home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава сороковая

Все системы жизнеобеспечения таунхауса, лишенные энергии, со щелканьем отключились, и в доме воцарился беззвучный полумрак.

– Какого черта? – выкрикнул Райм.

– Электричества нет, – объявил Том.

– Это я и сам понял, – огрызнулся криминалист. – Хотелось бы знать почему.

– Газохроматограф выключен, – сказал Мел Купер, словно оправдываясь. Он выглянул в окно, желая убедиться, что свет погас во всем районе, но, поскольку сумерки еще не наступили, определить это с полной уверенностью было невозможно.

– Мы не можем позволить себе сидеть без электричества именно сейчас. Том, черт подери, займись этим немедленно!

Райм, Селлитто, Пуласки и Купер остались молча сидеть в темном помещении лаборатории, а Том вышел в прихожую и оттуда позвонил со своего мобильника в «Консолидейтед Эдисон» – компанию, снабжающую электроэнергией весь Нью-Йорк.

– Это невозможно, – уверял он кого-то. – Я оплачиваю счета через компьютер. Каждый месяц. Еще ни разу не просрочил. У меня есть квитанции… Вообще-то они в компьютере… Как же я войду в систему, если вы отключили электричество?.. Да, у меня есть погашенные чеки, но, опять же, как я перешлю их вам по факсу без электричества?.. Нет, я не знаю, где тут поблизости почтовый офис «Кинко».

– Это его рук дело, сами понимаете, – обратился Райм к присутствующим.

– «5-22»? Он оставил твой дом без электричества?

– Ну да. Он узнал, кто я и где живу. Наверное, выведал у Мэллоя, что здесь расположен наш командный пункт.

Они продолжали сидеть в жуткой тишине. Впервые Райм подумал о том, насколько он уязвим. Все эти устройства и приборы, за счет которых он существовал, теперь оказались совершенно бесполезны. Ему уже не подчиняется не только навороченная система управления окружающей средой, но даже электрический замок входной двери. Если «затемнение» продолжится и Том не сможет подзарядить аккумуляторы инвалидной коляски, то Райм окончательно потеряет всякую возможность передвигаться.

Такой уязвимости он еще никогда не ощущал. Даже присутствие профессиональных полицейских не умаляло его тревоги; «5-22» представлял угрозу для всех и каждого.

Райма также занимал вопрос: это обесточивание – отвлекающий маневр или подготовка к нападению?

– Надо установить наблюдение за подходами к дому, – объявил он. – «5-22» может перейти к наступательным действиям.

Пуласки подошел к окну; Купер тоже.

Селлитто достал свой сотовый телефон, позвонил в управление и объяснил, что происходит. Он закатил глаза, выслушивая собеседника – лейтенант никогда не отличался сдержанностью в выражении эмоций, – и закончил разговор словами:

– Плевать я хотел! Поступайте как знаете. Только учтите, этот ублюдок – убийца, а мы не можем ловить его без долбаного электричества!.. Спасибо.

– Том, ну что там?

– Ничего, – прозвучал лаконичный ответ.

– Чертовщина. – Райм задумался. – Лон, позвони Роланду Беллу. Думаю, мы нуждаемся в защите. «5-22» уже наехал на Сакс и Памелу. – Криминалист кивнул на темный экран монитора. – Он знает про всех нас. Надо выставить охрану в доме матери Амелии, в доме приемных родителей Пам, у Пуласки и матери Мела. И у тебя дома тоже, Лон.

– Думаешь, это настолько серьезно? – переспросил тяжеловесный Селлитто и покачал головой: – Что я несу, черт возьми? Какие уж тут шуточки.

Он собрал у присутствующих адреса и номера телефонов, позвонил Беллу, передал ему информацию и велел организовать охрану. Закончив разговор, объявил:

– Все сделаю, но управлюсь не скоро, за несколько часов.

Воцарившееся молчание нарушил громкий стук в дверь. Том направился открывать, не выпуская из руки свой мобильник.

– Стой! – крикнул ему Райм.

Помощник остановился.

– Пуласки, иди с ним. – Райм кивком указал на пистолет на бедре у молодого полицейского.

– Есть!

Оба вышли в коридор. До Райма донеслись приглушенные голоса, и мгновением позже в помещение вошли двое мужчин в костюмах, с аккуратно подстриженными волосами и серьезными лицами. Они с любопытством огляделись – начав с туловища Райма и закончив мудреным оборудованием, удивленные либо его скоплением, либо отсутствием света, а вероятнее всего, тем и другим вместе.

– Мы разыскиваем лейтенанта Селлитто. Нам сказали, что он здесь.

– Это я. А вы кто?

Незнакомцы извлекли полицейские жетоны и представились – оба оказались сержантами, детективами отдела собственной безопасности нью-йоркского управления.

– Лейтенант, – обратился к Селлитто тот, что постарше, – нам поручено забрать у вас жетон и табельное оружие. Могу сообщить, что результат анализа положительный.

– Извиняюсь, о чем это вы?

– Вы официально отстранены от исполняемых обязанностей. Ордера на ваш арест пока нет, но я рекомендую вам проконсультироваться у адвоката – собственного либо из полицейского профсоюза.

– Что происходит, черт возьми?

Сержант помоложе ответил сурово:

– Анализ на содержание наркотиков в крови.

– Что?!

– Перед нами отпираться бесполезно. Мы только выполняем приказы, забираем жетоны, оружие и сообщаем об отстранении.

– Что еще за долбаный анализ?

Старший недоуменно посмотрел на младшего. Очевидно, до сих пор никто из провинившихся так себя не вел.

И это понятно, поскольку, как догадался Райм, то, что сейчас происходило, являлось следствием очередной подставы, состряпанной «5-22».

– Детектив, в самом деле, вам нет необходимости изображать…

– Так, по-вашему, черт возьми, я изображаю?

– В приказе о вашем отстранении говорится, что вы сдали кровь на анализ на прошлой неделе. Только что полученные результаты свидетельствуют о высоком уровне содержания в вашем организме таких наркотиков, как героин, кокаин и психоделические вещества.

– Я сдал кровь на наркотики, как и все сотрудники нашего отдела. Результат анализа не может быть положительный, потому что я не принимаю никаких долбаных наркотиков. И никогда не принимал никаких долбаных наркотиков! И… Вот дерьмо! – прорычал тяжеловесный Селлитто, и гримаса ярости исказила его лицо. Он ткнул пальцем в брошюру «ССД»: – Анализ проводила компания, занимающаяся учетом и контролем за потреблением наркотиков. «5-22» сумел проникнуть в систему и подделал мой файл. Результаты анализа недействительны!

– Такое трудновато подделать.

– Он уже подделал!

– Вы или ваш адвокат сможете заявить об этом в свою защиту на слушании дела. Повторяю, нам нужны лишь ваш жетон и пистолет. Вот, можете ознакомиться с приказом. Надеюсь, обойдемся без осложнений. Вы же не хотите добавить себе неприятностей, не так ли?

– Вот черт.

Селлитто нехотя протянул свое оружие – револьвер старой модели – и полицейский жетон с личным номером.

– Давайте сюда долбаные документы!

Он выхватил из руки младшего копию приказа о своем отстранении, а старший тем временем заполнил расписку в получении и тоже отдал лейтенанту. Затем разрядил револьвер и вместе с патронами спрятал в большой конверт из толстой бумаги.

– Спасибо, детектив. Желаю приятного дня.

После ухода сержантов Селлитто раскрыл свой мобильник и позвонил начальнику отдела собственной безопасности. Его не оказалось на месте, и лейтенант оставил сообщение. Потом набрал номер своего отдела по борьбе с организованной преступностью и переговорил с единственным помощником на несколько таких же, как сам Селлитто, детективов-«важняков». Тот был уже в курсе событий.

– Без тебя знаю, что туфта… Чего они?.. Козлы. Ладно, позвоню, когда разберусь.

Селлитто захлопнул телефон с такой силой, что Райм не сомневался: звонить с него уже не получится. Он вопросительно поднял бровь.

– Только что конфисковали содержимое моего письменного стола.

– Как, черт возьми, можно бороться с таким противником? – спросил Пуласки.

В это мгновение на мобильник Селлитто позвонил Родни Шарнек. Тот включил громкую связь.

– Почему у вас не отвечает стационарный телефон?

– Известный тебе паршивец оставил нас без электричества. Мы сейчас этим занимаемся. Что нового?

– Мы нашли кое-что интересное в списке клиентов «ССД» на компакт-диске. Один из них скачал досье всех жертв убийств и подстав за день до совершения каждого преступления.

– Кто он?

– Его зовут Роберт Карпентер.

– Так. Хорошо, – сказал Райм. – Продолжай.

– Могу добавить только то, что о нем есть в файле. Он владеет компанией в Мидтауне. Называется «Складская ассоциация».

Складская? Райм сразу вспомнил о месте гибели Джо Мэллоя. Нет ли тут связи?

– Адрес компании имеется?

Шарнек продиктовал адрес.

Пуласки, задумчиво наморщив лоб, дождался, когда Райм закончит разговор, и обратился к нему:

– Кажется, мы видели его в «ССД».

– Кого?

– Карпентера. Вчера, когда были там с Амелией. Крупный, лысоватый. Он встречался со Стерлингом, и разговор для него, видно, был не из приятных.

– Что значит «не из приятных»?

– Н-ну, не знаю. Такое у меня сложилось впечатление.

– Это ни о чем не говорит, – подытожил Райм. – Мел, прогони-ка по учетам этого Карпентера.

Купер позвонил по мобильнику в управление. Несколько минут он делал пометки в блокноте, встав у окна, где посветлее, потом выключил телефон.

– Есть кое-что любопытное, Линкольн, хотя это слово тебе почему-то не нравится. Вот какие данные на Роберта Карпентера имеются в Национальном центре криминальной информации и базе данных нашего управления. Проживает на Верхнем Ист-Сайде, холост. И, обрати внимание, привлекался по уголовным статьям за мошенничество с кредитными карточками и подделку чеков. Отсидел полгода в тюрьме Уотербери. Также подвергался аресту по обвинению в корпоративном вымогательстве. Во время задержания набросился с кулаками на агента ФБР. Позже обвинение было снято, но в обмен на его согласие пройти курс ПН-терапии.

– Психическая неустойчивость? – Райм удовлетворенно кивнул. – И его фирма занимается складским бизнесом. Самая подходящая работенка для патологического барахольщика… Так, Пуласки, разузнай-ка, где был этот Карпентер, когда залезли в дом к Амелии.

– Да, сэр.

Не успел Пуласки достать из футляра свой мобильник, как тот призывно заверещал. Молодой полицейский взглянул на определитель номера и ответил:

– Привет, доро… Что?.. Послушай, Дженни, успокойся…

О нет. Линкольн Райм понял, что «5-22» нанес удар на другом участке фронта.

– Что?! Где ты сейчас?.. Погоди, не волнуйся, это какая-то ошибка. – У Пуласки задрожал голос. – Я обо всем позабочусь. Давай адрес… О'кей, сейчас приеду.

Он захлопнул телефон и с мрачным видом прикрыл веками глаза.

– Мне надо ехать.

– Что случилось? – спросил Райм.

– Дженни арестована. Иммиграционной службой.

– Ай-эн-эс?

– Она попала в список подозреваемых департамента национальной безопасности. Ее обвинили в нелегальном пребывании на территории США и создании угрозы безопасности.

– Разве Дженни не…

– Ее предки в четвертом поколении были гражданами США! – воскликнул Пуласки. – Господи!

Глаза молодого полицейского испуганно округлились.

– Брэд сейчас у тещи, но у Дженни на руках наша маленькая дочка! Жену сейчас везут в центр содержания под стражей, и ребенка могут забрать! Если они это сделают… О, черт! – произнес он с отчаянием. – Мне надо ехать. – По решительному выражению его глаз Райм понял – Пуласки ни перед чем не остановится, чтобы оказаться сейчас со своей женой.

– Ладно. Ступай. Желаю удачи.

Тот немедленно бросился к выходу.

Криминалист задумчиво прикрыл глаза.

– Он выводит нас из строя поодиночке, как снайпер. – Райм поморщился. – Хоть бы Сакс поскорее приехала и занялась Карпентером.

В ту же секунду кто-то с силой забарабанил в дверь.

Райм тревожно округлил глаза. Что еще?

Однако на этот раз, к счастью, визит гостей не означал новой провокации «5-22».

В дом вошли два эксперта-криминалиста из головного отдела в Куинсе и внесли большой ящик из-под молочных пакетов с вещдоками, собранными Сакс на месте убийства Мэллоя. Она поручила коллегам отвезти их Райму, прежде чем поспешить в свой таунхаус по его тревожному сигналу.

– Здрасьте, детектив! А у вас дверной звонок не работает, – сообщил один из экспертов и огляделся. – И свет выключен.

– Нам об этом известно, – холодно заметил Райм.

– Ну, во всяком случае, вот, получайте.

Криминалисты уехали, а Мел Купер поставил ящик на лабораторный стол, извлек из него пакеты с уликами и цифровой фотоаппарат Сакс со снимками, сделанными на месте преступления.

– Ну, наконец дождались, – саркастически проворчал Райм, указывая подбородком на бесполезный компьютер с потухшим экраном монитора. – Может, посмотреть содержимое карты памяти на свет?

Он принялся изучать вещдоки – отпечаток подошвы ботинка, частички листьев каких-то растений, клейкая лента, пакетики с пылью. Необходимо срочно провести их анализы; поскольку эти улики не были сфабрикованы, они могли дать в руки сыщиков решающую подсказку относительно местонахождения «5-22». Но без действующих приборов и компьютера для проверки результатов анализов по базам данных вещественные доказательства оставались не более чем мусором.

– Том! – позвал Райм. – Где электричество?

– Меня по-прежнему держат на ожидании, – выкрикнул в ответ помощник из темной прихожей.


Где-то в подсознании он понимал, что, наверное, не следует этого делать, но не мог совладать с собой.

А чтобы довести Рона Пуласки до состояния, когда тот перестает владеть собой, надо очень постараться.

Более того, он был в такой ярости, какой не испытывал за всю свою жизнь. Поступая служить в полицию, юный Пуласки знал, что на этой работе его ждет и физическая боль, и даже иногда смертельная угроза. Но так не договаривались, чтобы из-за него опасности подвергалась Дженни, не говоря уж о детях.

Вот почему он взял инициативу в собственные руки и начал действовать за спиной у своих непосредственных начальников – Линкольна Райма, детектива Селлитто и даже своей наставницы Амелии Сакс (куда только подевался исполнительный и дисциплинированный «сержант Пятница»). Им, без сомнений, не понравится, что задумал их подчиненный, но загнанный в угол Рон Пуласки не видел для себя иного выхода.

Итак, по дороге в центр содержания под стражей Ай-эн-эс в Куинсе Пуласки позвонил по мобильнику Марку Уиткому.

– Привет, Рон, – ответил эсэсдэшник. – Что случилось? У тебя расстроенный голос. Говорить можешь?

– У меня большая проблема, Марк. Мне позарез нужна помощь. Мою жену арестовали как незаконную иммигрантку. Обвиняют в подделке паспорта и создании угрозы национальной безопасности. В общем, бред какой-то.

– Но она ведь гражданка США, верно?

– Все ее родственники и предки в нескольких поколениях граждане США. Марк, послушай меня: убийца, дело которого мы расследуем, проник в систему «ССД». Он уже наехал на одного детектива, подделав результаты анализа на содержание наркотиков… А теперь подстроил арест Дженни. Думаешь, как он мог это сделать?

– Наверное, он подменил файл твоей жены чьим-то из списка подозреваемых, а потом донес на нее… Вообще-то у меня есть знакомые в Ай-эн-эс, с которыми можно поговорить. Ты где сейчас?

– Еду в центр содержания под стражей в Куинсе.

– Тогда встретимся там у входа через двадцать минут.

– Спасибо тебе, друг. Просто не знаю, что бы я без тебя делал.

– Не переживай, Рон. Что-нибудь придумаем.

Рон Пуласки в ожидании Уиткома нетерпеливо расхаживал взад-вперед у здания центра Ай-эн-эс. Рядом висела временная табличка с объявлением, что управление центром теперь осуществляется Департаментом национальной безопасности. Пуласки невольно вспомнил, как вместе с женой смотрел телевизионные репортажи о задержании незаконных иммигрантов, выглядевших на экране испуганными и бесправными.

Как-то там сейчас Дженни? А вдруг ей предстоит провести долгие дни и недели в этом бюрократическом чистилище? Пуласки хотелось кричать от отчаяния.

«Возьми себя в руки. Действуй с умом». Так учила его Амелия Сакс.

«Действуй с умом».

Слава тебе, Господи, наконец-то появился Марк Уитком. Он бодро вышагивал по направлению к Пуласки с выражением крайней озабоченности на лице. Честно говоря, Рон не представлял, как этот человек сумеет помочь ему, но смутно надеялся, что замначальника исполнительно-правового отдела «ССД» со своими связями в правительстве нажмет какие-то рычаги, окажет давление на ДНБ и добьется освобождения его жены и дочурки хотя бы до официального решения дела.

Запыхавшийся Уитком еще на ходу спросил:

– Удалось узнать что-нибудь новое?

– Я звонил Дженни десять минут назад – они уже внутри. Не стал ей ничего говорить, решил тебя дождаться.

– Сам-то как?

– Скверно. Если честно, с ума схожу. Спасибо, что согласился помочь, Марк.

– Без проблем, – ответил Уитком вполне искренне. – Все уладим, Рон. Не переживай. Думаю, я смогу тебе помочь.

Он поднял голову – эсэсдэшник был не намного выше своего босса, Эндрю Стерлинга, – и в упор посмотрел на Пуласки:

– Только… Ты же очень хочешь вытащить оттуда Дженни, верно?

– О да, Марк. Скорее бы закончился этот кошмар.

– Ладно. Иди за мной.

Пуласки вслед за Уиткомом зашел за угол здания и углубился в глухую улочку.

– Рон, я хочу попросить тебя об одной услуге.

Эсэсдэшник перешел на шепот.

– Все, что в моих силах.

– В самом деле? – Голос у него вдруг стал уверенным и вкрадчивым. В глазах появилась проницательность, прежде ускользавшая от внимания Пуласки. Уитком словно бросил притворяться и сразу обрел свой истинный облик. – Знаешь, Рон, иногда приходится решаться на то, что не кажется нам правильным. Но в итоге это лучшее решение.

– О чем ты?

– Чтобы вызволить свою жену, ты должен выполнить мою просьбу, возможно, покажущуюся тебе неприятной.

Молодой полицейский промолчал, чувствуя себя в замешательстве. Куда клонит Уитком?

– Рон, я хочу, чтобы ты закрыл это дело.

– Какое дело?

– Расследование убийств.

– Как же я его закрою? Не понимаю.

– Очень просто. – Уитком огляделся по сторонам и зашептал: – Саботируй его. Уничтожь вещественные доказательства. Уведи по ложному следу. Делай что угодно, только отвлеки их внимание от «ССД».

– Я все-таки не понимаю, Марк. Ты шутишь?

– Нет, Рон. Я говорю предельно серьезно. Это дело должно закрыться, и ты можешь это сделать.

– Не могу.

– Нет, можешь. Если хочешь вызволить Дженни. – Кивок в сторону тюремного здания.

Нет, только не это… Уитком и есть «5-22»! Насильник и убийца. Воспользовался паролями своего босса Сэма Броктона и получил доступ в innerCircle.

Рука Пуласки потянулась к пистолету.

Но Уитком оказался проворнее, и Пуласки увидел наставленный на него черный ствол.

– Не надо, Рон. Этим ты ничего не решишь. – Уитком протянул руку к кобуре на боку полицейского, вытащил из нее «глок» и сунул себе за брючный ремень.

«Как я мог так ошибиться в человеке? – мысленно корил себя Пуласки. – Может, из-за травмы головы? Или я просто глуп от природы?» Уитком только прикидывался другом, и это ранило не меньше, чем шокировало молодого полицейского. Приносил ему кофе, защищал от Кассела и Гиллеспи, предлагал тусоваться вместе, помог с табелями рабочего времени… И все это ради лишь того, чтобы сблизиться с копом и использовать его.

– Значит, ты врал мне всю дорогу, так, Марк? И детство свое ты провел не в Куинсе, верно? И нет у тебя никакого брата-полицейского!

– На оба вопроса ответ отрицательный. – На лицо Уиткома набежала тень. – Я пытался достичь с тобой взаимопонимания, Рон. Но ты не желаешь сотрудничать. А мог бы, черт побери! Но теперь ты вынудил меня поступить иначе.

Убийца толкнул Пуласки в глубь темной улочки.


Глава тридцать девятая | Разбитое окно | Глава сорок первая