home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



35

Час пик в Лос-Анджелесе в пятницу после обеда – это репетиция чистилища. Тим увяз в пробке по пути в Университет физической культуры. Он остановился у дома Эрики Хайнрих – подружки Баурика – и заглянул в окно, но дома никого не было.

Рано или поздно Баурик обязательно здесь появится.

Его мобильник завибрировал, и, благодарный за напоминание, он вытащил его из кармана и выкинул в окно. Телефон ударился об асфальт и превратился в горсть осколков.

Тим дал Медведю номер этого мобильника и не очень хотел, чтобы его вычислили по сигналу сотовой сети. С этого момента он будет использовать второй мобильный, номер которого был известен только Аисту, но тот, скорее всего, сейчас прятался под кроватью, а Роберт и Митчелл наверняка понятия не имели о технологии отслеживания сотовых.

Тим еще раз позвонил братьям, но у обоих – намеренно или случайно – телефоны были отключены; сразу же срабатывала голосовая почта. Тим поднапрягся, пытаясь придумать подходящий способ отслеживания телефонных звонков, которым мог воспользоваться, несмотря на ограниченный доступ к ресурсам. Он не знал, как это сделать без прямого доступа к сети и команды, которая будет прочесывать квартал за кварталом с ручными устройствами отслеживания.

Ему пришло в голову, что Мастерсоны, должно быть, держат телефоны выключенными, потому что возятся с электронной взрывчаткой, делают бомбы. К тому же, где бы они ни жили, это наверняка было далеко от Хэнкок-Парка, где обитал Рейнер, раз им понадобился телефонный справочник, чтобы найти магазин спиртного.

Когда Тим направился к стадиону, было почти 18:45, и он боялся, что мог пропустить тренировку Делроя Джоунса. Но вскоре он заметил одинокую фигуру в красно-желтой нейлоновой рубашке, которая носилась по крутым проходам стадиона. Вниз по одному проходу, вверх по следующему и так по кругу.

Тим вынул из вещмешка бутылку лимонада и сел на верхних ступеньках, глядя, как Делрой орошает потом свой путь к нему. Тим сделал большой глоток; Делрой добежал до вершины, окинул его хмурым взглядом и побежал по проходу прямо перед ним.

– Делрой Джоунс?

Делрой не сбавил хода:

– Кого это волнует?

Когда он прогрохотал вниз по следующему пролету, Тим спокойно поднялся, прошел несколько метров в сторону, и стал ждать его возвращения. Когда Делрой снова добрался до верха, он дышал тяжелее.

– Что скажет твой тренер, если узнает, что ты стоял на стреме при ограблении?

– Мне было двенадцать лет. Придумай что-нибудь получше, – Делрой побежал вниз по лестнице. Тим прошел еще несколько метров, поставил у ног бутылку лимонада и сел.

– Я знаю, что Ритм давил на тебя, чтобы ты начал торговлю в колледже. Здесь много богатых ребят, много развлечений. У нас есть снимки, где вы двое вместе, и мы можем передать их твоему тренеру.

Делрой добежал до середины прохода и остановился, не оборачиваясь. Затем вернулся, смахивая пот со лба.

– Кто ты такой черт возьми?

– Я пытаюсь защитить твоего двоюродного брата.

– А я белый экстремист. Приятно познакомиться.

Тим протянул ему бутылку лимонада, которую Делрой проигнорировал.

– Ритм Джоунс. Где я могу его найти?

– Он больше не Ритм, называет себя Джей-Смуф.

– Наверное, ему трудно объяснять татуировку «Ритм» у себя на груди? Послушай, Делрой, тебе придется мне ответить. Без фальшивых имен и выдуманных зацепок. На твоего брата есть заказ, и время подходит. Ты мне поможешь, потому что хочешь спасти его жизнь и потому что, если ты этого не сделаешь, я сброшу информацию в редакцию «Дейли Троян» и раздам ваши с Ритмом фотографии на факультете и в офисе финансовой помощи. Твое лицо рядом с печально известной физиономией Ритма. Каков твой ответ?

Глаза Делроя нервно забегали:

– Послушай, коп, я пытаюсь тренироваться, ни в чьи дела не лезу. Почему бы тебе не отвалить? Я не наводчик. Черт, все меня отвлекают, спрашивают… – он оборвал себя, но Тим был начеку.

– Кто еще?

Реакция Тима вызвала нервный спазм на лице Делроя:

– Черт, парень, я думал, это просто какие-то клиенты в поисках дряни. Ты думаешь, эти парни его пришьют?

– Ты дал им адрес?

Делрой неловко вздохнул, потом отступил назад и задрал рубашку, словно собираясь показать револьвер, заткнутый за пояс. Широкие багровые синяки расплылись у него на ребрах с левой стороны – по всей вероятности, следы ботинок.

– Эти уроды мне выбора не оставили.


Тим гнал машину по улицам Саут-Централ. Затем повернул направо и сбросил скорость до минимума, считая дома. Место, где прятался Ритм, скрывала оштукатуренная стена, единственная во всем квартале. Тим припарковался выше по улице и прошел обратно, натягивая на руки свои перчатки с грузом. Деревянные ворота были открыты.

Входная дверь оказалась незапертой. Тим увидел лежащую на полу руку. Он вытащил пистолет из кобуры, затворил за собой ворота, чтобы перекрыть вид с улицы, и вошел в дом. Он двигался вдоль стены, вытянув пистолет и сдвинув локти. Рука принадлежала тучному телу. Он предположил, что это Ритм. Труп лежал ничком, приподнимаясь на внушительном животе; большая часть головы была отстрелена. Все говорило о том, что стреляли в упор.

Наверное, Роберт и Митчелл получили удовольствие, завалив сексуального маньяка, – такого же, как тот, что убил Бет Энн. Должно быть, это разожгло их аппетит.

В глубине комнаты лежало белое тело, тоже лицом вниз, без видимых признаков насилия. Тим перевернул уже застывающее тело носком ботинка и заметил два пулевых отверстия, оба высоко на грудной клетке. Еще одно тело лежало в коридоре; два выстрела в спину – один между лопатками, другой в почку. Тощий чернокожий подросток не старше двадцати лет.

Тим на всякий случай пробежался по остальной части дома. В задней комнате складной стол с весами и парой доз. Сбитая камера на штативе в дальнем углу. Зеркало с мутным стеклом в безвкусной золотой раме. Три крепких засова на задней двери.

Четвертый труп лежал распростертым на кухонном линолеуме. Белый, грудь вскрыта выстрелом большого калибра. Крепкое тело, куча татуировок, сильные мышцы на сильном торсе. Охранник, судя по виду. Рядом лежал автомат Калашникова, лямка все еще висела у него на шее. В одной руке зажат пикающий телефон, черный провод обернут вокруг предплечья.

Стоя над телом, Тим прикрыл один глаз и сквозь пулевое отверстие в стекле, взглянул на обгоревший многоквартирный дом за обширной лужайкой и пустырем на заднем дворе. Впечатляющий выстрел. У Роберта, скорее всего, была снайперская винтовка полицейской модели.

Тим вернулся в гостиную и осмотрел упавшую камеру. Пленки в ней не было. По змейке провода Тим пошел к розетке за холодильником. Когда он открыл дверцу холодильника, на него пахнуло спертым воздухом и запахом гнили. Комнатная температура. Кроме ряда формочек на полке, в холодильнике ничего не было. Тим отодвинул его от стены, воткнул в розетку вилку настольной лампы и щелкнул выключателем. Ничего. Розетка не работала.

Фальшивая камера слежения.

Тим осмотрел комнату, и его взгляд остановился на висящем на стене зеркале. Он подошел к нему и прижал пистолет к стеклу. Зазора между отражением и прицелом не было. Он потянул зеркало, но оно не поддавалось. Тогда он разбил его рукой в перчатке.

Из маленькой ниши в стене на него с любопытством смотрела ручная видеокамера. Он забрал пленку и вернул камеру в зияющую дыру зеркала. На обратном пути присел возле тела Ритма, разглядывая то, что осталось от лица.

Хотелось бы ему почувствовать горе.

Он ехал пятнадцать минут, прежде чем нашел магазин техники. Тим подошел к видеодвойкам, выставленным в заднем углу зала. Он почти час перематывал пленку, потом включил быстрый просмотр. На записи была видна большая часть гостиной и входная дверь; звук оказался на удивление хорошим.

Ритм мотался по комнате, его живот трясся, он разговаривал по сотовому телефону и яростно жестикулировал одной рукой. Охранник, которого Тим нашел лежащим навзничь на кухне, неподвижно стоял у двери, сложив руки. Автомат болтался у него на плече. Еще один белый появился из задней комнаты, размахивая двумя пакетами; за ним шел тощий черный подросток. Малыш ударил по рукам с Ритмом и исчез в ванной комнате. Белый парень протянул пакет, Ритм засунул туда толстую руку и провел кончиком пальца по деснам.

Пронзительный звонок телефона прервал беседу. Охранник у двери схватил телефон, висевший на стене:

– Да?

Телефон продолжал звонить. Охранник отнял трубку от уха и посмотрел на нее, потом поплелся в кухню.

– Этот чертов телефон уже сломался? – заголосил Ритм. – Я только купил его!

Тим заметил тени за входной дверью.

Охранник исчез из вида. Микрофон засек тихий звук бьющегося стекла. Снайперская пуля.

Потом дверь распахнулась и Митчелл ворвался внутрь, обеими руками сжимая кольт.

Руки белого мальчика, все еще сжимающие пакетики с кокаином, поднялись высоко вверх. Митчелл без колебаний выстрелил в него два раза, тот попятился, ударился о дверь ванной и упал как доска, лицом вниз. Пакетики с кокаином, которые он уронил при первом выстреле, выпустили меловые облачка.

Широкое лицо Ритма перекосилось слепой яростью, он бросился на Митчелла; его ботинки заскользили по рассыпанному кокаину. Митчелл выровнял прицел, ноги Ритма подкосились, и он упал на колени.

Митчелл со скоростью молнии пересек комнату, выпрямив локти и сжав пистолет обеими руками. Оружие остановилось у лба Ритма.

Ритм один раз фыркнул – как кит, выброшенный на берег.

– Ритм, – прорычал Митчелл, – сдохни!

Его руки дернулись от отдачи, голова Ритма вздрогнула, и из нее брызнула кровь. Митчелл поднялся и двинулся назад к двери, держа перед собой пистолет.

Дверь ванны была открыта. Пистолет Митчелла задержался на чем-то – скорее всего, на чернокожем подростке внутри. Через секунду парень вышел с незастегнутыми штанами, подняв руки, чтобы показать, что у него ничего нет.

Малыш дрожал от ужаса:

– Я ничего не видел. Я повернусь и уйду. Очень медленно.

Он повернулся и вышел из поля зрения камеры. Митчелл смотрел, как он уходит. Пистолет вздернулся, потом раздалось два выстрела.

Легкий скрип возвестил о том, что к обочине подъехала машина. Митчелл выхватил из камеры фальшивую пленку, попятился и исчез через входную дверь. Он был в квартире не более двух минут.

Рев мотора стих.

Тим нажал на «стоп» и вынул пленку. Повернулся. Продавщица, девушка лет семнадцати стояла в конце прохода, уставившись на темный экран с разинутым ртом, прижав руки к животу.

Она и Тим с минуту смотрели друг на друга.

– Простите, – сказал Тим, и она осталась стоять, открывая и закрывая рот, как рыба.


Заднюю дверь заброшенного многоквартирного дома, представлявшую собой выставку уличного граффити, вероятно, часто вышибали, и она неровно сидела в раме.

В доме пахло пеплом и мочой. Половина дома была сожжена, но стены все еще держались. У входа этажи пронизывал полуцилиндрический пролом, уходивший вверх до крыши. На каждом этаже было по три комнаты, выходившие окнами на дом Ритма. Светя фонариком под ноги, Тим прошел мимо них, ища лучший угол обзора кухонного окна. Вид из центральных комнат перекрывал кран для сноса зданий, поэтому Роберт был вынужден выбрать правые или левые комнаты. На четвертом этаже угол обзора был слишком высокий. Тим вернулся на третий этаж и осмотрел его более тщательно.

Он знал, что вряд ли найдет гильзу: винтовка была ручная и нужно было дернуть задвижку, чтобы вытащить гильзу после стрельбы. Тим полагал, что Роберт сделал всего один выстрел, так что ему вообще не было смысла возиться с задвижкой. Но даже если Роберт ее дернул, он был слишком профессионален, чтобы оставить на месте хоть что-нибудь, особенно гильзу от снайперской винтовки с четким отпечатком своего большого пальца руки.

В двух боковых комнатах на третьем этаже ничего не привлекло его внимания. Тим подумал о том, что Роберт оказался у дома Ритма меньше, чем за две минуты. Значит, он стрелял из окна второго этажа – отсюда можно было быстрее добежать до машины. Тим спустился на один пролет и присел на пороге комнаты справа. Он посветил фонариком. Полоска пыли возле окна была смазана в двух местах. Подставка.

Он подошел к окну, сел там, где мог сидеть Роберт, и глубоко вздохнул. Подумал о том, что ему было известно.

Когда был выбор, Роберт при снайперской стрельбе занимал позицию справа. Он предпочитал приподнятое положение. Сидячее, а не лежачее. Он использовал подставку.

Митчелл, вламываясь внутрь, любил подходить со стороны дверной ручки.

Они не оставляли свидетелей.

Тим закрыл глаза, подумал о выстреле, потом мысленно пробежался вниз по лестнице. Он прокручивал в голове стратегию Мастерсонов.

Роберт и Митчелл знали, что у них не было шансов вломиться в дом, где их ждал охранник с автоматом Калашникова. Все окна, выходившие на дом, где прятался Ритм, были блокированы стеной. Единственная возможность – стрелять в окно кухни.

Как заманить туда охранника?

Он должен поднять трубку телефона у входной двери и обнаружить, что тот сломан. Ему придется перейти на кухню, чтобы поднять трубку второго телефона.

Поломка явно не была случайной.

Тим подумал о том, как вошел Митчелл, как уверенно он прошел в комнату. Ни единой задержки, даже на сотую долю секунды, чтобы осмотреть расположение комнат.

Роберт и Митчелл бывали в квартире ранее, сломали телефон и посмотрели планировку. Задняя дверь была на трех засовах, поэтому они выбрали замок передней двери.

Тим почувствовал, как у него по спине потекли струйки пота, когда он подумал о том, что это значило.

Он спустился вниз по лестнице и обошел квартал. Через передние ворота вошел в дом. Дверь была слегка приоткрыта, как он ее и оставил. Он присел и осмотрел замок: двухцилиндровый, внутри шесть задвижек. Роберт и Митчелл никогда не смогли бы взломать такой замок без помощи профессионала.

Тим провел кончиками пальцев по замочной скважине, и они заблестели от смазочного спрея.


предыдущая глава | Обвинение в убийстве | cледующая глава