home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 19

ХЕРУВИМ МИГУНОВ

Полковник Мигунов выглядел значительно моложе своих сорока пяти лет. Черные густые волосы он зачесывал назад, обнажая выпуклый, без единой морщины лоб. Его верхнюю губу надвое разрезала глубокая складка, придававшая его облику дополнительный шарм. На четко обозначенном подбородке выделялась глубокая ямочка. Своей внешностью он больше напоминал слегка престарелого херувима, чем полковника милиции. Правда, в его благостность мешали поверить глаза, как правило смотревшие на собеседника прямо и предельно жестко.

Врать такому взору было небезопасно. Казалось, что его взгляд, подобно сильному лазеру, проникает во все закоулки подсознания, выведывая самое потаенное.

– Что-то я тебя не совсем понимаю… Ты говоришь, что там должен быть труп.

– Он был мертв… Неужели ты думаешь, что я не отличу живого человека от покойника? Я стрелял в него дважды, одна пуля попала в шею, а другая в грудь. Из него кровища хлестала, как из кабана…

– А не много ли ты стрелял? – перебил Анисимова Мигунов.

Тот не смутился:

– Это была чистейшая оборона. Не выстрели я первым, так мы бы сейчас не разговаривали.

Мигунов только отмахнулся:

– Да верю я тебе… Чего уж там… О твоей реакции легенды ходят. Но дело разве только в этом? Ты мне скажи: куда подевался труп? Может, он был просто ранен и ушел самостоятельно? Знаешь, каких только чудес не бывает!

– Какой мне резон наговаривать на себя? Мне легче было бы согласиться с вами и сказать, что ничего такого не было и я никого не застрелил. Но то-то и оно, что труп был! Больших мертвяков, чем этот, я в жизни своей никогда не видел!

Мигунов слегка приподнял руки, что придало ему еще большее сходство с херувимом – вот сейчас тряхнет рукавами и воспарит к самому потолку.

– Ты только не горячись, – предупредил Мигунов. – Давай разберемся со всем этим делом без паники. Мы ведь не меньше твоего желаем разобраться.

– Разве я усомнился в этом?

– Но ты меня тоже пойми правильно, приходишь ко мне и заявляешь, что замочил какого-то преступника, который пытался тебя застрелить. Мы высылаем туда оперативную группу, а там никого нет.

– А соседей-то расспрашивали?

– Спрашивали! Но никто из них ничего вразумительного ответить не может. Говорит, что действительно была пальба, но никаких трупов никто не видел.

– А как же отметки от пуль?

– Вот отметки от пуль были, – охотно согласился полковник. – Но представляешь, какая тут штука, – расхохотался он, – пуль не обнаружено! А само по себе это не доказательство. Стрельба могла быть и год назад. Не за что даже зацепиться.

– Но ведь должна же быть кровь!

– Ее тоже не было.

– Как скоро подъехал наряд милиции? Ведь наверняка их вызвали жильцы!

Губы Мигунова скривились в неприятной усмешке, обозначив крохотный шрам на нижней губе – видно, и в раю попадаются черти с когтями.

– Нам они тоже говорили, что вызывали милицию. Но, самое странное, так никто и не подъехал. Произошла какая-то путаница.

– Это не случайно, я думаю, что все это было спланировано! – горячо сказал Анисимов.

– Но зато подъехала наша оперативная группа.

Анисимов посуровел – все походило на какой-то глуповатый розыгрыш, не будь в финале трупа.

– Более того, мы все тщательно перепроверили. Оперативная группа разъехалась по моргам, были осмотрены все неопознанные трупы. И среди них не оказалось ни одного, который хотя бы отдаленно подходил под твое описание.

– Может, его уже успели где-то зарыть?

Длинные пальцы херувима выбили на столе рваную дробь, выражая, видимо, крайнюю задумчивость. Откинув полноватое тело на высокую спинку стула, Мигунов медленно заговорил:

– Не думаю. На каждом кладбище у нас имеются свои оперативные источники, но о подозрительных захоронениях нам ничего не сообщалось. Вот что я тебе советую, – уже бодрее продолжал Мигунов. – Если трупа нет, следовательно, нет оснований для возбуждения дела. Значит, так нужно. Забудь! Ничего не было. Если хочешь, я дам тебе выходной. Вот скажи мне, когда ты приглашал девушку в кино? Я понимаю, ты не хочешь размениваться по пустякам, бьешь сразу на конечную цель, но все-таки существуют же еще и всякие там ухаживания. Почему бы не сделать приятное девушке?

– Да я…

– Вот видишь, ты даже не думаешь об этом. А то, может, выпьешь в выходной пивка. Ты ведь знаешь, я не одобряю систематических возлияний, но иногда через стекло пивной бутылки жизнь кажется значительно краше. Кстати, а что ты позабыл в этом районе?

Подобный вопрос Анисимов предвидел и заготовил вполне правдоподобный ответ. Главное, чтобы он прозвучал убедительно, потому что полковник чувствует малейшую фальшь в голосе.

– Я договорился встретиться со своим информатором, – уверенно сказал Анисимов, глядя прямо в прищуренные глаза Мигунова.

В «глубоководных впадинах» абсолютная темнота, через которую не способен пробиться даже самый мощный луч. И попробуй распознай, что там прячется, в этой глубине! Глаза Мигунова оставались неподвижными.

– Что за информатор? Можешь его назвать?

А это уже проверка! Анисимов невольно поморщился.

– Ну, зачем же мне расшифровывать своего информатора? Ты меня тоже правильно пойми. Он же мне просто не будет доверять.

– Я не требую от тебя его расшифровки, ты просто назови его имя.

– Я ведь могу назвать любое. Но я просто не хочу врать, – пожал плечами Анисимов.

– А ты упрямый.

Игорь промолчал.

– Больше ты никого не встречал в этом подъезде?

– А что такое?

Лицо «херувима» вдруг резко пожухло и стало напоминать перезрелую дыню, на щеках отчетливо проступил темно-бурый румянец.

– Звонили из ФСБ… Сказали, что в этом районе был какой-то мутный участковый. Потребовал у их сотрудников документы. Они потом проверили, и оказалось, что тамошний участковый в это время был совсем в другом месте, да и не похож он на этого «мутного».

Вот с этого бы и следовало начинать.

– А я-то здесь при чем? – насупился Анисимов.

– Возможно, что и ни при чем, а только ты пока освобождаешься от этого дела.

– Вот тебе и раз!

– Ты когда последний раз отдыхал? Кажется, года три назад?

Анисимов снова пожал плечами:

– Не помню.

– Зато я помню… Отдыхать нужно. Возьми отпуск дней на десять. Развейся. Съезди куда-нибудь на рыбалку.

– Что-то я не припомню, чтобы кого-нибудь в самый разгар работы выпроваживали в отпуск.

– Все очень просто… Надо заботиться о своих сотрудниках.

– Хм… Чем-то это напоминает увольнение.

– Увольняю я не так, и ты об этом знаешь. Кажется, ты откуда-то с Урала?

– Да.

– Вот видишь. Деда, наверное, давно не навещал. Поезжай к нему, проведай.

Хотелось ответить, что прошло уже два года, как деда нет в живых – ушел по первому снегу в тайгу и не вернулся. Его хватились только через неделю. Нашли километрах в пятидесяти от поселка, в густом ельнике. Сжав винтовку в корявых старческих ладонях, он расширенными от ужаса глазами смотрел прямо перед собой. И это человек, который не боялся никого. Вокруг не было замечено ни единого следа, а значит, костлявая явилась ему лично и выглядела она ужасно.

– Хорошо, я обязательно его проведаю, – не без усилия кивнул Игорь.

– И еще вот что, забудь ты про это дело. Отдыхай себе спокойно и наслаждайся жизнью. Я очень опасаюсь за тебя. Тут вокруг этого дела какая-то нехорошая возня поднимается. Обещаешь?

– Постараюсь, – не без усилия выдавил Игорь, понимая, что увяз в этом деле так же крепко, как мелкое насекомое в капле смолы. – У меня еще один вопрос.

– Задавай.

– Почему мне никто не сказал, что за стеной стоял Сафронов? Вы ведь должны были знать, что я служил с ним.

Губы полковника неприязненно сжались. Херувимам тоже задают неприятные вопросы.

– Откровенно?

– Хотелось бы.

– Ты стал бы стрелять, если бы знал об этом?

– Пожалуй, что нет.

– Ну, вот видишь. А рисковать мы не имеем права, ведь у него в руках были заложники. Ты ведь лучший. – Помолчав, он добавил: – Жаль, конечно, что все так получилось, но ты в этом не виноват.

На какой-то миг Анисимов угодил под влияние его пронзительного взгляда. Нечто подобное он чувствовал, когда охотился на тигра-людоеда, тот тоже не отводил глаз, на какое-то время буквально парализуя сознание. Тогда у него не было возможности ни пошевелиться, ни отвести взгляд.

В этот раз глаза Мигунова буквально просветили его душу, вывернули ее наизнанку.

Анисимов ушел, но его еще долго преследовал лик усмехающегося херувима.


* * * | Ассасин | * * *