home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



6

Движение по графику было едва не нарушено ближе к вечеру. Охрана подстрелила большую зверюгу у самой дороги. Вы сами знаете любопытство и просто поглядеть особая черта российского водителя. У нас в крови притормозить и поглазеть на место ДТП и всем нет дела, что сзади целая очередь. Минуту назад ты сам не нормативно крыл всех этих ездунов впереди. Итог всегда один — второе ДТП или почти полная остановка движения. По рации предупредили: — «Не тормозить на зверей насмотритесь вся жизнь впереди». Этим сообщением они только подогрели интерес. Сегодня мы проехали чуть больше пятьсот тридцати километров. Место для стоянки было выбрано на изгибе небольшой каменистой речки с удивительно чистой и тёплой водой. После регламента заправки и оборудования лагеря народ побежал купаться и стираться. Я перестирал всё, что было грязного от нижнего белья и полотенец до вещей, в которых прибыл сюда. Даже постельное бельё постирал. Возникла проблема, куда развесить всё на сушку? Вспомнил про шнур в рюкзаке, натянул его в два ряда между палаткой и машиной. Поискал в центр подпорку. Пришлось сбегать в сторону от лагеря за стволиком молодого деревца. Спилил его аккуратно складной пилой, под присмотром нашей охраны.

Сегодня видимо все устали больше обычного или усталость стала накапливаться. Три дня в дороге и прошли мы уже почти полторы тысячи километров. Завтра нам обещают более короткий маршрут и переправу через реку, а потом целый день для отдыха. После ужина и помывки разморенный народ завалился спать.


Четвертый день марша. Справа и слева от дороги ничего кроме полупустынной степи или выжженной саваны. Дорога снова повернула на запад и мы потеряли из вида горы, которые тянулись какое то время узкой полоской вершин на горизонте в начале сегодняшнего пути. Стало попадаться больше диких животных. Воздух стал вновь сухим и горячим. На поверхности в приземном слое плавились лужи миражей. Через семь часов вдоль дороги появились пятна зелёной растительности. Местность стала меняться с равнинной на холмистую. Небольшие рощицы фикусов и местных вариантов пальм дававших тень были вытоптаны животными до черноты земли. Долгожданные команды по рации на снижение скорости говорили о скором приближении к реке.

— Внимание всем! Впереди в трёх километрах переправа по понтонному мосту. Движение строго по центру, по одному автомобилю со скоростью не выше десяти километров в час. За переправой справа пост охраны. Колонна уходит прямо по дороге триста метров и сворачивает влево, по указаниям регулировщиков. Вода в реке относительно безопасна, поэтому прошу быть внимательными. Сырую воду из реки не пить. Для употребления кипятить, а лучше брать из наших водовозок. Службе ГСМ сразу по прибытию начать заправку. По окончании работ сдача оружия и ужин. Завтра день отдыха для всех. Прошу вести себя прилично и не доводить возникающие споры до конфликтов.

Место для переправы было выбрано на спокойном не широком участке реки с пологими берегами. Вверх по течению была видна остановленная стройка моста и пустой посёлок строителей.

Привычная работа по обустройству лагеря она как скрепляющий стержень для нашего большого коллектива. За эти дни народ уже привык распорядку. Не стало толчеи в столовой и грязи на территории. Народ в бригадах сдружился. От скуки и вечернего безделья вспомнили старые уличные игры в слона, попа и городки. Взрослые дядьки как малые дети, спорили с пеной у рта, был заступ за черту или не было. Невеликому числу иностранцев эта не ведомая часть жизни русских была как бесплатный цирк. Они рассаживались вокруг и болели, за непонятно кого, главное громко и экспрессивно снимая излишнее нервное напряжение долгого пути. На приглашение поучаствовать отказывались, но иногда заразившись бурлящей энергией, соглашались и что-то с ними происходило. Незаметно для них ломалась внутри европейская пружинка или ось. Добропорядочные европейцы окончательно съезжали с катушек, за пару часов начинали ругаться матом и картаво говорить по русски. Наверное так иностранцы на Руси и приживались навечно через игры да праздники коих у нас много особенно в отрывных календарях. Ну как не отметить День Парижской коммуны или не выпить в день рождения Патриса Лумумбы?

Наши иноземные знакомцы уже во всю, резались в домино и изучали процесс игры в нарды. В одной из техничек, втайне от руководства, за деньги был распушен на кости небольшой лист пластика и изготовлено ещё два набора домино путем ручного пилинга и сверления умельцами из Швейцарии.

К нашему прибытию на месте лагеря уже стояла машина Круза гружёная дровами и свежим мясом. Он ждал и смотрел, где встанет техника бригады, чтобы разгрузить багги. Скинув груз, он снова умчался в сторону прибрежных холмов и вернулся точно к прибытию своих машин, видимо держал с ними связь по рации. В этот раз он приехал снова с топливом для костра и двумя мешками новоземных овощей. Круз переговорил с Колесником и Быковым для уточнения внутренней диспозиции нашего лагеря и предложил немного растянуть двор, для чего палатку медиков подвинули ещё на один корпус машины.

Пока мы ставили все вместе оба наших шапито Василий и Ватли прямо посередине площадки начали кирками рыхлить землю под узкую костровую яму. По их плану костровище должно быть длинной в два лома и шириной около двух штыков лопаты. Для обеспечения противопожарных мероприятий они сняли вокруг весь дерн в радиусе метра и насыпали вместо него выбранный грунт.

Наши медсестры были озадачены помывкой овощей. Четверо в том числе и я, самых молодых, распоряжением бригадира были направлены с канистрами за водой на кухню.

Пока мы ходили европейцы установили два сборных металлических стола и в восемь рук кромсали на пласты свежее мясо. Наши здоровяки руками наломали и сложили в аккуратную поленницу дрова. Два больших бачка были заполнены порционными кусками мяса и залиты маринадом. Отмытые от крови и жира столы покрыли вощёными бумажными листами на которых началась нарезка овощей. Тут пригодились три ножа из новой коллекции Жени Микуленко. Девчонки, европейцы и все не равнодушные у кого было чем резать строгали самый обычный репчатый лук синего цвета в огромный металлический таз обозванный с легкой руки Михал Степаныча салатником. Проверка запасов релаксирующих напитков бригады местными специалистами выявила годный сорт вина для его маринования, а также подтвердила острую необходимость данного вида высококалорийных продуктов в нашей аптечке. Следующим этапом была нарезка настоящих староземных кабачков на толстые кружки. Оказывается, в начальный период изучения планеты все поисковые партии раскидывали на путях своих постоянных маршрутов семена земных растений, на всякий случай вдруг вырастет, а если вырастет, на случай отсутствия продуктов будет, хоть что-то привычно съедобное. Так и наросло: не пойми что, не пойми где.

Не у меня одного возник вопрос, а как с карантином и там сохранением экологии и прочего. Оказалось, что наши продвинутые импортные учёные ордена в лучших традициях американо-английских научных воззрений действовали прямолинейно методом научного тыка. Они считали обоснованным проведение неконтролируемых опытных посевов в виду отличного от староземного эволюционного пути местного биоценоза. Вероятность катастрофических изменений принимали крайне низкой из-за оригинальной видовой структуры местных биотопов. Грубо наши растения некому опылять и некому есть. Посадочный материал и животные завозились условно чистыми, для исключения возможных вспышек эпифитотий и эпизоотий. Я лично понял одно — всем на всё наплевать. Здесь неизбежно повторится наша история, и этот мир познает судьбу американских бизонов и джунглей Амазонки. Для полного счастья осталось случайно завезти семена борщевика или другого мутанта на обуви или колёсах транспорта.

Следующим был корнеплод цветом старой редиски по виду похожий на батат по вкусу напоминающий пресную репу или тыкву с такой же плотной ярко жёлтой мякотью внутри. Его нужно запекать, как картошку в углях. Знатоки сказали, что это очень вкусный и полезный овощ. Его просто намыли и выложили сушиться на бумагу. Последним блюдом на сегодняшней барбекю вечеринке будут четыре пупырчатые похожие на дыни фруктины коричнево желтого цвета. Длинные и толстые плоды весили килограмм по тридцать, а может и больше.

Закончив с приготовлениями, мы пошли на ужин сдавать термосы. Моя коллекция пополнилась ещё одной миской и тарелкой. Каждый из нас накопил по сервизу пластиковой посуды и судя по времени которое мы проведем в дороге сервиз будет больше чем на двенадцать персон. В наших условиях полной неопределённости любой ресурс, полученный бесплатно, имеет свою ценность. Выкинуть условно одноразовую посуду мы всегда успеем, а вот случись необходимость взять тарелку или миску будет негде.

Завтрак утром перенесли на восемь часов. На раздаче повесили объявление с временем обеда и ужина для всех бригад. По плану послезавтра выезд в семь утра. Там же висело указание для всех водителей о проведении обслуживания техники на следующей стоянке. А сейчас гуляй, отдыхай и ни в чём себе не отказывай.


В ожидании мяса народ расположился вокруг импровизированной жаровни. В наше отсутствие поперек траншеи были поставлены металлические подставки под три большие чугунные решётки. Дрова горели медленно низким пламенем, давая ровный жар со дна траншеи. Ватли держал пятидесяти литровую кастрюленцию, а француз Джозу ловко закидывал мясо на горячие решётки специальной вилкой. Земляк Ватли возможно родственник Нандо Хубер накрывал мясо металлическими колпаками в виде половинок бочонков. Посчитав все наличные столы и количество едоков за минусом четырех мужчин медиков ушедших в очередной обход по хворым пришли к выводу, что сидячих мест в достатке, а столов явная нехватка. Волевым решением бригадира и его команды были организованы два больших шведских стола по бокам костра. Пищу можно принимать стоя или сидя. Для девушек поставили отдельный столик. Раз завтра не в дорогу единогласно под мясо решили усугубить. Михаил Степаныч из горячительных запасов велел нести разное но в меру. Запустили все наши кофемашины.

Запах я вам скажу, был ух! На этот ух тут же стали стекаться любопытные, на что Бригадирыч ответствовал без затей:

— Сегодня кина и игр не будет, у нас закрытый корпоратив, так что граждане извините, но я вас попрошу удалиться!

Под треск костра и рассказ Круза о местной жизни, народ кушал мясо, заедая его сладким луком. Когда мяса стало в достатке для сорока человек, на решётки положили батат и кабачки. Буквально за пять минут под крышками овощи были готовы. Андрей показал всем, как надо есть эту местную фиговину. Аккуратно срезав один из кончиков он выдавил распаренную кашицу из прочной внешней шкурки на тарелку. Корнеплод после термической обработки приобрёл насыщенный вкус пшённой каши с молоком. Действительно хороший корешок.

— Ты нам Андрей покажи, как эта каша растёт. С ботвой её привези, чтоб понятно было, как эту батату твою искать.

Андрей Круз сходил до своей машины и принёс атлас определитель. В разделе полезные растения показал картинку.

— Нет Андрей ты нам в живую покажи и пальцем ткни чтоб наверняка. А то мы вместо пшёнки наедимся чего не того и всё будет бригада Тошнотного Бориса звать.

— Какого Бориса? — не понял Круз.

— Бельмондо после пищевого отравления показывать. Вот чего! — засмеялся Михаил Степаныч. — Ты Андрей как вас по батюшке?

— Юрьевич.

— Вот Андрей Юрьевич ты скажи, если это не секрет. Вы тут вот экспедиция целая. Не вижу я среди вас геологов да ботаников. С нами едете в конвое. Сам сказал, что бандиты местные иногда шалят. Что такого в той вашей Аламе вы искать будете? Не страшно Вам вдевятером в пустыни эти ехать? Что за нужда такая у ордена людей без охраны в такую даль спровадить?

— Нет особого секрета. Я сопровождающий рейнджер они местные жители. Люди они простые, представляют интересы нескольких местных групп из Порто-Франко. Орден дал согласие на организацию нового поселения в полосе выше северной дороги. Мы едем выбирать место под посёлок.

— Андрей Юрьевич — Вклинился в разговор наш главный доктор — в посёлок этот новый принимать будут всех или он только для местных?

— Нет. Сначала всех в течении какого-то времени принимать будут. Такова политика иначе орден не даст финансирования и режима благоприятствования для переселенцев. Можно у Ливио уточнить.

Ливио Вебер был самым пожилым в команде Круза. Выслушав Андрея Юрьевича он кивнул, наполнил свой серебряный стаканчик местной нашей водкой встал и толкнул короткую речь на немецком, которую перевёл для нас Круз.

— Уважаемые друзья мы с Вами уже несколько дней. Впереди ещё длинный путь. Надеюсь что мы Вас не стесняем своим присутствием. На новом месте всегда трудно, нужно много работать и мало спать. Я вижу, что у Вас всегда порядок и дисциплина — это хорошие качества для жизни в этом мире. Когда мы найдем место для нашего нового дома, мы будем рады, если вы присоединитесь к нам. Прозит! (Пусть пойдет на пользу!)

Хлопнули мы под тост швейцарского дедка по стопочке.

— Андрей вот ты официальный человек на работе — не унимается наш Бригадирыч — А документ у тебя есть с полномочиями?

— Есть! У русских это первое дело ярлык на правление и шапка на стол. Ничего не меняется. Наследие орды. Только для Вас лично и только сегодня. — Круз достал из внутреннего кармана потёртое портмоне с блестящим круглым значком на внешней стороне. Раскрыл его и показал, вставленную внутрь Рейнджер кард. Двуцветная старой и молодой листвы лицевая сторона несла на себе знак ордена и надпись рейнджер пионер и регистрационный номер. С обратной стороны карта была кислотного зелёного цвета, где методом давления был нанесён номер «Ай-Ди» владельца.

Видимо произошло чудо небывалое. Наши смотрели, не вникая в суть, а вот попутчики Круза вытянув шеи прямо глазами фотографировали этот кусок металлизированного разноцветного пластика. Для них он легенда, а для наших мужиков первый авторитет Бригадирыч.

— Всё просмотр закончен — Андрей убрал документы обратно в карман. — давайте лучше Джекфрут есть он здесь совсем другого вкуса. Растение местное похоже на староземное, но все говорят, что местный по вкусовым и питательным качествам просто превосходный.

Ватли достал перчатки и стал резать джекфрут вдоль на две части.

— Зачем ему перчатки? — спросил кто то из врачей.

— Млечный латексный сок в кожуре очень липкий потом руки сложно отмывать. Дерево на котором он растет каучуконос с хорошей ценной древесиной.

Джекфрут наконец распался на две части. Под тонкой кожицей был слой сантиметра три белой словно вата корки. Внутри плод как земной гранат был заполнен жёлтыми мясистыми зёрнами.

Андрей Круз пригласил всех пробовать диковинку:

— Кушайте на здоровье аккуратно. Внутри могут быть семечки, не проглотите случайно. Неспелые плоды они как кабачки или патиссоны можно мякоть солить и мариновать, вкус практически одинаковый. Местные варят из зелёных джекфрутов икру заморскую плодовоовощную. Жарят блинчики. Из сушёных неспелых плодов делают муку и пекут хлеб. Другое название джекфрута хлебное дерево. Я видел в продаже джемы из смеси джекфрута и нойны.


Джекфрут был похож на землянику с привкусом банана или дыни. Вкус немного менялся от места расположения околоплодий внутри. Периферия отдавала дыней, внутренняя центральная часть имела привкус банана. По консистенции вареная спаржа. Всем понравился фрукт, но сами смогли осилить только два на всех. Решили оставшимися земляничными дынями поделиться с соседями, исходившими на слюну третий час.

Девчонки наши осоловелые от обилия еды, вина и впечатлений, насели с расспросами на Круза, какие еще фрукты есть в местных пампасах?

— Не обещаю, но возможно в районе перевала на Срединном хребте будут нойна и питахайя фрукты условно похожие на земные аналоги. Другие здесь не растут. Есть аналоги мангустина и цитрусовых, но они либо севернее, либо сильно южнее там, где более влажный климат. Питахайю я вам точно привезу она достаточно распространенное растение и приносит плоды весь год.

Решил и я узнать про местные реалии:

— Андрей Юрьевич мы по понтонам проезжали, видели справа строящийся мост и поселок рядом пустой. Стройку бросили или чего случилось?

— Ничего не случилось стройка эта долгая. Конвоями сюда завозят стройматериалы с двух сторон из Демидовска и Порто-Франко. Расстояния большие цемент и металлоконструкции доставляются сюда автотранспортом. По реке из Виго и Кадиза не вышло много порогов. Сейчас мы пересекли один из самых больших притоков Рио-Бланко. На второй реке мост готов там пройдём быстро. Люди со стройки уехали неделю назад и вернутся через три месяца после сезона дождей. Хотя он здесь и не такой как на побережье. Мост понтонный завтра на берег будут вытаскивать. Охрана с нами отсюда послезавтра уедет. Жаль, что мост уже сняли. Утром здесь неплохо клюет рыба на середине реки. Надо только вечером на белое полотно насекомых насобирать. Рыба нежная на омуля или хариуса похожа. Вкусная жуть.

Николай Афанасьевич с видом бывалого рыбака после неучтённого количества выпитого авторитетно заявил:

— А зачем нам мост, если вы мне всё для снасти дадите, я завтра вас рыбой этой завалю. Мне шнур нужен не толстый и лесок да крючков на поводки. Пару дощечек надо крепких и в меру плавучих. Найдёте пару шпилек с гайками и шайбами, сделаем как на заводе.

Всех заинтересовала неведомая никому приспособа с помощью которой можно таскать рыбу метров с семидесяти от берега без спиннинга и лодки.

— Эт ты чего решил Николай учудить — стал брать под контроль ситуацию бригадир.

— Я вам кораблик сделаю. На северах так хариуса да лосося ловят. Там клюёт и здесь возьмёт. Точно говорю! Завтра эту рыбу мешками будете носить.

К вопросу конструирования подключился Круз и Ливио. Принесли блокнот и ручку. Гуккин уверенно нарисовал чертёж снасти и проставил размеры. Ливио раздал своим ценные указания. Через десять минут у нас уже была столярная мастерская швейцарских очумельцев. Николай Афанасьевич через Круза руководил процессом. Ливио следил за целостностью пальцев бухих столяров, лихо кроящих ручной аккумуляторной циркуляркой шикарную доску для полочки.

Отчекрыжили лишнее. Просверлили нужное. Все скрутили на гаечках и шпильках из нержавейки.

Шнур, крючки и леску на поводки предоставил из личных запасов Андрей Круз. На свежее изготовленное мотовило перемотали сто метров тонкого прочного шнура и собрали чудо удочку для утренней рыбалки. Встал вопрос ловли мух и других тараканов. Озадаченный народ раскладывал простыни и полотенца везде, где можно даже за охранным периметром возле машин. Доктор принёс банку с сетчатой крышкой, наверное для хомячков или какого медицинского уже не важно чего. Наполнили мы банку до самого верха. Доктор сказал надо поставить в тень в два часа ночи, аргументируя свою точку зрения словами «Чтоб наживка не издохла!» Все кто еще был на ногах, выпили за удачный клев утром! Потом за мать и отца! За удалого молодца! За девицу для венца! За честную долю! За вольную волю! За верный глаз и за дембельский приказ! На этом угомонились и разошлись спать по палаткам.

Проспали мы утренний клёв. И завтрак проспали. Разогрели мясо запечённое вчера и дожарили остатки маринованного. Откушали — чем бог послал.

Толи климат тут такой, толи алкоголь качественный, но больных с утра не было. Помятые и пожёванные были разной консистенции. Так как по уговору мы с Саней сегодня были на поддежуривании, Воробей надел свой пояс с револьверами и шляпу держите меня семеро.

На это обратил внимание австриец Карл Пихлер из команды Круза. Оказалось, что он состоит в местном стрелковом клубе и занимается Fast draw — скоростной стрельбой. Он рассказал про чемпиона мира Говарда Дерби, который успевает выстрелить за четверть секунды. Всего существует три направления ганфайтинга — вращение и жонглирование оружием (ган-спиннинг), трюковая стрельба (трик-шутинг) и быстрое выдергивание или скоростная стрельба. В скоростной стрельбе есть несколько методик и дисциплин, где присутствует работа одной или двумя руками для ускорения первого выстрела. Карл показал Сане методики однорукого пальцевого выхватывания (Thumbing draw) и веерного выхватывания (Fanning draw), когда курок взводится о другую руку. Пихлер особенно предостерёг моего друга от тренировок с заряженным оружием. Про прямой и обратный спин (вращение револьвера) сказал, что это опасный трюк и можно случайно выстрелить в самого себя. Умный человек такое не будет делать даже с одни патроном в барабане. Главное Карл объяснил и показал, как правильно вынимать оружие из кобуры и изготавливаться к стрельбе, чтобы не промахнуться. Можно сказать, что он поставил Александру руку и стойку. Отточенная техника ганфайтинга требует монотонных постоянных тренировок. Учись Саня, удивишь через полгода свою Зою!

Весь этот междусобойчик проходил в тени знакового события этого дня — рыбалки! Сколько мы вчера выпили? Славно вчера посидели! При осмотре банки с наживкой треть ёмкости была заполнена кусками корней и веток. Почти вся наша бригада и остальные приживальцы пошли к воде. Девчонки медсестры устроили себе постирушки и банный день пока никого в лагере нет. Мы с Саней старшие по охране. Медики пошли по хроникам с медосмотром. Василий Степанов с Александром Негипой ковырялись в подвеске машины под руководством их старшего водителя Ганженко тоже Александра. Ганженко стоял у них над душой с картой технического обслуживания и говорил, что осмотреть и где подтянуть. Работал один Степанов. Негипа, как заправский операционный ассистент подавал и принимал инструмент от лежащего под Камазом водителя.

Фёдоров Василий Григорьевич только что проснувшийся и пропустивший все утренние события, щурясь на солнце пил остывший кофе. Наконец проснувшись окончательно, он заметил нервную суету рук моего водителя.

— Что Александр револьвер чешется.

— Это как?

— А чего ты его туда-сюда теребонькаешь? От суеты и отсутствия гигиены нужных органов на ладошках волосы растут.

Саня непроизвольно посмотрел на свои ладони:

— Нет у меня никаких волос!

— Правильно нет! Ты их стёр, а дурной зуд остался. Вон кобуру всю зашаркал, а не удовлетворил! Сбежит она от тебя, точно говорю, сбежит к большому толстому пистолю!

Тут народ кто вокруг был, уже не выдержал и в голос смеялся до слез из глаз.

— Да ну вас. Мне австриец упражнение показал, как быстро вынимать револьвер и стрелять, не целясь от пояса. Я хватку тренирую, а вы.

— Так будешь хватать, девкам то ничего не останется!

Народ уже не мог стоять на ногах того и гляди от смеха колики начнутся. Степанов от избытка чувств забыл, где он находится и ударился головой о раму.

— Одна пошлятина у вас в голове Василий Григорьевич.

В этот момент из палатки медиков раздался женский визг. Я моргнуть не успел, а Воробей уже упорхнул внутрь.

В палатку к нашим медсёстрам видя, что у нас практически никого не осталось, вломилась целая делегация подпитых одноразовых женихов. Девушки не ожидая вторжения, после душа расслабились и расхаживали в костюмах Евы. Испугавшись, они с визгом шмыгнули под одеяла. Граждане с изумлением неверно, интерпретировали сложившуюся ситуацию в свою пользу и возжелали немедленной близости.

— Будь ласка. Красавица не кричи, иди ко мне. Что вы тут со старпёрами одни ни ласки мужской, ни веселья. Смотрите у нас все парни молодые не женатые. Покажитесь, не прячьтесь, что мы там у вас не видели!

Дружбы организмами сегодня по объективной причине не случилось! Саня Нехаев за пару шагов влетел вихрем в помещение и подскочил к болтуну ухажеру.

— Я тебе сейчас Елену Головач покажу, обглядишься!

Незваных гостей Саня держал на прицеле револьвера левой руки, правой рукой он загнал ствол нагана в ноздрю самого бойкого, на сколько позволяла мушка и взвел курок. Сделав бешеные глаза, с небритой мордой и усами, он прислонился колючей щетиной к розовому уху оппонента и негромко сказал:

— Если дёрнешься, я тебе, нос отстрелю и глаз отгрызу!

Донжуан неожиданно заткнулся, икнул, пукнул и видимо от избытка впечатлений упал в обморок. Я наверное тоже упал бы. Саня Воробей в этот момент не видел, как за его спиной бежали человек гора и фельдшер. Негипа неожиданно севшим голосом сипел:

— Ховайтесь хлопцы, он контуженый! Я его долго не удержу, он вам сейчас всё поотрывает, даже доктор не пришьёт.

Василий, наконец, издал звук тепловоза и зарычал во все горло. Народ феноменально сдрыснул. На их месте в воздухе остался висеть знакомый всем запах — внутреннего мира человека.


Пока санитары паковали слабого в коленках жениха в носилки, а Саня ходил гоголем и успокаивал, как умел раздетых медсестёр под одеялами, меня привлекли редкие хлопки выстрелов за периметром. Выглянув между машин, я увидел группу стрелков и зрителей — гражданских и бойцов Русской Армии из охраны. На спор они стреляли по мишени на двести метров. Стрелков было трое наш из инженерного состава с сыном и два бойца охраны один с винтовкой второй с ручным пулеметом. Странный спор у кого шпалер круче СВД, ПК или охотничий карабин Blaser R8. Между ними вился ужом мужичонка из третьей бригады. Словно ручей журчит без остановки, он своим говором и вопросами иногда по делу, а чаще вроде бестолково ставил в тупик стрелков. Те объясняли старательно и доступно всё, что сами знали в оружейном деле. Особенно цеплял его интерес — охотничий карабин. Инженеру доставалось внимания с его стороны больше других. Блейзер этакая затейливая конструкция два в одном, путем несложных манипуляций за минуты он менял калибр из 30–06 в 223 ремингтон. Любопытствующий постоянно создавал сумбур и ажиотаж, бегал за двести метров ставил мишени — знакомые всем бывшие в употреблении яркие цветные тарелки из нашей передвижной столовой. Хорошее занятие, но мы позже без лишних свидетелей тоже постреляем из револьверов.

Вернувшись обратно, я застал сцену — врачи над умирающим пациентом. Носилки, к которым притянут потерпевший тремя специальными ремнями, были поставлены на столы. Пациент находился на высоте своего положения пока ещё в бессознательном состоянии.

Надев медицинские одноразовые маски. Негипа измазал руки в чём-то красном похожем на свекольный сок и взял в руки самый большой нож из тех, что лежали с вечера на столах. Убедившись, что все на месте он дал команду:

— Отстегивайте его аккуратно. Василий Григорьевич готовьте нашатырь.

Женихальщик пришёл в себя, в тот момент, когда над ним стояли четверо в белых халатах. Заранее приспущенные штаны слегка приоткрывали самую нижнюю часть живота, которую из бутылочки поливали холодной водой.

— Что со мной?

— Ничего страшного пациент не беспокойтесь. Мы уже почти закончили.

— Что вы делаете?

— Вот решили тебя выхолостить, чтоб по девкам не бегал и трудовую дисциплину не нарушал! Да незадача вышла — наркоз раньше времени закончился.

В этот момент вступил со своей ролью Степанов и своим дурным голосиной предложил.

— А давайте я его по кумполу слегка стукну — он сомлеет. А вы ему его того!

Нервный пациент как лежал, так и вскочил с повернутой в сторону врачей головой и расстегнутыми портками. Неожиданный старт и короткая пробежка закончились гулким ударом тушки о борт медицинского авто. Двор у нас не широкий, но разогнаться до потери сознания он успел.

— Лядь! Походу этот сегодня решил окончательно убиться! — Прокомментировал я сложившуюся ситуацию.

Негипа потрогал пульс и определил:

— Живой! Правда теперь наверное с сотрясением. Надо нам его лучше в его бригаду отнести там может в чувство придёт и жив будет.

Закинув на носилки страдальца, Негипа с Ганженко унесли самотравмированного членовредителя в его бригаду. Степанов стал собирать инструмент, разбросанный по траве до начала инцидента. Василий Григорьевич уточнив диспозицию, пошёл к нашим рыбакам с новой историей. Я чтобы не мешать успокоительно затихшей палатке, решил посмотреть снова на стрелков тем более, что в оружейный оркестр вплелись звуки нового инструмента который отчаянно частил. Бамц, бамц. Всё встал. Патроны кончились.

Звук выстрела был иной чем у АК 74 больше похожий на мою Альфу. Из-за спин зрителей было не видно, из чего стреляют. Наконец стрелок поднял оружие вверх и на конце ствола я увидел сложенный в транспортное положение штык СКСа. Мне стало интересно посмотреть на работу карабина тем более узнать, так сказать тонкости и нюансы. Странно я даже удивился, увидев в руках неизвестного мой СКС с номером «196».

Подхожу, а эти нехорошие люди мало что стреляли из моего карабина в чистое поле, так ещё и бросили его на землю и едва не ходят по нему.

— Народ вычистите СКС и положите на место где взяли.

Выбритый на лысо с чубчиком в три волосины крепыш, стрелявший из моего карабина, крутанул головой демонстративно хрустя шейными позвонками — спросил меня:

— Ты кто?

— Не ты, а Вы! Я владелец карабина. И ты мне должен десять патронов.

— Иди отсюда владелец. Я сейчас огорчусь и ты ушлёпок, мне за беспокойство его подаришь.

— Не подарю. Я тебе предлагаю выбор: лечебный или спортивный пистолет? Один известный американский бандит для подобных тебе сказал: «Пуля, попавшая даже случайно в жопу, очень сильно прибавляет ума в голове».

— Ты чё чучело мне угрожаешь?

— Не угрожаю, а предупреждаю. Перестань направлять на меня ствол и положи чужую вещь на место. У тебя простой выбор красить лоб зелёнкой, чтоб инфекцию не занести или спринтерский бег до канадской границы. Я начинаю считать до десяти и пристрелю тебя как лицо завладевшее чужим имуществом и угрожающее мне моим оружием, согласно законов Ново Терры. Имею на это право. Раз, два, три.

На счете четыре в спор вмешались охранники Русской Армии, с любопытством наблюдавшие за перепалкой. Они забрали СКС и передали его мне после проверки регистрационной карточки. А товарищу объяснили тут же доходчиво, что чужое брать нельзя. Охранники уточнили, из чего я собрался его пристрелить?

— Из этого. Откинув полы куртки, я показал кобуру с револьвером.

— Резонно — Ухмыльнулись парни, и ушли заниматься своими делами.

С этого дня я больше не сдавал свой карабин. А вдруг испортят, если у нас в оружейке проходной двор по знакомству. С оружейником разошлись без претензий. Я не стал возмущаться о не соблюдении правил хранения, а он о том, что я сдал заряженный карабин. Он извинился и попросил войти в положение, он при должности на этой работе ему проблемы не нужны. Я ответил: «Хранение моего личного карабина моя забота. Если давит ответственность — приходи и смотри».

Заходил пару раз смотрел соблюдение условий хранения, а я больше не забывал разряжать СКС.

Стрельба по тарелочкам на большие дистанции стала таким же ежедневным развлечением, как и игра у нас в домино. Состав основных стрелков оставался неизменным, лишь зрителей было то больше то меньше. Постоянным был мужичок массовик затейник, вечно подливавший масла в спор. Каждый день он устанавливал мишени все дальше и создавал условия для стрельбы всё сложнее. К стрелкам я больше не ходил пусть история с карабином забудется. У них там свой клуб по интересам у нас свой.

День как, оказалось, сегодня будет долгим и все сюрпризы ещё не закончились.

Прибежали Игорь Дуб, Леня Сизюхин и швейцарец. Фельдшер схватил санитарную сумку и бокс с медицинской укладкой и с вернувшимися импровизированными здоровяками санитарами убежал обратно на берег реки.

— Лёня чего случилось?

— А там смех один. Сейчас придут, сам увидишь! Лучше помоги мне надо сумки большие взять в автобусе под рыбу. Продукты аккуратно выгрузим, а швейцарец сейчас пакеты принесёт, чтоб сумки не пачкать. Рыбу там дядя Коля таскает как кот в магазине с прилавка. Наловил столько нам всем за неделю не съесть!

Неожиданно прибежал бригадир с Василием Григорьевичем.

— Лёня давай быстрее грузитесь и на кухню, чтоб я Вас там не ждал. Николай, что тут у Вас? Тихо? Хулиганы эти где?

— Так сбежали. Их сначала Саня тормознул, а потом Степан напугал. Думаю, они к нам теперь совсем не придут. Лёнька сказал у вас там тоже весело?

— Да так весело, что врачи наши теперь не знают как быть. Рыбы в реке море. Мы её там в десять рук таскаем иначе устаём быстро. Зрителей на берегу как на канале «Охота и рыбалка». Хорошие тут места. Если так везде — не земля, а рай! Андрей Круз говорит сейчас день, к вечеру сама на берег выпрыгивать будет. Есть тут и другая рыба похожая на осетров. Поймали случайно две штуки. Через это дело беда приключилась! У работника из наших крышу сорвало напрочь. Как дите малое даже имени своего не помнит. Теперь только «рыба» талдычит как заведённый. Доктор говорит культурный шок на почве алкогольного «делитерия». К кому белочка приходит, а к бедолаге рыба пришла! Он еще бегал все местную саранчу ловил, нам на наживку приносил. Мы не сразу поняли, что с ним что-то не так. Веселится мужик и нам радостно всем. Такой улов и рыба ой как хороша! Дурик то старался пока его местная сколопендра за палец не тяпнула. Терапевт наш увидел, как рука у него до локтя посинела, а этот бегает и не чует, что с ним беда.

Жить теперь он будет счастливым. Может и отпустит его позже, как яд и алкоголь рассосется, или аллергия у него пройдёт. Психиатра у нас нет. Лечить будут по книжке. А пока с нами жить будет!

Коля вы это с Воробьём воды питьевой с кухни восемь канистр принесите. Вечером уху варить будем и с Андреем рейнджером надо кого-то послать за дровами. Машину не выгнать придётся пешком. Ты бы ружьё свое с оружейки взял? Наших ребят охранять надо будет. А я бартер пойду делать! Надо картошки на рыбу выменять и хлеба на кухне взять побольше. И тарелки что мы не брали сегодня на всех забрать.

— Не поверите, Михаил Степанович, как чувствовал уже забрал карабин.

— Вот и ладно! Вот и хорошо!

Опять все убежали, что за день? Надо мне Саню друга лепшего выручать, причём срочно! Заездят его девки до потери пульса своими благодарностями. Воду придётся одному таскать, а это не есть гуд. Беда и так плохо и эдак не хорошо, как не сделай — кругом виноват буду. Как этого героя мне из цепких лапок медсестричек вытянуть и некого не обидеть? Там, судя по редким охам, идиллия полная все довольны!

Ситуацию спас вернувшийся с медицинскими сумками Степанов.

— Где все? Медсестры срочно готовьте палату для пациента! — прокричал и моргнул мне, намекая он в курсе, сейчас всё само образуется.

Минуты не прошло, как нарисовались во дворе разомлевшие девицы-красавицы, а через пару минут ещё появился Нехаев с другой стороны, он вроде, как и не тут был, а погулять вышел! Конспираторы! Палатка не бункер подземный из неё шёпот слышно, а там очень старательно вначале не шумели впятером.

— Саня ну ты герой! Внукам буду рассказывать, как один четверых уделал, и не запыхался! Могёшь!

— Не завидуй они и сами с руками, но чуть не помер! Такие затейницы! Пошли за водой. Я всё слышал.

— Ой, не знаю Саня кем тебе работать надо, чтоб такой гарем содержать. Порвут тебя бабы на лоскуты!

Друг мой помрачнел на мгновение, а потом улыбнулся и ответил:

— Гарем штука хорошая можно и не работать главное побольше евнухов завести. А я как выяснилось, это умею. Вам евнухов надо? Ха-ха! Их есть у меня! Йух-хууу!


предыдущая глава | Кружка | cледующая глава