, как видишь, не все пошло как хотелось бы. С женой прожил всего год, и – по разным углам. Поторопился, наверное. Кинулся на первую попавшуюся. Думал, любовь с первого взгляда, а оказалось... – Он хлопнул ладонью по рулю. – На гражданке все оказалось гораздо сложнее. Но ничего, – он подмигнул Ирине, – я не отчаиваюсь. Придет время, и на моей улице перевернется фургон со «Сникерсами».

– Если нас не пристрелят через полчаса, – не разделила его оптимизма Ирина.

Николай замолчал и уставился на дорогу.

– Куда мы едем? – после долгого молчания спросила девушка.

– Попытаемся узнать что-нибудь о «Беркуте» и «Стрельце». Больше у нас пока ничего нет.

Самуил Платонович храбростью никогда не отличался. Скорее наоборот – он был трусоватым человеком. И перед тем как принять какое-либо мало-мальски ответственное решение, долго корпел над вопросом: «А не набьют ли мне за это морду?» Физической боли Самуил Платонович не переносил совершенно. В детские и последующие школьные годы он нередко служил предметом насмешек среди товарищей. Его дразнили хныкалой и нытиком, издевались как могли, никогда не принимали в свои игры. Но Базельман терпеливо сносил все. «Главное, чтобы морду не набили», – думал маленький Самуил и углублялся в изучение математики и химии. Постепенно на него махнули рукой и перестали обращать внимание.

Базельман окончил школу, доблестно откосил от армии, поступил в институт, занялся бизнесом. И все вроде бы пошло на лад. Он твердо следовал выработанным жизненным принципам – быть предельно осторожным и не шутить с огнем. До недавнего времени это ему удавалось. Вплоть до сегодняшнего дня. Сегодня все пошло наперекосяк. Потому что сегодня морду ему все-таки набили. Да еще как! Да еще кто!

Как всякий законопослушный гражданин, Базельман, выудив из жестоких убийц всю возможную пользу, заперся в служебной комнате и набрал записанный Руфью номер. Эффект был почти мгновенный. И самый неожиданный. Не прошло и пятнадцати минут, как в фойе появилась группа хорошо вооруженных людей. Один из них, высокий худощавый брюнет, судя по всему старший, подошел к Базельману и вежливо поинтересовался, не он ли только что звонил в милицию. Получив утвердительный ответ, брюнет схватил его за волосы и очень чувствительно ткнул лицом в стол. Удар был такой, что лежащее на столе стекло раскололось на части.

Базельман едва не лишился сознания. Брюнет поднял его голову и так же вежливо спросил, не подскажет ли он, где остановились убийцы и как их легче найти. Базельман выложил все как на духу. Ему совсем не хотелось еще раз проверить прочность своего стола, тем более что сейчас на нем лежали очень неприятного вида осколки. К счастью, брюнет не стал бить его головой об стол. Он просто схватил его за ворот рубашки и брючный ремень, приподнял, как мешок с навозом, и швырнул на покрытый дешевой плиткой пол. Базельману показалось, что его тело разлетелось на мелкие кусочки. А звук удара был таков, что на третьем этаже мотеля задребезжали окна.

– Я надеюсь, ты не обманываешь меня, Винни– Пух? – приятным баритоном спросил брюнет.

Его люди в это время, заперев в служебной комнате бедняжку Руфь, неслись к комнате ь 18.

Базельман был не в состоянии что-либо ответить. У него болело все. А больше всего нижняя челюсть. Как пить дать – перелом. Ему очень хотелось, чтобы милиционер-садист подумал, что он умер, и оставил в его покое. Но, увы, ничего не получилось. Самуил Платонович был плохим артистом. Ему было очень больно, и он стонал, как пробежавший стометровку бегемот.

– Их там нет, шеф. – Базельману показалось, что над ним зачитывают смертный приговор. – Ушли, наверное, через окно, больше неоткуда. Может, попробуем догнать?

– В машину все живо! – отчеканил брюнет.

Базельман почувствовал, как чей-то тяжелый ботинок врезался ему в ребра.

– Ладно, живи пока, Хрюндель! Но только вякни лишнего! Я тебя, гад, с того света достану! Ферштейн?

Базельман приподнял голову и, поливая кровью плитку, отчаянно закивал. Но бандитов рядом уже не было. Над ним склонилась растрепанная, насмерть перепуганная Руфь.

– Дорогой, может, милицию вызвать? – взволнованно спросила она.

– Нет!!! – заревел Базельман и потерял сознание.

День выдался на редкость жарким. От вчерашней непогоды не осталось и следа. Время только приближалось к полудню, а стрелка на термометре уже успела перевалить тридцатиградусный рубеж.

Старший лейтенант милиции, инспектор разрешительной системы Сергей Чернышов распластал на кожаном диване длинное худое тело и, обмахивая себя должностными инструкциями, тихо постанывал.

Окна и двери его кабинета были распахнуты настежь. А на столе вовсю трещал вентилятор. Но это нисколько не спасало от июньского пекла, и Сергею казалось, что он сейчас умрет.

На мокрой от пота форменной рубашке Чернышова, вытянувшись во всю длину, спал толстый хомячок кремового цвета. Ему тоже было невыносимо жарко. Крошечное тельце зверька пульсировало от непомерно участившегося дыхания, а из полуоткрытого рта время от времени высовывался красный вздрагивающий язычок.

– Толстый, слезь, пожалуйста, – попросил Чернышов. – Ты горячий, как кусок лавы. Мне и без тебя тошно. Ляг на диван, будь человеком.

Хомячок не был человеком и становиться им не собирался. Но Сергея он не послушался не из-за этого. Он просто был не в состоянии не только слезть с него, но даже перевернуться с живота на спину.

– Ну и хрен с тобой, – обиделся Чернышов и усиленно замахал листами.

Он постарался отвлечься и подумать о чем-нибудь приятном. Но ничего из этого не получилось. Все мысли были о жаре и о том, когда это кончится.

Тогда Чернышов уставился на висевший у чугунного сейфа плакат и стал в сотый раз изучать тактико-технические характеристики пистолета Макарова. Это тоже мало помогло. Но тут в его раскаленном мозгу возник милый, очаровательный образ Лены – вчерашней случайной знакомой.

«Елки-палки, – подумал Чернышов, – какое счастье, что я сошел вчера не на той остановке. И какое счастье, что она так удачно споткнулась и вывихнула ступню. Будем надеяться, что у нее сейчас все хорошо. После работы обязательно навещу ее. Интересно, а я ей нравлюсь?»

Чернышов оглядел свою нескладную, долговязую фигуру, узкие плечи и выступающие ребра. Представил вытянутое лицо с большим кавказским носом, жидкие русые волосы, веснушки и оттопыренные уши. Ему стало очень грустно. На какое-то время он даже забыл о жаре и перестал обмахиваться.

– Зато у меня отличное чувство юмора, – вслух прошептал он и вновь зашелестел инструкциями. – А еще я очень общительный. Лене это должно понравиться.

Его глаза мечтательно прикрылись, а на лице засветилась довольная улыбка.

– Ну, товарищ старший лейтенант, вы даете! – прогремел резкий незнакомый голос. – Совсем совесть потеряли!

Забыв про хомяка, Чернышов вскочил на ноги и вытянулся по стойке «смирно».

– Простите, а кто вы... – Глухой удар об пол не дал ему договорить. Он испуганно посмотрел под ноги. – О черт...

Хомячок лежал на животе, не подавая признаков жизни.

Чернышов присел на корточки и с негодованием посмотрел на вошедшего незнакомца.

– Ну зачем было так кричать? – пробурчал он. – Его смерть теперь на вашей совести.

Николай, анализируя случившееся, не нашелся, что возразить. Входя сюда, он никак не предполагал такого хода событий.

«Не хватало еще, чтобы меня обвинили в смерти какого-то куска шерсти», – подумал он, опускаясь рядом с Чернышовым.

– Может, все еще того... – невразумительно пробормотал Николай. – Может, она жива? Только так, ударилась маленько?

Чернышов посмотрел на него взглядом, исполненным справедливого гнева.

– Кто это «она»?! – спросил он, внимательно изучая незнакомца. – Что вы имеете в виду?!

– Как что... – Николай старался выбрать слово помягче, но ничего не получилось. – Ну, эта... крыса ваша.

– Крыса?!! – Если бы у Чернышова был с собой пистолет, он, несомненно, воспользовался бы им. – Крыса?!! – Он медленно поднялся во весь рост и жердью навис над Николаем.

– А кто это? – глупо спросил Николай и тоже поднялся.

– Да ты кто вообще такой?! – закричал Чернышов, переходя к активным действиям.

Наклонив голову, как бык на корриде, он закатил глаза и пошел на Николая, едва не наступив на хомячка.

– ФСБ, – Николай, как щитом, прикрылся фальшивым удостоверением. – Капитан Александров.

Чернышов остыл мгновенно. Он сжался настолько, насколько позволяла его нескладная фигура, и убитым взглядом уставился в пол.

Николай спрятал удостоверение.

– Я к вам вот по какому поводу... – начал было он.

– И все-таки не надо было так кричать... когда входили, – обиженно надув губы, проговорил Чернышов. – Он наверняка умер от испуга...

– Да клянусь вам, не видел я вашу крысу! – попытался оправдаться Николай. – Да и при чем здесь испуг? Она умерла от удара... Упала с большой высоты.

– Может быть. Но сначала он сильно испугался, – стоял на своем Чернышов. – На пол он упал уже мертвым. Или полумертвым. И вообще, это не крыса, это хомячок.

Николай смущенно кашлянул в кулак.

– Извини, – тихо сказал он. – Я в них не разбираюсь.

Чернышов попытался что-то сказать, но Николай не дал ему этого сделать:

– Вот что, старлей, у меня совершенно нет времени на всякую ерунду, – холодно заявил он. – Я и так задержался с твоей крысой больше, чем требовалось. Я пришел к тебе по серьезному вопросу – по вопросу, от которого зависит жизнь людей. И что же? Вместо того чтобы получить от тебя нужную информацию и продолжить выполнение задания, я стою здесь как дурак и выясняю разницу между крысой и хомяком. И ты, вместо того, чтобы оказать помощь и содействие, как требует устав, обвиняешь меня в предумышленном убийстве вонючего грызуна! Ты хоть понимаешь, что препятствуешь расследованию важного государственного дела?!

Чернышов стоял, боясь пошевельнуться. Он был чуть ли не на голову выше офицера ФСБ и оттого чувствовал себя еще более виноватым. Чтобы как-то смазать разницу в росте, Чернышов сильно сутулился, отчего со стороны напоминал гигантский вопросительный знак.

– Я вас внимательно слушаю, товарищ капитан, – прошлепал губами Чернышов. – С удовольствием помогу вам.

– Вот так уже лучше, – похвалил Николай. – У меня несколько вопросов, – он заложил руки за спину и зашагал по кабинету. – Скажи, старлей, частные охранные предприятия регистрируются у вас?

– Да, но только те, что открыты в нашем районе.

– Вы заводите на них какие-то карточки?

– Конечно, на каждую шарашку заводится отдельное дело... Вас интересует что-то конкретное?

– Фирма «Беркут», – немного помедлив, ответил Николай.

– Есть такая, – кивнул Чернышов, – все дела вон на той полке.

– Спасибо. – Николай повернулся и... застыл на месте. – Слушай, старлей, а где хомяк?

Чернышов метнул взгляд на пол. Хомяка там не было.

– Не знаю, – прошептал он. – Может, уже на небесах?

– У тебя от жары совсем крыша съехала, – Николай огляделся. – Вон он! Вдоль плинтуса бежит. Да вот же, под батареей.

– Толстый! Живой! – обрадовался Чернышов.

– Ну и отлично, – Николай почувствовал огромное облегчение.

После мнимой гибели зверька он испытывал угрызения совести и ему совсем не хотелось уходить отсюда с камнем на сердце. Он стал даже подумывать о том, как бы ему компенсировать милиционеру тяжелую утрату. Но, слава богу, все уладилось само собой.

– Значит, так, – Николай не смог сдержать улыбки, глядя на то, как Чернышов, согнувшись в три погибели, пытается схватить юркого зверька. – Лови пока своего защечника, а я посмотрю то, что мне надо.

– Ага, – отозвался Чернышов и стукнулся лбом о батарею.

Хозяйка особняка в Октябрьском ущелье неудобства от жары не испытывала. К ее услугам было все: и работающие в комнатах кондиционеры, и фонтаны в парке, и высокие раскидистые деревья, обильно дарующие благотворную прохладу в своей тени.

Девушка гуляла по парку и наслаждалась жизнью. Она хорошо выспалась и чувствовала себя полностью отдохнувшей. Ночью ей снилось что-то красивое и приятное, но что именно, она вспомнить не могла. Впрочем, и не пыталась. К чему перегружать нервные клетки. Она высоко ценила свое душевное равновесие и ежедневно большую часть времени посвящала укреплению духа. Занятия йогой, медитация, плавание в бассейне, музыка Вивальди и высокая поэзия – вот все, чем ограничивался круг ее интересов. Гармония духа и тела. Все остальное – тлен и суета.

Избегая прямых солнечных лучей, голубоглазая красавица безмятежно прогуливалась в тени экзотических деревьев с широкими, похожими на верблюжью лапу листьями. Стройная, крепкая, сильная, ее легко можно было принять за греческую богиню охоты Артемиду, осматривающую свои владения. Коротенькая, почти прозрачная, белая накидка еще более усиливала это сходство.

Девушка остановилась и, подняв с земли сухую ветку, стукнула ею по стволу дерева. Выждав немного, стукнула еще раз. Где-то недалеко послышался шорох листвы. Девушка улыбнулась и выбросила палку. Ее услышали. Кинг узнал ее и спешит навстречу.

Красавица спряталась за дерево.

«Интересно, найдет?» – мелькнула озорная мысль.

Густые ветви ближайших кустов раздвинулись, и на поляну вышел молодой пятнистый олень.

Лесной гость предстал во всей красе. Огненная шубка, обильно посыпанная белыми кругляками, ярко искрилась в пробивавшихся сквозь густую листву солнечных лучах. Каждый волосок испускал электрические струи и радужное сияние.

Не обнаружив хозяйку на привычном месте, олень замер. По стройному поджарому телу пробежала волна. Черные влажные ноздри тревожно зашевелились. Заостренные уши насторожились. Он поднял копыто и цокнул о землю.

Девушка за деревом, не выдержав напряжения, засмеялась.

Олень встрепенулся и высоко поднял украшенную тяжелыми ветвистыми рогами голову.

– Ну, ну, будет тебе, Кинг! – Девушка вышла из укрытия и подошла к зверю.

Олень зафыркал и ткнулся мордой в плечо хозяйки.

– Что, здороваешься? – спросила девушка, обнимая его за шею. – Ну, здравствуй, здравствуй. Я тоже по тебе соскучилась.

Кинг закрыл глаза и блаженно замер.

– Красавец, красавец мой писаный. – Девушка обошла его со всех сторон, похлопывая по широкой, упругой спине. – Настоящий король! Какие у тебя планы на сегодня? Ничего срочного нет? В таком случае, может, прогуляешься со мной, составишь мне компанию? А то мне скучновато.

Кинг тряхнул головой и повел носом.

– Не хочешь? – Девушка потрепала его по холке. – А что так? Ты сегодня не в духе?

Олень взбрыкнул и начал бить копытом землю.

– Да что с тобой? – Девушка оглянулась. – А, поняла... к нам кто-то идет, да?

Кинг зафыркал. Он явно что-то учуял и проявлял все признаки беспокойства.

– Не бойся, дружок, все нормально, – девушка ласково потрепала его за ухом, – это свои.

Из-за деревьев показалась фигура высокого мужчины в белоснежной рубашке с короткими рукавами и строгом черном галстуке.

«Как всегда, при параде, – подумала девушка. – Печет, как в микроволновке, а ему хоть бы хны».

Мужчина вышел на полянку и остановился в нескольких метрах от хозяйки. Скрестив руки на груди, он терпеливо ждал распоряжений.

Девушка глянула на него через плечо и приветливо улыбнулась.

Ее всегда восхищал этот сильный, сдержанный мужчина. Он был единственным человеком, кому она полностью доверяла. Преданный, надежный, как скала. Вдобавок ко всему он был настоящим эталоном мужской красоты. Олицетворением храбрости и отваги.

Копна золотистых волос над высоким лбом, иссиня-серые глаза. Ровные, чувственные губы, при случае легко принимающие властный изгиб, тяжелый подбородок с ямочкой. Такой облик мог быть у настоящего воина. Или любовника.

– Как у нас дела, Руслан? – спросила девушка, поглаживая мягкую шерстку на шее Кинга.

– В пределах допустимого. – Начальник охраны пробежал взглядом по едва прикрытой прозрачной тканью фигуре хозяйки и переключил внимание на вытянутую надменную морду Кинга.

– В пределах допустимого? – Девушка потерлась носом о щеку оленя. – Ты так считаешь?

Руслан смутился:

– Я что-то упустил?

Девушка хлопнула оленя по крупу:

– Иди, Кинг, погуляй. Нам с дядей поговорить надо.

Олень, ткнувшись несколько раз в ладонь хозяйки, гордо поднял рогатую голову и прошествовал к низкорослому кустарнику. Легко преодолев естественную преграду, он очутился в прохладной чаще и вскоре скрылся в тени деревьев.

– Ты хорошо знаешь этого парня, протеже Артака? – вернулась девушка к прерванному разговору.

– Хирурга? – уточнил Руслан.

– Не знаю, как вы там его называете, но я имею в виду того высокого черноволосого выскочку, которого ты ко мне привел.

– Ну да, Хирурга, – кивнул Руслан. – Конечно, знаю, он несколько раз работал на нас. Причем весьма успешно. Босс ни разу ни в чем не упрекнул его.

Девушка прикрыла глаза и потянулась всем телом.

– Может быть, и так, – выдала она, – но мне он почему-то не внушает доверия.

– В чем именно? – Руслан насторожился.

– Слишком жестокий, – ответила девушка. – Не знаю, не нравится он мне. Ему поручили простое задание. Устранить одного человека. Одного, Руслан, заметь! А он что делает? Мало того, что перестарался на даче, так еще и умудрился сделать это так, что его заметили. А эти несчастные девушки... Ну зачем было убивать их? Они что, и так бы все не рассказали?

– Он заботится о нашей безопасности, – пожав плечами, ответил Руслан. – Избавляется от опасных свидетелей.

– Ты так думаешь? – засомневалась девушка. – А мне кажется, он выходит за рамки дозволенного. Как бы и мы не стали для него опасными свидетелями. Уж слишком он самостоятельный и независимый.

– Что вы имеете в виду?

– А то, что тебе не мешало бы последить за ним. – Девушка нагнулась и сорвала красивый желто-синий цветок. – Вполне возможно, что он представляет для нас гораздо большую опасность, чем свидетели, которых он преследует.

– Если быть откровенным, – согласился Руслан, – мне тоже так кажется. Вот только... он нравится боссу.

Девушка улыбнулась.

– О пристрастиях босса можешь не беспокоиться. Это я беру на себя. А в остальном ты знаешь, что делать. Только не переусердствуй, – предостерегла она. – Пока лишь понаблюдай. В активные действия вступай только в случае крайней необходимости. Если почувствуешь реальную угрозу. Ты меня правильно понял?

– Вы были глупым неразумным созданием, хозяйка, когда вас поручили моим заботам. С тех пор я научился понимать вас с полуслова.

– Тогда действуй, Руслан, – ответила польщенная девушка. – Я знаю, ты справишься. Ты никогда не подведешь меня, ведь так?

Руслан не ответил, он только улыбнулся и исчез так же быстро и бесшумно, как и появился. Но по этой улыбке девушка поняла: Руслан костьми ляжет ради ее спокойствия и безопасности.

Ирина, свернувшись калачиком, мирно дремала на заднем сиденье «Нивы», когда дверца открылась и в машину сел Николай. Ирина резко вскочила.

– Не бойся, это я, – успокоил ее Николай. – Все нормально?

Ирина кивнула.

– Тогда поехали.

Старушка «Нива» жалобно заурчала и заглохла.

– Черт, – Николай еще раз повернул ключ зажигания.

После нескольких неудачных попыток «Нива» сдалась. Автомобиль выкатился на дорогу и повез беглецов к выезду из города.

– У меня в Дубках дружбан обитает, – объяснил Николай, – отсидимся пока у него. Там видно будет.

Ирина не возражала.

– Есть что-нибудь новенькое? – перевела она разговор на волновавшую ее тему.

– Трудно сказать, – ответил Николай, внимательно следя за дорогой. – Про «Беркут» я узнал. Это обычная частная охранная фирма. Штат всего-навсего двадцать человек. Охраняет сеть аптек «Эскулап», фармацевтическую фабрику «Стрелец», занимается инкассацией. Учредитель – торгово-промышленная корпорация «Млечный путь». У этой компании, кстати, есть еще одна охранная шарага, называется «Скала». Здесь парни покруче. Занимаются перевозкой грузов, охраняют банк «Титан», офис «Млечного пути» и несколько загородных особняков. Вот и все. Так что, пока у нас нет ничего конкретного. Эти фирмы ни в чем криминальном не замечены. А то, что Виталий Зюкин связан с ними, тоже ничего не доказывает. Можно, конечно, предположить, что Холостов наступил на хвост «Млечному пути» и бойцы из «Беркута» или «Скалы» свернули ему шею. Но возможно и то, что он и думать не думал ничего плохого об этих конторах. Шлепнуть его мог кто угодно. Мало ли врагов у налогового инспектора.

– Значит, надо искать дальше! – заявила Ирина.

– У тебя есть что-то конкретное? – улыбнувшись, спросил Николай.

– Нужно выходить на «Млечный путь». Или на эту фабрику, как ее там, «Стрелец», что ли? Аптеки, банк...

– Тебя послушать, так у нас куча возможностей, – Николай покачал головой. – Так просто интересоваться этими заведениями мы тоже не можем. Если они и вправду замешаны в убийстве Холостова, а мы будем совать нос в их дела, то нас очень быстро вычислят. И не забывай, нас еще и милиция разыскивает.

– Нам больше ничего не остается, – не отступала Ирина. – Сам говорил, мы не можем сидеть сложа руки. Будем действовать осторожно.

– А ты смелая, – улыбнулся Николай.

– А ты сам-то не испугался идти сейчас в милицию? – спросила Ирина. – Тебя ведь могли схватить прямо там.

– Маловероятно, – возразил Николай. – Если бы «разрешиловка» находилась в самом отделе, ясное дело, я бы туда не сунулся. А так... Занимает полуподвальное помещение в общаге строительного техникума. Да и розыском-то они особо не занимаются, – он засмеялся. – Ты бы видела этого инспектора... Такое чудо!

– А что такое? – улыбнулась девушка.

– Как-нибудь расскажу, – он перестроился в правый крайний ряд и остановился у обочины. – Вот, кстати, посмотри направо. Это одна из целой кучи эскулаповских аптек. Их по городу штук двадцать, если не больше.

Ирина посмотрела в окошко. Перед ними возвышалось высотное здание, весь первый этаж которого был выполнен в бело-зеленых тонах. Над входом золотыми буквами сияла надпись «Эскулап», украшенная с двух сторон традиционными символами – крестом и чашей со змеей.

– Я зайду! – Ирина подняла переднее сиденье с явным намерением выйти из машины.

– Что ты хочешь узнать? – спросил Николай.

– Кому принадлежат эти аптеки.

– И как ты собираешься это сделать?

– Уж кому, как не тебе, должно быть известно, что во всех подобных заведениях на самом видном месте висят лицензии и прочие документы, в которых указано название или имя хозяина.

– Ха, кому, как не мне, – усмехнулся Николай. – Интересно, с какой стати? Не поверишь, но мне это как раз и неизвестно. Ни в налоговой, ни в торгинспекциях я не работаю. Впрочем, иди, – разрешил он. – Может, и вправду что узнаешь...

Первое, что привлекло внимание Ирины в аптеке, был пост охраны, расположившийся в углу помещения недалеко от входа. Охранник, молодой плечистый парень с тяжелыми надбровными дугами и почти квадратной нижней челюстью, не обратил на нее никакого внимания. Блюститель порядка целиком погрузился в разгадывание кроссвордов, кипой лежащих у него на столе, и не замечал ничего и никого вокруг.

Девушка прошлась по аптеке, осмотрела витрины с таблетками и пузырьками, чуть задержалась у стенда с лицензиями и сертификатами и вышла на улицу.

– Ну и как? – спросил Николай, открывая ей дверцу.

– Так, как мы и предполагали: аптека принадлежит корпорации «Млечный путь».

– Но это еще ровным счетом ничего не значит, – подумав, ответил Николай. – Нужны более веские доказательства. И, мне кажется, я знаю, где их можно получить, – он многозначительно посмотрел на Ирину. – Поехали?

Едва девушка вышла из аптеки, охранник, все это время незаметно наблюдавший за ней, отложил в сторону кроссворды и достал из ящика стола полученные накануне по факсу фотографии. На одной из них был изображен мужчина лет тридцати пяти. А на другой... Страж вгляделся повнимательней. Да, это была та самая девушка.

Молодой человек вскочил и подбежал к окну. Он успел вовремя. Девушка садилась в видавшую виды белую «Ниву». Недолго думая, юный «Беркут» достал из кармана блокнот с ручкой и записал номер автомобиля. «Надеюсь, хоть небольшую премию мне эти жмоты дадут», – подумал он и зашагал к двери с надписью «Администратор».

Как ни старался Николай ехать осторожно, не выделяясь в общем потоке движения, инспектор ГИБДД из всей массы автомобилей, двигавшихся из Тарасова в направлении поселка Дубки, выбрал именно его.

Резкий свисток, взмах полосатой палочки, и сердце Ирины забилось, как попавшая в западню птица.

Николай, в отличие от нее, остался спокоен, во всяком случае, внешних признаков тревоги не проявил.

Белая «Нива» прижалась к обочине и остановилась.

– Сиди тихо и не дергайся, – прошептал он, доставая документы и опуская окошко. – Все будет, как в танке.

Он вытащил из бардачка пистолет и спрятал его под сиденье. В окошке обозначилась опоясанная белой портупеей милицейская форма. Лица инспектора Ирине видно не было. Она разглядела лишь круглую красную бляху с надписью «ГИБДД» на его груди.

– Старшина Волгин, – представился милиционер. – Предъявите, пожалуйста, документы.

– Одну минуту, – Николай вышел из машины.

О чем они разговаривали, Ирина не слышала – мешал шум машин и игравшая в салоне музыка. Но за те неполные две минуты, что Николая не было, она успела передумать все. Воспаленное воображение рисовало перед ней самые страшные картины. Она уже видела себя в наручниках. Перед ней мелькали дула автоматов, лаяли злобные овчарки, кричали конвоиры. И за всем этим маячило наглое, самодовольное лицо высокого брюнета.

К счастью, ничего ужасного не произошло. Николай вернулся целым и невредимым, но слегка взволнованным.

– Что-то не так? – тихо спросила Ирина.

– Не знаю, – Николай привалился лбом к рулю. – Этот хмырь забрал документы и попросил подождать минут пятнадцать. У них, видите ли, операция «Вихрь – антитеррор», поэтому они проявляют бдительность и осторожность. В общем, черт знает что! Не нравится мне это.

Ирина, отвернувшись к окошку, нервно грызла ногти.

– Сама подумай, – не успокаивался Николай, – если у них и вправду повышенная бдительность, почему они тогда не проверили машину, не обыскали нас, в конце концов? Нет, что-то здесь не так... Слава богу, я не стал козырять своей корочкой, – он вытащил пистолет и, передернув затвор, вернул его на место. – Если что, придется отстреливаться. Попадаться к ним нам нельзя ни в коем случае.

– Ты с ума сошел! – испугалась Ирина. – Посмотри, сколько их здесь! И у них автоматы. Да они в две секунды из нас решето сделают. Нет уж, лучше делать все, что они скажут. Не забывай, у нас есть доказательства, и кто знает, на чью сторону встанет милиция, увидев их. Там ведь тоже не только продажные сволочи работают.

– Ладно, время покажет, – махнул рукой Николай.

По выражению его лица Ирина поняла, что ее слова подействовали должным образом.

Через двадцать минут к ним подошел инспектор и, вернув документы, как ни в чем не бывало пожелал счастливого пути.

Боясь, что он может передумать, Николай завел машину и, не теряя времени, выехал со стоянки КПП.

– И все-таки что-то здесь не чисто, – высказался он, отъехав от поста и вывернув на загородную трассу. – На кой хрен, скажи мне, они целых двадцать минут продержали нас!

Ответ на этот вопрос он получил довольно быстро. Не проехали они и трех километров от Тарасова, как за ними прочно увязался уже знакомый «Пежо 206».

– Видала? – спросил Николай, кивнув на заднее стекло.

Ирина оглянулась и едва не лишилась чувств.

Серебристая иномарка шла плотно, след в след, соблюдая небольшую дистанцию.

– Это они? – убитым голосом спросила она.

– А кто же? – хмыкнул Николай.

Впереди показался поворот на Дубки, но Николай уже не собирался туда ехать. Впрочем, ему и не дали бы этого сделать. Со стороны Дубков выехал тяжелый темно-синий джип «Тойота» и, включив аварийные сигналы, преградил дорогу.

Николай затормозил. «Пежо» остановился чуть позади.

– Мамочка, – прошептала Ирина побледневшими губами. – Это конец... Они убьют нас, да?

Николай не ответил, он что-то лихорадочно прикидывал в уме.

Джип вывернул вправо и сдал немного назад, освобождая таким образом проезд для других участников движения. «Нива» оказалась зажатой в тиски.

Из «Пежо» вышел высокий брюнет, одетый, несмотря на жару, в пиджак и джинсы и, цинично махая белым платочком, подошел к ним.

– Здравствуйте, господа, – вежливо поздоровался он, наклонившись к окошку. – Вы не представляете, как я рад нашей встрече. Знали бы вы, на что мне пришлось пойти, чтобы увидеться с вами...

– Зато мы не испытывали никакого желания лицезреть твою морду, – грубо прервал его Николай.

– Ну, зачем вы так? – напустил на себя обиженный вид брюнет. – Разве можно так общаться с парламентером?

– Что тебе нужно? – процедил Николай, не глядя на него. Он внимательно всматривался в тонированные стекла джипа, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть за ними. В правой руке, спрятанной за сиденьем, он сжимал рукоятку пистолета.

– Нужно мне немногое, – ответил брюнет. – Всего-навсего поговорить.

– Мы тебя слушаем. – Николай перевел взгляд в зеркальце, на стоявший позади «Пежо». В машине, кроме водителя, сидел еще кто-то, кажется, тот парнишка с дачи.

– Давайте не здесь. Тут нам могут помешать, – брюнет повел рукой вокруг себя. – Машины ездят, суета и все такое.

– А что ты предлагаешь? – Николай взглянул на Ирину. Девушка явно не в себе. Как бы не натворила чего.

– Следуйте вот за этим джипом. Он, как клубок из сказки, приведет куда надо. А мы поедем за вами.

– Приведет нас туда, куда надо вам, так?

Брюнет одобрительно кивнул.

– А если мы не поедем?

Киллер засмеялся.

– Вот этого я вам не советую. Поверьте, в ваших интересах слушаться меня, – он взмахнул платочком.

Задние дверцы джипа открылись, и Николай с Ириной увидели двух молодых бритоголовых людей. Парни целились в них из автоматов.

– Впечатляет? – спросил брюнет. – Учтите, такие же игрушки есть и в моей машине. Так что если вы хотя бы попытаетесь свернуть в сторону, то гарантирую: вас не сможет опознать ни одна судебная экспертиза. Ферштейн?

Николай промолчал.

– В таком случае вперед! – Брюнет махнул рукой джипу и направился к своей машине. – И запомните, шуток я не переношу!

Дверцы джипа закрылись, и он не спеша выехал на полосу. «Нива» и «Пежо» тронулись следом.

Через несколько секунд кортеж набрал скорость и легко помчался по автостраде.

На протяжении всего пути в «Ниве» царила гнетущая тишина. Ирина прекрасно понимала всю серьезность положения, в котором они оказались, и не задавала лишних вопросов. Но, как ни странно, присутствия духа она не теряла. Ей почему-то казалось, что не все еще потеряно, что они выкарабкаются. Во всяком случае, не дадут так просто себя убить.

«Эти твари слишком самоуверенны, – думала она. – Но они уже допустили одну непростительную ошибку – забыли про пистолет. А ведь это пистолет их товарища. И они не могли не знать, у кого он сейчас находится».

Ирина достала сигареты и закурила. Она вспомнила, как легко Николай расправился с длинноволосым громилой. «Интересно, где он этому научился? Ах да, он же служил в военной разведке. Знать бы еще, что это такое».

С правого борта джипа замигал поворотник. Ирина посмотрела в окошко. От главной трассы в сторону уходила дорога. Мелькнул указатель с названием населенного пункта. Девушка не успела прочитать какого. Джип повернул. «Нива» и «Пежо» последовали его примеру.

В салоне «Пежо» было весело. Брюнет был в прекрасном настроении. Он шутил, травил анекдоты, смеялся. Зюкин и Вадим вторили ему. Еще чуть-чуть, и операция завершится. Можно будет спокойно отдохнуть. Расслабиться с выпивкой и девочками. Премиальные должны быть щедрыми. Хватит надолго.

– А почему мы не пристрелили их сразу? – спросил Вадим. – Там, у Дубков?

Брюнет ослепительно улыбнулся.

– Слишком просто, Вадимка. Столько крови они мне попортили, а ты хочешь, чтобы я позволил им легко умереть? Ну уж нет, сначала они мне ответят за все! Кроме того, мы ведь не знаем, что им известно. Улавливаешь?

Вадим кивнул.

– Крути баранку, Зюка! – Брюнет весело хлопнул водителя по плечу. – Сегодня оторвемся на всю катушку!

...Николай прибавил газу вслед за набравшим скорость джипом.

– Вот что, красавица, – обратился он к Ирине, – постарайся незаметно перелезть на заднее сиденье и ляг на пол. Чую, скоро начнется самое интересное. – Он пристегнул себя ремнем безопасности и сунул под бедро пистолет.

Ирина послушно перелезла назад.

– Лежи и не высовывайся, – попросил Николай. – Главное, ничего не бойся. Все будет, как в танке.

– Я знаю, – прошептала Ирина.

Они проехали еще километров десять, когда девушка почувствовала, что машина останавливается.

– Кажется, приехали, – услышала она голос Николая. – Лежи смирно.

Он остановил «Ниву» метрах в двадцати от джипа. «Пежо» остановился примерно на таком же расстоянии сзади.

Николай не стал глушить двигатель. Он опустил руки, чтобы убийцы не могли видеть, что он делает.

Дверцы джипа открылись, и из него вышли двое мужчин с автоматами.

«Значит, там еще водитель», – подумал Николай, нажимая на сцепление.

Парни сделали несколько шагов по направлению к «Ниве» и остановились.

Из «Пежо» вышел брюнет и, улыбаясь, помахал Николаю, приглашая его выйти на «беседу».

Николай незаметно включил заднюю скорость и вытащил пистолет.

Из «Пежо» вышел еще один человек. Николай узнал его. Это действительно был мальчишка с дачи.

– Мы ждем вас! – крикнул брюнет, раскинув руки. – С большим нетерпением!

– Сейчас дождешься, – проговорил Николай и вскинул руку.

Четыре выстрела слились в один. Ирине показалось, что у нее лопнули барабанные перепонки. Лобовое стекло «Нивы» стало похоже на гигантскую паутину.

– Держись!!! – закричал Николай, отпуская сцепление и вдавливая в пол педаль газа.

Взвизгнув шинами, «Нива» задним ходом рванула с места. И почти в ту же секунду влетела в сверкающий на солнце серебристый «Пежо». Осколки разбитого заднего стекла посыпались на сиденье и лежащую на полу девушку. Ирина вскрикнула.

Николай переключил передачу, и машина понеслась вперед.

– Только не подведи, старушка, – пробормотал он, ударяя по педалям и выкручивая руль до отказа.

«Нива» развернулась почти на месте и застыла. Николай поднял пистолет и выпустил остаток обоймы в сторону «Пежо». Больше им никто не мешал.

– Ты цела? – Николай включил скорость и направил измятый автомобиль к главной трассе.

– Не знаю, кажется, да, – откликнулась Ирина.

– Значит, все в порядке, – улыбнулся Николай, расслабленно откидываясь на сиденье.

Опираясь на руки, брюнет тяжело поднялся. Все произошло так быстро, что он даже не понял, как оказался на обочине. Он внимательно осмотрел и ощупал себя. Вроде все цело. Серьезных повреждений нет, только голова болит сильно. Падая, он ею сильно ударился. Наверное, сотрясение. Но это пустяки. Он вышел на дорогу. С остальными дело обстояло гораздо хуже. Разбитый вдребезги «Пежо» в ближайшее время ездить, похоже, не сможет. Из открытой дверцы автомобиля свесилось тело Зюкина. Ему уже ничто не могло помочь. Рядом лежал Вадим с простреленной головой. Чуть в стороне «отдыхали» еще двое. С ними тоже все было ясно.

От джипа с автоматом наперевес к нему бежал водитель, киргиз.

– Шеф, все убиты, – тяжело дыша, проговорил он, – никого не осталось.

Его побледневшее лицо перекосилось от страха.

– Что делать?

– Что делать? – переспросил брюнет. – Ты меня спрашиваешь?! – Он схватил парня за грудки и закричал ему в лицо: – В машину, придурок!!! Догнать их надо! Вот что делать!

– Догоним, командир, догоним, – замотал головой водитель.

Брюнет оттолкнул его и побежал к машине.

Джип в стычке не пострадал нисколько и поэтому, быстро развернувшись, легко помчался за успевшими скрыться из виду беглецами.

До трассы доехали быстро.

– Налево! – скомандовал брюнет. – Они наверняка поехали в город!

Киргиз послушался. Джип занесло и едва не швырнуло в кювет. Только чудом водителю удалось удержать машину.

– Быстрее! Быстрее! – кричал брюнет в бешеном азарте.

Джип с ревом взлетел на кочке и, пролетев несколько метров, приземлился на колеса с диким грохотом. Брюнету показалось, что машина разлетелась на части. Но водителю и на этот раз удалось справиться с управлением и вновь набрать скорость.

Впереди замаячила белая «Нива».

– Вперед!!! – заревел брюнет.

Старенькой битой «Ниве» было тяжело тягаться с мощным джипом. Расстояние между машинами быстро сокращалось.

По мере приближения к городу машин на трассе становилось все больше и больше. И это несколько затрудняло преследование.

Николай выжимал из «Нивы» все, что было можно. Двигатель ревел, как реактивный самолет, и казалось, машина вот-вот взлетит. Лежа на полу, Ирина обеими руками вцепилась в переднее сиденье и горячо молила бога о спасении.

Ловко вильнув, джип обогнал несколько машин. Теперь «Нива» была прямо перед ним. Еще секунда, и он уже идет бок о бок.

Николай увидел, как окошко внедорожника опустилось и из него высунулось дуло автомата.

Впереди обозначился поворот. Но Николай не сбавил скорости, стараясь уйти от преследователя. В этот момент из-за поворота выскочил «КамАЗ». Отчаянно сигналя, он несся прямо на них. Николай, пытаясь избежать столкновения, резко вывернул руль. «Нива» проскочила впритирку с самосвалом. Джипу повезло гораздо меньше. Удар пришелся по левому борту. Внедорожник завертелся на месте и вылетел с дороги. Перевернувшись через кузов несколько раз, он застыл на месте вверх колесами.

Водитель «КамАЗа» все же сумел справиться с машиной и выехал на обочину по другую сторону дороги, протаранив посадки.

– Круто! – прокомментировал Николай, посмотрев в зеркальце заднего вида.

Он успел заметить, как из покореженного джипа выполз мужчина в светлом пиджаке и, поднявшись на ноги, побежал к дороге, сильно прихрамывая.

– Ты не поверишь, но нам опять повезло, – засмеялся Николай, поворачиваясь к Ирине. – Можешь вылезать. Теперь они нам не страшны.

Ирина села на сиденье и посмотрела в разбитое заднее стекло. То, что она увидела, не могло оставить ее равнодушной. В небо взметнулся яркий столб пламени, и почти тут же до них донесся оглушительной силы взрыв.

– Ни хрена себе! – поразилась девушка.

– Неплохой фейерверк, – согласился Николай. – Надеюсь, теперь они от нас отстанут.

Со стороны города послышался вой милицейских сирен.

Над городом уже сгустились сумерки, когда к ветхому общежитию пединститута подкатил мотоцикл «ИЖ-Юпитер-5».

– Ну, здесь-то нас точно никто не найдет, – усмехнулась Ирина, спрыгнув с сиденья и осмотрев здание дореволюционной постройки. – Тут вообще кто-нибудь живет?

– Раньше жили студенты, – ответил Николай, – сейчас общага в аварийном состоянии. Но несколько семей сюда все же заселили. Временно, конечно. Плюс вахтеры.

– А нас пустят?

– Должны пустить. Свободных комнат здесь полно, а деньги у нас есть. Условия не ахти какие, но переночевать можно. Ну, ладно, красавица, стой пока тут, а я сгоняю на берег Волги. Это недалеко.

– Зачем? – удивилась Ирина.

– Как зачем? Нужно же избавиться от этого драндулета. Не хватало еще, чтобы нас поймали из-за него.

Ирина улыбнулась. После того как они бросили «Ниву» где-то за городом, Николай умудрился угнать мотоцикл. Хозяин-разиня припарковал его у магазина оргтехники и исчез на добрых полчаса. Ирина терпеть не могла мотоциклы, но выбора не было. Пришлось полдня просидеть, вцепившись в спину Николая, и слушать рев двигателя.

– Я тут вот что подумала, – закуривая сигарету, сказала она, – а Владислава мы не подставили? Ведь «Ниву» найдут в самое ближайшее время. Если уже не нашли. У милиции будет к нему немало вопросов.

– Не беспокойся, – Николай надел шлем. – Я звонил ему из магазина и посоветовал, чтобы он немедленно заявил в ментовку об угоне машины. Так что ему, вдобавок ко всему, ее еще и вернут. Правда, помятую немножко... Ну, ничего, компенсирую со временем. Ладно, жди меня, я быстро. Приеду, поговорим с вахтером и на боковую. Отдохнуть надо. А то устал я что-то сегодня, как папа Карло. – Он включил фару и завел двигатель. – Ты, главное, ничего не бойся!

Окутав ее облаком выхлопных газов, мотоцикл выскочил на дорогу.

Высоко подпрыгнув, капитан налоговой полиции Виктор Соколов принял мяч на грудь и ловко сбросил его себе под ноги. Два игрока команды-соперника, милиционеры из УВД области, незамедлительно кинулись ему наперерез. Но Виктор, разгадав их намерения, красиво ушел в сторону и, оставив футболистов в бело-голубой форме с носом, устремился к воротам. В считаные секунды протаранив оборону милиционеров, он оказался в штрафной площадке и, не замедляя хода, нанес сокрушительный удар по воротам. Мяч смачно «поцеловал» штангу и отлетел, к величайшему удовольствию Виктора, прямо в ноги его коллеги. Времени на обработку летящего со скоростью снаряда мяча у парня не было, и он просто подставил ногу.

Вратарь милиционеров, не успевший подняться после стремительной атаки Соколова, ничем не смог помочь своей команде. Мяч пролетел точно над ним и заметался в сетке.

Соколов победно вскинул руки и побежал поздравлять удачливого напарника. Немногочисленные болельщики дружно зааплодировали.

Налоговики, обрадованные блестящим голом, помчались вдоль кромки поля, и вскоре у центральной линии образовалась веселая галдящая куча-мала.

Радоваться действительно было чему: забитый на последних секундах матча гол стал решающим и принес команде Управления налоговой полиции победу – 3:2. Неплохой результат, если принять во внимание то, что после первого тайма милиционеры вели 2:0.

Но отпраздновать победу с друзьями у Соколова не получилось. Все испортил его старый приятель Николай Гринев. Забежав в раздевалку, он жестом отозвал Виктора в сторону. Одного взгляда на загадочное лицо фотографа было достаточно, чтобы понять: ничего хорошего сегодня не предвидится. Разве что очередная порция приключений на собственную задницу.

– Есть дело, – только и сказал Николай. – Срочное.

– Ты очумел, Гринев? – зашипел полицейский. – Тебя же ментовка разыскивает, за мокруху, между прочим.

Николай приложил указательный палец к губам.

– Тихо, все подробности потом, на улице.

Соколов обреченно вздохнул и, покидав в сумку вещи, вышел из раздевалки вслед за назойливым папарацци.

Ирина сидела на лавочке в небольшом скверике на привокзальной площади. Девушка с наслаждением курила сигарету и внимательно следила за центральным входом на стадион «Локомотив». Николай исчез там минут десять назад и пока не появлялся.

Ирина сладко потянулась. Часы на здании железнодорожного вокзала, возвышавшегося справа от нее, показывали десять утра, но уже начинало припекать. Небо было ясное и чистое, без единого намека на облачко, и грядущий день обещал чудовищную жару.

Ирина нагнулась и потушила сигарету об асфальт.

– А все не так уж и плохо, как казалось, – улыбаясь, произнесла она и отбросила окурок в урну.

Девушка была довольна. Впервые за последние дни она по-человечески выспалась. Усталость все-таки взяла свое. Ирина вырубилась мгновенно и проспала до самого утра без кошмаров и жутких видений. Даже толпы голодных тараканов, без устали снующих по общаге, не смогли помешать ей.

Сейчас, греясь на солнышке и ожидая Николая, она чувствовала себя заново рожденной. Вчерашний, так неожиданно завершившийся день вернул ей спокойствие и подарил надежду на благоприятный исход. Девушке стало казаться, что ее давняя мечта порвать с прошлым и начать новую жизнь может в самое ближайшее время воплотиться в реальность. Она даже не представляла, насколько серьезна история, в которую попала, и как много еще предстоит сделать, прежде чем удастся выпутаться из нее.

Из открытых ворот стадиона вышел Николай. Рядом с ним с большой спортивной сумкой через плечо шел еще один мужчина. Среднего роста, с вьющимися светлыми волосами и красным, как у рака, лицом. Парень, похоже, только что с тренировки и не успел еще прийти в себя. Одет он был в синее трико и футболку, раскрашенную в цвета американского флага.

«Это, наверное, и есть тот самый информатор из налоговой полиции, про которого говорил Николай, – догадалась Ирина. – Тот самый, что выдал ему Холостова».

Мужчины подошли к ней и тяжело опустились на лавочку.

– Знакомьтесь, – предложил Николай, – это Ирина, а это Виктор. Мой хороший друг.

Ирина протянула руку и пожала влажную, горячую ладонь Соколова.

– Мне кажется, я вас где-то видел, – проговорил Виктор, при этом его высокий лоб пересекли глубокие складки. – Ах да, вас же показывали по телевизору. Вместе вот с этим типом, – он хлопнул Николая по колену. – Вы у нас теперь звезды экрана.

Ирина поперхнулась и испуганно посмотрела на Николая.

– Что вы там натворили, ребятки? – посмеиваясь, спросил Виктор. – Я ж тебе, Гринев, Холостова подкинул только для того, чтобы ты наказал его маленько, а ты что натворил?

– А нас что, обвиняют в его убийстве? – удивился Николай.

– А хрен бы знал, в чем вас обвиняют. – Виктор достал из кармана семечки и предложил Ирине: – Будете?

Девушка мотнула головой.

– Не хотите, как хотите. А тебе я вообще не предлагаю, – пробурчал он Николаю в ухо. – В чем вас конкретно обвиняют, не оглашали. Сказали только, по подозрению в убийстве, а в каком...

– Я так и думал, – кивнул Николай. – Это просто наколка для мусоров.

– Ну, наколка не наколка, – усмехнулся Виктор, плюя кожурки на асфальт, – но вам не мешало бы поостеречься. С такими вещами не шутят.

– Выкарабкаемся, – махнул рукой Николай. – Ты нам лучше расскажи, как у вас там дело с Холостовым обстоит.

– А никак, – пожал плечами Виктор. – Заказ – он и есть заказ. Типичный глухарь.

– И что, никаких зацепок?

– Кроме вас, никаких, – оскалился Виктор.

– Кто работает по этому делу? – спросил Николай, не обращая внимания на шутки приятеля.

Соколов почесал затылок.

– У нас несколько человек, менты, прокуратура, может, еще кто, не знаю.

– Чем в последнее время занимался Холостов? – спросила Ирина.

Соколов посмотрел ей в глаза.

– Чего не знаю, того не знаю, солнышко. Я в его дела нос не совал. Я его вообще, если честно, недолюбливал. У нас с ним вражда очень давняя... была.

– Из-за чего? – Ирина кокетливо прищурилась.

– А кто бы знал, милочка моя. Я уж и не помню, скорее всего, из-за ерунды какой-нибудь. Давно это было.

– Тебе что-нибудь известно про компанию «Млечный путь»? – Николай перевел разговор на главную тему.

Виктор задумался и некоторое время грыз семечки.

– «Млечный путь», «Млечный путь»... – задумчиво пробормотал он себе под нос. – Знаю, конечно, а в чем дело?

Николай взял у него из ладони несколько семечек и отправил в рот.

– Да есть у нас подозрение, что эта компания имеет отношение к убийству Холостова.

– Ты с ума сошел?! – Виктор замер с раскрытым ртом.

– А что такого?

– Да уж, – криво улыбнувшись, Виктор покачал головой. – Не человек, а ходячий набор сюрпризов... А что, есть что-нибудь конкретное?

– Пока нет, – уклончиво ответил Николай. – Пока только так, предположения... Но все же, что это за шарашка такая?

– Шарашка?! Да это, если хочешь знать, одна из крупнейших организаций в городе. За ней стоят весьма солидные люди. Если не ошибаюсь, у них есть связи даже в окружении губернатора.

– Ого! – Ирина откинулась на спинку лавочки. – Так плохо?

– Не знаю, что ты имеешь в виду, лапа, – ответил Виктор, – но, во всяком случае, никакого криминала за ними известно не было. Там все вполне легально. У них серьезный, отлично налаженный бизнес.

– А чем они занимаются?

– В основном лекарствами. У них своя фармацевтическая фабрика, аптеки. Поставки по всей России. Деньги там крутятся бешеные, и не думаю, что они рискнули бы связаться с криминалом. И уж тем более идти на мокруху. Что у них есть какая-нибудь «крыша» или что-то в этом роде, вполне допустимо, без этого сейчас никак, но не более.

– Может, наркотики? – предположила Ирина.

– Исключено! – категорично заявил Виктор. – Всякая там черная бухгалтерия еще куда ни шло, но наркота, – он стряхнул с ладони остатки семечек, – ни в коем случае.

– Откуда такая уверенность? – усомнилась Ирина.

– Да потому что знаю, девочка. – Виктор полез в карман за новой порцией семечек. – Короче, так, ребята, если у вас есть что-то путевое, выкладывайте. А то мне ваши загадки как-то... не при даме будет сказано. У меня и без вас работы по горло.

Николай сплюнул в сторону.

– А! Была не была, – решился он, – один черт, надо что-то делать.

– Вот это уже лучше, – похвалил Виктор.

Николай взял лежащий около Ирины рюкзачок и распаковал его.

– На, лицезрей, – он протянул Виктору пачку фотографий с дачи.

Соколов принял снимки и надолго погрузился в их изучение. В ожидании его реакции Николай с Ириной сидели тихо, не проронив ни слова.

– Фу-ф-ф! – с шумом выдохнул Соколов. – И ты, Гринев, собака такая, молчал все время?! Да это же сокрытие улик. Эх, Гринев, Гринев, вывести бы тебя в чистое поле и расстрелять в лоб.

– До сих пор у нас не было никакой возможности связаться с тобой, – попытался оправдаться Николай. – А обращаться к кому-то еще, сам понимаешь, рискованно. Дело-то, как-никак, щепетильное.

– Это отмазки, – Виктор потряс снимками, – гнилой базар. Что бы ты ни говорил – сволочь ты последняя... Только я вот никак в толк не возьму: при чем здесь «Млечный путь»?

Николай пожал плечами:

– Один из киллеров работал в «Беркуте», а эта фирма составное звено «Млечного пути».

– Это абсолютно ничего не доказывает. – Виктор бросил горсть семечек подлетевшим откуда-то голубям. – Мало ли где могут работать киллеры в свободное время.

– Возможно, – согласился Николай, – но на данный момент нам больше не за что зацепиться.

– О'кей, – не стал спорить Виктор, – я сегодня же узнаю, не занимался ли Холостов делами «Млечного пути». Вечерком позвонишь, я скажу результат. А снимки, если не возражаешь, я заберу с собой. Не беспокойся, твою анонимность гарантирую. Кстати, если тебя уж так интересует «Млечный путь», то советую обратиться в редакцию газеты «Новая жизнь». Насколько мне известно, «Млечный путь», несмотря на свое могущество, является всего-навсего одним из сегментов крупнейшей в области сети предприятий. Сейчас я не могу сказать, кто руководит этим гребаным «путем». Но этот человек сам подневолен. Он руководит лишь... не знаю даже, как проще объяснить... Короче, так, где-то на окраине области есть село. Весьма экономически и социально развитое. Можно сказать, показательное. Так вот, там расположен мозговой центр и часть торгово-промышленных предприятий некоего очень солидного клана, но не мафиозного, заметь. Еще раз повторяю, никакого криминала здесь до сих пор замечено не было. Вот. А у этого клана, вернее диаспоры, насколько мне известно, это или грузины, или армяне, по всей области разбросаны представительства. Они занимаются всем. И дорогами, и строительством, и водкой. Их интересует экономика, политика, сельское хозяйство, короче, все, что дает прибыль. Усек? «Млечный путь», хоть он и сам объединяет несколько предприятий, всего-навсего их представительство в Тарасове. Да, филиалы у них не только в нашей области. Но и в Москве, и в Питере, а возможно, и за рубежом. И все это управляется из небольшого села.

– Какого? – спросила Ирина.

– Волтай. Слышала про такое?

– Что-то слышала, – неопределенно пожала плечами Ирина. – Это, по-моему, районный центр.

– Совершенно верно, – подтвердил Виктор. – Почти весь Волтайский район находится у них под контролем.

– Прямо спрут какой-то, – присвистнула Ирина.

– Спрут, – согласился Виктор, – но не криминальный.

– Погоди-ка, а при чем здесь газета? – опомнился Николай.

– «Новая жизнь»? – Виктор ссыпал голубям остатки семечек. – Так это их газета. Они сами ее издают. Навестите редактора, поболтайте с ним по душам. Он вам все подробно и изложит. Если это вам, конечно, интересно. Редактор у них балабол тот еще. И пьянчужка конченый. Только вот надо ли вам это? Девяносто процентов из ста, что они не имеют к убийству Холостова никакого отношения. Да даже если и имеют, ничего вы сделать не сможете.

– Тогда с какого перепугу ты нам все это втираешь? – рассердился Николай.

– Чтобы предостеречь вас, ребятки, – наставительно ответил Виктор. – Чтобы вы, глупенькие мои, поняли, куда хотите влезть. Мой вам совет: забудьте обо всем и живите спокойно.

– Да мы бы с радостью! – хмыкнул Николай. – Вот только нам не дают этого делать.

– Ну, это я понял, – Виктор похрустел суставами пальцев. – Я свяжусь сегодня с ментами и попытаюсь узнать, с чьей подсказки ваши портреты транслируют по «ящику» и что у них против вас есть. А до того времени затарьтесь куда-нибудь. Не нарывайтесь на лишние неприятности. Они вам сейчас совсем ни к чему.

– Попробуем, – улыбнулся Николай.

– Вы уж постарайтесь. – Виктор пожал руку Николаю и ободряюще подмигнул Ирине. – До вечера, камикадзе хреновы. – Он рывком вскочил с лавки и зашагал к троллейбусной остановке.

В кабинете начальника уголовного розыска Ленинского РОВД майора Лысухина появилась сног-сшибательная посетительница.

Сорокалетний майор был закоренелым холостяком, но неисправимым бабником, и вид молодой фигуристой девушки в откровенном наряде вызвал в нем бурю эмоций и череду самых похотливых желаний.

У Лысухина отвисла челюсть и пересохло во рту – ослепительная блондинка с красивой, выпирающей из узкого топика грудью и длинными, ничем не прикрытыми ногами. Это было слишком для несчастного майора. Он забыл обо всем на свете и не видел перед собой ничего, кроме коротеньких белых шортиков и сверкающей в пупке сережки.

Лысухин взволнованно провел ладонью по изборожденным рытвинами щекам и густым, словно наэлектризованным усам.

– Вы ко мне? – хрипло выдавил он, не в силах сдвинуться с места.

– К вам. – Ирина сверкнула ослепительной улыбкой и пригладила удобно сидящий на голове парик.

Перед тем как прийти сюда, она целый час провела в салоне красоты и настолько изменила свой облик, что едва узнала себя в зеркале. Обошлось это, конечно, в копеечку. Но, спасибо Зюкину, затруднений с финансами они не испытывали.

– Чем могу быть полезен? – Лысухин нервно взлохматил густые черные волосы.

– Я из редакции газеты «Криминальный Тарасов», корреспондент Наталья Шаршова, – представилась Ирина. – Можно просто Наташа.

– Аркадий Иванович, – глотая слюни, выговорил майор, – Лысухин.

– Очень приятно, – улыбнулась девушка. – Можно присесть?

– Да, да, конечно, – Лысухин так резво вскочил с места, что опрокинул стул. – Ой, извините, – он покраснел до корней волос. – Вы садитесь, садитесь.

– Спасибо, – поблагодарила Ирина, присаживаясь на указанное место.

Майор поднял свой стул и осторожно сел.

– Чем мы заинтересовали нашу прессу? – спросил он, глупо улыбаясь.

– Я готовлю материал по вчерашнему происшествию у поселка Дубки. – Ирина закинула ногу на ногу так, чтобы майор мог лицезреть ее загорелые восхитительные бедра.

Лысухин облизал пересохшие губы.

– У поселка Дубки? – прохрипел он. – Ах да... криминальная разборка, пять трупов и тому подобное. Да?

– Совершенно верно. Так чем вы можете мне помочь? – Ирина наклонилась так, что оставалось только удивляться, как несчастный топик справился с тяжестью своей ноши.

Лысухин почувствовал боль в паху. Он понял: еще секунда – и пуговицы на ширинке не выдержат и разлетятся по всему кабинету...

Едва Ирина вошла в жуткого вида комнату общежития, Николай, не дав ей возможности прийти в себя, бросился навстречу.

– Ну как? Все нормально? – взволнованно затараторил он. – Проколов не было?

Ирина прошла мимо него, стянула с головы парик и села на кровать. Металлическая сетка под ней жалобно заскрипела.

– А ты сомневался? – спросила она, прислоняясь спиной к стене с пожелтевшими, засаленными обоями.

Николай, заложив руки за спину, зашагал по скрипучему полу.

– Не то чтобы сомневался, – ответил он, – но было страшновато. Все-таки в ментовку ходила, а не в цирк.

– Можно сказать, в цирк. – Ирина улыбнулась и зажмурилась от бьющих в незанавешенные окна ярких лучей солнца. – Самый настоящий цирк.

– Они тебя не раскусили? Документы не спрашивали?

– Им было не до этого. – Приоткрыв один глаз, Ирина насмешливо посмотрела на Николая. – Я сразила их наповал. А этот придурок майор даже назначил мне свидание.

Она вытянула длинные красивые ноги и скинула сандалии.

– Ну, слава богу, – успокоился Николай, присаживаясь на колченогий стул (единственный предмет мебели, не считая двух ржавых, облупленных кроватей, покрытых неким подобием одеяла). – Рассказывай, не томи.

Ирина открыла глаза и потянулась.

– Наши подозрения подтверждаются, – зевнув, проговорила она. – Трое из пяти погибших на трассе – сотрудники «Скалы». А Зюкин и тот молоденький – из «Беркута».

– Я так и думал! – Николай хлопнул кулаком по ладони. – Больше ничего?

– А этого мало? – удивилась Ирина.

– Менты кого-нибудь подозревают?

– Слава богу, не нас. – Ирина порылась в сумочке и извлекла из нее маленькое зеркальце. – Господи, ну и видок, – прошептала она. – Видела бы меня сейчас мама.

– А кого же?

– У них пока нет определенных версий, – Ирина спрятала зеркальце. – Возможно, криминальная разборка, а может, еще что-нибудь. Во всяком случае, они заинтересовались «Беркутом» и «Скалой».

– Тоже неплохо, – отметил Николай. – Нам это только на руку.

– Не раскачивайся на стуле, – предупредила Ирина, – сломаешь единственную достопримечательность. Ему, наверное, лет больше, чем нам с тобой, вместе взятым.

Николай прислушался к совету и прекратил опасные телодвижения.

– Пока тебя не было, красавица, я тоже не терял времени даром, – Николай многозначительно улыбнулся.

Ирина перестала лицезреть покрытый разводами, обвалившийся в нескольких местах потолок и перевела взгляд на фотографа.

– Я был у редактора, – пояснил Николай.

– То-то, я думаю, странный ты какой-то! – всплеснула руками Ирина. – И перегаром вся комната провоняла. А я уж, грешным делом, подумала – дезинфекцию проводил. А ты, оказывается, с редактором общался?

Николай смущенно потупил взор и вновь закачался на стуле.

– Ну да, злоупотребили немного. Иначе никак не получалось его разговорить. Зато потом... Еле ушел. Но узнал все, что надо, – не без гордости добавил он.

– И что же? – в тон ему спросила Ирина.

– Может, сначала перекусим? – предложил Николай. – А то уже второй час. У меня желудок ворчит.

– Потерпи немного, – не согласилась Ирина, – сначала о деле, а обед по расписанию!

– Даже так? – усмехнулся Николай. – Ладно, уломала... Ну что я могу сказать, точнее, добавить к тому, что уже сказал Виктор? В Волтае действительно прочно обосновалась армянская диаспора. Семья Бабигян. Выходцы из Азербайджана. Беженцы, ес-ли можно так выразиться. В их руках почти вся промышленность и сельское хозяйство района. Местный глава там дуб дубом, типичная кукла, и вся политическая власть принадлежит его первому заму. Тоже Бабигяну. У них несколько предприятий в Москве, небольшой бизнес в Европе, что-то есть в США и Канаде. В Тарасове самая крупная компания – пресловутый «Млечный путь» и банк «Титан». Филиалы банка есть и в других городах области. Криминалом, судя по всему, и вправду не балуются. Бизнес легальный. Один из представителей семьи занимает высокий пост в правительстве области. Генеральным директором «Титана» Бабигян Артак. У него фактическое управление «Млечным путем». Формально руководит компанией его жена – Коргунова Татьяна Александровна. Девушка с большими претензиями и амбициями. Исходя из тех фактов, что у нас имеются, можно предположить, что либо она сама, либо вместе с муженьком затеяли что-то не вполне законное и попали в поле зрения Холостова. А что было дальше, тебе известно. Вполне допускаю, что в Волтае никто знать не знал про их аферу.

– Почему ты так думаешь?

– Я учитываю возможности и связи клана. Зачем им идти на мокруху, когда можно найти более мирные рычаги воздействия на зарвавшегося налогового полицейского? Нет, я больше чем уверен, что эта парочка решила обвести клан вокруг пальца, но просчиталась. И, чтобы потихоньку устранить оплошность, наняла киллера. Но тот переусердствовал. С заданием справился плохо и привлек к «Млечному пути» излишнее внимание. Руку даю на отсечение – сейчас они сами не рады, что связались с ним. И в то время как он разыскивает нас, они ищут его.

– Да, но нам от этого не легче, – заметила Ирина. – Благодаря его стараниям нас ищет еще и милиция.

– Это недоразумение, я думаю, удастся разрешить в самое ближайшее время, – уверил ее Николай, продолжая раскачиваться на стуле. – Сейчас это не самое главное. Более всего меня волнует то, что мы ни черта не знаем про этого киллера. Мы знаем, как он выглядит, но даже не представляем, кто он, откуда он и где он сейчас. Неизвестно нам и то, как намерен поступить с нами «Млечный путь».

– И что ты предлагаешь? – осторожно спросила Ирина.

– Нам нужно поднять большую шумиху вокруг «Млечного пути». Бороться со всем кланом мы не сможем, да в этом и нет никакой необходимости, но вывести этот «путь» на чистую воду в наших силах. Если нам это удастся, клан сам будет рад избавиться от него, как от злокачественной опухоли.

– Но как? У нас ведь нет никаких доказательств его причастности к убийству Холостова, – не поняла Ирина. – Как мы сможем доказать, что киллера наняли они?

– Вот в этом-то вся загвоздка, – согласился Николай. – Нам надо узнать, что смог обнаружить Холостов. Чем он им помешал. За что они его убили. Ничего этого мы не знаем. Но это потом. Прежде всего мы должны обезопасить себя от киллера.

– Каким образом?

– Мы должны убедить «Млечный путь», что он представляет для них самую непосредственную угрозу. Мы должны сделать так, чтобы они сами устранили его! – Николай с силой хлопнул в ладоши.

– Я знаю, как это сделать, – заявила Ирина.

Николай удивленно застыл на месте. Несчастный стул не выдержал , затрещал и развалился на части.

– Я же тебя предупреждала, – покатилась со смеху Ирина.

– А я все понял, – ответил Николай, потирая ушибленное место.

Очаровательная хозяйка загородного особняка была недовольна. Вечер испорчен окончательно. Прощай, Вивальди, отдохните, Есенин и Цветаева. Бассейн на сегодня тоже отменяется.

Девушка испытывала одно-единственное желание – найти недоумка-киллера и собственноручно вырвать у него сердце.

«Умудриться запороть все дело! Пустяковое дело, – возмущалась девушка. – И что Артак в нем нашел? Теперь менты трясут „Беркут“ и „Скалу“. Того и гляди – сюда доберутся. Из Волтая уже задолбали звонить – в чем дело да как дела... Да никак!»

Девушка раздавила окурок в пепельнице. Она нервничала. Была просто не в себе. В таком состоянии она была очень опасна. Встречаться сейчас с ней было равносильно самоубийству.

В очередной раз просмотрев видеокассету с ошеломившей ее записью, девушка закурила еще одну сигарету и посмотрела на часы. Семь вечера. Артак должен подойти с минуты на минуту.

Она крутанулась на стуле. Перед ней висела ее любимая картина «Муки Прометея». Девушка вспомнила о своем обещании киллеру.

– Убью, – сквозь зубы прошипела она. – Прометею и не снилось того, что я сделаю с тобой.

Дверь распахнулась, и в комнату, тяжело дыша, влетел стройный, поджарый армянин с полным ртом золотых зубов и полным отсутствием растительности на голове. Стоило внимательнее приглядеться к его вытянутому, как кабачок, лицу, как становилось ясно: мужчина видит только одним глазом. Второй глаз у него был стеклянным. И это не могли скрыть даже очки в золотой оправе.

Ни слова не говоря, Артак плюхнулся в кресло и, подперев щеку ладонью, устремил взгляд на супругу.

– Посмотрела? – спросил он на чистом русском языке без акцента. – Понравилось? Ты этого хотела?

– Ты меня в чем-то обвиняешь, дорогой? – холодно спросила девушка.

– Я тебя? – Артак закинул ногу на ногу и наклонился вперед, обхватив ладонями колено. – Извини, любимая, но не кажется ли тебе, что ты наглеешь? Интересно, кого, как не тебя, мне обвинять? Кто, как не ты, впутал меня в эту историю? Кто убедил меня, что все пройдет гладко? Кто...

– Да пошел ты, – прервала его жена. – Кто из нас банкир? Ты или я? Грош тебе цена, если тебя так легко убедить. Нет уж, дорогой, не пудри мне мозги. Прежде чем пойти на этот шаг, ты все прекрасно взвесил. Ты бы никогда не стал спонсировать проект, заранее обреченный на провал. Кроме того, согласись, любимый, у нас ведь все получилось так, как мы планировали. Месяц, другой – и мы бы приумножили капитал в десятки раз. И никто из твоих горных родственников не пронюхал бы про это. – Она встала с кресла и подошла к аквариуму с рыбками. – Все бы прошло гладко, если бы не этот налоговый инспектор. И в чем ты меня обвиняешь? По-твоему, я, женщина, должна была устранять подобные неурядицы? Или, может быть, все-таки ты? Почему ты поручил мне операцию такого рода? Дел, видите ли, у тебя по горло? А кто рекомендовал мне этого недоумка? Так в чем ты меня обвиняешь, дорогой? – Она повернулась к мужу и выжидающе скрестила руки на груди.

Артак снял очки и потер переносицу.

– К чему теперь обвинения, – устало ответил он. – Придет время, и найдутся люди, которые будут обвинять нас. Сейчас надо найти способ выйти из этого положения.

– Тут и думать нечего, – девушка прикурила очередную сигарету. – Ловить надо твоего любимчика и... – она провела большим пальцем по горлу.

– А с теми двумя, что он в розыск объявил, что прикажешь делать? Тоже того? – Артак повторил ее жест.

– Для начала не мешало бы узнать, что им известно. Если у них нет ничего, кроме этой кассеты... Это ведь они тебе ее подбросили?

– Да. – Артак протер очки и водрузил их на нос. – Девчонка передала охраннику в банке.

– Так вот, если у них ничего, кроме этой кассеты, нет, то опасности для нас они не представляют. К чему лишняя кровь?

– Мне нравится ход твоих мыслей, – одобрил Артак. – Лишняя кровь действительно ни к чему.

– А что касается всего остального, – продолжила девушка, – я имею в виду перестрелку на дороге, то я знаю, как отвести от нас подозрение. Причем не без пользы для нас.

– И как же? – Артак моргнул единственным глазом.

– Скажешь милиции, что охранники по твоему приказу перевозили крупную сумму денег на джипе, вторая была машиной сопровождения. На них было совершено нападение. Не забудь добавить, что по твоим оперативным данным руководил нападением сам знаешь кто. Твой черноволосый друг.

– Я понял тебя, милая. – Артак сцепил пальцы в замок и задумался. – В этом действительно что-то есть. Во всяком случае, попытаться стоит. В милиции, конечно, спросят, почему не заявил сразу о пропаже денег, но это мы уладим, что-нибудь придумаем.

– Эту же версию можешь отправить в Волтай. Они наверняка поверят.

– Я попытаюсь, – повторил Артак. – Будем надеяться, что они действительно поверят.

– А ты сделай так, чтобы поверили. – Девушка затушила сигарету. Ее тонкие брови грозно нахмурились. – Но не забудь: приоритетное задание на данный момент – киллер. Успех всей операции сейчас зависит от того, как скоро мы найдем и ликвидируем его.

Вахта аварийного общежития пединститута представляла собой узкую, но высокую комнатку с большим зарешеченным окном. Выкрашенные в ядовито-зеленый цвет стены наводили тоску и уныние. Тут и там их украшали размазанные трупы мух, погибших в жестокой схватке с вахтером. Впрочем, их живых боевых товарищей было тоже предостаточно.

Пьяный в хлам вахтер, пожилой мужчина в тельняшке и дырявых, неопределенного цвета штанах, крепко спал на сооружении, которое только очень условно можно было назвать диваном. Эскадрильи мух, пользуясь случаем, атаковали его со всех сторон. Назойливые насекомые ползали по его оголенным пяткам, заросшим густой щетиной щекам и храбро заползали в открытый рот. Но дедушка не обращал на них никакого внимания. Даже если бы сейчас вокруг него резвилось стадо слонов, он и то не заметил бы этого. В вытянутой вдоль тела руке вахтер сжимал свернутую в трубку газету, которую, вероятно, использовал в боевых действиях против насекомых.

Николай для приличия несколько раз стукнул в непонятно каким образом державшуюся на ржавых петлях дверь и, не получив ответа, осторожно толкнул ее. В нос ударил резкий запах пота и спиртного. Николай поморщился и вошел в комнатушку. В ту же секунду он почувствовал что-то мягкое и липкое под ногой. У него екнуло сердце. Стараясь не думать о том, что это может быть, он опустил голову.

– Тьфу ты, господи, – облегченно вздохнул Николай.

Это был всего-навсего недоеденный плавленый сырок «Дружба».

Николай подошел к окну. На улице уже стемнело, и разглядеть что-либо мешал яркий свет висевшей под потолком лампочки.

– Дедуль, позвонить можно? – громко спросил он.

Это был риторический вопрос. Вахтер даже не шевельнулся.

– Значит, можно.

Телефон, как ни странно, выглядел терпимо. Николай снял трубку, протер ее на всякий случай кончиком занавески и приложил к уху.

– Надо же, работает, – удивился он и набрал номер.

На том конце долго не брали трубку, но Николай проявил терпение и был вознагражден.

– Привет, спишь уже, что ли? – спросил он, услышав знакомый голос. – Не рановато? Еще и десяти нет.

– Да уж с вами поспишь, – отозвался Виктор. – Я, если хочешь знать, только с работы вернулся. Твои проблемы решал, между прочим.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Николай.

– Спасибо... спасибо в стакане не булькает.

– Нет проблем, Витек. Ты же знаешь, я в долгу никогда не останусь. За мной не заржавеет.

– Знаю, – согласился Виктор, – иначе стал бы я в этом дерьме ковыряться... Короче, хватит балду пинать, ближе к делу, как говорится. Твой телефон не прослушивается?

– Можешь быть спокоен. Это вообще не мой телефон.

– Тогда слушай. Короче, Холостов действительно точил зубы на «Млечный путь». Причем по собственной инициативе. Никто ему такого задания не давал. Володька любил искать приключения на собственный зад. Чем конкретно ему не приглянулся «Млечный путь», я пока не знаю. Вероятно, что-то подкинула агентура. Он у нас был человеком принципиальным во всем, что касается работы. Если уж что вбивал себе в голову, не отступал никогда. Упрямый как осел. Был. Но он ни с кем не делился. Близких друзей в управлении у него не было. Пока у меня нет доступа к той информации, что он раскопал. Но это вопрос времени. Если, конечно, у него что-нибудь сохранилось. Ну, это не твои проблемы. Твои снимки оказались как нельзя кстати, дружище. За это тебе большое спасибо. Если у меня все выгорит так, как я задумал, то, глядишь, и я займу местечко покруче в этом гадюшнике.

– Выходит, мы в расчете? – спросил Николай, отгоняя от лица обнаглевших мух.

– Что касается Холостова, да. Но мне удалось разрулить еще кое-что. И уж здесь ты от меня не отвертишься. – Виктор интригующе замолчал.

– Ты о чем? – не выдержал Николай. – Неужто с ментовкой разобрался?

– Угадал, – усмехнулся Виктор. – Можно сказать, в десяточку.

– Валяй, – попросил Николай.

– Короче, так, – выдержав театральную паузу, начал Виктор. – У ментов на вас ничего нет. Ни хрена лысого. Самая обычная провокация. Дурилка картонная. Как мне удалось узнать, был приказ свыше объявить вас в розыск. Как пить дать, «Млечный путь» постарался. Больше некому. Только у него такие связи в наших гребаных силовых структурах. Удивляться не стоит. Все нормально, Николашка, жизнь сейчас такая.

– Я это и без тебя прекрасно знал, – нисколько не удивился Николай. – И за что же я тебе должен?

– Да ты погоди, Гринев. Я еще не все карты выложил.

– Выкладывай! – потребовал Николай.

– Короче, был я в прокуратуре областной. Тамошний прокурор мой хороший друг. Изложил я ему вкратце ситуацию, и он наехал на мусорню. Потребовал, проще говоря, объяснить ему, в чем вас обвиняют. Концов менты не нашли. Короче, обвинение с вас снято. Можете спать спокойно. Если есть желание, можешь подать на них за клевету.

– Не сейчас, – улыбнулся Николай, прихлопнув ладонью жирную муху, потиравшую лапки на стене.

– Это еще не все, – Виктор демонстративно прокашлялся. – Я передал твои фотки в прокуратуру и ментовку. И теперь этот крендель сам в розыске. Я надеюсь, ты адекватно оценишь мой поступок, Николаша? Хотя, как бы ты к этому ни отнесся, я не мог поступить иначе. Я как-никак на государевой службе. И сокрытие улик...

– Продолжай по теме, – остановил его разглагольствования Николай.

– Жаль только, узнать не удалось, кто такой этот придурь на самом деле. Будем надеяться, телевидение нам поможет. С сегодняшнего дня его рожа не будет сходить с голубых экранов. Вас сегодня тоже по «ящику» прокрутят и публично извинятся. Скажут, ошибочка, мол, вышла, и все такое. Доволен?

– Доволен. Еще раз спасибо. Как-нибудь сочтемся, – пообещал Николай.

– Заметано. Отдыхайте, ребятки, спокойной ночи.

– Давай, – Николай повесил трубку.

Вахтер так и не проснулся.

– Спокойной ночи, дедушка. – Николай убил еще одну муху и выключил свет...

...Прежде чем вернуться к Ирине, Николай принял еще одну меру предосторожности: спрятал кассеты и оставшиеся снимки в одной из заброшенных комнат общежития.

«Чем черт не шутит, – думал Николай, – а сюда вряд ли кто сунется. Общага большая, комнат семьдесят, не меньше. Даже если кто-нибудь узнает, что пленки здесь, на поиски уйдет много времени».

Ирине он решил ничего не говорить. Меньше будет знать, дольше проживет.

За время его отсутствия Ирина успела похозяйничать, и теперь комната стала больше напоминать жилое помещение. На кроватях лежали непонятно откуда взявшиеся матрасы и подушки, на окнах висели занавески. Стульев теперь было три (и все целые). А полы покрывали дорожки в зеленую и красную полоску.

– Ого, – удивился Николай, застыв на пороге, – откуда все это?

Ирина в пестром коротеньком халатике, сидя на корточках, хлопотала у электроплитки в углу комнаты.

– По этой общаге полазаешь, и не то найти можно, – ответила она, поднимая крышку со сковородки. – Я в комнате через стенку стол заприметила, вполне сносный. Поможешь принести?

– Без проблем, – Николай принюхался. Ноздри защекотал аппетитный запах. – Я сейчас с ума сойду, – прошептал он, блаженно прикрыв глаза. – У меня такое ощущение, что я уже лет сто не ел нормальной человеческой пищи.

– Да это всего-навсего жареная картошка, – Ирина польщенно улыбнулась, – с луком и яйцами.

– Картошка? С луком?! И с яйцами?!! – Николай схватился за сердце. – Ирочка, если б ты знала, как я тебя люблю!

Ирина через плечо посмотрела на него.

– Любишь?

– Люблю! – выкрикнул Николай, не открывая глаз и не убирая рук от сердца.

– Тогда дуй за столом, – скомандовала Ирина. – Я думаю, ты один прекрасно справишься.

– Одну секунду, – Николай пулей вылетел из комнаты...

Ужин действительно удался на славу. Николай ел с большим аппетитом и даже с набитым до отказа ртом не переставал хвалить Ирину.

Девушка, подперев щеку ладонью, с умилением смотрела на него и лишь изредка вспоминала о вилке.

– А ты что так плохо ешь? – спросил Николай, заметив ее пассивность.

– А я пока готовила, и напробоваться успела, и нанюхаться. У меня всегда так, когда сама стряпаю, – ответила Ирина. – Ты ешь, ешь, не обращай на меня внимания. Я не голодна.

– Ну, смотри. А ты где так готовить научилась?

– У меня мама повар-кулинар, – объяснила Ирина. – Азам она научила, а дальше сама. Везде понемножку. На работе мы тоже готовили сами, по очереди.

– А ты где-нибудь училась? Я имею в виду училище или техникум.

– Я и сейчас учусь. – Ирина улыбнулась и опустила глаза. – В университете, на биофаке, заочное отделение.

Николай подавился картошкой и зашелся в кашле.

– В универе? На биофаке? – переспросил он, придя в себя.

– Да, а что тут такого? – немного обиженно спросила Ирина.

– Да нет, ничего, все нормально. – Николай чувствовал себя виноватым и мысленно посылал в свой адрес проклятия за несдержанность. – Прости, это я так, вырвалось.

– Не переживай, твоя реакция вполне естественна. Я бы на твоем месте... – Она замолчала и пробежала взглядом по столу и кроватям в поисках сигарет. – Что ты еще мог подумать? Девочка по вызову, дешевая проститутка, и вдруг...

Она подошла к окну и отдернула занавеску. На улице было тепло и пахло дождем. Ирина нашла сигареты в кармашке халатика и закурила.

Николай отложил вилку и вытер губы салфеткой.

– Я обидел тебя? – убитым голосом спросил он.

– Нет, что ты, – отмахнулась Ирина. – Если на кого я и могу обижаться, то только на саму себя. Я не верю в судьбу. Я считаю, что человеку самому по силам устроить свою жизнь так, как ему хочется. Все трудности и препятствия – отмазка для слабых. Для сильных это только импульс. Я всегда стремилась найти путь к легкой, обеспеченной жизни. Это было главной целью моей жизни. Моя семья не могла дать мне того, что я хочу, и я решила действовать сама. Но у меня не хватило терпения. Я хотела получить все и как можно быстрее. Я выбрала, как мне казалось тогда, самый легкий и надежный путь. Дура! Единственное, чего я добилась, это искалечила себе жизнь, – она выбросила окурок в окно. – С нормальной работой не вышло. Да и за учебу платить надо было. Я тогда перешла на четвертый курс. И папа умер. А мама повар в студенческой столовой. А у меня еще и братишка пятилетний. Можно было, конечно, выкрутиться, но я выбрала то, что проще. Вот и рискнула. Идиотка!

– Если не секрет, – осторожно спросил Николай, – сколько ты у них работаешь?

– В августе год будет, – не глядя на него, ответила Ирина.

– Ты сейчас на пятом курсе?

– Да, перешла. А чего это тебя так зацепило?

– Ничего, ничего, – поспешно ответил Николай. – Просто интересно.

– В какой-то момент я дала слабину, – продолжила Ирина, – но все это в прошлом. Я изменю свою жизнь в нужную сторону. Теперь у меня хватит на это и сил, и мужества.

– Похвально, – поддержал Николай. – Не подумай, что я подхалимничаю, но за то недолгое время, что мы с тобой знакомы, я хорошо узнал твой характер. Или почти хорошо. Во всяком случае, могу сказать с полной уверенностью: у тебя все получится.

Ирина ухмыльнулась.

– Нет, красавица, я на полном серьезе. – Он встал из-за стола и подошел к ней. – У тебя все получится, все, что ты задумала. – Он нежно приобнял ее сзади.

Позже Николай сам не мог вспомнить, как все произошло. Обняв девушку, он зарылся носом в ее густые мягкие волосы. Ирина вздрогнула и запрокинула голову. Губы Николая коснулись ее виска и щеки. А руки заскользили по плечам. Девушка замерла, не в силах шевельнуться. Рука Николая пробежала по ее шее и, переместившись на грудь, исчезла в вырезе халата. С губ Ирины слетел легкий стон. Николай нежно сжал ее упругую, податливую грудь и крепче прижал к себе.

– Что ты делаешь? – выдохнула девушка.

Николай не ответил. Осторожно расстегнув пуговицы халата, он снял его с ее плеч.

Ирина задрожала всем телом.

– О господи! – вскрикнула она.

Николай поднял ее на руки. Шелковый халатик скользнул на пол. Двумя шагами преодолев расстояние до кровати, он нежно опустил на нее девушку и, мгновенно скинув с себя одежду, лег рядом.

– Я хочу тебя, Коленька, хочу, хочу, хочу. – Ири-на изогнулась, подставляя грудь под град поцелуев. Все ее проблемы в один миг унеслись куда-то в небытие.

Пальцы Николая потянулись к узким трусикам. Он медленно стянул их и отбросил в сторону. Ирина сжала его голову ладонями и притянула к себе.

– Да, – прошептала она.

Николай провел языком между нежных грудей и скользнул по шее.

Девушка вздрогнула и застонала.

– Да, – призывно дрогнули губы.

Николай навис над ней, опершись на локти, и поцеловал в носик.

– Я люблю тебя, – выдохнул он и легким толчком проник в нее.

...Ирина не знала, что и думать. Она никак не ожидала того, что сейчас произошло. Ей казалось, все в ней перевернулось. Весь ее старый мир рухнул и исчез навсегда. Новая жизнь, о которой она так долго мечтала, все-таки наступила. И дело даже не в том, оставит ее Николай или всегда будет с ней. Хотя это тоже имеет немаловажное значение. Дело в том, что впервые за последнее время она отдавалась мужчине не потому, что это ее работа, а потому, что ей так хотелось. А это уже было хорошее знамение. С прошлым покончено навсегда.

Ирина прижалась к Николаю и крепко обняла его.

– Спасибо, Коленька, – прошептала она ему в ухо. – Большое спасибо.

– Тебе понравилось? – не понял смысла ее слов Николай.

– Ты освободил меня из рабства, – шептала девушка. – Ты вернул меня к жизни. Ты спас меня.

– Мне кажется, ты несколько преувеличиваешь мои заслуги. – Николай прижал ее голову к плечу и поцеловал в лоб.

– Не возражай, – Ирина приложила указательный палец к его губам. – Я знаю, что говорю.

Николай взял ее ладонь и поцеловал каждый пальчик.

– Я очень рад, если действительно смог помочь тебе, – чуть слышно произнес он.

Ирина обняла его за шею и поцеловала в губы.

– Ты не представляешь, какое облегчение я сейчас испытываю. Мне кажется, господь подарил мне еще одну жизнь. Я счастлива, Коленька. И в этом целиком твоя заслуга. Пусть мы расстанемся в ближайшее время, но я всегда буду благодарить тебя за это.

Николай поцеловал ее в щеки и губы.

– Почему ты думаешь, что мы расстанемся? – спросил он.

– Рано или поздно это случится, – ответила девушка. – Не станешь же ты связывать свою жизнь с проституткой, пусть даже бывшей.

Николай засмеялся и обнял ее.

– Моя маленькая глупышка, – ласково проворковал он. – Неужели ты думаешь, что для меня имеют значение какие-то предрассудки. Я тоже далеко не ангел, девочка моя. И меня жизнь потрепала изрядно. Ты ведь тоже не все обо мне знаешь. А если бы узнала, не стало бы тебе противно мое присутствие?

– Ты был на войне? – догадалась девушка.

– Можно сказать и так, – согласился Николай. – Участвовал в спецоперациях.

– Секретных?

– Секретных. Но мне не только из-за этого не хочется говорить об этом. Пообещай мне, что никогда не будешь спрашивать о них. Договорились?

– Договорились, любимый, – Ирина едва уловимо коснулась губами его глаз и носа. – Никогда, если ты сам этого не захочешь.

– Спасибо, – Николай нежно провел ладонью по ее бархатистой спине. – Расскажи лучше о себе.

– А что ты хочешь узнать? – Ирина положила голову на скрещенные у него на груди руки.

Им было хорошо и уютно вдвоем, и они не замечали неудобств узкой кровати.

– Все, – ответил Николай, прижимая ее к себе. – Я хочу знать о тебе все.

– Я не люблю своего прошлого, – грустно прошептала Ирина.

– И зря, – не согласился с ней Николай. – Прошлое есть прошлое, оно сделало тебя такой, какая ты сейчас. А именно такой я тебя и полюбил. Кроме того, не все же в твоей жизни было таким ужасным. Никогда не поверю, что у тебя не было ничего приятного. Ты ведь только год была... – Николай замолчал, подбирая слово.

– Я поняла, что ты хочешь сказать, – избавила его от мучений Ирина. – Да, год. Но этого года мне больше чем достаточно. Воспоминаний о нем у меня хватит на всю оставшуюся жизнь. Пока я работала там, я все время мечтала, что когда-нибудь выкарабкаюсь из этого дерьма и отомщу за все унижения, за... – голос у девушки сорвался. Николай крепче обнял ее и стал нежно баюкать.

– Все уже прошло, милая. Все позади. Со временем ты забудешь обо всем. Вот увидишь.

Ирина смахнула выступившие слезы.

– Сейчас у меня совсем другое настроение. Мне уже не хочется никому мстить и ничего доказывать. Наверное, я просто счастлива. Знаешь, какая у меня самая большая мечта? – Ирина приподняла голову.

– Если скажешь, буду знать, – Николай провел тыльной стороной ладони по ее щекам.

– Я хочу на Новый год прийти на нашу площадь, где устанавливают елку. Но не одна, а вместе с братиком... и основательно вываляться в снегу.

– Вываляться в снегу? – удивленно переспросил Николай.

– Ага! Тебе это кажется странным?

– Нет, нисколько. В этом определенно что-то есть, – он улыбнулся и поцеловал ее. – Очень красивое желание.

– Правда?! – обрадовалась Ирина. – А я боялась, что ты сочтешь меня дурочкой.

– Дурочкой? Да никогда в жизни. – Николай опрокинул ее на спину и придавил своим телом. – Я вообще не имею привычки плохо думать о женщинах.

– В самом деле? – Ирина сделала вид, что пытается выбраться.

– В самом деле. – Николай накрыл ее губы своими, и девушка на время потеряла связь с реальностью...

Ближе к утру, когда уставшая парочка все-таки уснула, ветхая дверь сорвалась с петель от сильного удара и с грохотом влетела в комнату. Вслед за ней ворвались несколько вооруженных людей в масках.

В комнате ярко вспыхнул свет. Ирина села на кровати и зажмурилась. Когда глаза немного отошли от резкой смены светового режима, она открыла их и попыталась понять, что произошло. Нападавших было не меньше пяти. На нее отовсюду смотрели дула пистолетов. Николай лежал на полу с заведенными за голову руками. Ни о каком сопротивлении не могло быть и речи.

– Одевайтесь, поедете с нами, – приказал один из налетчиков, вероятно, старший. – Будете хорошо себя вести, останетесь живы.

– Спасибо, что подарили надежду, – поблагодарил Николай. – А то мы уж совсем пали духом.

Люди в черном никак не отреагировали на его шутку.

Разрывая тьму светом фар, по безлюдным улицам ночного города мчалась серая «Газель» с голубым тентом. Трое мужчин в кабине за все время пути не обмолвились и словом. Каждый из них знал, что должен делать, и в ненужных вопросах и ответах не нуждался.

Крупный, светловолосый мужчина, сидевший посередине, извлек из кармана мобильник и быстро набрал номер.

– Все в порядке, они у нас, – отрапортовал он. – Никаких проблем... Потерь нет... В кузове... Не беспокойтесь, их охраняют... Вероятность побега – ноль процентов, – мужчина вскинул правую руку. – Сейчас 3.25... Через пятнадцать минут будем на месте... Я все понял, ждите...

Он отключил телефон и спрятал его в карман.

По лобовому стеклу «Газели» застучали мелкие капли. Начинался дождь.

ЧАСТЬ III

В приемной коммерческого банка «Титан» редко скапливалось более пяти посетителей одновременно. Банк был узкоспециализированным и работал по большей части с постоянными клиентами. Сегодняшнее утро тоже не стало бы исключением, если бы не один частный случай. В просторном освещенном холле появился посетитель. Два охранника у входа не могли не обратить на него внимания. Настолько неординарно он выглядел. Это был сгорбленный старичок в пенсне и с «чеховской» бородкой. Обаятельный, вежливый, спокойный, интеллигент до мозга костей. На старичке был легкий коричневый костюм, галстук в полоску, а на голове несколько старомодная шляпа. Опирался он на длинный сложенный зонтик. Но этот факт, учитывая ливший на улице с ночи дождь, ни у кого подозрений не вызвал. Странным было другое: что дряхлому, едва живому старику могло понадобиться в солидном коммерческом банке? Может, ошибся адресом. Рядом все-таки располагалась аптека.

Выяснить сей факт и взялся двухметровый здоровяк-охранник в униформе цвета «хаки» и с нашивкой «Скала» на груди.

– Вам что, дедуля? – перегораживая посетителю дорогу, спросил он.

Старичок не спеша снял пенсне и, протерев стекла, укоризненно посмотрел на бритоголового гиганта.

– Дедуля я для своих внуков, – мягким баритоном произнес он, – а для вас, молодой человек, Сергей Александрович Кимов. Профессор кафедры новейшей истории госуниверситета, доктор наук.

Охранник сконфузился.

– Извините, Сергей Александрович, – попытался он исправить свою ошибку. – Чем могу быть полезен?

– Уже лучше, молодой человек, – похвалил профессор. – Мне хотелось бы переговорить с вашим управляющим по вопросу размещения в вашем банке крупной денежной суммы.

– Одну минуточку, – попросил охранник, – посидите здесь, – он указал на мягкое кресло у стены. – Почитайте журналы, а я постараюсь как можно быстрее узнать об интересующем вас вопросе.

Охранник говорил заученными фразами.

«Похоже, этих горилл учат быть вежливыми», – профессор не смог скрыть улыбки.

– Благодарю вас, молодой человек, я подожду, – старичок просеменил к креслу и, опираясь на зонтик, сел в него.

Не прошло и пяти минут, как охранник вновь навис над профессором.

– Пройдите, пожалуйста, прямо по коридору, вторая дверь налево, – он указал на выход из холла. – Артак Размикович ждет вас.

– Покорнейше благодарю, молодой человек. – Сергей Александрович встал и, припадая на одну ногу, зашагал к затемненному коридору.

У двери генерального директора его встретил еще один страж.

– Мне можно пройти? – поинтересовался профессор.

Охранник окинул его беглым взглядом и отступил в сторону.

– Проходите, – бесцветным голосом предложил он.

Артак, сидя в кожаном кресле за широким столом из красного дерева, просматривал кипу счетов и документов. Вошедшего клиента он встретил приветливо. Таковы были правила и годами выработанная привычка. Внешний вид клиента был не в счет. Кто знает, может, это миллионер подпольный, только прибедняется. Как говорится, клиент может быть со странностями, но он всегда прав.

Артак встал с места и, обойдя стол, радушно протянул руку посетителю.

Сергей Александрович сухо поздоровался.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – сверкнув золотыми зубами, Артак сам отодвинул от стола стул. – Чувствуйте себя как дома.

Сергей Александрович сел. Артак вернулся на свое место.

– Я вас внимательно слушаю, – директор украдкой посмотрел на лист отрывного календаря, – Сергей Александрович.

Профессор кашлянул в кулак и медленно повернул к нему голову.

Что-то в его лице показалось Артаку знакомым, но что именно, он понять не мог.

– Мне бы хотелось узнать об условиях вклада, – после минутного молчания выдал старик.

Странно, но его голос тоже показался Артаку знакомым. Хотя было видно, что клиент старается его изменить.

«Что, черт побери, происходит?» Директор на всякий случай незаметно поднес руку к кнопке тревожной сигнализации, прикрепленной под крышкой стола. Внешне Артак опасений не выказал.

– Об условиях вклада? – переспросил он. – Какой суммой вы располагаете?

– Пятьдесят тысяч долларов, – ответил старик.

Банкир насторожился. Что-то здесь было явно не так. И этот голос. Где он мог его слышать? Или старик что-то затеял, или...

Артак улыбнулся.

– Вы сын Рокфеллера? – весело спросил он.

– Нет, – качнул головой старик. – Я его брат.

– А-а, – Артак наигранно засмеялся, обнажив ровные ряды золотых зубов. – Тогда все в порядке.

На самом деле ему было не до смеха. Откуда у профессора, пусть даже доктора наук, такие деньги? Банкир недоумевал. Что ему все-таки надо?

– Если я вас правильно понял, вы хотите открыть у нас валютный счет?

– Вы совершенно правильно меня поняли, – кивнул старик.

– Вы получили наследство?

– Почему вас так интересует происхождение моих средств? – холодно спросил профессор. – Разве я обязан давать вам подобного рода отчет?

– Нет, нет, ни в коем случае, – замахал руками Артак. – Простое любопытство. Простите меня. Я действительно сую нос не туда, куда надо.

– Очень хорошо, что вы осознали неправомерность своих действий, – одобрил Сергей Александрович. – А то я уже стал подумывать, не обратиться ли мне в другой банк.

– Еще раз прошу прощения, – извинился банкир. – Так на чем мы остановились? Ах да, виды вкладов. Вы хотите получать деньги по мере необходимости непосредственно в банке или думаете завести пластиковую карточку?

– Простите, но я не совсем понимаю эти нововведения, – поразмыслив, ответил профессор. – Я человек старой закалки. Поясните, если можно.

– Охотно, – оживился Артак. – Имея на руках пластиковую карточку, вы сможете в любой момент снимать деньги со счета посредством услуг банкомата. В любом городе нашей страны, равно как и в странах ближнего и дальнего зарубежья.

– Удобная услуга, – согласился Сергей Александрович, – но мне она ни к чему. Я человек старый и никуда не езжу. У меня больные ноги.

– Хорошо, в таком случае мы можем предложить вам следующий комплекс услуг... – Артак внезапно замолчал. Его взгляд упал на руки собеседника, покоящиеся на рукоятке зонта. Его самые худшие опасения начали подтверждаться. То, что он видел, не могло быть руками старика. Это были крепкие, хорошо ухоженные руки молодого мужчины. Артак так и замер с открытым ртом.

Чувствуя неладное, профессор поднял голову и посмотрел в глаза банкира. Артак едва не свалился со стула. Он понял, что не давало ему покоя с того момента, как он увидел старика, что показалось ему до боли знакомым. Лоб профессора от волос до переносицы пересекал тонкий, едва заметный шрам. Такой шрам он видел только у одного человека.

У Артака пересохло во рту и перехватило дыхание. Не теряя времени, он вдавил кнопку тревоги. Дверь тотчас распахнулась, и в проеме появилась мощная фигура охранника.

«Старик» среагировал молниеносно. Неуловимым движением он вскинул свой зонтик и, как ружье, направил его на тяжеловеса в темно-зеленой форме. Послышался легкий щелчок. Охранник схватился за сердце и, не проронив ни звука, рухнул в кабинет. «Профессор» отбросил зонтик и повернулся к окаменевшему банкиру. В его левой руке тускло поблескивала вороненая сталь пистолета с глушителем.

Артак не шелохнулся. Его вытянутое лицо исказилось от ужаса.

– Долго же пришлось ждать, когда ты меня узнаешь, – усмехнулся «старик». – Не думал, что ты такой невнимательный.

«Профессор» отбросил шляпу и стянул с головы парик, под седыми прядями показались густые черные волосы. Брюнет сорвал с лица усы и бородку и ослепительно улыбнулся.

– Впечатляет? – спросил он. – Вижу, что да. Не зря я потратил столько денег.

Артака прошиб холодный пот.

– Что тебе надо? – прохрипел он.

– Что мне надо? – улыбнулся брюнет. – Угадай с трех попыток.

– Деньги? – спросил Артак. – Я дам тебе сколько захочешь. Можешь взять все, что у меня есть. Только не стреляй.

– А сколько у тебя есть? – не переставая улыбаться, спросил брюнет.

– В сейфе около ста тысяч долларов, – захлебываясь, заговорил Артак. – А если ты располагаешь временем, я могу дать тебе больше. В банке есть деньги, сколько захочешь. Только не убивай. Я прошу тебя.

– Времени у меня нет. Благодаря тебе, между прочим, – ответил брюнет. – Сто тысяч на данный момент меня устроят.

Артак глубоко задышал. У него появилась надежда. Он чувствовал, что все еще можно уладить.

– Открывай сейф, – приказал брюнет, махнув пистолетом.

Банкир порылся в кармане и выудил дрожащей рукой связку ключей.

– Да не трясись ты так, – упрекнул его брюнет. – Ты же мужик. Веди себя достойно.

Артак проглотил слюну и медленно поднялся. Сейф был вмонтирован в стену за картиной, изображавшей морской пейзаж. Банкир осторожно снял ее, набрал шифр и загремел ключами.

– Куда сложить? – срывающимся голосом спросил он.

– А предоставление тары не входит в комплекс услуг вашего заведения? – вопросом на вопрос ответил брюнет.

Артак судорожно кивнул. Он ничего не мог поделать с собой. Руки и колени предательски дрожали. Вдобавок ко всему неприятно сосало под ложечкой.

Он кипой выложил деньги на стол и полез в шкаф за кейсом. Через минуту все было закончено.

– Не убивай меня, – в очередной раз попросил он, протягивая кейс брюнету. – Я ведь не сделал тебе ничего плохого.

Брюнет взял кейс в правую руку. Левая по-прежнему сжимала пистолет.

– Ничего плохого? – усмехнулся он. – Ты подставил меня, командир. Круто подставил. Знаешь, что меня больше всего интересует? Поменяйся мы местами, как бы поступил ты? Ты ведь в последнее время только об этом и думал.

Артак не смог ничего ответить. Его челюсти свело судорогой, а язык прилип к нёбу. На лбу и висках выступили крупные капли пота.

– Ты поступил бы так же! – Брюнет покачал головой и нажал на спусковой крючок.

Пуля, пробив очки в золотой оправе, влетела в стеклянный глаз и, преодолев вязкую ткань мозга Артака, впилась в деревянный шкаф за его спиной.

Генеральный директор коммерческого банка «Титан» Бабигян Артак Размикович пошатнулся и мешком упал на пол.

Брюнет спокойно развернулся и вышел из кабинета.

В холле его появление вызвало панику. Он шел, нисколько не таясь. В одной руке кейс, в другой пистолет с глушителем. Охранники повскакивали с мест и схватились за пистолеты. Но это было все, что они успели сделать. Брюнет уложил их на месте, всадив в голову каждого по пуле.

Третий блюститель выскочил из подсобки с помповым ружьем наперевес. Брюнет успокоил и его.

У входа он остановился и повернулся к немногочисленным ошеломленным посетителям.

– Пользуйтесь услугами нашего банка! – крикнул он и исчез за стеклянной дверью.

Темный, полусырой подвал напоминал съемочную площадку для фильмов ужасов. Тянувшиеся под потолком водопроводные и газовые трубы, осыпавшаяся штукатурка на стенах из красного кирпича, бурно разросшаяся по углам плесень и тяжелый спертый запах. Местечко не из приятных. Единственным источником света, сквозь который проникали солнечные лучи, было маленькое, в два кирпича, отверстие, но и этого было вполне достаточно, чтобы составить характеристику помещения. Подвал был низким, но очень просторным. Над ним, скорее всего, располагалось заброшенное здание, но определенно сказать было трудно. Входом в это царство сырости и тьмы служили тяжелая металлическая дверь и ржавый люк в потолке, с которого свисала сваренная из уголков лестница.

По отсутствию привычного шума с улицы Ирина догадалась, что находятся они где-то за городом. Девушка сидела на земляном полу, а ее правая рука была прочно прикована наручниками к газовой трубе. В нескольких метрах от нее, почти в том же положении, сидел Николай. Мужчина смотрел ей в глаза. Он чувствовал, что должен как-то успокоить девушку, вывести ее из оцепенения, но в голову не приходило ни одной стоящей мысли.

Разум Ирины отказывался принимать реальность. Она никак не могла понять, в чем они просчитались, где допустили промах. Как их смогли вычислить? Ведь ни одна живая душа не знала об их местонахождении. Не считая, конечно, вахтера и нескольких жителей в общежитии. Но они не в счет.

Ирина напряженно сдвинула брови.

«Может, Виктор? – предположила она. – Нет, маловероятно. По словам Николая, их связывала старая крепкая дружба. Он, конечно, парень жадный и слаб на звонкую монету, но продать друзей... Нет, даже у такого человека, как Виктор, должны быть какие-то принципы. Не мог он из-за денег бросить на поругание многолетнюю дружбу. Если только его хорошенько прищучили? От этих козлов всего можно ожидать. – Ирина вытянула ногу и пошевелила ступней. – А если не он, тогда кто? Вообще-то, соседей по общежитию тоже нельзя исключать. У некоторых из них есть телевизоры, и они вполне могли видеть наши физиономии в криминальной рубрике. А значит, могли и обратиться по нужному адресу».

Но что-то подсказывало девушке: ошибку они допустили в чем-то другом. Но в чем?

«Стоп! – Ирина вскинула голову и ударилась затылком о трубу. – Конечно же! Ну какая же я дура! – горячилась она, потирая свободной рукой ушибленное место. – Нельзя быть такими самоуверенными. Зачем я поперлась в этот банк с кассетой?! Они ведь тоже не дураки. Если не схватили меня сразу, то наверняка установили слежку. Я преспокойно привела их к самому дому, так ничего и не заподозрив. Еще бы! В их службе безопасности, без сомнения, есть профессионалы, способные установить блестящее наблюдение. Ну и идиотка же я».

Грубый выкрик Николая вырвал ее из плена мыслей. Мужчина сузившимися глазами смотрел ей за спину. Ирина оглянулась и истошно закричала. На перевернутом фанерном ящике, среди обрывков войлока, сидела крупная жирная крыса. Зверек, привстав на задние лапки, напряженно шевелил носиком в их сторону. Николай пошарил взглядом вокруг себя в поисках подходящего для метания предмета. Острый обломок кирпича оказался как нельзя кстати. Мужчина схватил его и швырнул в грызуна. Крыса подпрыгнула и исчезла в темноте, махнув на прощание длинным, облезлым до омерзения хвостом. Кирпич оставил отметину в нескольким сантиметрах от нее.

Ирина глотала воздух, восстанавливая дыхание и пытаясь успокоиться.

– Не бойся, – утешил ее Николай. – Это всего-навсего мелкий безобидный грызун.

– Да уж, мелкий, – не согласилась Ирина. – У меня кошка была в два раза меньше этой твари.

– Просто у него хороший аппетит и он ни в чем себе не отказывает, – предположил Николай.

– Я с детства терпеть не могу крыс, – поделилась Ирина. – Как думаешь, их здесь много?

– Кто их знает? – Николай пожал плечами. – Может, и много.

– Они нас не сожрут?

– Это вряд ли, – хмыкнул Николай. – Скорее мы их.

Ирина брезгливо поморщилась.

– Надеюсь, до этого не дойдет.

Она вновь задумалась. «Почему за нами никто не идет? Часов пять ведь уже торчим тут. Или извести хотят? Довести до кондиции, – крутились в голове мрачные мысли. – Где мы, черт побери, находимся? Зачем нас сюда привезли? И кто? Маньяк-киллер? Почему тогда он не пристрелил нас сразу? Хочет выяснить, что нам известно? Но зачем ему это? Его дело и так труба. Он в розыске. У следствия есть все доказательства его вины. Нет, это не он. Он бы нас просто пристрелил. Если только не решил подвергнуть нас жутким пыткам. – При одной мысли об этом по телу девушки пробежали мурашки. – Нет, только не это».

– Что угодно, только не это, – вслух произнесла она.

– Ты о чем? – Николай поднял голову.

– Как ты думаешь, зачем они нас здесь держат? – спросила Ирина.

– Вероятно, мы представляем для них некую ценность, – передернул плечами Николай.

– Это понятно, но почему так долго?

– Обычный прием, – ответил Николай. – Психологическая атака. Чем дольше нас держат в неведении, тем сговорчивей мы будем на допросе.

– Нас не будут пытать? – задала Ирина мучивший ее вопрос.

Николай посмотрел на подошву ботинка.

– Я не хочу тебя ни пугать, ни обнадеживать. Скоро узнаем.

Ирина прислонилась затылком к трубе и закрыла глаза.

«Скоро узнаем, – она скривила губы. – Спасибо, утешил. Почему он сидит как пень? Почему даже не пытается что-нибудь сделать? Неужели мы так и будем торчать здесь, пока за нами не спустятся и не убьют? Кто же все-таки они? „Млечный путь“? Да, это больше похоже на правду. Если у нас все получилось так, как мы задумали, то киллер сам сейчас в опале. И у него вряд ли есть время возиться с нами. Нет, он, наверное, уже далеко отсюда. Если его уже не убили. Но зачем мы нужны „Млечному пути“? Ведь все, что у нас было, мы им и так отдали. Или они хотят выяснить, не располагаем ли мы чем-нибудь еще?»

– Ириша, – прервал ход ее мыслей Николай.

Ирина открыла глаза.

– Запомни, что я тебе скажу, – мягко начал он. – Рассказывай все, о чем бы тебя ни спросили эти люди. Отвечай на все их вопросы. Главное, не ври. Они это быстро поймут. Помни, ты не Зоя Космодемьянская. Геройствовать здесь глупо и бессмысленно. Нам скрывать нечего. Никакой секретной информации у нас нет. Если будешь делать так, как я говорю, получишь шанс остаться в живых.

Ирина кивнула.

– В живых вряд ли, – усомнилась она, – но избежать пытки таким образом, я думаю, удастся.

– Главное помни: я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – голос Ирины дрогнул.

Железная дверь со скрипом отворилась, и в подвал ударил электрический луч фонарика. Вошли трое, без масок и оружия. Во всяком случае, в руках у них, кроме фонариков, ничего не было. В нормальной человеческой одежде и с открытыми лицами они уже не выглядели так ужасно, как прошедшей ночью. Ирина вспомнила, как спросонья приняла их за чертей из ада. Мужчины приблизились к пленникам и встали полукругом.

Да, сейчас они смотрелись вполне безобидно. Молодые приятные лица, а главный, Ирина сразу вычислила его, так тот вообще красавец. Голубоглазый блондин с утонченными, благородными чертами лица. Такой человек не может быть способен на подлость и коварство. Он не станет их пытать.

«Интересно, почему он пошел в бандиты? – недоумевала Ирина. – С его внешностью только сниматься в фильмах про Джеймса Бонда».

– Отдохнули? – поинтересовался «Бонд», выключая фонарик. – Ничего не затекло?

В его речи угадывался легкий прибалтийский акцент.

– Ты еще издеваешься? – усмехнулся Николай. – У меня, например, затекло все, что только можно. А еще я до смерти хочу в туалет.

Приятели блондина направили на него лучи фонариков. Николай зажмурился от нестерпимого света.

– Прекратите, – остановил их прибалт. – Зачем издеваться. Лучше освободите его и отведите в сторону. Пусть парень расслабится.

Мужчины беспрекословно выполнили приказ. Николай встал, потирая онемевшие запястья.

– Я надеюсь на ваше благоразумие, – латыш положил руку на его плечо. – Не делайте глупостей. Бежать отсюда бесполезно. Едва вы окажетесь наверху, по вас откроют огонь на поражение.

– Приму к сведению, – Николай устремился в глубь подвала. Молодые люди, освещая путь фонариком, пошли за ним.

Блондин присел возле Ирины и снял с ее руки наручники.

– Извините за неудобства, которые мы вам причинили, – он встал и помог ей подняться, – но, согласитесь, в том, что произошло, есть и ваша доля вины. Вы сами впутались в эту историю. Поэтому не держите на нас зла. – Поддерживая девушку за локоть, он подвел ее к вентиляционному отверстию. – Постойте здесь. Свежий воздух вам не помешает.

Подобного обхождения от бандитов Ирина никак не ожидала.

Вернулся Николай с конвоирами.

– Если желаете, – обратился прибалт к Ирине, – подвал в вашем распоряжении. Мы отойдем в сторону.

– Спасибо, потерплю, – Ирина с наслаждением вдыхала свежий воздух с улицы.

– Дело ваше. – Прибалт, стряхнув пылинки с плеча, прошелся по освещенному солнечным светом месту и вплотную приблизился к Николаю.

Его приятели схватили Николая за руки чуть повыше локтей. Прибалт нахмурился и отрицательно качнул головой. Парни отступили на шаг в сторону.

– Вы представляете, к кому, куда и за что попали? – безо всяких эмоций спросил он.

– За что, догадываемся, к кому – тоже, куда – понятия не имеем, – ответил Николай на все вопросы.

Блондин кивнул.

– Хорошо, если так. Это вы передали кассету с видеозаписью в банк вчера днем?

– Да.

– Цель?

– Парень, что на кассете, не дает нам спокойно жить, – Николай наклонил голову набок. Его глаза превратились в щелочки. – Мы хотели, чтобы нам помогли от него избавиться.

– Каким образом?

Николай понимал, что от его дальнейших ответов будет зависеть их жизнь.

«Нужно быть предельно осторожным, – думал он, – главное, не просчитаться».

– У нас была версия, что заказчик убийства компания «Млечный путь», – ответил он. – Мы надеялись, что, увидев пленку, руководство компании сочтет, что киллер опасен, и устранит его.

– На чем основана эта версия?

– Логические умозаключения. Люди киллера преследовали нас, часть из них я завалил. Все они оказались сотрудниками охранных фирм «Млечного пути».

Блондин задумчиво потер переносицу.

– У вас имеются более веские доказательства причастности «Млечного пути» к убийству господина Холостова, помимо умозаключений?

Николай развел руками.

– Избавиться от киллера – единственная цель, которую вы преследуете?

– Да. Все, что мы хотим, так это то, чтобы нас оставили в покое.

Прибалт внимательно посмотрел в глаза Николаю.

– Что вы намерены предпринять в дальнейшем?

Николай выдержал взгляд.

– Пока не знаю. Я считал наше последнее убежище безопасным, но ошибся.

– У вас есть еще кассеты с записью? – продолжил допрос прибалт.

– Да.

– Дублирующие ту, что вы передали в банк, или что-то еще?

– Копия, – ответил Николай.

Прибалт задумался и замолчал на некоторое время. Николай и Ирина почувствовали, что сейчас решится их судьба.

– Останетесь пока здесь, – вынес вердикт прибалт. – Это и для вас полезно тоже. Здесь вас никто не найдет. Мы не будем вас сковывать, но предупреждаю: здание обложено со всех сторон. Ведите себя хорошо. Скоро вас накормят и дадут одеяла. Но одно я могу гарантировать точно: пока вы здесь, вас никто не тронет. Всего хорошего, – он хлопнул Николая по плечу и, махнув напарникам, направился к выходу.

Железная дверь заскрипела, и Николай с Ириной остались одни.

Первое, что сделала девушка, это бросилась к Николаю и, крепко обняв, осыпала поцелуями его лицо. Николай прижал ее к себе.

– Все будет, как в танке, любимая, – прошептал он. – Только не бойся. И не из таких передряг вылезали.

– Я знаю, любимый, знаю. – Ирина прижалась щекой к его груди. – И ничего не боюсь.

– Ну вот и отлично! – Николай отстранился и щелкнул ее по носу. – Давай для начала посмотрим, куда мы попали и есть ли отсюда выход. А то это бездействие меня уже достало.

Ирина не возражала. Она была рада размять немного ноги.

Дождь прекратился. Выглянувшее из-за туч солнце жадно поглощало оставшуюся после него влагу. Пара королевских фазанов в парке особняка в Октябрьском ущелье крутилась возле лужицы на тропинке, разглядывая свое отражение. Все вокруг дышало полной грудью, наслаждаясь короткой передышкой, подаренной погодой. Еще час-полтора, и палящие лучи солнца вновь отвоюют себе жизненное пространство. Жара теперь установится надолго.

Очаровательная хозяйка особняка, сидя в кресле перед открытым настежь окном, курила сигарету за сигаретой. Новости, полученные час назад, повергли ее в шок. Она никак не могла понять, почему столь тщательно спланированная операция привела к таким совершенно непредсказуемым последствиям. Определенную долю риска она, конечно же, принимала в расчет. Но в такой степени... Сначала на пути встал налоговый полицейский... Она пыталась решить все мирным путем, но Холостов оказался неподкупен. Решил сделать себе имя на громком деле. Дурак. Отказаться от такой суммы. Неожиданно возникшее препятствие пришлось устранять посредством ликвидатора. А потом и сам ликвидатор вышел из-под контроля. Артак считал его надежным, проверенным человеком... Сейчас он в этом убедился как нельзя лучше. Девушка щелкнула пальцами. Окурок, ударившись о карниз, вылетел в окно. Мужа она никогда не любила. Вышла за него из меркантильных побуждений. Хотя сама она всегда жила в достатке. Ее отец, богатый рижский промышленник, оставил ей неплохое наследство и обеспечил на всю оставшуюся жизнь не только дочь, но и предполагаемых внуков. Ради единственного любимого чада он не пожалел ничего. Но дело отца Татьяна продолжать не стала. Русской девушке было тяжело, несмотря на налаженный бизнес, вести дела в стране с жесткими национальными законами. Поэтому подвернувшуюся возможность переехать в Россию, да еще и приумножить свое состояние, она упускать не стала. Еще там, в Риге, бывший охранник отца, а ныне ее телохранитель Руслан, отговаривал хозяйку от предстоящего брака. Говорил, что с ее средствами и возможностями она сама сможет наладить дело в России. Но начинать на новом месте без связей и знания местных законов было нелегко. Татьяна решила идти по пути наименьшего сопротивления. Артак, отдыхавший в то время в Риге и влюбившийся в нее по уши, получил согласие и увез ее с собой.

Нет, она нисколько не жалела о гибели мужа. Киллер, можно даже сказать, сыграл ей на руку, освободив от стальных оков брака. Конечно, в чем-то она проиграет, что-то потеряет. Состоятельные родственники бывшего мужа не позволят ей прибрать к рукам все. Но и выигрыш будет немалым. Если удастся уладить все проблемы. Иначе они пойдут на все, лишь бы избавиться от нее. Стоит им только пронюхать, какую аферу она пыталась провернуть, и... даже страшно подумать, что будет.

В первую очередь необходимо как можно быстрее сбыть товар. Руслан и близкие люди из ее окружения помогут ей в этом. Но есть еще одно «но»... Узнав о гибели мужа, она почувствовала себя незащищенной. Киллер легко проник в охраняемый банк и без труда сделал свое дело. Как ему это удалось? Он в одиночку уложил четырех вооруженных, хорошо подготовленных охранников. Что это? Фактор внезапности? Возможно. Но Артак должен был предвидеть подобный исход, они только вчера говорили об этом. Как он сумел усыпить бдительность приведенной в состояние повышенной готовности охраны? Киллер теперь совершенно непредсказуем. Неизвестно, где он сейчас и что задумал. Руслан сообщил, что он взял порядка ста тысяч долларов. Может, ему больше ничего и не надо? Он в розыске, находиться в городе для него опасно. Имея на руках такие деньги, он сможет легко устроиться везде, где пожелает. Хотелось бы верить. Но, как бы там ни было, пока он жив и на свободе, спокойно спать она не сможет. Он будет мерещиться ей везде.

В комнате появился Руслан.

– Как дела? – спросила Татьяна, прикуривая сигарету.

– Они ничего не знают, – ответил охранник. – Во всяком случае, так говорят. А я им верю. Единственное, что их интересует, это наш общий друг.

– Что будем делать?

– Убивать их нецелесообразно. Но и отпустить мы пока тоже не можем. Попробуем использовать их возможности. Эта парочка может нам здорово помочь.

– Хорошо, – согласилась хозяйка. – Привези их сюда, я хочу их видеть.

Руслан кивнул и собрался уходить.

– Он не придет сюда? – глядя в окно, спросила девушка.

– Не посмеет, – ответил Руслан. – Здесь двенадцать человек охраны и камеры слежения повсюду. Если только он решит покончить жизнь самоубийством.

– Иди, – Татьяна выпустила дым из легких.

В том, что он задумал, особой необходимости не было. Существовала, конечно, вероятность, что Артак успел выболтать женушке или Руслану его биографические сведения. Но даже если сей факт и имел место, серьезных изменений в его жизнь он уже внести не мог. Рано или поздно то, что знал Артак, станет известно всем. В милиции есть его фото, а значит, на выяснение его личности много времени у них не уйдет.

Но уйти так просто он тоже не мог. Он просто обязан оставить свою визитную карточку. Так требовал его кодекс чести. Господа осмелились с ним шутить? Господа не воспринимают его всерьез? Что ж, он преподаст им хороший урок. Жаль только, выводы из него они извлечь уже не смогут. Ну, невелика беда. Другим неповадно будет.

Брюнет лежал на пригорке, у корней лироподобной сосны. Странное дерево с непонятно по каким причинам раздвоившимся стволом хорошо маскировало его. Со стороны особняка заметить его было практически невозможно. Зато сам особняк с лужайками, парком, а главное, постами охраны был перед ним как на ладони. Он видел все.

Брюнет отложил в сторону бинокль и, перевернувшись на спину, подсунул под голову руку. Они его не ждут. Это видно с первого взгляда. Руслан уверен в своих мордоворотах. Это хорошо. Они слишком самонадеянны, а значит, расслаблены и не готовы. В лучшем случае, они поднапрягутся ночью. Но уж что-что, а нападения средь бела дня они никак не ожидают.

Он сел и критически оглядел себя. Джинсы, футболка, светлый, изрядно помятый за последние дни пиджак. Удобные ботинки на мягкой подошве. Не слишком ли броско для такой операции? Да и пусть. Не стоят они того, чтобы ради них одеваться как-то по-особому.

«Закончу с ними и переоденусь», – он повернулся к особняку и приставил к глазам бинокль.

Обследовав подвал вдоль и поперек, Николай с Ириной отказались от попыток самостоятельно выбраться из него. Люк в потолке был прочно завален, а дверь надежно охранялась. Этот факт выяснить оказалось несложно. Едва Николай стукнул по металлической обшивке, дверь отворилась и из проема на них уставилось дуло карабина.

– Есть хотим, – грубо буркнул Николай, отвечая на вопросительный взгляд охранника.

Дверь закрылась.

Минут через десять им принесли сверток с бутербродами и бутылку минеральной воды. Вместе с едой им передали два теплых шерстяных одеяла. Прибалт оказался человеком слова.

– Терпеть не могу ситуации, когда от меня ничего не зависит, – высказалась Ирина, усаживаясь на сложенное одеяло.

– Почему не зависит? – Николай протянул ей бутерброд. – То, что происходит, сделано исключительно нашими стараниями. Мы спровоцировали этих людей на подобный шаг. Не подкинь мы им кассету, сидели бы сейчас в другом месте. Мы заставили их шевелиться и исправлять ошибки, допущенные тоже во многом благодаря нам. Разве не так?

– Так-то оно так, – согласилась Ирина, пережевывая бутерброд. – Но сейчас-то мы ничего не можем сделать.

– Мы бросили гранату и теперь ждем результата.

– Как они поступят с нами? – спросила Ирина, стряхивая крошки с губ.

– Не знаю. – Николай открыл бутылку и сделал большой глоток. – Но если нам удалось убедить их, что мы для них не опасны, то убивать, я думаю, не станут. У нас против них нет никаких доказательств. Эх, знать бы еще, какой ответный шаг предпринял киллер! Мне кажется, нам удалось наступить ему на хвост. Сейчас он должен либо скрыться, либо приступить к активным действиям и тем самым обнаружить себя. Интересно, как они намерены с ним поступить? Не удивлюсь, если сейчас мы с ними оказались в одной лодке.

– Не знаю, выдаст он себя или нет, но его активных действий я что-то опасаюсь, – сказала Ирина. – Ты сам знаешь, что это за человек. Он не ведает ни жалости, ни страха.

– Не стоит преувеличивать его возможности. Он обычный человек, к тому же загнанный в угол.

– Недооценивать его тоже не стоит, – парировала Ирина. – Зажатый в угол, он еще более опасен.

Ржавый дверной засов лязгнул, прервав их спор. В подвале появились уже знакомые лица.

– Позавтракали? – спросил прибалт.

– Да, спасибо, только что, – ответила Ирина.

– Вставайте, поедете с нами.

Николай с Ириной переглянулись.

– Не бойтесь, никто вас не убьет, – усмехнулся прибалт, заметив их реакцию. – С вами просто хотят поговорить.

– Будем надеяться, – пробормотал Николай, осторожно продвигаясь к выходу.

Снаружи их ждал микроавтобус «Форд».

«Нас не связывают, – подумала Ирина, – значит, убивать и в самом деле не собираются».

Усаживаясь в машину, она оглянулась. Позади нее возвышались развалины какого-то хозяйственного помещения. Но какого именно, определить было невозможно. С развалин спустились несколько человек с помповыми ружьями и устремились к стоявшей невдалеке «Газели».

«А бежать и впрямь не стоило пытаться», – Ирина облегченно вздохнула и залезла в машину.

«Форд» с «Газелью» не спеша скатились к дороге.

Одного взгляда на место, куда их привезли, было достаточно, чтобы понять, что находятся они в престижном районе города. Тут и там возвышались прекрасные особняки. Казалось, их хозяева соревновались друг с другом в роскоши и изяществе. Впрочем, возможно, так оно и было.

Автоматические ворота отъехали в сторону, пропуская машины внутрь. Этот особняк стоял уединенно, вплотную примыкая к поросшему сосновым лесом холму. Хозяину, без сомнения, пришлось выложить немалую сумму, чтобы заполучить это место. Но вряд ли он сожалел об этом. Судя по внешнему виду, средствами он обладал солидными.

Количество охраны тоже внушало уважение.

– Насколько мне известно, у вас легальный бизнес, – обратился Николай к прибалту. – Откуда у вас тогда столько оружия?

Губы прибалта дрогнули.

– У нас нет ничего незаконного, – ответил он. – Помповые ружья, карабины «сайга», ижевские пистолеты – все легально и зарегистрировано в надлежащих инстанциях.

– Ваши ребятки нападали на нас отнюдь не с карабинами, – не сдавался Николай. – У них были самые настоящие автоматы.

– Подобные образцы были у нас на вооружении, – не стал возражать прибалт, – но мы их не афишировали и до сих пор ни разу не использовали.

– Почему были? – спросил Николай.

– С вашей легкой руки все они оказались трофеями милиции. Это ведь вы учинили расправу у поселка Дубки?

– Мы только оборонялись, – невинно ответил Николай.

Машины остановились.

Ирина ахнула. Это был настоящий сказочный дворец. Трехэтажное здание, мраморные лестницы, античные колонны, каменные львы на парапете. Перед входом зеленая лужайка с фонтаном. Яркое солнце вносило в облик дворца чарующие волшебные оттенки.

– Следуйте за мной, – приказал прибалт, поднимаясь по лестнице.

Оказавшись внутри, девушка зажмурилась от бьющего отовсюду великолепия. Такого она не видела никогда. Даже художественная галерея, в которой она когда-то бывала, выглядела блекло и обыденно в сравнении с тем, что окружало ее сейчас.

Прибалт повел их по бесконечному лабиринту коридоров. Ирине оставалось только удивляться, как ему удается ориентироваться в этом царстве Минотавра без клубка и специальных меток. В какой-то момент ей даже стало казаться, что они заблудятся и навсегда останутся здесь. Она замедлила шаг и, поравнявшись с Николаем, взяла его за руку. Ей стало спокойнее. Николай шел уверенно, не проявляя никаких эмоций. Можно было подумать, что он всю жизнь прожил в таких домах и ничего нового для себя не увидел.

Опасения Ирины не оправдались. Прибалт не заблудился и не заметался в панике.

– Сюда, – коротко бросил он, останавливаясь и открывая дверь. – Это комната для гостей. Побудьте пока здесь. Можете искупаться и переодеться. Скоро к вам придут, – он посторонился, освобождая им дорогу.

Ирина с Николаем вошли. В тот же миг дверь за ними закрылась. Два охранника, все время бесшумно следовавшие за ними, заняли свой пост в коридоре.

Прибалт что-то сказал им и удалился.

Брюнет направил бинокль на въезд в особняк.

– Это еще что такое? – проговорил он, выплевывая изжеванную спичку. – Никак подкрепление вызвали?

К воротам подъехали микроавтобус «Форд» и грузовичок «Газель».

– Нет, не похоже, – брюнет прихлопнул потерявшего совесть комара на щеке. – Это все те же.

Машины въехали на территорию и остановились у главного входа особняка.

– Опаньки! Вот это да! – От удивления брюнет едва не выронил бинокль.

Из микроавтобуса вышли Ирина и Николай. Подобного поворота событий он не предполагал. Все жертвы оказались в одном месте. Сам дьявол помогал ему.

Брюнет отбросил бинокль и, подставив лицо ярким солнечным лучам, зажмурился.

– Решить все проблемы одним ударом! Что еще нужно человеку для счастья? – Его губы расплылись в радостной улыбке.

Комната для гостей могла запросто поспорить с номером люкс самой изысканной гостиницы. Большой зал и не менее просторная спальня, ванна и душ. Ирина, пританцовывая, закружилась по гладкому, как зеркало, полу. О подстерегающей их опасности и все еще неясном положении она забыла основательно. Наконец-то у нее появилась возможность по-человечески отдохнуть и привести себя в порядок.

Дизайн комнаты был выдержан в современном стиле. Здесь было все, начиная с пепельниц и зажигалок и заканчивая домашним кинотеатром и компьютером. Но больше всего Ирина обрадовалась душу и широкой двуспальной кровати под балдахином.

– Ты как хочешь, а я в душ, – заявила она Николаю. – Можешь пока похозяйничать. Я с ума сойду, если сейчас не искупаюсь. Мне кажется кощунством находиться в таком месте в таком виде.

– Валяй, – усмехнулся Николай. – Я найду, чем себя занять.

Он сел за компьютер и помахал ей рукой.

Девушка показала ему язык и скрылась в ванной.

Он редко что-либо делал вслепую. Только если к этому обязывали сложившиеся обстоятельства. Но сейчас был не тот случай, никакие обстоятельства не заставили бы его совершить нападение на хорошо охраняемый объект в одиночку, без знания всех необходимых факторов. Это было бы равносильно самоубийству. На такое безрассудство он не пошел бы никогда.

Он достаточно поработал с Артаком. Еще до того, как тот привел в дом очередную пассию, неожиданно ставшую хозяйкой. В те времена Артак прибегал к его услугам не только для того, чтобы успокоить неугодное лицо. Скорее наоборот. Подобные случаи были исключением. Он был не только первоклассным ликвидатором. Основная его специальность была совершенно иного рода. На протяжении нескольких лет он батрачил на Артака в качестве консультанта по вопросам охраны и непредвиденных обстоятельств. С появлением Руслана он лишился этой должности (таков был каприз молодой истерички), но расположение бывшего хозяина не потерял.

Он как свои пять пальцев знал планы всех охраняемых объектов «Млечного пути». Особняк не был исключением. Брюнет мог досконально описать любую комнату в здании. Знал наизусть каждое дерево в парке и мог с полной уверенностью сказать, сколько человек задействовано в охране и где дислоцированы их посты.

Брюнет вынул из-за пояса пистолет и навернул на ствол глушитель. Снял с предохранителя и передернул затвор.

«Если ничего не изменилось за последние два дня, – размышлял он, – то здание охраняют двенадцать человек. Пересменка была в 8.00, и сейчас на постах ребятки со свежими силами».

Он спрятал под сосной бесполезный теперь бинокль и проверил запасные обоймы. Пять штук плюс одна в магазине. Должно хватить.

«Два человека на КПП, у ворот, – подсчитывал он. – Один у входа в здание. Двое на крыше. Двое обычно сопровождают хозяйку или Руслана. Сейчас все на месте, значит, они охраняют пленников. Еще двое перемещаются по территории. Отдыхают периодически на КПП, у ворот. И трое сидят в доме за мониторами. Среди них начальник смены».

Последний пост представлял наибольшую опасность. В здании и на территории семнадцать камер слежения. Вся информация поступает на экраны в эту неприметную с виду комнату. Сюда же стекаются и радиопереговоры охранников. Отсюда координируются их действия. Одним словом, мозговой центр с глазами и ушами. По этому посту и надлежит нанести первый удар. Успех атаки будет целиком зависеть от того, как быстро удастся его ликвидировать.

Двенадцать охранников плюс Руслан с Татьяной да пара пленников. Итого в здании на данный момент шестнадцать способных к обороне человек. Учитывая фактор внезапности и отличное знание оперативной обстановки, поставленная задача вполне выполнима.

Видеокамеры опасности не представляли. В свое время он сам их устанавливал и знал все мертвые зоны. Главное – рассчитать все до секунды, сопоставить передвижение патруля и повороты камер слежения.

– Как же я люблю делать сюрпризы! – Брюнет спрятал пистолет в наплечную кобуру и, не торопясь, пошел по лесу, обходя особняк по периметру. – Кто бы знал!

После душа Ирина чувствовала себя прекрасно. Переодевшись в чистую одежду, специально приготовленную для них в ванной, она, напевая под нос песенку, крутилась перед зеркалом. Розовая маечка и легкие песочного цвета брюки сидели на ней как влитые, подчеркивая изящные формы ее фигуры. Девушка была довольна неожиданным гостеприимством тех, кого до недавнего времени считала врагами. «Хотя выводы пока делать рано. Кто знает, чем вызвано необычное поведение хозяев. Вполне возможно, это всего-навсего умный ход. Они пытаются усыпить нашу бдительность... Вот только зачем им это нужно? – не могла понять девушка. – Если бы они хотели что-то выведать у нас, давно нашли бы более эффективные меры. Еще там, в подвале. Стали бы они тащить нас сюда да еще и обхаживать, как почетных гостей. Нет, здесь явно что-то другое. Скорее всего они просто не знают, что с нами делать. Мы создали им кучу проблем, и пока они не разделаются с ними, над нашими головами будет висеть дамоклов меч».

Ирина поправила маечку и толкнула дверь.

Николай ожесточенно «воевал» с компьютером. Из динамиков доносились свист пуль и разрывы гранат, слышались крики и команды на английском языке. Николай, целиком погрузившись в игру, яростно двигал мышкой и щелкал кнопками. Время от времени с его губ слетали короткие ругательства.

– Искупайся, вояка! – крикнула Ирина, проходя в спальню.

– Ага, сейчас, – отозвался Николай, обрушивая шквальный огонь на позиции противника, – еще чуть-чуть осталось.

Девушка нашла на столике свежий номер «Космо» и упала с ним на мягкую кровать. Пока их не беспокоят, можно немного отдохнуть.

– Черт! Твою мать! – донесся из зала наполненный досадой голос Николая.

– Что такое? – усмехнулась Ирина.

– Меня убили, – обиженно пробурчал Николай. – Гады. В спину! Он встал из-за стола и, опустив голову, поплелся в ванную. Но привести себя в порядок ему не дали.

Услышав звук открываемой двери, Ирина отвлеклась от просмотра журнала и вышла в зал.

В комнате появился прибалт в сопровождении необычайно красивой девушки. Ее красота была очевидна. Даже отсутствие косметики, строгая прическа и белоснежный деловой костюм не могли скрыть исходящего от нее очарования. Ирина так и замерла на пороге, не в силах оторвать глаз от светловолосой богини. Таких правильных, словно вырезанных из мрамора очертаний ей видеть еще не приходилось. Она напомнила ей снежную королеву из сказки.

Ирина украдкой посмотрела на Николая – тот стоял с открытым ртом. Девушка произвела на него должное впечатление. Но Ирина не испытывала ревности, она прекрасно понимала Николая. Перед ними предстало совершенство, и иной реакции от обыкновенного здорового мужчины ожидать было трудно. Нет, все нормально, причин для беспокойства нет. Вот если бы он не проявил никаких эмоций, а остался бы холоден и безучастен, тогда беспокойства возникли бы. Можно было бы задуматься над правильностью его ориентации.

Сама красавица не обратила внимания на окаменевшие лица Николая с Ириной. Возможно, она привыкла к подобной реакции окружающих. Грациозно прошествовав через всю комнату, она распахнула окно и по-хозяйски уселась на подоконник, закинув ногу на ногу. Прибалт занял место у компьютера.

– Да не стойте вы как истуканы, – губы Татьяны тронула легкая улыбка, – присаживайтесь, не стесняйтесь. Как душ? – спросила она Ирину.

– Спасибо, вы вернули меня к жизни, – Ирина опустилась на диван. – У вас тут так здорово.

Татьяна вновь улыбнулась.

– Я рада, что вам нравится у меня. Тем более что вам предстоит провести здесь некоторое время.

– И сколько, если это не тайна? – спросил Николай, усаживаясь на краешек стола.

– Недолго, не беспокойтесь, – ответил Руслан. – Надоесть не успеет.

– А почему вы не хотите отпустить нас прямо сейчас? – Николай, не отрываясь, смотрел на голубоглазую красавицу.

– Вы куда-то спешите? – спросила девушка, изящно приподняв тонкие брови.

– Знаете, как-то не очень приятно чувствовать себя заложником, – ответил Николай.

– А кто сказал, что вы заложники? – удивился Руслан. – Мы не собираемся прикрываться вами, не собираемся требовать за вас выкуп. Вас всего-навсего временно ограничили в свободе передвижения.

– А какая разница? – усмехнулся Николай. – Те же яйца, только вид сбоку.

Девушка отвернулась к окну, пряча улыбку.

– Разница большая, – Руслан побарабанил пальцами по столу. – В отличие от положения заложников, ваше...

– Руслан, – перебила его хозяйка, – не стоит вдаваться в никому не нужные объяснения. Молодые люди и так все прекрасно понимают. Если вам надоело жить, пожалуйста, вы свободны. Скажу вам только одно напоследок: сегодня утром был убит генеральный директор банка «Титан». Застрелен в собственном кабинете. Перебита вся его охрана. Вы догадываетесь, кто это сделал?

– Господи... – прошептала Ирина, прикрыв ладонью рот.

– Убийца был один? – спросил Николай.

– Да, – кивнула девушка, внимательно следя за их реакцией. – Теперь, я надеюсь, вы понимаете, что покинуть нашу гостеприимную обитель означает для вас смертельную опасность?

– Что вам от нас нужно? – срывающимся голосом спросила Ирина. – Что вы хотите?

– То, что нам было нужно, мы уже узнали, – улыбнулась Татьяна. – Пока что отдыхайте, наслаждайтесь жизнью, а мы за это время попытаемся найти управу на этого человека.

– Вы просто не знаете, что с нами делать. – Николай удобнее уселся на столе и скрестил на груди руки. – Вы поймали нас, а зачем – и сами не знаете. Возможно, вы даже боитесь нас. Иначе никогда не стали бы держать нас здесь. В жизни не поверю, что вы и в самом деле обеспокоены нашей судьбой.

– В ваших словах есть доля правды, – не стала отрицать Татьяна. – Мы действительно не знаем, насколько вы опасны и чего от вас ожидать. Но и отдавать вас на съедение этого монстра лично мне тоже не хочется. Может быть, нам, наоборот, стоит прекратить вражду и, объединив усилия, попытаться вместе избавиться от нависшей над нами угрозы.

Николай потер переносицу.

– Предложение, конечно, заманчивое. Но только в том случае, если вы действительно так думаете, а не кривите душой.

– Если бы я только захотела, – сверкнула зубами девушка, – вас бы уже давно не было в живых. Интересно, зачем мне перед вами кривить душой, как вы соизволили выразиться?

– Да, действительно, зачем, – подумав, изрек Николай. – Ну что ж, в таком случае мы только рады появлению могучих союзников.

Татьяна протянула руку в сторону Руслана и поиграла в воздухе пальцами. Телохранитель незамедлительно достал из кармана пачку сигарет.

– Спасибо, – поблагодарила девушка. – Угости союзников.

Николай отрицательно махнул головой, Ирина, напротив, охотно составила ей компанию.

– Я вижу, мужчины у нас не курят? – немного удивилась Татьяна. – Что ж, могу только порадоваться за вас.

– Вы хорошо знаете этого человека? – не стал тянуть резину Николай.

– Лично я вообще его не знаю, – ответила хозяйка. – Общались несколько раз. Это было крайне неприятно для меня. Я старалась не вступать с ним в контакт без особой надобности. В курс его дел меня посвящал Руслан.

– Я тоже его почти не знаю, – подал голос телохранитель. – Он когда-то работал на Артака, и тот во всем доверял ему. Время от времени Артак прибегал к его услугам, но ничего о нем никогда не рассказывал. Единственное, что мне известно, так это то, что зовут его Хирургом. Ему двадцать семь лет... И, пожалуй, все. Он был самым засекреченным сотрудником Артака. Кое-кто из нашей охраны знаком с ним, но добавить что-то к тому, что я сказал, они вряд ли смогут. Его знал только Артак. Возможно, поэтому он от него и избавился.

– А почему Хирург? – спросила Ирина.

– Он большой специалист по холодному оружию, – ответил Руслан, – говорят, одно время только им и пользовался. Но сейчас перешел на более совершенное.

– Сменил почерк, – тихо произнес Николай. – Да, негусто. А как в таком случае ему удавалось тесно сотрудничать с милицией, раз его никто не знает?

– Все делалось через Артака, – объяснил Руслан. – У него были хорошо налажены каналы в силовых структурах.

– Ясненько. – Николай уткнулся подбородком в грудь и исподлобья посмотрел на хозяйку. – О том, с чего все началось и чем помешал вам налоговый полицейский, я так понимаю, вы говорить не будете.

Татьяна выпустила струйку дыма.

– Это вам ни к чему. Вы и так слишком много знаете. Меньше знаешь, дольше живешь. Слышали такую пословицу?

– Слышал, – поджал губы Николай. – Вы считаете, что это здание безопасно и гарантировано от нападения? – спросил он после некоторого раздумья.

– На девяносто девять процентов, – ответил Руслан. – Я бы сказал – на сто, но, по горькому опыту, знаю: нельзя быть во всем абсолютно уверенным.

– Киллер часто бывал тут?

– Несколько раз, пока мы здесь. А до нас... Он все-таки работал у Артака, – лицо Руслана стало сосредоточенным и серьезным. – А что?

– То есть система охраны объекта ему хорошо известна?

Татьяна вопросительно посмотрела на телохранителя.

– Наверное, да. За последний год, а может быть, и больше здесь ничего не менялось. – В голосе Руслана уже не слышалось прежней уверенности.

– То есть он знает о вас все, в то время как вы о нем ничего не знаете, я вас правильно понял?

– Мне кажется, вы слишком сгущаете краски, – взяв себя в руки, ответил Руслан. – Здесь дюжина бывших спецназовцев. Это настоящие профессионалы, мастера своего дела. Камеры слежения просматривают каждую пядь земли. Проникнуть сюда незамеченным невозможно. Нужно быть полным идиотом, чтобы пойти на такое. Ночью мы удвоим охрану, а сейчас... можете не думать об этом. Даже если нас атакует взвод киллеров, наши ребята легко справятся с ними...

Четыре громких хлопка на крыше, которые ни с чем нельзя было спутать, прервали его разглагольствования. Николай, Татьяна и Ирина вскочили со своих мест.

– Что это? – чуть слышно выдавила Ирина.

Руслан подбежал к окну, на ходу выхватывая из-за пояса рацию.

– База, 306-му, как слышно? Ответьте! – закричал он в динамик. – Вы слышите меня, отвечайте!

Ответом ему было нестройное шипение.

Стараясь ни на кого не смотреть, он подбежал к дверям и, открыв их, выглянул в коридор. В правой руке он сжимал взведенный пистолет.

– Никого, – больше себе, чем кому-либо, сказал он. – Ах да, я же посылал их на КП пообедать, – оживленно забормотал он, щелкая переключателем рации. – 21-й, 27-й, ответьте.

Опять то же шипение.

Николай схватил девушек за руки.

– Уходим! Нам нельзя здесь оставаться! – скомандовал он, увлекая их к выходу. – У вас есть еще оружие? – на ходу спросил он у Руслана.

Тот еще не успел прийти в себя и стоял у дверей, глупо уставившись на рацию. Николай остановился.

– Оружие есть?! – заорал он, хватая Руслана за грудки.

– А? Да, да, – он протянул Николаю запасной пистолет.

Николай кинулся к выходу и осторожно выглянул.

– Где у вас телефоны?

– В моей комнате, – дрожа от страха, ответила Татьяна. – Там и сотовый есть, на кровати. Еще в холле есть.

– Какой ближе? – Николай схватил ее за плечо и оттолкнул к косяку. – Не высовывайся! – Туда же он отправил оцепеневшую Ирину.

– Да очухайтесь же вы наконец!! – закричал он в ухо Руслану. – Все! – Он повернулся к девушкам. – Где ближайший телефон? – медленно, с расстановкой проговорил он, глядя на хозяйку.

– В моей комнате, – проглотив комок, ответила девушка.

– Идем! – Николай махнул пистолетом на дверь. – Руслан, ты первый, показывай дорогу. Потом женщины. Я буду прикрывать. И соберитесь!

Руслан уже пришел в себя. Его лицо вновь приняло холодное и спокойное выражение. Руки уверенно сжимали пистолет. Он подмигнул Николаю, ободряюще потрепал по щеке хозяйку и выскочил в коридор. Девушки выбежали вслед за ним.

– Убью гада, – сквозь зубы процедил Николай и присоединился к товарищам.

На центральном посту охраны особняка было тихо и спокойно. На экранах мониторов мелькали привычные изображения. Ребята с наружных постов докладывали обстановку в плановом режиме – каждые пятнадцать минут. За шесть часов смены никаких происшествий. Все в пределах нормы.

Старший дневной смены, бывший прапорщик спецподразделения «Витязь» Леонид Бурденко, не отрывая глаз от мониторов, помешивал ложечкой сахар в кофе.

– У на-ас печенье еще о-осталось? – спросил он, чуть заикаясь, своего помощника – белобрысого паренька с почти квадратным лицом и маленьким конопатым носом.

– В шкафу, – ответил тот, поворачиваясь на шарнирном кресле. – Принести?

– Не на-адо, я сам, – Бурденко, поставив чашечку на стол, медленно встал с кресла и, разминая затекшие суставы, потянулся всем телом. – В шка-афу, говоришь?

Дефект речи начальника караула с лихвой компенсировался великолепной внешностью. Спортивная, тренированная фигура и красивое мужественное лицо, обрамленное темно-русыми волосами. Выразительные карие глаза и аккуратный, с небольшой горбинкой нос. Вдобавок ко всему он был наделен отменным чувством юмора. У слабого пола он пользовался успехом.

– Как там на-а улице? – спросил он у второго помощника – коренастого, стриженного под расческу парня.

Молодой человек курил, сидя на подоконнике у открытого окна.

– Жарко, – несколько раздраженно ответил он. – Как там еще может быть.

– Жа-ар костей не ломит! – Бурденко хрустнул суставами пальцев и открыл висевший на стене шкаф-пенал. – И где тут?

– Справа, – подсказал белобрысый, – в углу.

– Ага, вижу, – Бурденко протянул руку к пакету.

В дверь постучали условным стуком-паролем.

– Белый, о-открой, – попросил Бурденко, доставая печенье.

Парень нехотя встал и подошел к двери. Ему и в голову не пришло спросить, кто там. Он был уверен, что это либо Руслан, либо кто-то из своих пришел за минералкой или сигаретами. Это была самая непростительная ошибка в его жизни. Едва повернув ключ в замке, он был сбит с ног сильным ударом. Бурденко с помощником тоже не успели среагировать. Брюнет расстрелял их с порога.

Белый, приподнявшись на локтях, смотрел на направленное на него дуло пистолета с глушителем.

– Хирург? – удивленно выдавил он.

– Он самый, – брюнет улыбнулся и дважды нажал на гашетку.

Мозговой центр уничтожен. Теперь охрана особняка не опаснее слепого котенка. Брюнет взглянул на часы. Два часа десять минут. С момента начала операции прошло семь минут. Неплохой результат. До следующей отзвонки постов восемь минут. Времени больше чем достаточно.

Брюнет заменил обойму и побежал по коридору. Следующая цель – холл. Достигнув лестницы, он остановился и посмотрел вниз. Охранник, как и положено, сидел за столиком у выхода. Рядом с ним стояли еще двое.

«Ага, значит, Руслан отпустил своих псов пообедать, – догадался он. – Тем лучше».

Брюнет проверил пистолет и, не скрываясь, начал спуск по лестнице.

Услышав шаги, охранники оглянулись. Ничего подобного увидеть они не ожидали. Не теряя надежды до последней секунды, они схватились за пистолеты. Брюнет выпустил в них всю обойму. Парни завертелись под градом свинца и попадали на пол. Брюнет на ходу перезарядил пистолет.

– Отлично, – он остановился над трупами. – Ни одной пули мимо цели.

«Раз эти двое здесь, – решил он, – значит, Руслан сейчас у пленников».

Он развернулся и побежал назад, вверх по лестнице. «Будем брать высоту», – усмехнулся он.

На крышу вел один вход, и добраться до него можно было только через третий этаж по винтовой лестнице. Стараясь передвигаться бесшумно, он ступеньку за ступенькой преодолел опасный участок и оказался в тесной башенке с толстыми зеркальными стеклами. Замечательно. Обзор отличный, он видит всю крышу, в то время как охранники, даже если посмотрят в его сторону, кроме своего отражения не увидят ничего. Брюнет бросил взгляд на часы. До отзвонки осталось четыре минуты. Парни с карабинами, нарушая инструкции, стоят рядом у кромки крыши и о чем-то спорят.

«Пора!» – Брюнет толкнул дверцу и прыгнул на смотровую площадку.

Перекувыркнувшись через голову, он встал на одно колено и защелкал гашеткой. Пистолет выплюнул в грудь и голову очумевших охранников смертельную дозу свинца. Парни рухнули друг на друга. К счастью, с крыши никто не свалился.

Брюнет посмотрел на часы. Три минуты. Он подполз к краю крыши и выглянул во двор. На КПП все тихо. Никто ничего не заметил.

«В будке двое, – размышлял он, – а где еще парочка?»

Он обежал крышу по периметру, осторожно посматривая вниз. Стоп! А вот и они. Охранники вышли из парка и двигались в направлении КПП.

Брюнет присел на колено и, вытянув руки, прицелился.

«Метров двадцать пять–тридцать, – прикинул он. – Достану».

Щелк, щелк, щелк. Один охранник упал на спину, раскинув руки и ноги. Второй ползал по тропинке, держась за живот.

– Потерпи, братишка, – прошептал брюнет, тщательно прицеливаясь. – Сейчас, ты только не кричи.

Щелк, щелк. Парень перевернулся на спину и замер.

– Вот видишь, и совсем не больно, – тоном врача проговорил брюнет.

Он перезарядил пистолет и спрятал его в кобуру. КПП этой пыхалкой не возьмешь. Настало время переходить к открытым действиям. Он приблизился к убитому охраннику и взял висевший у него на плече карабин «сайга-420» с оптическим прицелом. Оружие, конечно, так себе, но для поставленной цели сгодится.

Брюнет присел на краю крыши и направил ствол на КПП. Сквозь окошечко будки он видел профиль одного из охранников. Усатый армянин, сидя за столом, что-то читал. Стрелять рановато. Через две минуты они начнут отзваниваться, не получив ответа, кто-нибудь из них наверняка побежит к зданию выяснять причину. Нужно только проявить немного терпения.

Все произошло так, как он и предполагал. Через две с небольшим минуты из КПП вышел охранник и неторопливо пошел к дому. Глупец, он даже не удосужился вытащить пистолет из кобуры – настолько был уверен, что ничего серьезного не произошло.

Брюнет направил ствол на окошко КПП и дважды выстрелил. Усатый армянин кувыркнулся вместе со стулом. Второй охранник выхватил пистолет и заметался на месте, пытаясь определить огневую точку. Нашел он ее слишком поздно. Пули двенадцатого калибра снесли ему полголовы.

Брюнет бросил карабин и побежал к выходу. Эхо от выстрелов все еще не утихло. Cоседей можно было не опасаться. Они примут стрельбу за тренировку охраны. Подобное здесь не редкость. А вот оставшиеся в здании люди, его главная цель, наверняка насторожатся и смогут дать бой. Но это только подстегивало его. Добавляло адреналина в кровь.

Он спустился по лестнице и побежал по коридору, держа пистолет на изготовку. Стрелки на часах показывали два часа девятнадцать минут. На полную ликвидацию охраны ушло шестнадцать минут. Результат превосходный. Осталось уничтожить главную цель. Только в этом случае операцию можно назвать успешной.

Он несся по первому этажу здания, подгоняемый азартом и жаждой крови. Никакая сила не могла остановить его сейчас. Он чувствовал добычу и был уверен в благополучном исходе операции.

Впереди поворот, нужно быть внимательным, цель может показаться в любую секунду. Брюнет прыжком выскочил за угол, выкидывая вперед руки с пистолетом. Четверка беглецов шла вдоль стенки коридора прямо на него.

Брюнет открыл шквальный огонь.

Ирина, прижимаясь к украшенной лепным узором стене, стараясь не отставать, бежала за Русланом и Татьяной. Ее сердце колотилось с такой бешеной скоростью, что, казалось, вот-вот не выдержит нагрузки и разорвется. Единственное, что ее успокаивало, были мерные шаги Николая за спиной. Она верила, что, пока он рядом, ей ничего не угрожает.

Появление высокого мужчины в светлом пиджаке было для нее неожиданным, как, впрочем, и для всех остальных. Выстрелов Ирина не слышала. Она только увидела, как Руслан изогнулся дугой и упал на колени, следом к стене отлетела Татьяна. Дальнейшие события произошли с дьявольской быстротой. Кто-то схватил ее за плечо и швырнул на пол. Падая, она услышала грохот выстрелов над собой. Это огрызнулся пистолет Николая. Фигура в светлом пиджаке исчезла.

Николай ударом ноги вышиб ближайшую к ним дверь и, подняв Ирину, затолкал ее в образовавшийся проем. Они оказались в одной из комнат особняка. Времени на ее осмотр не было. По косяку застучали пули. Николай прыгнул на пол и, наполовину вывалившись в коридор, дал ответный залп.

– Жди меня здесь! – крикнул он девушке, выскакивая в коридор.

Ирина зажала рот обеими руками, чтобы не закричать. Снаружи вновь громыхнули выстрелы. Ирина зажмурилась. К ее неописуемой радости, Николай вернулся. Двигаясь спиной, он затащил в комнату Татьяну.

– Она ранена, – объяснил он. – Постарайся ей помочь.

Николай вернулся к двери. В руках он держал пистолет Руслана.

Ирина, не представляя, что делать, стояла на коленях перед хозяйкой особняка. Девушка была без сознания и тяжело дышала. Ее белоснежный костюм покрылся ярко-алыми пятнами.

Борясь с подступившей тошнотой, Ирина сняла с девушки пиджак и расстегнула блузку. До сих пор она сталкивалась с огнестрельными ранами только в кино, и открывшееся перед ней зрелище показалось ужасным.

Ирина тряхнула головой и несколько раз глубоко вдохнула, чтобы не упасть в обморок. Это помогло. Только дрожь в пальцах унять не удалось.

...В косяк впилось еще несколько пуль. Николай ответил двумя выстрелами и перезарядил пистолет.

– Оставайтесь здесь! – крикнул он и исчез в коридоре.

Случилось то, чего Ирина боялась больше всего: она осталась одна. Из коридора послышался шум пальбы. Девушка зажала уши ладонями.

– Все! Все! Все! Хватит! – приказала она себе. – Успокойся! Иначе она умрет. Ее жизнь в твоих руках, Ирина, соберись... Мамочка! Господи, помоги мне!

Она заставила себя вновь взглянуть на Татьяну. Ей удалось справиться с истерикой. Она осмотрела девушку более спокойно. Раны оказались не такими серьезными, как показались ей сначала. В Татьяну попало две пули. Одна прошла навылет, раздробив плечо и лопатку. Вторая лишь царапнула бок.

Ирина вскочила и заметалась по комнате в поисках чего-нибудь полезного. Довольно скоро ей удалось обнаружить бутылку виски. В качестве перевязочного материала она решила использовать простыню.

...Николай, воспользовавшись заминкой киллера, вызванной перезарядкой пистолета, бросился вперед, поливая его позицию прицельным огнем. Брюнет прижался к стене, пытаясь увернуться от летевших в него осколков камня и дерева. Он успел вставить новую обойму и, как только выстрелы стихли, выглянул за угол, намереваясь открыть ответный огонь. Но противник оказался гораздо ближе, чем он предполагал.

Николай отвел его руки и, вкладывая в удар всю ярость, с силой врезал рукояткой пистолета ему в лоб. Если бы брюнет не увернулся, его череп раскололся бы надвое. Но ему повезло. Удар получился скользящим. Тем не менее пистолет он выронил. Николай схватил его за волосы и несколько раз ткнул головой в стену. Брюнет почувствовал, что теряет сознание. Николай развернул его и въехал коленом в грудь, а следом в лицо. У брюнета перехватило дыхание. Он согнулся пополам. Следующий удар был локтем в позвоночник. Киллер рухнул на пол и затих.

Николай тяжело привалился к стене и вытер тыльной стороной ладони пот со лба.

– Допрыгался, подонок, – зло усмехнулся он, переворачивая носком ботинка неподвижное тело.

Убийца не подавал признаков жизни. Из его разбитых губ по щеке струйкой сбегала кровь.

– Вот и ладненько. – Николай взял его пистолет и побежал к Ирине.

К его удивлению, девушка с поставленной задачей справилась. Раны Татьяны были обработаны и перевязаны. Сама пострадавшая лежала на кровати. Ирина, обхватив колени руками, сидела рядом и безучастно смотрела на превращенный в щепки дверной косяк. На полу валялись пустая бутылка из-под виски и обрывки простыни.

Николай подошел к ней и крепко обнял.

– Все кончено, малышка, – прошептал он. – Все позади. Теперь все будет, как в танке.

Ирина подняла на него глаза.

– Надо вызвать «Скорую», – сказала она. – Ей нужна помощь.

– Я знаю, – ответил Николай. – Пойдем. Вызовем «Скорую», вызовем милицию... И смоемся отсюда.

– Зачем? – не поняла Ирина.

– Чтобы нас не записали в число подозреваемых, – объяснил Николай. – Они в два счета повесят все это на нас. Но даже если не повесят, то лишняя нерво-трепка нам ни к чему. Мы и так натерпелись достаточно. Верно?

Ирина кивнула и встала с кровати.

– Ты убил его? – шепотом спросила она.

– Нет, но оклемается не скоро. Пойдем, надо упаковать его должным образом и передать в надлежащие руки.

Ирина грустно усмехнулась.

– Пойдем.

В коридоре Николая ждал неприятный сюрприз. Киллера на месте не было.

– Дьявол! – выругался Николай, выхватывая пистолет. – Бежим! «Скорую» вызовем позже.

Ирина не стала ничего спрашивать. Она и так все поняла.

Негостеприимный особняк они покинули на обнаруженном у КПП мотоцикле «Ямаха».

Въехав в город, они первым делом занялись поиском телефонной будки. Эта задача оказалась легко выполнимой. Уже через несколько кварталов они нашли то, что искали. Николай направил мотоцикл к обочине.

– Иди, трезвонь! – крикнул он Ирине, не заглушая двигателя. – Но недолго! У нас мало времени!

Ирина спрыгнула с седла и побежала к будке, но на полпути остановилась и вернулась.

– У меня нет карточки, – объяснила она свое замешательство.

– Ты куда звонить собралась? 02 и 03 – бесплатно. Быстрее! – поторопил ее Николай.

– Черт! – Ирина метнулась к телефону...

– Дозвонилась? – спросил Николай, когда девушка вернулась.

– Да, обещали скоро приехать! – крикнула она, усевшись сзади и крепко обняв его. – Спросили только, кто я такая и откуда звоню.

– Надеюсь, ты не сказала? – спросил Николай, трогаясь с места.

– Я, может, и дура, но не до такой степени! – прокричала Ирина.

Мотоцикл выехал на дорогу и помчался навстречу ветру.

Ни Ирина, ни Николай не обратили внимания на остановившуюся метрах в пятидесяти от них серую «Волгу». Водитель, худощавый брюнет в светлом пиджаке, воспользовался остановкой, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Он направил на себя зеркальце заднего вида и чертыхнулся. Растрепанные волосы, заплывший правый глаз и разбитые губы. Ужас, одним словом. Впрочем, есть в этом и положительный момент. Вряд ли кто сейчас сможет опознать его. Фотография, показанная по телевизору, была теперь мало похожа на оригинал.

Брюнет порылся в бардачке и, обнаружив там зеркальные солнцезащитные очки, нацепил их себе на нос. Извлек из внутреннего кармана расческу и кое-как уложил волосы. Еще раз взглянул в зеркальце.

– Это еще куда ни шло, – прошепелявил он вспухшими губами, возвращая зеркальце в исходное положение. – Еще бы башка прошла.

Голова болела сильно. Попытка Николая пробить ею стену не прошла бесследно для нее. И все же ему повезло. Он не переставал удивляться, как ему удалось так легко отделаться. Будь на его месте менее выносливый человек, лежал бы сейчас на больничной койке под чутким надзором четырех «санитаров» в штатском.

«А этот парень ничего, умеет дать по морде, если захочет, – размышлял брюнет, посматривая на широкую спину Николая, облаченную в джинсовую куртку. – Военная разведка плохому не научит».

При воспоминании о недавней стычке он содрогнулся. Надо же так лопухнуться. Ведь все так хорошо начиналось. В третий раз эта парочка умудрилась обвести его вокруг пальца. Подобного еще не удавалось никому. Они лишили его работы. Выставили на посмешище. Впредь ни один уважающий себя клиент не захочет иметь с ним дело. Мало того, он сам только чудом остался в живых!

Брюнет заскрежетал зубами. В последний момент он мог все исправить. Когда мотоцикл с беглецами выезжал за ворота особняка, он держал их на прицеле. Снять их из окна второго этажа, несмотря на отдающую дикой болью голову, было пустяковым делом. Он бы не промахнулся. Но, увы, в пистолете, брошенном Николаем в коридоре, не осталось ни одного патрона. Досадно. Но следующий раунд обязательно будет за ним. Он возьмет реванш. Чего бы это ему ни стоило!

Он сунул руку за пазуху и погладил теплую рукоять пистолета, взятого из кобуры убитого охранника.

– Игра еще не закончена, – процедил он. – Смейтесь пока. Но скоро я посмеюсь над вашими трупами.

Брюнет не испытывал ненависти ни к Николаю, ни к Ирине. Где-то в глубине души он даже уважал их как достойных соперников. Им двигало не чувство мести. Просто он не мог оставить безнаказанными нанесенные ему обиды. Его честолюбие задето за живое. И если он не поставит обидчиков на место, то навсегда потеряет уважение к себе.

Брюнет наклонился к рулю. Ирина выскочила из телефонной будки и села на мотоцикл. Он запустил двигатель и включил первую передачу.

Мотоцикл, обдав пространство вокруг себя облаком выхлопных газов, выехал на дорогу. Подождав несколько секунд, брюнет надавил на газ.

Поколесив немного по городу, Николай почувствовал неприятные ощущения в области желудка. Он вспомнил, что за весь день, наполненный опасностями и приключениями и отнявший у них столько энергии, они не ели ничего, кроме нескольких бутербродов в подвале.

– Как насчет пожевать?! – прокричал он через плечо.

– Что?! – не расслышала Ирина.

– Есть хочешь?!! – закричал Николай что было силы, стараясь заглушить рев двигателя.

– Да, можно! – ответила девушка.

Николай кивнул.

В «Аромате», небольшом, но уютном кафе, было по-домашнему тихо. Ненавязчиво играла музыка, бесшумно суетились официанты. У стойки отчаянно боролся со сном бармен.

– Выбирай столик, – предложил Николай. – Сегодня, слава богу, места есть.

– Вон тот в углу, у окна. Не хочу быть в центре внимания.

– Да, место удобное, – одобрил он, помогая девушке сесть за стол. – Обзор хороший, а мы при этом незаметны.

– Ты сейчас говоришь, как настоящий разведчик, – Ирина расплылась в улыбке.

– Привычка. Восемь лет практики не проходят даром.

– Что будете заказывать? – Официант появился так неожиданно, что Ирина вздрогнула.

– Ой, вы меня испугали, – шутливо высказала она.

– Приношу извинения, честное слово, не хотел, – молодой парень залился краской. – Вот вам меню, я подойду позже.

– Спасибо, – поблагодарил Николай. – Так, что будем есть?

– Положусь на твой вкус, – ответила Ирина. – Я доверяю тебе.

– Ну, ладно, – Николай пробежал взглядом по меню. – От спиртного, я думаю, откажемся?

– Надеюсь.

– Ага... В таком случае... – он подманил официанта.

– Слушаю вас, – молодой человек вытянулся в услужливой стойке.

– Нам, пожалуйста, салат «Крабовый», картошку фри и котлеты. Все по две порции. И лимонад, если можно. Нет, лучше сок, апельсиновый.

– Все?

– Пока все.

Официант удалился.

– И как тебе мой вкус? – спросил Николай.

– Да вроде ничего. Сейчас посмотрим. А денег хватит?

– Спасибо Зюкину, да.

– Интересно, а курить здесь можно? – Ирина огляделась.

– На столе стоит пепельница, значит, можно, – ответил Николай.

– И в самом деле. А я и не заметила, – усмехнулась Ирина, доставая сигареты и зажигалку.

– Ваш заказ, – произнес как из-под земли выросший официант.

На этот раз вздрогнул Николай.

– У них здесь что, прикол такой – подкрадываться к клиенту и пугать его до полусмерти? – спросил он, когда официант удалился.

– Я тоже так подумала, – засмеялась Ирина.

Николай разлил сок по фужерам.

– За что выпьем?

– За нашу встречу, – предложил Николай.

– За очень необычную встречу, надо заметить, – усмехнулась Ирина.

– Да, за очень необычную встречу, которая повлекла за собой такое приятное знакомство.

– А ты здесь часто бываешь? – спросила Ирина, поставив фужер на стол.

– Периодически, – ответил Николай. – Я здесь обычно обмываю свои гонорары. Но с девушкой я тут впервые.

– Очень рада, что я первая, – Ирина принялась за салат. – Ничего, вкусно.

– Да, ничего, – согласился Николай.

– Как не хочется говорить о проблемах, – обреченно покачала головой Ирина, – но говорить придется. Закрыть на все глаза мы не можем.

– Не спорю, – поджал губы Николай. – Но тебе не стоит забивать этим голову. Ешь спокойно, наслаждайся жизнью.

– У тебя есть план? – заинтересованно спросила Ирина.

– Есть. – Николай отложил вилку и потянулся к графину с соком. – Я предлагаю отдохнуть немного. Пусть все утихнет, встанет на свои места. А мы тем временем насладимся обществом друг друга. Денька через три-четыре свяжемся с Виктором, и он введет нас в курс дела. Как тебе такой расклад?

– Звучит заманчиво, – медленно проговорила девушка. – А где мы будем отдыхать? У тебя есть на примете подходящее местечко?

– Есть. Между прочим, не очень далеко от Тарасова. В лесу, – спокойно ответил Николай. – Я его случайно обнаружил несколько лет назад. Это заброшенная избушка лесника. Заброшенная, но вполне сносная. Тебе понравится. Я иногда отдыхаю там, когда возникает потребность уединиться. Вряд ли кому придет в голову искать нас там.

– В лесу? – Ирина задумчиво нахмурила брови. – Ну, за неимением лучшего удовольствуемся этим. Тем более, раз это место нравится тебе, значит, должно понравиться и мне. Правильно?

– Абсолютно. – Николай вновь наполнил фужеры. – Давай теперь выпьем за тебя, за самую красивую девушку Тарасова.

– Спасибо, – Ирина скромно опустила глаза. – Только ты преувеличиваешь.

– Нисколько. Я знаю, что говорю. За тебя, Ирочка...

Предоставив возможность мотоциклу отъехать подальше, брюнет вывел «Волгу» на дорогу и, соблюдая безопасную дистанцию, осторожно поехал следом.

Закупив провиант, необходимый для нормальной жизни в лесу в течение нескольких дней, и заправив мотоцикл, скитальцы покинули город. Время приближалось к вечеру, становилось свежо. Езда на мотоцикле обогреву не способствовала нисколько. Николай, заметив, что руки и плечи девушки покрылись мурашками, остановился и передал ей свою куртку.

– Так лучше? – спросил он, помогая Ирине одеться.

– Лучше, а сам-то как? – Она провела ладонью по его футболке. – Не замерзнешь?

– Меня любовь греет, – улыбнулся Николай.

– Хорошо, если так, – Ирина обняла его и поцеловала.

Они стояли на обочине Сокурского тракта. На шоссе в это время было тихо. Лишь изредка мимо них проносились машины, возвращая в город дачников. Солнце садилось. Облака на западе начинали алеть. Еще немного, и освещать дорогу придется светом фар.

– Поехали? – тихо спросил Николай, не выпуская девушку из объятий.

Ирина вздохнула.

– Поехали...

– Нам еще километров сорок. – Николай посмотрел на солнце. – Если постараемся, успеем засветло.

– А если не успеем, ничего страшного, – Ирина потерлась кончиком носа о его подбородок. – Будем обживать твою хижину на ощупь.

– Обживать будем завтра, – Николай положил ладони на ее плечи, – а сегодня нам бы доползти до кровати и...

– Там еще и кровать есть? – удивилась Ирина.

– Конечно, – Николай притянул ее к себе и поцеловал в губы. – И даже не очень пыльная. Когда я был там в последний раз, я все накрыл целлофаном и брезентом. Специально, между прочим, привозил из дома.

– А пока тебя не было, там никто не мог похозяйничать?

– Не знаю, но я заколотил окна и повесил замок.

– У тебя и ключ есть?

– Он кодовый, – Николай обнял ее за талию и повел к мотоциклу. – Если только его не сорвали вместе с дверью. Но до сих пор такого не случалось.

Он сел в седло и подождал Ирину.

– Не будем терять времени, поехали.

Ирина крепко прижалась к его спине.

Отъезжая, Николай посмотрел через плечо. В нескольких сотнях метров от них припарковалась серая «Волга». У нее мигала аварийка, а водитель возился с домкратом у заднего колеса. Разглядеть его на таком расстоянии было невозможно. Николай заприметил лишь синие джинсы и темную футболку.

– Надеюсь, это не тот, о ком я думаю, – прошептал он, запуская двигатель.

– Что?! – крикнула Ирина ему в ухо.

– Ничего! Это я так, сам с собой!

Подъезжать к подозрительной машине Николай не рискнул.

Когда мотоцикл отъехал, брюнет торопиться не стал. Он хорошо знал эту дорогу. Ближайшее ответвление от нее километров через десять, так что куда бы они ни ехали, догнать их он всегда успеет.

Не спеша он открыл багажник и, швырнув туда домкрат, вернулся за руль, по пути поправив телескопическую антенну на крыле. Выждав еще несколько секунд, он завел машину.

Николай гнал мотоцикл, постоянно посматривая в круглое зеркальце, закрепленное на длинном штативе на руле. Серой «Волги» не было, и он немного успокоился. «Так и психом стать недолго, – думал он. – Подумаешь, мужик колесо меняет. Ну, менял и менял. Что тут такого? Даже если он поедет сейчас за нами... и хрен с ним, пусть едет. Мало ли куда ему надо!»

Но неприятное чувство не покидало его. Николай в очередной раз посмотрел в зеркальце. Серая «Волга» замелькала на горизонте.

«Черт, надеюсь, это и в самом деле просто попутчик», – он прибавил газу.

«Волга» начала отставать и вскоре скрылась из вида.

«Точно психом стану, – усмехнулся Николай. – Если бы это был он, то наверняка атаковал бы нас прямо здесь. Лучшего места и не придумаешь».

Словно в подтверждение его слов, «Волга» вновь появилась на горизонте. Теперь она быстро набирала скорость.

«Или просто идет на обгон, или я не такой уж и псих», – Николай выкрутил газ до предела. Мотоцикл едва не встал на дыбы.

Действия Николая насторожили Ирину.

«Куда он так торопится? – удивилась девушка. – Сам же говорил, километров сорок осталось. Должны успеть засветло... или хочет показать, какой он крутой гонщик? А может...» – Ирина оглянулась.

За ними на большой скорости шла серая «Волга». Несмотря на то, что Николай выжимал из мотоцикла все лошадиные силы, расстояние между ними сокращалось.

Водитель «Волги» включил фары. Ирина зажмурилась от ударившего по глазам света. Николай последовал его примеру. Электрический луч рассеял сгущавшиеся сумерки.

Ирина пыталась отогнать от себя заползавший в душу страх.

«Нет, это не он, – думала она. – Он не мог выследить нас так быстро. Не мог. Господи, ведь это не он?»

Фары «Волги» несколько раз моргнули.

«Что ему надо? – удивилась Ирина. – Чтоб мы уступили ему дорогу? Предупреждает, что идет на обгон? Или просит остановиться? Может, это действительно не он? А вдруг милиция?»

«Волга» была уже совсем близко. Ее левый поворотник заморгал.

«Просто идет на обгон, – попыталась успокоить себя девушка. – Почему Николай не хочет пропустить его?»

Николай прикладывал немало усилий, чтобы удержать мотоцикл на такой скорости. Он сильно рисковал. Казалось, еще секунда – и взбесившаяся техника взлетит. Он молил бога, чтобы им под колеса ничего не попало. Небольшой камешек, и он уже ничего не сможет сделать. Но, несмотря ни на что, «Волга» не только не отставала, а, наоборот, быстро приближалась.

Николай уже не сомневался в том, кто их преследует. Вряд ли кому-нибудь еще могло понадобиться устраивать рискованные гонки с мотоциклом. Разве что пьяному каскадеру. Но для пьяного этот водитель вел машину слишком уверенно.

«Волга» переместилась влево, и теперь они мчались параллельно друг другу на небольшой дистанции. Смотреть в зеркальце Николай не мог, свет от машины ослеплял его.

...До мотоцикла оставалось меньше тридцати метров. Брюнет хищно оскалился. Он чувствовал близкую развязку. Выставив в окно левую руку с пистолетом, он несколько раз, не целясь, нажал на спусковой крючок.

Николай инстинктивно прижался к рулю. Ирина, крепко держась за него, наклонилась чуть в сторону. Мотоцикл вильнул, но тут же выровнялся. Его затрясло. С большим трудом Николаю удалось справиться с управлением. Ирина прижалась щекой к его спине и зажмурилась.

«Господи, помоги нам, – молилась она. – Избавь нас от этого психа».

С закрытыми глазами было не так страшно. Она слышала лишь бешеный рев двигателя и свист ветра, который безжалостно трепал ее волосы. Если бы она открыла глаза, то увидела бы бампер «Волги» в нескольких метрах от своей ноги.

Брюнет приготовился к решающему удару. Он отбросил на сиденье пистолет и обеими руками вцепился в руль. Одно точное резкое движение – и мотоцикл выбросит на обочину. И тогда ничто уже не сможет помочь назойливой парочке.

Мужчина так увлекся погоней, что не обратил внимания на знак, предупреждающий об опасном повороте.

Николай видел все. Перед ним встала нелегкая дилемма. Если он сбавит скорость, чтобы получить возможность вписаться в поворот, киллер наверняка воспользуется этим и ударит его корпусом «Волги». Это верная смерть. Но если он не сбросит скорость, мотоцикл вылетит с трассы. Выжить после такого тоже вряд ли удастся.

Николай выбрал третье, не менее рискованное решение. За долю секунды до удара «Волги» он съехал на обочину. Мотоцикл запрыгал так, что их только чудом не выбросило из седла. «Ямаха» промчалась по кочкам поляны с сухой колючей травой и, срезав таким образом поворот, вновь выскочила на трассу. Николай сбавил скорость и оглянулся.

Брюнет на внезапно изменившуюся ситуацию среагировать не успел. «Волга» на скорости 180 км/ч вылетела с дороги и исчезла в посадках. Если бы на ее пути был не молодой ельник, а что-нибудь более серьезное, результат такого полета был бы весьма плачевен. Во всяком случае, для водителя.

Николай не стал интересоваться состоянием здоровья киллера и, выжав газ, поспешил удалиться подальше от опасного места.

Ирина полета «Волги» не видела, но по смятым елочкам у обочины догадалась, что произошло и куда она исчезла.

«Если этот псих не был пристегнут, – подумала она, – после приземления он вполне мог отдать богу душу. Точнее, дьяволу».

Но брюнет не спешил расстаться со своей бессмертной субстанцией. Видно, дьявол решил дать ему еще один шанс. Вдавившись в спинку сиденья и крепко вцепившись в руль, он благополучно совершил аварийную посадку. Машина, протаранив посадки насквозь, замерла на кромке большого, поросшего бурьяном поля. Двигатель чихнул несколько раз и затих.

Брюнет опустил голову и с шумом выпустил воздух.

– Твою мать, – произнес он, ощупывая себя. – Твою мать, – он запрокинул голову и закрыл глаза.

Его начал душить истерический смех.

– Ну надо же, – он сцепил пальцы на затылке, не переставая смеяться, – опять облом... Видно, в понедельник меня мама родила... Черт!!! – Он с силой врезал кулаками по рулю. Его лицо мгновенно стало серьезным. – Убью! Убью! Убью! – выкрикивал он, яростно опуская кулаки на руль. – Убью!!

Ему потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя и заняться осмотром машины. К его радости, серьезного урона «Волга» не понесла, если не принимать во внимание внешний вид, конечно. Все остальное было легко исправимо.

Брюнет огляделся. Выехать назад, через посадки, будет затруднительно. Но ничто не мешало ему проехать вдоль них до первого просвета и через него вернуться на трассу. Мотоцикл за это время, должно быть, успел далеко уехать. Но шансы догнать его сохранились.

«Не уйдешь, не уйдешь, – брюнет завел машину и развернул ее параллельно ельнику. – Не должен уйти. Должно же и мне повезти когда-нибудь!»

Виляя задом и выбрасывая из-под колес комья земли, «Волга» помчалась вперед.

Мысли о киллере долго не покидали Ирину. Удалось ли им избавиться от него, или он так и будет преследовать их? Она не понимала, почему Николай не остановился и не проверил, жив ли он. Конечно, подходить через посадки к вооруженному человеку было опасно, но все же... Роль беглецов нисколько не устраивала ее. Ей надоело жить в постоянном страхе. Вся ее сущность требовала активных действий.

Как оказалось, Николай думал так же. Мотоцикл стал сбрасывать скорость и вскоре остановился. Ирина непонимающе огляделась. Перед ними был мост через небольшую речку. Сразу за ним дорога шла через густой смешанный лес. Никакой избушкой лесника здесь и не пахло.

– Слезай! – приказал Николай. – Небольшая передышка.

Так и не разгадав его намерений, Ирина подчинилась.

Николай тоже спрыгнул с мотоцикла и, держа его за руль, повел вдоль обочины подальше от моста. Пройдя метров двадцать, он спустился с насыпи и положил мотоцикл набок.

– С дороги не видно? – спросил Николай.

– Не-а, – ответила девушка.

– Отлично! Иди сюда и ложись рядом.

Недоуменно пожав плечами, Ирина приблизилась.

– Ложись, ложись, – повторил Николай. – Чует мое сердце, наш друг скоро появится.

– Ты хочешь устроить засаду? – догадалась девушка.

– Именно! А теперь лежи тихо и постарайся не высовываться, я буду у моста.

Он задрал футболку и вытащил из-за пояса пистолет.

– Устроим ему торжественную встречу, – усмехнулся он. – Если получится, то с фейерверком.

Ирина с любопытством смотрела на него. Ей понравился его задор и боевое настроение.

– Господи, только бы все получилось, – прошептала она.

Николай побежал к мосту и, добравшись до ограждений, лег на насыпь лицом к дороге. Помахав Ирине, он положил перед собой пистолет и затаился.

Ждать пришлось долго. Несколько раз тревога была ложной. Мимо них проносились автомобили, не имеющие к их преследователю никакого отношения. Николай уже начал сомневаться в правильности выбранного решения и стал подумывать о возвращении назад (может, парень скончался на месте), когда до них донесся шум двигателя.

Николай осторожно выглянул. Мост находился в низине, и дорога к нему шла под горку. Быстро темнело, но трассу все еще было хорошо видно. Машина приближалась. Николай, поглаживая ствол пистолета, терпеливо ждал. Определить точно, тот ли это автомобиль, пока было затруднительно. Но он не торопился. Прежде чем что-либо предпринять, необходимо полностью гарантировать себя от ошибки. Иначе последствия могут оказаться роковыми.

Когда машина приблизилась на пятьдесят метров, сомнения Николая отпали. Это был он. Серая «Волга», только немного видоизмененная. Решетка радиатора и бампер изогнуты внутрь. Левой фары и поворотника нет вообще. Крышка капота покорежилась и больше напоминала стиральную доску. Лобовое стекло покрылось «паутиной».

Николай вскочил на колени и выпустил в приближающийся автомобиль всю обойму.

«Волга», немного не дотянув до моста, вильнула в сторону и скрылась за ограждениями. Перезарядив пистолет, Николай перебежал дорогу и посмотрел вниз. Автомобиль, переворачиваясь через крышу, катился по крутому склону. Достигнув реки, он, подняв тучи брызг, нырнул в ее воды и стал медленно погружаться.

– Ну, если и после такого ты оклемаешься, то я не знаю, – хмыкнул Николай, сплевывая в реку. – Счастливого плавания, капитан Немо! Жаль только, фейерверка не получилось.

Через несколько минут мотоцикл продолжил прерванное движение.

Задержись Николай с Ириной чуть подольше, они бы получили возможность избавиться от своих проблем раз и навсегда. Но спешка, уже не раз подводившая их, оказала медвежью услугу и на этот раз.

Едва мотоцикл покинул мост, из теплых вод речки Тарасовки показались голова и плечи человека.

Брюнет, а это был именно он, сжав зубы от нестерпимой боли в области груди и позвоночника, посмотрел на перекрытия нависшего над ним моста и, не заметив ничего подозрительного, медленно поплыл к берегу. Каждое движение давалось ему с большим трудом. Голова гудела, ребра ныли, правая рука не слушалась вообще. Если бы речка была чуть пошире, он вряд ли бы сумел выбраться из нее. Но Тарасовка – далеко не Волга. Эта речушка не только узкая, но и неглубокая. Вскоре его ноги нащупали дно, и брюнет, собрав остатки сил, выбрался на берег.

Жадно хватая ртом воздух, он упал на колени.

– Сегодня явно не мой день, – выдохнул он на последнем дыхании и рухнул на грудь.

Как они ни старались, добраться до места засветло не удалось. Последние километры они преодолевали в полной темноте, нащупывая дорогу узким лучом фары. Ирина замерзла основательно. Ее уже не согревали ни джинсовая куртка, ни теплая спина Николая, ни радостные мысли о гибели смертельного врага.

«Когда же наконец закончатся эти несчастные сорок километров? – стуча зубами, думала она. – Такое ощущение, что мы проехали все двести, а этой чертовой избушки все нет!»

Мотоцикл свернул с трассы, и теперь они мчались по засыпанной щебнем дороге. Девушке показалось, что она скатывается в тазике по Потемкинской лестнице. Николай, наверное, испытывал схожие ощущения и сбавил скорость. Тряска уменьшилась.

Они проскочили небольшую деревушку, напугав местных жителей, и, повиляв по ее окрестностям, выехали к лесу. Николай заглушил двигатель и остановил мотоцикл.

– Дальше пешком, – объяснил он. – Тропинка здесь узкая и все время в гору. В такой темноте на этом драндулете ехать опасно. Шею сломать можно.

Ирина спрыгнула и потрясла руками и ногами, разминая мышцы и разгоняя кровь.

– Идти долго? – спросила она.

– Нет. Главное, в гору забраться, а там пустяк.

Толкая перед собой мотоцикл, они начали подъем. По пути обнаружилась одна досадная неприятность. Пропал пакет с продуктами. Скорее всего, слетел с багажника во время гонки.

– Это не самое страшное, что могло с нами произойти, – Николай катил мотоцикл, не проявляя признаков усталости. – Будем считать, что легко отделались.

– И не поспоришь, – усмехнулась Ирина.

– Ничего, сегодня ляжем голодными, а завтра с утра я сбегаю в деревню и что-нибудь соображу. Не бойся, голодной смертью не умрем... Эх, пошла, родимая! – Николай с разбегу преодолел последний участок подъема. – Ну вот и все!

– А где избушка? – Ирина удивленно оглянулась.

Что-либо разглядеть в такой темноте было невозможно. Девушка видела лишь окружавшие их со всех сторон шершавые стволы сосен.

– Погоди, красавица, не так скоро, – придержал ее Николай.

– Ну вот, а я обрадовалась, – разочарованно протянула Ирина. – И куда теперь?

– Передохнуть не хочешь?

– Если идти недолго, то нет, отдохну на месте.

– Тогда направо, – бодро ответил Николай.

Идти по ровной тропинке было гораздо легче, но, несмотря на это, Ирина еле передвигала ноги. Сказывалось нервное и физическое переутомление.

«Нет, нельзя так издеваться над собой, – размышляла девушка. – Как минимум, неделю теперь ничего делать не буду. Только спать, спать и спать... ну, и еще кое-что», – Ирина украдкой посмотрела на Николая.

– Все, можешь прыгать, – Николай остановился, переводя дыхание. – Приехали.

Ирина устало села на корточки. Перед ними действительно было некое подобие человеческого жилья. Но сказать о нем что-то более конкретное было пока невозможно. Все достоинства и недостатки обнаружатся не раньше утра.

– Прыгать? – Ирина криво улыбнулась. – Меня бы кто донес до этой хибары.

– Это я так, образно, – засмеялся Николай. – Пойдем. Зажигалка или спички у тебя, надеюсь, есть?

Ирина постучала по карманам.

– Есть.

– Отлично, тогда за мной.

Положив голову на плечо Николая, Ирина нежилась в его крепких объятиях. Сон медленно окутывал ее своей пеленой, унося прочь волнения и тревоги. Свет от висевшей под потолком керосиновой лампы отбрасывал от предметов призрачные, пляшущие тени. Девушка погружалась в то чарующее состояние, когда уже невозможно отличить, где сон, а где явь.

Николай что-то рассказывал, но его слова доносились до нее лишь урывками и вскоре превратились в монотонное убаюкивающее бормотание. Сон одолевал и его...

...Разбудил Ирину солнечный луч, пробивший себе дорогу через зазор между бревнами и бесцеремонно засветивший в лицо. Просыпаться не хотелось. Девушка жмурилась и ворочалась, пытаясь спрятаться от назойливого гостя, но бесполезно. Сон, напуганный появлением сильного противника, ушел.

Ирина открыла глаза. В разбудившем ее солнечном луче резвились мириады пылинок. Снаружи доносились веселая возня и щебет птиц. Где-то недалеко отбивал барабанную дробь дятел.

Ирина сладко зевнула и потянулась. И тут же испуганно вскочила. Николая рядом не было. Девушка огляделась. Она сидела на широкой деревянной кровати, сколоченной некогда одним из бывших хозяев избушки. Вся мебель в комнате тоже была самодельная. Лесник, судя по всему, коротал таким образом долгие зимние вечера. Стол, стулья, небольшой шкаф для одежды, книжные полки, рамки для картин и фотографий – все выполнено с любовью и знанием дела.

Но время не щадило ничего. Заброшенное с четверть века назад строение доживало последние годы. Оно давно бы развалилось и было предано забвению, если бы его не обнаружил Николай. Избушка привлекла его своим живописным расположением и близостью человеческого жилья. При наличии транспорта и денег в ней можно было спокойно жить сколько угодно, ни в чем себе не отказывая. Уединиться с природой и в то же время не терять связи с цивилизацией.

Николай приложил немало усилий, пытаясь хоть как-то продлить ее век. В какой-то мере это ему удалось. Во всяком случае, изнутри избушка выглядела вполне пригодной для жизни. В теплый период, конечно. Для зимовки она требовала более серьезного ремонта.

Ирина спрыгнула с кровати и поискала глазами одежду. На столе, на самом видном месте, лежала записка: «Не хочу морить нас голодом. Ушел в деревню. К 9-ти часам постараюсь вернуться. Не скучай. Я люблю тебя. Николай. P.S. Ты очень красивая».

Ирина улыбнулась и прижала листок к груди.

– Я тоже люблю тебя.

Аккуратно сложенная одежда лежала на табуретке, в изголовье кровати. Наверное, постарался Николай. Ирина вспомнила, как накануне они, срывая вещи друг с друга, раскидали их по всей комнате. Несмотря на усталость, силы на любовь у них нашлись.

Ирина быстро оделась. Ее часы показывали половину девятого. Значит, ждать осталось недолго. Девушка решила использовать время с пользой и занялась уборкой. Она уже успела понять, как трепетно относится Николай к чистоте и порядку, и решила приготовить ему приятный сюрприз.

Комнату долгое время никто не посещал, и она покрылась толстым слоем пыли и обросла паутиной. Чистыми остались только столы, стулья и кровать, которые Николай предусмотрительно накрыл целлофаном.

– Неужели я так крепко спала, – удивилась Ирина, – что не слышала, как Николай шелестел этой пленкой? – Она подняла сложенный в углу целлофан и вынесла его в кладовку.

Здесь она нашла все необходимое – веник, тряпки и даже ведро с водой.

– Николай, похоже, проснулся чуть свет, – улыбнулась она. – Все успел...

Закончив с уборкой, Ирина вышла на крыльцо покурить и подышать свежим воздухом.

Снаружи избушка выглядела гораздо хуже. Покосившиеся стены, заросшие мхом углы, подгнившие бревна, обветшалая, неоднократно залатанная крыша.

– Да, домик, тебе, видать, уже ничего не поможет. – Ирина похлопала ладонью по дверному косяку. – Дунет ветерок посильнее, и все.

Ирина присела на корточки и закурила.

«Господи, неужели все закончилось? – думала она. – Неужели всем мучениям пришел конец? Неужели мне все-таки удалось навсегда порвать с прошлым?»

Она никак не могла поверить своему счастью. То, что произошло, казалось таким неестественным, выходящим за рамки реальности, что она порой начинала сомневаться, было ли это на самом деле или это только плод ее больного воображения. Если бы Холостов позвонил тогда в другую фирму или выбрал бы не ее, а Юлю или Таню... Сидела бы она сейчас в комнате с подружками, красила бы ногти, проклинала бы жизнь и ждала очередного клиента. Или лежала бы сейчас с закрытыми глазами в каком-нибудь морге... Перед девушкой всплыли лица подруг. Если бы она погибла тогда на даче, все они были бы живы. Так чему она радуется? Не слишком ли дорогой ценой ей досталось счастье? Сколько людей погибло за эти дни! Даже представить страшно... Все они были бы живы, не спаси ее тогда Николай.

Ирина затушила окурок и спустилась с крыльца.

«Нельзя об этом думать, – приказала она себе. – Иначе я всю жизнь буду чувствовать себя виноватой. Так и с ума сойти можно».

Она взглянула на часы. Николай задерживался. «Надеюсь, ничего страшного с ним не произошло».

Ирина вытянула руки над головой и встала на цыпочки.

– Ох, красиво-то как! – выдохнула она.

Ели и высоченные сосны окружали избушку прочным частоколом с трех сторон. Впереди открывался вид на зеленую долину с уютно разместившейся на ней деревушкой. Погода была чудной. На голубом бездонном небе ни облачка. Ярко светит солнце. С долины дует приятный теплый ветер.

Ни с того ни с сего в сердце вкралась неясная тревога. Каким-то шестым чувством Ирина ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Девушка резко оглянулась. В чаще, среди сосновых стволов, мелькнуло что-то светлое. У нее перехватило дыхание. Сердце замерло, но тут же заколотилось с бешеной силой. Ирина со всех ног бросилась к дому.

На крыльце она остановилась.

«Нет, этого не может быть! – убеждала она себя. – Это абсурд! Он не мог остаться в живых. Я собственными глазами видела, как его машина утонула. Николай расстрелял его почти в упор. Нет! Нет! Нет! Это невозможно! Ну где же Николай?!»

Она стояла на пороге, не в силах заставить себя войти внутрь.

– Коля, Коленька, где ты? Вернись, я прошу тебя, – шептала девушка.

Вокруг было тихо. Лишь легкий ветерок играл в густых сосновых лапах да прыгали с ветки на ветку, весело щебеча, вездесущие синички.

– Показалось, просто показалось, – не слишком уверенно произнесла она. – В этом нет ничего странного, мужчина в светлом пиджаке еще долго будет преследовать меня во сне и мерещиться за каждым деревом.

Она поправила висевшую на плечах куртку и села на крыльцо, обхватив колени руками. Почти десять. Николая все не было...

...–Скажешь что-нибудь на прощание, крошка? – все так же мерзко улыбаясь, поинтересовался убийца.

Сознание Ирины отказывалось верить в реальность происходящего. Перед ней стоял живой мертвец. Заплывший глаз, разбитые губы, паклями свисающие волосы, безжизненно повисшая правая рука с вздувшейся до неестественных размеров кистью. Изодранный, заляпанный грязью пиджак. Это был не человек, а самая настоящая смерть с косой. Только вместо косы у нее был пистолет.

– Что молчишь? Стесняешься? Или страшно? – спросил брюнет. – Вижу, что страшно. Но я тебя понимаю. Я и сам себя боюсь. А где твой дружок?

Ирина не могла ничего ответить. Ее челюсти свело от ужаса.

– Где друг твой, спрашиваю? – повторил вопрос брюнет. – Или не знаешь?

– Не знаю, – выдавила Ирина.

– Как это не знаешь? – не поверил брюнет. – Он что, ушел и ничего не сказал тебе? Быть такого не может.

– Он ушел в деревню за продуктами, – чуть слышно ответила Ирина.

– Давно?

– Не знаю, я еще спала.

– Когда вернется?

– Уже вернулся! – прогремел за его спиной голос Николая.

Брюнет развернулся на месте. В ту же секунду Ирина услышала выстрел. Убийца зашатался и выронил пистолет. Николай выстрелил еще раз. Брюнет медленно приложил руку к животу. Девушка в ужасе закрыла глаза.

Киллер без всяких эмоций посмотрел на окровавленную ладонь и поднял глаза на Николая.

– Поздравляю, – прохрипел он и, сделав несколько шагов, упал на землю.

Ирина открыла глаза. У кромки леса стоял Николай, в его руке дымился пистолет.

Девушка вскочила и потеряла сознание.

Сделав над собой усилие, Ирина проснулась. Но прийти в себя и понять, что с ней и где она находится, ей удалось не сразу. Призраки из сна не желали отпускать ее. Высокий человек в светлом пиджаке тянул к ней перепачканные кровью руки. Девушка замотала головой и вскрикнула. Чьи-то теплые ладони заскользили по ее щекам.

– Тише, тише, милая, все хорошо, – услышала она нежный, знакомый голос. – Успокойся.

Ирина часто и тяжело задышала.

– Успокойся, любимая, я здесь, я с тобой, – шептал голос.

Ее взгляд понемногу становился осмысленным. Бьющая тело дрожь унялась. Кровавый кошмар отступил.

Узнав склонившегося над ней Николая, Ирина улыбнулась.

– Где я? – тихо спросила она, озираясь по сторонам.

Все вокруг было незнакомым. Выкрашенные в светло-голубой цвет стены, белые потолки с лампами дневного света, духота и тяжелый запах лекарств.

– В Тарасове, в больнице, любимая, – Николай платочком смахнул выступившие у нее на лбу капельки пота.

Больница! Как же она сразу не догадалась. Ирина попыталась встать с кровати.

– Нет, нет, ни в коем случае, – Николай опустил ладони на ее плечи. – Тебе нельзя пока вставать, лежи.

– Мне жарко, – пожаловалась девушка, опуская голову на подушку.

Николай приподнял ее и перевернул подушку холодной стороной вверх.

– Так лучше? – спросил он.

– Немного. – Ирина вытянула руки вдоль тела и закрыла глаза. – Почему я здесь?

– Ты потеряла сознание. Я привез тебя сюда. У тебя нервное переутомление. Нужно отлежаться пару дней.

– Давно я здесь?

– Со вчерашнего дня, – Николай посмотрел на часы. – Девятнадцать часов.

– Он умер? – бесцветным голосом спросила девушка.

– Умер, – Николай сразу понял, кого она имеет в виду. – Теперь уж точно. Можешь не сомневаться. Собственными глазами видел, как его запаковали в целлофановый мешок и погрузили в машину.

– Кто запаковал? – удивилась Ирина.

– Милиция, кто же еще. – Николай поправил висевший на плечах белый халат. – Их знаешь, сколько понаехало!

– Но откуда? – недоумевала девушка.

– Витек постарался. – Николай поерзал на стуле. – Менты вместе с налоговиками расследовали разборку в особняке. Наш лихач перебил всю охрану, но камеры слежения отключить не удосужился. Засветился, в общем, конкретно. Ну, и мы вместе с ним. Менты, естественно, догадались, что преследует он именно нас. Да и Витька им рассказал все, что знал. Он первый и сообразил, где нас искать. Мы с ним зависали одно время в этой избушке. Так что, только я застрелил этого хмыря, и они тут как тут.

– Нас ни в чем не подозревают? – спросила Ирина.

– Слава богу, нет. Но нервы потреплют еще изрядно. Затаскают теперь по кабинетам и судам. С меня уже взяли подписку о невыезде. С тебя тоже хотели, но ты была в ауте.

Рука Ирины нашла ладонь Николая и нежно сжала ее.

– Почему ты так задержался? – чуть слышно прошептала она. – Он ведь мог убить меня.

Николай покачал головой.

– Не мог. Я заметил его в деревне и незаметно шел за ним. Когда мы дошли до места, он долго прятался за деревьями, наблюдал за тобой. Наверное, хотел избавиться сначала от меня. А когда догадался, что меня нет, пошел к тебе. Я упустил его из виду лишь на секунду, когда он обошел домик и ударил тебя. Все остальное время я держал его на прицеле. Тебе ничего не угрожало. Он бы не стал убивать тебя, пока не узнал, где я. Я хотел взять его живьем, но когда понял, что это не удастся... в общем, дальше ты знаешь.

– Не раскачивайся на стуле, – улыбнулась Ирина. – Пожалей казенную мебель.

– Не буду. – Николай наклонился и коснулся губами ее губ. – Больше не буду.

– Татьяна жива? – спросила девушка.

– Жива. Но это единственное, что я знаю. Скоро придет Виктор. Он расскажет подробнее. А вот, кстати, и он.

В открывшуюся дверь палаты вошел молодой энергичный мужчина с большим букетом ярко-красных роз.

– Привет, разбойники, – он пожал руку Николаю и протянул цветы девушке.

– Спасибо, – поблагодарила Ирина.

– Не за что. Сейчас найду, куда их воткнуть.

– Это ты на налогах заработал? – спросил Николай.

– Помолчи, противный. Ага, вот. – Он отдернул занавеску и взял с подоконника стеклянный графин. – Ух ты, даже с водичкой. Вот. Красиво ведь, правда?

Он поставил графин с цветами на столик и, отыскав для себя табуретку, сел рядом с Николаем.

– Ну, рассказывайте, как чувствуете себя, Бонни и Клайд, – он закинул ногу на ногу и положил на колени черную кожаную папку. – Идем на поправку или как?

– Или как, – Ирина надула губки. – Я только что проснулась и почти ничего не помню.

– Проснулась?! Ничего не помнишь?! – радостно воскликнул Виктор. – Но ведь это хорошо. Даже отлично! Учитывая, через что вам пришлось пройти, это просто замечательно. Многие ведь так и не проснулись и забыли все основательно. Уснули вечным сном, если можно так выразиться. М-да... – он покачал головой. – Угораздило же вас найти столько приключений на свои задницы!

– Это не мы их нашли, а они нас, – возразила Ирина.

– Это как сказать. Я, например, в такие истории не вляпываюсь, как и миллионы других благоразумных граждан. Для этого нужно обладать особым талантом. У меня его, к счастью, нет.

– У тебя много чего нет, – усмехнулся Николай. – Ты скучно живешь.

– Может, и скучно, зато живу! А вы, если не прекратите с огнем шутки шутить, когда-нибудь сыграете в ящик. Помяните мое слово, вечно везти тоже не может. Ты, Гринев, случайно книжки не пробовал писать?

– Нет, ничем в этом роде не страдал.

– Жаль, очень советую попробовать. С твоим богатым опытом должны получиться первоклассные бестселлеры. Я не шучу! Взять хотя бы эту историю – настоящий детективный боевичок. Попробуй, Никола, не пожалеешь.

– Время покажет, – отмахнулся Николай. – Ты нам лучше расскажи, из-за чего весь этот сыр-бор разгорелся? А то мы ведь так и не врубились. Сам подумай, что за детектив без развязки.

– Понимаю, – Виктор потер ладони. – Да, ты прав, порассказать тут есть что. Дело оказалось не из легких и весьма запутанное, – он выдержал театральную паузу.

Ирина с Николаем терпеливо ждали.

– Короче, как вы уже знаете, – продолжил Виктор, – «Млечный путь» – всего-навсего небольшой сегмент в кубике Рубика крупной армянской корпорации. Но попал этот сегмент в руки хитрой и ненасытной четы горе-коммерсантов. Связи корпорации сделали «Млечный путь» неуязвимым для налоговых органов и силовых служб. Эта компания таила в себе большие возможности, и супруги решили ими воспользоваться для улучшения своего благосостояния. Вот уж точно: сколько человеку ни дать, ему все мало. Жили бы себе и жили, но, как известно, жадность фраера губит. Господа переборщили. Они воспользовались доверием, которое большие боссы им оказали, и решили кинуть их.

– Говори конкретнее, – нетерпеливо перебил Николай, – то, что ты сейчас сказал, мы и так знаем.

– Если ты будешь мне мешать, я вообще ничего не скажу, – огрызнулся Виктор. – И прекрати раскачиваться на стуле! Ты меня нервируешь.

– Николай! – Ирина строго посмотрела на любимого.

Он сконфузился.

– Извините, – пробормотал он.

– На первый раз прощаю, – успокоился Виктор. – Так, на чем я остановился?.. Ах да, на злоупотреблении доверием. Короче, вы в курсе, что у них была фармацевтическая фабрика «Стрелец»? Конечно, в курсе. Так вот, под ее прикрытием они решили провернуть небольшую аферу. Ну, не то чтобы небольшую, скорее наоборот. Кто-то надоумил их закупить крупную партию несертифицированных лекарственных средств из одной азиатской страны. О качестве товара судить пока не берусь, этим занимается экспертиза, но его контрабандное происхождение доказано железно.

«Млечный путь» за копейки закупил всю эту отраву и намеревался выгодно сбыть ее через свою фабрику. Для этого им требовалось всего-навсего упаковать ее должным образом. Куш от этой аферы сулил быть огромным. И все бы у них получилось. Никто бы ничего не узнал. Закупили и доставили груз они просто безупречно. Осталось только его сбыть. Но тут на их пути и встал Холостов. Каким-то хреном он пронюхал об этих махинациях и мог в любой момент нагрянуть с проверкой. Он грозил провалить все дело. Если бы родичи Артака узнали о его делишках, это был бы конец. Допустить этого было нельзя. Супруги пытались умаслить Холостова, наобещали ему золотые горы. Но – увы. Он оказался неподкупным. Вывести на чистую воду такую компанию! Разве мог он упустить этот шанс? Стать героем, знаменитостью! Нет, это было выше его сил. Холостов решил идти до конца. Он быстро смекнул, что афера спланирована и проведена втайне от фактических хозяев «Млечного пути», и решил, что ему ничто не угрожает. Артак с Татьяной, по его мнению, никогда не решились бы воспользоваться помощью могучих родственников. В этом он оказался прав, а вот насчет того, что ему ничто не угрожает, ошибся. Поняв бесплодность попыток задобрить инспектора, супруги решили устранить его физически. Для этой цели они и наняли киллера. Ну а что было дальше, вам прекрасно известно. Даже лучше, чем мне. Добавлю только, что мозгом всей операции была очаровательная девушка Танечка. Сам Артак до такого бы не додумался. Да и на обман родственников он бы тоже не решился никогда. Но он был по уши влюблен в свою женушку. И пошел у нее на поводу. Короче, ей удалось убедить его, что прибыль будет огромная, а риск минимальный. В конце концов он дал «добро». Татьяна добилась того, чего хотела. Но в какой-то момент ситуация вышла из-под ее контроля.

– Как она? – поинтересовалась Ирина. – Жить будет?

– Конечно, будет, куда ж она денется. Между прочим, то, что я вам рассказал сейчас, стало известно из ее показаний. Так что спасибо тебе, Ирочка, что не дала умереть ей от потери крови. Вот только жить она будет уже не так, как жила раньше. Придется ответить за свои грехи. За махинации, за убийство Холостова, за... Короче, закроют ее надолго.

– А мне ее жалко, – проговорила Ирина. – Такая красивая женщина.

– Жалко?! Красивая?! – возмутился Виктор. – Да ты хоть представляешь, сколько людей погибло из-за ее жадности?! Да она, если хочешь знать, виновница всех твоих бед.

– Не только бед, – Ирина посмотрела на Николая и нежно взяла его за руку, – и счастья тоже.

Виктор удивленно переводил взгляд с Ирины на Николая, но так ничего и не понял.

– Да ну вас на фиг, – махнул он рукой. – Вас, богатых, хрен поймешь.

– Ну а с киллером-то что? – очнулся от сладостного оцепенения Николай.

– Как что? – не понял Виктор. – Ты же сам его укококал.

– Да я не про то. Мне интересно знать, кто он вообще такой.

– Это, увы, так и осталось загадкой. Его никто не знает. Менты проверили его отпечатки пальцев, но в их картотеке таких нет. Его фотку крутили по телевизору, но никто не опознал его. Во всяком случае, никто не позвонил. Его объявляли во всероссийский розыск, фотографии разослали по всем городам, и тоже бесполезно. Короче, человек-призрак. Может, когда-нибудь что и всплывет, но пока, – Виктор развел руками, – никаких результатов.

– Но он точно умер? – еще раз переспросила Ирина.

– Точно! – в один голос ответили Николай с Виктором.

Ирина засмеялась.

– Надеюсь, что это действительно так. А что теперь будет с «Млечным путем»?

– Тебе это интересно, золотце? – спросил Виктор.

– Интересно.

– И мне, – поддержал ее Николай.

– А ничего! – Виктор поджал губы. – Короче, все осталось на своих местах. Вмешались богатые родственники, напрочь открестились от Татьяны и ее махинаций. Так что дело это скоро затихнет. В «Титан» и «Млечный путь» поставят новых управляющих, и все. Ну и, конечно, поснимают ответственных лиц с фармацевтической фабрики.

– Ясно, – задумчиво проговорила Ирина. – Впрочем, так, наверное, и должно быть.

– Да, главное, виновники наказаны, справедливость восторжествовала, – Виктор похлопал по папке и взглянул на часы. – О, ребятки, вы как хотите, а мне пора. Работы – завались! – Он бодро вскочил с места. – Пошел я. Счастливо, выздоравливайте!

– Всего хорошего, – Николай пожал ему руку.

– Спасибо за все, – Ирина послала воздушный поцелуй. – Заходи в гости.

– Обязательно зайду!

Оставшись одни, они долгое время молча глядели друг на друга. Для того чтобы понять все, что творилось в их душах и сердцах, им не нужны были слова. Их взгляды говорили сами за себя и были красноречивее любых признаний.

– Я люблю тебя, – первым нарушил молчание Николай.

– Я тоже люблю тебя, – эхом отозвалась Ирина. – Только перестань раскачиваться на стуле!

ЭПИЛОГ

Зима в этом году выдалась суровой. Устоявшиеся с конца ноября крепкие морозы не подарили людям ни одного теплого дня вплоть до Нового года. Но снега почти не было, и от этого казалось еще холодней. Для городских властей зима наступила, как всегда, внезапно. Холодно было не только на улицах, но и в квартирах. Возвращаясь с работы, люди жались к чуть теплым батареям, проклиная на чем свет стоит коммунальщиков, мэра и правительство.

Хуже всего приходилось братьям нашим меньшим. По дворам в поисках тепла сновали бродячие собаки, в подвалах и на чердаках искали приют беспризорные кошки. Воробьи, голуби и прочая пернатая братия, подчиняясь инстинкту самосохранения, сбивались в тесные стаи. Морозы не щадили никого – ни людей, ни животных.

Но под Новый год ситуация неожиданно изменилась. Небо плотным одеялом застелили тучи, и на землю белыми хлопьями посыпал снег. Стрелка на термометре поползла вверх. Морозы ослабли. Сотни тысяч людей, восхваляя господа, благодарно воздели к небу руки.

Снег шел, не переставая, несколько дней, и вскоре город оказался под пушистым покрывалом.

Горожане ожили. Вызванная морозами и серой безысходностью депрессия прошла. Природа подарила городу настоящий Новый год со снегом и елкой. О елке, правда, позаботилась мэрия, но это сейчас мало кого заботило. Лесная красавица появилась на центральной площади рано утром, когда большинство людей еще спали. Но это событие в считаные часы стало известно всем. Был выходной день, и жители заспешили на площадь, чтобы воочию убедиться в этом.

Елка и впрямь была хороша. Высокая, стройная, с густыми, пушистыми лапами. Украшенная игрушками и гирляндами, она привела в восторг и взрослых, и детей. Последние отметили ее появление радостными криками и канонадой петард, чем изрядно напугали прохожих и довели до полуобморочного состояния слабонервных бабушек.

Народ на площади не убывал в течение всего дня, а ближе к вечеру его становилось все больше. Но самый пик пришелся на 31 декабря. У елки практически не осталось свободного места. Молодежь, а подавляющее большинство составляла именно она, веселилась на полную катушку. Тут и там хлопало шампанское. Наполняли стаканы более крепкие горячительные напитки. Взлетали в воздух яркие ракеты. Слышался веселый смех и бряцанье гитар.

Когда до Нового года осталось всего несколько минут, на площади появилось неприметное в общей массе трио. Молодые мужчина и женщина и маленький мальчик. Держа друг друга за руки, чтобы не потеряться, они энергично пробирались к центру, где, сверкая огнями, кружилась елка.

– Быстрее, Коля, быстрее, – торопила девушка. – До Нового года пять минут, еще шампанское открыть надо.

– Я делаю все от меня зависящее, Ирочка, – оправдывался Николай. – Сама видишь, это не так уж и легко.

Люди расступались неохотно. Никому не хотелось отдавать завоеванные позиции. Если бы не праздничное настроение, Николай с Ириной услышали бы в свой адрес немало нелестных выражений.

– Дядя Коля, возьми меня на руки, – попросил мальчик, устав от беготни и протискивания между сотен незнакомых ног.

– Без проблем, Сережа! Ап! – Николай подкинул его в воздух и посадил себе на плечи. – Так лучше?

– Да! – Мальчик радостно засмеялся.

– Вот и отлично, только держись крепче.

От гирлянд и висевших повсюду разноцветных ламп на площади было бы светло почти как днем, если бы не повсеместно щелкавшие петарды, от которых все вокруг заволокло дымом.

– Дядя Коля, а мы не взорвемся? – испуганно спросил Сережа, когда петарда хлопнула у них под ногами.

– Не бойся, – успокоил его Николай, – они не опасны, от них только шуму много.

– А если ее проглотить?

– Ой, вот этого делать не советую, – засмеялась Ирина. – А то у тебя будет не животик, а скворечник.

Сережа хотел спросить еще что-то, но его вопрос заглушили очередные хлопки.

– Наверное, все, – остановился Николай. – Ближе подойти не получится.

– Ну и ладно, – Ирина крепко прижалась к нему. – Отсюда тоже все видно. Открывай шампанское.

Место и в самом деле было вполне подходящее. Видны были и елка, и снежные фигуры Деда Мороза и Снегурочки, и ледяная башня с настоящими часами. Сережа был в восторге.

– Ира, сколько времени?! – закричал он что было сил.

– Двенадцать! – ответила ему сестра. – Новый год!

Стали бить часы на башне. По площади прокатился восторженный крик. Николай, стараясь не уронить Сережу, спешно наполнил шампанским стаканчики.

– Раз... два... три... – хором кричали люди.

Николай передал стаканчик Ирине и поставил бутылку под ноги.

– Семь... восемь... девять... – считали люди, не отрывая глаз от секундной стрелки часов, – десять... одиннадцать... двенадцать!

– Ур-ра!!! – взревела толпа. – Новый год!!!

Николай обнял Ирину свободной рукой и поцеловал в губы.

– С Новым годом, любимая! – прошептал он ей в ухо.

– С Новым годом, любимый! – ответила девушка.

Они отпили шампанское и поцеловались.

– С Новым годом, Сережка! – Николай отбросил стаканчик и поднял мальчика на вытянутых руках. – С Новым годом!

Сережа закатился переливчатым смехом.

Отметив праздник, люди понемногу стали расходиться. И вскоре на площади остались небольшие разрозненные группы.

– Ну что, еще раз за Новый год? – спросил Николай, наполнив стаканчики шампанским.

– Я не против, – поддержала Ирина.

Сережа без устали носился вокруг них, размахивая елочной веточкой.

– И я не против! – воскликнул он.

Николай с Ириной засмеялись.

– Давай выпьем за то, чтобы в этом году мы никогда не расставались, – предложила девушка. – Чтобы этот год принес нам только счастье, чтобы он был не скучным, но и не таким богатым на приключения, как этот.

– Да, событий этого года нам хватит на всю жизнь, – согласился Николай. – Хватит с нас злоключений. Не мешало бы хоть ненадолго успокоиться и подумать о себе.

– Совершенно верно, только для этого тебе придется забыть про свою работу.

– Да, – кивнул Николай, – и жениться!

Ирина поперхнулась.

– Ты это серьезно? – широко раскрыв глаза, спросила она.

– Абсолютно, красавица! – Николай привлек ее к себе и поцеловал. – Такими вещами я никогда не шучу.

– Ой, Коленька, как я люблю тебя! – Ирина зарылась носом в его воротник. – Ты даже не представляешь.

– Представляю, милая, представляю. И я люблю тебя.

Ирина была счастлива.

– Коля, у нас сейчас шампанское застынет, – опомнилась она. – Придется его не пить, а кусать.

– Да, ты права, – Николай поднял стаканчик. – В общем, за исполнение желаний!

– Здорово подытожил, – засмеялась Ирина. – За желания!

К ним подошли два пьяненьких Деда Мороза в синем и красном костюмах.

– Молодые люди, – с трудом ворочая языком, сказал синий, – не хотите сфотографироваться на память с дедушкой... этим, как его... Морозом? Моментальное фото. Дешево и быстро, вот, – последние фразы он выпалил на одном дыхании.

Дед Мороз в красном продемонстрировал висевший на его груди «Полароид».

– Соглашайтесь, не пожалеете, – пытаясь сфокусировать взгляд на потенциальных клиентах, промычал он.

– Может, выпьете с нами, дедушки? – пряча улыбку, предложила Ирина.

– Нет, спасибо, на работе не употребляем, – категорично отказался синий, повиснув на массивном посохе, чтобы не упасть. Но, немного подумав, добавил: – Хотя если чуть-чуть, то можно.

Красный поддержал его энергичными кивками.

– Вот это по-нашему, совсем другое дело, – Николай раздал всем стаканчики и разлил остатки шампанского.

– Ира, я хочу сфотографироваться с Дедами Морозами! – заявил Сережа, нетерпеливо дергая сестру за рукав.

– Погоди, сладкий, обязательно сфотографируемся, – успокоила его она. – Только чуть позже.

– Ну че, с Новым годом, как говорится, с Новым счастьем! – выдал синий дед.

– Угу, – буркнул красный. – С Новым годом!

Они синхронно дыхнули в сторону и залпом осушили стаканы.

– А теперь в кучку, молодые люди, будем ловить птичку, – шатаясь, как на палубе, красный поднес к лицу фотоаппарат. – Одну минутку, и...

Когда уставшие дедушки выжали из них все, что было можно, и побрели искать новые жертвы, Николай схватил Ирину и крепко прижал к себе.

– А теперь, красавица, займемся исполнением желаний, – объявил он. – Начать предлагаю с твоего, самого сокровенного.

– Это какого же? – игриво спросила Ирина.

– Забыла? Сейчас вспомнишь! – Подняв ее на руки, он огласил площадь боевым кличем и помчался к ледяной башне.

– Ура!! – радостно закричал Сережа, пускаясь вслед за ним.

– Ура!!! – Николай, добежав до сугроба, упал в него вместе с девушкой.

Ирина завизжала от восторга.

– Коля! Коля! Подожди! – кричала она.

Сережа с разбегу прыгнул на них.

– Так тебе, так тебе! – Николай выбрался из-под кучи-малы и забросал Ирину снегом. – Нравится?

Ирина извивалась, пытаясь закрыть лицо от летевшего снега. Сереже удалось подняться на ноги, и он присоединился к Николаю.

– А-а! Помогите! – кричала девушка. – Так нечестно! Вас больше! Пощадите!

– Ты же мечтала об этом! – напомнил Николай, переворачивая ее, как снежный ком. – Мечты сбываются!

В считаные минуты Ирина стала похожа на снеговика...

– Мне никогда не было так хорошо, – созналась Ирина, когда они, набесившись вдоволь, шли к машине. – Я в жизни так не смеялась.

– Я рад, что тебе понравилось, – Николай скромно улыбнулся. – Но еще больше рад, что мне удалось исполнить твое самое большое желание.

– Спасибо, любимый, – Ирина прижалась к его руке.

– Не за что. Всегда рад исполнить любое твое желание.

– А если их будет слишком много?

– Составлю график, – ответил Николай. – И вообще, хорошего много не бывает! Правильно, Серега? – Он посмотрел на идущего рядом мальчика.

Сережа не ответил.

– Ого, да он засыпает, – засмеялся Николай. – Совсем уморили хлопца. – Он поднял мальчика и ласково потрепал его по макушке. – Потерпи немного, скоро дома будем.

На стоянке машин почти не осталось, и они без труда нашли свою.

– Если честно, я тоже немного устала, – призналась Ирина, усаживаясь в машину. – Что-то совсем плохая стала.

Николай бережно уложил мальчика на заднее сиденье и сел за руль.

– Ты хочешь сказать, приедем домой и ляжем спать? – спросил он.

– Ляжем, – Ирина загадочно посмотрела на него, – но не спать.

– Понял! – Николай завел машину. – Десять минут, и мы дома.

Вслед за ними стоянку покинула еще одна машина, вишневая «десятка» с тонированными стеклами. Успевший задремать за время ожидания водитель тряхнул головой, приводя себя в чувство.

– Что за приколы такие – морозить задницы и кувыркаться в снегу? – высказался он, взбив пальцами густые и черные как смоль волосы. – Дома надо праздники встречать, дома!

Вишневая «десятка» лихо понеслась по безлюдным улицам. С неба густыми хлопьями повалил снег.


home | my bookshelf | | Беги, путана, беги! |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 6
Средний рейтинг 4.0 из 5



Оцените эту книгу