home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



21

Сумерки сгущались. Все молча сидели у костра и каждый думал о своём. В темнеющем небе пыхали по небу зарницы. За их сполохами словно реки среди звёзд текли зелёно-синие вихри полярного сияния.

— Док а док ты мне скажи я один это вижу или у нас массовая галлюцинация.

— Ты о чём Василий Евгеньевич?

— Смотри от машин словно волны текут. У нас електричество гуманоиды воруют! Думаю кому морду за это набить. С вариантами проблема. Не густо. Всего три кандидата и те не спортсмены.

— Вы сюда идите! От костра по дальше! Здесь посмотрите! — крикнул из-за машин лёгкий на подъём Воробей. — Тут такое!

Действительно в темноте куда не проникал свет костра всё вокруг погрузилось в странное фиолетовое свечение. От машин тонкими струйками текли подхваченные непонятной силой пылинки в ореолах слабого сияния.

— Я знаю что это! — нарушив тишину сказал Валерий Рачинский — Это огни святого Эльма или коронный разряд. Редкое природное явление. А на небе это пазори или северное сияние.

— Вы посмотрите внимательнее это гора вытягивает электричество! На неё текут все эти эльмы.

Из-за горы нам не было видно как в трёхстах километрах под шум падающей воды волны пазори сходились в одном месте формируя звезду авроры. Раскиданная взрывом энергия стягивалась в одну точку межпространственного пробоя. Возмущение окружающей планету среды от колебаний гиперструны затухало и постепенно успокаивалось. Мы на яву наблюдали свёртку процесса диссипации энергии к средневзвешенной энтропии пространства.

— Ну вот и кандидат нашёлся.

Раздался звук удара а за ним звук падения нокаутированного тела.

— Василий зачем?

— Ааа. Затем. Чтоб всякие святые у меня электричество не воровали. А то ему легко сошло. А мне в душе тошно. Сидит, жрёт, воздухом дышит и с богом договаривается, а детки малые под хруст своих костей на небо вознеслись. Мало. Хлипкий. Боюсь убью. Теперь он меня обходить будет, чтобы глаза не мозолить.

— Сам пристукнул сам и неси его обратно.

— Это вон два узника своей совести пусть его тащат. Он им грехи отпускал. А то я сейчас передумаю и из кандидатов переведу их сразу в шестую палату.

Инженеры бодро подняли и унесли попа обратно к костру.

Пылают зарницы, мерцают огни.

Холодные искры узоры сплели.

Зелёные волны бегут в небеса.

Над нами колдует во мраке гора.

Таинственным светом округа полна.

Глядит половинкой на Терру луна.

Небольшое отступление.

Очевидцами данного явления природы стали все живые существа планеты Ново Терра. Некоторые, которые считают себя разумными тут же связали факт нарушения работы ворот, с прошедшими землетрясениями и небывалым всплеском геомагнитной бури.


Док извините вы так классно втирали мальцу, что мы заслушались. Чисто из уважения разъясните пожалуйста кто такие эти Мойры? А то мы с умными рожами сидели, а никто ничего не понял. — обратился к хирургу Сизюхин Леонид.

— Совсем никто или вы один?

— Почти. Полный абзац…. Этих ээ… междометий! — за всех ответил Бригадир.

Вам как честно или красиво?

— Параллельно.

— Придётся исправить пробел в вашем образовании. Мойры слово красивое вот и злоупотребил доверчивостью некоторых. На самом деле хрен знает что! Шучу! Мойры — это богини судьбы. Три дочери Нюкты.

— А нууу… Тогда конечно да. А то оно тык дык. Да. Бригадир махнул рукой и пошёл в аптеку за лекарством для дикции.

Может спросить у дока кто такой Нюкта или мою шутку уже никто не оценит?


В свете луны поднявшейся над горизонтом огни побледнели но всё ещё были видны. Вся округа словно превратилась в фантасмагорический негатив неудачного фото, где каждая деталь пейзажа запечатлённого на нём несла на себе размазанную мистическую ауру. В глубине окружающего нас дикого поля то появлялись то пропадали два огонька.

— Народ! Внимание! — Прокричал наш наблюдатель. — К нам машина едет!

Информацию восприняли и бестолково забегали хватая что попало.

— Остановитесь! — меня никто не слышал.

Тут включилась сирена Степанова:

— Стоять мартышки! Вам рейнджер что сказал?

Остановились.

— Народ хорош бегать. Берём оружие и занимаем оборону. Под машинами. Женщин и детей в машины, а лучше в кузов они уже знают как прятаться. Главное расположиться по шире и по двое. Выбирайте цель одну на двоих. Там всего одна машина нас здесь сорок мужиков и четыре пулемёта. По команде «Свет» я кину гранату светошумовую берегите глаза. С такой подсветкой как сейчас даже ПНВ не нужен видно далеко и очень чётко.

К тому моменту как к лагерю подъехал автомобиль. Мы успели переговорить и обсудить план обороны и взаимодействия. Чего раньше это днём не сделали? Надо нам порядок наводить иначе получим проблемы на ровном месте.

Войны не случилось. Подъезжающая машина нам моргала фарами и сигналила привлекая внимание. К нам подъехал Хумер Трамп (пятиместный дом на колёсах) за рулём которого сидел наш «Рыба» Игнат Петрович.

— Мужики! Мужики! Как я рад что вы живы!

По лицу Игната текли слёзы. Кулаком он оттирал хлюпавший нос. — Мужики! Простите меня! Там у меня детки в машине. Их бы сюда перенести. Машина та эта здесь пусть будет. Я такое видел. Мужики. Я. Я вас всех.

— Рыба дружище ты откуда? Мы тебя уже похоронили.

— Спал я. Меня Микола разбудил. Вот он мне ваши пистоли и ружья сюды положил. Говорит забирай детей и уезжай. Так я и уехал сколько смог. А потом снова от таблеток заснул. Детки меня разбудили вот мы по следам и вернулись. Вдоль горы. Мне Микола сказал чтоб я сразу не возвертался. До вечеру сидел с дитями. И если что ехал по дороге обратно. А вы? Мужики! А вы живы! Живы! А с людьми что? С людьми? Детки чужие родители ихние где?

— Игнат не волнуйся всё нормально вон сейчас мы Клавдию Яковлевну и девчонок наших позовём они детьми займутся. Уехали все Игнат дальше. Мы тут пока машины сторожим. Ты устал наверное.

— Устал.

— Есть хочешь?

— Вы детей покормите еды в машине мало было и пить все хотят.

— Ты как машину завёл?

— С горки скатился и завёл. А что?

— Да у нас тут проблема. Аккумуляторы заряд не держат.

— Эка невидаль вы их от пыли протрите. А лучше продуйте всё. Бывает такое. Пыль она разная бывает.

— Где же ты Игнат Петрович раньше был?

— Так спал как младенец с дитятками под боком. Повиниться я перед вами хочу. Простите меня мужики! Виноват я! Не сказал вам что они задумали. Боялся я! Убили бы они вас всех и меня с вами. Страшные люди.

— Всё Игнат само разрешилось. Не вини себя. Тут без тебя виноватых хватает.

— Пойдём лучше поужинаешь!

Обняв бригадира Рыба прошептал на ухо:

— У меня там Михаил Степанович чемодан и сумка. Надо убрать. Мне Микола сказал чтобы я их никому кроме него или Андрея не отдавал. Ценные очень.

Колесник громко чтобы все слышали ответил:

— Понял я тебя Игнат и ты нас тоже прости видишь как оно вышло пойдём друг сердешный мы Ильдара сейчас попросим он тебе чего хочешь приготовит. А машину давай к штабу ближе отгоним там детям в КШМках комфортнее ночевать будет.

Машину перегнали ближе к штабу. Шесть человек детей накормили и уложили спать в одном из свободных жилых прицепов.

Ко мне вернулся мой револьвер и карабин, которые я закинул в кабину нашей машины.

Утомлённые впечатлениями и строгой командой бригадира:

— Всем спать! Завтра работы будет больше чем сегодня.

Мы расползлись по палаткам и быстро заснули.

Где то три или четыре часа ночи зверёк Васька насторожился и зарычал.

— ХруууР р! ХруууРР р!

От этого все проснулись.

— Мужики извините это я случайно запнулся в туалет ходил. Спите мне на пост. — успокоил всех Два Ивана.

Василий погладил Ваську и уложил того к себе под бок.

— Хороший собакин. Спи.

Зря он это сделал. Эта бриканогая вислядь позже стала требовать чтобы его взяли на кровать. Пришлось Василию ставить рядом раскладушку и укладывать стервеца с матрасом и одеялом. Но «Ваське» это все прощали. Запаха от него не было. Пусть спит тем более он оказался нам очень полезен.

Проспали мы часа четыре не больше. В палатку прибежала девочка.

— Дяденьки! Дяденьки проснитесь!

— Мужики подъём! — поднял всех крик бригадира.

— Что случилось Степаныч?

— Девочка к нам прибежала.

— Ты чья дочка? Бояринцева. Нас заперли. Там Красножские с вашими дядьками на машине уехали!

Мужики так собираемся по четверо и проверяем периметр и посты. Если что высылайте посыльного сюда или к штабу. Так мы туда. Остальные смотрите везде. Чует моё сердце они нам проблем наделали.

У штаба мы увидели как тремя буровыми трубами были подпёрты двери кунгов Родионовой, Бояринцевых и детского. Вот сука обманул! Нет у него ключей! КШМ главного инженера была открыта. А я дурак поверил да не проверил. Ключи были с собой. Ан нет ларчик не поддался. О как. На удачу проверил двери в КШМ Красножского Ключик крутился а замочек щёлкал. Вот ну как так? Как детей развёл. Мне же Родионова говорила, а я как последний развиздяй всё пролюбил.

Прибежали посыльные от наших групп.

— Беда мужики. Эти удоты воду из цистерн слили. Так там на кухне Вологодские дежурили. Отдежурились они.

Глядя на наши озабоченные лица они продолжили.

— Да нет их опоили. Спят.

— Кого нет?

— Семьи этих и Два Ивана с сыном.

— Лядь! Он нас ночью разбудил.

— Не все так гладко у них вышло. Они у нас канистры поворовали топлива себе набрали. Мужики шланг нашли. Они с баков сливали у машин что тут поближе к штабу были.

— Есть ещё неприятность!

— Ну.

— Клавдия Яковлевна говорит папки со списками пропали, все ключи от машин и деньги общие.

— Суки. Ну суки а!

— Хрен с ними с деньгами зачем им списки и ключи?

— Так без воды сдохнем, а уехать без ключей сразу не сможем.

— У нас ключи от всех машин своих есть. Ну значит чтобы остальные тут им остались. А чего наши на постах ничего не видели? Так эти двое как раз и заступили. Успели всё обстряпать пока мы дрыхли. У кемпера движок тихо работает, а свет они видно не включали. Решётку мы на место поставили. Они проход тут рядом сделали.


Свечение в небе и округе пропало погрузив всё в нормальную темноту лунной ночи. Феерия красок исчезла растворившись в утреннем тумане. Неожиданно ночь разорвала длинная очередь из станкового пулемёта. Трассеры веером полетели в небо рикошетя от земли.

— Да что же сегодня такое?

Прошедший день не хотел нас отпускать. Прямо к нашему посту еле светя разбитыми фарами с западной стороны прикатил к нам побитый джип.

— Мужики сдаёмся не стреляйте. Мы свои. Нам врач нужен.

В джипе без стёкол сидели четыре ободранных и обожжённых человека.

— Что с вами?

— Ослепли мы и обгорели немного от вспышки.

От их слов все вздрогнули. Такую участь даже представлять страшно а видеть ещё ужаснее.

— Как вы доехали?

— А у меня вроде один глаз ещё ничего, а второй мутно видит. А у ребят совсем плохо. Я им в глаза лекарство закапал из аптечки и бинтом завернул. Так вот и ехал в ночь чтобы глазам не так больно было.

— А остальные?

— Не будет больше никого. Все там легли. Мы на дороге остались на блокпосту. Там у них сборный пункт был. Они по вашу душу колонну собирали сегодня вас должны были зачистить. Не повезло им мы ночью подошли сонных взяли в палатках. Нас там охранять технику оставили. Сначала всё хорошо пошло. Быстро заняли жилой городок и лагерь рядом. Лагерь у них там не пионерский культуры и отдыха. К нашему приезду рабов строителей уже перебили. Мы по рации слушали. Дальше штурм начался всего что там было. Портал у них вовсю работал они корабли через него пропихивали огромные. Не знаю что да как. В эфире крик поднялся. Наших прижимать стали сильно на другой стороне у дагомейцев танки были и помощь им из ворот пошла. Наши про спецов кричали. До генераторов хлопци не добрались они на воде были в баржах. Баржи на воде кольцо держали. Как не знаю. Может дагомейци из танка выстрелили или наши из гранатомёта его повредили. После этого связь пропала. Сами мы ничего не видели. Точнее видели но другое. Попить дайте.

Рассказчику принесли воды тот жадно потрескавшимися губами схватил горлышко фляжки и залпом вылил в себя всю воду.

— Нам тоже воды дайте! — попросили пить слепые пассажиры.

— Не переживай сейчас всё организуем. Саша, Игорь ставьте модули. Просите мужиков пусть помогут с разгрузкой. — дал команду на развёртывание госпиталя Быков — Что дальше было?

— Сначала пузыри радужные надулись. Красиво как бусы волнами пошли. Как по ниточке мыльные пузыри разных размеров кто то развесил. А потом они начали складываться. Собираться обратно стали. А там радуга по небу дугами такими. Красиво очень было и звук был как колокольчик тренькает. Пузырь лопается, а колокольчик звенит. А потом радуги вспыхнули. Вспышка как от сварки светом белым белым. Не успели мы глаза спрятать. Я за машиной был в очках, а ребята на открытом месте стояли. Дальше мы не видели ничего толком. Секунд через десять сначала волна ударная прошла, а за ней как грохнуло мы долго ничего не слышали и сейчас плохо.

Стёкла у нас ударной волной вышибло. Больше никто не вернётся. Некому возвращаться. Земля оттуда волнами шла как живая. Трясло сильно. Там машины остались. Мы их сторожили.

— Тебя как зовут?

— Потап Хромушин.

— Потап извини но друзья твоим совсем плохо. Пойдём мы и тебя в мед блок уложим.

— Так мужики к машине не подходить. Все кто контактировал мыться с мылом. В КШМках есть вода и в ПАКах литров по четыреста. Василий Евгеньевич неси приборы все. Сейчас проверим.

От машин и Потапа все отскочили как ужаленные. Страшное слово Чернобыль было для многих не пустым звуком.

Через десять минут стало ясно радиации нет или приборы её не фиксируют.

В стороне от нас наши врачи обсуждали результаты осмотра раненых.

— Такое ощущение что они сварились заживо. По симптомам лучевая болезнь. — поставил первичный диагноз Сульженко.

— СВЧ излучение?

— Возможно или нечто подобное. Нейтронное излучение. Надо кровь им переливать. По возможности. Посмотреть что у нас есть по методикам лечения лучевой болезни. Боюсь мы их не вытянем. Не те условия и профиль у нас не тот.

— Сделаем что сможем. Они нам сейчас дали точную информацию. Там сзади опасности нет. И сами опасности для нас не представляют. Как они жить будут потом. Кому эта обуза нужна?

— Об этом будем думать позже! Их ещё вылечить надо. А кому за ними смотреть я знаю. Есть кандидат его Василий Евгеньевич сегодня отобрал и пометил дланью своей.

— Надо расспрашивать больше! Нам сейчас любая информация важна.


На свету в надувном модуле Потап разглядел, что среди нас его товарищей не видно.

— А где все остальные?

— Все умерли. Ваши коллеги отравители зверей запустили. Звери дикие без понятий кто тут гарный хлопец кушать решили всех подряд. А мы живы остались потому что в машинах спали.

— За горой звери слепые по полям бегают. Страшно. Если вы обратно собрались там два блокпоста на дороге человек по десять один у прохода второй где то посерёдке. Сюда на днях должна колонна сопровождения подойти с продуктами. Машины три. Где гостиница на трассе мы базу организовали. Там ещё человек десять есть верных людей.

— Всего тридцать человек?

— Да. Плюс минус. Сотники боялись что людей для штурма может не хватить хотели числом задавить сопротивление. Мало людей оставили. На базу через три месяца новых переселенцев повезут первый посёлок будут строить. Совсем отмороженные есть. Доктор я вам скажу.

— Чего. — обрабатывая обожжённую кожу лица уточнил Сульженко. Они ищут рейнджера. Вы ему скажите чтобы он ничего им не говорил убьют они его.

— Не волнуйся сразу не убьют. А там поглядим. Давай лучше снимать одежду. Мы тебе сейчас укол сделаем тебе легче станет.

— Спасибо доктор. Значит был рейнджер?

— Почему был? Он есть!

— Да всё просчитали всё подготовили, а вышло как получилось. Вам теперь всё достанется и земля и техника. Доктор почему так?

— Что вы от меня хотите услышать?

— Почему украинцам не везёт. Почему всё вам москалям достанется? Чем вы меня лучше?

— Ничем. Отчего ты взял что вам не везёт?

— Потому что у нас всё время отбирают свободу!

— Тогда наверное от того, что каждому из вас её вечно не хватает? Вы вечно желаете большего чем у вас есть?

— А разве есть такие люди чтобы не хотели больше свободы и счастья для своего народа?

— Ложись и спи. Скоро вас покормим. Девушек наших не обижать! Не посмотрю что взрослые и больные выпорю!


Спать сегодня не получилось. Подремал в пол глаза пару часов и всё. Не давали спать галдевшие у костра старики, обсуждая свои перспективы и возможные планы.

— Саня вставай. Выбирай нам джип.

— Зачем?

— На разведку поедем. Спроси у Клавдии Яковлевны она может знать, который с кнопки заводится. Найдёшь зови.

Под утренний кофе народ рядил, что делать дальше.

— Если к нам они с продуктами едут так может и воду везут?

— Не знают они.

— Сюда нам их нельзя подпускать. Надо их на дороге встретить по раньше!

— Когда они поедут?

— Сегодня или завтра?

— Незнаем!

— Нам не об этом думать надо, а как отсюда выбираться.

— Так ведь сказали там два блокпоста на дороге и эти с базой своей.

— У нас воды нет.

— Можно вон к горам съездить ручьи поискать.

Послушал я их и предложил свой вариант:

— Мужики у нас ограничено количество топлива. Тратить его на пустые поиски не имеет смысла. Оставаться здесь тоже нет смысла. Нужно выбираться ближе к реке которую мы проезжали. Она и преграда для обороны, и тонкое место есть мимо которого скакули не проедут.

— Какое.

— Мост. Там рядом пару бугров было. Хорошее место для засады. Нам сейчас не до поисков. На руках дети и раненые. У нас продукты пока есть. Вода только на еду. Разделяться нам нельзя. Нас мало. В такой грязи как сейчас мы через пару дней дристать все начнём. Тогда не то что воевать мы уехать не сможем. Сегодня край нам надо переехать. На месте строить лагерь как в форте вал насыпать.

— Коля ты руками собрался его насыпать?

— Почему руками у нас вон на трейлерах куча техники строительной стоит.

— А у нас что трактористы есть?

— Есть Игнат тракторист. Ещё сейчас надо поспрашивать может кто умеет на тракторе работать. Хотя бы пару стенок насыпать и окопы выкопать мы сможем. Там пулемётами обложимся нас сковырнуть наскоком не смогут.

— Верно туда до реки дорога хорошая за три часа если без лишнего груза доберёмся. А дальше?

— А дальше будем думать по обстановке. Нам такой периметр не нужен. У нас шесть жилых машин КШМ на базе Камаза с прицепами. Прицепы тоже жилые. Это где то сорок восемь спальных мест. Если взять несколько домов на колёсах так вообще человека по три в машине будет. Я с Саней сейчас туда в разведку поеду на джипе. Посмотрю дорогу и место, чтобы не нарваться на встречную колонну. Первыми обязательно перегоняете трейлеры со строительной техникой, ПАК с цистерной и один автобус. Привезите прицеп с пулемётами туда и народ для обороны. На автобусе водители обратно за машинами вернутся. До вечера делаем ещё одну ходку. Главное нам до обеда там закрепиться. За день хотя бы часть укреплений сделать и лагерь развернуть. К вечеру нужно две ходки сделать и вывезти всех. Завтра если что то забыли или не успели можем повторить. А послезавтра можно будет ехать дальше.

— Так ключей то нет.

— Разберём замки и провода скрутим.

Бригадир всех послушал и предложил:

— Давайте так! Сейчас на завтраке все соберутся и будем решать. Нам ещё врачей наших надо послушать.

Через пол часа вернулся Воробей.

— Нашёл хорошая машина. Прицеп только отцепить и салон разгрузить. Хозяин земля ему пухом толковый был. У него там НЗ топлива в канистрах и бак заправлен. Машина хорошо подготовлена сверху на крыше четыре колеса запаски под чехлом. Лопаты, реечные домкраты, набор ключей и лебёдка спереди есть. Рация вроде дышит аккумулятор в джипе живой. Провода есть прикурим от машины этих.

— Зачем? Снимай аккумулятор и просто переставь его. Машину выгоняй за периметр сюда к нам под загрузку. Завтракаем и сразу едем!


На завтраке Колесник озвучил предложенный план. Все неспешно жевали и вяло пили утренний кофе будто оттягивали время и не торопились принимать важное решение.

Незаметно тема разговора перешла совсем не в ту сторону. Враги они нам или нет? Будем мы в них стрелять или будем договариваться?

— Нет не все! Там подонков не больше чем у нас. Везде их единицы. Просто у нас с ними были разные планы на жизнь и они категорически не совпадали.

— Согласен. Мужики погибли дав нам шанс и ненужно судить поверхностно о событиях не зная всего. У каждого своя правда.

— Тут всё зависит от воспитания. Бывает что и родные братья становятся смертельными врагами. Главное всегда находятся советчики, что да как делать, чтобы им было удобно половить в мутной воде рыбку.

Не выдержав пустого спора его прервал главврач Быков:

— Вот вы сидите и судите кто какой. Они нас водкой напоили это плохо, а то что все живы так остались это хорошо? Или Микола он плохой или хороший? Для нас и детей он хороший, а для остальных получается плохой! Мирон он нас всех спас от рабства. Выходит он хороший? А потом отравил по чужому приказу теперь он какой? Плохой? Мужики украинские, что уехали нас с собой не потащили и все там легли дав нам шанс жить дальше. Они герои и хорошие? Они все голосовали и приняли решение нас убить потому что им по другому было нельзя, они плохие? Кто может судить что хорошо, что плохо? Да нельзя строить своё счастье на чужом горе и это касается всех и правых и не правых. Хотите жить по правде не требуйте этого от других, начните с себя и узнаете какова она эта правда. Для начала сделайте самое сложное — перестаньте врать самим себе.

Для нас сейчас нет друзей. Мы в ловушке. У них приказ никого не пропускать, у нас задача выехать. Они с нами договариваться не станут. Не потому что мы им враги, нет мы ненужные свидетели. Поэтому вопрос стоит не в том стрелять или не стрелять. Стрелять однозначно и убивать только не всех, нам свидетели как раз нужны и информация.

Видя сомнение в наших рядах к народу обратился поп с лицом из двух половинок.

— Смотрю я на вас. Рабы вы рабы… всего боитесь!

— О чём вы отец Никодим?

— О гордыне самом тяжком наказании людском. Об отсутствие бога в душе. Страха божьего нет, только ужас плотский. Все стали не верящими и оттого страхи их сделали одинокими, а гордыня мешает признать это. Веры земные все на единых законах стоят. Бог он для каждого есть либо его нет. Он в внутри души. А это в первую голову воспитание.

Бог это любовь без корысти. Высшая благодать!

Любовь сподвигает человека на подвиги снисхождения и милосердия. Любовь открывает врата рая, а ненависть их закрывает. Ада нет, есть бытие скотское, прожитое в суете. Нет ничего вечного и незыблемого. Жизнь это равновесие сил.

Бог это выбор между личным и общественным благом. Выбор где всегда есть компромисс между жадностью и страхом. Бог Отец наш небесный. Бог есть страх. Страх лишиться высшей благодати разумения любви. Не плотской как все думают, а дарования откровения высших сфер. На пути их стоят жадность и алчность.

— Что такое алчность?

— Алчность это желание обладать. Животное стремление. Болезнь побеждающая разум. И страх это тоже животное. Человека от животного немного что отличает: чувство меры и способность творить, переживать, общаться и прочее есть у многих зверей. Человек это существо способное осознать и воплотить промысел божий. Много ли таких?

Нет!

Портки нацепили, города построили, телевизор смотрите, а разуму у многих как в муравейнике!

Ответственности боитесь и бежите от неё, прикрываясь выдумками. Страх всегда с вами. Вы ленитесь как все твари земные от чего сидите и ждёте пока, барин сотворит чудо и благодать. Вы сами строите себе тюрьму.

Всех кто пытается измениться, осуждаете и то верно! Как правило есть за что. Ищущие блага для себя жестоки. Отец небесный всех сотворяет разными, даруя каждому свой путь и отмеряет его всегда полной чашей. Каждая тварь оделена личностью от рождения, да только вы её превращаете в личину! Гасите в себе искру божию от того и страдаете всю жизнь незнамо что потеряв.

— Вот святоша ты и прокололся. Если искра божия говоришь, то чего она гаснет или бог твой, что слабосильный такой?

— Дар так зовут от того, что искра гаснет на ветру. От ветра перемен её люди должны закрывать. Для этого бог разделил человецев на двое чтобы создать семью и от неё общество. Искра она и есть искра её погасить её легко. А по моему скромному разумению Отец небесный делает так чтобы дар его ценили. Ценно то что утратить легко, а вернуть тяжело…

— Вот и я о том же! — вставил свои пять копеек Фёдоров. — Спёрли у рейнджера счастливую кружку негодяи! Как он теперь без неё?

— Пришло время поумнеть и перестать надеяться на удачу? Или ты рейнджер наивно полагаешь что счастье в дырке. — спросил меня наш терапевт.

— Ваши резоны несомненно заслуживают моего одобрения, но позвольте отметить, что некоторые замечательные отверстия бывают даже очень очень необходимы!

На эти слова некоторые ухмыльнулись, а я разозлился, как будто какой то Красножский может украсть мою удачу через мой талисман. Взрослые люди и некоторые из них сейчас серьёзно верят в этот бред?

— Саня кидай в верх мою кружу.

Саня без размышлений швырнул родную сестру счастливой кружки в верх. Та подымаясь к небу кувыркалась блестя стальными боками в лучах восходящего солнца. Все смотрели на неё.

Один мой выстрел из Глока запустил её со свистом ещё выше.

Могёшь Коля! Я если бы кто другой сказал врядли поверил! — оценил увиденное Василий.

Саня нашёл и принёс кружку.

— Вот смотрите.

— Это как!

Никто не мог объяснить случившееся. Чудо? Наверное или правильный выбор момента выстрела и верная рука?

Идеально в середине дна выгнувшись краями наружу зияло пулевое отверстие.

— А знаете господа товарищи. Дело не в кружке, а в том чья эта кружка. Я Рейнджер. И мне сейчас глубоко наплевать на то что украли эти недоумки. Моя счастливая кружка всегда со мной. А у них железный стакан с дыркой. Поехали Саня у нас сегодня есть работа по профилю. Я вернусь. Мы Рейнджеры всегда возвращаемся.

Под молчание нашей дружной компании Саня завёл джип. И мы помчались на восток в сторону реки навстречу новым приключениям.


Испорченную кружку крутил в руках Бригадирыч.

— Как из неё теперь пить? — спросил у него Фёдоров.

— Никак. Баста! Видишь нам дно порвали! Отпились! Пора просыпаться и работать не только руками но и головой!


10.11.2018


предыдущая глава | Кружка |