home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



19

В этот момент внутри периметра начался сущий бедлам. Кто то начал стрелять. Раздались дикие крики людей. Нервы не выдержали у всех. Началась пальба без разбора.

Подхватив рюкзак и Альфу я осторожно пошёл в сторону частой стрельбы.

В корчащихся на земле людей не смотря на их просьбы не убивать стрелял толи очередной сумасшедший, толи боевик принявший выстрелы у штаба за сигнал к действию. О том что он облегчает страдания беззащитных и парализованных отравой мне в голову мысль не пришла. Вскинув Альфу я поймал его силуэт в прицел и нажал на спусковой крючок. Короткая очередь сложила пополам жнеца тьмы. К сожалению он был не один. Пересиливая внутренние боли люди стали разбегаться кто куда. Разрывая целостность периметра, круша заграждения, через оставленные прорехи между грузовиками изнутри начали выезжать легковые автомобили и джипы. Сбивая и переезжая ещё живых людей в панике они пытались удрать в окружающую нас степь. Им в след из автомата стрелял хорошо снаряжённый боец в разгрузке и таком же ПНВ как у меня. Постоянно перемещаясь он не давал возможности наверняка поразить его первым выстрелом. Нет мужик кончилась твоя бесшабашная удаль. Ты своё оттоптал. Сгубила тебя твоя отвага. Чтобы не промахнуться я присел и с шестидесяти метров перечеркнул его силуэт по диагонали длинной очередью от стопы к плечу как учили в армии. Больше никто не стрелял. Кончились негодяи им на смену ворвался ночной кошмар который будет снится выжившим до конца жизни.

На запах крови пришли гиены. Много гиен. Это они крутились вдалеке и я их видел когда шёл по внешней стороне.

Чтобы не попасть под хлынувший поток животных я заскочил на площадку автокрана.

Поздно. Все мои потуги защитить живых тщетны. Слишком много крови. Я стрелял но на место убитого зверя прибегали три новых набивать утробу свежим мягким мясом. Не возможно остановить поток соломинкой — не пытайтесь. Сначала я отстреливал всех видимых мне хищников, но защитить гибнущих я физически не мог. Мои действия лишь на секунды откладывали агонию. Дикий истошный вой страха множества людей сжигал мне душу и перекрывал чавканье ненасытных глоток.

Страшный выбор. Мне пришлось стрелять в виде акта милосердия в людей которых живьем пожирали свиноволки. В одно из мгновений калейдоскопа смертей я увидел как тварь с оторванной человеческой рукой в пасти вдруг перестала жевать и пристально посмотрела из кромешной тьмы на меня, словно запоминая на будущее свою еду. Мороз по коже и резкий отток адреналина. Словно меня загипнотизировали и вынули стержень злости и человеческой душевной боли за чужие страдания. Я понял на сколько человек слаб перед стихией в одиночку. Насколько человек глуп и самоуверен в том, что его скорбная чаша минует и участь его другая. Нет не минует. Просто эта минута ещё не твоя. Пока не твоя. Она близко и придет обязательно. Все кончилось. Стая доедала свою мертвую добычу. Сколько выживших станет ясно утром, главное пробраться к своим до того как они начнут просыпаться. Сейчас у меня не осталось никаких сил ни физических ни моральных. Я перебрался в пустую кабину автокрана и лег спать переставив будильник на шесть утра.


Утро вне кабины встретило меня тишиной и опустошением, все хищники покинули лагерь.

Неожиданно за спиной в темноте раздался жалобный мужской голос:

— Чёрт, чёрт. Сними меня отсюда!

— Ты где?

— На верху.

Включив ПНВ я нашел мужика на стреле автокрана на самом её кончике. Там он просидел прячась от меня всю ночь.

— Ты кто? Слезай не обижу.

— Я Иван Пеликан. Фамилия у меня такая. У меня всё затекло. Сам не могу.

— Я Рейнджер Ордена. Николай Яшников. Сопровождаю нашу колонну.

— Вас много?

— Кого?

— Рейнджеров.

— Нет. Я тут эксклюзивный образец.

Пришлось залезть на стрелу и тянуть его волоком на себя, и помогать ему сползти на платформу. Для его безопасности предупредил, чтобы он с машины не спускался.

— Лучше переберись в кабину там вода есть.

— Я знаю. Это моя машина.

— Тогда тебе проще. Рассветёт приходи к медикам там будем собираться.


Он лежал на боку с перебитыми костями и раздавленными внутренностями. Ночью его сбила и отбросила в сторону машина. Он впадая в беспамятство дожил до рассвета, чтобы увидеть последний раз первые лучи восходящего солнца. Он уже и не помнил когда так смотрел на разгорающуюся в небе зарю. Наверное в детстве на рыбалке с пацанами. Беззаботное время радости и открытий. Это было вчера. Они плескались в реке до поздна, а потом сидели всю ночь у костра устав от разговоров.

Я гладил холодную воскового цвета руку парализованного не знакомого мне человека. Натруженные пальцы с пятнами на ногтях от курения табака. Из его глаз текли редкие слёзы. Смерть уже положила печать на его тело. Жизнь едва теплилась поддерживая сознание. О чём он думал? О внезапно пришедшей смерти? О не завершённых делах? О своих детях которые в эту минуту далеко от него? О своей судьбе, где жизнь мальчишки пролетела словно миг сгорев в пустых заботах? О не исполненных мечтах? О новой жизни или просто жалел самого себя обвиняя скорбным молчанием весь мир в не справедливости. Я посмотрел ему в светло карие глаза и видел в них не выразимую тоску и понимание своей участи. Я не знал что ему сказать единственное что пришло в голову.

— Держись не раскисай. Скоро доктор проснётся и поможет тебе.

Он словно кивнул мне глазами понимая и принимая моё сострадание. Потом попытался что-то сказать. Но сквозь синие губы вырвалось похожее на:

— Нормально.

Или мне так самому желалось это услышать?

Он отвел взгляд, тяжело выдохнул и умер.

Он отвернулся, чтобы я не видел его глаз?

Не видел предсмертной тоски и агонии?

Хотел остаться хоть так наедине с чем?

Только что это тело было живым человеком. Оно тёплое и будет остывать час, а может дольше? Ещё минуту назад он был, а теперь его нет. Мысли, поступки, желания закончились навсегда. Мы нерационально верим, что осталась душа. А он чей то сын, брат, муж, отец стал просто массой белка и минералов, которые по прошествии незначительного срока растворятся в ничто.

Надеюсь ему было не так страшно умирать не одному. Так далеко. Так безнадёжно далеко от своего дома и родных.


В такие моменты жизни у взрослого нормального мужика вдруг обнаруживается что-то хрупкое и ранимое внутри за брутальной маской заскорузлого образа. Оно надламывается с хрустом не выразимой болью. Он как большой ребёнок вдруг обнаруживает новые грани бытия, о которые режет свою огрубевшую душу.

Грусть снова заполнила мое сердце. Сострадание выпило последнюю силу воли без остатка и я плакал без слёз от осмысления скоротечности плена разума вложенного в человека. Жизнь, зарожденная двумя в миг единения, всегда заканчивается осознанием неизбежного факта личной смерти в одиночестве. Успевайте делать добрые дела и поступки. Не откладываете на потом любить близких. Каждое мгновение бытия приближает вас к неизбежному финалу. Мы не знаем, что будет за гранью, но мы знаем, что должно делать сейчас!


Оглядываясь по сторонам я шёл не спеша в сторону своей бригады. Внутреннее опустошение сделало меня безразличным ко всему вокруг. Рассвет постепенно открывал страшную картину последствий нападения на стоянку конвоя. Везде валялись непонятные грязные обрывки. Почва была взбита множеством следов копыт и удобрена слоем фекалий вызывавших приступы тошноты своим запахом.

Прежде чем переходить промежутки между машинами я осматривался, стараясь избежать внезапной встречи.

В бригаде на удивление всё было цело. Палатки стояли на своих местах. Судя по немногочисленным следам ночью звери сюда забегали. Для меня единственной потерей стала раздавленная любопытными хищниками фляжка Фонтас. Жаль водосборник я его толком так и не попробовал. Решил убрать брошенную вчера сумку. Именно в этот момент пока я засунул голову в кузов под тент произошла вспышка.

Неожиданно в кузове стало светло на несколько мгновений. Переход из мрака в день заставил слезиться мои глаза. Чтобы понять что произошло я выглянул наружу. В воздухе словно висел след от магниевой вспышки старинного фотоаппарата. По хребту возвышающихся перед нами гор вспухла полоса облаков которую ветер погнал с большой скоростью на восток. В воздухе резко запахло озоном и хлопнул выстрелом громовой раскат неба. Не успел я понять происходящие как затряслась земля подкидывая и качая грузовик словно пушинку. Чтобы не упасть с лязгающего дышла прицепа я вцепился двумя руками в задний борт кузова. С гор посыпались оползни и оторвавшихся со склонов огромные камни. Неожиданно всё прекратилось как будто и не было в заложенные уши прорвался грохот набирающих скорость лавин. В небе феерично забегали сполохи зарниц.

Вдруг я почувствовал как у меня на руке начали нагреваться часы. Срывая ногти я быстро отстегнул браслет и снял заднюю крышку. Батарейка заметно нагрелась ковырнув её ножом я выкинул её в сторону. Вокруг творилась натуральная чертовщина. Спасая электронику я вынимал из всего своего оборудования элементы питания. Всё выключенное вроде не пострадало. В рюкзаке есть запасные часы и батарейки главное не дошло до возгорания.

Тут я вспомнил про своих у кого есть часы. Побежал по всем машинам спасать коллектив от ожогов. Мои действия растревожили часть бригады и люди начали просыпаться. Слава богу вроде всех спас. У кого то часы были сняты, а у кого их вообще не было. Судя по красным пятнам на руках ожоги получили трое человек. Как успел так и помог моей вины в этом нет. Встать они не могли. Мотало но уже пришли в сознание. Пооткрывал всем кабины всё по легче станет. В лагере в разных местах захлопали двери и это радовало живые есть. Твою мать у них часы тоже есть. Нам пожара ещё не хватало.

С неба начал падать пепел. Тонкий серый слой стал накрывать всё вокруг. Мне нужны помощники поднять своих и обойти выживших я не в состоянии. Пока мои лежат нужно сбегать за Иваном с автокрана. Скинув кабину пустой УМП и рюкзак я спешно пошёл к месту ночной засидки. На подходе к кабине крана когда я потянулся к ручке замка. Сзади раздался звук передёрнутого затвора.

— Стой там где стоишь. Ружьишко своё аккуратно с плеча сними и поставь рядом. Пистолетик свой пальчиками вытягивай и кидай.

Обидно так глупо попасться. Выполнил все команды.

— Сделай два шага в сторону и стой. Виталик забери.

За спиной послышались шаги и неожиданны крик.

— Аа. — потом глухой удар, треск сломанной деревяшки и звук падения тела.

Понимаю что второго шанса не будет сую руку в подсумок и вытягиваю гранату. Уцепив кольцо пальцем оборачиваюсь. Между мной и Иваном Пеликаном стоит молодой парень видимо Виталик. Под ногами у Ивана лежит габаритный мужик. В руках у Ивана мосинский карабин, видел такой в магазине на базе Восточная Европа.

— Мужики не надо мы думали тут только бандиты остались и мы. Вот мы с отцом и решили бежать.

— Не скули. Вас таких шустрых с утра по территории много бегает, а рейнджер у нас один.

— Что с тем? — спросил я крановщика.

— Жить будет я его палкой приложил, а она гнилая. Вся развалилась.

— Посадите его — убирая гранату и собирая своё оружие скомандовал я.

— Иван отдай Виталику карабин пусть сторожит своего отца. Очухается приходите вон туда к нам в восьмую бригаду. — махнув рукой я указал направление. — Пойдём Ваня нам с тобой сейчас нужно быстро людей на ноги поднять.

— Я машину закрою.

— Закрывай. А то такие шустрые живо тут порядок свой наведут.


Первыми выползли из машин Быков и Степанов. Увидев меня Василий мотнул головой.

— Видишь как оно вышло. Что у нас сейчас.

— Сейчас у нас безвластие и грабежи. Появились первые налётчики.

— Это кто?

— Иван Пеликан. Фамилия у него такая.

— Где бандеры?

— Умерли.

— А чего так тихо.

— Повымер народ.

— Много?

— Не знаю. Скоро посчитаем. Ты давай доставай оружие себе и Михаилу Владимировичу. У нас периметр открыт. Ночью звери между машин бегали как у себя дома.

— Так они и есть у себя дома это мы тут квартируем временно.

— По ситуации коротко: у нас проходной двор. Окна и двери на распашку так что вооружайтесь. Ивану дай на время что-нибудь пусть сторожит. Наши сейчас чумовые от них толку до вечера не будет. Часы я у всех снял и разобрал. Они начали нагреваться. Вспышка была какая то. После землетрясение. А сейчас с неба пепел падает.

Встрепенувшись на мои слова Быков дал указание:

— Василий Евгеньевич голубчик если силы есть достаньте из кунга там дверца сбоку приборы. Василий встал и шатаясь пошел к медицинской машине. Порывшись в кабине он нашёл ключ которым открыл боковую дверцу. Там переложенные поролоном лежали коробки с приборами.

— Неси МГК-01и ПЗ-33.

Быков поколдовал с приборами и тут же их вырубил.

— Радиации нет. Напряжённость магнитного поля зашкаливает. Ничего не включать. Никакой электроники. Сгорит сразу.

— Пепел откуда.

— Вспышка сильная была?

— Думаю сильная я в кузове был там светло стало.

— Тогда это пыльца, вирусы, бациллы, микробы и другая взвесь, что в воздухе болтается. Фотоэффект. Сгорело всё от ультрафиолета а сейчас падает. Воздух вокруг стерильный как в операционной и озоном чувствуете как пахнет? Маски возьмите медицинские от пыли. Они в укладках лежат.

— Надо периметр восстановить Хотя бы решётки на место воткнуть и прочесать весь лагерь на наличие живности.

— Сейчас Коля очухаюсь и пойдём тут пока Пеликан с Быковым побудут. Нам с тобой главное периметр пройти. Нам бы ещё кого.

— Двое есть только один пока не в форме. Инженеры в штабных машинах должны быть точно. По остальным пока никого не видел но слышал утром народ шевелился.

— Иван стрелять умеешь? В армии служил?

— Немного. В армии служил.

— Тогда тебе сейчас я выдам маленький автомат. Будешь с ним.

— Василий выдай автоматов Михаилу Владимировичу пусть он раздаёт тем кто первый очухается. Бинокль ещё и самого усидчивого в наблюдатели определить следить за округой. Пока разбирались выползли ещё двое мой Саня и Ильдар.

Без сожаления на них было невозможно смотреть. Ильдар явно вылез только на морально волевых. Есть в человеке стержень. Сам еле стоит, а уже начал таскать свои кухонные железяки.

— Ильдар тебе помочь.

— А Коля да если не трудно вытягивайте из автобуса котлы с печками кушать надо поставить поедим всем легче станет.

— Ты сядь пока. Я сейчас с Иваном вынесу всё. Говори куда ставить.

Управившись с импровизированной кухней я решил заняться оружием. Вытянув стол и стулья из кузова я разобрал и вычистил оба автомата. Маленький отдал Быкову пусть разбираются и отдают владельцу. ПБС, коллиматор и ПНВ убрал в рюкзак. Переснарядил магазины патронами из Демидовска.

Попили кофе с печеньем. Василий достал себе разгрузку и пулемёт.

— Даа. Вас с Николаем в оружейные магазины отпускать одних нельзя! — резюмировал увиденное Главврач.

— Это так по мелочи прикупили остальное в прицепе лежит вечером достанем раздадим.

— И Сколько у нас там остального?

— Всем хватит. Пока.

Толи на запах толи на голоса к нам пришли три человека. Один знакомый нам из соседней бригады, а двое ни разу не попадавшиеся на глаза но тоже из соседей.

— Добрый день?

— И вам не хворать.

— А чего вы в масках? К вам можно?

От троицы сильно несло перегаром.

— К нам нужно. Маски от пыли. Как самочувствие?

— Плохо, нам бы опохмелиться и жрать охота. А где все люди?

— А вы не в курсе?

— Не начальник извини. Вчера с устатку приняли на грудь изрядно. Мы кулешовские меру знаем но вот с устатку видишь как вышло. Плохо нам. Виска местная на утро человека лихоманкой в узел завязывает. В голове ох — черти на железной тачке катаются. Надо бросать пить эту гадость. Дайте похмелиться! Помрём ведь.

— Есть и похмеляться будем! Но позже. Ещё людей видели?

— Видели Виталика и Два Ивана.

— Кого?

— Два Ивана! Его ваш по голове палкой приложил скоро придут сюда. Он Иван Иванов сидит без штанов, мух носом гоняет да никак не поймает. Прозвище у него такое Два Ивана. Мужик он нормальный. Недоразумение вышло.

— Ещё кто попался?

— Видели четверых. Они не придут. Машины себе выбирают уехать хотят. Только машины у них не заводятся. Злые они.

— Эти придурки сейчас перепортят всю технику пока не угомонятся. Надо идти разговаривать. — предложил Степанов.

В стороне штаба зазвучали одиночные выстрелы.

— Вы трое с нами! Иван останься здесь. — скомандовал я.

Подорвавшись мы быстро пробежали петляя между машинами до штабной площадки. Выглянув из-за машин мы увидели что во дворе лежит четыре человека с трое с АК и один с безоружный.

— Эти.

— Да. А кто это их?

— Сейчас выясним.

— Не стреляйте это я Рейнджер и мой напарник Василий Евгеньевич. Мы сейчас к вам подойдём осмотрим этих во дворе.

— Это точно вы?

— Я. Точнее некуда.

Из открытых дверных проёмов выглянули два мужика инженера. Привлекая их внимание я помахал им шляпой.

— Мы здесь. Что произошло.

— Они пришли и начали требовать отдать им ключи от джипа и деньги. Угрожали нас убить.

— Дальше.

— Вы нам сами сказали чтобы мы собрали оружие мы его собрали.

— Успокойтесь вы всё сделали правильно. Мы подходим. Вы пожалуйста займитесь наблюдением вокруг.

Степанов оглядел трупы.

— Наглухо всех сразу. Стреляли с разных сторон.

— Это самооборона я им оружие ночью велел собрать. Вот оно им и пригодилось.

Подумав немного я предложил безоружной троице собрать стрелковку:

— Заберите у них оружие. Трупы нужно убрать и накрыть. Иначе на запах набегут гиены.

Мужики начали кобениться. Окровавленные трупы никому тащить было не охота и работать было тяжко — голова бобо.

— Вам оружие надо? Опохмелится хотите?

Те согласились — Необходимо!

— Вот поэтому берете себе оружие и несёте под нашей охраной тела к крану там ещё один мёртвый лежит. Утром человек умер. Позже их похороним. — повысив голос, чтобы жители в КШМках слышали я продолжил, — Чтобы никому не было обидно меткие стрелки из инженерного состава им помогают! А все вместе мы сейчас идём восстанавливать защитный периметр.

Уговорил. Трупы подхватили и перенесли. Накрыли обрывком тента от палатки. Потом всемером мы пошли по кругу затыкать бреши в ограждении.

К нам по пути присоединились ещё пять человек. Самым трудным было толкать гружёные легковые машины для подпирания длинных пролётов защитных решёток.

Две машины, что открыли периметр далеко не ушли. Стрелок выбил всех пассажиров и повредил задние колёса. Трудно сказать погибли они от пуль или клыков но на месте не было ничего что могло бы указать на причину их смерти. Свидетельством ночной вакханалии был пустой дверной проём на одной из машин.

— Почему двери на машине нет?

— Потому что судя по оставшимся на месте петлям сейчас, где-то вокруг бегает огромная гиена с медалью на шее.


За час мы восстановили порушенное ночью. Закрепили по возможности все решётки. Всего было три разрыва в заграждении. Первое, где был спонтанный рывок напуганных людей и стрельба. Два в стороне там решётки были аккуратно сняты и поставлены в сторону. Странным всем показалось, что заграждение было пристёгнуто карабинами и через эти два места судя по отсутствию видимых следов техника не проезжала. Проезжала она в другом месте где решётки кто-то аккуратно снял выехал и поставил обратно.

Закончив с периметром мы решили прочесать лагерь внутри в надежде найти ещё выживших и убедится в отсутствии посторонней живности.

Людей мы больше не нашли, а с живностью получился курьез.

Проходя мимо остатков бригадной палатки мы увидели как внутри кто-то запутался и не может выбраться наружу.

Вася Большой в два прыжка поймал ужасное приведение скачущее внутри тента.

— Кто тут у нас?

Внутри был маленький кабанёнок размером со щенка. Неожиданно этот малец гавкнул:

— Гау! Гау! — и ощерился, поднявшейся на спине щетиной. Степанов поднял двумя пальцами за шкирку это нахохлившееся недоразумение. Недоразумение начало дергаться пытаясь укусить руку.

— Это у нас что ещё! — прогудел Василий и отвесил пару лещей по мордасам распоясавшемуся поросенку.

Поросенок толи от сотрясения мозга, толи от впечатлений сомлел и повис тряпочкой.

Экий ты субтильный странная собачка. Папка тебя воспитает как в лучших домах Лондону и Парижу. Василий завернул в валявшуюся на земле куртку потерявшую своего хозяина зверёныша и понес с собой.

К нашему возвращению основная часть бригады была на ногах. Ильдар ждал всех чтобы начать завтрак.

Умывшись мы стали рассаживаться за столы наши гости стояли кто где, а в основном сидели на земле.

Перед началом завтрака наши вожди решили толкнуть речь.

— Граждане чтобы всем было понятно. У нас тут коммуна, банда или группировка кому как нравится, а в жизни мы простые люди восьмая бригада и медперсонал госпиталя. Коллектив у нас дружный и сплочённый. Я главврач Быков Михаил Владимирович. Рядом со мной бригадир нашей бригады Колесник Михаил Степанович. Для остальных кто пока не знает, а наверное это сюрприз для многих. Даже для меня. Николай Яшников рейнджер Ордена. Так сказать доверенное лицо местной власти.

Я встал.

— Извините я не власть в том смысле как вы думаете. Я сам всего лишь стажёр. У меня нет опыта работы и в данный момент нет никаких поручений от Ордена. Меня частным порядком просили наблюдать за ситуацией и в случае неприятностей вывести людей до Аламо. Я не полицейский, не шериф и тем более не патруль Ордена. Я не официальный сопровождающий. Меня приняли на должность перед самым отъездом. В обязанности опытных рейнджеров входит разведка территорий, описание местности и регистрация поселений. Также я подтверждаю полномочия выборных руководителей и слежу за процедурой первых выборов. Основная обязанность рейнджера поиск пригодных для проживания мест и исследование территорий, помощь в очистка земель от агрессивной фауны, подтверждение прав и полномочий переселенцев. Как правило сейчас рейнджеры работают с экспедициями и исследовательскими биологическими станциями. Мой неофициальный помощник Степанов Василий Евгеньевич его трудно не заметить. Больше ничего такого особенного сообщить не могу.

— Прошу наших гостей для знакомства представиться и кратко себя охарактеризовать.

Первым встал Иван Пеликан.

— Я Иван Пеликан крановщик, Пеликан это фамилия у меня такая.

— Иван Иванов и мой старший сын Виталий. Слесарь и электромеханик передвижных электроустановок. Сын водитель.

Дальше представились троица страдальцев.

— Жирнов Вадим геолог.

— Жирнов Александр машинист буровой установки.

— Доруничев Сергей моторист и электрик.

Потом по очереди пятёрка, что присоединилась к нам позже. Первый самый высокий после Степанова рыжий крепкий парень, второй полноватый бородатый весельчак.

— Логачёв Алексей, слесарь электромонтажник.

— Алексей Салтыков он же Йоха, внучатый племянник Льдины Папанина, техник моторист. Йоха это не фамилия, а состояние души.

Третим был седоватый основательный мужчина.

— Рачинский Валерий Петрович, энергетик.

Рядом с ним стоял белобрысый худой как жердь и ещё один длинный и слегка сутулый лось.

— Баранник Дмитрий, электрик и водитель, по образованию инженер сельскохозяйственной техники.

Последним представился бледный даже скорее синюшный брюнет.

— Пилюков Игорь фельдшер скорой помощи, принят на работу фельдшера в бригаду буровой установки.

Коллега а вы чего к нам не заходили?

— Постеснялся и руководство сказало что вы у нас отдельная самостоятельная епархия. Категорически не рекомендовали мне с вами встречаться.

— А вы сами.

— Я человек простой мне, что сказали то я и делал.

— Вы себя как чувствуете мне ваш вид не нравится.

— Приемлемо это у меня прок сердца был. Таким вырос.

— Вы его не ругайте он нас четверых ночью спас. Мы впятером ночь продержались. Если бы не он, то неизвестно говорили бы мы с вами.

Следующим представился сухой среднего роста абсолютно лысый как бильярдный шар геолог.

— Леонид Бояринцев — инженер геолог, принят на должность геодезиста. Со мной жена Ольга и дочь.

— Тимошенко Клавдия Яковлевна, инженер оптик., принята на должность кадровика. Со мной дети мужа он погиб ночью.

Следующей представилась женщина которую я ночью не видел.

Сухарева Галина — швея. Со мной дочь четырнадцати лет. Муж начальник этой колонны убит ночью. Дочь лежит в машине после отравления. Там у нас соседи им нужна срочно медицинская помощь. Они сильно избиты, что с ними я не знаю.

— Любезная так чего вы молчали всё это время?

— Не знаю наверное не пришла в себя. Слабость сильная.

— Саша, Игорь и Игорь сходите осмотрите больных с Галиной ээ?

— Олеговной.

— С Галиной Олеговной.

Последним представился инженер, единственный из присутствующих кто был с бейджиком украшенным красной полосой.

— Красножский инженер. Отдел обеспечения и снабжения. Это моя жена Красножская Элла Леопольдовна дети Семён Эдуардович и Ева Эдуардовна. Я так понимаю в настоящее время старшее должностное лицо компании.

— Скорее всего да мы тут других не видим.

— Хорошо. Вот ещё один человек пусть тоже представится.

— Отец Никодим. Священник. Следую с конвоем для выбора места под обитель.

— Вот и познакомились. Ильдар раздавай завтрак всем. Сегодня пейте больше воды. — порекомендовал Быков.

Отсутствием аппетита никто не страдал. Нетерпеливый сын Красножского закатил истерику.

— Мама отдайте мне тарелку. Что вы с ней возитесь.

— Сёма не кричи на маму! Мама нюхает!

— Что вы там нюхаете?

— Сёма мама вас любит и знает что вам можно кушать!

— Мама все давно едят.

— Вы у меня не все. Кушать что попало у чужих людей нельзя.

Красножский одёрнул свое семейство — Ешьте молча. Вы тут не одни.

Семейка заткнулась и махая ложками принялась за небольшие порции вермишели с тушёнкой.

Ко мне подошёл Главврач.

— Николай мы сейчас идём к штабу там трое тяжелобольных. Вы здесь с Михаилом Степановичем и Василием Евгеньевичем организуйте уборку территории и санитарных мест. В обед предлагаю собраться и подумать что нам дальше делать.

— Михаил Владимирович вы там соберите если найдёте Ай-Ди погибших. — вспомнил про обязанности рейнджера я. — У нас на территории лежат пять трупов надо похоронить.

ѓ- Отца Никодима позовите он с покойными поможет. В обед будем решать все вопросы сейчас неотложное нужно сделать.

На этом разошлись. С медиками от нас ушли семьи инженеров.

— Василий Евгеньевич открывай закрома нашей родины. — скомандовал Бригадирыч.

Степанов открыл прицеп и начал выдачу оружия своим.

Всем выдали пистолеты. Свой второй я сразу сунул под разгрузку в кобуре скрытого ношения, помня как меня раздели с утра.

Двенадцать 417 НК, десять UMP и восемь 770 карабинов разошлись по рукам как горячие пирожки. Попутно мы выдавали патроны, разгрузки, рюкзаки, средства для чистки.

— А нам выдадут оружие?

— Вам.

— Нам.

Перед пустыми закромами родины стояли семь мужиков и одна женщина.

— И что мне с вами делать — спросил я.

— Так граждане отдыхающие безоружные собираемся и идём вместе с нами я знаю где оно есть.

— Василий и где?

— Ты инженерам ночью сколько оружия оставил?

Тут я вспомнил, а действительно сколько? Этим точно должно хватить.

Пришли к штабу. Там столпотворение прямо на улице осматривают: парня девочку и женщину. Я удивился думал что их убил тот псих. Оказывается живы но на грани.

Инженеры стояли в стороне и что-то обсуждали.

— Граждане извините побеспокою вас. Вы мне нужны на пару слов. Вопрос первый, где оружие и снаряжение которое вы собрали вчера? Вопрос второй не находили ли вы случайно американский автомат с глушителем и ПНВ.

Красножский зыркнув на меня ответил.

— Вы сами нам его отдали. Нам оно нужно защищать свои семьи.

Я посмотрел на геолога. Тот развёл руками и сказал.

— Не смотрите на меня. У нас только личное мы его сами покупали часть здесь остальное привезли оттуда. Эдуард всё собрал спрашивайте у него.

В разговор с жадным снабженцем вступил Степанов.

— Смотри сюда Эдик. — Показывая пальцем на ствол пулемёта сказал Василий — Тут спереди дырка из неё иногда вылетают пули. Они делают точно такие же отверстия. К чему это я. Не зли меня любезный! Я когда волнуюсь у меня руки чешутся и строчки у дырокола неровные получаются. Ты неси сюда лишнее, что к ручкам прилипло и не жадничай. Оно ведь как бывает, ты к людям хорошо и они к тебе со всем уважением.

— Вы что себе позволяете. Вы все тут должны отработать контракт. Я ваш руководитель. И рейнджер ваш он тоже работает на меня. Вы что думаете я вас боюсь. Не боюсь. Вы все тут никто и звать вас никак. Вам здесь кроме личных вещей ничего не принадлежит. А рейнджер ваш вообще во всём виноват. Чтобы его не искать всех отравили. Если бы он сам сдался все были бы живы.

— Ты чего бедовый несёшь? Будешь меня расстраивать я тебе сейчас организую третий дан по инвалидной коляске и жёлтый пояс по костылям. — пообещал Степанов — Это когда и кто про рейнджера спрашивал и у кого? Ты сука что всё знал и молчал?

— Они все знали кроме семьи начальника колонны. Куда делся главный инженер? Чего молчим. У него была семья как я понимаю? Где они? — спросил я.

— Главный инженер скорее всего хотел уехать там его машина стоит без двери. — ответил лысый геолог махнув в сторону за периметр. — Мы тоже ничего с Ольгой не знали, а потом стало поздно. У меня семья. — опустив глаза ответил Бояринцев.

— Значит так гражданин Красножский либо добровольная выдача незарегистрированного оружия либо акт об изъятии и рапорт в службу Патруля. У вас денежки наверное в банке ордена лежат? Что побледнел. Я прав. Вот мой значок чтобы сомнений не было. Я с тобой договариваться не буду мне в этом нет необходимости. И смотри чтобы я забыл про твоё участие во вчерашних событиях. Крови мне твоей не надо. Живи детей воспитывай. Поделись с людьми. Я тебя до населённых мест довезу, а там беги куда хочешь. Только больше на глаза не попадайся. Где все вещи?

— В штабной машине.

— Где ключи.

— Сейчас принесу.

В машине на полу лежало оружие. Знакомые АК74 и AR-10 и два револьвера нагана.

Разбираем граждане! Даме отдайте револьвер. Разгрузки постираете. Повреждённое выбросите.

Моё внимание привлёк засаленный небольшой листок лежавший на столе. На нем ручкой были написаны частоты радиообмена. На обратной стороне была карта нарисованная от руки и судя по конфигурации обозначенного маршрута и квадратиков стоянок на нем она совпадала с последней частью нашего пути.

— Вот значит где мы. — карту я тут же свернул и убрал в карман. Пока выгружали оружие я осмотрел кунг. В шкафу нашёл встроенный открытый сейф с ключом в двери. В ларчике было пусто. Кто вскрыл теперь не сознается.

У меня оставались два вопроса на которые пока не было ответа. Выбравшись из машины на улицу я громко спросил:

— Граждане у меня два вопроса на которые я знаю у вас есть правильные ответы.

Где машина с оружием и касса предприятия?

— Так нет машины с оружием. Уехали оружейки. — как на не здорового на меня посмотрел Степанов.

— Нет. Ты не знаешь. Должна быть отдельная машина с пулемётами. Кто знает где машина с пулемётами которые закупили на базе Восточная Европа?

Меня позвали врачи.

— Николай подойди.

На женщину было страшно смотреть. Разбитые губы и беззубый окровавленный рот. Зубной врач Ижицкий удалял ей корни передних сломанных зубов. Она с трудом мне сказала:

— Восьмидесятая. Прицеп. С Красножским поговорите. У него все списки грузовых мест должны быть. Описей было три. Он у меня забрал документы мужа сказал вам нужно. У него дубликаты всех ключей. Жук он. Смотри за ним. Он очень шустрый когда ему надо. Там у меня для вас подарок кейс чёрный заберите сразу и бокс большой с ручкой тоже вам.

— Почему мне.

— А вы не догадываетесь?

— Наверное ваш муж меня видел?

Она кивнула.

— Из-за этого ружья он погиб. Мне такая память не нужна. А вам отдаю, чтобы вы в следующий раз не думали слишком долго. Ужас останавливать нужно вовремя.

Я не благодарил. Не мог. У меня комок в горле встал. Мне было стыдно перед этой женщиной. Слава богу врачи давали благоприятный прогноз для её детей. Сильные ушибы и сотрясение головного мозга. У девочки останется шрам на голове.


предыдущая глава | Кружка | cледующая глава