home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ПРЕСТУПНИКИ

Прежде всего попытаемся уяснить: кто же они, убийцы Андрея?

В тексте упоминаются: Петр, Кучков зять; Анбал, ясин ключник; Яким Кучкович (или Кучковичи). В Радзивиловской летописи в числе заговорщиков упоминается также некий Ефрем Моизич. Всего же, как утверждает автор Повести, всихъ неверныхъ оубииць было 20 человек.

Особого внимания заслуживает возможное участие в убийстве или в его подготовке жены Андрея Боголюбского. В частности, об этом говорится в поздней легенде, отразившейся в тексте Хронографа XVII в. Там же называется имя коварной женщины — Улита и ее отчество Кучковна! Она оказывается сестрой Петра и Акима детей первого владельца Москвы, боярина Стефана Ивановича Кучки, убитого якобы Юрием Долгоруким:

В лето 6666[1158] великому князю Юрью Владимировичю грядущу из Киева во Владимир град к сыну своему Андрею Юрьевичю и прииде на место, идеже ныне царьствующий град Москва, оба пола москвы-реки села красныя, сими же села владающу тогда болярину некоему богату сущу, именем Кучку Стефану Иванову. Той же кучка возгорьдевся зело и не почте великого князя подобающею честию, яко же довлеет великим князем, но и поносив ему к тому ж. Князь великий Юрьи Владимирович, не стерпя хулы его той, повелевает того боярина ухватити и смерти предати. И сему тако бывшу, сыны же его, видев млады суще и лепы зело, именем Петр и Аким, и дщерь едину таковуж благообразну и лепу сущу, именем Улиту, отосла во Владимир, к сыну своему ко князю Андрею Юрьевичу. <…> И потом князь великий отходит во Владимир к сыну своему, ко князю Андрею Боголюбскому и сочетовает его браку со дщерью Кучковою, с нею же князь Андрей и сыны приживе, но млады отъидоша к Богу. <…> Сей убо благоверный великий князь Андрей все упование свое возложа на Господа Бога и на Пречистую Его Матерь, ни о чесом земном печашася, но токмо достизаше и яко орел ношашеся перием высокопарным и лехце возношашеся к добродетелем и во устех его глагол медоточный, и долу легание на жестокой посланей постеле и плотского смешения с женой до конца ошаяся, ниже во снех ему соблазны женская мечтахуся, паче же рещи, яко звездам уподобляшеся, всяким сладкодушевным, церкви созидаша и нищих удовляя, удаляясь убо удалися от нея и отбежа бегая и особяшеся назде бысть птица, и нощный вран на нырищи, но сия вся неугодная бысть жене его, требоваше бо пригорковения и плотского смешения. И присно преж помяным щурьям его Кучковичем возрастшим и живущим у великого князя Андеря Юрьевича в великой чести. С ними убо жена его совешащеся зломыслием на господина своего великого князя Андрея Юрьевича. И по некоем времени отай приведе их к ложу мужа своего и предаде в руце врагом супружника своего яко Далида Самшона и яко убивственная Тиндарида сожителя своего храброго Ироя или кая зловредная мечка сице содея? Вскочиша убо убийцы онии окоянии Кучковичи с оружием к нему, яко злейши пси, и обретают великого князя на худе лежаща долу легании. В лето 6683 [1175] июня в 29 день убивают его немилостивно[134].

Но это лишь предание.

Другое сказание о Кучковичах также связывает княгиню, но теперь уже Улиту Юрьевну, с красавцами сыновьями Кучки (кстати, только из этих преданий мы узнаем о первом владельце Москвы). Вступив в любовную связь с княгиней, Кучковичи убивают ее супруга. Причем сама княгиня принимает в преступлении самое деятельное участие. Правда, в данном предании князем оказывается вовсе не Андрей, а прямой потомок его брата Всеволода, князь Даниил Александрович Московский:

Были… по Москве реке селы красныя, хорошие болярина Кучка Стефана Ивановича. И были у Кучки болярина два сына красны зело, не бысть таких красных юношей во всей Российской земли. И сведа про них княз Данил Суздальский и проси у Кучки болярина князь Данил сынов его к себе во двор с великим прением. И глагола ему:… Аще не отдашь мне сынов своих во двор мой, и аз на тя прииду с воинством и тебя велю мечу предати, а села твои красныя огню предам. И болярин Кучка Стефан Иванович, убояся страха князя Данила Александровича и отдаде сынов своих князю Даниилу Суздальскому. И те два брата князю Даниилу полюбилися, и нача их князь Даниил любить и жаловат, единого пожаловал в стольники себе, а другого пожаловал в чашники. Те же два брата полюбилися князя Даниила жене его княгине Улите Юрьевне, и уязви ю враг на тех юнош блудною страстию, возлюби бо красоту лица их, и диаволим разжением смесися с ними любезно. И умыслиша они с княгинию, како бы им предати князя Даниила смерти. И начаша звать князя Даниила в поле, еже обычай бывает ездити утешения ради, смотреть зверска лова зайцев. И бывше ему на поле и егда въехавшу в дебрии, и нача они, Кучковичи, предавать его злой смерти. И князь Даниил ускочив от них на коне своем в чашщу лесу, часты бо леса. И бежа от них подле Оки реки, оставя коня своего. Они же злии убийцы, акт волци люты напрасно хотя восхитити его. И сами быша ужаснии, много же искавшие его и не обретоша, но токмо нашедши коня его. <…>

Князь же Даниил… не имея где прикрытися, но прилучаю найде в той дебрии струбец мал стоит, под ним же преже погребен бысть ту некоторый мертвы человек. Князь же влезе в струбец тот, закрывся в нем, забыв страх от мертваго. И почи ту нощь темную осенюю до утрия.

Сынове же болярина Кучки Стефана выша в сетовании и великой печали, что упустиша князя Даниила жива от рук своих ранена. <…> И злая княгиня Улита, наполни ю диавол в сердце злые мысли на мужа своего князя Даниила Александровича, аки лютую змию ядовитую, распали ю сотона на возжделение блудныя тоя похоти, возлюбив бо окаянныя малодобрых наложников Кучковых детей и любовников своих, и поведа им все тайны мужа своего по ряду глаголя:…Есть де у мужа моего пес выжлец [гончий кобель]… И на утрия та окаянная княгиня Улита того тай дав тем своим любовником и твердо им приказывает: Где вы его с сим псом ни обрящете, и там его скоро смерти и предайте без милости. Они же злии убийци злаго ума тоя злоядницы княгини Улиты наполнившеся, взявше вскоре того пса и приехавше на место где князя Даниила ранили, и от того места наперед себя пустиша того пса. Скоро и набежал он струп, где ухоронился князь Даниил, увидел князя Даниила и нача опашию своею махати, радуяся ему. Те же исками его убийцы… скоро скочивше, скрывают покров струпца того и обретоша тут князя Даниила Александровича, и скоро князю смерть дают лютую, мечи и копии прободаша ребра ему и секоша главу ему и паки в том же струбце покрыша тело его. <…> Кучковыи же дети, приехавши во град Суздаль привезоша ризу кровавую великого князя Даниила Александровича и отдаше ю княгине Улите, жене его, князя Даниила, и живяху с нею те убойцы в том же беззаконии любодейном попрежнему[135].

Довольно точную характеристику этой повести дал Н. С. Борисов:

«…Биография первого московского князя послужила канвой для романтических легенд о коварстве и любви. Живая народная фантазия свободно ткала здесь свой причудливый узор шелковой нитью вымысла. В…Сказании об убиении Даниила Суздальского и о начале Москвы, возникшем в XVII столетии, благоразумный отец Ивана Калиты предстает в ореоле шекспировских страстей. Неверная жена Даниила княгиня Улита, сговорившись со своими любовниками, сыновьями московского боярина Степана Кучки, готовит убийство мужа. Чудом вырвавшись из рук убийц, Даниил скрывается в лесной хижине, поставленной над чьей-то безымянной могилой. Здесь он проводит ночь, а наутро убийцы по совету Улиты пускают по следу любимого княжеского пса. Поспешив вслед за собакой, они находят Даниила…и скоро князю смерть дают лютую.

Но зло никогда не остается безнаказанным. Брат князя Даниила великий князь Владимирский Андрей идет войной на убийц, побеждает их и подвергает мучительной казни. После этого он берет к себе во дворец на воспитание малолетнего сына Даниила, княжича Ивана. Андрей любит Москву за ее живописность и подолгу живет здесь. Ради этого он даже снимает с себя великокняжескую корону и передает ее сыну Георгию.

Некоторые подлинные факты (убийство великого князя Владимирского Андрея Боголюбского в 1174 г. его придворными, воспитание первого московского князя Даниила в доме великого князя Владимирского Ярослава Ярославича и др.) в…Повести смешаны и перетасованы самым невероятным образом. Однако в этой наивной игре воображения угадывается одна настойчивая и нешуточная мысль: у истоков Москвы измена, кровь, борьба между добром и злом. Таков был взгляд людей, живших в XVII в. и знавших трехвековой исторический путь…третьего Рима»[136].

Вернемся, однако, к нашему персонажу.

Интересно, что какая-то женщина изображена в сцене убийства Андрея Боголюбского и на миниатюре Радзивиловской летописи. Все это дает исследователям основания подозревать участие жены Андрея в злодейском его убийстве. Хотя трудно сказать, о которой из жен идет речь о первой, Кучковне, либо о второй, приведенной князем из похода в камскую Болгарию.

Итак, круг злоумышленников в основном определился. Ядро заговора составили родичи полулегендарного владельца Москвы Стефана Ивановича Кучки: его сыновья, а также зять и, возможно, дочь. Причем, устанавливая родственные связи, лучше ориентироваться на летописную Повесть: она источник гораздо более надежный, нежели поздние предания. Кроме того, в подготовке убийства и в самом преступлении принимали участие слуги Андрея, его милостьники. Среди них выделяется алан (ясин) Анбал, управляющий княжеского дворца, которому Андрей надо всеми волю дал.

Вероятно, заговор против князя созрел не в одночасье. Когда накануне убийства прибежал перепуганный Яким и стал кричать, что всех их вот-вот могут казнить, ни у кого из злоумышленников, судя по тексту Повести, не было ни малейшего сомнения, что такое развитие событий вполне возможно. Основанием для воплей Якима послужил слух, что Андрей приказал казнить Якимова брата. Видимо, Яким, которого называют любимым слугой князя, посчитал это знаком того, что заговор раскрыт. Судьба Андрея Боголюбского была решена: он должен был умереть этой же ночью…

Но что заставило злодеев решиться на такой шаг? В источниках нет прямого ответа (если, конечно, исключить сугубо интимные мотивы Улиты, о которых речь идет в поздних легендах). Тем не менее можно попытаться реконструировать эти причины.

Прежде всего напрашивается самая банальная версия грабеж. По свидетельству Повести, еще тело князя не успело остыть, как оканьные бросились в княжеские палаты, собрали золото, драгоценные камни, жемчуг и всякое узорочье, тут же, до света, погрузили награбленное на лучших коней Андрея и отправили по своим домам.

Однако предположение, что именно драгоценности стали причиной гибели князя, опровергается любопытным диалогом между убийцами и жителями Владимира:

Сами [убийцы], воземьше на ся оружье княже милостьное, почаша совокупити дружину к собе, ркуче: Ци жда на нас приедуть дружина Володимиря? — и скупиша полк и послашак Володимерю:…Ти что помышляете на нас? А хочем ся с вами кончати [договориться], не нас бо одних дума, но и о вас суть же в том же думе! И рекоша Володимерци:…Да кто с вами в думе, то буде вам, а нам не надобе, — и разиидошася, и вьлегоша грабить, страшно зрети[137].

Оказывается, заговорщики полагали, что, убивая князя, они выполняют общественно полезное дело. Владимирцы заверили их, что это вовсе не так, и… бросились грабить дома княжеских людей посадников и управителей, перебив их самих и их слуг. Начались массовые грабежи и в Боголюбове. На помощь горожанам подоспели грабители из окрестных деревень. Так что к банальной уголовщине дело не сведешь. Грабежи действительно были, но лишь как приложение к убийству князя, а не как основная цель.

Другое объяснение может крыться в личной неприязни к князю. Это тем более вероятно, что внешний облик Андрея Боголюбского (всегда надменно поднятая голова, презрительно оттопыренная губа) в сочетании со вспыльчивостью и грубостью, мягко говоря не вызывали у окружающих симпатии. И все же вряд ли Андрей Боголюбский был таким чудовищем, что мог породить желание избавиться от него у такого числа людей. Возможно, личная антипатия и сыграла свою роль, но быть причиной убийства она, конечно, не могла.

Быть может, убийцами руководило чувство мести? Если опираться на весьма зыбкие основания легенд, действия клана Куч-ковичей можно было бы объяснить стремлением отомстить сыну убийцы своего отца. Хотя почему мстить надо было сыну обидчика своего отца, да еще через столько лет? Это тем более странно, что к семейству Кучковичей Андрей относился, вроде бы, вполне доброжелательно. Кажется, никто из отпрысков Стефана Ивановича не мог пожаловаться на притеснения со стороны князя. Да и казнь Якимова брата следствие, а не причина заговора.

Чувством мести могла руководствоваться и любая из жен князя Андрея. Первая могла мстить за отца или брата, другая за своих сородичей, пострадавших, надо думать, во время похода Андрея на Болгарию. Но это лишь ни на чем, кроме здравого смысла, не основанная догадка…

А как быть со слугами, обласканными князем (милостьники!) и обогатившимися за годы службы у него? Киевлянин Кузмище, разыскавший утром 30 июня раздетый труп Андрея Юрьевича, который убийцы бросили в огороде, упрекает Анбала:

…Амбале, вороже! Сверзи коверт ли, что ли, что постьлати или чим прикрыти господина нашего. И рече Амбал:…Иди прочь! Мы хочем выверече псом. И рече Кузмище:…О еретиче! уже псом выверече! Помнишь ли, жидовине, в которых портех пришел бяшеть? Ты ныне в оксамите стоиши, а князь наг лежит! Но молю ти ся: сверзи ми что любо! — и сверже ковер и корзно. И обертев и, и несе, и в церковь[138].

Да, местью, кажется, тоже всего не объяснишь.

Еще один вариант объяснения происшедшего, получивший широкое распространение в специальной литературе, заключается в том, что князь вступил в конфликт со своими боярами и поплатился за это:

«…Новый князь сразу решительно поставил себя не рядом с боярством, а над ним. <…> Первым актом князя было изгнание младших братьев (они со временем могли превратиться в его соперников) и старой дружины отца, которая всегда в таких положениях вмешивалась в управление. <…> С этого времени Андрею приходилось остерегаться бояр; по некоторым сведениям, он даже запретил боярам принимать участие в княжеских охотах ведь мы знаем случаи, когда князья не возвращались с охоты… <…> По всей вероятности, конфликты с боярством вызывались и внутренней политикой Андрея Боголюбского, пытавшегося прибрать боярство к рукам. <…> Все эти события свидетельствовали о крайней напряженности взаимоотношений между…самовластцем-князем и боярством… <…> 1174 год, год безуспешного и бесславного похода на Киевщину, ускорил трагическую развязку. Группа бояр, руководимых Кучковичами, составила в 1174 г. (по другим летописям, в 1175 г.) заговор против Андрея. <…> Неудивительно, что это княжение завершилось вооруженным выступлением боярской верхушки и независевшим от него проявлением народного гнева в отношении представителей княжеской администрации»[139].

В таком объяснении, однако, смущает немаловажная деталь: мы помним, что в начале своего самостоятельного княжения Андрей изгнал старшую отцовскую дружину, т. е. тех самых бояр, с которыми, по мнению Б. А. Рыбакова, и происходит конфликт, трагически завершившийся для князя. Убийцы Андрея Боголюбского вовсе не бояре, а его милостьники представители служебной организации, дворня, дворяне… Даже если назвать их боярами, это вовсе не бояре Киевской Руси, среди которых князь первый среди равных. Новые бояре суть княжеские холопы. Так что, при всей соблазнительности такой трактовки событий 1174 г., от нее придется отказаться либо существенно уточнить диспозицию…

Тогда, быть может, каждый из убийц руководствовался своим мотивом? Один жадностью, другой личной обидой, третий местью… Скорее всего, так и было. Но что их объединяло? Этот вопрос самый интересный, но и самый трудный. И все-таки попытаемся ответить на него.


УБИЙСТВО | Русские земли глазами современников и потомков (XII-XIVвв.). Курс лекций | РАССКАЗ ОБ ОТРУБЛЕННОЙ РУКЕ