home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Джесси не проведешь. Это был след пули, свежий рубец после ранения. Кто-то стрелял в Гейба, стараясь убить. Ему ничего не стоит сказать, будто работает на губернатора, ну а если он лжет? Вдруг он в самом деле явился, чтобы похитить золото?

Конечно, в девяностых годах нашего века никто не занимается грабежом обозов с сокровищами. Это что-то из нравов Дикого Запада. Несомненно, наркомания и преступность в Делоуниге есть, но такой абсурд… Но Гейбриел Сент-Клер, разгуливающий с пулевым ранением, – еще больший абсурд. Джесси не знала, чем он зарабатывает себе на жизнь, но Гейб не преступник. Однако шериф в курсе его дел, и невозможно представить себе, чтобы такое лицо было с преступником заодно. Правда, с шерифской звездой сейчас здесь один из Сент-Клеров, а это меняет правила игры, но все равно надо сдерживать фантазию.

Вот след от пулевого ранения – факт. И записка, найденная Джесси под дверью по возвращении домой, – тоже реальность. Текст повергал ее в ужас: "Берегись! Он не тот, кем кажется".

Гейб пропадал десять лет. Три года из них проведены в колледже. Год он играл в профессиональной футбольной команде, а потом куда-то сгинул. Допустим, сидел в тюрьме. И вдруг выскочил откуда-то как раз в тот момент, когда она собралась перевозить дедовское золото из банка в Атланту.

Сент-Клеры вечно тащили у Джеймсов. И Гейб нередко появляется в тех случаях, когда им чего-нибудь требуется от Джесси. Ее мозг бился над загадкой, душа разрывалась между чувствами и фактами. Дело не может быть только в четырнадцати унциях золота, а вот где зарыта собака, понять никак не удавалось.

На какое-то время во второй половине дня Джесси позволила себе чуть расслабиться, и тут – откуда ни возьмись – записка, вернувшая ее к жизненным проблемам. Она не могла поверить, будто Гейб потенциальный грабитель, но у нее не было полной уверенности, что в таком деле можно довериться своему инстинкту. Неужели же она до замирания сердца, до умопомрачения влюблена в налетчика? Сразу и не сообразишь, не найдешь ответа. Для начала следует постараться хотя бы не оставаться с ним наедине.

Есть дело, которое предстоит сделать до того, как обоз двинется в путь. В понедельник утро надо начать с визита в банк. Прежде всего она попросит новый кредит, чтобы компенсировать Уолтеру то, что он вложил в ферму. Затем предстоит проверить напоследок сейф с дедовским золотом.

Ей не хотелось задумываться над тем, как пройдут три дня с Гейбом в одном фургоне. Но посторонних к этому делу допускать нельзя. Сохранность золота под ее ответственностью, и если она даже не верит в содержание записки, то обязана вести себя так, чтобы ее автор считал, будто она поверила.

Заодно, может быть, она найдет способ немного встряхнуть Гейба.

В среду утром на окраине города уже запрягали мулов в повозки. Гейб вместе с остальными ждал, когда шериф с помощниками привезут золото.

– Вы только посмотрите, разве это не восхитительно! – восторгалась Джейн, сидя в старинном наряде из домотканой материи и чепце рядом с Лонни. – Настоящий фургон из Коунестоги! Я чувствую себя колонисткой.

– Это потому, что знаешь: тебе не надо быть погонщицей мулов, – ныл Лонни. – И в сапогах жарко.

– Ах, животные взволнованны, как я сама! Я немного поболтала с одним из них, его зовут Гораций Он дал понять, что ему приглянулась одна из кобылок, что возит прогулочные коляски в центре Атланты.

Брови у Лонни поползли вверх.

– Как может мул Гораций услышать о лошадке, которая трудится в центре Атланты? Ведь до Атланты отсюда – семьдесят миль.

– Кобылка из этих краев. Они были близко знакомы, пока ее не отправили туда. А я дала торжественное обещание позаботиться, чтобы они смогли восстановить свои отношения, если, конечно, та не отдала свое сердце другому.

– Мне казалось, что мулы не могут иметь потомства, – неуверенно заметил Лонни.

Джейн одарила его уничтожающим взглядом, который словно говорил: "Не верь всему, что видишь и слышишь", и заявила:

– Во-первых, Гораций совсем не такой, как все. Во-вторых, если он даже холощеный, это не значит, что он бесчувственный!

– На твоем месте, Джейн, я бы держал при себе соображения о твоих переговорах с мулами. Боюсь, Гейбриел уже начинает подозревать, что ты не в себе!

Джейн широко улыбнулась супругу и пристально посмотрела на Гейба.

– И почему он ходит сам не свой последние два дня? Похоже, здесь мы имеем дело с тем самым случаем, когда и хочется, и колется.

Джесси, сидя на коне, прислушивалась к болтовне Джейн. В то утро она была не в своей тарелке, проведя без сна две ночи. Она убеждала себя, что не хочет видеться с Гейбом, но не ожидала, что тот не появится. Нащупав записку у себя в кармане, Джесси раздумывала, не надо ли отдать ее шерифу. В конце концов она пришла к выводу, что ничего не случится, если Гейб не будет знать о весточке тайного благожелателя.

– Ты в порядке, Джесс? – крикнул Гейб со своего места на передке.

Джесси утвердительно кивнула:

– Да, все хорошо.

Остальные участники экспедиции расселись по повозкам. Тут были и телеги для сельскохозяйственного инвентаря, и двухместные кабриолеты, и даже воз с сеном. Старинная походная кухня была набита запасами бобов, гамбургеров и бифштексов.

Наконец раздались завывания полицейских сирен, извещая о прибытии золота. Еще утром, ровно в девять, шериф с помощниками и Гейб встретились с Джесси в банке. Они вскрыли бокс, хранившийся в сейфе, и извлекли оттуда мешочек с сокровищем, были подписаны документы о передаче вклада в руки Джесси, а затем шерифа. И теперь полицейский чиновник укладывал драгоценный груз в фургоне под замок в специальный ящик. Ключ получила Джесси.

Наблюдая за процедурой, Гейб нащупал у себя в кармане второй, запасной, ключ. Конечно, он полностью доверял Джесси, но Гейба тоже беспокоили сообщения неведомого осведомителя. По словам кузена Джоя, сначала раздался телефонный звонок с предупреждением, а сегодня утром он получил записку следующего содержания: "Берегись людей вне закона. В ночи крадется вор".

Гейб позвонил своему шефу. Тот подтвердил требование губернатора, чтобы золото находилось под усиленной охраной. Шериф решил послать с обозом двух своих помощников, хотя и считал, что кто-то просто баламутит воду: на подозрении у него никого не было. Члены семейства Джеймсов, за исключением Джесси, были вполне ординарными обывателями, хотя, подобно Сент-Клерам, они вечно ухитрялись попасть в какую-нибудь переделку. Единственную их заслугу Гейб видел в том, что они произвели на свет Джесси. Но, как простодушно отмечал Джой, у Сент-Клеров за долгие годы вклад в укрепление законопорядка тоже был не так уж велик, если не считать Гейбриела.

Джесси дала сигнал трогаться; Лонни дернул вожжи, но Гораций оглянулся через плечо и уперся копытами в землю.

– Дайте ему кнута, Лонни, – потребовал Гейб.

– Вы не посмеете бить Горация! – возмутилась Джейн.

Голос Джесси прозвучал спокойно, но строго:

– Джейн, мулы упрямы. Если Лонни сразу же не даст им почувствовать, кто над ними главный, то наша поездка затянется.

– Чепуха, – саркастическим тоном заявила Джейн. – Дайте мне поговорить с большим мальчуганом один ни один.

Она спрыгнула с передка, быстро подошла к мулу, пошептала ему в ухо и вернулась на место. К удивлению зрителей, минуту спустя Гораций уже вышагивал по шоссе.

Гейба не оставляло беспокойство. Он выполнял самые разнообразные задания, но это, видимо, будет самым хлопотным. Если и впрямь существует грабитель, то он затаился. По официальным каналам среди местной криминальной публики ничего подозрительного найти не удалось, но Джой послал записочку таинственного вестника в графологическую лабораторию. Гейбу хотелось бы поговорить с Джесси о загадочных звонках и посланиях, но она замкнулась в себе.

К полудню устроили привал, чтобы напоить животных и перекусить. Хотя прошли они всего десять миль, Гейб уже чувствовал себя разбитым. Блейз держался хорошо, но его хозяин сдавал. Значит, после ранения он еще не вошел в настоящую форму, подумал Гейбриел.

Уже далеко за полдень путешествующие достигли реки Итоува недалеко от Силвер-Сити, где остановились на ночлег. Гейб приказал возницам поставить повозки кольцом вокруг лагеря, как если бы ожидался набег индейцев, и проследил, чтобы лошади и мулы были напоены, вычищены и накормлены. Джесси продолжала избегать контакта, занимаясь бивачным костром, установкой палаток, раздачей постельных принадлежностей.

Пока повар возился с ужином, Джесси проверила, цел ли ящик с золотом и на месте ли ниточка, которую она незаметно протянула от крышки до запора.

Бобы и гамбургеры оказались почти "как настоящие". Термосы со льдом, предназначенным для охлаждения пива и соков, были вполне современными.

Гейб, похоже, старался не попадаться Джесси на глаза. Вот и хорошо. Тем легче ей будет в течение последующих двух дней. К субботе они доберутся до Атланты, и золото будет вручено губернатору. Они погонят фургоны домой, на официальное открытие фестиваля "Дни Золотой лихорадки", Гейб останется в Атланте, а ее жизнь вернется в обычную колею.

Джейн и Лонни сидели в легких складных креслах.

– Это, – объяснила Джейн с искоркой в глазах, – дань возрасту и находчивости. Будем ли мы петь песни у костра?

– Ага! – отозвался кто-то. – Джесси, ты захватила гитару, не так ли?

– Нет, я не взяла.

– Взяла, взяла, – поправил Лонни и вытащил сумку Джесси из-под сиденья в повозке.

Оставалось только подчиниться общему требованию. Джесси перебрала струны, настроила гитару, и импровизированный концерт начался. Она исполняла песни, которые знали все: "Ты мое солнце", "Собрался жениться лягушонок", "Клементайн".

– Сыграй одну из своих, Джесси, – попросила Джейн. – Моя душа просит перед сном что-нибудь красивое и печальное.

– Ой, нет! – воскликнула Джесси.

– Но почему, Джесс? – прозвучал знакомый низкий голос, обладатель которого явно старался справиться со своим волнением. – Давайте послушаем песню о том, кто уехал…

Этого невозможно было избежать, лишь только появилась гитара.

– Ну, хорошо. – И Джесси запела свою так потрясшую Гейба песню:

Я только им опять живу,

Мы вместе тот же путь проходим,

Люблю во сне и наяву,

Меня уносит половодье…

С последними словами горло Джесси сжалось, она едва допела. Ей поаплодировали, она встала и убрала гитару в футляр.

Джейн отправилась на ночлег.

– Я устала. У колонистов, должно быть, отрастали кожаные подушки сзади. Спокойной ночи, друзья.

Джесси проследила глазами, как два пожилых неразлучных чудака сложили свои кресла и зашагали бок о бок к палатке, которую разбили на опушке рощи. Тут она приметила разложенные под фургоном постели. Одна – для нее, а другая?

– Минуточку, Гейб. Тебе здесь спать не положено.

– Однако я сплю здесь, Джесс. Как можно охранять золото на расстоянии?!

– Но… Однако…

Гейб был прав. Мешочек с золотом заперт в фургоне, если Гейб призван выполнять обязанности стража, то ему, как и ей, нельзя никуда удаляться.

– Как ты считаешь, Джесси? – мягко заговорил он. – Мне не по душе, что происходит. Я думаю, нам обоим требуется хорошо выспаться. Давай заключим перемирие на время перехода?

– Сможем ли мы его соблюдать?

– Попробуем.

Согласие было дано, но процедура отхода ко сну оказалась не такой уж простой. Повозки отстояли друг от друга на достаточном расстоянии, чтобы не чувствовать дыхание соседей в спину, но в то же время не настолько далеко, чтобы насладиться одиночеством. Кроме того, за чертой лагеря с двух сторон расположились люди шерифа.

Джесси, не раздеваясь, лежала поверх спального мешка, спасаясь от жары. Огни постепенно затухали, по мере того как люди укладывались. Гейб отправился в обход. На вопрос Джесси, кого он надеется обнаружить, Гейб отшутился:

– Индейцев.

Рассуждая логически, она знала, что золото надежно охраняется, однако предупреждения лишили ее покоя. Повременив, она выбралась из-под фургона. Гейб ушел, а она должна беспокоиться! Что до посторонних, то золото лежит надежно под замком в ящике, который привинчен ко дну повозки. Единственный ключ у нее. И все-таки тревожное чувство не покидало ее.

Джесси быстрым шагом обошла стоянку, затем сквозь деревья пробралась к реке. Может, быстро окунуться, смыть дорожную пыль? Глядишь, удастся расслабиться, снять душевное напряжение.

Благая мысль пришла в голову не только Джесси. По всплескам она определила, что кто-то плывет к другому берегу. Прячась за стволом дерева, Джесси увидела, как блеснула в свете луны золотистая голова Гейба. Он добрался до противоположного берега и стал выходить из воды.

Как заколдованная Джесси смотрела во все глаза. Гейб всегда служил сильнейшим раздражителем ее нервной системы, а сейчас в особенности. Он побрел по мелководью противоположного берега полуобнаженным…

Зачем ему понадобилось переплывать реку?

Гейб исчез за деревьями, и Джесси потеряла его из виду. Пока она ждала в темноте, нахлынули тревожащие мысли. Напрашивались самые разные объяснения поведению Гейба: а вдруг он отправился на свидание с неизвестным лицом или лицами? А если Гейб, призванный обеспечить сохранность золота, готовит его похищение? Джесси продолжала ждать. Шли минуты. Потом она приняла отчаянное решение: единственный способ что-нибудь узнать – это переплыть на тот берег самой и посмотреть. Не долго думая, оставшись только в лифчике и трусиках, она погрузилась в прохладную воду и поплыла. Обычно у нее получалось хорошо, но сейчас из-за недосыпа Джесси чувствовала усталость. Кроме того, ей пришлось бороться с быстрым течением, и ее начало сносить в сторону. Неожиданно судорога сковала ногу, превратив ее в источник дикой боли. Джесси стала тонуть; собрав все силы, в отчаянии она вынырнула на поверхность.

– Помогите!

Тут же раздался всплеск, и затем на плече она почувствовала сильную руку, влекущую ее к берегу.

– Спокойно, Джесс. Я с тобой, – проговорил Гейб.

– Ты меня чуть не утопил, – несвязно заявила Джесси, пытаясь вырваться из его рук.

Гейб поднял ее на руки и вынес на берег там, где она оставила одежду. Опустившись на одно колено, он положил Джесси на песок.

– Чего вдруг ты полезла в реку?

– Могу то же самое спросить у тебя!

– Я должен был устроить себе разрядку.

– Не верю, – заявила пришедшая в себя Джесси. – Ты встречался с кем-то на другом берегу!

– Ничего подобного. Разве ты кого-нибудь там видела?

Выдумывать было бесполезно.

– Нет. Но там кто-то прятался. Кто это был, Гейб?!

– Джесс! Поверь мне, я никогда больше не сделаю плохого. Даю слово.

Он склонился над нею; Джесси лежала на мелком песке, едва осмеливаясь дышать. Однако от нее не укрылось, что, успокаивая ее, он не ответил на поставленный ему вопрос. В этот момент Гейб услышал, как заработал двигатель автомобиля. Сейчас Джесси убедится, что ее подозрения обоснованны: он встречался с кем-то. Надо немедленно отвлечь чем-то ее внимание.

Гейб поцеловал Джесси. И сразу все тревоги минувших двух дней исчезли. Отрываясь от нее, он сказал с нежностью:

– Мне не хватало тебя, Джесс. Не отдаляйся от меня вновь!

Она задохнулась и выскользнула из его рук.

– Нет, нет. Пусти меня, Гейб. Мне холодно.

– Тебе не холодно, Джесси, а жарко.

– Уже нет, Гейб. – Она отодвинулась и встала на ноги.

Натянув рубашку, Джесси взяла джинсы и туфли и через рощу бегом направилась в лагерь, где забралась в спальный мешок и застегнула его молнию до пояса. Ее била дрожь.

Как в ее собственной песне, Джесси сходила с ума от любви…


предыдущая глава | Милость от своей звезды | * * *