home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



36

В понедельник утром голоса молчали.

Проснувшись с ощущением пустоты в голове, Кимми растерянно огляделась по сторонам и увидела свою старую комнату. В первый миг ей показалось, что ей тринадцать лет и она опять проспала. Сколько раз бывало, что Кассандра выталкивала ее на улицу, вместо завтрака снабдив лишь потоком брани! Сколько раз она потом, сидя в классе в ордрупской школе и слушая, как бурчит от голода живот, мечтала никогда больше не возвращаться домой!

Затем она вспомнила вчерашнее — выпученные мертвые глаза Кассандры.

И тут Кимми начала напевать свою старую песенку.

Одевшись, она взяла свой сверточек и спустилась вниз, мимоходом бросив взгляд в гостиную, где лежала Кассандра, уселась на кухне и шепотом стала перечислять малютке, чего можно поесть на завтрак.

В это время зазвонил телефон.

Слегка передернув плечами, она сняла трубку.

— Да, — произнесла Кимми манерным хрипловатым голосом. — Кассандра Лассен. С кем имею честь разговаривать?

Голос в трубке она узнала с первого же слова.

— Извините, если потревожил. Это говорит Ульрик Дюббёль-Йенсен, если вы меня помните. Нам кажется, фру Лассен, что к вам сейчас направляется Кимми. Поэтому мы просим вас соблюдать величайшую осторожность и непременно предупредить нас, как только она появится.

Кимми выглянула в кухонное окно. Если они придут с этой стороны, она может спрятаться за дверью, и тогда они ее не увидят. Ножи в кухне Кассандры самого лучшего качества, прекрасно режут и мягкое мясо, и самое жесткое.

— Думаю, вам надо быть чертовски осторожной, если она покажется, фру Лассен. Когда она будет звонить в дверь, вы в конце концов согласитесь открыть, впустите ее и задержите подольше. А сами звоните нам, мы тут же примчимся вам на помощь.

Тут он даже хихикнул для убедительности, но Кимми ему не поверила: ничто не спасет Кассандру Лассен, когда придет Кимми. Это уже доказано.

Он дал ей три мобильных номера, которых Кимми еще не знала, — свой, Дитлева и Торстена.

— Огромное вам спасибо, что предупредили, — совершенно искренне поблагодарила она, записывая номера. — Можно узнать, где вы сейчас находитесь? Успеете ли вы в случае чего так скоро добраться до Ордрупа? Не лучше ли мне, если понадобится, позвонить в полицию?

Она так и видела перед собой лицо Ульрика. Только полный крах на Уолл-стрит мог бы вызвать на нем такое озабоченное выражение. Полиция! Самое неподходящее явление в сложившихся обстоятельствах!

— Нет, вряд ли стоит, я думаю. Разве вы не знаете, что полицию можно прождать целый час. Это если они вообще как-то отреагируют. Такие уж нынче времена, фру Лассен. Не то, что прежде! — Ульрик издал насмешливое хмыканье, как бы сомневаясь в эффективности сил правопорядка. — Мы находимся неподалеку от вас, фру Лассен. Сегодня мы на работе, а завтра будем в Эйльструпе у Торстена Флорина. Мы собираемся на охоту в грибсковской роще, которая входит в состав его имения, но все трое будем держать мобильники включенными. Звоните нам в любое время, когда бы ни понадобилось, и мы примчимся в десять раз быстрее полиции.

В Эйльструпе у Флорина, стало быть. Кимми отлично знала, где это.

И сразу все трое. Лучше и не придумаешь.

Значит, ей меньше хлопот!


Кимми не услышала, как открылась парадная дверь, но вдруг раздался громкий женский голос:

— Здравствуй, Кассандра! Это я. Пора подниматься!

Крик был такой, что разнесся по всему дому, даже стекла задрожали. Кимми оцепенела.

В вестибюле было четыре двери. Одна вела на кухню, другая в туалет, где в это время находилась Кимми, третья в столовую, откуда можно было попасть в «my room», где лежал окоченевший труп Кассандры, и, наконец, четвертая, ведущая в подвал.

Если этой женщине дорога жизнь, то ей следует выбрать любую из этих дверей, кроме той, что ведет в покои Кассандры.

— Привет! — крикнула в ответ Кимми, натягивая трусы.

Шаги за дверью остановились, и Кимми, выйдя в коридор, встретилась лицом к лицу с растерявшейся от неожиданности незнакомой женщиной.

Судя по синему халату и переднику, в который начала облачаться пришедшая, это была социальная работница или нанятая уборщица.

— Ну, здравствуйте еще раз! Я — Кирстен-Мария Лассен, дочь Кассандры. — Кимми протянула руку. — Кассандра, к сожалению, приболела, и ее положили в больницу, так что сегодня тут не нужно ничего делать.

Но женщина все стояла, застыв в нерешительности, и Кимми сама взяла ее руку.

Было ясно, что уборщица уже слышала это имя. Едва пожав Кимми руку, женщина тут же отдернула свою, глаза у нее были настороженные.

— Шарлотта Нильсен, — холодно представилась она, поглядывая на дверь гостиной, перед которой стояла Кимми.

— Думаю, мама вернется домой в среду или четверг. К этому времени я вам позвоню и скажу, когда прийти, — сказала Кимми и почувствовала, как слово «мама» обожгло ей губы.

Этим словом она еще никогда не называла Кассандру, но сейчас без этого нельзя было обойтись.

— Я вижу, тут вещи раскиданы. — Уборщица взглянула на брошенное на стуле в стиле Людовика XVI пальто Кимми. — Думаю, все-таки пройдусь по-быстрому по комнатам и приберусь немножко. Я же все равно прихожу на целый день.

Встав в дверях, Кимми загородила ей путь в столовую.

— Вы очень добры, но сегодня нам ничего не нужно, — сказала она и, взяв женщину за плечо, повела к вешалке.

Шарлотта вышла, не попрощавшись, и брови у нее были заметно приподняты.

«Пожалуй, надо как-то избавиться от старушонки», — подумала Кимми, выбирая между захоронением в саду и расчленением. Будь у нее или у Кассандры машина, она бы знала, куда отвезти тело. На севере Зеландии есть знакомое озеро, в котором найдется местечко еще для одного трупа.

Она внезапно замерла, прислушалась к голосам и вспомнила, какое сегодня число.

— О чем тут раздумывать? — спрашивали они. — Ведь завтра наступит день, когда все сойдется и разрешится на едином, более высоком уровне!


Не успела Кимми ступить на лестницу, ведущую наверх, как из комнаты, которая у Кассандры называлась «my room», донесся звон бьющегося стекла.

Ей хватило нескольких секунд, чтобы вбежать в гостиную и трезво оценить обстановку. Если бы не промах уборщицы, лежать бы ей сейчас рядом с Кассандрой с тем же навеки застывшим удивлением на лице.

Мимо уха просвистел кусок железной трубы, которым Шарлотта расколошматила дверь.

— Ты убила ее, психопатка несчастная! Ты убила ее! — со слезами на глазах выкрикивала домработница.

Подумать только, что Кассандра, эта мерзкая дрянь, смогла внушить кому-то такую привязанность! Непостижимо!

Кимми попятилась к камину и напольным вазам.

«Хочешь бороться со мной? — подумала она. — Давай, я не прочь».

Кроме силы исход схватки решает воля. Кимми знала это, как никто другой. Этими двумя составляющими жизни она овладела в совершенстве.

Схватив статуэтку из латуни, в стиле ар-деко, она прикинула на руке ее вес. При правильном броске эти грациозно раскинутые острые руки запросто уложат любого. Такого удара не выдержит ни одна черепушка.

Кимми прицелилась, метнула свое орудие и с удивлением увидела, как женщина отбила бросок своей железякой.

Статуэтка глубоко врезалась в стену, а Кимми начала отступать к двери, намереваясь убежать по лестнице и скрыться наверху. Там остался пистолет, заряженный и со взведенным курком. Эта заносчивая дура, связавшись с Кимми, сама уготовила себе такой конец.

Но Шарлотта не побежала за ней, до Кимми долетел только скрип паркета под ногами и стоны из комнаты.

На цыпочках вернувшись к двери гостиной, Кимми заглянула в щелку: женщина, опустившись на колени, склонилась над бездыханным телом.

— Что это чудовище сделало? — шептала Шарлотта и, кажется, даже плакала.

Кимми наморщила лоб. Ни разу за все время, пока они с приятелями издевались над людьми, она не видела выражений горя. Она видела страх и ужас, но такое чувство, как горе, ей было знакомо только по собственным ощущениям.

Она даже приотворила дверь немного пошире, чтобы лучше видеть происходящее, но тут женщина вскинула голову на скрип.

В следующую секунду домработница бросилась на нее, размахивая поднятой трубой. Кимми захлопнула дверь и, вся еще во власти пережитого удивления, кинулась вверх по лестнице к своей комнате, где лежал пистолет. Пора положить этому конец! Кимми не собиралась ее убивать, только связать, чтобы обезопасить себя. Нет, она не станет в нее стрелять.

Кимми почти одолела лестницу, но кричащая Шарлотта гналась за ней и на последних ступеньках запустила свою трубу ей в ноги. Кимми со всего размаху бухнулась на площадку.

Через секунду она опомнилась, но было поздно. Крепко сбитая домработница уже стояла над ней, вдавив ей железную трубу в шею.

— Кассандра часто вспоминала тебя, — сказала она. — Маленькое чудовище, так она тебя называла. Думаешь, я обрадовалась, увидев тебя в вестибюле? Думаешь, поверила, что ты пришла по-хорошему?

Сунув руку в карман, она вытащила видавшую виды «Нокию»:

— Тут приходил один полицейский. Карл Мёрк его зовут. Он ищет тебя. Ты это знала? У меня тут в телефонной книге записан его номер, он даже оставил мне свою карточку. Как думаешь — позовем его, чтобы он мог наконец с тобой поговорить?

Кимми замотала головой. Попробовала изобразить удивление.

— Но я же не виновата в смерти Кассандры! Мы с ней мирно беседовали, и вдруг она подавилась портвейном. Все случилось нечаянно. Это было так ужасно!

— Как бы не так!

Уборщица не поверила ее словам. Грубо придавив ногой грудь Кимми и крепко прижав ей горло железной трубой, она стала искать номер в телефонной книжке мобильника. Еще немного, и она проткнет Кимми горло.

— А ты, дрянь, конечно же, не подумала ей помочь? — продолжала женщина. — Уверена, в полиции с интересом послушают, что ты скажешь. Только не думай, что это тебя спасет. У тебя же на лице написано, что ты сделала! — Она фыркнула. — А еще сказала, в больницу! Видела бы ты себя, когда ты это говорила.

Она нашла номер, а Кимми вдруг снизу двинула ей ногой прямо в пах. Женщина согнулась пополам, давление на железную трубу ослабло, а Кимми пнула еще раз.

Пока в мобильнике звучали гудки, Кимми не произнесла ни одного слова. Изо всей силы вдавив каблук в бедро противницы, она выбила из ее руки телефон, так что тот отлетел и ударился об стену, отползла назад и, воспользовавшись тем, что женщина ослабила хватку, высвободилась из-под железной трубы. Затем Кимми поднялась на ноги и вырвала у Шарлотты ее орудие.

Не прошло и десяти секунд, как роли переменились.

В первую секунду Кимми только пыталась отдышаться. Женщина перед ней старалась подняться, яростно сверля ее глазами.

— Я ничего тебе не сделаю, — сказала Кимми. — Только привяжу к стулу. Этого хватит.

Но женщина только затрясла головой и незаметно, убрав руку за спину, пыталась ухватиться за перила. Кимми поняла, что она ищет, от чего бы оттолкнуться. Глаза ее горели. Она не собиралась сдаваться.

В следующий миг Шарлотта ринулась вперед, обеими руками вцепилась Кимми в шею и вонзила в нее ногти. Казалось, было даже слышно, как рвутся мышцы. Кимми отодвинулась к стене, а одну ногу согнула в колене и подняла до пояса, так что между ними образовалась преграда. Шарлотта спиной навалилась на перила, свесившись над каменным полом, до которого было пять метров.

Кимми крикнула, чтобы она перестала сопротивляться, но та не слушала. И тогда Кимми с размаху ударила головой по ее лбу. В глазах у нее потемнело, посыпались искры.

Потом она открыла глаза и заглянула за перила.

Женщина лежала под лестницей на мраморном полу, как распятая, раскинув руки и скрестив ноги, затихшая и совсем-совсем мертвая.


Минут десять Кимми просидела на гобеленовом стуле в вестибюле, глядя на разбитое, вывернутое, мертвое тело. Впервые в жизни она увидела жертву такой, какой та была на самом деле: как человека, наделенного собственной волей и правом на жизнь. Она удивилась, отчего такое чувство не возникало у нее раньше. И оно совсем ей не понравилось. Голоса бранили ее за такие мысли.

И тут раздался звонок в дверь. Послышались голоса двоих мужчин: они нетерпеливо трясли ручку, а в следующее мгновение зазвонил телефон.

— Если они обойдут дом с другой стороны, то увидят взломанную дверь. Будь готова бежать наверх за пистолетом, — уговаривала Кимми сама себя. — Нет, беги прямо сейчас.

В несколько прыжков она бесшумно взлетела по лестнице, достала пистолет и стала ждать на площадке, направив оружие на входную дверь. Если эти двое войдут в дом, то обратно им выйти не суждено.

Но они ушли. Она мельком увидела через лестничное окно, как двое удаляются, направляясь к машине.

Один, долговязый, шагал широко; другой, маленький, семенил рядом, с трудом поспевая.


предыдущая глава | Охотники на фазанов | cледующая глава