home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



из которой вы узнаете о том, как, обуздав мысль, быструю, словно конь, и желания, суетливые, словно обезьяна, монах избавился наконец от своей оболочки и как, совершив подвиг, он улицезрел живого Будду Татагату

Итак, Коу Хун ожил, и монахи, простившись со всеми, снова отправились в путь. С наступлением темноты они останавливались на ночлег, а с рассветом продолжали свой путь. И вот дней через шесть или семь впереди появились ряды высоких построек и многоярусных башен.

– До чего же там красиво! – воскликнул Танский монах.

– Наставник! – промолвил Сунь Укун. – Когда всякие оборотни обманывали тебя, воздвигая ложные владения Будды, когда они сами принимали облик Будды, ты воздавал им почести и кланялся до земли, а теперь, когда мы прибыли в настоящую обитель Будды, ты даже не слезаешь с коня!

Услышав эти слова, Танский наставник так сконфузился, что чуть было не скатился кубарем на землю. Приблизившись к воротам многоярусной башни, путники увидели служку, который стоял, прислонившись к воротам.

– Уж не вы ли люди из восточных земель, которые пришли сюда за священными книгами? – спросил служка.

Это был великий бессмертный, Златоглавый из даосского монастыря Нефритовой истинности, расположенного у подножия Чудодейственной горы. Он пришел встретить паломников.

Танский наставник приблизился к служке и приветствовал его низким поклоном, после чего все четверо путников с конем и поклажей вошли в монастырь. Там они представились бессмертному каждый в отдельности. Тотчас же было велено подать чай и приготовить трапезу. Кроме того, совсем юным послушникам приказали согреть благовонной воды, чтобы путники могли совершить омовение.

Они переночевали в монастыре, а на следующее утро Танский наставник облачился в парчовую рясу, надел монашескую шляпу, взял в руки посох, вошел в залу и стал прощаться с великим бессмертным Златоглавым.

– Вчера ты был в рубище, а сегодня на тебе роскошное одеяние, – засмеялся Златоглавый. – В таком виде ты, право, настоящий сын Будды.

Танский наставник поклонился и уже собрался идти, но Златоглавый промолвил:

– Постой! Я провожу тебя.

С этими словами Златоглавый взял Танского монаха за руку и повел к воротам, ведущим в обитель Будды. Указав на Чудодейственную гору, Златоглавый сказал:

– Взгляни на это благовещее радужное сияние! Там находится самая высокая вершина, которая называется Дивный Орел. Это и есть священная обитель Будды. Вы идите дальше по этой благодатной земле, а я возвращусь обратно.

И паломники отправились дальше. Не прошли они и нескольких ли, как увидели перед собой бурную реку, которая стремительно несла свои воды.

– Мы, наверно, сбились с пути, – испуганно сказал Танский монах. – Как же нам переправиться через эту реку?! Гляди, какая она широкая и бурная, а лодок нигде не видно!

– Мы не сбились с пути, – смеясь, ответил Сунь Укун. – Взгляни туда! Видишь мост через реку? Надо перейти его, лишь тогда мы будем близки к высшему блаженству!

Они двинулись дальше и, подойдя к мосту, увидели возле него дощечку с надписью из трех иероглифов: «Переправа Заоблачных высот».

Мост состоял всего из одного бревна, переброшенного с берега на берег.

– По такому мосту нам не пройти, – промолвил наставник.

– По нему и шагу не ступишь, – сказал вслед за ним Чжу Бацзе.

В это время вдруг неизвестно откуда появилась лодка, и лодочник крикнул:

– Я могу переправить вас на другой берег!

Сунь Укун своими огненными глазами сразу распознал в лодочнике Встречающего Будду, которого еще называют Достославным Буддой, озаренным блеском драгоценных хоругвей, но ни слова об этом не сказал.

Вскоре лодка пристала к берегу, и все увидели, что она без днища.

Страх обуял Танского монаха, но Сунь Укун ему сказал:

– Не бойся, наставник, садись в лодку. Она хоть без днища, зато устойчива, даже в самую сильную бурю ее не опрокинет.

Однако Сюаньцзан все еще колебался. Тогда Сунь Укун втолкнул его в лодку, и Танский монах полетел в воду. Лодочник быстро подхватил его и поставил на ноги. После этого Сунь Укун втащил в лодку Шасэна и Чжу Бацзе, ввел коня, внес поклажу, а затем и сам полез в лодку. Все они встали на корме и вдруг увидели, что по реке плывет утопленник. Танский наставник перепугался.

– Успокойся! – смеясь, промолвил Сунь Укун. – Это твое бренное тело.

– Да, это твое тело, твое! – произнес Чжу Бацзе.

Шасэн, всплеснув руками, воскликнул:

– Это ты! Это ты!

Лодочник, ударив багром по воде, сказал то же самое:

– Это ты! – И добавил: – Поздравляю тебя! Поздравляю!

Ученики тоже стали поздравлять своего наставника.

Между тем лодка спокойно переплыла бурный поток у переправы Заоблачных высот, и Танский монах с необыкновенной легкостью спрыгнул на берег. Вот как об этом рассказывается в стихах:

Отринул бренное тело —

плоть с костями и мясом,

Силой любви вознесся

к познанию Истинной Сути.

Сегодня достиг впервые

полноты в постижении Будды,

Пыль отряхнув мирскую,

ликом стал чист и ясен.

Взобравшись на берег, путники оглянулись: лодка бесследно исчезла.

Только теперь Сунь Укун сказал, что лодочником был Встречающий Будда. Вокруг росли чудесные цветы, травы, сосны, бамбук, летали прекрасные птицы, паслись олени.

Путники стали подниматься по Чудодейственной горе и еще издали увидели древний монастырь, в котором находился храм Раскатов грома.

Спокойно, без тревоги в душе, взошли учитель и его ученики на вершину горы и наконец приблизились к храму Раскатов грома. Там навстречу им выступили четыре стража Цзиньгана.

Узнав, что прибыл из восточных земель Танский монах, Будда Татагата очень обрадовался и тотчас же призвал к себе восемь бодисатв, четырех стражей Цзиньганов, пятьсот архатов, три тысячи праведников, постигших учение Будды, духов – правителей одиннадцати светил и восемнадцать духов – хранителей веры. Он расставил их в два ряда лицом друг к другу и после этого повелел пригласить Танского монаха. Повеление Будды передавалось от ворот к воротам. Наконец оно дошло до самых последних ворот.

– Просим Танского монаха пожаловать! – раздался голос.

Сюаньцзан благоговейно вошел в ворота монастыря в сопровождении Сунь Укуна, Чжу Бацзе и Шасэна, которые вели коня и несли поклажу.

Все четверо путников, подойдя к престолу Будды, пали ниц, несколько раз ударились лбом о землю, после чего стали раскланиваться налево и направо с приближенными Будды, каждому отвешивая по три поклона. Затем Танский монах, не поднимаясь с колен, вручил Будде свою подорожную.

Будда внимательно просмотрел ее и вернул обратно. Совершив поклон, положенный для послов, Танский наставник начал рассказывать:

– Я – Сюаньцзан, твой смиренный ученик, прибыл к тебе, обитающему на сей драгоценной горе, по велению владыки великого Танского государства, расположенного в восточных землях, чтобы поклониться тебе и попросить книги твоего священного учения на благо всем живым существам. Молю тебя, Будда-прародитель, яви свою милость и пожалуй мне эти книги, дабы я смог скорее вернуться на родину!

В ответ Будда промолвил:

– Восточные земли расположены на острове Наньшаньбучжоу. Там изобилие плодов, да и людей великое множество. Но среди них немало стяжателей, убийц, прелюбодеев, лжецов и обидчиков. В этой стране не почитают учения Будды, не устремляют сердца свои к добру, пренебрегают тремя источниками света и пятью злаками. Не почитают старших, не знают чувства долга, идут против совести, обсчитывают, обмеривают, убивают, и за все это в конце концов приходит возмездие: неисчислимые бедствия случаются на земле. Был у вас некто из рода Кун, создавший учение о человечности и справедливости, о вежливости и благоразумии, но ваши правители и государи ввели законы и казни; они ссылали на каторгу, вешали, отрубали голову, а люди так и остались неразумными и по-прежнему нарушают законы Неба. Здесь у меня собраны Три свода священных книг. В них сказано, как избавиться от бедствий и грехов. Ты со своими учениками прибыл издалека, и я охотно отдам тебе эти книги. Но помни, люди твоей страны невежественны и неразумны. Они издеваются над справедливыми словами учения, не разумеют сокровенного смысла речей наших подвижников-шраманов, которые проповедуют наше учение.

Сказав так, Будда подозвал своих учеников Ананду и Касьяпу и сказал им:

– Проводите этих четверых монахов в Жемчужную башню, там сперва накормите их, а затем откройте Драгоценную палату, отберите по нескольку экземпляров тетрадей из тридцати пяти священных книг моего собрания и дайте им – пусть они распространят их в восточных землях. И пусть на эти земли снизойдет мое благословение.

Оба досточтимых ученика Будды, выполняя повеление своего учителя, повели четверых путников к указанной башне. Можно было без конца любоваться ее замечательными богатствами и редчайшими драгоценностями.

Устройством трапезы занялись бесплотные святые духи, причем они подали блюда, состоящие сплошь из разных волшебных яств, закусок и плодов. Никакие земные яства не могли сравниться с ними! Танский монах и его ученики поклонились до земли и принялись за еду.

Двое учеников Будды ухаживали за нашими путниками и развлекали их беседой, пока они ели, после чего, открыв двери в Драгоценную палату, ввели их туда. Сияние зари и бетким почерком написаны названия книг и количество тетрадей.

Показав Танскому монаху все названия священных книг, Ананда и Касьяна обратились к нему с вопросом:

– Какие же дары ты привез нам из восточных земель, праведный монах? Покажи нам скорей, и мы дадим тебе священные книги.

Танский монах был немало удивлен этими словами и ответил:

– У меня, смиренного монаха, совершившего столь дальний путь, ничего ценного с собою нет.

Праведники усмехнулись и промолвили:

– Ладно, ладно! Кто собирается с пустыми руками распространять священные книги по всему свету, тот обрекает своих потомков на голодную смерть!

Тут Сунь Укун обратился к наставнику и сказал:

– Наставник! Пойдем к Будде Татагате и пожалуемся ему! Пусть он сам явится сюда и передаст нам книги.

– Не кричи и не злобствуй! – остановил его Ананда. – Забыл, где находишься? Иди сюда и принимай книги!

И вот Сунь Укун, Чжу Бацзе и Шасэн увязали книги, навьючили до отказа коня и, сверх того, еще набрали узлы на два полных коромысла. Явившись к драгоценному престолу, монахи совершили земные поклоны, поблагодарили Будду Татагату, направились к выходу и пустились в обратный путь.

Между тем в Драгоценной палате находился еще один уважаемый Будда, прозванный Фонарщиком, который, подслушав украдкой, что произошло при передаче священных книг, сразу все понял. Оказывается, Ананда и Касьяпа отдали книги, в которых не было ни единого иероглифа, а паломники этого не заметили. «Как бы не получилось так, что Танский монах зря совершил столь трудное и долгое путешествие!» – подумал Фонарщик и громко спросил:

– Есть здесь кто-нибудь?

Тотчас же показался досточтимый бодисатва Храбрости Босюн.

– Ну-ка, наберись грозного величия! – велел ему уважаемый Будда Фонарщик. – Со скоростью метеора догони Танского монаха и отними у него священные книги. В них нет ни единого иероглифа. Пусть он еще раз явится и попросит настоящие книги, с письменами.

Бодисатва Храбрости тут же вцепился в порыв буйного ветра и умчался за пределы храма Раскатов грома, приняв самый грозный вид, на какой только был способен.

Танский монах, застигнутый сильным ветром, вдруг ощутил приятный аромат, в котором сразу же узнал благое знамение Будды, а потому не принял никаких мер предосторожности. Но вот раздался резкий звук, и с неба протянулась исполинская рука, которая с необычайной легкостью сняла навьюченные на коня узлы со священными книгами. От испуга Танский монах принялся колотить себя в грудь кулаками и громко вопить. Сунь Укун словно на крыльях погнался за похитителем. Бодисатва Храбрости заметил, что Суо в пыль. Тогда Великий Мудрец прижал книзу край своего облака и стал спасать книги. Ему помогали Чжу Бацзе и Шасэн.

Вдруг Шасэн развернул одну из тетрадей и увидел, что там нет ни единого иероглифа. Он поспешно передал тетради Танскому монаху и сказал:

– Учитель, взгляни-ка! Здесь ничего не написано.

Сунь Укун раскрыл другую тетрадь, оказалось, что и в ней чистые листы. Чжу Бацзе стал рассматривать третью тетрадь, там тоже ничего не было.

– Пересмотрите все книги! – велел Танский монах.

Увы! В книгах они не нашли ни единого слова.

Убитый горем Танский монах стал причитать:

– Видно, жителям наших восточных земель не дано счастья! К чему нам эти пустые книги? Как я осмелюсь предстать перед Танским владыкой? Тот, кто обманет государя, не заслуживает никакого снисхождения!

Однако Сунь Укун, сразу смекнувший, в чем дело, стал утешать наставника.

– Все это проделки Ананды и Касьяпы, ну и негодяи! – сказал он. – Мы не дали им подарков, вот они и подшутили над нами. Давайте вернемся обратно и пожалуемся на них Будде Татагате. Пусть накажет их за лихоимство.

– Правильно! Правильно! – заорал Чжу Бацзе. – Надо пожаловаться!

Все четверо стремительно повернули обратно и, не чуя ног под собою, поспешно направились в храм Раскатов грома.

Вскоре они очутились перед воротами храма. Привратники, сложив ладони, приветливо встретили их.

– Должно быть, вы вернулись обменять книги, праведные монахи? – с улыбкой спросили они.

Танский наставник кивнул в ответ головой.

Когда они снова предстали перед Буддой Татагатой, Сунь Укун гневно сказал:

– Нам пришлось перенести десятки тысяч страданий от злых дьяволов, которые жалили нас своими ядовитыми жалами, прежде чем мы прибыли из восточных земель в твою обитель, чтоб ныне поклониться тебе. Ты удостоил нас своим вниманием и приказал выдать нам священные книги, дабы мы распространили их в восточных землях, но твои ученики Ананда и Касьяпа ослушались тебя, потребовали от нас дары и, не получив ничего, пошли на преступление: они выдали нам книги с чистыми листами, где ничего не написано. Просим тебя, Будда Татагата, накажи их за это!

Будда, смеясь, ответил:

– Не надо шуметь! О том, что они просили у вас подарки, я знаю. Помните, к священным книгам нельзя относиться пренебрежительно, нельзя взять их так просто, ничего не дав взамен. Как-то раз был такой случай. Толпа праведных монахов бицю спустилась с нашей горы с этими священными книгами в княжество Шравасти к одному богатому благотворителю по фамилии Чжао. Они прочли ему все книги, и все его домочадцы обрели спокойствие и безопасность, а умершие избавились от перерождений. За все это монахи потребовали с него всего лишь три доу и три шэна чистого золота в крупицах. Когда они вернулись, я еще пожурил их и сказал, что они продешевили, их будущим потомкам, сыновьям и внукам, не останется денег на расходы. Поскольку вы с пустыми руками явились за священными книгами, вам и выдали пустые тетради. Впрочем, священные книги с белыми листами, без письменных знаков, как раз и есть самые что ни на есть настоящие и верные книги! Но так как в ваших восточных землях живые существа глупы и суеверны, они ничего не поймут в них. Вы сможете распространять книги только с письменными знаками. – Тут Будда позвал: – Ананда! Касьяпа! Живо отберите книги с письменными знаками по нескольку тетрадей из каждого раздела и дайте им, а затем явитесь сюда и доложите, сколько книг вы отобрали.

Два досточтимых ученика Будды снова повели четырех путников в Жемчужную башню и у входа в Драгоценную палату снова попросили подарки у Танского монаха. У того не было при себе ничего ценного. Тогда он велел Шасэну достать патру из червонного золота, поднес ее обеими руками ученикам Будды и сказал:

– Эту патру пожаловал мне собственноручно сам Танский владыка и велел собирать в нее подаяния. Только ее я и могу преподнести вам, чтобы хоть как-нибудь выразить свою сердечную признательность.

Ананда с усмешкой принял патру. Все служители: силачи-стражники, охраняющие Жемчужную башню, повара с монастырской кухни, досточтимые старцы из Драгоценной палаты – стали переглядываться, пересмеиваться, подталкивать друг друга, прищелкивать пальцами и презрительно усмехаться.

Затем они принялись совестить Ананду.

– Неужели тебе не стыдно? – говорили они. – Люди пришли за священными книгами, а ты требуешь у них подарки!

Ананда даже поморщился от стыда, но патру все же не вернул и крепко держал в руке.

Касьяпа вошел в Драгоценную палату и принялся отбирать книги. Каждую книгу он показывал Танскому наставнику.

– Братцы! – крикнул Сюаньцзан. – Вы тоже хорошенько глядите, чтобы не получилось, как в прошлый раз.

Все трое учеников начали передавать из рук в руки по одной тетради, перелистывая каждую, но теперь все они были с письменами. Всего наши путники получили пять тысяч сорок восемь тетрадей – словом, полный свод книг. Они аккуратно сложили их, навьючили на коня, и еще осталось книг на одно коромысло. Эти книги понес Чжу Бацзе. Шасэн взвалил на плечи коромысло с поклажей, Сунь Укун повел коня, а Танский наставник взял в руки посох, поправил свою монашескую шапку, оправил на себе парчовую рясу и отправился, радостный и довольный, к Будде Татагате.

– Благо, которое принесут эти книги, нельзя измерить никакой мерой, – промолвил Будда Татагата. – Когда ты прибудешь в свою страну на острове Наньшаньбучжоу, внуши всем жителям, что к священным книгам нельзя относиться пренебрежительно. Ни одну из тетрадей не должно раскрывать, не совершив омовения и воздержания в нище. Пусть ценят их! Дорожат ими! Ибо в книгах этих заключены сокровенные тайны, познав которые можно обрести бессмертие.

Танский наставник поблагодарил за милость, стукнулся лбом об пол, крепко запомнил напутствие Будды, затем трижды совершил обряд поклонения, выразил свою искреннюю приверженность к его учению, принял список священных книг и удалился.

Вскоре после этого перед Буддой появилась богиня Гуаньинь и обратилась к нему с такими словами.

– Когда-то я получила твое повеление найти человека в восточных землях, который прибыл бы сюда за священными книгами, – промолвила Гуаньинь. – Ныне этот человек совершил подвиг. Он шел целых четырнадцать лет, что составляет пять тысяч сорок дней. Ему еще недостает восьми дней до того числа, которое соответствует количеству взятых им священных книг. Вели же побыстрее доставить праведных монахов на Восток, а потом снова на Запад, как только они передадут священные книги.

Услышав это, Будда Татагата обрадовался, призвал восемь стражей Цзиньганов и сказал им:

– Наберитесь духу и как можно скорее доставьте праведных монахов на Восток – так повелела богиня Гуаньинь. А как только монахи передадут священные книги, без промедления доставьте их обратно на Запад. Даю вам на это ровно восемь дней, чтобы завершить число, совпадающее с количеством священных книг.

Хранители Будды сразу же помчались вслед за паломниками и, догнав их, принялись кричать:

– Эй, вы! Следуйте за нами!

У Танского наставника, как и у остальных его спутников, тело было теперь необычайно легким и крепким. Вскочив на облако, они поднялись высоко в небо и последовали за хранителями Будды.

О том, как наши путники вернулись в восточные земли со священными книгами, вы узнаете из следующей главы.


в которой рассказывается о том, как пышные проводы принесли несчастье, а также о том, как Великий Мудрец нашел душу умершего и вернул ему жизнь | Сунь Укун — царь обезьян | в которой рассказывается о том, как было выдержано последнее испытание из восьмидесяти одного, как после этого исчезли злые духи и оборотни и как, закончив период и