home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 26

СТАРИННАЯ МАСКА

В нынешнем положении Анисимова были некоторые плюсы: во-первых, он никогда не думал, что времени может быть так много. Можно было бы, как говорится, пожить немного для себя. На свете существует немало приятных вещей, в которые хотелось бы окунуться с головой. Очень хотелось съездить в какой-нибудь дикий уголок, где белая кожа европейца воспринимается так же необычно, как курчавая шевелюра негра где-нибудь за Полярным кругом. Буквально два дня назад приятели пригласили Игоря в путешествие по Новой Гвинее.

Подумав, Анисимов отказался – конечно, очень заманчиво, но все, что случилось в последнее время с ним и вокруг него, требовало действий. Вот только с чего начать?

Анисимов подошел к стене, вгляделся в холодные глаза маски. В этот раз выражение ее «лица» показалось ему немного иным. Уголки ее губ были словно слегка приподняты, что придавало ее облику какое-то забавное выражение, а створки раковин, что были вставлены в нефритовые орбиты, смотрели немигающе и прямо.

Анисимов внутренне поежился – какая только чертовщина не померещится! Маска – она и есть маска. По большому счету – кусок минерала, а то, что он принимал за осмысленный взор, не что иное, как отражение света на перламутровой поверхности раковин.

Что ж, начинать, наверное, придется с самого начала. С этой самой проклятой мумии, что так странно и необъяснимо влияла на все события. Что, если Ангелина права и сейчас свершается воля какого-то древнего рока, а он – Игорь Анисимов – всего лишь послушное орудие этого рока, марионетка, подчиняющаяся чьей-то чужой, чуждой и непонятной воле? Может, конечно, все это пустяки, но что-то подсказывало ему, что начинать надо именно отсюда. Придется идти к Ангелине. То-то она будет торжествовать, когда увидит, что он поддался ее фантазиям о сверхъестественном «поведении» мумии. Ладно, как-нибудь переживем.

Он решительно взял трубку телефона.


…Ровно в четырнадцать часов Анисимов вошел в клинику и увидел Ангелину, спускавшуюся навстречу ему по лестнице. Ангелина, казалось, ничуть не удивилась его приходу. Встретила его спокойно и доброжелательно. Короткий приветливый кивок, любезная улыбка. А ведь в какой-то момент ему показалось, что в их отношениях было нечто большее, чем, допустим, в отношениях врача и пациента.

– Пройдемте в кабинет? – Ангелина явно была настроена на деловой лад.

– Я не против, – погасил Анисимов неуместную улыбку.

Длинный коридор вывел их к широкой двери. Распахнув ее, женщина любезно пригласила его.

– Проходите. Думаю, что вы пришли не просто так. – Сухость своего тона она попыталась смягчить улыбкой.

– Да, у меня проблемы.

– Слушаю вас, – кивнула она на свободный стул.

– Даже не знаю, как начать… Все это очень необычно.

– А вы начните, как есть. У нас здесь все очень необычно.

– Я хочу узнать о том человеке… который находится во мне.

Ангелина восприняла его заявление вполне серьезно.

– Что ж, тогда не будем тянуть. Сейчас мы поработаем. – Она указала на кожаное кресло: – Садитесь сюда. Сейчас я закреплю на вас датчики, – фраза была произнесена с такой интонацией, как будто она хотела поставить ему горчичники, – а вы должны будете смотреть на экран этого монитора, – кивнула она на экран, стоящий на столе. – На нем будут появляться разные предметы, и если какой-либо знаком вам, то нажмите на черную клавишу, а если незнаком, то на красную.

– Хорошо. Но ведь наверняка я не все помню…

– Вам не обязательно помнить все, ваш мозг среагирует раньше, чем ваша рука. Информация записана в вашем подсознании, как на магнитофонной ленте. Так, вы готовы?

– Да. А как действует этот прибор?

Подняв со стола мягкий кожаный обруч с закрепленными на нем датчиками, она аккуратно надела его на голову Анисимова.

– Импульсы в результате электрической деятельности мозга поступают на этот экран. Я могу совершенно точно сказать, действительно ли состоялось, скажем так – переселение души или все-таки это плод разыгравшегося воображения. Расстегните, пожалуйста, рубашку.

Анисимов распахнул ворот. Темно-красная присоска впилась между ключицами, словно хотела отведать его крови.

– Все, теперь можно начинать. Вы готовы?

Интонации деловые и сухие, словно она разговаривает с поднадоевшим занудливым пациентом. А ведь еще сегодня утром он надеялся, что их отношения могут перерасти в нечто существенное. Надо же было так ошибаться!

– Вполне.

Ангелина включила монитор и устроилась за соседним столом. Анисимов невольно задержал взгляд на ее профиле – каштановые волосы спадали на плечи, отчего она выглядела совсем юной и очень женственной.

– Прошу не отвлекаться и смотреть только на экран, – натолкнулся он на строгий взгляд Ангелины.

На экране вспыхнул темно-зеленый квадрат. Анисимов уверенно ткнул большим пальцем в черную кнопку. В какой-то момент изображение стало расплывчатым, потом на экране возникло новое изображение, состоящее из нескольких геометрических фигур. Рисунок больше напоминал груду обломков, хотя если поднапрячь воображение, то может быть… Рисунок исчез, а вместо него на экране возник разорванный круг. Анисимов уверенно нажал на кнопку. Предметы появлялись через каждые несколько секунд, и Анисимов едва успевал реагировать, нажимая то на красную, то на черную кнопки.

Еще через десять минут Ангелина выключила монитор.

– Что вы скажете? – скрывая нетерпение, спросил Анисимов.

– Вырисовывается очень интересная картина. Я вам показывала предметы, которые вы не должны были видеть в обычной, повседневной жизни. Например, среди них была шкура медведя. Вы нажали на черную кнопку, в знак того, что вам приходилось ее видеть. Но ваш мозг отреагировал гораздо более бурно. Вот взгляните, – показала она диаграмму, – этот пик свидетельствует прямо-таки о бешеной реакции вашего мозга. Его электрическая деятельность заметно усилилась. Это свидетельствует о том, что шкура медведя всколыхнула какие-то глубинные пласты вашего подсознания, о которых вы даже не догадываетесь. В то же время на вашем лице не дрогнул ни один мускул.

– Хм… Кто бы мог подумать.

– Это еще не все. Как часто вы держали в руках копье?

– Копье? – с недоумением посмотрел Анисимов на Ангелину. – Да я в жизни его не держал! – уверенно продолжал он. – Может быть, из лука когда-то стрелял. Мальчишками баловались.

– Однако диаграмма свидетельствует о прямо противоположном, – торжественно объявила Ангелина. – Вот посмотрите… Здесь на ней точно такой же пик, какой мы наблюдали в первом случае. А это показывает, что такое оружие, как копье, вам очень хорошо знакомо.

– Никогда бы не подумал. А это что за пик? – ткнул Игорь в острый угол, значительно возвышавшийся над всеми остальными.

– Этот скачок указывает на самый настоящий страх, гнездящийся в вашем подсознании. Вы о нем даже не догадываетесь. Я бы сказала, что он граничит с паническим ужасом. Такая реакция может быть только у человека, который хорошо знаком с тем, что изображено на экране. А знаете, что я вам показала?

– Хотелось бы услышать.

– Тигра.

– Надо же, – усмехнулся Анисимов.

– Ваша внешняя реакция свидетельствовала о том, что вы имели какой-то весьма негативный опыт встреч с этим животным.

– А я даже этого не заметил.

– В вашем подсознании присутствует нечто такое, что каким-то невероятным образом прекрасно уживается с вашей нынешней сущностью.

– Вы хотите сказать, что этот самый дух продолжает жить во мне?

– Я уже нисколько не сомневаюсь в этом. В какой-то степени он является даже вашим ангелом-хранителем. Он обладает сильной энергетикой и наделен очень сильным биополем, которое распространяется и на вас. Вам важно только прислушаться к нему и жить с ним в гармонии, тогда вы научитесь понимать его.

– Что значит – понимать? Как это будет выражаться?

– Дух начнет предупреждать вас об опасности. Настраивать вас на самые оптимальные действия. Но сигналы будут вам передаваться через предметы, что окружают вас. Вам нужно будет просто присмотреться к вашим любимым вещам, быть наблюдательнее и уловить в окружающем какую-то закономерность.

– Попробую, – неопределенно пожал плечами Анисимов. – А что вы сегодня делаете после работы?

Девушка пожала плечами.

– Честно говоря, сегодня я не работаю. Просто вы позвонили, вот я и пришла в лабораторию, – улыбнулась Ангелина.

– Знаете, у меня дома, кажется, есть предметы, через которые дух пытается со мной общаться, – серьезно сказал Анисимов. – Вот если бы вы помогли мне с этим разобраться, я был бы вам очень признателен.

Предложение Анисимова было воспринято по-деловому. Ангелина кивнула:

– Хорошо. Если это как-то поможет делу. – Она сняла белый халат и повесила его в шкаф. – А вы далеко живете?

– Нет, на машине мы быстро доедем, – распахнул Игорь перед девушкой дверь.

На Ангелине была длинная пестрая юбка и короткая джинсовая куртка. Вместе с белым халатом исчезла и ее официальность. Теперь она выглядела значительно доступнее.

Они подошли к машине, и Анисимов с запозданием подумал о том, что в его комнате на кресле валяются мужские журналы, где женщины представлены в самых соблазнительных ракурсах. Ничего не поделаешь, обыкновенная берлога холостого мужчины со всеми вытекающими издержками.

Кожаные кресла «Мерседеса» и просторный салон должны будут произвести на нее благоприятное впечатление. Анисимов украдкой взглянул на Ангелину. Лицо ее оставалось спокойным, словно сама она имела целый ангар, забитый несколькими десятками автомобилей.

– И все-таки не очень-то понятно, почему мумия выбрала именно меня, – произнес Анисимов, выезжая на улицу.

– Здесь нет ничего необычного, – живо ответила Ангелина. – Вы как-то обмолвились мне, что происходите из семьи потомственных охотников?

– Да, – подтвердил Игорь, стараясь держаться в стремительном потоке машин. – Охотниками были все мои предки, как по отцовской, так и по материнской линии.

– Следовательно, вы ближе, чем многие другие, находитесь к природе. Именно поэтому мумия и выбрала вас. Она верила, что вы обязательно разгадаете загадку, которую вам подкинула жизнь. А вы можете мне сказать, как умерли ваши родственники?

Игоря слегка покоробил ее тон. Вопрос прозвучал очень деловито, с холодным научным интересом. Никакого сочувствия, только голый профессионализм.

– Мой дед и отец погибли в тайге. Несчастный случай. Оба они умерли при странных обстоятельствах. Я до сих пор не могу понять всех обстоятельств их гибели. На их лицах застыл ужас, как будто они повстречали нечто ужасное. Но оба они были очень смелыми людьми, не боялись ни зверя, ни человека – и тем не менее оба умерли от разрыва сердца. Я всегда мучительно хотел узнать, что же такое они увидели перед смертью.

Где-то впереди, наверное, образовалась пробка, расстояние между машинами начало сокращаться, все они сбросили скорость. Через какой-то километр машины встанут, закупорив не только главную артерию движения, но и примыкающие к ней протоки. Рядом справа шла темно-синяя «девятка» с затемненными стеклами, скрывавшими от любопытствующих взглядов шофера с пассажирами. Именно эту машину Анисимов заметил сегодня утром. Он даже рассмотрел некую отличительную примету – небольшую царапину на левом крыле. Игорь давно уже разучился верить в случайности, полагая, что они – всего лишь непрослеженная закономерность.

– Но знаете, что самое удивительное в обоих случаях? – спросил он Ангелину, продолжая поглядывать на «девятку».

– Что же? – Голос девушки взволнованно дрогнул.

– Охотникам приходилось погибать в тайге и раньше. Такова их жизнь. Мало кто из них доживает до глубокой старости. Некоторые так и вовсе считают, что подобная смерть куда предпочтительнее кончины в кровати. Мне даже известны случаи, когда старики, почуяв близкую смерть, специально отправлялись в тайгу, чтобы встретить смерть достойно, с оружием в руках.

– Неужели вы всерьез считаете, что это хорошо? – всплеснула руками Ангелина.

На какое-то время Игорь потерял из поля зрения темно-синюю «девятку». С правой стороны поток автомобилей был значительно гуще, а машины, что какую-то минуту плелись в хвосте, теперь ехали далеко впереди. Анисимов испытал облегчение – показалось! В последние дни с ним столько всего произошло, так что померещиться может все, что угодно.

Игорь посмотрел в зеркало заднего вида и тотчас увидел темно-синюю «девятку», тянущуюся следом. Пропуская автомобили, водитель умело маневрировал, маскируясь в потоке транспорта. Кто это? Что им от него понадобилось?

– Честно говоря, такие поступки стариков для меня понятны. Тайга для них – живое существо и значит в их судьбе все, куда больше, чем для каждого из нас город. Они родились и выросли в тайге. Тайга их кормила, поила, одевала, обувала, и лучшей кончины для себя они просто не представляют. Каждый из них в душе хотел бы, чтобы дикий зверь стал для них своеобразным могильщиком. Бывало, что от них совсем ничего не находили, разве только ружье и лоскуты одежды. С дедом же приключилась совсем другая история. Он пролежал в тайге несколько дней, но его не отважился тронуть ни один зверь. Медведь ходил вокруг его мертвого тела кругами. Причем это было весной, когда косолапый только-только пробудился от спячки и был не особенно разборчив в еде… Побоялся! Видно, тело деда даже после смерти защищала какая-то могущественная сила. Как по-вашему, что это было?

Пробка впереди рассосалась, и автомобили, прибавив скорость, устремились вперед.

Ангелина пожала плечами:

– Трудно сказать. Но думаю, что и здесь не обошлось без духа Охотника. Он как-то очень серьезно связан с вашей семьей. Но вот почему, не совсем понятно. На мой взгляд, одного родства здесь недостаточно. Возможно, и вашему деду он подавал какие-то знаки, вот только он не сумел их правильно растолковать.

Теперь синяя «девятка» двигалась слева, предусмотрительно выдерживая дистанцию. Выбрав подходящий момент, когда правая полоса освободилась, Анисимов резко выкрутил руль и юркнул в переулок. В зеркало заднего вида он заметил, как преследовавшая его машина попыталась перестроиться, но тотчас натолкнулась на протестующие клаксоны соседних автомобилей.

Все, теперь им его не догнать. Отвязались!

– Далеко еще?

– Нет, – успокоил ее Анисимов, – вот сейчас проедем квартал, а там уже и мой дом.

Анисимов остановил машину около подъезда. Помог Ангелине выбраться из салона.

– У вас уютный двор, – осмотрелась вокруг Ангелина.

– Зелени много, это хорошо, – охотно согласился Игорь. – Вот это мой подъезд.

На лице Ангелины промелькнуло нечто похожее на улыбку. Весьма обнадеживающий признак. Игорь делал вид, что собирается показать ей нечто особенное, а Ангелина, принимая его игру, показывала, что непременно хочет взглянуть на это. Но в действительности все было гораздо проще. Вряд ли женщина перешагивает порог жилища одинокого мужчины лишь с одним научным интересом.

В лифте Анисимов осторожно приобнял Ангелину, вызвав ее легкую улыбку.

– Вот мы и пришли. – Анисимов, нашаривая в кармане ключ, встал перед железной дверью.

Девушку пришлось отпустить, но только для того, чтобы открыть дверь.

– Проходите.

Игорь нащупал на стене выключатель. Вспыхнул свет. В зеркале напротив двери он рассмотрел свое слегка напряженное лицо. Следовало бы вести себя поестественнее. Чтобы затащить женщину в постель, сначала нужно поухаживать за ней, показать, что она для него – единственная, только в этом случае можно рассчитывать на взаимность.

Анисимов вспомнил, что где-то в холодильнике у него лежит бутылка хорошего вина. Еще был кусок копченой колбасы. Для стола холостяка это не так уж и плохо. Повернувшись, он уже хотел объявить о том, что их ждет «великолепное» угощение, но натолкнулся на ожидающие, широко распахнутые глаза Ангелины. И понял, что у него не хватит терпения сидеть за столом даже пять минут.

К черту все эти китайские церемонии! Притянув Ангелину к себе, он голодными губами впился в ее губы. Поцелуй получился жарким и страстным. Игорь почувствовал, как девушка в его руках слегка обмякла, глубоко вздохнув.

Запоздало подумал о том, что на постели у него несвежие простыни. «А какая теперь разница!» – он еще раз поцеловал ее.

Ангелина задохнулась, и Анисимову хотелось верить, что это от нахлынувших чувств.

– Ты торопишься, – слегка отстранилась от него девушка.

– Извини… Просто ты настолько хороша, что я больше не в силах сдерживать себя. Прости…

«Интересно, а думает ли она об Александре?» – поймал себя Анисимов на ревнивой мысли. Но тут же отогнал ее прочь.

Они прошли в комнату. Ангелина осмотрелась и понимающе кивнула:

– А у тебя здесь мило. Даже не скажешь, что здесь живет закоренелый холостяк. Я бы даже сказала, что здесь чувствуется женская рука.

– Ну ты меня обижаешь! – энергично воспротивился Анисимов.

– А чего же ты обижаешься? Ты молодой, интересный, наверняка у тебя должна быть женщина. Не живешь же ты монахом?

– Хм… Все мои женщины остались в далеком прошлом, как только я увидел тебя.

– Можно задать тебе один вопрос?

– Задавай.

– Ты был женат?

– Был.

– А что случилось потом?

– Она ушла от меня и вышла замуж за моего друга. Но это уже давно неинтересно.

Ангелина была ниже его на полголовы. На самой макушке он разглядел тугой крохотный завиток. Притянув Ангелину к себе, Игорь поцеловал ее в этот удивительно милый завиток.

– Мне бы не хотелось спешить, – шепнула Ангелина.

В этот раз ее сопротивление было не столь решительным.

– А мы и не спешим, мы просто делаем то, что нам предначертано. Зачем же мы будем мучить себя долгим ожиданием и создавать какие-то искусственные преграды?

На чуть строгом лице Ангелины промелькнуло едва различимое сомнение. По сути, она уже сдалась и находилась у него в руках, ее стоило только отнести на постель и разжечь жаркими поцелуями. Но какая-то строгая, бескомпромиссная часть ее еще продолжала держать усиленную оборону.

– А может, нам надо проверить свои чувства, – возразила Ангелина, ловко освободившись из его объятий.

Как все непостоянно в этом мире. Какую-то минуту назад ему казалось, что друг от друга их отделяет только одежда, а сейчас она отдалилась настолько, что ее впору рассматривать через бинокль.

Его губы обиженно дрогнули. Девичья ладонь извиняющимися жестами коснулась его плеча. Ангелина стала ближе, но только на полшага. В ней по-прежнему верховодила классная дама со вздорным, взбалмошным характером. Анисимов даже представлял, как она выглядит: с иссушенным лицом, вечно хмурая, с пучком волос на затылке, в длинном черном платье, будто бы броня, и в туфлях на низком каблуке. Такую просто так не разжалобить. И тут до Анисимова дошло, что «классную даму» следует брать не слюнявыми уговорами, а гусарским натиском. Пусть визжит, пусть царапается, ее любовь от этого будет еще крепче.

Игорь поймал ладонь Ангелины. Несильно сжав тонкие пальцы, он поднес их к губам. Их взгляды встретились – один насмешливый, какой бывает только у озорной девчонки старших классов, другой – умоляющий, преисполненный желания.

Подхватив девушку на руки, Анисимов понес ее в спальню. Почувствовал, как вознегодовала на откровенное насилие «классная дама». А потом, махнув в сердцах рукой, подчинилась неизбежному. Слегка скрипнули пружины, принимая на себя девичье тело, и строгая мадам успокоилась окончательно.

– Не торопись, я сниму юбку, – негромко сказала Ангелина.

Озорная девчонка одержала победу над «классной дамой». Вжикнула молния, на спинку стула аккуратно легла юбка. Сюда же упал белый лифчик.

– Почему ты не раздеваешься? – спросила озорная девчонка.

От строгой мадам не осталось и следа.

– Я любуюсь тобой, – откровенно признался Игорь.

Он притянул девушку к себе и немедленно растворился в ее душистом тепле. Отыскал ртом ее губы и понял, что теперь они с ней составляют одно целое. Тонкие девичьи руки бесцеремонно стянули с него рубашку и как совершенно ненужный предмет отшвырнули ее в сторону.

«Ну уж нет, от штанов я освобожусь как-нибудь сам!»

Такой белизны Анисимову видеть не приходилось. Ее можно было сравнить разве что с первым снегом. Анисимову хотелось окунуться в его прохладу, и он положил ладонь на гладкое девичье бедро и не сразу осознал, что едва не обжег пальцы – Ангелина горела, каждая клетка ее тела дышала жаром.

Анисимов никогда еще не ощущал такого блаженства. Такое могло возникнуть только от близости с любимой и очень желанной женщиной. Его душа от нахлынувшего счастья поднялась под самый купол неба. Несмотря на свой немалый опыт, Анисимов осознавал, что подобное с ним происходит впервые. Он видел перед собой раскрасневшееся лицо Ангелины, ее открытый, жадный рот. На своих бедрах он ощущал крепкую хватку ее ног, на спине – объятия гибких рук. Всецело отдавшись охватившей ее страсти, она ускоряла любовную пляску, и Анисимов подумал о том, что едва успевает за ней. Глаза девушки открывались только на мгновение, чтобы понять, настолько ли он счастлив, как и она. И, получив подтверждающий ответ, прикрывались опять.

Игорь дернулся в последний раз и вдруг почувствовал, что стремительно сорвался с головокружительной высоты. От страха и нахлынувшего счастья он даже закрыл глаза. Он обязан был разбиться о земную твердь, но оказался на горячем женском теле. И в этот момент экстаз вывернул его душу наизнанку.

– Боже! – воскликнул он, приходя в себя.

– Я люблю тебя! – отозвалась Ангелина, и Анисимов вновь почувствовал себя наверху блаженства.

Игорь открыл глаза. Посмотрел на Ангелину. Сейчас она была по-настоящему красива. Глаза блестели, на щеках пылал яркий румянец. «Классная дама» сдохла от зависти к счастью «озорной девчонки». Приятно было смотреть на крепкое и в то же время хрупкое женское тело. Сейчас Ангелина была само совершенство, даже Венера Милосская по сравнению с ней была всего лишь жалкой пародией на гармонию.

– Ты почему так смотришь на меня? – Губы ее насмешливо дернулись.

– Мне хорошо с тобой. Ты очень, очень красивая.

Анисимов приподнялся, чтобы откатиться в сторону, но почувствовал на своих плечах ее руки.

– Не торопись. Полежи еще… вот так.

Анисимов улыбнулся. Ну разве можно отказать озорной девчонке?

Через минуту Игорь почувствовал, как к нему возвращается желание. Такая женщина способна вдохнуть страсть в кого угодно. Анисимов вновь ощутил головокружительную высоту и столь же резкий стремительный спуск.

– Господи, мне никогда не было так хорошо.

– Я старался, – сдержанно заметил Анисимов.

– Я заметила это. Ты просто великолепен!

– Спасибо. С тобой невозможно по-другому. Ты – само совершенство.

Некоторое время они лежали молча. Слушали тишину. Есть вещи, которые красноречивее всяких слов.

– А это что у тебя на стенах? Ты собираешь маски?

– Да. Собираю уже десять лет. Именно их я и хотел показать тебе.

– Они все такие разные. Сначала мне показалось, что они строят мне рожицы.

– Мне иногда тоже так кажется. Они это умеют. – Анисимов поднялся и подошел к стене. – Вот эту, – показал он на узкую маску из кедра, – мне подарили на Алтае. Говорят, что ей двести лет и она принадлежала какому-то очень могущественному шаману… А эту маску я приобрел в Африке у бушменов, – он взял в руки небольшую круглую личину. – Ее при мне вырезал старик и сказал, что она наделена какой-то мистической силой. – Улыбнувшись, он добавил: – Пускай изгоняет из моей комнаты духов. – Анисимов сделал шаг, чувствуя обжигающий женский взгляд. Не выдержав, обернулся. По выражению лица Ангелины никак не скажешь, что каких-то несколько минут назад они были близки. Смутившись, девушка натянула одеяло до подбородка. Излишняя предосторожность – он сумел рассмотреть всю ее. – А вот это моя любимая маска, – сказал Анисимов, дотронувшись до полированной нефритовой поверхности маски с перламутровыми глазами. Невозможно даже представить, какое огромное количество рук касались выпуклого лба – в этом месте и цвет выглядел значительно темнее, чем по краям.

То, что Анисимов увидел в следующую секунду, заставило его немедленно убрать с лица улыбку. Глаза у маски, всегда такие безжизненные, вдруг наполнились каким-то осмысленным светом, блеснув в самом центре перламутровой поверхности красноватым огоньком. На высоких скулах отчетливо обозначилась глубокая тень. Губы каким-то странным образом разомкнулись, и суровое выражение сменилось на угрожающее. С подобными вещами Анисимов сталкивался впервые. Возглас удивления застрял у него в горле и не желал вырываться наружу.

За спиной вжикнула занавеска. Комната наполнилась светом уличных фонарей. Алые огоньки, плясавшие в глубине перламутровых глаз, померкли. Привиделось, что ли?

– Ты что тут стоишь? – недоуменно спросила Ангелина.

Обернувшись, Игорь увидел, что Ангелина стоит рядом, на ней его рубашка, которая едва прикрывала ее длинные ноги.

– Так… Привиделось, – неопределенно протянул он. – Мерещится всякая чертовщина, – подняв со стула брюки, Анисимов оделся.

– Давай включим свет.

Щелкнул выключатель, заливая светом комнату. Ангелина присела на край кровати, похоже, она никуда не торопилась. Холостяцкая квартира Игоря ей явно приглянулась, и она всерьез решила обживать ее. Взгляд у девушки был острый, подмечающий все.

Она переводила глаза с одного предмета на другой:

– Такие занавески нынче не в моде. Придется приобрести другие. Обои темноватые, нужно купить поярче, чтобы добавить настроения, а скатерть на столе и вовсе какое-то убожество.

Анисимову не раз приходилось сталкиваться с подобной женской экспансией – сначала она привечает тебя пирогами, потом однажды приносит в прихожую свои тапочки, за ними последует гардероб из множества платьев и блузок, а потом вдруг оглянешься, и оказывается, что от прежней холостяцкой норы осталась только пара журналов легкомысленного содержания. А каждый твой шаг отныне контролируется женским взглядом, и место для курения теперь не мягкий диван, а жесткая табуретка на продуваемом балконе.

Вот и Ангелина – осмотрится и в следующий раз принесет смену нижнего белья и ненавязчиво предложит пожить вместе.

Разумеется, он не против женской ласки, но желательно, чтобы она присутствовала в разумных пределах, так сказать, дозированно. Ведь известно, что лекарства хороши только в малых дозах, в противном случае они могут и навредить.

От холостяцких привычек избавиться трудно, к тому же хорошо просыпаться в одиночестве и знать, что принадлежишь себе и только себе.

Следует жить легко, безо всякого напряжения. Понравилась женщина – приведи ее домой. Можешь даже пожить с ней некоторое время, но, как только она начинает осваиваться в твоей квартире, пускать корни и пытаться воздействовать на твои привычки, надо немедленно прощаться с ней. А там будет видно.

Ангелина хитровато прищурилась.

– Я знаю, о чем ты подумал. Не переживай, все останется так, как есть. Ты мне понравился, и я проявила вполне простительную слабость. Не удержалась. И знаешь, нисколько не жалею об этом, ты был хорош! – В голосе Ангелины прозвучали восторженные нотки. – Я всегда стараюсь поступать так, как мне хочется, а совсем не так, как требуют мужчины. Не напрягайся… Нам было хорошо, и этого вполне достаточно. Вижу, что глаза у тебя повеселели. Ты меня сделал на какое-то время счастливой. Хочешь, я тебя отблагодарю?

– Мне как-то неловко принимать от женщины деньги, – попытался было отшутиться Игорь.

– Речь идет вовсе не о деньгах. Это плата иного рода. Я введу тебя в гипнотический транс, и если дух Охотника в тебе все-таки присутствует, то он поможет отыскать твоих врагов.

– Ты хочешь сказать, что я их могу узнать? – удивленно спросил Анисимов.

На какие только вещи не пойдет женщина, чтобы остаться в обществе любимого мужчины.

– Разумеется, – вдохновенно уверила его Ангелина. – Ведь твои враги несут на себе все родовые признаки, все, так сказать, особые приметы.

– Ты хочешь сказать, если у одного из них были оттопыренные уши, то его потомок и сейчас может иметь точно такую же внешность?

– Именно это я и хочу сказать. Так ты готов? – в ожидании подняла глаза Ангелина.

Ее почти обнаженные ноги с тонкими, изящными щиколотками никак не вязались с серьезностью момента. Наверняка во время сеанса гипноза они станут сильным отвлекающим фактором.

– Не беспокойся, – улыбнулась Ангелина. – Это тебя не будет отвлекать. Я оденусь.

Игорь в который раз удивился ее способности угадывать мысли.

– Хм… Ты меня насквозь видишь.

Скинув рубашку, Ангелина расправила волосы, высоко подняв руки. Груди тревожно колыхнулись, вызвав прилив желания.

– Ты что, так и будешь на меня смотреть? Давай, одевайся. – Она лукаво улыбнулась.

– Просто ты сейчас какая-то другая. Знаешь, у меня не было таких женщин, как ты.

– Все мы разные. В этом и заключается прелесть. – Щелкнула застежка, спрятав груди в белом лифчике. – Знаешь, что я тебе предлагаю: чтобы ты поверил мне окончательно, я буду записывать наш сеанс. У тебя есть видеокамера?

– Найдется, – охотно кивнул Анисимов.

Съемки видеокамерой были одним из главных его развлечений. Игорь записывал на нее, как он говорил, «домашнюю порнографию», а потом вместе с очередной пассией просматривал забавные сценки, стирая их после просмотра. Пару кассет ему все-таки удалось сохранить, причем наиболее удачных, где, кроме обыкновенного совокупления, была еще и сильная сценическая сторона с разнообразными позами и переодеваниями. Сохранившиеся кассеты Анисимов просматривал в близком кругу приятелей, но переписывать их никому не давал. Если бы он записал что-нибудь похожее с Ангелиной, то их совместное «творчество» стало бы настоящей жемчужиной его небольшой коллекции.

– Вот только не надо этих ехидных улыбок, – воспротивилась Ангелина. – Сейчас речь идет совершенно не об этом. – Она застегнула блузку.

– Ты опять прочитала мои мысли?

– Тут и читать не нужно, потому что у всех мужиков одно и то же на уме. Знаешь, я совершенно не фотогенична и очень плохо выгляжу на экране, под каким бы ракурсом ты меня ни снимал.

Улыбка Анисимова стала еще шире. Невольно припомнился самый выигрышный ракурс – расставленные ноги, изогнутая спина.

– Ты меня не поняла, я думаю совершенно о другом. Ты могла бы быть хорошей ведущей.

Достав видеокамеру, он установил ее на столе напротив кресла.

– А я буду помнить о том, что произошло со мной во время гипноза?

– Не думаю. Разве что какие-то незначительные фрагменты. Но важно то настроение, которое ты испытываешь после пробуждения.

Анисимов наладил камеру.

– Может, начнем?

– Хорошо. – Ангелина подошла ближе. Игорь готов был поклясться, что в этот момент глаза девушки поменяли цвет: из светло-серых они стали глубинно-зелеными. – Расслабьтесь… – перешла она на строгий врачебный тон. – Вы находитесь в салоне самолета, под вами проплывают кучевые облака. Вы любуетесь ими, смотрите, как они меняют свою форму. Через клочковатую пелену облаков прорывается солнце, которое ослепило вас. – В какую-то секунду Анисимову показалось, что он действительно ослеплен солнечным светом и, только присмотревшись, увидел, что это был всего лишь уличный фонарь, висевший напротив окна комнаты. «Но почему он такой яркий?» – промелькнуло где-то в подсознании недоумение. Но оно тотчас затерялось в других ощущениях. В самолете ему почему-то обычно очень хорошо спится. Остается только вытянуть ноги и откинуть спинку кресла. – Вы провалились в воздушную яму. – Игорь почувствовал, как мягкое кресло уверенно приняло его отяжелевшее тело. Расслабление было полным. Почему бы не выспаться в таком комфорте? Дорога в этом случае покажется значительно короче – и, уже не противясь навалившейся дреме, Анисимов прикрыл глаза.

Пробуждение было неожиданным и неприятным. Некоторое время он недоуменно смотрел прямо перед собой, разглядывая картину, висящую на противоположной стене. На ней был изображен сосновый лес. Странное дело, сейчас он отмечал мелкие детали, а ведь прежде они проходили мимо его внимания. Он перевел взгляд на Ангелину, выглядевшую слегка взволнованной.

Некоторое время Анисимов испытывал вялость, какая обычно наблюдается после пробуждения. Сознание из фазы торможения понемногу переходило в состояние бодрствования. Тело, казавшееся неподъемным какую-то минуту назад, уже окончательно проснулось, и он ощутил каждый мускул. Пошевелил руками, застоявшаяся кровь побежала по всему телу, заставляя сердце биться ритмично и сильно.

– Ты хочешь посмотреть, что в итоге получилось?

Анисимов чувствовал прилив легкости и бодрости.

– Разумеется.

Подсоединив провода к экрану телевизора, Ангелина нажала на кнопку воспроизведения. Экран вспыхнул. Ничего особенного не происходило – Игорь сидел в том же самом кресле, из которого поднялся минуту назад, и смотрел строго перед собой. Вот только выражение его лица было отрешенно-сонливым, еще какая-то минута – и он крепко уснет. Но неожиданно глаза его широко раскрылись, и Анисимов воскликнул:

– Ну почему ты так поступила?

– Что вы видите? – раздался спокойный голос Ангелины.

В уголках глаз Анисимова блеснули слезы:

– Моя жена лежит в ванне, у нее перерезаны вены.

– Это напоминает самоубийство?

– Какое самоубийство! Она никогда не помышляла ни о чем подобном! Сегодня мы собирались пойти с ней в театр. Перед этим она хотела принять ванну, сделать прическу.

Игорь невольно поежился. Странно было наблюдать за собой со стороны, он никогда не думал, что может выглядеть так необычно, на его лице было написано неподдельное горе.

– Ее убили! Они убили ее!

– Вы знаете, кто это сделал? – Голос Ангелины по-прежнему звучал спокойно и холодно.

– Боже мой, они ее связали!

Горе его было настолько подлинным, что невозможно было не посочувствовать. Трудно было поверить, что это всего лишь плод биоэнергетического воздействия, казалось, что где-то в ванной комнате действительно лежит труп молодой женщины. Губы Анисимова нервно вздрагивали. Глядя на экран, Анисимов подумал, что он даже не предполагал, что способен на столь богатую мимику. А ведь он всегда считал себя очень сдержанным человеком. И тут пришла догадка, что в кресле сидит всего лишь его оболочка, а под воздействием гипноза в него вселился совершенно другой человек, о котором он и не подозревал ранее. И, судя по тому, что он видел, этот человек обладал сильными эмоциями, импульсивным характером.

Подняв руки, он плавно опустил их.

– Что вы делаете? – спросил Ангелина.

– Ее нужно отнести в комнату. На постели ей будет лучше. Что же они сделали, сволочи!

– Вы знаете, кто это мог быть?

– Знаю! Они мне тоже угрожали. Но одно дело угрожать и совсем другое – лишать человека жизни!

– Почему они хотят убить вас?

– Я хотел опубликовать компрометирующую статью о трех наших банках. Ими был создан фонд помощи малоимущим, но в действительности все деньги крутились в офшорных зонах.

– Вы знаете, как выглядели убийцы? Кто приказал им совершить убийство?

– Разумеется! Это глава банка «Юпитер». Он очень страшный человек и способен уничтожить любого, кто встанет на его пути.

– Как он выглядит?

– Разве это важно?

– Важно. Назовите его особые приметы.

– Молодой, лет тридцати пяти, улыбчивый. Внешность обыкновенная, круглолицый, как колобок. Вот только над правой бровью у него небольшой шрам.

– Как выглядят другие?

– Их трое. Они и убивали. Двое из них его телохранители и шофер. У одного из телохранителей на правой кисти татуировка, изображающая встающее из-за горизонта солнце. А у другого на правой ладони отсутствует мизинец. Наверняка он получил какую-то травму. С ними бывает еще один, человек, которого я тоже опасаюсь, это жен…

Изображение неожиданно исчезло, и по монитору побежал искрящейся снежок.

– Что случилось? – недоуменно спросил Анисимов.

– Не хватило пленки записать остальное.

– Жаль.

– Так что ты на это скажешь?

– Все это производит жуткое впечатление. Я никогда не видел себя в таком состоянии. У меня такое впечатление, что это был кто-то другой, очень похожий на меня. Никогда не думал, что гипноз может обладать такой силой. А тут…

Ангелина выглядела заметно растерянной. От прежней самоуверенности не осталось и следа.

– Дело вот в чем, – нерешительно заговорила она. Слова давались ей с трудом. – Это был больше чем гипноз… Как бы сказать доступнее?.. Это скорее ясновидение, более высокая ступень биоинформационного процесса. Словно открылось окно и из информационного пространства каким-то образом ты сумел получить сведения о будущем.

– Ты меня не разыгрываешь? Уж слишком все это запредельно. Так можно дофантизироваться до чего угодно.

– Нет. Если ты поверил в гипноз, то что мешает тебе поверить в ясновидение?

– Тоже верно. Значит, это была не душа Охотника?

– Нет. Ты просто заглянул в будущее. А это означает, что женщина, которая будет находиться с тобой рядом, должна погибнуть.

– Однако! И что, ничего невозможно изменить?

Ангелина пожала плечами:

– Трудно сказать. Разве только очень постараться. Как-то поменять свою жизнь… Но я думаю, что у тебя это вряд ли получится. Знаешь, я пойду. – Ангелина вдруг поднялась и направилась к двери. – Сегодня столько произошло…

– Прежде чем уйти, ты можешь ответить мне на один вопрос?

Повернувшись, Ангелина ответила:

– Ну разумеется.

– Ты испугалась и поэтому сейчас уходишь?

Глаза у девушки округлились:

– Неожиданный вопрос. Я думала, что ты видел во мне вариант на одну ночь, а ты, оказывается, строишь долгосрочные перспективы. Не ожидала. Приятно. Но я ухожу по другой причине – просто мне нужно хорошенько выспаться. – Широко улыбнувшись, она добавила: – А с таким мужиком, как ты, сделать это будет проблематично.

– Я тебя провожу.

– Не беспокойся, я доберусь сама. Здесь ведь недалеко.


* * * | Ассасин | Глава 27 НАБЛЮДЕНИЕ