home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ИСТОЧНИКИ СМЫСЛА ЛЕТОПИСНЫХ СООБЩЕНИЙ О БИТВЕ НА КАЛКЕ

Однако решение вопроса об истории летописных текстов еще не позволяет вопреки широко распространенному убеждению понять сами эти тексты. Результаты текстологического анализа лишь создают необходимые условия, фундамент для того, чтобы как можно ближе подойти к самому автору источника, чтобы интерпретация самих этих текстов не превратилась в произвольное, сугубо субъективное толкование, устраивающее данного исследователя (и, естественно, его читателей). Пожалуй, только в текстологии можно найти опору для верифицируемого комментария, перевода исходного текста на язык современной культуры, на ныне общепринятый (если он, конечно, есть) код исторического исследования.

Вернемся еще раз ко мнению И. У. Будовница, утверждавшего, что появление татар, отождествленных с Измаильтянами, должно было означать Конец Света. Как мы помним, Измаильтяне лишь одно из предшествующих светопреставлению знамений. Естественно, подобный взгляд на появившийся неведомый народ мог сформироваться и до Батыева нашествия. Сама аргументация И. У. Будовница строится на явном недопонимании. Согласно Ме-фодию Патарскому, между нашествием Измаильтян (Орива, Зива, Зевея и Салмана) и светопреставлением должно произойти еще несколько событий: освобождение нечистых народов (Гога, Магога, Унога, Анога и иных 20 царей) заключенных Александром Македонским, пришествие Антихриста и, наконец, само Второе Пришествие Иисуса Христа. Таким образом, с исхождения Измаильтян должен лишь начаться отсчет…последних времен перед Концом Света[185].

Судя по всему, именно этот текст как и (в свое время) в случае с определением генеалогии половцев лег в основу смысловых структур летописных описаний битвы на Калке. Именно Откровение Мефодия Патарского и подобные ему пророчества[186] имел в виду летописец, когда упоминал книги, разумея которые премудрые мужи могли наконец-таки понять, с кем пришлось столкнуться христианам на этот раз…

Сегодня нам хорошо известно, что летописный рассказ под 1223 г. был посвящен описанию незаурядного приграничного сражения, пусть и с неведомым доселе противником. Речь шла о первом столкновении Руси с силой, которая впоследствии долгие десятилетия будет определять жизнь русских земель. Естественно, летописцы не могли знать этого точно, но, уж несомненно, догадывались (во второй-то половине XIII в.!), что контакты с неведомым тогда, в 1223 г. народом, видимо, будут весьма продолжительными, а последствия их будут чрезвычайно серьезными… Следуя задачам, которые перед ними стояли, создатели летописного текста должны были сориентировать своих читателей в происходящем, раскрыть смысл случившегося, наконец попытаться связать воедино факт появления монголо-татар с дальнейшими событиями. По сути, рассказы о битве на Калке должны были стать своеобразным прологом ко всему дальнейшему летописному повествованию, вплоть до его завершения при непосредственном наступлении последних времен.

По традиции, сложившейся в историографии, основное внимание историк обращает на общий ход дела. Реконструируя его, он волей-неволей пытается согласовать информацию, полученную из разных источников. При этом он вполне искренне полагает, что восстанавливает истинный ход событий. Естественно, противоречия в источниковой информации, которые неизбежно встречаются, он стремится сгладить при помощи различных объяснений. В лучшем случае такие реконструкции опираются на серию логических умозаключений. В худшем те сведения, которые по тем или иным причинам не устраивают историка, попросту игнорируются. Следовать лучшему из этих путей бывает не всегда просто, поскольку источники сплошь и рядом предоставляют взаимоисключающие сведения. Тогда если неискоренимое противоречие не удается нейтрализовать с помощью логики и эрудиции приходится прямо говорить о том, что в настоящий момент (имея в виду уровень развития науки, степень разработанности методического или источниковедческого арсенала и т. п.) данная проблема решена быть не может. Читатель в таком случае волен сам выбирать приглянувшийся ему вариант объективной истории…

Есть, однако, и другой путь. Его, в частности, при анализе интересующих нас сообщений избрал В. Н. Рудаков. Он обратил внимание не на общие места трех ранних летописных повестей о битве на Калке, а на индивидуальные особенности этих рассказов, которые как раз так досаждают традиционным историкам. Результаты, к которым он пришел, сводятся к следующему.


ИСТОРИЯ РАННИХ ЛЕТОПИСНЫХ ТЕКСТОВ О СОБЫТИЯХ 1223 г. | Русские земли глазами современников и потомков (XII-XIVвв.). Курс лекций | «НОВГОРОДСКИЙ» ОБРАЗ БИТВЫ НА КАЛКЕ