home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9

Общества анонимных шокоголиков не существует, потому что никто не хочет отречься от шоколада.


Джош вернулся в офис, но проходя мимо пациентов, мог думать только о том, как прижимался к Грейс.

Дважды.

Он хотел ее, что было чистым безумием, поскольку на уме у этой женщины одни развлечения. Но он уже прошел этот этап, и его жизнь навеки изменилась. Именно тогда у него появился Тоби, которого он не отдал бы за все блага мира.

Но обратной дороги нет…

Так что его безумное влечение к Грейс не имело смысла. Она не в его вкусе. Впрочем… какой у него вкус?

Женщина должна быть теплой и милой, но только не в постели, где эти качества решительно не имели цены.

Но Грейс и не окажется в его постели.

Они оба так решили. Сошлись во мнениях – никаких отношений. Очень по-взрослому.

Иисусе, он ненавидел быть взрослым.

– Первая комната, – объявила Ди, когда проходила мимо.

Его ждала миссис Карсон. Она случайно спутала таблетки от гипертонии с виагрой мужа. К сожалению, она также плохо слышала.

– Миссис Карсон, вам нужно купить контейнер для таблеток, о котором мы говорили, чтобы ничего подобного впредь не случалось.

– Что, дорогой? – завопила она, поднося к уху ладонь со скрюченными артритом пальцами. – Теперь я стану выше и тверже?

Она ухмыльнулась собственной шутке, хлопая себя по коленям и совершенно не беспокоясь о том, что все в этом здании ее слышат.

– Заметьте, я не возражаю против того, чтобы позаботиться о себе таким манером, – продолжала она. – Пол – хороший человек, но в нижнем этаже у него не все ладно, если понимаете, о чем я.

Джош понимал. И испытывал неловкость.

– Ах, ваш отец посмеялся бы. С вами не поразвлекаешься.

Где-то он уже это слышал…

Следующим пациентом был Кенни Лиотта, водитель грузовика, который, как по часам, каждые шесть недель являлся с новым венерическим заболеванием.

– Ты никогда не подумывал о том, чтобы остановиться? – осведомился Джош.

– Ваш отец задавал мне тот же вопрос. Проблема в том, что заправляет всем мой конец. А у него нет мозгов.

Джош покачал головой и выписал рецепт.

– Дело кончится тем, что если твой конец не научится надевать презерватив, отвалится еще до следующего дня рождения.

– Но что за роскошный способ попасть в ад, верно? – рассмеялся Кенни.

– Нет, – возразил Джош. – Это не роскошный способ. Умри в горячей ванне, окруженный блондинками, в каком-нибудь захудалом отеле от сердечного приступа или наслаждения. Не от венерической болезни.

Кенни кивнул.

– Понимаю. Вы хороший человек, доктор. Не собираетесь продать практику? Как все остальные?

Все в городе знали, что больничный совет медленно, но верно выкупал другие медицинские учреждения округа, от лабораторий до кабинетов педиатров и самых различных специалистов. Собирая всех под одно крыло, больница приобретала репутацию и популярность, что, естественно, приносило большие баксы. Почти каждый, с которым работал Джош, так или иначе имел отношение к больнице.

Он был одним из немногих оставшихся одиночек, которые еще держали оборону.

– Я подумываю об этом.

– Все равно что какая-то социалистическая национализация. Чем они вам угрожали? Сломанными ногами?

– Ты слишком много смотришь телевизор, – рассмеялся Джош. – Если я продам, земля будет вертеться по-прежнему. И уровень медицинского обслуживания останется прежним.

– Уверены?

– Абсолютно, – твердо сказал Джош. Но если он действительно в это верил, почему до сих пор не подписал контракт?

Совет тоже этого не понимал. Да и Мэтт, когда позвонил узнать, не хочет ли Джош вместе с ним полазить по скалам.

– Не могу. Времени нет, – отказался Джош.

– Иисусе! Да подпиши ты уже!

– Я думаю.

– Собираешься думать до тех пор, пока не состаришься настолько, что, свисая со скалы, будешь волноваться, как бы не уронить зубные протезы?

– Позвони Таю, – вздохнул Джош. – Он с тобой пойдет.

– Он никогда не поднимался на скалы. Парень, который зарабатывает на жизнь тем, что прыгает с вертолета, чтобы спасать людей, не станет альпинистом. Это точно.

И в самом деле точно.

– Возьми Эми.

– Ни за что. Она сказала, что если попытаюсь снова разбудить ее до восхода, убьет меня из собственного пистолета.

Это тоже правда. Эми Майклз была красавицей, острой на язык, и чертовски крепким орешком.

– Тебе нужно в сутках сорок восемь часов. С тобой скучно. Кто-нибудь тебе это говорил?

А вот теперь он начал злиться.

– Еще как нескучно! – заверил Джош.

– Да? И когда именно?

Когда его язык исследовал рот Грейс. Чертовски гребаное развлечение.

– Продавай, – посоветовал Мэтт, прежде чем отключиться.

– Со мной еще как нескучно, – повторил Джош в пространство.

Сунул телефон в карман и снова подумал о Грейс. Развлечение? Еще какое! Даже слишком. С ней время летело незаметно, не говоря уже об угрозе его покою. Она вызывала в нем желание. Недаром он хотел вырваться из замкнутого пространства своей жизни, то, чего он абсолютно не мог сделать.

Независимо от соблазна.

Он пришел домой в половине девятого, опоздав на полчаса. Тоби был выкупан и готов идти спать: главный хомяк жу-жу в одной руке, джедайский меч – в другой. Танк с блаженным видом валялся у его ног. Два истинных ангела.

Появившись сегодня в его доме, Грейс выглядела мягкой и нежной. В сарафанчике, коротком свитерке и босоножках. Волнистые светлые волосы падали до плеч шелковистыми прядями, выражение лица умное, любознательное. Когда они обнимались у задней двери, волосы спутались – его работа, – и выражение лица уже было далеко не таким спокойным. Глаза прищурены, рот влажный от поцелуев, соски затвердели.

Это выражение понравилось ему куда больше.

Теперь волосы были убраны во что-то вроде узла и прихвачены одним из элементов лего. Длинные шелковистые пряди буйно вились вокруг лица. Свитер куда-то делся, перед сарафана чем-то заляпан, а лицо больше не было безмятежным и спокойным.

Она смеялась. Они с Тоби были на кухне, считали корзиночки на подносе, старательно загибая пальцы. Один взгляд на парочку – и напряжение ушло.

– Простите. Я опоздал.

– Несчастный случай? – спросила она озабоченно.

– Шестнадцатилетняя девочка сделала пирсинг языка, и дело кончилось абсцессом. Она ничего не говорила родителям и терпела три дня, пока язык не распух настолько, что закрыл дыхательное горло.

– О Боже!

– Ничего. Все обошлось. Хороший урок, но обошлось.

– Вот это да! Значит, мой день по сравнению с вашим – просто пирожное. Вернее, шоколадная корзиночка.

Она показала на поднос.

– Пришлось печь две партии. Но о первой мы говорить не желаем.

Тоби хихикнул и покачал головой.

– Вы сами их испекли? – почтительно пробормотал Джош.

– Да. Пожертвовав вашей кухней.

Кухня и в самом деле выглядела так, словно в ней взорвалась бомба. В раковине громоздилась посуда, все перемазано шоколадом.

– Что же, по крайней мере хоть все живы, – заметил он.

– Ну, если таково ваше мнение…

– А вы благоухаете, как шоколадное пирожное, – улыбнулся он.

В кухню въехала Анна, уткнувшаяся в лежавшую на коленях книгу.

– Нашла! Фотографии Джоша-первокурсника! – объявила она. – Он тот, который в толстых очках, со скобками на зубах и фонарем под глазом. Фонарь получил, когда его запихивали в его же шкафчик в раздевалке. Тогда он был куда ниже ростом. Полный лузер.

– Это мой студенческий альбом? – вскинулся Джош.

– Расслабься, я же не показываю ей фото твоего тату!

Джош потер лоб.

– Это она вот так, весь день выдает мои грязные маленькие секреты? – спросил он Грейс.

– Непрерывно.

Просто класс.

– А тату? – спросила Грейс, оглядывая его. – Где?

– На жопе, – услужливо подсказала Анна.

Джош заткнул Тоби уши.

– Эй!

– Простите, на ягодице.

Грейс подняла брови, явно стараясь не рассмеяться.

– Почему?

– Я проиграл пари, – через силу проговорил Джош. – И больше ничего не скажу.

Теперь она в самом деле рассмеялась.

– Я думала – вы болван с задержкой в развитии, а не перевоспитавшийся скверный мальчишка.

– Болван – да. Скверный мальчишка – нет, – фыркнула Анна.

– Я проиграл пари. И во всем виноват Мэтт.

– Вы могли бы удалить ее, если так уж стыдитесь, – резонно заметила Грейс.

– Я не стыжусь.

Не очень.

– И кроме того, никто ее не видит, потому что никто не заходит за спину, когда…

Он крепче зажал уши Тоби.

– Когда я с голым задом.

Грейс снова расхохоталась, и Джош против воли улыбнулся. Она подошла к раковине и стала мыть посуду. Анна, у которой была аллергия на мытье посуды и уборку, внезапно вспомнила, что ей нужно кое-что поискать в Интернете. Тоби взобрался на стул, чтобы помочь Грейс. Джош покачал головой.

– Ты знаешь правило, Тобс, на стульях стоять нельзя.

Правило было введено полгода назад, после падения Тоби. Закончившегося шестью швами над бровью.

– О, все в порядке, – заверила Грейс. – Спинка стула повернута так что он не сможет спрыгнуть.

Именно так все и было в тот раз.

– А кроме того, вытирать острые ножи не слишком хорошая мысль.

Грейс повернулась к Тоби, вытиравшему деревянную ложку, и молча пожала плечами. Излишне заботлив?

Джош покачал головой, завернул рукава и присоединился к ним. Когда с посудой было покончено, Грейс помогла мальчику слезть и присела перед ним.

– Спокойной ночи, – прошептала она, обнимая малыша. – И не позволяй клопам кусаться.

Взгляд ее был теплым и нежным.

Тоби обнял ее в ответ.

– Спокойной ночи.

Джош разинул рот. Слова. Не лай.

Грейс улыбнулась, Тоби улыбнулся в ответ. И это зрелище так тронуло Джоша, что горло перехватило. Какое-то мгновение он не мог дышать.

Грейс поднялась, схватила сумочку, а Джош решил проводить ее. Грейс попыталась открыть дверцу машины, но ее заклинило.

– Черт возьми, – прошипела она.

– Позвольте мне…

– Нет. Ее всегда заедает. Сейчас.

Грейс сильно дернула, и дверца открылась так быстро, что она едва не плюхнулась на зад, но Джош ее поймал и повернул лицом к себе.

– Вы заставили его разговаривать.

– Объяснила, что не понимаю щенячьего языка, – улыбнулась она. – У вас потрясающий парень, Джош.

– Знаю. И спасибо. За сегодняшний день. За все. Вы подумали насчет гостевого домика?

Лунный свет скользнул по ее лицу.

– Немного.

Он не стал давить, потому что не слишком спешил оказаться с ней в столь близком соседстве.

– Расскажите, как все сегодня прошло.

Она долго смотрела на него, прежде чем ответить.

– Он нуждается в вас. В вашем присутствии.

– Знаю, – вздохнул он.

– И вы правы: Танк – чистый Антихрист. Хотя более умного Антихриста я еще не видела.

– И…

Потому что он был твердо уверен, что есть еще третий пункт.

– И ваша сестра. Она…

Грейс помотала головой, словно не в силах найти нужные слова.

– Да, – тихо хмыкнул он, – она производит на людей именно такое впечатление.

– Думаю, если бы вы немного ослабили поводья, это помогло бы.

– Она нуждается в совершенно обратном, – возразил Джош.

– Ей до тошноты скучно. Необходим вызов. Любая скучающая девушка ее возраста – потенциальный источник проблем. Неприятно говорить вам это, но она не настолько беспомощна, как хочет казаться.

– Обычно у людей уходит несколько недель на то, чтобы разгадать ее трюки, – прошептал Джош, глядя на нее с искренним восхищением.

– Хм…

Она подняла лицо к нему.

– Понравится вам, если я скажу, что хотя вы и великий доктор, все же помешаны на контроле, и отец так себе, а уж брат – совсем фиговый, не говоря уже о любовнике.

– Нет, поскольку в основном это правда.

Она долго изучала его.

– Хотите что-то добавить?

– Вы видели мою жизнь, Грейс. Она очень… насыщенная.

Его губы дернулись, когда она фыркнула в ответ на эти слова.

– У меня безумный график. И я должен быть помешан на контроле, если хочу все успевать.

– Но именно это делает вас великим доктором.

– И отец так себе, – кивнул он, хотя одному Богу известно, как ненавидел в этом признаваться. – Я бы оспорил ту часть, которая касается фигового брата, но Анна временами просто невыносима.

– А как насчет любовника?

– У меня никого нет, но да, я был бы совершенно фиговым любовником.

Что-то мелькнуло на ее лице. Разочарование?

Не может быть. Она первая сказала, что между ними ничего быть не может.

– У Тоби новый проект в школе, – осторожно сказала Грейс.

Джош почувствовал неладное. Из него собираются что-то выудить.

– Генеалогическое древо.

Да, определенно из него собираются что-то выудить.

– Он сказал, что не может заполнить листочек на маму, потому что нет ни одного фото.

– Есть. Просто очень старое.

Он помедлил.

– Мы расстались, когда сыну было несколько месяцев. Он ее не помнит.

– У вас над ним единоличная опека.

– Да.

Грейс ждала, явно надеясь на большее. Но больше ему нечего сказать. И он слишком устал, чтобы хотя бы попытаться.

– И Тоби с тех пор не видел мать? – продолжала она.

– Она не из этих мест.

– Должно быть, это тяжело, – смягчилась она, явно ему сочувствуя.

А он терпеть не мог жалости. Ни к Тоби, ни к себе. Они прекрасно справляются. Ну… в основном.

Он потер переносицу, там, где зарождалась головная боль.

– Вы измучены, – вздохнула она. – Попытайтесь выспаться.

И погладила его по руке, как жалкого лузера.

Он смотрел на нее, разрываясь между желанием показать, насколько устал, и мысленно прося ее поскорее уйти, прежде чем она снова сделает это.

Она снова погладила его, и он поймал ее руку.

Грейс посмотрела на его пальцы, вздохнула и уткнулась лбом в его грудь.

– Вам обязательно так хорошо пахнуть? – прошептала она. – Причем всегда.

– Я…

– Нет, не отвечайте.

Она подняла голову и поцеловала его в щеку. Дыхание было теплым, от нее исходил аромат корзиночек, и черт возьми, если ее губы не задержались на его коже.

Не собираясь дожидаться специального приглашения, он повернул голову так, что их губы оказались на одном уровне.

О да, это все, что ему требовалось. Весь чертов день.

Его язык коснулся уголка ее рта. Когда она приоткрыла губы, голод взял верх, воспламенив его. Он прижал ее к себе и стал целовать. Она вознаградила его тихим стоном, означавшим, что они вместе, и ему сразу стало лучше.

Наконец Грейс отступила, наткнулась на машину и, смеясь над собой, и, как подозревал Джош, над ним тоже, села и уехала.

Джош смотрел ей вслед и повернулся, только услышав шуршание колес. На крыльцо выехала Анна.

– Куда ты? – спросил он.

У обочины остановился грузовик. Девон нажал клаксон, ответив на вопрос за Анну.

– Ему стоило бы подъехать к двери, – буркнул Джош.

– Боже, как ты стар! – вздохнула она. – И у него есть имя.

У всех были имена. Но Джошу легче было думать о каждом, как о мальчике. Девон почему-то задержался в их доме. Неудивительно, поскольку Анна вот-вот получит возмещение за аварию.

Он воспрепятствовал поспешному побегу, схватившись за спинку кресла.

– Сначала расскажи о сегодняшнем дне.

– Никаких трагедий или потерь. И твоя подружка сумела протянуть целый день, не уволившись.

Джош слишком хорошо знал сестру, чтобы не ввязываться в ее семантические войны, поэтому пропустил «подружку» мимо ушей.

– Значит, ты вела себя идеально.

Анна улыбнулась.

– Она все вытерпела.

– Может, завтра ты удержишься от стараний выставить меня полным ослом? – спросил он.

– Может, завтра ты не будешь полным ослом.

– Анна…

Девон снова погудел.

Джош уставился на Анну. Та пожала плечами.

– Он бы зашел, но ты его пугаешь.

– Чушь собачья.

– Ладно, не пугаешь, – согласилась она. – Но он посидел в Интернете и составил маршрут европейского путешествия. Я отправила его тебе по мейлу.

– Как насчет школы?

– Школа тупая.

– Нет. Глупо бросать школу.

– Ты не понимаешь.

Семейный консультант посоветовал Джошу не притворяться, будто ему понятны выходки Анны. Так он никогда не узнает, каково быть одолеваемой гормонами молодой девушкой, которая потеряла родителей будучи в подрастковом возрасте и к тому же не владеет ногами.

Но Джош понимал одно: он, как обычно, плохой человек и брат.

Анна направилась к пикапу. Когда они уехали, Джош вошел в дом.

– Только ты и я, – сказал он сыну. – Идем спать?

– Тяф.


Глава 8 | Сразу и навсегда | Глава 10