home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



НАХОДКИ ЭРНА

Эрн выложил все из кармана на стол. Когда Бетси увидела оставленные ими для Эрна «вещественные доказательства», она чуть было не захихикала, но, перехватит взгляд Фатти, сдержалась.

– Видите? – гордо сказал Эрн. – Окурок сигары. Значит, не бедный человек там был. Он еще и сигареты курит – видите, пустая пачка? Во, значит, мы должны искать человека в коричневом пальто. И…

– Очень интересная коллекция вещественных доказательств, Эрн, – торжественно произнес Фатти. – Вижу, ты достоин своего дяди. Весь в него. У тебя такие же умственные способности. Прекрасная работа.

Эрн был на седьмом небе. Заслужить похвалу Фатти – это вам не что-нибудь!

– Я, конечно, понимаю, не все они могут служить уликами, – скромно допустил он.

– Верно понимаешь, – кивнул Фатти. – Ты все сечешь, Эрн. Думаю, твои находки представляют большой интерес и очень нам помогут.

– Правда? – восторженно воскликнул Эрн.

В этот момент он вдруг кое-что вспомнил, и на лице его отразилось глубокое уныние.

– Знаете, только я вас так ужасно подвел… – начал он.

– Что? – одновременно спросила вся Пятерка Тайноискателей.

– Мне пришлось все рассказать дяде, – в отчаянии признался Эрн. – Он достал из шкафа трость и хотел меня побить, и тогда я рассказал ему о двух бандах на Рождественском холме. Вы, конечно, назовете меня трусом… Но я и сам знаю, что я трус…

У него был таков несчастный вид, что Пятерка Тайноискателей прониклась к нему сочувствием. Даже Бастер что-то понял и дружески положил лапу ему на колено. Эрн с признательностью поглядел на него.

– Конечно, Эрн, нехорошо выдавать чужие секреты, – сказал Фатти, – но, без сомнения, мистер Гун с тростью выглядит устрашающе, поэтому мы не будем клеймить тебя позором.

– Он хочет, чтобы я все ему передавал, – сообщил Эрн, немного приободренный снисходительностью друзей. – Он сказал, что раз мы родственники, то ничего не должны скрывать друг от друга.

Фатти пораскинул мозгами и пришел к выводу, что этот вариант его устраивает: пусть Эрн рассказывает дяде всякую чепуху – так тому и надо за его угрозы пустить в ход трость. Фатти возмущала жестокость мистера Гуна.

– Ну что ж, может, он и прав, – сказал он Эрну. – Даже наверняка прав. Родственники есть родственники. Мы не станем тебя упрекать, если ты будешь все передавать дяде.

– Но я не хочу этого делать! – запротестовал Эрн. – Я хочу, чтобы вы раскрыли тайну, а не дядя. Не хочу ему помогать!

– Бедняжечка Эрн! – воскликнула Бетси, видя, как он мучается от стыда за свой страх, вынуждающий его выдавать дяде секреты своих друзей. Эрну попросту не хватало чуточку смелости.

– Знаешь, покажи-ка ты эти вещественные доказательства дяде, – посоветовал ему Фатти. – По-моему, так будет лучше. Да, Ларри? Если Гун требует от Эрна помощи, пусть получит ее. И пусть оценит отличную работу племянника.

– Не хочу я ему ничего показывать, – в отчаянии заявил Эри. – Я же для вас их искал, а не для него!

– Ну смотри, тебе решать, Эрн, – сказал Фатти. – Мы в твои отношения с дядей вмешиваться не вправе. Кстати, о вещественных доказательствах… У тебя в записной книжке они перечислены?

– Да, конечно, – гордо ответил Эрн. Он открыл записную книжку и показал свой список. Фатти одобрительно кивнул и спросил:

– Ты рассказывал дяде о твоей ночной прогулке по берегу ручья?

Для него было очень важно, чтобы Гун ничего об этом не знал.

Эрн отрицательно покачал головой.

– Само собой, нет. Я ему теперь ничего не рассказываю, если он сам не спрашивает. Зачем говорить, если он об этом и не догадывается? И потом, он бы сильно обозлился, если бы узнал, что я гулял ночью один.

– Расскажи-ка нам еще раз о твоем ночном приключении, Эрн, – попросил его Фатти.

Эрн охотно исполнил его просьбу. Поскольку он ничего не прибавил и описал все происшедшее теми же словами, что и в прошлый раз, Тайноискатели ему поверили.

– А ты уверен, что один из незнакомцев назвал второго «Голланд»? – спросил Фатти.

– Да. Мы как раз недавно проходили по географии Голландию, поэтому легко было запомнить.

Звучало убедительно. «Может быть, нам это и пригодится», – подумал Фатти.

Снизу послышался голос миссис Троттевилл, звавшей сына. Фатти встал. За ним поднялись и Ларри с Дейзи.

– Мне пора, – сказал Фатти. – Пошли вместе, Эрн!

– Знаете, а я сегодня отличный стишок сочинил, – поделился с ребятами Эрн. – Об умирающем солнце…

– Мы торопимся, Эрн, – напомнила ему Дейзи.

– Вожалк? – сказал Фатти.

Его поняли все, кроме Эрна, который недоумевающе посмотрел на Фатти и спросил:

– Чиво, чиво?

– Сам слышал: вожалк!

Бетси захихикала. Снизу опять послышался голос миссис Троттевилл. Фатти направился к двери.

– Он сказал: «Вот жалко!» – объяснила Эрну Бетси.

– Прально, вошойсказал, – подтвердил Фатти, выходя из комнаты вместе с Ларри и Дейзи.

Удивленный странной дикцией Фатти, Эрн спустился вслед за ним, Ларри и Дейзи по лестнице и быстро выскользнул через вторую дверь в сад. Ему ужасно не хотелось встречаться с миссис Хилтон, мамой Пипа: он боялся, что она опять сделает ему замечание по поводу его дурных манер.

Пройдя через сад, Эрн заторопился домой, надеясь получить на ужин что-нибудь вкусненькое.

Уже в передней он учуял восхитительный запах яичницы с ветчиной. У него прямо слюнки потекли. Ну ваще! Дядя снова решил себя побаловать.[3] Эрн вздохнул: интересно, достанется ли ему хоть чуточку или опять придется довольствоваться хлебом и сыром?

– Иди скорей за стол, мой мальчик! – позвал его дядя из кухни таким приветливым голосом, что Эрн не сразу поверил своим ушам. – Я тебе пожарил яйцо с кусочком ветчины, так что торопись!

Эрн не заставил долго себя упрашивать. Кроме яичницы с ветчиной он увидел большую чашку компота из консервированных персиков с кремом. Сглотнув слюну, Эрн быстро сел за стол.

– Ну что, виделся с ребятами? – дружелюбно осведомился мистер Гун, накладывая в тарелку племянника яичницу и пододвигая ему тосты. – Какие у них новости?

– Новостей никаких, дядя.

– А о чем же вы говорили?

Несколько секунд Эрн напряженно размышлял. Надо было придумать какой-нибудь совсем невинный ответ. Наконец, он сообразил:

– Я им сказал, что вы сказали, что нам нельзя ничего друг от друга скрывать.

– Вот этого как раз не надо было говорить! – рассердился мистер Гун. – Теперь они тебе ничего не скажут.

– Скажут, скажут. Они сказали, что дядя и племянник – родственники и, значит, должны быть заодно, – проговорил Эрн с набитым ртом. – А еще Фатти сказал, что я похож на вас, дядя, и что у меня такие же умственные способности.

Мистер Гун с сомнением посмотрел на Эрна. Он был уверен, что Фатти невысокого мнения о его, Гуна, умственных способностях, и уж тем более не сомневался в том, что тот никогда его искренне не похвалит. Наглый мальчишка.

Просто смеется над Эрном. Мистеру Гуну стало досадно за племянника: ну как можно быть таким простачком?

– Вряд ли он говорил серьезно, Эрн, – сказал мистер Гун. – О твоих умственных способностях он наверняка невысокого мнения. И знаешь, с этим делом у тебя и впрямь не блестяще – подумай-ка о своей успеваемости в школе!

Однако Эрн думал сейчас не о своей успеваемости в школе, а о своих успехах по части обнаружения вещественных доказательств. Поэтому он только усмехнулся:

– Ну, с мозгами-то у меня все в порядке, дядя – скоро сами увидите!

Мистер Гун почувствовал, что терпение у него опять начинает истощаться, как это бывало всякий раз, когда его разговор с Эрном продолжался больше десяти минут. Уши у него покраснели. Эрн забеспокоился. Покрасневшие дядины уши обычно предвещали беду. Вот только Эрну было непонятно, чем он провинился. Ну что он такого сказал?

Дядя и племянник молча съели персиковый компот с кремом, потом Эрн, по-прежнему не говоря ни слова, встал, вымыл посуду, достал свои учебники и сел делать домашнее задание. Тем временем мистер Гун переборол, свой гнев и, стараясь выглядеть добродушным, чтобы Эрн не замкнулся, уселся в кресло с газетой в руке. Прежде чем углубиться в чтение, он одобрительно взглянул на племянника и сказал:

– Правильно, мой мальчик. Это лучший способ сравняться со мной по уму. Учение сделает тебя настоящим человеком.

– Да, дядя, – ответил Эрн, делая вид, будто он читает учебник.

И думал совсем о другом: о своих вещественных доказательствах и о бандитах с Рождественского холма, которые, возможно, готовились к очередному злодеянию.

Спать Эрн пошел раньше обычного, потому что сильно устал за день. Он заснул почти сразу и захрапел точно так же, как дядя – только послабее. Услышав храп племянника, мистер Гун тихо поднялся с кресла. Самое время посмотреть записную книжку Эрна. Если тот не хочет ничего рассказать дяде, дядя выяснит все сам. Ему и в голову не пришло, что он совершает очень некрасивый поступок. Мистер Гун считал себя в полном праве залезть в карман племянника, достать его записную книжку и прочитать, что там написано.

Он на цыпочках вошел в комнату Эрна, убедился, что тот крепко спит, сунул руку в карман его пальто и сразу нашел записную книжку. Потом прощупал карманы брюк Эрна и, обнаружив в них какие-то предметы, решил взять брюки на кухню и там спокойно все осмотреть.

Спустившись вниз, мистер Гун прошел на кухню и сел за стол. Записная книжка сама открылась на странице с заголовком: «Вещественные доказательства». У мистера Гуна округлились глаза, когда он увидел список Эрна. «Смотри-ка, сколько вещественных доказательств! И ни слова мне. Вот прохиндей. Выпороть бы его как следует!»

Прочитав список и сообразив, что находится в карманах брюк Эрна, мистер Гун выгреб из них все десять «вещественных доказательств», разложил их на столе, вздохнул и приступил к осмотру.

Так, пуговица с клочком ткани. Может в принципе быть важной уликой… Окурок сигары… Мистер Гун поднес его к носу. Дорогая была сигара!

Внимательно осмотрев все десять вещественных доказательств, он задумался. Какие из них могли иметь отношение к событиям на Рождественском холме? И сказать ли Эрну о том, что он все знает? Нет, пожалуй, не стоит. Парень может проговориться Тайноискателям, и те всему свету разболтают о его, Гуна, своеобразных методах дознания.

Он отрезал от клочка ткани на пуговице, маленький кусочек. Кто знает, может, встретится подозрительный тип в пальто из такой же ткани и надо будет проводить экспертизу.

Так, теперь бумажка с номером телефона в Питерсвуде. Интересно, чьим? Мистер Гун открыл телефонный справочник. Номер принадлежал некоему мистеру Лазарински. Хм, подозрительная фамилия. Очень странно звучит. Надо будет проверить этого мистера Лазарински. А вообще-то об этом человеке мистер Гун что-то слышал… Вроде безобидный старикан, который выращивает розы и хризантемы… Но кто знает, может, выращивание цветов – только прикрытие, фасад, за которым кроются какие-нибудь грязные делишки?

Мистер Гун положил все вещественные доказательства в карман брюк Эрна и опять на цыпочках вошел в его комнату. Эрн по-прежнему крепко спал. Мистер Гун был удовлетворен. Работу он проделал неплохую. Интересно, что в точности известно Фатти о тайне Рождественского холма? Странно, что инспектор не сообщил о каких-либо подозрительных происшествиях на холме. Впрочем, оно, может, и к лучшему: он, Гун, первым все раскроет и доложит инспектору о преступлениях, совершаемых на территории его округа. Уж он все раскопает и – как знать? – может, наконец, получит повышение по службе.

Правда, в последнее он и сам не очень-то верил!


МИСТЕР ГУН И ЭРН | Тайна лесного дома | ФАТТИ ПРИСТУПАЕТ К РАССЛЕДОВАНИЮ