home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



повествующая о том, как Сунь Укун учинил разгром на горе Черного ветра и как богиня Гуаньинь усмирила оборотня Медведя

Итак, Сунь Укун подпрыгнул, оседлал облако и вмиг очутился на горе Черного ветра. Весна была в разгаре, и перед царем обезьян открылась поистине великолепная картина:

Тысячи рек состязались в беге,

Тысячи скал в красоте состязались,

Пели птицы,

кроясь в лесах и рощах,

Лепестки облетали,

благоухали деревья.

Дождь миновал, и небо

как бы ниспало на влажные скалы.

Порывы летящего ветра

качали рощи смарагдовых сосен.

Буйно взрастали травы,

Пышно цветы распускались,

Гордо вздымались вершины утесов,

Радостно красовались деревья,

Хребты и холмы покрывая.

Ни единый отшельник не виден!

А где бы здесь отыскать дровосека?

Два аиста у потока

утоляли жажду.

Неистово дикие обезьяны

на камнях бушевали,

Высились горы ракушек,

лоснясь черным отливом.

Поросшие зеленью склоны отрогов

играли с дымкой туманной.

Сунь Укун залюбовался красивым пейзажем, как вдруг услышал, что на склоне, поросшем душистой травой, кто-то разговаривает. Осторожно ступая, Сунь Укун шмыгнул за скалу и, выглянув оттуда украдкой, увидел трех оборотней. Один из них был совсем черный.

– Приходите ко мне послезавтра на день рождения, – сказал черный оборотень, – я покажу вам одну драгоценность, которую вчера раздобыл. Это ряса самого Будды. И даосских служителей всех приглашу. Пусть придут поклониться буддийскому сокровищу.

– Наконец-то ты мне попался, разбойник! Украл нашу рясу, да еще собираешься пир устраивать! – выскочив из своего укрытия, закричал Сунь Укун. – Ну-ка, верни драгоценность, живо! – И Сунь Укун взмахнул своим посохом.

Черный оборотень струхнул, обернулся ветром и был таков. Второй оборотень, даос, тоже успел улизнуть. А третий оборотень, ученый муж, не успел убежать, и Сунь Укун одним ударом его прикончил. После этого он ринулся на поиски черного оборотня. Обогнул острый пик, перевалил через гору и там увидел отвесную скалу, а в скале пещеру. Каменные ворота, ведущие в пещеру, были крепко-накрепко закрыты.

– Эй, открывай! – крикнул Сунь Укун, размахивая посохом.

Стражи-оборотни побежали к своему повелителю и доложили:

– Там у ворот стоит какой-то монах и требует, чтобы ему вернули рясу.

А черный оборотень, надо вам сказать, сбежавший только что от Сунь Укуна, еще не успел отдышаться. Услышав, что Сунь Укун стоит у ворот, он рассвирепел, быстро оделся, туго подпоясался и, вооружившись пикой с черной кисточкой, вышел из пещеры.

Вид у него поистине был грозный.

Шлем железный размером с чашу

сиял, как яркое пламя.

Черный кованый панцирь железный

блеск излучал слепящий.

Ветер взвевал рукава халата

черной шелковой ткани.

С темно-зеленого пояса кисти

длинной волной свисали.

Черные кисти копье украшали

в мощных руках бесовских;

Ноги его в сапоги обуты

кожи черного цвета.

Грозно и часто метали глазища

стрелы сверкающих молний.

Это был Хэйфэн-ван, обитатель горный,

владыка Черного ветра.

– Что тебе здесь надо, монах? – вскричал оборотень.

– Ты украл нашу рясу, – отвечал Сунь Укун. – Живо отдавай ее.

И Сунь Укун ринулся на оборотня со своим посохом.

Тот уклонился от удара и, в свою очередь, с пикой в руках бросился навстречу противнику.

Они схватывались уже раз десять, но так и нельзя было сказать, на чьей стороне перевес.

Вдруг оборотень сказал:

– Я проголодался, давай сделаем передышку, – и скрылся в пещере.

Там он собрал всех подвластных ему бесов и принялся писать приглашение на пир в честь буддийской драгоценности – рясы.

Сколько ни стучал Сунь Укун в ворота, ему так и не открыли. Тут он вспомнил, что монахи говорили, будто настоятель монастыря водил дружбу с черным оборотнем. Тогда он вернулся в монастырь, рассказал Сюаньцзану о том, что рясой овладел оборотень, и поспешил обратно на гору Черного ветра. По дороге он встретил гонца, который спешил в монастырь к настоятелю с приглашением на пир в честь драгоценной рясы. Сунь Укун убил гонца, и как только нашел у него приглашение, посланное черным оборотнем настоятелю, у него созрел план. Он произнес заклинание, принял облик настоятеля монастыря и, очутившись возле пещеры, крикнул:

– Откройте!

Стражи-оборотни сразу впустили его в пещеру и бросились к своему повелителю доложить, что прибыл почтенный Цзиньчи.

– Как же так? – удивился оборотень. – Ведь я только сейчас отправил к нему посыльного с приглашением, посыльный еще до монастыря не добрался, а настоятель уже здесь. Наверняка Сунь Укун подбил его прийти сюда и унести рясу. Ну-ка, запрячьте ее подальше!

Сунь Укун между тем прошел один двор, второй и лишь в третьем нашел черного оборотня. Он сидел в светлой просторной зале, с расписанными стенами и лепными потолками. Одет он был в шелковый халат и накидку из черного, как воронье крыло, шелка. На голове – повязка из мягкой материи. Черные сапоги – из кожи молодого оленя. Приняв Сунь Укуна за настоятеля, волшебник поспешно одернул халат, поправил повязку на голове и пошел гостю навстречу.

И вот когда они уже обменялись приветствиями, прибежал страж-оборотень и закричал:

– Беда, повелитель! Сунь Укун убил вашего гонца, а сам под видом настоятеля явился сюда, чтобы завладеть рясой.

Черный оборотень понял, что перед ним вовсе не настоятель, а Сунь Укун, схватил копье и бросился на царя обезьян. Сунь Укун поднял свой посох, отбил удар, и оба они выскочили во двор. Тут между ними разгорелся жестокий бой.

Сражаясь, противники очутились на вершине горы, а оттуда взлетели за облака. Они переполошили туман и ветер, взметнули в воздух песок и камни. Уже красный диск солнца стал опускаться к западу, а все еще нельзя было сказать, на чьей стороне перевес.

Бой был в самом разгаре, когда оборотень вдруг обернулся ветром и скрылся в пещере.

Сунь Укуну ничего не оставалось, как вернуться в монастырь, к учителю.

Рассказав Сюаньцзану что да как, Сунь Укун промолвил:

– Вы, учитель, оставайтесь тут, а я отправлюсь к Южному морю, разыщу богиню Гуаньинь и спрошу у нее, как это она допускает, чтобы вблизи монастыря, воздвигнутого в ее честь, жил какой-то поганый оборотень.

Сунь Укун оседлал облако и вмиг очутился у Южного моря.

Тут глазам его предстала величественная картина:

Широк простор бескрайнего моря,

Вода вдали сливается с небом.

Весь мир окутан

сияньем, сулящим удачи.

Благодатная дымка

ниспала на горы и реки.

Гомон валов белоснежных

вздымался до самого синего неба.

Бессчетные пенные волны

взвивались, достигнув солнца в зените.

Вокруг разлетались влажные брызги,

Кипящие волны сшибались повсюду.

Летящие в разные стороны брызги,

как молнии, ярко сверкали.

Кипящие волны, что всюду сшибались,

подобно грому гремели.

Красоты вод восхвалять перестанем,

На прочие взглянем красоты природы!

Усыпала мгла предрассветная горы

бесценной казной самоцветов,

Покрыв краснотой, багрецом, желтизною,

зеленью, чернью, лазурью.

Мы видели сказочные, вне сравненья,

края Гуаньинь, богини;

Посмотрим теперь, каково благолепье

горы Лоцзяшань в Южном море!

Это волшебная местность.

Кряжи высоко-высоко взметнулись,

Гребнями небо пустое пронзая.

Там восхищает взоры

разных пестрых цветов изобилье,

Там растут прекрасные травы,

Ценные ветер деревья качает.

Золотые, под солнцем, лотосы блещут.

Кровля дворца Гуаньинь, богини,

сплошь в черепице глазурной.

Вымощен въезд к Чаоиньской пещере

панцирем черепашьим.

Стаи цветных попугаев болтают

в тени тополей зеленых.

В чаще бамбука багряной окраски

резко кричат павлины.

На полосатых каменных глыбах

Стоят величавые стражи Закона.

Перед агатовой отмелью гладкой

Мокша стоит, непреклонно-отважный.

Сунь Укун долго любовался открывшейся ему красотой, потом спустился на облаке вниз и очутился в бамбуковой роще.

Тут он предстал перед богиней и пожаловался ей на черного оборотня, который похитил драгоценную рясу.

– Ты сам во всем виноват, – отвечала богиня. – Нечего было хвалиться рясой, этой буддийской драгоценностью, перед простыми смертными, да еще вдобавок устраивать пожар.

Когда Сунь Укун понял, что богине все известно, он опустился на колени и стал взывать к ней:

– О милостивая богиня! Прости меня, грешного! Помоги отобрать у оборотня рясу. Не то учитель опять начнет читать заклинание, а у меня от него голова раскалывается.

– Хорошо, – промолвила богиня, – я помогу тебе одолеть оборотня и отобрать у него рясу.

Сказав так, богиня взошла на радужное облако, и вместе с Сунь Укуном они вмиг очутились у горы Черного ветра.

По дороге к пещере им повстречался даос, который нес блюдо, а на блюде – две пилюли бессмертия. Сунь Укун тотчас же взмахнул своим посохом и хватил даоса по голове. Тот испустил дух. Тогда Сунь Укун приподнял даоса, внимательно рассмотрел его самого, затем блюдо. Даос оказался простым волком, а на блюде была выгравирована надпись: «Сделал Лин Сюйцзы».

Сунь Укун расхохотался от радости и сказал богине:

– Есть у меня один план. Ты примешь облик Лин Сюйцзы, а я съем пилюлю, потом сам превращусь в пилюлю, только побольше, и лягу на блюдо рядом со второй пилюлей. Ты поднесешь это блюдо в подарок черному оборотню и предложишь ему съесть пилюлю побольше, то есть меня. А уж я, попав к нему в брюхо, знаю, что делать.

Богиня покачала головой, но делать нечего, пришлось ей превратиться в даоса-оборотня. Сунь Укун запрыгал от радости.

– Чудесно! Замечательно! – воскликнул он.

Как только богиня в облике Лин Сюйцзы появилась у входа в пещеру, стражи-оборотни помчались к своему повелителю и доложили, что прибыл даос.

Оборотень поспешил гостю навстречу. А дальше все шло согласно плану.

Богиня поднесла оборотню блюдо с пилюлями, предложила ему съесть ту, что побольше, Сунь Укун в брюхе у оборотня потянулся, и тот взвыл от боли. Тогда богиня приняла свой обычный вид и велела оборотню немедленно отдать рясу.

Тем временем Сунь Укун вышел наружу прямо через нос оборотня, а богиня быстро надела оборотню на голову волшебный обруч. Оборотень схватился было за копье, но богиня вместе с Сунь Укуном вознеслась ввысь и произнесла заклинание о сжатии обруча. В тот же миг оборотень почувствовал сильную боль в голове, выронил копье и стал кататься по земле.

– Ну что, отдашь ты теперь рясу или не отдашь? – спросила богиня.

– Отдам, – отвечал оборотень. – Только пощадите меня.

Черный оборотень оказался оборотнем Медведя. Он тотчас же принес драгоценную рясу, Сунь Укун взял ее и поспешил в монастырь, где оставил учителя.

О том, что случилось дальше, вы узнаете из следующей главы.


повествующая о том, как настоятель монастыря замыслил овладеть драгоценной рясой и как похитил ее дух горы Черного ветра | Сунь Укун — царь обезьян | повествующая о том, как в монастыре богини Гуаньинь Танский монах избежал опасности и как Сунь Укун усмирил оборотня в деревне Гаолаочжуан