home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



НОВЫЙ ВЫЗОВ

Узкий клинок оставил тонкий порез на могучей мускулистой груди Рагнара, когда он развернулся, чтобы избежать смертельного укола. Оскалив зубы в гневном рыке, он взмахнул своим железным мечом, описав им дугу так быстро, что его очертания утратили четкость, и резко рубанул по беззащитной шее Торина. Этот удар снес бы голову обычному человеку, но Торин в мгновение ока развернулся на пальцах правой ноги – и тяжелый клинок Рагнара со звоном ударил по усиленной ключице Космического Волка. Кожа лопнула от удара затупленного меча, и на груди Торина появилась рана в четверть метра длиной. Старший воин зашипел от боли, а воздух тренировочного зала наполнил медный запах крови. Практически в тот же миг меч Торина скользнул вниз и легко уколол Рагнара в левое бедро, прежде чем молодой космодесантник пронесся в своем выпаде мимо соперника, оказавшись в нескольких метрах от него.

Запекшаяся кровь вдоль брови Рагнара слегка хрустнула. Благодаря усиленному фактору свертываемости кровотечение из раны в черепе, которую Торин нанес ему несколько секунд назад, уже прекратилось. Оба воина были обнажены по пояс и одеты лишь в свободные брюки, изодранные десятками ударов и покрытые пятнами крови. Большинство орденов Космического Десанта предпочитали отрабатывать навыки ближнего боя с автоматическими спаррингдронами или боевыми сервиторами, но Космические Волки придерживались древних традиций своего мира: человек против человека и железо против железа.

Оба Волка были покрыты воспаленными красными рубцами и мелкими порезами. Они насупились от боли в разорванных мышцах и растянутых связках. Эти раны обостряли их мышление и испытывали силу воли так, как не смог бы ни один безмозглый боевой сервитор.

Торин продолжал отступать, легко скользя по черному вулканическому песку. Его железный меч был несколько длиннее и тоньше тяжелого широкого меча в руке Рагнара, давая воину некоторое преимущество в скорости и дистанции. Это оружие шло Торину, высокому и худому, почти изящному в сравнении с крупным широкоплечим Рагнаром. Его клинок так и мелькал в воздухе, чаще избегая прямого блокирования ударов более тяжелого меча молодого Космического Волка и заставляя Рагнара махать впустую. Удары старшего воина были плавными и точными, он наносил уколы в ногу или руку и отпрыгивал вновь, словно намереваясь скорее разъярить Рагнара, чем нанести смертельный удар.

Если таков план Торина, то Рагнару приходилось признать, что он работает.

Молодой Космический Волк опустил голову и бросился на Торина с гневным рычанием. Тщательно оценив дистанцию, он направил яростный удар в висок своему сопернику, а затем в последний миг сдержал ложный выпад и, круто изменив угол атаки, обрушил меч на бедро Торина. Но как ни скор был Рагнар, Торин оказался еще быстрее. Вместо того чтобы попытаться парировать клинок Рагнара или увернуться в сторону, он прыгнул вперед и вправо от молодого противника. Его блестящий меч нанес еще один мелкий порез на внутренней стороне правой руки Рагнара. Развернувшись с неистовым ревом, Рагнар ринулся вслед за удаляющейся спиной Торина и ткнул тупым концом клинка в лопатку противника – достаточно сильно, чтобы вызвать недовольное ворчание старшего космодесантника, но слабовато для смертельного удара. Бросившись вперед, Торин перекатился через плечо и тут же вскочил, оказавшись перед Рагнаром в нескольких метрах от него с мечом наготове. На сухощавом лице старшего Космического Волка играла едва заметная усмешка.

– Неплохо, но недостаточно хорошо, – бросил он.

– Я пришел сюда сражаться, а не танцевать, – прорычал Рагнар. – Если бы ты остался на месте на полсекунды, был бы уже мертв.

Издевательская ухмылка Торина расползлась шире.

– Убедительный довод в пользу того, чтобы не задерживаться на месте, тебе не кажется? – прозвучало в ответ.

– О замороженные яйца Моркаи! – прогрохотал оглушительный голос с края площадки. – Может, вам обоим стоит прекратить тявкать и приняться за дело? – Массивная фигура неуклюже поднялась с каменной скамьи у входа на площадку, размахивая сжатой в узловатом кулаке обглоданной бедренной костью, словно засаленной хрящеватой палицей. Густой эль медового цвета выплеснулся из огромного рога, зажатого в левой руке Хаэгра, на его толстые пальцы. – Будь я там, я бы уже обоих вас прикончил и оказался бы на полпути к пиршественному залу! – Густые рыжие усы и щетинистые брови огромного воина придавали ему вид разъяренного моржа.

Торин рассмеялся. В его голосе звучало веселье, но взгляд темных глаз был прикован к лицу Рагнара.

– Железный меч против ляжки ледяного мамонта? Думаю, я был бы не против посмотреть, что у тебя получится.

– Ба! – воскликнул Хаэгр, сделав паузу, чтобы слизнуть выплеснувшийся эль со своих покрытых шрамами пальцев. – Могучий Хаэгр не играет в драку с Торином. Когда он сражается, он убивает. Тебе следовало бы уже это знать. А если бы я убил вас обоих, кто бы стал охранять леди Габриэллу помимо меня?

Старший Космический Волк закатил глаза в притворном пренебрежении:

– Кто же может оспорить такую мудрость?

Тут Рагнар чуть не подловил его. Пока Торин говорил, он бросился вперед, с неимоверной скоростью описав клинком в воздухе восьмерку. На какуюто долю секунды Торин, казалось, был застигнут врасплох. Он со звоном парировал один удар – его клинок так и брызнул веером искр – и едва успел уклониться в сторону от зверского удара с противоположной стороны. И вновь его стремительный клинок рванулся вперед, болезненно ужалив Рагнара в пах, но на сей раз молодой Космический Волк продолжал наступать, молотя Торина по голове, шее и плечам. Старший космодесантник, яростно сопротивляясь, отступил, его лицо исказилось от напряжения. Он был вынужден парировать один удар, затем второй. Третий удар сломал более тонкий клинок с противным лязгом. Меч Рагнара, продолжая движение по дуге, жестко приложился к левой скуле Торина, опрокинув Космического Волка на спину.

Прыгнув вперед, Рагнар опустился всей тяжестью на внутреннюю сторону правого бедра Торина, чтобы пригвоздить его к земле, а затем ткнул тупым концом своего клинка в ямку на горле соперника.

– Этот танец окончен! – прорычал он, сжимая рукоятку меча. – Когда будешь драться со мной в следующий раз, попробуй чтонибудь другое, а не игрушечный меч.

Кровь текла ручьями по истерзанной щеке Торина и его тонким усам. Он окинул Рагнара холодным взглядом.

– Бой завершился за пять секунд до того, как сломался мой меч, – заявил он. – Я убил тебя, но ты слишком тупоголов, чтобы это осознать.

– Что? – хохотнул Рагнар. – Тот пчелиный укус?

Торин оттолкнул меч Рагнара в сторону и медленно поднялся на ноги. Он указал на точку, в которую пришелся его последний удар.

– Бедренная артерия, – сказал старший воин. Затем он показал продольный порез на внутренней стороне правой руки Рагнара. – Плечевая артерия. – Торин ткнул в бледнеющее красное пятно на животе молодого Космического Волка. – Главная легочная артерия. Даже принимая во внимание фактор свертывания крови, я бы совершенно тебя обескровил около двух минут назад. – Он отвернулся и, прихрамывая, направился к обломку своего клинка, торчащему из песка в нескольких метрах. – Тебе следовало быть более внимательным, друг мой. Полдюжины незначительных ударов почти так же смертельны, как один серьезный. – Торин наклонился и подобрал железный обломок. Нахмурившись, он вертел его в руках. – Знаешь, я этот клинок специально заказывал.

Объективный разбор схватки, который провел Торин, совершенно охладил пыл молодого Космического Волка и отчасти пристыдил его.

– Ты прав, конечно, – выдавил он и отшвырнул свой зазубренный клинок на песок. – Прости меня, брат, – сказал Рагнар, протянув руку. – Дай мне куски клинка, и я упрошу одного из Железных Жрецов восстановить его.

Старший Космический Волк покачал головой, отмахиваясь обломком от руки Рагнара.

– Нечего прощать, друг мой, – заявил он. – Я виноват в этом не меньше, чем ты. Я тебя нарочно подстрекал, пытаясь хоть отчасти избавить от уныния, которое грызет тебя эти последние несколько месяцев.

– Как это ни печалит меня, Торин прав, – поддержал его Хаэгр, раздирая клыками хрящ. – Вот мы вернулись на Фенрис, землю героев, а ты все это время хандришь.

Рагнар, нахмурившись, отвернулся и направился к скамье, на которой сложил свою одежду.

– Орден воюет, – угрюмо заметил он, подбирая свою тунику из шерсти и кожи. – Нам следовало бы быть там, биться рядом с нашими братьями. – Тут он подумал о Свене, своем старом боевом товарище, который сражается в великой роте Берека Громового Кулака на Чарисе. Они, конечно же, празднуют сейчас победу в губернаторском дворце, тогда как он болтается по каменным залам Клыка, словно какоето ничтожество.

– Наше место – рядом с Габриэллой, – спокойно отметил Торин. – У нас – священный долг перед Домом Велизария, Рагнар, и теперь – еще больше, чем когдалибо, после тех потерь, которые мы понесли на Гиадах.

– Я слышу тебя, Торин, – ответил Рагнар.

Сев на скамью, он потянулся за своими ботинками из драконьей кожи. Они – Волчьи Клинки, телохранители, назначенные в Навигаторский Дом Велизария Великим Волком в соответствии с древним пактом, столь же старым, как сам Империум. Волчьих Клинков всегда было не больше двух дюжин одновременно, и большинство из них размещались на Священной Терре, охраняя высокопоставленных членов Дома Велизария и тренируя его войска.

Рагнар, Торин, Хаэгр и шестеро их братьев покинули Терру более шести месяцев назад, чтобы сопровождать леди Габриэллу, одного из самых главных навигаторов Дома Велизария, в инспекционной поездке по владениям Дома на Гиадах, в мире джунглей, ценимом за его залежи прометия. Однако, прибыв туда, они оказались вовлечены в интриги зараженного Хаосом главнокомандующего по имени Кадм, который поклялся служить Тзинчу и древним врагам Космических Волков – Тысяче Сынов. Происки Кадма привели к жестокой битве между великой ротой Берека Громового Кулака, патрулировавшей этот сектор, и контингентом Темных Ангелов. Темные Ангелы – один из самых скрытных орденов Космического Десанта, их острому соперничеству с Космическими Волками насчитывались многие тысячи лет. Сражение между Волками и Ангелами и предательство Кадма унесли жизни их боевых товарищей, оставив лишь Торина, Хаэгра и Рагнара защищать Габриэллу. Хотя Кадм и потерпел в конце концов поражение, а Тысяча Сынов были выдворены с Гиад, эта планета стала первой искрой в разрушительном пожаре, охватившем территории, которые находились под защитой Космических Волков.

Поднявшись со скамьи, Рагнар протянул руку к своему поясу с мечом. Древний леденящий клинок, реликвия, которую носили Волчьи Клинки тысячи лет и которую вручила Рагнару целестарх Дома Велизария леди Джулиана, удобно лег на его бедро.

– Просто… если Габриэлла не в безопасности даже в Клыке, то для нее нигде нет безопасного места. Старому Волку нужна каждая рука, способная крепко держать меч, а мы тут болтаемся понапрасну.

Набрасывая на плечи тяжелый плащ из медвежьей шкуры, Торин окинул Рагнара изучающим взглядом. Месяцы, проведенные на Фенрисе, както изменили Торина. На Терре этот Космический Волк перенял многие светские манеры местной аристократии. Когда Рагнар встретил его впервые, у Торина были короткие волосы, а усы подстрижены в ниточку по тамошней моде. Теперь его волосы вновь отросли, на них не было и следа душистой помады, которой он любил пользоваться, вращаясь среди имперской элиты. Тем не менее его незаурядный дар видеть людей насквозь ничуть не померк.

– Дело тут вовсе не в твоем долге Космического Волка. Все дело в Копье Русса.

Эти слова обожгли Рагнара. Хотя назначение в Волчьи Клинки было вроде бы весьма почетным, большинство Космических Волков воспринимали его как форму ссылки, отторжения от славы поля битвы. Рагнар и не мог смотреть на это подругому. Его отправил на Терру Логан Гримнар, после того как он утратил одну из самых священных реликвий ордена – Копье Русса. Когдато, в славные дни Великого Крестового Похода, им сражался на поле битвы сам примарх; в течение тысячелетий оно хранилось в священном храме на планете Гарм в ожидании того дня, когда Русс вернется для Последней Битвы. Но ересиарх Сергий похитил копье во время кровавого восстания на Гарме, и Рагнара, тогда Кровавого Когтя в великой роте Берека Громового Кулака, вместе с другими воинами направили на подавление мятежа. После многочисленных сражений Рагнар оказался лицом к лицу со своим заклятым врагом Мэдоксом, который воздействовал на Сергия, чтобы тот украл копье, в попытке вызвать Магнуса Красного, чудовищного примарха своего легиона, в материальный мир.

Злобный чернокнижник почти преуспел в этом, но, когда Магнус стал пересекать порог, поднявшись из глубин варпа, Рагнар выхватил копье у Сергия и метнул легендарное оружие в грозного примарха. Копье поразило Магнуса, словно удар молнии, и князя демонов зашвырнуло в бушующий вихрь варпа. Гарм был спасен, но Копье Русса утрачено, возможно – навсегда.

Рагнар понимал, что у него не было выбора. Даже Старый Волк однажды сказал ему, что сделал бы то же самое, окажись он на месте Рагнара. Это не меняло того факта, что Рагнар предал священную клятву, которую дал его орден своему примарху почти десять тысячелетий назад. Для народа Фенриса нарушение клятвы – одно из самых тяжких преступлений, и эта мысль неотступно преследовала Рагнара.

Покачав головой, молодой Космический Волк провел огрубевшими пальцами по спутанной черной гриве волос и коснулся пореза на коже головы. В отличие от Торина или Хаэгра, он тщательно брил квадратный подбородок, по обычаю Кровавых Когтей. Космический Волк отращивал бороду только после того, как его принимали в Серые Охотники или Волчьи Разведчики, а эти пути после отправки на Терру оказались для него закрыты.

– Копье пропало, Торин, – вымолвил Рагнар наконец. – Я это знаю. Просто… я в последнее время не сплю. Вот и все.

– Ха! Ясное дело, ты недостаточно пил, – вмешался Хаэгр, подняв свой огромный рог для эля. – Бочонок эля и хорошая драка – вот что тебе нужно, Рагнар, парнишка! Отчего бы нам не пойти в пиршественный зал и не посмотреть, что мы там сможем найти, а?

Рагнар украдкой бросил взгляд на Торина. Старшего Космического Волка, казалось, не убедила нескладная отговорка Рагнара.

– Я достаточно ждал, братья, – изрек он серьезно. – Я собираюсь поговорить со Старым Волком и потребовать, чтобы он послал меня на поле брани.

– Потребовать? – повторил Хаэгр с недоверчивым выражением на лице. Огромный Космический Волк, откинув назад голову, зашелся в громовом хохоте. – Ты это слышал, Торин? Этот щенок собирается приказывать Логану Гримнару! – Широченное лицо Хаэгра расплылось в свирепой усмешке. – Старый Волк так тебе врежет, что сам Русс это почувствует!

Рагнар ощутил, как краска гнева прилила к его щекам. Но не успел он ответить, как зажужжала воксбусина в правом ухе и в его голове зазвучал спокойный, тихий голос Габриэллы:

– Рагнар, прошу сопроводить меня.

Молодой Волчий Клинок помолчал, одолевая свое настроение, затем потянулся к воксбусине.

– Как вам будет угодно, леди, – мрачно ответил он. «Быть может, в последний раз». – Где я найду вас?

– В зале совета Великого Волка, – ответила Габриэлла. – С Чариса прибыл корабль с печальными новостями, и нужно многое обсудить.

От мрачного предчувствия волосы на затылке Рагнара встали дыбом.

– Я немедленно иду туда, – заявил он.

Торин заметил изменившееся выражение лица своего друга.

– Что случилось, брат? – спросил он.

Молодой Космический Волк лишь покачал головой.

– Не знаю, – ответил он, – но боюсь, чтото ужасное.

Белый солнечный свет заливал зал совета Великого Волка. Бронированные ставни были откинуты с высоких окон, которые занимали основную часть восточной стены большого помещения, обеспечивая панорамный обзор горной гряды Асахейма, затянутой облаками, и далекого серостального моря. Фенрис вновь подбирался к Волчьему Оку, завершалась суровая зима, предстояло еще более суровая Пора Огня. Повышение температуры привело к исчезновению тяжелых облаков и липкого тумана, которые окутывали Клык бо льшую часть года, и Рагнар знал, что моря ненадолго станут спокойными и шторма будут редки. Кракены поднимутся из глубин, и люди Фенриса отправятся в море на своих длинных кораблях – охотиться и сражаться. «Железный сезон, – вспомнил молодой космодесантник, – время пиров и сражений, обручений и рождений, время принесения жертв богам, наблюдающим изза облаков».

Когда Рагнар вошел в зал, Логан Гримнар стоял перед одним из высоких окон, сцепив за спиной широкие руки; он глубоко погрузился в размышления, глядя на ни о чем не догадывающуюся планету внизу. Великий Волк был облачен в доспехи, на плечах – мантия из кожи морского дракона. В его толстые серостальные косы были вплетены рунические амулеты, и волчьи зубы, пергаментные ленты сотен крупных военных кампаний развевались, подобно вороновым перьям, на его покрытых рубцами серожелтых наплечниках. Старый и свирепый, неукротимый, как сам Клык, он, по мнению многих, был величайший из ныне живущих воинов Империума, и Рагнар не мог не чувствовать благоговейного трепета в его присутствии. Вокруг стола совета стояли с десяток других Космических Волков – могущественных жрецов или членов Волчьей Гвардии Логана, все как один – выдающиеся фигуры в силу своих личных качеств.

Рагнар сразу уловил знакомый запах среди грозных Волков и поискал взглядом его источник между столпившимися воинами. Леди Габриэлла, мастернавигатор Дома Велизария, сидела в кресле с высокой спинкой у дальнего конца стола, изучая собравшихся поверх тонких, сложенных домиком пальцев. Хрупкую фигуру Габриэллы облегал форменный китель ее Дома, украшенный эполетами и блестящими золотыми пуговицами со знаком Велизария – волком и глазом, – спереди, согласно протоколу, отделанный галуном.

О ее личных достижениях и великих деяниях ее семьи свидетельствовали медали, на поясе висели маленький пистолет и изящно изогнутая сабля. Длинные черные косы обрамляли суровое худощавое лицо. Черный шелковый шарф закрывал высокий лоб навигатора, скрывая шишковидный глаз – источник ее талантов псайкера.

Когда взгляд Рагнара упал на нее, Габриэлла слегка повернула голову и коротко кивнула в знак приветствия. Затем она сложила руки на коленях и вновь обратила свое внимание на Великого Волка.

Выступив вперед, Рагнар преклонил колено перед Гримнаром.

– Леди Габриэлла сказала, что с Чариса прибыл корабль и привез вести, – выпалил он без всякого вступления. – Что случилось? Почему же астропаты…

– По словам леди Габриэллы, ты встречался на Гиадах с чернокнижником Хаоса Мэдоксом, – перебил Рагнара Великий Волк. – Что он тебе сказал?

Вопрос застал Рагнара врасплох.

– Мы не встречались лицом к лицу, – ответил он. – Он лишь явил себя через одного из своих ставленников, как раз когда мы собирались покинуть планету.

– И?! – рявкнул Логан.

– Он сказал, что его люди собираются нас уничтожить, – пожал плечами Рагнар.

Гримнар повернулся, вперив в молодого Космического Волка ледяной взгляд:

– А Копье Русса? О нем он чтонибудь говорил?

Рагнар нахмурился:

– Нет, мой лорд, не говорил. Предатель Кадм, однако, заявил, что Мэдокс ищет некую реликвию – ключевой компонент ритуала, который он стремится провести, ритуала, зависящего также от генного семени космических десантников. – По спине Рагнара пробежал холодок. – Все это было в моем рапорте. А в чем дело?

– Мэдокса видели на Чарисе, парень, – послышался голос изза стола. Повернувшись, Рагнар встретил взгляд Ранека, великого Волчьего Жреца. – У него – Копье Русса.

Рагнар вскочил на ноги, пораженный услышанным.

– Копье! – воскликнул он, забывшись.

«Да благословен будет Русс, – подумал он, – быть может, не все потеряно».

– Вряд ли это повод для торжества, парень! – отрезал Ранек. – Теперь цель вторжения Хаоса становится ясной.

– Как это? – не понял Рагнар.

Опустив руку, Ранек коснулся руны на краю стола совета. Гололит, вмонтированный в столешницу, осветился, показав подробную звездную карту сектора. Фенрис располагался возле самого центра карты. Системы, которые подверглись нападению или переживали мятеж, светились ярче, чем остальные. Второстепенные нападения или вторжения были окрашены желтым, более значительные светились красным. Рагнар был поражен, увидев, что затронуто более тридцати систем.

– Мы изучали структуру вторжения Хаоса с тех пор, как оно началось, – заговорил Волчий Жрец, – пытаясь выяснить его конечную цель. Многие из первых мятежей имели смысл с военной точки зрения: мирыкузницы, промышленные мирыульи и торговые центры, нападения с целью посеять замешательство и ослабить наши возможности дать ответ. Но многие другие сбивали нас с толку. – Он указал на пульсирующую красным систему. – Кета Павонис, безвоздушная скала, оккупированная бандами пиратов и работорговцев. Или здесь: ГрендельЧетыре, старый мир, едва не заброшенный три столетия назад, когда иссякли последние из его радиевых рудников. Даже Чарис – это всего лишь небольшой агромир невеликой стратегической ценности, помимо его близости к Фенрису. И тем не менее во всех этих местах – масштабные мятежи и зафиксированы появления десантников Хаоса.

Рагнар обдумал это.

– Это ложные атаки, – заключил он, – осуществленные, чтобы отвлечь наше внимание от истинной цели. Что же еще?

Ранек бросил на молодого Космического Волка оценивающий взгляд:

– Действительно, что? Мы много размышляли именно над этим. – Волчий Жрец пожал плечами. – Если они были задуманы именно как ложные нападения, то наши противники сделали плохой выбор. Есть гораздо более важные системы, которые требуют нашей защиты. Но мы знаем, что наши враги вовсе не глупы, как бы сильно нам ни хотелось верить в обратное. За всем этим крылся план, но мы поначалу не смогли его увидеть. – Ранек указал в сторону Рунических Жрецов, спокойно стоявших вокруг стола. – Обратились к рунам, и они предложили, чтобы мы поискали новую точку зрения на эту проблему.

Молодой космодесантник задумчиво повернулся:

– Ну, не уверен, насколько я буду в этом полезен, но если вы считаете, что я смогу помочь…

С дальнего конца стола донесся мелодичный смех, и в считаные мгновения собравшиеся здесь Космические Волки присоединились к нему, сломав ледяную напряженность, царившую в зале. Габриэлла прикрывала рот бледной рукой, в ее глазах сверкали веселые огоньки.

– Ранек имел в виду меня, – сказала она добродушно. – Он и Великий Волк подумали, что я смогу увидеть систему там, где это не может сделать воин.

Рагнар пытался удержаться, чтобы не покраснеть.

– А, конечно, – быстро произнес он, – и тебе это удалось?

Худощавое лицо лединавигатора вновь стало серьезным.

– К сожалению, да, – ответила она и повернулась к Ранеку. – Если позволите…

– Разумеется, леди. – Волчий Жрец отступил от стола.

Встав со своего кресла, Габриэлла подошла к панели управления гололитом.

– Проблема в том, что все рассматривали вторжение как военную кампанию вроде Черного Крестового Похода, – отметила она. – Как сказал Ранек, почти все второстепенные цели обладали военной ценностью, но если мы сосредоточимся только на системах с присутствием крупных сил Хаоса, то вот что получится. – Она прикоснулась к руне, и подсвеченные желтым значки исчезли из виду, оставив тринадцать систем, разбросанных вокруг Фенриса в некоем подобии сферической структуры.

Рагнар изучил по очереди каждую из систем.

– Ни одна из них не представляет собой важной военной или промышленной ценности, – сказал он с озадаченным видом.

– Разумеется, – подтвердила она, – но мне, как навигатору, пришло в голову другое: что, если эти системы важны не сами по себе, а, скорее, в силу своего расположения?

Габриэлла прикоснулась к другой руне. Гололит соединил все системы мерцающими красными линиями. Рагнар глядел на это широко раскрытыми от удивления глазами:

– Это какойто символ.

– Не символ по сути, – пояснила навигатор. – Это колдовской знак, и Чарис находится в его центре. – Она взглянула на Рагнара. – Помнишь, как выглядел город Лета, когда мы отправились на «Кулак Русса»?

Юноша кивнул:

– Пламя горящего прометия тянулось по всему городу. Это выглядело как… ну, я помню, подумал, что это похоже на какойто ритуальный символ.

– То был ритуальный символ, превративший Гиады в узловую точку для этого большего символа, – подтвердила Габриэлла, указав на нечестивый знак, повисший перед ними. – Мэдокс заложил основу для колдовского ритуала чудовищных размеров. Если то, что ты узнал от Кадма, верно, то теперь у него есть все необходимые компоненты для начала этого ритуала.

Размах планов чернокнижника ошеломил Рагнара. Он обратил взгляд на Великого Волка:

– С Чариса прибыл корабль с новостями. Что обнаружил Берек?

Старый Волк помрачнел:

– Берек серьезно ранен, Рунического Жреца Алдрека считают погибшим. – Логан отвернулся от окна и тяжелыми шагами приблизился к столу. – Когда Габриэлла обнаружила, насколько важен Чарис, я послал туда великую роту Берека, чтобы положить конец этому чудовищному плану. Кажется, Мэдокс его поджидал. Берека и его людей заманили в ловушку. – Старый Волк, наклонившись вперед, опустил руку на стеклянную поверхность стола, пальцы, покрытые шрамами, сжались. Его покрытое морщинами лицо было угрюмым. – Сейчас великой ротой командует Микал Стенмарк, и он, и подразделения Имперской Гвардии продолжают сражаться с мятежниками, но в этом регионе нарастают варпштормы. Скоро эта система окажется окончательно изолированной, а бунты Хаоса рассеяли наши силы по всему сектору. – Старый Волк стукнул кулаком по столу. – Мэдокс и его одноглазый хозяин, должно быть, планировали это десятилетиями. Они нас переиграли, их клыки вотвот вопьются в наши глотки.

В горле Рагнара зародился низкий рык. Внезапно он с особой остротой ощутил, как кровь мчится по его жилам, как бьются его сердца. Все Космические Волки в зале почувствовали эту перемену, все, как один, сжали кулаки и опустили головы, почуяв запах вульфена.

– Держи себя в руках, юноша, – приказал Ранек низким голосом. – Прибереги волчью ярость для наших врагов.

Неимоверным усилием Рагнар сдержал разгорающуюся ярость.

– А что с твоей ротой, Великий Волк? – спросил он сдавленным голосом. – Твои воины наверняка смогут изменить ход событий на Чарисе.

– Моя рота разбросана по нашим территориям, поддерживая усилия других Волчьих Лордов, которые находятся в трудном положении, – ответил Гримнар. – Рота Берека была нашим резервом.

– Тогда пошли на Чарис Волчьих Клинков! – рявкнул Рагнар, не в силах сдержаться.

– Что, вас троих?! – прогремел Старый Волк. – Ты воображаешь, что вы сами сможете добиться там перелома?

– Пусть я погибну, пытаясь сделать это, если придется! – выпалил юноша в ответ. – Лучше пасть на поле битвы на Чарисе, чем прожить здесь еще день.

– Надменный щенок! – прорычал Гримнар. Он выпрямился во весь свой огромный рост, казалось наполнив весь зал своим присутствием. Покрыв расстояние между собой и Рагнаром одним шагом, он влепил юноше хорошую оплеуху. – Да я и сам не сказал бы этого лучше!

Волки разразились диким хохотом. Мгновением позже к ним присоединился и Рагнар. Габриэлла наблюдала за весельем упрямых гигантов с изумленным выражением на лице.

– Твое желание исполнится, молодой Космический Волк, – провозгласил Гримнар, хлопнув Рагнара по плечу. – Мы посылаем туда всех воинов, что у нас еще остались, чтобы их мечи тоже приняли участие в этой битве, а леди Габриэлла обещала применить все свое мастерство, чтобы наши подкрепления благополучно оказались на Чарисе, – сказал Старый Волк, уважительно кивнув в сторону навигатора. – Доложись Стенмарку, когда доберешься. Уверен, он будет рад каждой крепкой руке.

В мгновение ока гнев юноши сменился пылкой кровожадной радостью. Быть может, на Чарисе его ждет смерть, но пусть так, он встретит ее как Космический Волк, сражаясь бок о бок со своими боевыми братьями.

– Копье Русса снова станет нашим, мой лорд. Клянусь в этом своей жизнью и своей честью!

– Я слышу тебя, Рагнар Черная Грива, – торжественно провозгласил Старый Волк, – и Русс тоже слышит твою клятву. Пролей кровь наших врагов, верни нам то, что было утрачено, и постарайся показать хороший пример парням, когда тебя будут кромсать на куски, ладно?


СКРЕПЛЕННОЕ КРОВЬЮ | Честь Волка | ТЬМА И ЛЕД