home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава четвертая

Стояло погожее утро, солнце ярко светило, стало заметно теплее, чем ночью, в воздухе — ни намека хотя бы на легкий ветерок. Большинство валидианцев находилось на плацу, и некоторым из них жара определенно не нравилась. Но для катачанцев она была в самый раз, а Лоренцо находил ее освежающей.

На поляне раздетые по пояс вспотевшие солдаты упражнялись под громкие команды сержантов. Отделения Воинов Джунглей готовились к отбытию. Бойцы из взвода А вооружались автопушками и тяжелыми болтерами, а также подготавливали три сторожевых шагохода, которым первыми предстояло ввязаться в бой.

Маккензи все время ошивался между солдатами, перекидываясь словечками с сержантами и беспрестанно жалуясь на отсутствие у катачанцев обмундирования.

— В джунглях форму легко порвать, — объяснял ему полковник Грейвз.

Естественно, Маккензи ответ нисколечко не удовлетворил.

Обычно отделение Грейса сейчас бы делало пробежку или отжималось, но вместо этого сержант сидел, подтянув колени к груди, и орал на каждого, кому хватало глупости пройти возле него. Малдун раздобыл краски цветов местной растительности и сейчас старательно наносил их на тело. Его примеру последовала пара других катачанцев, среди которых были и Майерс со Стормом. И теперь они, раздевшись до пояса, радовались солнышку, которое теплыми лучами ласкало их тела. Тем не менее Лоренцо решил не заниматься «творчеством», вознамерившись пройти уготованное ему испытание в тяжелой камуфляжной куртке и с парой полос жирного грима на лице.

Тем временем Маккензи определенно надоело, что солдаты не стоят по стойке смирно в ожидании проверки, и он скривился так, что этого не мог не заметить даже Грейс. Старый сержант в ответ пожал плечами и поднялся на ноги. Катачанцы вразвалочку последовали за командиром, ясно давая понять офицеру, что они о нем думают. Маккензи, в свою очередь, был несколько расстроен отсутствием у бойцов наплечников с идентификационными номерами, но с этим он сейчас ничего не мог поделать. Комиссар не преминул произнести суровую речь, в которой то и дело встречались вчерашние фразы «я приведу вас в форму», «лучшие гвардейцы в Империуме», а также несколько затасканных клише вроде «когда я говорю прыгать…» и «по моему приказу вы и по битому стеклу поползете…».

— Нам предстоит идти четыре дня, — в завершение сказал комиссар. — Тем, кому посчастливится выжить, — все восемь. Будет намного проще, если мы для начала познакомимся.

С этими словами Маккензи достал лист бумаги и начал перекличку.

— Сержант Грейс.

— Так точно!

— Так точно — кто?

— Так точно, сэр! — насмешливо отозвался сержант.

— Рядовой Армстронг.

Когда Одноглазый откликнулся, Маккензи двинулся дальше, оценивающе разглядывая каждого названного солдата и запоминая их лица. Дуган, Сторм, Майерс, Доновиц, Малдун, Вудс, Лоренцо и, наконец, Ландон.

Естественно, Бракстона комиссар уже знал. Валидианцу удалось откопать на складе необъятных размеров камуфляжную куртку, в которой он выглядел довольно нелепо. Маккензи также облачился в камуфляжную форму, хотя фуражку он предпочел оставить. Та была немного великовата комиссару, и лишь оттопыренные уши юноши не давали ей сползти.

— Сэр, а зачем вы нацепили на голову мишень? — спросил Грейс с едва сдерживаемым презрением.

— Это символ власти, сержант, — огрызнулся Маккензи. — Скоро вы поймете. Скоро вы у меня все поймете.

По настоянию комиссара они во главе с сержантом двинулись быстрым темпом в две шеренги. Сам Маккензи шел замыкающим, изредка выкрикивая приказы.

Тем не менее они перешли на шаг, едва пересекли линию деревьев, и Лоренцо заметил, что Маккензи мгновенно перебрался в центр группы, так чтобы между ним и джунглями стоял по крайней мере один катачанец. По пути комиссар постоянно сверялся с грубым наброском карты и полевым компасом. Он вел отделение не прямо к цели, а под углом градусов в двадцать пять к курсу.

— Мы идем в обход, — ответил он на вопрос бойцов, — чтобы обойти небольшой лагерь орков к северо-западу отсюда.

— Сэр, мы могли бы задать им перцу, — предложил Вудс.

— Не сомневаюсь, рядовой, — холодно бросил комиссар, — но, как я уже сказал на инструктаже, это секретная операция. Если хоть один орк прознает о нас и расскажет остальным, то мы можем возвращаться прямо сейчас — наши шансы добраться до вожака будут равны нулю.

— Подумаешь, секретная… — обиженно пробормотал Вудс, но, как ни крути, Маккензи был прав.

Деревья сомкнули над ними свои ветви, защищая от наиболее яростных солнечных лучей, но воздух под пологом леса был спертый. Бракстон мигом начал истекать потом, то и дело вытирая мокрый лоб. Кругом витал запах паленого, и вскоре под ногами катачанцев захрустели мертвые, почерневшие листья. Эту территорию совсем недавно обрабатывали огнеметами, хотя едва ли это принесло сколь-нибудь ощутимый результат. Некоторые растения, казалось, росли здесь годами.

Их продвижение сопровождалось треском лазерных выстрелов, когда они замечали очередную древесную ящерицу. Отделение постоянно находилось настороже — Майерс и Сторм всех предупредили, что твари умеют сливаться с местностью, а Лоренцо рассказал о том, что разузнал у Бракстона. Каждый боец вслух поклялся, что не закончит свои дни так, как тот незадачливый валидианец, моля о скорой смерти. Но Лоренцо знал — да и другим наверняка было об этом известно, — что даже очень сильный человек не всегда может выдержать ту мучительную боль, которой с лихвой хватало на мире смерти.

Через какое-то время ящерицы будто поняли тщетность своих усилий и теперь старались держаться на расстоянии (хотя Лоренцо не сомневался, что столкнуться с ними им еще придется, и, возможно, не раз).

Постепенно запах паленого ослабел, трава стала выше, деревья тут росли более плотно, едва пропуская сквозь спутанные ветви солнечный свет. Неожиданно позади катачанцев возникло растение жгучеплюй с пурпурной головкой, но Майерс расстрелял его раньше, чем оно даже успело открыть рот.

Лоренцо пробрала дрожь, но ощущение было приятным.

Как давно ему хотелось очутиться в темном сердце джунглей! И теперь его желание наконец сбылось — Лоренцо встретился с настоящим Рогаром-3.

Они шли уже около двух часов, когда Бракстон обратился к шедшим рядом Майерсу и Сторму: ему казалось, будто за ними кто-то следит. Ответом ему послужила пара понимающих улыбок, поэтому гвардейцу пришлось позвать Маккензи:

— Сэр! Сэр, думаю, за нами хвост.

Юный офицер приказал остановиться, и отделение молча простояло пару минут. Маккензи нахмурился:

— Вы что-то слышали?

— Нет, сэр, — забормотали катачанцы.

— Я слышал что-то вон там. — Бракстон ткнул пальцем в кроны деревьев.

— У тебя просто воображение разыгралось, — решил Маккензи, хотя в его голосе сквозила неуверенность.

Лоренцо услышал, как Сторм шепнул Майерсу:

— Похоже, локаторы комиссару нужны только для красоты.

— На самом деле, — с немалым удовольствием сказал Грейс, — за нами действительно идут. Все остальные знали об этом с тех самых пор, как мы вышли из лагеря.

Маккензи порозовел:

— Что? Почему мне ничего не сказали?

— Он на нашей стороне. По правде говоря, для нас большая честь, что он присматривает за нами.

Комиссар в замешательстве просмотрел список имен.

— Все вроде на месте, — пробормотал он.

— Этот человек работает в одиночку, — сообщил ему Дуган.

Маккензи нахмурился:

— Это неприемлемо. Операция была спланирована до последней мелочи, и я не позволю какому-то отщепенцу поставить все наши планы под угрозу. — Сказав это, он повернулся к джунглям. — Эй, рядовой! Выходи оттуда!

Дуган кашлянул:

— Сэр, не кричите так. Вдруг здесь орки или гретчины какие…

Комиссар не обратил на его слова внимание:

— Рядовой, меня зовут комиссар Маккензи, и я требую, чтобы ты немедленно показался. Даю тебе десять секунд. Если к тому времени ты не выйдешь, я отправлю тебя под трибунал!

Эхо его слов утонуло в листве. Где-то вспорхнула птица. Джунгли безмолвствовали.

— Может, он просто вас не слышит? — предположил Майерс.

Сжав кулаки, Маккензи резко обернулся к катачанцам:

— Если кто-то заметит или услышит этого человека, доложить мне немедленно! Понятно? Немедленно!

Отделение вновь двинулось в путь.

Дуган сбавил скорость, пока не поравнялся с Бракстоном, и благосклонно кивнул валидианцу.

— Как правило, если Слай Мэрбо не хочет быть увиденным или услышанным, так оно и будет — и тут даже катачанцы не исключение. Парень, я поражен.

Час спустя джунгли стали настолько густыми, что бойцам пришлось достать ножи и расчищать ими путь. Армстронг и Малдун вышли вперед, их Коготь Дьявола и гладкий черный Ночной Жнец с легкостью рассекали жалящие растения и толстые пурпурные лианы.

Малдун едва успел выкрикнуть предупреждение, когда из травы у его ног вылетела туча насекомых. Каждое из них было размером с палец Лоренцо, с черными волосистыми тельцами и полупрозрачными крылышками. Армстронг отпрыгнул с пути роя, но тот со злым жужжанием полетел за попятившимся Малдуном. Пару насекомых катачанец раздавил о ближайшее дерево, еще двоих разрубил ножом.

Остальное отделение поспешно отступило как можно дальше. Лоренцо торопливо поднял лазган и прицелился, выжидая подходящий момент. Он выстрелил одновременно с Грейсом, Доновицем и Вудсом, лазерный огонь изжарил нескольких насекомых, хотя казалось, их едва ли стало меньше.

Майерс со Стормом бросили рюкзаки на землю и начали распаковывать запчасти тяжелого огнемета. Они быстро соединили их, затем Сторм поднял его, а Майерс прицелился в рой. Первая огненная струя задела кончики волос Малдуна и подожгла часть насекомых, их безжизненные опаленные тела посыпались на землю затухающими огоньками. Малдун бросился на траву, и следующим выстрелом Майерс испепелил большую часть оставшегося роя.

По Малдуну все еще ползало около десятка насекомых, но он перекатился, раздавив собою тех, кто не успел слететь. Остальные бойцы принялись затаптывать и рассекать ножами уцелевших. Майерс и Сторм выпустили еще одну струю туда, откуда вылетел рой. Затем катачанцы окружили лежавшего на земле Малдуна. Он ошеломленно моргал, его раскрасневшееся лицо было покрыто укусами.

— Какого черта ты творишь, Малдун? — зло прикрикнул на бойца Грейс. — Тебе больше заняться нечем, кроме как тревожить гнездо насекомых? Ты разве не видел его?

— Видел, сержант, — ответил он. — Я хотел переступить через него, но твари все равно набросились на меня.

— Похоже, они реагируют на вибрации, — предположил Доновиц. — Или на тепло тела, хотя в таком климате подобное маловероятно. Но зачем они атаковали, если на их гнездо никто не нападал?

— Просто они злобные уродцы, — сказал Грейс, помогая Малдуну подняться. — Все в порядке, Акулий Корм?

— Я чувствую себя ходячим дуршлагом, — угрюмо ответил солдат. — Они меня с ног до головы искусали, залезли, гады, в ботинки, под рюкзак, за воротник…

— Покажи мне, — резко сказал Грейс.

За следующую пару минут сержант тщательно осмотрел Малдуна. Лоренцо знал почему — на Катачане обитало существо, известное как сосудистый червь, оно проникало в жертву и откладывало у нее в крови яйца. Сейчас Грейс хотел убедиться, что насекомые не оставили в Малдуне подобных «сюрпризов». Решив, что боец в норме, сержант заставил его ответить, сколько тот видит перед собой пальцев, — обычная проверка на токсины. Малдун ответил правильно, и Грейс с мрачной улыбкой похлопал его по плечу.

— Жить будешь, — завершил он. — Возможно.

— Теперь мы можем идти? — нетерпеливо спросил Маккензи.

Дальше они шли куда осторожнее, дорогу впереди взялись расчищать Вудс и Доновиц. Как только Вудс заметил среди травы еще одно гнездо, все поспешно отошли назад, а Майерс со Стормом приготовили огнемет.

— Чего вы ждете? — воскликнул Маккензи. — Просто сожгите его, ко всем чертям!

Бойцы покосились на Грейса, но старый сержант покачал головой и потянулся за палкой.

Он бросил ее в улей, и воздух вновь почернел от облака насекомых. Майерс дернул пальцем на спусковом крючке, готовый мгновенно испепелить рой, если людям будет грозить хоть малейшая опасность. Но насекомые, казалось, не замечали катачанцев — какое-то время они покружились, а затем со злобным жужжанием вернулись в растревоженное логово.

— И что это было? — непонимающе спросил Маккензи. — Вы просто хотели их раздразнить?

— Я наблюдал, — отозвался Грейс. — Парни, вы заметили что-нибудь полезное?

— Вон тот красный цветок, — отозвался Доновиц. — К нему насекомые не подлетали.

Грейс кивнул:

— Думаю, ему стоит уделить особое внимание.

Лоренцо проследил за пальцем Доновица и увидел растущий на стволе дерева красный цветок с восемью красивыми лепестками — он показался ему самой прекрасной вещью из всего виденного на Рогаре-3. Теперь Лоренцо не сомневался, что цветок этот опасен.

Грейс подобрал еще одну палку и ткнул ею в цветок. Его лепестки сомкнулись на ней, подобно тискам, и сержант, как ни старался, не смог ее вытащить. Он попробовал выдернуть цветок с корнем, но его корни намертво вцепились в дерево. А затем цветок издал вопль столь пронзительный, что Лоренцо показалось: еще мгновение, и у него лопнут барабанные перепонки.

Грейс выхватил Клык и одним взмахом отсек головку от стебля. Крик тут же оборвался, и красные лепестки поникли. Сержант повернулся к бойцам с растеньицем в руке.

— Сам по себе цветок не кажется опасным, — прокомментировал он, — но следите за тем, чтобы он не ухватил вас за ногу. Вероятнее всего, вы останетесь в плену до тех пор, пока поблизости не появится хищник покрупнее.

Будто в ответ на его слова, над головой у них захлопали крылья. Между деревьями скользнула тень. Хищная птица, подумал Лоренцо, она ответила на сигнал цветка, но, увидев, что кругом люди и ни один из них не попался в ловушку, улетела.

— Сейчас. — Сказав это, Грейс бросил головку цветка в гнездо и отбежал на безопасное расстояние.

На этот раз в гуле насекомых послышались нотки неподдельной тревоги — и, судя по тому, что звук удалялся, они явно бежали отсюда. Спустя минуту насекомые исчезли в джунглях.

Доновиц кивнул:

— Им не понравилось. Похоже, эти цветки охотятся на насекомых, поэтому они научились распознавать их запах.

— Ладно, — резко бросил сержант. — Всем рассредоточиться и искать похожие цветки.

Ноздри Маккензи гневно вздулись.

— Полагаю, вы забыли, кто здесь отдает приказы, сержант.

— Если у вас идея получше, комиссар, — не растерялся Грейс, — я готов ее выслушать.

— Сержант, вы хотите, чтобы мы их себе на головы надели? — запротестовал Вудс.

— На головы, на куртки, да хоть на штаны, — прорычал Грейс. — Спец, мне все равно куда, главное, чтобы запах отпугивал насекомых.

Присоединившись к поискам, Лоренцо не мог не заметить, что Малдун выглядел слегка одурманенным. Увидев, что за ним наблюдают, катачанец тут же собрался и мрачно улыбнулся.

— Голова немного кружится, — сказал он извиняющимся тоном. — Похоже, клятые насекомые высосали из меня пару пинт крови. Я только немного отдохну…

Лоренцо был не единственный, кто не спускал глаз с Малдуна. Он всегда был самым безбашенным из них, за исключением, возможно, Вудса, — постоянно шел впереди, с блеском в глазах, дикой улыбкой на лице и Ночным Жнецом в руке. Сейчас же Малдун едва плелся позади. Пару раз он сбился с шага и чуть не упал, но Лоренцо знал, что лучше не предлагать помощь, пока тебя самого о ней не попросят.

Малдун часто прикладывался к фляге, тогда как остальные катачанцы еще воздерживались от питья — не знали, когда смогут пополнить запасы.

— Ты беспокоишься за него? — тихо спросил его Бракстон.

Лоренцо пожал плечами.

— Что ты думаешь об этом? Тебе раньше приходилось сталкиваться с подобными насекомыми? Видел искусанных ими людей?

— Пару раз. Вреда от них немного. Но я никогда не видел, чтобы рой нападал с такой яростью.

Катачанец кивнул.

— Они могут переносить болезни, — сказал он со знанием дела. — Акулий Корм вполне мог что-то подцепить. Возможно, скоро он заболеет. Если вообще не умрет. Из-за этого Старый Упрямец заставил нас принять меры предосторожности.

Все они выжали сок из стеблей красных цветов, после чего втерли его в кожу.

— Новый мир — новые правила. Есть лишь один способ узнать, каковы они, и Акулий Корм отлично это знает.

— А почему вы зовете его Акульим Кормом?

— Меня тогда еще не было в отряде, — ответил Лоренцо.

С ними поравнялся Дуган.

— Посейдон Дельта, — начал ветеран. — Нам предстояло пересечь топь, но нас поджидал сюрприз — гигантская болотная акула. Она улавливает зыбь на поверхности воды на расстоянии десяти километров, а в ее пасти ты мог бы уместиться во весь рост. Акулий Корм — тогда еще просто рядовой Малдун — завел сторожевой шагоход прямо в топь. Ты видел их в лагере: бронированные машины с цепными пилами и огнеметами… Мы используем их, когда нуждаемся в грубой силе. Нога шагохода застряла в тине, и болотная акула вскрыла кабину пилота, как консервную банку, одним махом проглотив Рида. Но Малдун…

Мы с берега палили по ней из лазганов, но лучи просто рикошетили от твари. Малдун барахтался, придавленный обломками, а акула уже подбиралась к нему. Мы думали, ему конец. И тут — можешь себе представить? — он сунулся прямо в пасть и как затолкнет ей в глотку связку осколочных гранат!

Мы даже взрыва не услышали — такая толстая шкура была у этой твари. Но внезапно она забилась и заверещала, словно от худших колик в мире. А потом пошла на дно. Мы с Грейсом вытащили Малдуна из тины. Ему повезло, ведь он мог с легкостью лишиться руки или даже головы. Сомкни акула пасть секундой раньше… подумать страшно. Вот так Малдун и заработал свое прозвище.

— Вижу, прозвища для вас очень много значат? — полюбопытствовал Бракстон. — Среди вас есть Спец, Старый Упрямец, а ты — Стальная Нога, да?

— Как-нибудь в другой раз расскажу, — сказал Дуган.

— А Слай Мэрбо?

— Вот насчет него я не уверен, — признался Дуган. — Не знаю, прозвище ли это или же настоящее имя. Возможно, он его сам выдумал. Как бы то ни было, оно ему идет. К чему эти расспросы, сынок?

— «Аквила и болтер», — ответил Бракстон. — Просто хотел написать о вас. Всем известно, чем занимаются Воины Джунглей, но о вас самих по-настоящему никто ничего не знает. Я подумал, что статья о жизни на вашем родном мире — Катачане, верно? — могла бы уменьшить э-э-э… непонимание.

Дуган кивнул:

— Хочу дать тебе совет, сынок. Не все здесь любители поболтать. Нет, конечно, если ты будешь ошиваться здесь достаточно долго, то наверняка услышишь все военные байки, но если примешься пытать кого-то вроде Старого Упрямца о его прошлом, будь готов к тому, что он от тебя отмахнется. Штыком, вероятнее всего.

На какое-то время Бракстон затих. Но вскоре он опять повернулся к Лоренцо и задал вопрос, которого тот так боялся:

— А какое прозвище у тебя, Лоренцо?

— У меня его нет, — ответил он. Этого не стоило стыдиться. — Пока нет.

Первым их услышал Армстронг. Он замер, прислушиваясь, и остальные последовали его примеру.

Топчущие по подлеску шаги. Утробное хрюканье, издавать которое могла лишь глотка зверя. Поблизости был кто-то, несколько зверюг, и они не пытались скрыть свое присутствие. Бракстон обернулся к Лоренцо и одними губами прошептал: «Мэрбо?» Лоренцо покачал головой.

Секундой позже катачанцы растворились среди джунглей — Лоренцо заметил смятение на лице Бракстона, когда тот понял, что остался совершенно один. Сам он скользнул за дерево, пытаясь слиться с его стволом. Малдун спрятался там же, присев рядом с ним. С такого расстояния Лоренцо увидел, что его лихорадило — его бандана промокла от пота, а дыхание было хриплым и неровным.

Сторм залег неподалеку. Он распластал свое тело так, что узоры на его коже буквально сливались с орнаментом, образованным листвой. Издалека, а тем более под другим углом зрения он мог показаться невидимым. На самом деле Лоренцо не видел ни одного катачанца, лишь чуть поодаль комиссар Маккензи пытался спрятаться за кустиком цветущей крапивы.

Опомнившись, Бракстон также нырнул в укрытие.

Шаги раздавались все ближе, послышался шелест листьев. Восемь-девять, подсчитал Лоренцо. Слишком маленькие и шустрые для неуклюжих орков. Скорее всего, гретчины. Они были сродни оркам, но меньше, слабее и раболепнее, зато дьявольски хитрые. Если они поймут, что их превосходят численно, то наверняка побегут к своим хозяевам.

Похоже, они никуда не спешили и даже не догадывались о катачанцах. По-видимому, гретчины просто искали еду, но им могло и повезти. В столь густых джунглях они не заметят проложенной солдатами тропинки, разве что натолкнутся на нее. А даже если гретчины и найдут отсеченные лианы и выкорчеванные растения, то тем самым лишь приговорят себя к смерти.

Внезапно на Лоренцо кто-то набросился сзади.

Это была полная неожиданность. С этой стороны он никак не ожидал нападения. На него кинулся товарищ, которому он доверял свою жизнь бессчетное количество раз. С пылающими безумием глазами он бросил Лоренцо в грязь и занес над ним черный нож.

Малдун пытался убить его.

И он кричал, бессвязно и яростно, — его вопли наверняка достигли ушей гретчинов.


Глава третья | Мир смерти | Глава пятая