home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 24

Конференц-зал не представляет собой ничего особенного. Впереди длинный стол с тремя стульями для членов комиссии. По обе стороны прохода — еще восемь рядов стульев идут от центра помещения до дверей. Кэтрин проходит мимо двух охранников, стоящих у входа. Дилани следует за ней. Она быстро окидывает зал взглядом. Места для присяжных не приготовлены — значит, Военно-Морской кодекс не предусматривает их наличие на данном этапе рассмотрения дела. В самый последний момент принесены два маленьких столика и поставлены по обе стороны прохода. По привычке Кэтрин направляется к тому, что стоит справа, однако тотчас вспоминает, что приглашена в качестве свидетельницы, и садится вместе с публикой. Беннет Мартин Уильямс и его адвокат Джейсон Снеллинг уже сидят за столиком слева. Кинкейд занял место напротив них и разбирает бумаги. Кэтрин своим чутьем юриста определяет, что стул для свидетелей будет поставлен перед ним. Так и она обычно поступает в суде. В центре зала стоит вооруженный охранник.

Уильямс одет в оранжевый спортивный костюм с надписью «Заключенный» на задней стороне куртки. Он сердито смотрит на Кэтрин и трогает своего адвоката за локоть, привлекая его внимание. На Джейсоне Снеллинге та же форма, что и на Джоэле Кинкейде. У него острые черты лица, голубые глаза, коротко подстриженные каштановые волосы, на вид ему лет тридцать пять.

Кэтрин и Снеллинг обмениваются взглядами. Уильямс наклоняется и говорит что-то на ухо адвокату. Снеллинг едва заметно кивает, не меняя выражения лица, которое остается непроницаемым.

— Это и есть наш парень? — спрашивает Дилани, присаживаясь рядом с Кэтрин.

— Да.

Уильямс замечает их обмен репликами и сосредоточивает внимание на Дилани. Потом неприязненно качает головой и отворачивается.

— Я произвожу такое впечатление на многих, — говорит Дилани. — В свою очередь, не могу сказать, что мне очень нравится его портной.

Кэтрин начинает отвечать ему, однако прерывает речь, увидев странное выражение на лице Дилани.

— Куда ты глядишь?

— Взгляни на его правое предплечье.

— И что там такое?

— Видишь царапины?

Кэтрин смотрит в указанном направлении, а потом поворачивается к Дилани за объяснениями.

— Помнишь то вещество, которое я вынул из-под ногтей Эллиса? — подсказывает он.

— Кожа?

— Я так считаю. Но надо подождать подтверждения из лаборатории.

— Вот это да! — шепчет Кэтрин.

Прежде чем она успела еще что-то сказать, открылась дверь в передней части помещения. Три капитана вошли в зал и заняли свои места. У третьего человека седые волосы, он высок ростом и худ, как шпала. На нем форменный китель с золотыми эполетами. Капитан Блейлок подождал, пока стенографист и видеотехник установят свое оборудование, а потом представил себя и двух других членов комиссии. Последний вошедший в зал человек, одетый в мундир консультанта по правовым вопросам, уселся за маленький столик с левой стороны.

— Это, должно быть, консультант, — тихо проговорил Дилани.

После того как все были в сборе, капитан Блейлок обратился напрямую к Беннету Уильямсу:

— Мистер Уильямс, меня зовут Джеймс Блейлок, я капитан этого корабля. Справа от меня капитан Мариус Баррони, а слева капитан судна «Звезда Мэри», Селдом Кардуэл. Согласно морским правилам, мы должны провести слушание по установлению вероятной причины. Вы понимаете, что это значит?

— Я так понимаю, что вы занимаетесь ерундой, — ответил Уильямс. — Я был таким же пассажиром на судне, как и все остальные. Я также американский гражданин и не имею отношения к флоту. Вы не имеете права задерживать меня.

— Напротив, мистер Уильямс, как капитан авианосца, я имею право задержать вас и предъявить вам обвинения в преступлении. Это не трибунал, а комиссия по расследованию. Если мы установим, что имеется вероятная причина для задержания, мы так и поступим. Тогда вас передадут соответствующим гражданским властям и вы предстанете перед судом. Понимаете?

— Сущий бред. Меня явно подставили.

Уильямс умолк, после того как адвокат положил руку ему на плечо и встал.

— Разрешите представиться. Меня зовут Джейсон Снеллинг, и я назначен защитником мистера Уильямса. Прошу извинить моего клиента, который, разумеется, очень расстроен ввиду данных обстоятельств и недавних трагических событий, в результате которых он попал в центр водоворота. Его обвиняют в гнусном преступлении. Мы собираемся подать апелляцию о невиновности по всем пунктам. Кроме того, при всем уважении к комиссии, должен сказать, что мы возражаем против ее состава.

— В чем суть ваших возражений, лейтенант? — спросил Блейлок.

— Капитан Баррони является… простите меня, капитан, являлся хозяином «Мажестика», коммерческого лайнера, который затонул всего четверть часа назад. И вот он сидит в комиссии по расследованию причин аварии, дабы решать, будет ли единственный подозреваемый обвинен в данном преступлении. При таких необычных обстоятельствах я не вижу, как любой человек, не говоря уже о капитане погибшего судна, может дать объективное заключение.

— Если позволит комиссия, — сказал, вставая с места, Джоэл Кинкейд, — уже имеется прецедент по данному вопросу. Лейтенант Снеллинг совершенно прав, говоря о необычных обстоятельствах. И если бы дело вел трибунал, я бы согласился с ним. Однако все обстоит несколько иначе. Здесь мы видим всего лишь комиссию по расследованию причин аварии. Среди нас нет представителей высшего командования или гражданских властей, которым мы могли бы передать мистера Уильямса. Я предлагаю предоставить комиссии право привлечь мистера Уильямса к административному задержанию не только для его собственной пользы, но и для безопасности пассажиров и членов экипажа. Предвидя озабоченность лейтенанта, я взял на себя смелость принести с собой копии нескольких дел, которые могут подтвердить мою точку зрения. Хочу показать их лейтенанту и уважаемым членам комиссии.

— Посмотрим, что у вас там, — подал голос Блейлок.

Кинкейд передал Снеллингу пачку бумаг, потом подошел к столу и раздал по копии каждому из заседателей. Не обошел он и консультанта по правовым вопросам. Позднее Кэтрин узнала, что этого человека зовут Алан Коэн. Все ждали, пока члены комиссии и Коэн ознакомятся с копиями дел. Время шло, Блейлок и Кардуэл делали заметки в блокнотах. Баррони мельком просмотрел бумаги. Закончив, сложил их в одну стопку и положил лицом вниз.

— Я удовлетворен, — заключил он.

Блейлок посмотрел на него, затем перевел взгляд на Селдона Кардуэла:

— Что скажете, капитан?

Кардуэл кивнул:

— Согласен.

— Хочет ли что-то сказать консультант по правовым вопросам? — обратился Блейлок к Коэну.

— Капитан, я ознакомился с этими делами. — Коэн сдвинул очки на переносицу. — Они не совсем тут подходят, однако я оставляю это на ваше усмотрение.

— Очень хорошо, — продолжал Блейлок. — Возражение принято к сведению, лейтенант. Продолжим следствие. Вызовите первого свидетеля, мистер Кинкейд.

Уильямс иронически фыркнул. Нарочито громко, чтобы все его слышали.

— Вызываю Кэтрин Адамс, — проговорил Кинкейд.

Кэтрин встала и подошла к свидетельскому столу.

Прежде чем она успела принять присягу, Снеллинг вскочил со своего места:

— С разрешения комиссии я хотел бы ходатайствовать о том, чтобы другие свидетели удалились из зала.

— Хорошо, — согласился Блейлок. — Все, кто собирается давать показания, покиньте помещение. Через коридор отсюда есть еще один конференц-зал, где вы можете подождать своей очереди.

Дилани, Бесс, Либби, Ла Рокка, Нельмс и моряк, в котором Кэтрин узнала командира аварийной команды, с которым встречалась ранее на «Мажестике», встали и вышли из зала. Кинкейд подождал, пока за ними закроется дверь, а потом повернулся к Кэтрин:

— Вы Кэтрин Адамс?

— Правильно.

— И вы недавно являлись пассажиркой «Мажестика», не так ли, мэм?

— Совершенно верно.

— Миссис Адамс, сообщите, пожалуйста, комиссии, где вы живете.

— В Атланте, штат Джорджия.

— А кто вы по профессии?

— Адвокат.

— Вы занимаетесь частной практикой или работаете в фирме?

— Я партнер в компании «Бойд, Симонс, Левит и Адамс».

— Могу я спросить, как долго вы там работаете?

— На Рождество будет восемь лет. До этого я служила в уголовном отделе государственной адвокатской конторы.

— Сколько вы там проработали?

— Девять лет.

— В самом деле? А почему ушли оттуда?

— Устала от своих клиентов, и мне захотелось перемен, — ответила Кэтрин. — Теперь я специализируюсь в семейных делах.

— Что это значит?

— Разводы, усыновления, удочерения… и все такое прочее.

— Большие перемены, — улыбнулся он.

— Разница не так уже велика, как вам кажется, — опровергла его Кэтрин.

В течение последующих минут Кэтрин по просьбе Кинкейда рассказала о своем обучении и сообщила другую информацию, понимая, что это лишь предварительная процедура перед началом настоящего шоу. Долго ей ждать не пришлось.

— А теперь, миссис Адамс, вспомните о нашем разговоре, касающемся данного дела.

— Да, конечно.

— Прав ли буду я, сказав, что вы встречались с мистером Уильямсом раньше?

— Да, вы правы.

— Пожалуйста, сообщите комиссии, при каких обстоятельствах произошла эта встреча.

— Я находилась в числе юристов во время процесса над Беннетом Уильямсом и еще одним человеком, которых привлекли к ответственности за поджог и взрыв женской клиники в городе Клейтон, штат Джорджия, приблизительно пятнадцать лет назад.

Селдон Кардуэл, который записывал что-то в блокнот, после этого заявления Кэтрин резко поднял взгляд. Затем уставился на Уильямса, который, в свою очередь, вопросительно посмотрел на него. Кардуэл поджал губы и сделал еще одну запись, а Кэтрин продолжила отвечать на вопросы.

— Дело дошло до суда, миссис Адамс?

— Да.

— Будьте добры, расскажите комиссии, чем все кончилось.

Прежде чем Кэтрин сумела ответить на вопрос, Снеллинг встал с места и выразил протест:

— Признаю, что это не трибунал и правила дачи показаний здесь не такие строгие, однако они все же существуют. Если лейтенант Кинкейд хочет получить свидетельства прежнего приговора, то это нужно делать должным образом. В данном случае мы имеем дело лишь с показаниями, основанными на слухах, которые не должны рассматриваться комиссией.

Блейлок нахмурился и взглянул на Баррони, который вопросительно поднял вверх брови.

— Как нам следует поступить? — обратился он к Алану Коэну.

— Капитану необходимо спросить мистера Кинкейда, как тот относится к возражению мистера Снеллинга.

Блейлок покачал головой.

— Итак, мистер Кинкейд?

— Лейтенант прав. Это не суд, и слова миссис Адамс не носят фактического характера. Сведения о предыдущем осуждении подозреваемого следует получить в виде заверенной копии, а затем включить их в доказательства. Однако, как я отмечал ранее, мы сейчас находимся не на суше и я не могу вот так просто забежать в здание суда и взять там нужные бумаги. Обстоятельства крайне необычные. Комиссия имеет право отклонить протест против устных показаний и рассматривать их как таковые. Полагаю, что у нас не может возникнуть предвзятых мнений, так как все вы опытные специалисты и здесь нет присяжных. В качестве альтернативы можно отложить слушание, связаться с судом Атланты и попросить прислать нам по факсу копию заключения по осуждению Уильямса.

— Вы хотите приостановки слушания, как предлагает лейтенант Кинкейд, мистер Снеллинг? — спросил Блейлок.

— Можно мне переговорить с моим клиентом, капитан?

— Конечно.

Снеллинг нагнулся и начал шептать что-то на ухо Уильямсу. Тот покачал головой и что-то прошептал в ответ. Так они переговаривались в течение минуты, пока Блейлок вновь не обратился к Снеллингу.

— Капитан, ни я, ни мой клиент не хотят откладывать расследование. Поэтому давайте продолжать, приняв во внимание мое возражение.

Блейлок посмотрел на консультанта по юридическим вопросам — тот утвердительно кивнул.

— Очень хорошо. Задайте ваш вопрос еще раз.

Кинкейд заново сформулировал свой вопрос, обращенный к Кэтрин.

— Мистер Уильямс признал себя виновным в поджоге и был осужден по статье, предусматривающей срок от трех до десяти лет, — объяснила Кэтрин.

— Понятно, — кивнул Кинкейд. — Имели вы какие-то контакты с мистером Уильямсом после суда над ним, миссис Адамс?

— Нет. Я встретила его только в буфете на «Мажестике» два дня назад. Забыла название палубы. На самом верхнем этаже, там, где находятся бассейн и солярий.

Баррони улыбнулся, когда услышал, как Кэтрин говорит о том, что на корабле есть «верхний этаж».

— Опишите, пожалуйста, членам комиссии, что вы там увидели.

— Я завтракала с моей подругой Бесс и вдруг услышала громкие голоса, раздающиеся из угла ресторана. Посмотрела туда и увидела мистера Эллиса Стивенса. Он спорил о чем-то с неким господином. Я сразу не узнала мистера Уильямса. Затем мистер Стивенс ушел, а мистер Уильямс последовал за ним.

— Что случилось потом?

— Мистер Уильямс, кажется, удивился, увидев меня. Он вынул солнцезащитные очки, надел их и вышел через боковую дверь.

— Именно тогда вы и узнали его, мэм?

— Нет. Его лицо показалось мне знакомым, однако я вспомнила этого человека лишь в спасательной шлюпке.

В течение последующих минут Кэтрин повествовала о том, что делала после того, как прозвучал сигнал тревоги. Она рассказала о встрече с Либби Стивенс на лестнице и почему пошла на поиски Эллиса. Потом сообщила о том, что увидела в каюте. Все три капитана подались вперед и внимательно слушали ее.

— Вы действительно видели раны от выстрелов на теле этого человека? — спросил Баррони.

— Да.

— Извините, миссис Адамс, а ранее вам приходилось видеть такие раны? Вы знаете, как они выглядят? — спросил Селдон Кардуэл.

— Разумеется. Мне приходилось сталкиваться с делами по убийствам, когда я работала в государственной юридической конторе.

— Вы упомянули пустой дипломат, — промолвил Тигр Блейлок, заглядывая в свои записи.

— Верно.

— Не понимаю, почему он играет такую важную роль в вашем рассказе.

— Я познакомилась с Эллисом Стивенсом во время ужина в первый вечер круиза. Он имел при себе этот дипломат. После я несколько раз встречалась с ним, и дипломат всегда находился при нем. Стивенс глаз с него не спускал.

— Имеете ли вы представление о том, что могло быть в нем? — осведомился Блейлок.

Кэтрин покачала головой:

— Нет. Думаю…

— Протестую, — заявил Снеллинг. — Капитан, я не возражаю против показаний миссис Адамс о вещах, которые она видела или о которых слышала, однако ей непозволительно гадать о том, что находилось в дипломате.

Коэн повернулся вместе с креслом и кивком выразил Блейлоку согласие.

— Ваш протест принят, лейтенант, — заключил Блейлок. — У вас есть еще вопросы, мистер Кинкейд?

— У меня все. Теперь ваша очередь, — обратился он к Снеллингу.

Джейсон Снеллинг обошел стол обвиняемого и приблизился к Кэтрин.

— Миссис Адамс, будучи адвокатом, вы понимаете, в чем заключается суть данной процедуры, поэтому я обойдусь без вступления. Если вы не поймете что-то из того, что я буду говорить, пожалуйста, остановите меня, и я перефразирую вопрос. Хорошо?

— Нет проблем.

— Насколько я понимаю, два дня назад вы и ваша подруга услышали громкие голоса, привлекшие ваше внимание, в ресторане на лайнере «Мажестик». Вы посмотрели в ту сторону и увидели покойного и моего клиента, хотя в то время еще не знали, кто он такой. Правильно?

— Да.

— Справедливым будет заметить, что вы понятия не имели, о чем они беседовали, не так ли, миссис Адамс?

— Я не могла разобрать слов.

— Правдой является также то, что вы не знали о сути их спора?

— Так оно и есть.

— В последний раз вы видели мистера Уильямса пятнадцать лет назад, не так ли?

— Верно.

— Тогда ему было шестнадцать лет?

— Насколько я помню, да.

— Миссис Адамс, ранее вы показали, что пошли к каюте Эллиса Стивенса, нашли ее запертой, взломали дверь и увидели, что он мертв.

— Правильно.

— И вы заметили на груди и голове покойного то, что вам показалось ранами от выстрелов.

— Да, — ответила Кэтрин.

— Вслед за этим вы обратили внимание на лежащий на полу дипломат.

— Точно.

— Однако вы определенно не видели, как мистер Уильямс стреляет в Эллиса Стивенса, не правда ли?

— Нет, не видела.

— И вы не видели, как он вынимает что-то из дипломата?

— Нет.

— Следовательно, вы не знаете, что там находилось, не так ли, миссис Адамс?

— Понятия не имею, — согласилась Кэтрин.

— В сущности, он мог быть совершенно пуст. Ведь так?

— Не исключено. Я не могла знать, что носит в нем Эллис Стивенс.

— Возможно также, что, если бы в нем содержалось нечто весьма ценное, мистер Стивенс мог бы передать его на хранение корабельному казначею, не так ли?

Кэтрин глубоко вздохнула и пальцами потерла переносицу. Исключая собственный бракоразводный процесс, она впервые выступала в роли свидетеля. Новый опыт предоставлял интересную перспективу.

— Может быть, и так, — согласилась она. — Или он мог послать содержимое дипломата голубиной почтой в США. Я облегчу вам задачу, адвокат. Я не видела, как Беннет Уильямс стрелял в Эллиса Стивенса, не ведаю, что он носил в своем дипломате, и понятия не имею, о чем они спорили. Я знаю только то, что успела заметить.

— И тем не менее вы обвиняете его в уничтожении судна стоимостью семьсот миллионов долларов и убийстве сотен невинных людей.

— Я ни в чем не обвиняю вашего клиента. Просто сообщаю о том, что видела, и то, что знаю о мистере Уильямсе, соответствующим представителям власти. Они решили задержать его, и, откровенно говоря, я считаю это правильным решением. Я не доверяла этому человеку пятнадцать лет назад и не доверяю теперь. Вы меня поняли?

Легкая улыбка появилась на лице Джейсона Снеллинга. Он некоторое время молчал, прежде чем ответить на вопрос.

— Понял. Свидетельница свободна.

Селдон Кардуэл посмотрел на капитана Блейлока, который слегка покачал головой и уселся поудобнее.


Следующим свидетелем стала Либби Стивенс с глазами, все еще красными от слез. Похоже, женщина лишь большим усилием воли держала себя в руках. Отвечая на вопросы Джоэла Кинкейда, она рассказала, что муж носил в дипломате бумаги с результатами своих исследований. Она в общих чертах описала их суть и сообщила о том, почему Эллис боялся расставаться с этими материалами. Затем она узнала в Беннете Уильямсе того человека, который подходил к ним во время завтрака и делал деловые предложения от имени своей компании.

— Вы присутствовали, когда мистер Уильямс и ваш муж обсуждали это предложение? — спросил Блейлок.

— Нет. Я извинилась и ушла из-за стола. Эллис всегда сам решал такие вопросы.

— Понятно. Таким образом, вам в точности неизвестно, чего хотел мистер Уильямс?

— Впоследствии Эллис сообщил мне суть его требований.

Снеллинг, разумеется, возражал — на том основании, что любые показания, даваемые Либби Стивенс, имеющие отношение к словам ее мужа, являются неприемлемыми. Блейлок слушал его внимательно, и прежде чем принять протест, проконсультировался с Аланом Коэном.

Кинкейду удалось выяснить во время опроса свидетеля лишь то, что Либби казалось, будто муж расстроен тем, что новость о его открытии распространилась так быстро.

Бесс Доливер поведала комиссии практически ту же историю, что и Кэтрин: подтвердила все вплоть до точного времени, когда подруга отправилась на поиски Эллиса.

Вслед за ней к месту свидетелей явился Эд Нельмс, который показал, что видел тело Стивенса со следами огнестрельных ран. Он также сообщил о порезанных шлангах.

По мере того как утро переходило в день, комиссия выслушала показания Дешарля, шефа аварийной команды авианосца «Рузвельт», и Тони Ла Рокки. Оба выразили мнение, что на корабле совершена диверсия.

Кэтрин поразило то обстоятельство, что Джоэл Кинкейд не вызвал Дилани. Сначала ей показалось, что он по ошибке забыл о Джоне. Она уже наклонилась, чтобы напомнить Кинкейду о своем друге, когда тот вдруг подмигнул ей. Только тогда Кэтрин поняла, что он придерживает Дилани до поры.

«Что ж, умно с его стороны. Он оставил его для последнего удара».


Принимая во внимание темперамент Беннета Уильямса и его недавнюю вспышку ярости, все несколько удивились, когда Джейсон Снеллинг вызвал своего клиента в качестве свидетеля.

— Мистер Уильямс, давайте не будет ходить вокруг да около; позвольте мне напрямую спросить вас: вы убили Эллиса Стивенса?

— Конечно же, нет.

— А вы когда-либо входили в каюту Эллиса Стивенса и брали что-нибудь из его дипломата?

— Нет.

— Мистер Уильямс, вы имеете какое-то отношение к диверсии на лайнере «Мажестик»?

— Вы считаете меня ненормальным? Я убиваю человека в середине Атлантического океана, потом поджигаю корабль и погибаю вместе с ним? Ну нет… к этому я абсолютно непричастен. Я был таким же пассажиром, как и все остальные на лодке.

— На корабле, — поправил его Снеллинг.

— На корабле… извините.

— Однако на деле вы не являлись обычным пассажиром на «Мажестике», не так ли?

— Прошу прощения?

— Я хочу сказать, мистер Уильямс, что вы не путешествовали на «Мажестике» ради собственного удовольствия.

— Ну… да, — отвечал Уильямс, нахмурив брови.

— И вы не случайно наткнулись на Эллиса Стивенса. Вы пребывали на корабле с определенной целью. Согласны с таким заявлением?

Уильямс не сразу ответил на этот вопрос.

— Да, я находился там по делу.

— И ваше дело имело непосредственное отношение к Эллису Стивенсу, не так ли?

После того как Снеллинг задал этот вопрос, все три капитана обменялись взглядами. Чего бы ни собирался он достичь подобным путем, это уже больше напоминало перекрестный допрос.

— Да, — ответил Уильямс.

— Не соблаговолите ли сообщить комиссии, на кого вы работаете, мистер Уильямс?

— На компанию «Биомедицинские технологии Гочала».

— Как долго вы работаете на нее?

— Немногим более шести лет.

— Какую должность вы занимаете в фирме?

— Я региональный менеджер по продажам и маркетингу. Моя группа занимается продвижением новых товаров. Когда мы услышали о прорыве, совершенном доктором Стивенсом, компания послала меня на корабль с целью заключить с ним сделку.

— Почему?

— Ну… в течение последних нескольких лет мы разрабатывали продукцию, основанную на стволовых клетках, которая должна была принести выгоду, однако по той или иной причине нам не удалось преуспеть в данной области. Наш последний патент R-380 подавал большие надежды, только мы так и не довели его до ума. А тут представилась отличная возможность сделать грандиозный скачок вперед. Работа доктора Стивенса представляла собой недостающее звено в головоломке. С ее помощью мы могли бы достичь вершины.

— Вам удалось заключить сделку с Эллисом Стивенсом?

— К сожалению, нет. Мы предложили ему аванс в пятьдесят тысяч долларов плюс проценты за использование его изобретения, однако он отказался. Это случилось в первый день круиза. Доктор Стивенс очень расстроился, поняв, что нам стало известно о его открытии. В данных обстоятельствах я решил не торопить события и отложил все на следующий день, надеясь, что он успокоится. Вновь попробовал поговорить с ним за завтраком, но он разозлился на меня. Вот этот разговор и слышали миссис Адамс и ее подруга, — закончил Уильямс, махнув рукой в сторону Кэтрин и Бесс.

— Речь шла о пятидесяти тысячах долларах. Вы хотели выписать доктору Стивенсу чек на такую сумму, если бы он подписал договор с вашей компанией?

— Мы собирались заплатить ему пятьдесят тысяч наличными, которые я имел при себе.

— Понятно, — сказал Снеллинг. — Деньги по-прежнему у вас?

Уильямс ухмыльнулся и покачал головой:

— Как же. Они покоятся на дне океана. Деньги лежали в моем сейфе, когда раздался сигнал пожарной тревоги. Моя компания будет очень недовольна. Подумают, что я спустил все в казино.

— Но ведь вы не проигрались, мистер Уильямс?

— Разумеется, нет.

— Мистер Уильямс, прошу вас повернуться лицом к членам комиссии. — Снеллинг ждал, пока Уильямс повернется. — Смотрите прямо на них. Я вновь спрашиваю вас: вы убили Эллиса Стивенса?

— Нет, — решительно ответил Уильямс.

— Вам что-то известно об этом убийстве?

— Я ничего о нем не знаю.

— Совсем ничего?

— Ничего.

Снеллинг молчал несколько секунд, ожидая, какой эффект произведут эти слова на комиссию. Затем обратился к капитану Блейлоку:

— У меня все.

Блейлок кивнул и спросил Джоэла Кинкейда:

— Вы будете вызывать других свидетелей?

— У меня, если не возражают члены комиссии, остался последний свидетель.

— Мы объявляем перерыв на десять минут и продолжим заседание в час дня, — заявил Блейлок.

Когда капитаны поднялись с мест, Блейлок кивнул охранникам в конце помещения. Они вышли вперед, подождали, пока встанет Беннет Уильямс, и сопроводили его из зала. Оба юриста, Эд Нельмс и Дешарль последовали за ними. Как только они остались наедине, Бесс обратилась к Кэтрин:

— А где Джон? Почему Кинкейд не вызвал его в качестве свидетеля?

Кэтрин подняла руку и оглянулась, прежде чем дать ответ.

— Он вызовет его, когда вернутся члены комиссии. Джон должен предоставить контрдоказательства.

— О, понимаю. — Бесс подвинулась к подруге и понизила голос: — Послушай, Кэт, ты правда думаешь, что Уильямс убил Эллиса и поджег корабль? Он похож на высокомерного придурка, но…

— Джон с Нельмсом обыскали его каюту и нашли там пистолет, — прошептала Кэтрин. — У него также царапины на правой руке.

— Ну и что?

— Джон взял что-то из-под ногтей Эллиса, когда осматривал тело. Вещество послали в лабораторию на экспертизу. Думаю, там будут частички кожи.

— Ты хочешь сказать, что Эллис поцарапал его?

— Если они дрались, такое вполне могло случиться, — ответила Кэтрин. — Комиссии будет трудно расколоть его. Проблема в том, что у нас нет тела для сравнения и пуль от пистолета.

— Боже… — промолвила Бесс. — Бедный Эллис. Не верю, что все это случилось на самом деле. — На глаза ее навернулись слезы. — Он был таким славным человеком. А Либби такая милая. Я разговаривала с ней в коридоре. Знаешь, они впервые за многие годы отправились в путешествие вместе. У них двое детей, оба студенты. Все так хреново.

Кэтрин обняла подругу и привлекла ее к себе. Некоторое время они молчали. Просто тихо сидели рядом. Наконец Кэтрин вздохнула и произнесла:

— Да, дела паршивые. В следующий раз полечу в отпуск на самолете.

Бесс посмотрела на нее и улыбнулась, вытирая слезы рукавом.

— Прости меня, Кэт. Я хотела, чтобы это путешествие стало памятным для нас.

— Мы и так его запомним на всю жизнь. Ты ни в чем не виновата.

— Ты хочешь вернуться? — спросила Бесс. — Нельмс сказал мне, что компания выслала к нам два корабля.

— Сейчас некогда об этом думать. Поговорим позднее. Что тебе известно о фирме «Биомедицинские технологии Гочала»? Я слышала о ней раньше, только не могу вспомнить, в каком контексте.

— Это средняя компания, выпускающая дюжину различных товаров. В основном натуральные средства для вакцинации. Они пытаются создать клетки, которые помогут иммунной системе организма бороться с болезнью печени и подобными вещами. В прошлом году я познакомилась на вечеринке с их президентом. Если не ошибаюсь, фирмой владеет немецкий конгломерат.

— Компания Джека имеет с ними дела?

Бесс покачала головой:

— Не-а. Мы торгуем лекарствами, а они занимаются высокими технологиями.

Кэтрин задумалась.

— Ты веришь показаниям Уильямса о том, что он хотел заплатить Эллису пятьдесят тысяч долларов?

— Не знаю… вполне возможно. Компания, которой удастся заполучить патент технологии производства стволовых клеток, будет грести деньги лопатой.

Кэтрин покачала головой:

— Однако пойти на убийство, а потом потопить корабль и вместе с ним столько людей… может только сумасшедший.

— В мире полно придурков, Кэт. Не мне тебе об этом говорить. Ты постоянно сталкиваешься с ними по работе.

Это уж точно.

— Ты права, — согласилась Кэтрин. Откинулась назад и уставилась в потолок. — Я скучаю по детям.

— А я по Джеку. — Бесс уткнулась подбородком в плечо подруги.

Тем временем в зал стали возвращаться люди. После того как капитаны заняли свои места, охранники ввели Уильямса. Последним вошел Джоэл Кинкейд.

— Хорошо, мистер Кинкейд, — начал Блейлок. — До перерыва вы дали нам понять, что хотите вызвать вашего свидетеля.

— Да, сэр, — ответил Кинкейд, вставая. — Я вызываю профессора Джона Дилани.

Блейлок взглянул на одного из охранников, стоящих у входа, и тот открыл дверь. Дилани вошел и сел на свидетельский стул. Кинкейд сделал небольшое вступление, рассказав краткую биографию свидетеля и описав род его деятельности, а потом приступил к делу:

— Профессор Дилани, расскажите, пожалуйста, о результатах ваших расследований.

— Да, конечно. Я видел Эллиса Стивенса, белого человека в возрасте пятидесяти с небольшим лет, которому дважды выстрелили в грудь и один раз в голову с близкого расстояния. К моменту нашего прибытия он был мертв.

Либби Стивенс, вошедшая в зал вместе с другими, сидела в одном ряду с Кэтрин. Услышав слова Дилани, она опять начала плакать. Бесс подвинулась к ней и обняла. Уильямс заерзал на стуле и с непроницаемым выражением лица уставился на женщин. А через мгновение отвернулся от них. Наступила общая пауза. Затем Блейлок подал знак Кинкейду, чтобы тот продолжал.

— Профессор, что еще привлекло ваше внимание в каюте?

— Я заметил дипломат, лежащий на полу возле окна. Собственно говоря, на него указала миссис Адамс. Я также воспользовался возможностью внимательно осмотреть тело доктора Стивенса. Судя по размеру проникающих ран, они сделаны из пистолета большого калибра — возможно, тридцать восьмого, однако нельзя сказать ничего определенного, не имея в наличии пуль.

— Понятно. Что еще вы делали в каюте?

— Я искал какие-то улики, могущие заинтересовать экспертов судебной медицины. По следу, оставленному кровью, можно было предположить, что в мистера Стивенса выстрелили вскоре после того, как он открыл дверь. Пятна находились недалеко от входа. Полагаю, произошла потасовка, а потом убийца затащил тело в ванную комнату. Об этом можно судить по пятнам на ковре.

Я также удалил белое вещество из-под ногтей покойного и поместил его в конверт. Сделал на нем соответствующую надпись и отправил в лабораторию данного судна на экспертизу.

— Есть ли у вас мнение относительно этого вещества, профессор?

— Я полагаю, что это кусочки человеческой кожи, однако последнее слово остается за специалистами.

— Это единственный путь установления истины, мистер Дилани?

— Пока да. Если только мистер Уильямс не захочет рассказать, откуда появились царапины у него на плече.

— Что за чушь! — вскричал Уильямс, вскакивая со своего места. — Плечо мне поцарапала женщина, которую я пытался удержать от падения через перила. А вы тут, вижу, уже обо всем договорились заранее. Кончайте этот фарс!

Охранники, стоящие в конце зала, направились к обвиняемому, однако Тигр Блейлок поднял руку вверх и остановил их.

— Садитесь, мистер Уильямс. Никто тут пока ни о чем недоговаривался. Именно поэтому вы и находитесь здесь. Откровенно говоря, приступы ярости служат вам плохую службу. Погибло множество людей, и затонул лайнер стоимостью почти в миллиард долларов. Все присутствующие в этом зале тяжело переживают потери, так что лучше сядьте, успокойтесь и позвольте нам закончить наше дело.

Беннет Уильямс хотел что-то сказать в ответ, однако Блейлок не позволил ему вымолвить и слова.

— Вы не служите во флоте, — продолжал капитан. — Вы гражданское лицо, как сами и утверждали несколько ранее. Верьте или нет, но мы стараемся защитить ваши права и соблюсти все положенные процедуры. Вы также приняты на авианосце в качестве гостя. Так что если не будете вести себя прилично, я велю заткнуть вам рот и привязать к стулу. Вам все ясно?

Уильямс стоял и тяжело дышал. Его грудь вздымалась. Он встретился взглядом с Блейлоком, который не моргая смотрел на него. Спустя некоторое время Уильямс сел. Блейлок повернулся к Кинкейду и кивнул.

— Предположим, что вы правы и найденное вами вещество действительно является человеческой кожей. Есть способ определить, кому она принадлежит?

— Конечно, есть, — ответил Дилани. — Нужно провести тестирование на ДНК. Я уже разговаривал с главным медицинским офицером. К сожалению, на корабле нет соответствующего оборудования.

— Ясно. На этом вы закончили свое расследование, профессор?

— Не совсем. Я решил осмотреть каюту мистера Уильямса и кое-что в ней обнаружил.

Дилани сунул руку под стул и вынул из наволочки пистолет, находящийся теперь в целлофановом пакете. Положил его на стол перед Селдоном Кардуэлом. Капитан от удивления моргнул и подался вперед. Стоящий поблизости охранник широко открыл рот. Кэтрин бросила взгляд на Джейсона Снеллинга, который внезапно побледнел. Наступило всеобщее молчание.

— Профессор, вам знакомо это оружие? — заговорил наконец Кинкейд.

— Да, — ответил Дилани. — Это девятимиллиметровый «таурус-миллениум», полуавтоматический. Длина ствола три дюйма с четвертью.

— Ранее вы сообщили нам, что доктор Стивенс мог быть убит из крупнокалиберного пистолета. Этот подходит?

— О да, — подтвердил Дилани, глядя прямо на Беннета Уильямса.


Блейлок объявил еще один перерыв, позволив Снеллингу посовещаться со своим клиентом, однако члены комиссии уже приняли решение продлить задержание Уильямса. Снеллинг предпринял последнюю попытку спасти дело, вновь вызвав Уильямса в качестве свидетеля, дабы тот объяснил, что взял пистолет с собой в круиз чисто в виде самообороны, имея при себе большую денежную сумму.

— Вы проинформировали кого-то из офицеров о том, что у вас в багаже хранится оружие? — спросил Баррони.

— Нет.

Комиссия единодушно решила продлить срок задержания.


Глава 23 | Смерть в океане | Глава 25