home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



* * *

В салоне галиота за дубовым столом, наглухо привинченным к полу, уютно расположились знаменитые капитаны.

Из огромной трубы старинного граммофона бурно вырывались звуки скрипок, гобоев, виолончелей, фаготов и контрабасов. Грохотал турецкий барабан, и неистово звенели музыкальные тарелки, как будто бы гром и молния яростно ринулись с небес на землю. Всю эту беспокойную симфонию перекрывал могучий голос певца, в котором чувствовалась бесконечная скорбь и отчаяние.

Нельзя сказать, что все капитаны с одинаковым интересом слушали музыку и пение. Тартарен с завидным аппетитом похрустывал ванильными сухариками, запивая их черным кофе, иногда вздрагивая от неожиданного удара в барабан.

Робинзон Крузо, вооружившись иглой и суровыми нитками, ставил заплату на свой кафтан из козьей шкуры. Лемюэль Гулливер склонился над географической картой. Мюнхаузен с недовольным лицом раскладывал карточный пасьянс под кодовым названием «Могила Наполеона». Этот пасьянс вошел в моду после сокрушительного поражения Бонапарта в битве при Ватерлоо.

Артур Грэй стоял у иллюминатора, задумчиво поглядывая на Мексиканский залив. И, пожалуй, только один капитан Немо, закрыв глаза, с наслаждением слушал симфонический оркестр и чудесного певца.

В салон вошел капитан корвета «Коршун». Видимо, он продрог, так как сразу же приложил ладони к кофейнику, то ли согреть руки, то ли проверить – горячий ли кофе?..

Клуб знаменитых капитанов. Книга 2

– Что это вы слушаете, друзья? – спросил он, бросив взгляд на граммофон.

– Оперу Рихарда Вагнера «Летучий голландец», – ответил Артур Грэй и, подойдя к граммофону, аккуратно снял мембрану, так как уже прозвучали финальные аккорды и раздалось шипение.

Капитан Немо открыл глаза и в глубоком раздумье тихо сказал:

– «Летучий голландец»?.. Корабль-призрак?.. Плавающая легенда…

Какой моряк не задумывался об этом загадочном судне! Существовало ли оно? Видел ли его кто-нибудь? Когда? Где? В туманах ли Лабрадорского течения, огибающего остров Ньюфаундленд, в высоких широтах Атлантики? То ли у зловещего мыса Бурь на южной оконечности Африки – у кладбища кораблей, как бы в насмешку нареченного королем Португалии – Жуаном Первым – мысом Доброй Надежды? То ли внезапно мелькнувшего среди айсбергов, подобно обледеневшему призраку с мерцающим огоньком на клотике грот-мачты? То ли его видели в Саргассовом море, где «Летучий голландец» был похож на чудовище, обросшее морскими водорослями. Корабль годами бесцельно кружил по замкнутому течению, пока ураган не вырывал его из объятий этого гигантского водоворота…

Раздумья капитанов были прерваны возгласом Робинзона Крузо:

– А что все-таки известно об этом корабле, кроме легенды?

– О нем написано немало книг. Могу вам напомнить, – задумчиво протянул Артур Грэй. – «Летучий голландец» Альберта Эмиля Брахфогеля, «Призрачный корабль» Фредерика Марриэта, «История о корабле-призраке» Гауффа, «Сказки придорожного кабачка» Лонгфелло, «Голландский корабль» Расселя, «Баллада семи морей» Киплинга…

– Но это же все плоды фантазии писателей и поэтов, – поморщился Немо. – А есть ли какие-нибудь… Ну, хотя бы в какой-то мере достоверные сведения?

– Достопочтенные капитаны, я могу вам дать справку – сказал Лемюэль Гулливер. – Одно из самых уважаемых пароходных страховых обществ в Англии «Ллойд», да не только в Англии, но и во всем мире, зарегистрировало 1828 официальных рапортов о встрече с «Летучим голландцем»!

– Неужели? – удивился Тартарен. – Не может быть!..

– За какой же срок? – деловито справился Робинзон Крузо.

– Всего за два года. С 1891 года по 1893 год!

– Это корабли-призраки, брошенные капитаном и матросами по самым разным причинам на произвол судьбы, а точнее – на волю ветров, течений, туманов и штормов, – улыбаясь, сказал Артур Грэй, наливая себе кофе. – Но это еще не встречи с «Летучим голландцем»!

– Вы так говорите, как будто что-то знаете, – заносчиво произнес Мюнхаузен. – Таинственные усмешки… Глаза как у египетского сфинкса… Я, конечно, понимаю, мы на борту вашего галиота «Секрет», но вряд ли это должно означать, что вы…

– Если вам что-то известно, говорите! – перебил Тартарен. – Я настаиваю. Здесь, в кают-компании, только друзья!

– Должен вас разочаровать… О «Летучем голландце» я знаю столько же… сколько и вы. Может быть, немножечко больше.

– Не стоит спорить, мои достоуважаемые коллеги, – добродушно протянул Лемюэль Гулливер. – Давайте-ка заглянем в морской словарь…

– Ну, вряд ли там мы найдем сведения о «Летучем голландце», – скептически перебил Артур Грэй. – Другое дело… такие слова, как бриг, шхуна, подводная лодка, якорь, такелаж, батискаф…

– Есть! – громко воскликнул Гулливер, держа в руках объемистую книгу. – Вот… слушайте… «Летучий голландец» – старинная легенда, согласно которой капитан голландского судна Ван Страатен был осужден за смертные грехи на вечное скитание по морям, никогда не приставая к берегу. В костюме семнадцатого века Летучий Голландец, прислоняясь к мачте своего судна, носится по морям, причем встреча с ним предвещает гибель морякам». Все! – добавил Гулливер и аккуратно поставил морской словарь в книжный шкаф.

– Немного, конечно, – с усмешкой заметил капитан корвета «Коршун». – Не говоря уже о том, что все это… не более как предрассудки и суеверия. Человечество за несколько тысяч лет накопило их в большом количестве.

– Действительно, их такое множество, – вмешался в разговор Мюнхаузен, – что они еле-еле уместились в энциклопедию предрассудков!

Тартарен недоверчиво насторожился. Робинзон Крузо и Лемюэль Гулливер обменялись красноречивыми улыбками. Капитан корвета «Коршун» смущенно опустил глаза – он всегда ощущал стыд, если кто-нибудь рассказывал небылицы или привирал в его присутствии. Пожалуй, единственный из капитанов, кто отнесся серьезно к сенсационному сообщению Мюнхаузена, был Артур Грэй.

– Неужели есть энциклопедия предрассудков? – спросил он, глядя прямо в глаза Карла Фридриха Иеронима.

– Представьте себе – имеется! – не моргнув, выпалил поборник истины. – В десяти томах! Можете приобрести в книжных магазинах Мюнхена.

– Откуда вам это известно? – допытывался Артур Грэй.

– Я читал заметку об этом в журнале «Новое время» на немецком языке. Это мой родной язык, хотя я блестяще владею русским… Я изучил его, путешествуя по России. Свободно говорю по-французски, читаю по-испански, пишу по-арабски, пою по-итальянски, изъясняюсь на языке хинди, знаю латынь, немножко по-гречески… К примеру говоря, возьмем такое слово, как Антарктида… В переводе с греческого оно означает – напротив севера!.. Но я, кажется, несколько уклонился от курса? О чем у нас шел разговор?

– О предрассудках и суевериях, – напомнил капитан Немо. – Кто же в наше время верит в это?!

– Представьте себе, есть еще такие люди, и их немало на нашей планете, – заметил Артур Грэй. – В Италии, неподалеку от города Авеллино, в горной пещере, под охраной сторожевых псов, собрались на конференцию знаменитые итальянские ведьмы и колдуны. Президент итальянского союза ведьм Антонио Баттиста должен был утвердить программу действий на будущее. Об этом было напечатано в газете. А совсем недавно в одном солидном журнале была помещена такая заметка: «Некто Алекс – король нечистой силы на Британских островах заявил, что в Англии проживает около сорока тысяч ведьм и колдунов. По его словам, один или два колдуна заседают даже в парламенте».

Это сообщение капитана галиота «Секрет» вызвало веселое оживление в салоне.

– И это не только в Англии, друзья, – продолжил Артур Грэй. – В штате Флорида находится штаб-квартира национальной ассоциации спиритов Соединенных Штатов.

– Чем же они занимаются? – удивился Лемюэль Гулливер.

– Престарелые ясновидцы, за деньги, конечно, устраивают своим клиентам встречи с духами умерших родных и знакомых. А за более высокую плату вы можете «поговорить» с Нероном, Генрихом Гейне, с Бисмарком… Одним словом, с кем вам будет угодно. И все это – на пороге двадцать первого века.

– Такие встречи весьма сомнительны, – заметил Тартарен. – Но некоторые факты все-таки меня смущают… Хотя я человек не суеверный, но позвольте рассказать вам одну прелюбопытнейшую историю…

С этими словами гроза берберийских львов и покоритель Альп даже поднялся с кресла, хотя он не любил этого делать, особенно, если кресло было мягкое…

– Хотите вы этого или не хотите, но случилось так, что строительство одного корабля на ливерпульской верфи началось в пятницу. Бутылка шампанского – по традиции – была разбита в день спуска корабля со стапелей. Это было тоже в пятницу! Фамилия капитана была Фрайди, в переводе с английского означает – пятница. И корабль ушел в плавание – в пятницу!

– Ну и что? – усмехнулся Артур Грэй.

– Что? А вот что: это судно вместе с экипажем бесследно исчезло в море!

Полюбовавшись эффектом, который произвел его рассказ, Тартарен, чувствуя себя победителем в споре, с подчеркнутой любезностью обратился к капитану галиота «Секрет»:

– Налейте мне, пожалуйста, чашечку кофе. Вы ближе к кофейнику… Вас не затруднит? – улыбнулся тарасконец, придвигая к себе плетеную сухарницу с ванильными сухарями.

Артур Грэй молча налил кофе. Тартарен, безмятежно похрустывая сухариками, так и не дождавшись внятного ответа на свое сообщение о «черной пятнице», не выдержал:

– Что же вы молчите, капитан? Ведь я вам рассказал не легенду и не сказку. Тартарен оперирует фактами. И только фактами!..

– По-моему, это случайное совпадение. Не больше. Вам не повредят сухарики?.. – с улыбкой заметил капитан корвета «Коршун».

– Не беспокойтесь, – сухо произнес тарасконец. – Я тоже скептически отношусь ко всякого рода суевериям и предрассудкам, но совершенно согласен с Шекспиром. Вы, конечно, помните слова самого Гамлета из великой трагедии о принце Датском: «Есть многое на свете, друг Гораций, что и не снилось нашим мудрецам!»

– Глубокая мысль… – задумчиво добавил капитан Немо.

Артур Грэй подошел к любимцу Тараскона и по-дружески обнял неугомонного толстяка.

– Я питаю надежду, дорогой Тартарен, что наш спор может решить только океан.

– В каком смысле?

– Встречи с кораблями-призраками, а возможно… и с самим «Летучим голландцем»!

– Вы надеетесь, капитан Грэй? – порывисто спросил охотник за фуражками. У него даже загорелись глаза.

– Не будем гадать, мой друг. Кто знает, что его ожидает в будущем? Какие встречи могут быть в пути? Особенно – в океане!

– Предвидеть трудно, конечно… Угадать невозможно!.. – задумчиво процедил Мюнхаузен, тасуя карты, а затем вытащил одну из колоды – на счастье, бросил ее рубашкой на дубовый стол. – Тройка! – Еще одна карта полетела на стол. – Семерка!..

Последним лег туз.

– Это – судьба!.. – всплеснул руками изумленный капитан корвета. – Те самые три карты! Старая графиня из повести Пушкина назвала их Герману. На счастье в игре!..

– Мюнхаузен, я вас поздравляю! – восторженно крикнул Тартарен. – Это неспроста. Капитаны, сегодня ночью нас ожидают удачи!

– А не поехать ли в Монте-Карло? Сыграть в рулетку?.. – азартно спросил барон, блеснув глазами.

– Вы с ума сошли. Там с вас снимут штаны, – зашипел на него тарасконец. – Камзол! Лакированные ботфорты с серебряными шпорами! Последнюю рубашку… Все! Все – до нитки!

Карл Фридрих Иероним лихо прищелкнул каблуками. Зазвенели шпоры. И седой фантазер азартно пропел первые слова знаменитой арии Германа из «Пиковой дамы»: «Что наша жизнь, игра!..»

– Вы еще поете, – раздраженно проворчал Тартарен. – Как вы можете? Я лично не желаю больше находиться в неведении!

Толстяк вскочил из-за стола и довольно резко обратился к капитану галиота «Секрет»:

– Мсье Артур Грэй! Будьте любезны… Я настаиваю… Вы скажете наконец, зачем мы плывем в Торонто? Для чего? Какова цель? Я жду ответа. Надеюсь, что не только я! – закончил свою тираду гроза львов, сделав широкий жест в сторону своих друзей по кают-компании.

– На этот раз я полностью согласен с Тартареном, – горячо поддержал тарасконца Мюнхаузен. – Действительно, что нас ожидает на берегу озера Онтарио? Уж не хотите ли вы показать нам Ниагарский водопад? Ну, это было бы просто смешно. Я категорически…

Артур Грэй оборвал его суровым возгласом:

– Вы мне не доверяете, капитаны?

– Это оскорбительный для нас всех вопрос! – воскликнул Тартарен с пылкостью истинного уроженца солнечного Прованса.

– В таком случае, друзья, я, капитан галиота «Секрет» из феерии «Алые паруса» Александра Грина, – торжественно сказал он, – могу сообщить только одно: на берегу озера Онтарио – в канадском порту Торонто вас ожидает…

– Что нас ожидает? – нетерпеливо перебил его поборник истины.

– Необычайный сюрприз! Поверьте мне, капитаны, – добавил Артур Грэй с многообещающей улыбкой.

– Опять таинственная улыбка… – сердито пробурчал Мюнхаузен и, нервно смешав карты, торопливо подошел к иллюминатору, мимолетно взглянул на море и довольно резко обратился к капитану галиота: – Вам должно быть хорошо известно, что я никогда не терял ни одной секунды. Я путешествовал, скитался, бродил, скакал, летал, плавал, нырял… И всегда знал цель! Куда? Зачем? Почему? И во имя чего я стремлюсь! Меня удивляет ваша позиция, капитан Грэй. Если нас в Канаде ожидает сюрприз, то скажите – какой?

– Я бы от вас не утаивал… Но в данном случае… еще не вполне уверен. А вдруг этот сюрприз – газетная утка? Мне не хотелось бы вас разочаровывать.

– А стоит ли тогда держать курс на порт Торонто? – благоразумно заметил Лемюэль Гулливер.

– Что я слышу?.. Разве в своих путешествиях вы надеялись приехать в страну лилипутов, великанов?.. Или же думали попасть на летучий остров Лапуту? Разве вы знали, что есть страна гуингнимов?.. Путешествия и дальние плавания тем и замечательны, что таят в себе много неожиданностей и самых удивительных сюрпризов.

– Пожалуй, вы правы, капитан Грэй… – поддержал его Мюнхаузен. – Я вспоминаю один рейс на моем бриге «Леденец». В тумане он был разрублен пополам каким-то мощным ледоколом… Ну, совсем как знаменитый конь из моей истории, описанной Эрихом Распэ. И, представьте себе, нос отправился на вест, а корма – на ост. К счастью, на бриге были две пушки. На баке и на юте. И я носился на ядрах взад и вперед, чтобы поднять дух у команды и управлять обеими частями разрубленного судна. Это был единственный случай в истории мореплавания!..

В салоне раздался смех.

– Вы напрасно смеетесь друзья, – со всей серьезностью сказал капитан корвета. – В старом морском журнале описан случай с немецким парусником «Траве». Его разрезал пополам пассажирский лайнер. Однако нос и корма остались на плаву. Носовая часть дрейфовала на норд. И моряки видели ее у северо-восточного побережья Америки. А кормовая часть была унесена течением на зюйд. Так что сегодня Мюнхаузен сильно приблизился к истине.

– Как это сегодня? – возмутился Карл. – Да я за двести пятьдесят лет, если вы желаете знать, ни разу не уклонился от фактов. Меня можно упрекнуть только как фантазера. Пожалуйста… Но фантазия – это истина будущего!

– Великолепно сказано! – восхищенно воскликнул Робинзон Крузо. – Золотые слова!

С палубы донесся бой склянок. Лемюэль Гулливер сверил время, взглянув на свой брегет.

– Пора сменить Дика Сэнда на вахте, – сказал Артур Грэй. – Как будто ваша очередь, капитан корвета «Коршун»?

Василий Федорович кивнул и молча покинул кают-компанию.

Гулливер, положив брегет на карту, взял в руки карандаш.

– Где же мы сейчас, капитан Гулливер? – спросил Немо, придвигаясь поближе к огромной географической карте, занявшей добрую половину дубового стола. Немо, Тартарен и Мюнхаузен склонились над ней.

– Уже позади Карибское море… Прошли в Мексиканском заливе географическую линию «Северный тропик», – говорил Гулливер, отмечая на карте курс галиота «Секрет». – Взгляните… Эта воображаемая линия точно расположена на северной широте в 23 градуса и 30 минут. Она пересекает пустыню Сахару… Нил… Красное море… Аравию… проходит севернее Калькутты… через остров Тайвань… Гавайские острова… Калифорнию в южной оконечности… Мексику… и снова смыкается в Мексиканском заливе, который мы оставили далеко за кормой…

– Сейчас мы в Саргассовом море, – заключил Артур Грэй. – Его еще называют Морем Водорослей.

В салон быстро вошел Дик Сэнд, поеживаясь и потирая руки:

– Не найдется ли кружечка горячего кофе?

– Садитесь, Дик, – приветливо встретил его Тартарен, наливая кофе пятнадцатилетнему капитану.

Прихлебывая кофе, Дик весело заговорил:

– А я-то думал, по молодости лет, что вы здесь ведете научные споры, а оказывается… вы говорили о суевериях, предрассудках и о всяких сомнительных морских легендах…

– Откуда вам это известно, юноша? – удивился Робинзон Крузо. – Вы же стояли на вахте.

– Мне сказал капитан корвета. Могу вас заверить, друзья, во время моей вахты я видел играющих дельфинов, голубую акулу со свитой лоцманов, множество летучих рыб, за которыми гнались тупорылые тунцы, – и ни одного «Летучего голландца»! – звонко рассмеялся Дик.

Не обращая внимания на веселое оживление, которое внес Дик Сэнд в кают-компанию, Лемюэль Гулливер, склонившись над картой, прокладывал курс, аккуратно вычерчивая красным карандашом линию по голубому полю Саргассова моря…


В ПОГОНЕ ЗА «СИНЕЙ ПТИЦЕЙ Девятая клеенчатая тетрадь | Клуб знаменитых капитанов. Книга 2 | * * *