home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



17

Утро после завтрака началось с суеты. Приехал шериф и привёз на опознание нападавших. Три молодых парня лет по двадцать не больше выпили в баре, потом потянуло на подвиги. Решили посмотреть, чего такого много интересного везут в большой колонне машин.

Следствие быстро и точно установило, кто махал ножами. Суд состоялся без проволочек на месте преступления. Одного нападавшего с помощником шерифа отпустили, а двоих бледных убийц увезли на машине.

— Что с ними будет?

— А я почём знаю. Они нам всё сказали, только мы ничего не поняли.

На похороны уехали наши руководители, батюшка и несколько человек из бригады погибшего.


Сразу после суда подали команду:

— Провести за два часа ТО техники. Всем экипажам к этому времени быть готовым к началу формирования колонны и заправке топливом. Бригадирам собраться у штабной машины.

Вернувшийся бригадир всех оповестил. Охрана нас встретит дальше на маршруте. Пару дней будем обходиться своими силами. Местные недовольны произошедшим, но решение принимал представитель Ордена. К нам в принципе претензий нет, но просили уехать по раньше.

Так что ребята готовьте технику скоро поедем.

Саня поднял кабину проверил уровни жидкостей кой чего подтянул. Потом ползал и смотрел подвеску машины. С шприцем что-то там промазывал у прицепа.

— Сань, а ты чего машину не мажешь?

— Зачем. На машине есть система централизованной смазки туда только в расходный бак добавлять надо. А прицеп к системе не подключен вот его надо смазывать периодически.

— Понятно. Долго ещё?

— Нет. Уже всё! Убрать инструмент надо и закрыть наш склад. Ты Коля осторожно наш хабар огнестрельный в кабину перенеси.

— Пока не надо. Заправляться и оружие получать мы за воротами будем там и достану.

Вышло, как я сказал. Перед нашим выездом приехал шериф с помощниками и проверил выборочно пару десятков машин на наличие оружия в салоне. Убедившись, что огнестрел хранится без нарушений местных законов, шериф лично на выезде у ворот снимал с оружеек свои пломбы.

Удивительно, но сегодня с каждым часом всё сильнее припекало местное солнце. От температуры и осадков выпадавших ещё ночью, становилось невыносимо душно. На столько, что все ходили мокрые от пота и дышали как выброшенные на берег рыбы.

— Вот ты мне скажи Коля, на кой ляд мы вчера эти плащи покупали, если тут сегодня такое пекло?

— Сегодня пекло, а завтра опять похолодает и дождь пойдёт.

— Знаешь, я сравнил плащи. Мой кожаный лучше. Мягкий. Дышит и не промокает.

— Эксклюзив! Теперь такой нам долго будет не купить. — согласился я с Нехаевым — Там у тебя на плаще наверняка бирка с адресом есть, надо адресок переписать, пока не затёрлась!

— Не выйдет. Я её срезал ещё в Порто-Франко.

— Значит не судьба.


Долгие утренние сборы в очередной раз задержали выезд. Наши попутчики до Сао- Бернабеу умчались вперёд без нас. Мы опять ехали до темна и встали в часе езды до сто одиннадцатого депо. Днём в обед мы проехали мимо «110SD». Потом долгое время мы следовали вдоль русла Big River на север, то приближаясь, то удаляясь от неё. С водительской стороны на границе горизонта проявились вершины холмов или гор. Разобраться, что там не позволяла дистанция и вечная тряска во время движения. На исходе дня мы встали посреди большой каменистой равнины. Близкое присутствие реки угадывалось по изгибам прибрежных кустов и небольших рощиц. По каким мотивам наши вожди выбрали это место сказать сложно. Но место было действительно неплохим ровная площадка без деревьев и камней с хорошо просматриваемой вокруг территорией.

Вечером в кругу друзей под самовар и остатки пива обсуждали итоги дня.

Первым новшеством стала организация патрулей, вторым сегодня мы не сдавали оружие на ночь как обычно. Всех, а особенно бригадиров предупредили об ответственном отношении к оружию. Из их числа на ночь заступал ответственный, который следил за тем, чтобы по окончании патрулирования оружие было разряжено во избежание случайных выстрелов. Бригадир, присутствовавший на совещании, рассказал о событиях утра, которые прошли мимо нас.

— Михал Степаныч, а чего этим убийцам будет?

— Уже ничего им не будет. Всё уже стало. После суда их на кладбище увезли, они там могилы копали себе и нашему парню. При них значится, нашего товарища и похоронили. А опосля их отвели в сторону и застрелили.

— Как застрелили?

— Просто. У них тут с преступниками не цацкаются. Поставили перед ямой и зачитали приговор, а потом надели мешки на головы и выстрелили в затылок.

— Не по людски. Молодые совсем.

— Ты ещё кого-нибудь пожалей! Сходи напиши жалобу в Орден или куда тут жалуются — встрял одёргивая жалостливого Фёдоров.

— Не по людски. Дааа. Человека не вернёшь. — продолжил Колесник, — Им бы жить да детишек с местными подружками лепить. Пьяные и глупые. Жалко конечно, но здесь тюрем нет и законы везде одинаковые. За умышленное убийство и покушение на убийство как говорится око за око. Их за ножи никто хвататься не заставлял. Если бы просто подрались, посидели неделю другую в кутузке да штраф заплатили. А здесь как не крути выходит злодейство. Остальное никому не интересно. От того что мы тут месяц на курорте, нас руководители наши и не вооружают, чтобы проблем не было. Надо знать местные законы, чтобы не вляпаться сдуру.

— Заботятся значится! Да только от их заботы вон по дороге кладбища пополняем.

— А кто знает, может так оно и лучше. От оружия как сказали больше проблем, чем пользы. Для этого охрану нанимают.

— А где охрана?

— Ждёт нас по дороге. Скоро будет. Обещали, что всего пару дней нам самим ночью патрули выставлять.

Водителю нашему, что порезали, передали половину имущества, принадлежащего убийцам, а второю половину на сохранение передали муниципалитету. Если в течении года появятся наследники то отдадут им если нет уйдёт в доход местной «коммуны» и содержание могилы.

— А с третьим что?

— Третьего выгонят с пожизненным запретом на въезд.

— Были бы у наших автоматы, всё могло по другому пойти.

— И про это говорили. Начальство сказало так. Были бы автоматы у наших и не дай бог они выстрелили или направили на кого, то им бы мешок на голову с утра одевали. Мы тут люди мимоходом проезжие прав у нас нет никаких. Только за демонстрацию оружия и угрозу применения в населённом пункте здесь расстреливают на раз.

— Не справедливо.

— Ну может и не справедливо. Такие законы приняты, чтоб все боялись! И свои и чужие!.. Жестокость нужна, чтоб неповадно другим было!

— Может нам раздать покупки? Как народ будем вооружаться?

— Нет, пока не будем. На совещании опять про личное оружие предупреждали, чтобы всё сдавали в оружейки на хранение. Оно так вроде под охраной. Так и у нас оно не на улице лежит. Отдать легко! Обратно забрать трудно. Пусть лежит. Не знает ни кто того и спят спокойно. Бригадиры из головы колоны на совещании крик подняли. Возмущались почему мы револьверы не сдаём. Мы с Михаилом Владимировичем от них еле отбились. Верно говорю?

Быков кивнул соглашаясь с Колесником.

— Еле успокоили. Они с нами ехать боятся. Говорят вы опасные люди с револьверами.

— Только мы к ним с гаечными ключами отношения выяснять не бегаем!

— Так им руководство и ответило. Работников у нас много, а врачей мало. Давайте спать укладываться. Ночь сегодня длинная и некоторым из нас ещё во вторую смену работать.


Ночью мы ходили по периметру стоянки, нарезая круги по лагерю мелкими группами. Говорили за жизнь. Больше знакомились и обсуждали события прошедших дней и перспективы новой работы и вообще жизни здесь как таковой. От непонятных звуков в темноте за периметром иногда становилось не по себе. Глупого желания подойти к заграждению между машин и посмотреть кто там голосит в темноте, никто не проявлял. Признаваться самому себе, а тем более напарникам, что тебе страшно до провалов в кишках и слабости ног стыдно и неловко.

Так у всех и пролетела эта ночь в неловких моментах и общем согласии «А оно нам надо знать, что там так верещит до внезапного выпадения внутреннего стержня уверенности?»


Утро порадовало солнцем и хорошим завтраком. Сборы в дорогу прошли быстрее, чем обычно. Наверное от того, что никто нас не задерживал и колонна сократилась до минимума. Остался только транспорт «Газсервис корпорейшен» и личные автомобили руководства. По хорошо накатанной гравийке мы стали разгоняться и достигли приличной скорости в шестьдесят километров в час. С моей стороны мелькнули два накатанных съезда в прерию. От них уходили полевые дороги с бурой колеёй, вытертой до грунта, от травы. Такое бывает только при постоянном использовании колея уплотняется и трава перестаёт расти в этом месте.

Практически прямое как струна шоссе через пару часов привело нас к «111SD». Небольшая частная станция, представляла из себя квадрат из одноэтажных зданий с двумя крыльями огороженных навесов и башни ветряного насоса. У входа стояли несколько человек, провожая нас взглядами, а под навесами в рядок была выстроена восьмёрка знакомых пикапов и пара тентованых грузовых машин. Не успели мы с Саней обсудить увиденное, как по рации передали команду сбрасывать скорость. Оказалось, нас встречал передовой дозор нашей охраны на броневиках. Вечером на стоянке мы их разглядели — три вида бронированной техники в пустынной окраске. Узнаваемым был один итальянский Iveco LMV, а два других Dzik-3 и AMZ Zubr совершенно не внушали доверия по причине неясности страны производства. Узнать откуда железная арба у арабы не получилось, в экипажах охраны не было ни одного человека говорящего по русски. На вопросы они улыбались и не отвечали, отмахиваясь от нас, как от назойливых мух, и талдычили как заведенные «Sorry without comment!». Потом нас по рации предупредили, чтобы к охране мы не приставали и не смущали людей из местной ЧВК.

К нашей колоне на ходу пристроились спереди и сзади два усиленных дозора из двенадцати бронемашин. По их указаниям ещё до обеда мы свернули с трассы направо прямо в поля и поехали по отмеченному вешками путику, пробивая в траве торный путь двумя сотнями автомобилей. Не останавливаясь на обед и привалы, лишь снизив скорость до сорока километров в час, мы так и катили по траве петляя по траве как зайцы почти четыре часа пока не выехали на вполне приличную дорогу, где повернули на лево. Вытянув колонну на укатанное полотно мы наконец остановились для обеда и других уже неотложных для некоторых нужд. Трава вдоль этой дороги была ниже и пожиже, что снижало опасность нападения пресмыкающихся и других более крупных хищников из засады. Проехав ещё два часа, мы выехали на оборудованную стоянку, расположенную на вершине невысокого взгорка, где техникой был срезан весь дёрн. Плешь большого бурого квадрата резко контрастировала с зеленью травы вокруг. В паре сотен метров от стоянки виделся берег Биг Ривер на котором топтались небольшие антилопы, пришедшие на водопой. Охрана не растерялась и короткой очередью из пулемёта срезала двух крайних на ужин. Видимо, чтобы наладить нормальный рабочий контакт бородачи сами нажарили мяса и нам на ужин выдали в виде приварка по порции импровизированного шашлыка. Мясо было приготовлено великолепно. Сочное мягкое хорошо прожаренное, оно таяло во рту.

На вопрос охране, что мы ели нам ответили:

— Young antelope Chambers. (Молодая антилопа Чамберса).

Это мы поняли без переводчика. Антилопу мы такую пробовали только с другими специями. «Полезная и вкусна животная!» — так оценил шашлык наш Бригадирыч.

Охрана по периметру лагеря расставила свою технику, а мы уже привычно установили внешнее заграждение и завалились спать.

Утром нас обрадовали:

— Будем ехать без остановки ещё несколько дней. Надо пользоваться моментом, пока нет дождей.

В дороге я смотрел карту и вспоминал слова Круза про то, что ехать нам особенно некуда и он был прав мы двигаемся вдоль Большой Реки. Утром я спросил у охранника, махнув рукой в её сторону.

— Биг Ривер?

На что получил точный и исчерпывающий ответ:

— Yes! Big River. (Да! Большая Река.)

Выбрав удобный момент, я переговорил со Степановым:

— Василий Евгеньевич надо нам снаряжение хотя бы на часть людей подогнать и оружие подготовить.

— Я уже разложил основное по тихому. Пулемёт и часть автоматов подготовил. Ленты набил. Оптику что нам Круз выдал убрал. Там ПНВ есть.

— Я знаю. У меня второй.

— Своим и вашему бригадиру я пистолеты раздал. Спрятано всё хорошо не найдут. Бармалеи меня эти напрягают. Лыбятся много. Ласковые как коты. Беда будет. Нужно нам готовится к худшему варианту.

— Зря мы Круза не послушали, надо было бежать, как те двое только ночью. Девчонок наших не светите. Новые охранники на ужине как увидели автобусы, с передовицами производства так сразу на слюни изошли. Масляные стали аж противно. Ты Сане моему полный комплект приготовь и Лёню с Женей тоже вооружай по полной. Объясни им ситуацию только тихо и про меня никому ничего не говори. Стволы пусть в кузове прячут салон могут проверить неожиданно. Револьверы и карабины наверное со дня на день потребуют сдать. Главное чтобы они не полезли обыскивать автобус.

— Согласен. Отдадим. Не велика потеря.

— Мы вдоль Большой Реки двигаемся.

— Уже понял. Тут другой такой вроде нет. Ты в дороге отворотки раньше заметил?

— Да.

— Есть у меня подозрение, что это одна из них сюда вышла. А мы поехали не по дороге, а как говорится лесом да по кочкам. Зачем? Кого со следа сбиваем, если на дороге нет никого?

— Друзей писателя на станции разглядел?

— Видел. Думаешь, от них хвост прячем?

— Вероятно. Вопрос они с нами или сами по себе?

— Думаю что сами по себе или тут очень хитрый план. Вариант простой либо они по нашу душу и свою потерю потерь ищут, либо они наняты на что-то, но им наша охрана точно не по зубам.

— Как в горы упрёмся, надо будет держаться на стороже. Наших предупреди валить и не думать стреляем на поражение сразу. Главная беда на чём уходить будем и где столько топлива взять. Нам второй Нефаз нужен, а лучше два и прицеп с топливной цистерной. Оторваться и затаиться. А после уходить ночью водителям ПНВ и ходу. Надо проверять цистерны каждый день. Знать где стоят полные, чтобы потом не думать что брать. Ты Ганженко объясни, пусть машину присмотрит и с людьми аккуратно поговорит. Прощупает экипаж. Если не дураки с нами уйдут. В таком деле любая помощь в плюс. Вот сейчас в голову пришло. Готовь короткие автоматы их раздавай. В дождь их хорошо под курткой или плащом прятать там петля вместо ремня.

— Не петля, а одноточечный ремень. Для этого пистолета пулемёта в самый раз. Он действительно для скрытого ношения подходит и накоротке по оборотистее будет. Подготовлю и снаряжу сразу по паре магазинов. Как бы соглядатая у нас не было.

— Не должно быть. В бригаде все из пьяной партии.

— За хорошие деньги да правильные посулы, человека можно купить дёшево!

— Можно. Но у нас все на виду и никто никуда не ходит. Если есть кто, скоро узнаем. Главное момент не упустить и не опоздать. У нас второго шанса не будет. Ты набивай все магазины, пару тройку дней пружины не сядут. Главное чтобы в нужный момент было чем стрелять.

В этот момент нас потревожили и разговор пришлось прервать.


Сегодня дорога всё более забиралась на север. Вдоль реки стеной стоял самый натуральный лес из высоких длинноствольных деревьев, вдоль которого паслись стада полезных и вкусных антилоп. Вокруг резко произошла смена климатической зоны и соответственно пейзажа с пустынной прерии на лесостепь с множеством небольших рощ и перелесков. С каждым десятком километров деревья всё ближе приближались к дороге пока, наконец не окружили её.

В тени деревьев практически не было травы. Корни и коричневая сухая земля были укрыты толстым ковром прелых листьев. Специфический запах этого леса ворвался в кабину словно удушливый газ потерявший силу.

Дорога часто петляла, отчего скорость конвоя сегодня была не больше сорока километров в час. На последних километрах было хорошо видно, что за дорогой ухаживают. Полотно дороги местами было обнесено канавами с импровизированными трубами из уложенных поперёк дороги охапками толстых брёвен. Так мы и ехали до самой темноты пока не выбрались к самым предгорьям на границе леса и скальных осыпей. Река или её приток шумела в сотне метров от стоянки. Тянуло сыростью и прелым запахом древесной гнили или плесени.

На старой делянке лесорубов была заранее расчищена площадка для нас. Стоянка с севера была ограничена широким горным ручьём с холодной, чистой и вкусной водой, из которого были пополнены запасы питьевой воды.

Дорога без отдыха утомила до состояния полного безразличия к происходящему. Многие ходили чесались и воняли немытыми телами. Все словно автоматы заправляли машины, сдавали оружие и шли на ужин. Попытки помыться в ручье, так и остались попытками. Холодная вода отбивала желание сразу. Греть воду ни у кого не было сил и желания.

Тревожное ожидание неприятностей не давало спать, от чего ночью я вышел из палатки и долго сидел пытаясь в ночном тумане разглядеть звёзды. На стволах деревьев окружающего леса фосфорным светом мелькали огоньки ночных насекомых.

— Не спится? — неожиданно для меня спросил тихо подошедший дядя Коля Гуккин.

— Есть такое.

— И мне беспокойно. Как баранов на убой ведут. Всё хорошо и гладко лишь бы мы не подумали оглобли обратно завернуть. Далеко мы забрались. Главное всё тайком делается.

— Вы молодые смотрите, чтобы нас на какой-нибудь стоянке от наших машин не отжали. Беда будет. И разделяться нам нельзя, сразу всё порушится. Поодиночке нас схарчат и не подавятся.

Нда про это я не думал. Совсем. Действительно отожмут от машин и что с голыми руками на броневики прыгать? Порубят в раз из пулемётов, мы даже не сможем, «А» сказать. Надо раздавать оружие, чтобы скрытно носили на теле и не расставались с ним.

— Ты Николай завтра обрати внимание на завтраке — многие наши дергаными и злыми стали.

— Было такое дядя Коля на ужине.

— Нервничает народ ждёт нехорошего. С чего?

— Вот и я сижу и думаю с чего и когда.

— Может по кофею, а Коленька?

— Давайте все равно не заснуть.

Сижу размышляю, а в голове пустота. Мда влипли. Плана нет и невеликий жизненный опыт кроме того, что нужно бежать, ничего не подсказывает. Завтра короткий автоматик возьму и бронежилет одену. Гранаты нам нужны всем кто умеет пользоваться! Василий пусть раздаст. Утром переговорю с ним, что он думает по этому поводу.

Попили кофе, посидели и обсудили огоньки в лесу.

— Не факт что это насекомые. Гнилушки разные тоже могут светиться и грибы. Не хороший лес совсем чужой. Быстрее бы его проехать. У меня от этого запаха голова заболела.

— Мне тоже эта вонь не нравится. — поддержал я Гуккина.

Успокоив друг друга, мы пошли спать. Завтра будет день и время для принятия решений.

Сегодня мы не получали автоматы. Как сказало руководство тратить время на получение и сдачу оружия не имеет смысла, территория полностью контролируется ЧВК, а с редкими хищниками справится охрана. Сегодня мы пересекали по широкому провалу основной хребет Скалистых гор. Справа по камням текла Большая река. Дорога шла по высокому правому берегу, петляя среди больших камней высокой каменистой террасы. Местами приходилось включать фары, настолько темно было под карнизами голых скал. Ущелье тянулось и тянулось накручивая на спидометр километры и оборвалось неожиданно крутым поворотом и выходом в широкую солнечную долину между двух горных хребтов пролегающих параллельно с севера на юг. Река повернула налево в горы, пересекая наш путь. По узкому деревянному мосту мы переехали её ближе к полдню и встали на обеденную днёвку. Охрана совершенно расслабилась и ходила без оружия. Явно посмеиваясь над нашей реакцией на открывшийся вид, они вытащили из броневиков складные стулья и столы и с удовольствием трескали вместе с нами свой обед из термосов. Бульон с свежим хлебом универсальная еда сегодня для всех. Внизу широко раскинулась альпийская равнина с пасущимися на ней стадами некрупных безрогих косуль, которые не боялись человека и подходили к нам близко, раздувая ноздри трубы принюхиваясь к незнакомым запахам. Отдалённо они напоминали сайгаков, которых я видел только по телевизору. Деревья с перистыми листьями больше похожие на пальмы или хвощи переростки стояли мелкими островками среди этой идиллии. Солнце светило и грело, отгоняя ночные мысли, и казалось что вот оно счастье неимоверное близко. Настолько рядом, что хотелось себя ущипнуть.

От моста пошла отличная хорошо укатанная дорога, тянувшаяся по предгорью серой лентой.

Вечером ещё засветло конвой встал на оборудованной площадке с заправочной станцией. Сегодня мы ехали быстро, как никогда ранее выжимая из машин до шестидесяти пяти километров в час. Небольшой пост охраны располагался чуть выше по склону, куда вела отдельная короткая дорога. Над крышей торчал флаг с эмблемой ордена и мачта антенны. Синие кабинки биотуалетов установленных в ряд и умывальня под навесом с душевыми кабинками порадовали наличием цивилизации. Настроение улучшилось, а напряжение мучившее всех в течении дня вышло как перегретый пар в никуда. Все глупо друг другу улыбались радуясь тому что ожидания не совпали с действительностью.

Поддавшись общему настроению, я отложил свои планы по вооружению и рылся в атласе, что бы определить, что за зверей мы сегодня видели. Перелистав от корки до корки справочник я не нашёл ничего подобного. Неописанный вид копытных. Биологи ордена ещё не добрались до этих мест и работали в более комфортных условиях по ближе к Порто-Франко.

Утром к нашему удивлению на месте ночёвки остались восемь машин охраны, а в сопровождение колонны отправились четыре броневика Ивеко.

В середине пути мы перевалили через невысокий горный кряж и стали спускаться в очередную долину. Внизу блестели линзы голубых озёр раскиданные между холмов, которыми словно шагренью была густо покрыта видимая часть равнины. На перевале разместился небольшой пост из трёх зданий без флага, но с мачтой радиоантенны. Под навесом рядом с двухэтажным домиком стояли два зелёных броневика AMZ Zubr с пулемётными модулями на крыше и эмблемами ордена на бортах. Установившаяся хорошая погода способствовала быстрому продвижению к конечной цели нашего маршрута. Вечер этого дня мы провели на вполне приличной площадке с небольшим мотелем и ещё одним небольшим блокпостом, вынесенным в сторону на холм.

Здесь всё было готово к нашему приезду. Широкие полотняные навесы и длинные деревянные столы за которыми было удобно есть стоя. Крыша мотеля отражала небо панелями солнечных коллекторов для нагрева воды.

По прибытии всех покормили без ограничения салатом из свежих овощей, мясным гуляшом с тушёными овощами и холодным пивом Хайникен в банках. Удивило, что пиво произведено точно не здесь и совсем недавно, судя по дате производства.

— Орден может себе позволить! — так сказали на ужине.

Попивая холодное пиво, мы стояли в очереди к душевым. В надежде, что и нам хватит горячей воды. Сбоку из стены торчало четыре крана. Санины шаловливые руки проверили и шёпотом доложили:

— В двух горячая вода в остальных холодная. Может, наш душ зарядим и ну её эту очередь?

— Пошли! У себя помоемся и не надо ждать. Одну канистру по горячее нальём, чтобы не остыло быстро.

— Ну. Только две. Для себя чего экономить. Верно?

— Вы куда парни? — крикнул нам в след бригадир.

— Сейчас вернёмся Михаил Степанович.

Под удивлёнными взглядами бригады мы заполнили четыре канистры.

Бригадир потрогал тару и сказал.

— А мы то лопухи — уши развесили. Молодые ухари, на ходу подмётки рвут. Так. Мы сейчас тоже этакий финт сделаем и помоемся как люди.


Новый день начался с проблем. Не завелись несколько машин. Водители и механики из ПАРМа бегали кругами, но к внятному мнению, что случилось, не смогли придти. Не качественное топливо исключили сразу, так как остальные машины работали и не глохли.

Реанимировали два Камаза но остальные упорно делали вид, что всё конец путя! Дальше машина не идя!

— Устали машины они железные это люди кожаные. Потому женатый водитель дальнобойщик часто, становится мелким рогатым скотом или крупным, если с женой не повезло! — прокомментировал утренний бедлам дядя Коля.

Руководство приняло решение не ждать. На месте осталась одна машина ПАРМ с механиками и четыре неисправных автомобиля. С охраной договорились, что они выедут одной колонной сразу после ремонта с очередной патрульной машиной.


Спустившись в долину, дорога петляла меж холмов. Широкая укатанная до состояния асфальтового покрытия грунтовка позволяла поддерживать очень высокую скорость даже трейлерам с техникой. День в пути пролетел незаметно быстро по причине всего восьми часов в дороге. Водители уставшие ехать по сорок, пятьдесят километров в час поддавали газу и разгоняли машины до семидесяти, а местами и до восьмидесяти. Всем хотелось быстрее прекратить это выматывающие бесконечное путешествие через континент. Вечером конвой взобрался на ещё один перевал похожий на перевал в районе Форт-Уорт. На самом уступе западного склона за невысокими стенками из дикого камня спрятался небольшой пункт связи с высокой мачтой и ёжиками антенн направленными в две стороны. Под навесом стояли американские легковые автомобили и один грузовик Форд. Для нас были приготовлены несколько цистерн с водой на площадке ночной стоянки. Сегодня сервис был урезан до минимума, предполагалось, что мы справимся своими силами как делали это раньше.

На вечернем совещание бригадирам накручивали хвосты на утро. А они остальным после ужина:

— Значится связались наши с базой куда едем. Просили нас ускориться, им срочно нужны большие генераторы, которые мы везём. Так что завтра будем ехать очень долго, а некоторые ещё дольше в ночь. Сказали что там, на месте нас возможно перехватят сменные водители. Нас это не касается, мы везём другой груз. Всех порадую. До конца маршрута осталось полтора дня пути. Так что ещё? Аа! Орлы водители тама, где мы последний раз ночевали нашли причину неисправностей. Пыль в клеммах и износ щёток на стартерах и генераторах опять же от пыли. Значится всем осмотреть технику. Пыль, где возможно выдуть. Кто завтра не заведётся, останется здесь ждать ПАРМ и отставших. Ну и соответственно пролетит с выбором жилых домиков. Наказывать никого не будут все в понимании, но как сказал начальник — жизнь он как параралелограмм потому и круглая. В общем — тот же шар только в профиль. Опоздавшие получат как все — то, что останется! Так что соколики готовьте к завтраму машины как следует.

Воодушевленные и готовые на руках нести эти грёбанные педальные механизмы мы стали надраивать машины. Я помогал Сане как мог, в основном исполняя функцию передвижной тумбочки вешалки с функцией подай и подержи. Итог двухчасового марафона вокруг движка поразил меня выводом Сани.

— Ерунда какая-то. Пыль. Где они её там нашли. Генератор продувается. Стартер закрыт наглухо. Разъёмы все на резинках. Мне батя всегда говорил: «Едет машина — не лезь в неё. Не трогай своими кривыми руками исправную технику».

Разговоры среди водительского состава закончился общим мнением: «Это как надо стараться, чтоб машина по такой причине не завелась? Проблемы индейцев в принципе шерифа не волнуют. У нас всё тьфу, тьфу в норме!»

Подняли нас затемно в пять утра. Сонных кормили и фаршировали кофе. Быстрые короткие сборы и демонстрация орального искусства декламации с доведением до дефекации — не завелись ещё шесть машин. Она из оружеек, заправшик, трейлер с тракторами, буровая и два бортовых. Начальники драли глотки. Нет не так. Вожди давали петуха и жарили глаголом так, что охрана от их экспрессии спряталась в броневики. Слов по этому происшествию в годных речах не было. Вру было одно в начале «ВЫ… Пип…. Пип..» Водилы стояли с бледными лицами и клялись прям как пионэры:

— Батька вчера усё даже спиртом протёрли! Умерла окаянная железная жаба сама! Мы её курву наизнанку вывернули и отскребли. Сегодня это порождение злого умысла мы вылюбим через глушитель многократно, но завтра клянёмся вас догнать, а может и сегодня!

Бросили мы невезучих на перевале, а сами с большими интервалами помчались к своему надеюсь светлому будущему.

Когда рассвело, конвой миновал отдельно стоящую рядом с дорогой высокую гору с плоской вершиной. Саня увидев её обрадовался и закричал:

— Коля это Девилс — Тауэр! Прикинь я так и думал. Она тут! Гора Дьявола или башня Дьявола!

— Почему.

— В Америке такая есть. Один в один. Очень похожая. Мы не на другой планете, а на своей только в прошлом! Я читал в разных местах там молотки, болты находят. Черепа с дырками от пуль. Колька прикинь мы тут прародители человечества!

— Что нам ещё скажет эксперт? Почему дьявола?

— Не знаю. В штатах она природный памятник. Но ведь красивая. Смотри какая ребристая.

Действительно в лучах восходящего солнца гранёные столбы, из которых она была сложена, давали контрастные тени, подчёркивающие её особенную структуру.

— Какой высоты как думаешь?

— Да фиг её знает. Сколько до неё?

— Ну километр или полтора. Вот прикинь сколько она высотой?

— Немаленькая, метров триста или четыреста, но это не точно.

— Возможно, но уж больно огромная.

В пять часов вечера мы проехали мимо небольшого населённого пункта из двух рядов небольших домиков типа бунгало, огороженного забором из металлической сетки и рядами острых стальных кольев из уголка. Через тридцать километров в сумерках мы сходу не снижая скорости пересекли узкую речушку по насыпи, в которую были уложены несколько труб для пропуска воды. На фоне заката было хорошо видно, что дорога упрётся в высокие по местным меркам горы. В темноте после шестнадцати часов практически непрерывного движения с четырьмя короткими остановками после семьсот восьмидесяти километрового марша мы наконец прибыли к месту. Чтобы столько ехать надо обладать дворянским титулом по выслуге — «деревянной жопой». Так как сегодня мы ехали первый раз. Далеко. Долго. Быстро.

На месте ночёвки горели костры и стояли два броневика и автобус. Ещё на подъезде по рации объявили номера машин, которые поедут дальше, чтобы они сразу отворачивали в сторону. С этих машин прямо на землю экипажи выгружали свои вещи. Завтра они поедут на автобусе пассажирами. В колонну собралось порядка сорока машин и один наш автобус с пассажирками. В темноте кто-то крикнул:

— Этих то куда.

— И туда, и сюда!

Все вокруг заржали, а кто-то взгрустнул, через день это будет уже товар не первой свежести.

— Что гогочите кони дебелые? Их туда везут, чтобы они вам завтра подготовили места для проживания. Чтоб вы в чистые постельки спать легли. Часть инженеров вперёд едет, чтобы вам завтра хорошо елось и пилось. Люди также как вы шестнадцать часов за рулём им ещё пять с половиной часов ехать!

Неловкость повисла в воздухе тишиной. Все стали расходиться. Новая колонна без проводов сразу после заправки тронулась в путь.


предыдущая глава | Кружка | cледующая глава