home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



повествующая о том, как последователи ложного учения проявили свое могущество, чтобы унизить приверженцев истинного учения, и как хитроумная обезьяна, завладев талисманами, победила оборотней

Итак, Сунь Укун завладел тыквой-горлянкой, незаметно выбежал из пещеры, принял свой настоящий вид и стал кричать:

– Эй, вы, открывайте!

– Ты кто такой? И как смеешь шуметь здесь? – заорал Серебрянорогий.

– Доложи своему паршивому хозяину, что прибыл У Кунсунь, – ответил Великий Мудрец.

Услышав это, Серебрянорогий кинулся в пещеру.

– Почтенный господин! У ворот стоит какой-то У Кунсунь, – сказал он.

– Мудрый брат мой, – отвечал Золоторогий, – беда! Мы растревожили все гнездо Сунь Укуна. Ведь сам он связан, а теперь вдруг появился какой-то У Кунсунь. Не иначе как это родной брат обезьяны. Если у нее еще есть братья, они явятся сюда.

– Не волнуйтесь, мой повелитель, – отвечал на это Серебрянорогий. – Сейчас я выйду и поймаю его в свою тыкву.

С этими словами Серебрянорогий вышел из пещеры, не подозревая, что тыква у него в руках поддельная, а настоящая – у Сунь Укуна.

– Ну-ка, подойди поближе, – крикнул Серебрянорогий Сунь Укуну, – и скажи, осмелишься ты отозваться, если я тебя окликну?

– Разумеется, – смеясь, ответил Сунь Укун, – мне нечего бояться. А вот ты откликнешься, если я позову тебя?

– У меня есть волшебная тыква, в которую я заловлю кого угодно, – сказал тут оборотень. – Потому и спрашиваю. А у тебя что есть?

– И у меня есть тыква, – отвечал на это Сунь Укун.

– Ну-ка, дай я взгляну! – попросил оборотень.

– Гляди, мерзкая тварь, – сказал Сунь Укун, вытащил из рукава тыкву, повертел и снова спрятал, опасаясь, как бы оборотень не вырвал тыкву у него из рук.

Оборотень же, увидев тыкву, струсил. «Точь-в-точь такая, как у меня. А ведь даже на одном стебле не вырастут две одинаковые тыквы, – подумал он. – Откуда же он ее взял?»

И оборотень спросил:

– Ты где достал эту тыкву?

Сунь Укун не знал, что ответить, и в свою очередь спросил:

– А ты где?

Ничего не подозревая, оборотень подробно рассказал, откуда взялась эта тыква.

– При сотворении мира, – начал он, – когда после хаоса Земля была отделена от Неба, Яшмовый владыка научил богиню Нюйва плавить камни, чтобы она могла починить Небо. И вот, заделывая в Небе пролом, Нюйва увидела у подножия Куньлуньских гор вьющийся стебель, а на стебле тыкву из пурпурного золота. Эту тыкву и хранит по сей день святой Лаоцзюнь.

Выслушав его, Великий Мудрец сказал:

– И мою тыкву хранит Лаоцзюнь. Богиня Нюйва нашла не одну тыкву, а две, – соврал он, – одну – мужского начала, другую – женского. Тыква мужского начала попала ко мне, а женского – к тебе.

– Ладно, не все ли равно, которая из них мужского начала и которая женского, – сказал оборотень. – Сейчас испробуем обе. И ту, которая может изловить человека, будем считать настоящей.

– Согласен, – ответил Великий Мудрец. – Ты первый и произноси заклинание.

Оборотень очень обрадовался, подпрыгнул вверх и оттуда крикнул:

– У Кунсунь!

Великий Мудрец откликнулся раз, другой, третий, всего девять раз кряду, но продолжал оставаться на месте.

– О Небо! – вскричал оборотень, спустившись вниз. Он затопал ногами, стал бить себя в грудь и стенать. – Что истинно, то не меняется. Волшебный талисман и тот испугался мужского начала.

– Ну что же, – смеясь, сказал Сунь Укун. – Теперь моя очередь звать тебя!

Сказав так, Сунь Укун подпрыгнул вверх, перевернул тыкву вверх дном, горлышко направил на землю, где стоял оборотень, и крикнул:

– Серебрянорогий!

Оборотень откликнулся и тотчас же очутился в тыкве.

Тогда Сунь Укун спустился на облаке вниз и поспешил к Лотосовой пещере, чтобы спасти Танского монаха.

Как только он подошел к пещере, оборотни побежали к своему повелителю и сказали:

– О повелитель! Беда! У Кунсунь захватил в тыкву вашего младшего брата и явился к пещере!

Услышав это, Золоторогий до смерти напугался, стал кататься по земле и причитать:

– Мудрый брат мой! Мы самовольно покинули Небо, чтобы насладиться жизнью на Земле. Кто мог подумать, что этот монах погубит тебя?

Тут все оборотни разом заголосили, вторя своему господину.

Золоторогий между тем успокоился и спросил:

– Есть у нас еще талисманы?

– Есть, – ответили оборотни. – Семизвездный меч, банановый веер и нефритовый кувшин.

– Кувшин не годится, – сказал Золоторогий. – Сунь Укун знает его секрет и не откликнется на зов. Несите мне поскорее меч и веер.

Когда оба талисмана были принесены, Золоторогий взял веер, заткнул его за ворот, меч зажал в руке, выстроил в ряд всех оборотней – их было три сотни с лишним – и каждому из них приказал взять пику, или палицу, или веревку, или меч. Сам Золоторогий надел шлем и кольчугу, а поверх – пурпурного цвета халат.

Великий Мудрец крепко-накрепко привязал к поясу тыкву и, держа наготове посох, тоже приготовился к бою. Вскоре из пещеры вышел Золоторогий, неся в руке развевающееся знамя. За ним следовали воины-оборотни.

После словесной перепалки противники вступили в бой.

Они схватывались уже раз двадцать, но так и нельзя было сказать, на чьей стороне перевес. Тогда оборотень, указывая мечом на противника, крикнул:

– Ну, детки, вперед!

Оборотни ринулись на Сунь Укуна, однако он ничуть не испугался, а храбро орудовал своим посохом, разя врагов направо и налево, и отражал удары, которые сыпались на него со всех сторон. Мало-помалу оборотни начали побеждать. Тогда Великий Мудрец выдернул у себя клок шерсти, произнес заклинание, и в тот же момент появились тысячи Сунь Укунов.

Одни из них принялись орудовать посохом, другие – кулаками, третьи, самые маленькие, прокусывали у оборотней жилы. Такого натиска оборотни не выдержали и разбежались в разные стороны, покинув своего повелителя на произвол судьбы.

Тут Золоторогий вытащил из-за ворота веер, с треском его раскрыл, и в тот же миг всю землю объяло пламя; он еще несколько раз взмахнул веером, и огонь охватил все небо.

– Плохо дело! – воскликнул Великий Мудрец. – Сам-то я еще выдержу, а вот шерстинки мои мигом сгорят.

Сунь Укун встряхнулся, произнес заклинание, и выдернутый клок шерсти вернулся на место. Тогда он произнес еще одно заклинание, спасающее от огня, и устремился к пещере, где все еще томился Танский монах. Достигнув пещеры, он спустился на облаке вниз и увидал множество оборотней, которые валялись на земле с проломленным черепом, перебитыми ногами, изуродованные, искалеченные. Они вопили, взывая о помощи. Сунь Укун добил их и, яростно размахивая посохом, ворвался в пещеру. Но и там полыхало пламя.

– Все кончено! – вскричал Великий Мудрец. – Огонь проник в пещеру. Теперь мне уже не спасти учителя!

Однако, осмотревшись, Сунь Укун вдруг обнаружил, что это не огонь, а золотое сияние, и успокоился. Оказалось, что сияние это излучает волшебный кувшин из белоснежного нефрита. Тот самый кувшин, который он похитил у оборотня, а оборотень его потом отобрал у него, Сунь Укуна.

Сунь Укун схватил кувшин и, забыв об учителе, бросился к выходу. Но не успел он выйти из ворот, как увидел Золоторогого, который с мечом и веером приближался к пещере с южной стороны. Сунь Укун хотел улизнуть, но Золоторогий взмахнул мечом и ударил его. Тут Великий Мудрец подпрыгнул вверх и исчез.

Тем временем Золоторогий подошел к пещере и увидел валявшихся на земле мертвых оборотней.

Громко плача, он поплелся в пещеру, поставил свой меч, сунул за ворот веер и погрузился в глубокий сон.

Однако вернемся к Великому Мудрецу. Вскочив на облако, он долго размышлял, как бы ему спасти учителя, потом крепко-накрепко привязал к поясу кувшин и направился снова к пещере – разведать, что там творится. Ворота были распахнуты настежь, кругом стояла мертвая тишина. Осторожно ступая, Сунь Укун вошел внутрь и вдруг увидел Золоторогого, который громко храпел. Из-за ворота у него торчал банановый веер, рядом стоял семизвездный меч. Сунь Укун подкрался к оборотню, осторожно вытащил у него из-за ворота веер, но, как назло, ручка зацепилась за волосы Золоторогого, и он тут же проснулся. Увидев, что Сунь Укун уносит его драгоценность – банановый веер, оборотень схватил меч и бросился за ним вдогонку. Но Сунь Укун успел выбежать из пещеры, заткнул веер за пояс и, размахивая своим посохом, приготовился к бою.

Раз сорок схватывались противники. Уже близился вечер. Наконец оборотень обессилел и бросился бежать на юго-запад, к пещере Поверженного дракона.

Тем временем Великий Мудрец спустился на облаке вниз, вбежал в Лотосовую пещеру и освободил Танского монаха, Чжу Бацзе и Шасэна.

Радуясь благополучному исходу, они разыскали в пещере рис, муку, овощи, разожгли очаг, приготовили постной пищи и досыта наелись, после чего легли спать, и ночь прошла без особых происшествий.

Между тем Золоторогий прибыл на гору Поверженного дракона, собрал всех оборотней-служанок и рассказал им о том, что произошло.

– У меня еще остался один талисман, семизвездный меч, – промолвил оборотень. – Сейчас мы позовем на помощь всех родичей, которые живут за горой Поверженного дракона, и отомстим Сунь Укуну.

В это время доложили, что прибыл с отрядом дядя Золоторогого, младший брат его матери, Ху Аци. Как только дозорные сообщили ему, что Сунь Укун убил его сестру, украл талисманы и теперь ведет бой за гору Ровная Верхушка, он поспешил на помощь. Но прежде решил побывать в пещере Поверженного дракона и разузнать, что произошло.

Золоторогий облачился в траурное одеяние и, низко кланяясь, вышел навстречу родственнику. Увидев Золоторогого в траурном одеянии, Ху Аци не выдержал и заплакал. Вслед за ним заплакал и Золоторогий.

Узнав подробно, что произошло, Ху Аци приказал племяннику снять траурное платье, надеть боевые доспехи и собрать отряд из оборотней-женщин. Золоторогий сделал все, как велел дядюшка, после чего оба они, оседлав облака, помчались на северо-восток.

Как раз в это время Великий Мудрец велел Шасэну приготовить еду, чтобы подкрепиться и тронуться в путь. Вдруг они услышали вой ветра, вышли из пещеры и увидели отряд оборотней, мчавшийся прямо к ним.

Великий Мудрец крепко привязал к поясу тыкву и кувшин, спрятал в рукав золотой шнур, веер заткнул за ворот. Шасэну он приказал оставаться с учителем, Чжу Бацзе велел вооружиться вилами, сам взял посох, и вместе с Чжу Бацзе они вышли навстречу противнику.

Ху Аци выстроил свой отряд и тоже приготовился к бою. Бились они долго. То отступали, то наступали. Наконец Ху Аци обессилел и бежал с поля боя. Сунь Укун бросился за ним вдогонку, но путь ему преградил Золоторогий, и Сунь Укун с ним вступил в бой. Вскоре Ху Аци вернулся и снова ринулся в атаку.

Между тем Сюаньцзан, слышавший шум и крики, велел Шасэну выйти из пещеры и разузнать, в чем дело.

Шасэн взял посох, выскочил наружу и с боевым кличем ринулся на духов, вмиг разогнав их. Тут Ху Аци понял, что дело плохо, и бросился бежать. Но его настиг Чжу Бацзе и нанес ему такой удар, что у оборотня из всех отверстий хлынула кровь. Чжу Бацзе оттащил убитого в сторону, и когда снял с него одежду, то оказалось, что это оборотень лисицы.

Увидев, что дядя убит, Золоторогий оставил Сунь Укуна и, взмахнув своим мечом, бросился на Чжу Бацзе. И вот в самый разгар боя появился Шасэн и ударил Золоторогого своим посохом. Не выдержав такого натиска, оборотень взмыл в небо, сел на облако и исчез в южном направлении. Чжу Бацзе и Шасэн пустились за ним вдогонку.

Великий Мудрец тоже поднялся в облака, взял нефритовый кувшин, направил его на оборотня и крикнул:

– Золоторогий!

Ничего не подозревая, Золоторогий подумал, что это кто-то из подчиненных зовет его на помощь, и тотчас же откликнулся на зов. В тот же миг он очутился в кувшине. Тут Сунь Укун заметил, что на земле лежит семизвездный меч, и бережно его поднял.

После этого они втроем вернулись в пещеру, где их дожидался Танский монах, и обратились к нему с такими словами:

– Учитель, теперь в горах нет больше нечистой силы, и мы можем продолжить наш путь.

Они поели, собрали свои пожитки и двинулись дальше на Запад.

Вдруг на дороге появился слепой старец, подошел к ним и обратился к Сюаньцзану:

– Куда путь держишь, монах? Ты взял мои волшебные талисманы! Верни их мне!

Сунь Укун внимательно присмотрелся к старцу и признал в нем святого старца Лаоцзюня. Тогда он выступил вперед, несколько раз поклонился и спросил:

– Почтенный старец, куда путь держите?

Тут старец вознесся на девятое Небо, в Яшмовые чертоги, и воссел на трон.

– Сунь Укун, верни мои волшебные талисманы! – приказал он. – Тыкву, кувшин, меч и шнур. В тыкве я хранил снадобье бессмертия, в кувшине – воду, мечом пользовался при переплавке оборотней, веером поднимал огонь, а шнур служил мне поясом. Эти талисманы у меня украли духи. Один из них прислуживал у моей золотой печи, другой – у серебряной. Они сбежали на Землю, и лишь с твоей помощью я узнал, где они находятся.

– А ты, почтеннейший, распустил своих слуг. И за это тебя следовало бы наказать, – сказал Сунь Укун.

– Я тут ни при чем, – отвечал старец. – Это богиня с Южного моря трижды просила меня отдать ей на время моих отроков, чтобы послать их на Землю, превратить в оборотней и с их помощью испытать вас.

– А богиня, я смотрю, вероломна, – произнес Сунь Укун. – Когда я сказал ей, что путь в Индию опасный и трудный, она обещала приходить нам на помощь. А вместо этого подсылает всякую нечисть. Может быть, это и нехорошо с моей стороны, но за это я желаю ей всю жизнь просидеть без мужа!

Сунь Укун отдал святому старцу талисманы, тот не мешкая открыл тыкву и кувшин, и оттуда появились два отрока, золотой и серебряный, один встал по левую сторону от старца, другой – по правую. Тотчас же все вокруг озарилось золотым сиянием.

Вместе с Лаоцзюнем отроки поднялись на Небо во дворец Тушита.

Если хотите узнать о том, как паломники продолжали свой путь, прочтите следующую главу.


повествующая о том, как повелитель демонов пускался на всякие хитрости и все же не достиг цели и как Великому Мудрецу удалось заполучить талисманы | Сунь Укун — царь обезьян | повествующая о том, как хитроумная обезьяна подчинила себе все существа и как из открытых дверей она любовалась яркой луной