home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ДЬЯВОЛЫ ВО ТЬМЕ

Тихие стоны измученного металла отдавались глухим эхом по всему широкому коридору, и Рагнару казалось, что он чувствует, как вибрирует под ним тяжелая палуба: «Кулак Русса» сопротивлялся как мог непрестанным и безжалостным атакам сил, которые находились за пределами понимания смертных.

Прошло уже три недели, как они покинули Фенрис, и больше четырех дней, как должны были выйти в обычный космос у границ системы Чарис. С первым варпштормом они встретились больше недели назад, и сила нематериальных ветров с тех пор только нарастала. Сначала эти штормы были почти незаметны для Рагнара и остальных Космических Волков, но со временем скрипы и стоны стали передаваться через корпус корабля. Теперь жуткие звуки раздавались почти постоянно, то громче, то тише – невидимая буря исступленно терзала поле Геллера боевого корабля. Во все еще не восстановленных частях корабля появилось множество брешей в корпусе. Команда «Кулака Русса», по горло занятая простыми ежедневными задачами поддержания судна в рабочем состоянии, была вынуждена перекрывать доступ к целым секциям корабля, вместо того чтобы тратить драгоценные ресурсы на временный ремонт.

Экипаж судна находился в неимоверном напряжении. В отличие от большинства орденов Космического Десанта, которые широко использовали сервиторов для обслуживания вспомогательных постов на своих кораблях, Космические Волки предпочитали, чтобы их кораблями управляли люди. Многие из них некогда были кандидатами в космические десантники, которые не выдержали колоссальных требований подготовки, но все же считались достойными служить ордену в другом качестве. Других выбрали среди народов Фенриса за их мастерство и навыки. Эти люди сделали бы честь команде любого имперского корабля, но когда Рагнар проходил мимо них в коридорах атакуемого варпштормом судна, он ощущал едкий запах страха, исходивший от их кожи. Если они не найдут путь сквозь штормы в ближайшее время, «Кулак Русса» может совсем не достичь Чариса.

Со своей стороны Волки становились все более беспокойными с каждым днем, проведенным в замкнутом пространстве корабля. Несмотря на огромные размеры линейного крейсера, его каюты и переходы словно уменьшались с каждым днем, вызывая у них клаустрофобию, будто варпштормы физически давили на крейсер со всех сторон. Волчий Жрец Сигурд загружал Кровавых Когтей отработкой навыков абордажа и тренировочными боями по всему линкору – вдоль и поперек; он сурово гонял молодых Волков, но их головы были постоянно заняты. Рагнар не мог не одобрять усердия и преданности делу Волчьего Жреца, но Сигурд, казалось, не понимал, когда нужно остановиться. За боевыми тренировками, которые длились в течение всего дня, следовали незапланированные проверки или внезапные нападения в часы сна. Стаям давали сложные задания по ориентированию в лабиринтах переходов крейсера и не разрешали ни есть, ни отдыхать, пока они не будут выполнены. С каждым днем у космодесантников нарастало раздражение, но Волчий Жрец не уступал. Даже Рагнару это досаждало все больше, а ведь он не принимал никакого участия в этих бесконечных тренировках. В самом начале путешествия Торин обратился к Сигурду, предложив услуги Волчьих Клинков, но получил холодный отказ.

Волчьи Клинки проводили время в уходе за боевой экипировкой и отработке навыков ближнего боя, когда тренировочная площадка не была занята Кровавыми Когтями. Даже Хаэгр присоединился – впрочем, больше от скуки и нехватки еды, чем по какойто другой причине.

Сон попрежнему не приходил к Рагнару. Уже много недель он не отдыхал понастоящему, а когда изредка засыпал ненадолго, то постоянно видел странные обрывочные сны. Хотя космический десантник может при необходимости месяцами обходиться без должного сна, Рагнар чувствовал, что переутомление начало сказываться на его реакциях и способности мыслить. Он подумывал о том, чтобы обратиться за помощью к корабельному апотекарию или даже погрузиться в Багровый Сон на все время путешествия, но мысль о том, какие странные сны он может увидеть в таком состоянии, заставила его отказаться от этого.

Время от времени он размышлял над советом Габриэллы попросить помощи у Волчьего Жреца. Как хранители священных знаний Космических Волков, Волчьи Жрецы считались духовным ядром ордена, источником великой мудрости и прозрения. Сигурд, однако, был редко доступен для кого бы то ни было, кроме Кровавых Когтей, загружая себя не меньше, а то и больше, чем своих подопечных, и единственное обращение, которое Рагнар оставил в каюте Сигурда, осталось без ответа. В те дни, когда сон бежал от него, он отправлялся на командный мостик линейного крейсера и стоял на страже возле бронированной капсулы, где Габриэлла отчаянно пыталась провести «Кулак Русса» сквозь варп.

Молодой Космический Волк намеревался вернуться туда после ужина, поскольку уже чувствовал, что слишком возбужден, чтобы хоть ненадолго уснуть. Рагнар провел целый день в тренировочных боях с Торином и Хаэгром, пока Кровавые Когти отрабатывали приемы абордажа в носовой части корабля, и его тело болело в паре десятков мест, куда угодили чувствительные удары товарищей. Он продолжал биться и после того, как дошел до полного изнеможения, но, хотя его тело будто свинцом налилось от усталости, он ощущал напряженность и волнение. Как ни странно, но даже Торин и Хаэгр, казалось, испытывали то же самое. Они сражались на площадке так же неистово, как и он, нанося друг другу сильные стремительные удары с безмолвной убийственной яростью. Торин не применял никаких искусных приемов, вернувшись к простым ожесточенным ударам, и даже Хаэгру почти нечего было сказать. Направляясь в обеденный зал корабля, они молча шли вслед за Рагнаром, привлекая обеспокоенные взгляды проходящих мимо членов команды.

Приблизившись к залу, они услышали шум пиршества. Рагнар остановился, подавив всплеск раздражения. Он выбрал именно это время, чтобы прийти сюда, лишь потому, что обычно Кровавых Когтей здесь не бывало. С самого начала путешествия Волчьи Клинки держались на расстоянии от молодых Волков, и те, в свою очередь, делали то же самое. У Рагнара не было сомнений в том, что Сигурд описал Волчьих Клинков как сборище изгоев и отверженных, как это обыкновенно делали другие Космические Волки.

– Ты собираешься стоять здесь весь день? – проворчал Хаэгр. – Ты что, не слышишь? Щенки пожирают наш ужин.

Торин вздохнул с некоторым раздражением:

– Так через час или около того подадут еще, дурень ты здоровенный.

– Тогда они могут подождать своей очереди, – прогремел огромный Космический Волк. – Щенки должны знать свое место, вот что я думаю. Вот здесь мы, три могучих героя – ну, один могучий герой и двое – несколько выше среднего, – которые заслуживают того, что им причитается, а те нечистокровные сосунки думают вырвать мясо и эль прямо из наших глоток. Я этого не потерплю!

Выпятив грудь, Хаэгр протолкнулся мимо Рагнара и с грохотом влетел в зал.

Торин беззвучно выругался.

– Должно быть, я схожу с ума, – сказал он. – На какуюто минуту рассуждения Хаэгра показались мне почти здравыми. – Он бросил взгляд на юношу. – Знаешь, он наверняка затеет драку. С другой стороны, я почти так же голоден, как и он. А как ты?

Рагнар чуть было не развернулся, чтобы отправиться в свою каютукелью. В обеденном зале за дверью шум молодых голосов и звон тарелок сменился внезапной и напряженной тишиной. Молодого Волчьего Клинка мгновенно захлестнула волна раздражения, волосы на затылке встали дыбом.

– Пойдем! – рявкнул он и быстро вошел в зал.

В зале было полным полно Кровавых Когтей. С первого взгляда Рагнар понял, что все три стаи новобранцевкосмодесантников ужинают вместе, чего не случалось с тех пор, как они покинули Фенрис. Косматые головы низко нависли над здоровенными кусками мяса, множество пар черных глаз уставились на Хаэгра и его собратьев с открытой враждебностью. По залу прокатился недовольный гул, в воздухе ощутимо запахло вызовом, и Рагнар почувствовал себя на взводе.

В прежние времена этот обеденный зал был офицерской каюткомпанией. Теперь три громадных стола красного дуба были составлены буквой Y, хотя в это помещение легко вошло бы в три раза больше столов. Встав между двумя «нижними» столами и уперев в бедра ручищи, Хаэгр обводил тяжелым взглядом Кровавых Когтей. Головы раз вернулись в сторону «высокого» стола, за которым обычно сидели самые сильные, в ожидании сигнала к дальнейшим действиям. Командир стаи за «высоким» столом – широкоплечий светловолосый воин с продолговатым худощавым лицом и щелками глаз под толстыми отвислыми веками – вытащил из кучи огрызков на столе бедренную кость грокса, с громким треском раскусил ее мощными челюстями и принялся высасывать нежный костный мозг, не сводя взгляда с Хаэгра.

– Во имя Моркаи, чего тебе надо? – проскрежетал он с презрительной ухмылкой.

Оглянувшись на Рагнара и Торина, Хаэгр одарил их широченной улыбкой.

– Что за дурацкий вопрос? – угрожающе прогремел он в ответ. – Это обеденный зал, не так ли? Мы здесь, чтобы поесть и выпить, как полагается Волкам, – заявил он, вновь обернувшись к вожаку стаи. – Только вот на наших местах оказались вы, псы.

Вокруг Волчьих Клинков поднялся настоящий рев. Рагнар заметил, как Торин бросил на него косой взгляд. Он понимал, что ему следует чтото сказать – произнести слова приветствия или провозгласить тост за предстоящую битву, но он ощутил, как его тело, почти само по себе, отвечает на вызов. Если этот молокосос считал себя самым крутым Волком в этом зале, Рагнару хотелось доказать, что тот ошибался. На самом деле он этого просто жаждал.

Поджарый рыжий воин, сидевший справа от вожака стаи, оскалился на Хаэгра в волчьей ухмылке.

– Думаю, этот морж созрел для очередной трепки, – заявил он.

Усмешка светловолосого Когтя расползлась еще шире.

– Ты хочешь есть? Вот, – изрек он и швырнул разгрызенную кость к ногам Хаэгра. – Когда справишься, можешь попросить еще. Полагаю, мы сумеем найти еще объедков для изгоев вроде тебя.

Зал наполнился хохотом. Описав дугу с правого стола, кость отскочила от плеча Хаэгра. За ней прилетела корка хлеба, потом рыбья голова.

Хаэгр выпрямился во весь рост, его грудь разбухла как грозовая туча, но не успел он и рта раскрыть, чтобы изрыгнуть свою ярость, Рагнар пронесся мимо него, в несколько широких шагов добравшись до «высокого» стола напротив вожака стаи. Светловолосый воин вскочил на ноги, воинственно полыхая взором, и Рагнар отвесил ему открытой ладонью такую оплеуху, что сбил с ног.

Вожак стаи шмякнулся на свой стул и тут же подскочил с искаженным яростью лицом. Схватив со стола нож для нарезания мяса, он попытался сделать выпад, но Рагнар оказался намного быстрее своего противника. Рубанув рукой по запястью Кровавого Когтя, он с хрустом сломал его и тыльной стороной руки сбил противника с ног.

Справа раздался крик, и рыжебородый заместитель вожака рванулся со стула. За ним последовали все остальные Когти, сидевшие за «высоким» столом, наполнив воздух яростными воплями, и обеденный зал превратился в круговерть бешеной схватки.

Кровавые Когти наступали на Рагнара со всех сторон, размахивая кулаками, глиняными кружками и прочим, что попало под руку. Мимо его головы со свистом пролетело блюдо, о грудь разбилась кружка, окатив Волчьего Клинка медовухой. Сделав шаг назад от стола, когда первый из Кровавых Когтей подбежал к нему, Рагнар уклонился от удара в голову и уложил Когтя на палубу зубодробительным ударом в челюсть. Другой воин подскочил справа, низко пригнувшись и намереваясь сбить его с ног. Волчий Клинок въехал щенку локтем по голове, и тут еще двое, врезавшись в него слева, повалили его на пол.

Три Космических Волка свалились на палубу с оглушительным грохотом керамита. На Рагнара обрушились кулаки, молотя по его груди, плечам и лицу. Один удар пришелся по правой щеке, оставив рваную рану аж до самого уха. Зарычав, Рагнар схватил одного из Кровавых Когтей за волосы и ударил его лбом в лицо. Воин откатился в сторону, на мгновение оглушенный, но второй Коготь нанес хук в голову Рагнару. У Волчьего Клинка из глаз посыпались искры, но он, яростно взвыв, засадил ногой в грудь Кровавому Когтю. Следующий удар пришелся Рагнару в лоб, и тут он, ударив ногой изо всех сил, отправил Когтя в полет, так что тот шмякнулся спиной на тяжелый дубовый стол и перевернулся через него, разметав во все стороны посуду и остатки еды.

Тяжелый стул пролетел, вращаясь в воздухе, справа от Рагнара и сбил с ног Кровавого Когтя. Три стаи Когтей дрались с Волчьими Клинками, колотя друг друга с безудержной яростью. Бросив взгляд через плечо, Рагнар увидел, как Хаэгр поднял за шиворот двух Кровавых Когтей и стукнул их головами друг об друга. Двое других Когтей, обхватив ноги и бедра дородного Волчьего Клинка, изо всех сил старались повалить его на пол, но с таким же успехом они могли пытаться свалить сам Клык. Слева от Рагнара Торин ловко пробирался сквозь бушующую свалку, изящно, словно призрак, лавируя в толпе Когтей, сбивая их быстрыми, точными ударами и прихватывая попутно со столов отборные куски пищи.

Рагнар услышал свист летящей в него пивной кружки за мгновение до ее сближения с его головой. Молниеносно пригнувшись, он пропустил ее над собой и обернулся к «высокому» столу, чтобы посмотреть, откуда она прилетела. Вместо этого он увидел всего лишь в нескольких шагах от себя рыжего Кровавого Когтя, метящего ему прямо в лицо тяжеленным стулом.

Рагнар блокировал удар скрещенными перед головой руками за долю секунды до того, как стул достиг цели. Старый дубовый стул разбился вдребезги, тяжелые подлокотники ударили Рагнара в лицо, и он упал на спину в мешанину обломков, смаргивая кровь, заливающую глаза. Нападающий через мгновение оказался на нем, размахивая толстой ножкой стула как булавой.

Тяжелый удар пришелся Рагнару в верхнюю часть груди, следующий – в подбородок. Лицо молодого Космического Волка обожгла жуткая боль, и на мгновение в глазах у Рагнара потемнело. Он двинул ногой вслепую и попал Когтю в бок. Тогда он отвел ногу назад и засадил Кровавому Когтю в левое колено. Нога воина не выдержала, и тот рухнул, но не успел ничего предпринять, поскольку Рагнар тут же опрокинул его на спину страшным боковым ударом ноги в голову.

С трудом поднявшись, Волчий Клинок помотал головой, пытаясь вернуть себе зрение. Благодаря своим обостренным чувствам он заметил, что ктото несется на него слева. Развернувшись навстречу угрозе, он едва успел избежать удара в шею, схватив противника за запястье. Ощутив укол острия ножа в горло, Волчий Клинок похолодел.

Рычащий вожак стаи Кровавых Когтей, продолжая давить на ноги, свободной рукой врезал Рагнару по голове. Волчьего Клинка захлестнула такая волна убийственной ярости, что он едва почувствовал боль и вцепился правой рукой в горло противника.

– Остановитесь, во имя Русса и Всеотца! – прозвучал яростный крик с дальнего конца зала. – Что все это значит?

Рагнар так сильно сдавил горло вожака стаи, что почувствовал, как усиленный хрящ скрипит под его пальцами. Волчий Клинок видел, как яростно пульсируют вены на лице Кровавого Когтя, и ощущал под ладонью биение его пульса. В этот миг он хотел лишь одного: разорвать горло этому глупцу.

Будто издалека до него донесся ответ Торина.

– Твои щенки нуждались в уроке хороших манер, Сигурд, – холодно заметил старший Волчий Клинок.

В голосе, который ответил ему, прозвучали железные командирские нотки:

– Я думаю, что это вы трое совсем забылись. Отпусти этого воина, Волчий Клинок, или испытаешь всю силу моего гнева!

Рагнар повернулся, волоча за собой задыхающегося вожака стаи. Красивый Космический Волк, немногим старше Рагнара, с квадратным подбородком и острым взглядом суровых серых глаз на бледном лице, стоял в противоположном конце помещения. Это был красивый молодой человек. Его белокурые волосы были убраны в толстую косу, которая, изгибаясь на плечах поверх тяжелой мантии из волчьей шкуры, свисала вдоль нагрудника. Его лицо с коротко остриженной бородкой не портили шрамы, и на древних доспехах не было ни единого признака недавних сражений. Массивный крест из адамантия, инкрустированного золотом, украшенный оскалившейся волчьей мордой, висел на тяжелой цепи на шее Волчьего Жреца. В его кулаке угрожающе потрескивал крозиус арканум, священный символ военного жречества.

Яростный взгляд Волчьего Жреца поразил Рагнара, почти сразу погасив его гнев. Жрецы ордена не входили в состав великих рот и, в сущности, олицетворяли собой историю и традиции ордена. Они требовали уважения и почтительного отношения в силу самого своего положения. Даже Великий Волк обходился с ними с величайшим почтением. Этому Космических Волков обучали с первых дней их пребывания в Клыке. Рагнар без колебаний отпустил вожака стаи, но гораздо труднее выбросить из головы оскорбление, которое нанесли ему и его братьям. Оставив хватающего ртом воздух командира Кровавых Когтей, Рагнар направился к молодому жрецу.

– Вини в этом Когтя! – прорычал Космический Волк. – Он счел возможным бросить вызов тем, кто лучше его.

– Лучше?! – рявкнул Волчий Жрец. При всей своей молодости он имел царственный вид и манеры человека, рожденного повелевать. – Здесь нет никого лучше Харальда, кроме меня. Этот зал – для воинов, а не для изгнанников, как ты.

Кулаки Рагнара сжались. Хаэгр угрожающе свистнул, и даже Торин застыл на месте от этого выпада. Молодой Волк сделал все, что мог, чтобы не ударить надменного жреца.

– Служить Волчьим Клинком – это честь, как должно быть известно любому, сведущему в истории ордена, – ответил молодой Космический Волк, тщательно подбирая слова, – и в залах Клыка к нам относились именно так.

Волчий Жрец оставался непреклонен.

– Я говорю не о Волчьих Клинках, – холодно произнес он. – Я говорю о тех троих, кого вижу здесь перед собой, это изгнанники и отверженные, все как один. – Сигурд сделал шаг к Рагнару. – Я знаю о твоих преступлениях. Я знаю, как ты утратил Копье Русса, то самое оружие, которым был сражен твой прежний лорд! – Взгляд его серых глаз пронзил молодого Космического Волка. – Ты отрицаешь это?

Рагнар задрожал от неимоверного усилия, которое понадобилось, чтобы обуздать ярость. Он и представить себе не мог, что произойдет, если он поддастся сейчас своему гневу, и ему не хотелось обагрить руки кровью жреца.

– Ты знаешь, что я не могу, – ответил он.

– Это так, – констатировал Сигурд с мрачной усмешкой. – Тебе здесь не место. Ни одному из вас. Если будете есть, забирайте пищу в свои каюты, пока мы не достигнем Чариса. Вы не настоящие воины, – заявил Волчий Жрец. – А теперь прочь с глаз моих.

На мгновение в зале воцарилась тишина. Сигурд непреклонно смотрел на Волчьих Клинков, безжалостный и неукротимый в своем гневе. В конце концов сдался Торин.

– Пойдем, братья, – холодно сказал он. – Сигурд прав. Здесь не место таким, как мы.

Три Волка молча вышли из зала, с трудом сдерживая обуревающее их бешенство. В дверях Рагнар, повернувшись, метнул сверкающий вызовом взгляд на краснолицего Харальда и его собратьев. Во встречном взгляде вожака стаи он прочел гнев и неуверенность. Молодой Космический Волк, оскалив зубы, издал рык. «Попробуйка еще разок – и так просто не отделаешься», – сказал его взгляд Кровавым Когтям. Закрыв двери зала, он отправился бродить в одиночку по лабиринту переходов военного корабля.

Рагнару снились волки, которые ходили подобно людям.

В густом горячем воздухе отдаются эхом рычание животных и звуки битвы. Повсюду вокруг Рагнар вдыхает запах пролитой крови и зловоние смерти; тела покрывают землю вокруг. Он видит мужчин и женщин в одеждах, залитых кровью, их тела растерзаны клыками и когтями, на безжизненных лицах застыл ужас.

На волках – доспехи, похожие на его собственные, но вместо лиц у них морды свирепых зверей. Они бьются повсюду вокруг него, хватая и разрывая призрачные фигуры, которые извиваются и набрасываются на волков, как змеи. Кажется, что вместо одного разорванного волками существа тут же появляются два других. По ушам Рагнара бьет вой ярости и отчаяния.

Он стоит в большом зале, похожем на разрушенный храм. В дальнем конце зала видна фигура в доспехах, с лицом, скрытым под рогатым шлемом. В бронированном кулаке зажато длинное копье, но Рагнар уже и так понял, кто это.

– Мэдокс! – ревет он, бросаясь на своего злейшего врага.

Его вены пылают от ярости. В горле рождается дикое рычание, он рубит своим завывающим клинком направо и налево. Древний клинок сделал смертельную просеку в гуще призрачных существ, но Мэдокс даже не шелохнулся, чтобы оказать сопротивление, тогда как Рагнар все ближе с каждым шагом. Космический Волк ощущает, как его руки и ноги наливаются силой, как жажда крови ускоряет и ускоряет его движения, размывая его очертания, превращая в стремительно несущееся пятно.

Его зовут какието голоса, выкрикивая предупреждения, которых он не понимает. Все это не имеет никакого значения: копье уже почти в пределах досягаемости. Вопль триумфа вотвот вырвется из его рта, он тянется к священному оружию, но тут ноги будто подгибаются под ним. Рагнар падает на камни, его мышцы извиваются под кожей, словно змеи. Леденящий клинок выпадает из рук – его пальцы вытягиваются и искривляются, превращаясь в когти. Единственное, что не меняется, – это его гнев, который полыхает ярко, как луна в полнолуние.

Рагнар, корчась, падает на живот. Откинув назад голову, он в бешенстве воет, ощущая, как кости лица расширяются сантиметр за сантиметром, превращая его в грубую зубастую морду. Рыча и хлеща по воздуху когтистыми лапами, он бросается на бок и бешено щелкает челюстями, глядя на безмолвную недосягаемую фигуру чернокнижника.

В это время его взгляд падает на хрупкую фигуру в метре от него справа. Она лежит на камнях, ее белое, как гипс, лицо заляпано кровью. Когда она начинает говорить, из жутких ран от укусов в ее горле хлещет кровь.

– У всех нас внутри поджидает зверь, – говорит ему Габриэлла, и он видит, как ее взгляд становится безжизненным.

Он проснулся в темноте с испуганным криком, молотя во все стороны кулаками. Одна рука со звоном отскочила от толстой металлической трубы, и его отшвырнуло назад так, что он здорово приложился головой к тяжелой паровой арматуре. Рагнар осел, недоуменно пялясь в черноту. У него нет ни малейшего представления ни о том, где он, ни о том, как он туда попал.

«Уснул, – подумал он, отчаянно пытаясь осмыслить свое положение, – должно быть, я уснул». В считаные мгновения его острое зрение привыкло к сумраку, и через пару секунд он осознал, что находится в какомто узком туннеле, глубоко в недрах старого линейного крейсера.

Все еще моргая, Рагнар потер рукой лицо и попытался вспомнить, сколько же он бродил по кораблю. Многомного часов – это наверняка. Ярость, которую он ощущал после встречи с Сигурдом, никак не проходила, как он ни старался ее обуздать. Он шел и шел по бесконечным переходам, принося самые ужасные клятвы, какие только мог придумать, отомстить Харальду и этому выскочкежрецу.

Последним, что он ясно помнил, было решение направиться в ту часть корабля, где разместились Кровавые Когти, и дождаться возвращения Харальда.

Молодого Космического Волка объял ужас. Медленно, боясь того, что может обнаружить, он поднял руки к лицу. Их покрывал толстый слой смазки и сажи, но свежей крови на них он не унюхал.

– Благословен будь Русс! – вздохнул он. – Да что это со мной?

Затем по трубопроводу эхом донесся унылый вой, и Рагнар потянулся за оружием. Прошло несколько мгновений, прежде чем он понял, что этот звук исходит не из живой глотки, это боевой клаксон корабля, вызывающий команду на посты. Тутто он осознал, что умолкла литания скрипов и стонов и палуба крейсера больше не дрожит от напряжения. «Кулак Русса» наконец выбрался из варпа.

Они прибыли в систему Чариса, и их атаковали.


ТЬМА И ЛЕД | Честь Волка | «КУЛАК РУССА»