home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



25

Грохот взрыва долетел до кабинета начальника отдела убийств в виде глухого удара, от которого задрожали окна.

Карл и Маркус переглянулись. Это явно была не новогодняя шутиха.

— Вот черт! — сказал Маркус. — Надеюсь, никого не убило.

Это был добрый человек, способный сочувствовать другим. Но сейчас его, вероятно, заботила не столько мысль о возможных жертвах, сколько численность личного состава.

Он снова обернулся к Карлу:

— Смотри не пытайся больше повторить со мной свой вчерашний номер! Я все понимаю, но чтобы в следующий раз ты сначала пришел ко мне и я не сидел потом, как дурак. Ясно?

Карл кивнул: вполне справедливое требование. Затем он рассказал о причинах, по которым Ларс Бьёрн мог быть лично заинтересован в приостановке расследования.

— Так что надо бы сейчас вызвать Ларса Бьёрна.

Маркус Якобсен только вздохнул.


То ли Ларс Бьёрн понял, что игра проиграна, то ли надеялся еще выкрутиться, но он впервые пришел без привычного галстука.

Маркус Якобсен с ходу взял быка за рога:

— Я только что узнал, Ларс, что распоряжения Министерства юстиции и директора полиции по поводу этого дела шли через тебя. Будь любезен, объясни мне, что и как там было, прежде чем мы начнем делать выводы!

Бьёрн помолчал, потирая подбородок. Профессиональный военный по образованию. Безупречный послужной список в полиции. Подходящий возраст. Посещение занятий в Копенгагенском университете в свободное время — разумеется, по юриспруденции. Хороший администратор. Огромный круг контактов, вдобавок изрядный опыт работы в полиции. И вдруг такой ничем не оправданный дикий поступок, как политические интриги на работе! Как он дошел до того, чтобы нанести коллегам удар в спину, тормозить расследование, к которому сам, по сути дела, вообще не имел отношения? И ради чего? Из чувства солидарности к частной школе, которую окончил десятки лет тому назад? Ради старой дружбы? Ну что он, черт возьми, может сказать? Одно неверное слово, и с его карьерой будет покончено. Это понимали все трое.

— Я хотел предотвратить фиаско, которое дорого обошлось бы нам с точки зрения затраченных ресурсов, — произнес Бьёрн и тотчас же пожалел о сказанном.

— Если у тебя не найдется более убедительного оправдания, то дело твое плохо. Ты это понимаешь?

Карл видел, как тяжело шефу было это выговорить. Как ни неприятен был заместитель начальника Карлу, он знал, что Маркус и Бьёрн превосходно сработались.

Бьёрн вздохнул:

— Вы, конечно же, заметили, что на мне сегодня другой галстук?

Они кивнули.

— В свое время я учился в этой школе.

По лицам собеседников Бьёрн понял, что это им и без того уже известно.

— И так уже было много неприятных разговоров в связи с изнасилованием, случившимся там пару лет назад. Поэтому раскапывание того старого дела принесло бы школе лишние неприятности.

Но и это они уже знали.

— К тому же старший брат Дитлева Прама был моим одноклассником. Сейчас он член правления общества друзей этой школы.

А этого Карл, к стыду своему, не знал.

— А его жена — сестра заведующего одной из секций Министерства юстиции. Этот заведующий секцией оказал директору полиции неоценимую помощь в деле проведения реформы.

«История прямо как в романах Мортена Корка![12] — подумал Карл. — Еще немного, и выяснится, что все они — незаконные дети помещика с острова Фюн».

— На меня давили с двух сторон. Ведь общество бывших учеников частной школы — это своего рода братство, и я, конечно, поступил неправильно. Но я думал, что заведующий секцией действует по указанию министра юстиции, и в какой-то степени я был не так уж не прав. Она действительно не хотела извлекать на свет это дело. Связанные с ним лица были не какие-то там безвестные людишки, и против них тогда даже не выдвигалось никаких обвинений. А к тому же по делу уже вынесено решение суда и виновный почти отсидел срок. По моим ощущениям, все хотели избежать пересмотра дела с целью поисков возможной судебной ошибки. Я сам не знаю, как сделал такое упущение, что не переговорил сначала с министром, но во время нашего вчерашнего завтрака все указывало на то, что она вообще ничего не знает о новом расследовании. Так что, как это ни печально, она здесь вообще ни при чем. Теперь я это понял.

Маркус Якобсен кивнул. Теперь он был готов выполнить неприятную часть работы:

— Ни о чем из этого ты, Ларс, меня не проинформировал. Ты только сказал, что директор полиции дала указание, чтобы отдел «Q» прекратил расследование. Но, как я теперь понимаю, ты же, скорее всего, и посоветовал директору дать нам такое распоряжение, после того как сам сообщил ей ложную информацию. Что ты вообще ей сказал? Что никакого дела нет и не было? Что Карл Мёрк копается в нем ради собственного удовольствия?

— Я ходил к ней с заведующим секцией Министерства юстиции. Это он ее информировал.

— А что, он тоже бывший ученик той школы?

Ларс Бьёрн горестно кивнул.

— На самом деле инициатива может исходить от Прама и других членов группы. Неужели ты, Ларс, не понимаешь, что все это началось с их подачи? По их инициативе брат Дитлева Прама обратился к тебе с просьбой, а заведующий секцией пытался прекратить расследование.

— Да, я отдаю себе в этом отчет.

Начальник отдела убийств кинул на стол шариковую ручку. Он был не на шутку сердит:

— С этой минуты ты отстранен от работы. Изволь написать объяснительную, которую я смогу положить на стол министру. Не забудь указать в ней фамилию заведующего секцией.

Никогда еще Ларс Бьёрн не имел такого жалкого вида. Карл даже пожалел бы его, если бы не считал редкостным пакостником.

— Маркус, я хочу внести предложение, — вмешался он.

В глазах Ларса Бьёрна вспыхнула едва заметная искра. Между ними давно сложилось взаимопонимание на основе старой доброй вражды.

— Давай не будем никого отстранять. Нам же нужна рабочая сила, правда? Если мы раздуем это происшествие, вокруг него подымут шумиху. Пресса там, крик, шум. Ты добьешься, что у тебя под окнами будут толпиться орущие журналисты. А главное, те, за кем мы следим, насторожатся. Вот это уж совсем лишнее.

Бьёрн только молча кивал, чучело несчастное!

— Я хочу, чтобы Бьёрн работал со мной над этим делом. Надо организовать работу в ближайшие несколько дней — поиск материалов, слежку, всякое такое, что требует беготни. У нас появилась зацепка, а самим не справиться. Остается сделать небольшое усилие, и, возможно, мы раскроем еще несколько убийств. — Карл постучал пальцем по списку нападений, составленному Йоханом Якобсеном. — Я практически уверен.


При взрыве здания возле железнодорожного полотна никто не пострадал, но «Новости» ТВ-2 и их вертолеты слетелись к месту происшествия, словно там во всю мощь бушевали семнадцать террористических группировок.

Диктор новостной программы был в полной экзальтации, но ничем этого не выдавал: лучшая новость всегда та, которая подается с серьезным и озабоченным выражением. В первую очередь это относится к сенсациям, и потому работники полицейского управления в очередной раз вынуждены были отбиваться от журналистов.

Карл следил за происходящим по телевизору в своем кабинете. Повезло, что это не имеет к нему отношения!

— Ларс Бьёрн задействовал отдел розыска копенгагенской полиции. — В кабинет заглянула Роза. — Я переслала им портрет Кимми, а Ассад добавил к этому свои впечатления от встречи на Центральном вокзале. Тину Карлсен они тоже разыскивают. Она очутилась в самом центре урагана.

— Каким образом?

— Так ведь розыскной отдел находится на Скельбекгаде. Разве не там обыкновенно бродит Тина Карлсен?

Карл кивнул и снова вернулся к чтению своих записей и указаний.

Список задач казался нескончаемым. Тут важно было правильно расставить приоритеты.

— Вот твои задания, Роза. Выполняй в том порядке, как записано.

Взяв список, она прочитала вслух:

— Один: найди полицейских, которые участвовали в расследовании рёрвигского убийства в восемьдесят седьмом году. Свяжись с хольбекским отделением полиции и разъездной группой на Артиллеривей. Два: найди одноклассников участников группы. Получи описание их поведения от очевидцев. Три: снова съезди в больницу в Биспебьерг. Найди там врача или сестру, работавших в то время, когда Кимми лежала в гинекологическом отделении. Четыре: детали, касающиеся смерти Кристиана Вольфа. Сделать сегодня. Заранее благодарю.

Карл думал, что последнее добавление произведет успокоительное и примиряющее впечатление. Однако он ошибался.

— Это же черт знает что! Оказывается, мне надо было прийти на работу не в половине шестого, а прямо к четырем утра! — закричала Роза. — Ты что, совсем с ума сошел? Разве ты сам не разрешил нам сегодня уйти на час раньше?

— Так это когда было!

— Ну так и что? — Она выразительно развела руками.

— А то, что сейчас уже все изменилось. У тебя есть какие-то дела на выходные?

— Чего?!

— Роза, сейчас тебе наконец представилась возможность показать, из какого ты сделана теста, и получить представление о настоящей розыскной работе. И не забудь, что потом будут отгулы.

Роза только фыркнула. Отпускать шуточки она и сама была мастерица.

На пороге показался Ассад, и в это время ожил телефон. Звонил начальник отдела убийств.


— Ты говорил, что снял для меня четырех человек из аэропорта! — возмущенно начал Карл. — А теперь хочешь сказать, что тебе их не дали?

Начальник отдела убийств подтвердил это предположение.

— Это никуда не годится! Нам необходимы люди для слежки за предполагаемыми фигурантами. Представь себе, что будет, если просочатся сведения о продолжении расследования! Как ты думаешь, где тогда окажутся господа Прам, Флорин и Дюббёль-Йенсен? Уж точно не тут поблизости. Скорее где-нибудь в Бразилии, причем завтра же.

Карл глубоко вздохнул и потряс головой.

— Я прекрасно сам понимаю, что у нас нет настоящего доказательства их причастности, но ведь косвенные улики, Маркус, косвенные улики-то точно есть!

После разговора с Якобсеном Карл некоторое время сидел, уставив глаза в потолок, и безбожно ругался самыми скверными ругательствами, каким научился от одного парня из Фредриксборга на слете скаутов в 1975 году. Баден-Пауэлл[13] уж наверняка не одобрил бы таких выражений.

— Ну что же сказал тебе Маркус? Нам же дадут помощников? — спросил Ассад.

— Сказал, что сперва им надо расследовать дело о нападении на Канникестреде, а до тех пор лишних людей нет. А вдобавок надо еще разобраться со взрывом на территории железной дороги, — вздохнул Карл.

Вздыхать он в последнее время даже привык. Постоянно не одно, так другое!

— Давай-ка, Ассад, садись и подумаем вместе, есть ли толк в списке Йохана Якобсена.

Карл повернулся к белой доске и стал писать:

14/6 1986: Коре Бруно, ученик школы-пансиона, расшибся насмерть, упав с десятиметрового трамплина.

2/8 1987: Убийства в Рёрвиге.

13/9 1987: Нападение. Пляж в Нюборге. Поблизости пять молодых людей и девушка. Потерпевшая в шоке. Ничего не рассказывает.

8/11 1987: Близнецы. Площадка для игры в мяч. Таппернойе. Два отрезанных пальца. Избиение.

24/4 1988: Муж и жена. Лангеланн. Оба исчезли. Отдельные принадлежавшие нм предметы всплывают в Рудкёбинге.

Переписав все двадцать случаев, он взглянул на Ассада:

— Какой общий знаменатель у всех этих событий? Что скажешь?

— Все они происходили по воскресеньям.

— Да, я так и думал. А ты уверен?

— Уверен.

Очень логично. Разумеется, все происходило по воскресеньям. В другие дни у них не было бы возможности — по крайней мере, пока они учились в школе-пансионе. Жизнь там полна ограничений.

— А кроме того, доехать до мест преступлений из Нэстведа можно за пару часов, — сказал Ассад. — Вот в Ютландии же нет никаких нападений.

— Что еще привлекло твое внимание?

— В период с восемьдесят восьмого по девяносто второй год никто из пострадавших не исчезал.

— Что ты под этим подразумеваешь?

— Да то, что тогда были только хулиганские нападения. Избиения и всякое такое. Но никого не находили убитыми, и люди не исчезали.

Карл углубился в список. Его разработал вольнонаемный работник полицейского управления, имевший в этом деле личную заинтересованность. Откуда теперь знать, был ли его подход объективным? Ведь в Дании каждый год происходят тысячи насильственных преступлений!

— Позови Йохана, — попросил Карл и начал листать бумаги.

Сам он тем временем решил связаться с зоомагазином, в котором работала Кимми. Это поможет составить ее психологический портрет, узнать, о чем она мечтала, каковы были ее жизненные ценности. Может, удастся договориться на завтра пораньше, чтобы побывать там до встречи с учителем гимназии города Рёдовре, назначенной на более поздние утренние часы: вечером у них там состоится встреча выпускников. Она происходит всегда в последнюю субботу сентября и на этот раз приходится на двадцать восьмое число. Все просто, непринужденно, свои среди своих, как сказал учитель.

— Йохан уже идет, — возвестил Ассад, продолжая изучать список на доске, и затем негромко добавил: — Так было, когда Кимми находилась в Швейцарии.

— Как было?

— В период с восемьдесят восьмого по девяносто второй год никого не убили и никто не исчез, — повторил Ассад, кивая сам себе. — Так было, пока Кимми жила в Швейцарии. По крайней мере, судя по списку.


Выглядел Йохан неважно. Раньше он резво носился по полицейскому управлению, будто жеребенок по зеленому лугу, но сейчас больше напоминал животное, навсегда запертое в стойле, которому некуда стремиться и нечем себя занять.

— Ты еще посещаешь психолога? — спросил его Карл.

Тот подтвердил и добавил:

— Она молодец и старается как может. Просто я неважно себя чувствую.

Карл посмотрел на фотографию близнецов, висевшую на доске. Пожалуй, в плохом самочувствии Йохана нет ничего удивительного.

— Когда ты отбирал дела для своего списка? — поинтересовался Карл. — И по какому принципу?

— Здесь только те насильственные преступления за период с восемьдесят седьмого по девяносто второй год, которые были совершены в воскресенье и в которых сами жертвы не обращались в полицию, а место преступления находилось от Нэстведа на расстоянии не более ста пятидесяти километров.

Судя по глазам Йохана, для него этих двух факторов было достаточно, чтобы быть уверенным в причастности подозреваемых.

— Послушайте меня! Я очень много читал про частные школы-пансионы. Там желания и потребности отдельного ученика почти совсем не учитываются. В школе вырабатывается особенный ритм жизни, в котором на первом месте стоят учеба и прочие обязанности и для всего есть свое определенное время. И так всю неделю. Цель этой системы — воспитание дисциплины и духа товарищества. Отсюда я сделал вывод, что насильственные преступления, совершенные на протяжении учебного года в будние дни или в выходные, но до завтрака или после ужина, не представляют для меня интереса, так что ими я не занимался. Короче говоря, в эти часы группа была занята другими делами. Поэтому я отобрал случаи, произошедшие в воскресные дни после завтрака и до ужина. Преступления должны были происходить в этот отрезок времени.

— Ты говоришь, они этим занимались по воскресеньям в дневное время.

— Да, я так считаю.

— И за такой промежуток времени можно было отъехать не больше чем на две сотни километров, чтобы успеть еще найти жертву.

— В течение учебного года — да. Другое дело летние каникулы. — При этих словах Йохан опустил глаза в пол.

Карл раскрыл календарь:

— Но убийства в Рёрвиге тоже произошли в воскресенье. Это было случайное совпадение или для группы это что-то значило?

Лицо Йохана сделалось очень печальным:

— Думаю, это совпадение. Дело было в самом конце каникул, незадолго до начала занятий. Может быть, им казалось, что они не до конца насладились свободой. Не знаю. Они же были больные на всю голову.


Далее Йохан пояснил, что список за последующие годы он составлял, руководствуясь интуицией. Карл вовсе не считал этот метод неправильным, но если уж работал, руководствуясь интуицией, то предпочитал полагаться на свою собственную. В результате он решил для начала ограничиться теми годами, когда Кимми находилась в Швейцарии.

Когда Йохан отправился на собственное рабочее место, Карл еще раз внимательно просмотрел список и лишь затем позвонил в полицию Нюборга. Там ему ответил дежурный — судя по голосу, восьмидесятилетний старец — и сообщил, что братья-близнецы, на которых в 1987 году было совершено нападение на пляже, уже давно эмигрировали в Канаду. По сведениям, имеющимся в участке, они получили небольшое наследство и открыли станцию сельскохозяйственных машин. Никакие подробности о жизни этих мальчиков здесь не известны. Все-таки это было очень давно.

Затем Карл уточнил дату, когда произошло исчезновение пожилых супругов на Лангеланне, и перевел взгляд на папку с делом, которую для него реквизировал Ассад. Это были учителя из Киля, они приплыли на яхте в Рудкёбинг, затем перемещались между Зеландией и Лоланном, останавливаясь в пансионах. В последний раз они нашли приют в Стоенсе.

В полицейском отчете говорилось, что в день исчезновения их видели в гавани Рудкёбинга. Предположительно, они оттуда вышли в море и там яхта перевернулась. Но кто-то в тот же день заметил эту пару в Линнельсе Нор, а затем вблизи того места, где стояла у причала яхта, люди видели группу молодых ребят. Подчеркивалось, что это были приличные молодые люди — юноши в отглаженных рубашках и аккуратно подстриженные, не какая-нибудь местная шпана. Ходили слухи, что на яхте уплыли эти ребята, а не сами владельцы.

В отчете упоминалось также несколько предметов, найденных на пляже в Линнельсе Нор, которые, по словам родственников, могли принадлежать пропавшим, но с уверенностью этого нельзя было утверждать.

Карл просмотрел список вещей: пустой портативный холодильник без указания торговой марки, теплая шаль, пара носков и одна серебряная сережка с аметистом такой модели, что ее можно носить без замочка, просто продев в ухо.

Описание было не слишком подробным — не более того, что можно ждать от младшего полицейского мужского пола. Однако описание полностью соответствовало той сережке, которая лежала перед Карлом в пластиковом пакетике рядом с двумя карточками от игры «Тривиал персьют».

И как раз в тот момент, когда Карл сделал это поразительное открытие, в кабинет вошел сияющий Ассад, прямо-таки воплощение удачи.

— Я только что узнал, что такие браслеты употреблялись в Беллахой. — Он показал на резиновый браслет в пластиковом пакете рядом с сережкой. — Чтобы знать, как долго человек пробыл в воде.

Карл с трудом вынырнул из раздумий, сам потрясенный важностью своего открытия.

— Такие браслеты используются повсюду, Ассад. Они и сейчас в ходу.

— Да. Но когда Коре Бруно нашли на каменном полу, разбившегося насмерть, на нем такого браслета как раз и не было.


предыдущая глава | Охотники на фазанов | cледующая глава