home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 32

Ворон принял известие о похищении Ники внешне спокойно, но как ему далось это — знал только он один.

Скиф наотрез отказался от его помощи и услуг воровского мира. Было решено, что они справятся надежно спаянной тройкой — он, Алексеев и Засечный.

— Мы съездим в Калугу за Сашкой, — сказал Скиф. — А тебе, дед, похитители обязательно позвонят. С тебя и с меня деньги будут требовать, из Симы все равно ничего не выбьешь.

— В Киеве у меня очень надежные повязки, — сказал Ворон. — Мне бы с вами поехать.

— Зачем тебе старые кости трясти? Какой из тебя воин, грей свой ревматизм на печи да Баксика воспитывай на отрицательном примере.

Ворон покачал головой и хитровато искоса глянул на Скифа:

— Старая закалка покрепче новой будет.

— Нет, дед, мы сейчас же выезжаем на двух машинах…

— Тю! В боснийских горах за собой барахло всякое тянул, — недовольно проворчал Засечный, расставляя по столу тарелки, которые ему подавал Борька-Баксик. — И теперь в Калугу нужно тебе драный «жигуль» тащить. Да я на нем за твоим «мерсом» не угонюсь. Поехали вдвоем на «Мерседесе», мы к Мирославу за час докатим.

— А ты чего молчишь, дед? — спросил Скиф, оборачиваясь к Ворону за советом.

— Дело мое стариковское такое — вас, молодых, слушать. Сам я с детства своим умом жил и никому мозги не утрамбовывал. Вы мне только все расскажите по порядку, а там я скумекаю, чем вашему горю помочь. Борис!

— Что, дедуня? — тихо, как благовоспитанный мальчик из хорошей семьи, подошел и чуть наклонил голову Баксик. — Чего угодно?

— Принеси им твою цацку любимую… Даю тебе, Скиф, спутниковый телефон. Даже два аппарата, но на один номер. Вот номер. Ничего мне от тебя не надо, прошу только об одном: звони мне по три раза в день. Меня не будет — говори в автоответчик. Говорить можно все открытым текстом — аппарат сам кодирует и расшифровывает. Я эту штуку у одного отставника-гэбэшника сменял.

— Ну-ка давай испробуем, — Скиф взял телефон и набрал номер. — Алло, мне Геннадия Васильевича, будьте добры… Нету?.. Тогда оставьте ему мой новый номер телефона…

Он продиктовал номер и не успел выпить кофе, как зазвенел спутниковый аппарат. Звонил Чугуев.

— Алло, Василий Петрович. Только что в наше ведомство позвонили по телефону из Киева какие-то злоумышленники. Похищена ваша дочка с целью получения выкупа — он огромный. Вам ничего предпринимать не надо, мы все возьмем на себя. Только постоянно держите нас в курсе любых телефонных звонков или других сообщений.

— Мне ехать к вам?

— Повторяю, вам никуда выезжать не нужно. Я все беру на себя. Люди в Киеве уже поддерживают с ними постоянную связь. Звонки идут из телефонов-автоматов. Голоса изменены.

— Без меня ваши люди все загубят, — убежденно ответил ему Скиф.

— Наши люди — профессионалы. Кстати, мы отправляем в Цюрих вашу бывшую тещу, бабку Вероники. На всякий случай. Если придется переоформлять банковские счета. Но главное — похитители требуют конфиденциальной встречи с вами с глазу на глаз, тоже в Цюрихе. Речь, очевидно, о том, чтобы заставить вас в присутствии адвоката Ольги переписать на них завещание, оформленное на вас.

— Как ты это представляешь себе, Гена? Ольга-то сделала завещание на Скворцова Игоря Федоровича, а я — Луковкин Василий Петрович, просекаешь?

— Черт, об этом я не подумал! — вырвалось у Чугуева. — На паспорт уйдет дня три… Время надо еще на зарубежный паспорт и визу в Швейцарию…

— Неужто Контора твоя стала такой хилой, что не может сделать загранпаспорт и визу в один день?

— Будем думать, что можно сделать в такой ситуации, — загробным голосом произнес Чугуев. — Прошу вас сидеть на телефоне и ожидать моего звонка.

В динамике раздались длинные гудки. Несколько минут никто не шевелился, словно зачарованно слушали не электронные гудки, а волшебную музыку.

— Паспорт, Скиф, они тебе сделают, будь спок, — нарушил молчание Засечный. — А в аэропорту в Швейцарии Интерпол тебя под белы руки — и в самолет до Гааги…

— Что-то здесь не то, — сказал с сомнением Скиф. — Гэбэ захотело сдать меня Гааге, чего проще: вяжи здесь — и в самолет… Ребенок-то при чем?

— Не гэбэ тебя захотело сдать, — покачал головой Ворон. — Не их мозги тут работали. И Ольги твоей бабки поиметь, и тебя употребить… А чтоб ты с крючка не сорвался, живца придумали, гниды!.. Хитро? А вот про ксиву твою забыли… Походин так бы не прокололся…

— О чем каркаешь, птица вещая? — уставился на него Скиф.

— О том, что блядь Косоротая про Походина на твои уши лапшу вешал, — ехидно сказал Ворон. — Тут, помяни мое слово, фартовой уголовкой пахнет и еще чьим-то духом смердючим тянет. Рвать вам надо, мужики, когти быстрей, пока они тут допетривать будут, как ксиву нарисовать, неуж не понятно?

На следующий день после громыхнувших в Москве событий Виктор Иванович Коробов в Английском клубе Женевы, хранящем память о Байроне и русском князе Горчакове, с интересом внимал только что приехавшему из Москвы экс-фавориту. Тот хоть и был в свое время выгнан из Кремля за интриги против царствующего дома и вроде бы за махинации с государственными ценными бумагами, но аппетита от этого явно не потерял.

То, что в новой России процветает традиционное чиновное мздоимство и казнокрадство, не было новостью для Коробова, но экс-фаворит с шутовскими ужимками рассказывал скабрезные истории, царящие в высших эшелонах власти. Коробов поначалу принял его рассказ просто за неумный треп, но экс-фаворит сыпал такими громкими фамилиями и чинами, приводил такие подробности, что ему стало не по себе.

И еще он подумал: этот хлюст наверняка примчался из Москвы торить дорожку на дружбу с ним… Такие всегда умеют держать нос по ветру.

— И сколько еще твои знакомцы продержатся? — спросил он его в лоб.

— Столько, сколько вы им позволите, Виктор Иванович, — оставив шутовской тон, заискивающе ответил тот. — Я приехал из России по поручению серьезных деловых людей обсудить с вами несколько деликатных вопросов.

— Уважаемый, мы тут в изгнании так долго ждали из России серьезных людей, что все жданки съели.

— Обстоятельства так складывались…

— Обстоятельства создают люди в определенных целях.

— Совершенно согласен с вами, Виктор Иванович.

— Итак, ваш первый деликатный вопрос?..

— Катастрофа с самолетом вашей дочери. Вернее сказать, ее убийство…

— Уверены в этом?

— Есть основания так считать, — посмотрел ему в глаза экс-фаворит. — Вы не знакомы с бывшим генералом КГБ Походиным?

— С кем, с Походиным? — переспросил Коробов и наморщил лоб. — Походиным?.. Нет, кажется, не знаком.

— Я так и думал, — еле улыбнулся экс-фаворит. — Надежда России Виктор Коробов и генерал КГБ Походин, запятнавший мундир уголовным прошлым, — фигуры, согласитесь, малосовместимые. Однако примите к сведению, что люди этого Походина накануне гибели вашей дочери побывали в ангаре, где стоял ее самолет.

Коробов, почувствовав, как кровь застучала в висках, впился в него сумрачным взглядом.

Экс-фаворит протянул листок с «чистосердечным признанием» Кобидзе.

— Откуда у вас это? — прочитав листок, выдохнул Коробов.

— Назовем это, так сказать, утечкой информации из компетентных органов.

— Утечка информации из органов?

— Не удивляйтесь, Виктор Иванович, в России многие хотели бы оказать вам личную услугу. Даже ваши конкуренты просили меня проинформировать вас о своей непричастности к этому грязному преступлению.

— Зачем?

— Чтобы в будущем оно не стояло между ними и вами.

— О каком будущем речь?

— Господин Коробов, не секрет, что Россия горе-политиками доведена до состояния коллапса. Но, слава богу, есть еще в элите патриоты, думающие о ее национальном возрождении. Им нужен лидер, за которым не только авторитет политика, но и… доверие финансовых кругов свободного мира…

— Ах, вона как! — засмеялся Коробов. — Я-то уши топориком… Оказывается, ваша шпана Россию-матушку уже всю разворовала… Теперь, значица, страсть как хоца еще и в коробовский карман пухлую ручонку запустить?

Экс-фаворит даже поперхнулся от его слов.

— Но согласитесь, Отечество в смертельной опасности, а ваши счета в Швейцарии некоторым образом принадлежат народу России, — не в лад пролепетал он.

— Справку давай, уважаемый.

— Какую справку?..

— Справку, что «наперсточники», пославшие тебя, и есть народ России.

— Ну, знаете ли! — вспыхнул экс-фаворит. — Мы, патриоты, надеялись…

— Лично ты на что надеешься? — перебил его Коробов. — Прямо в Кремль на белой кобыле?.. На той самой, на которой хотел объехать старого пердуна Коробова, а, уважаемый?

Экс-фаворит, красный как рак, заерзал в кресле. Он относился к новому поколению политиков, избегающих называть вещи своими именами и задавать вопросы в лоб.

— Приступим к следующему вопросу, — не дал ему опомниться Коробов.

— Он вытекает из первого, — как за спасительную соломинку схватился экс-фаворит. — Я имею в виду, что нынешний режим будет держаться у власти в России ровно столько, сколько Запад будет держать его на игле финансовых вливаний.

— Запад прежде всего думает о своих интересах.

— Транши МВФ нещадно разворовываются… Кроме того, они тяжким бременем лягут на будущую Россию и еще долго не дадут ей подняться с колен.

— А нужна ли Западу Россия, вставшая с колен, уважаемый?

— Западу не нужна, но, я полагаю, вам она нужна, Виктор Иванович, — подстроившись под тон Коробова, с обезоруживающей прямотой сказал экс-фаворит.

— Откуда такой вывод? — с интересом посмотрел на него Коробов.

— Иначе зачем господину Коробову создавать в России мощные законспирированные структуры? — улыбнулся тот.

— Однако вернемся к траншам, — поспешил сойти со скользкого пути Коробов. — Что произойдет, если МВФ откажет России?

— Наступит крах всей банковско-финансовой системы, гражданское неповиновение режиму, хаос. И тогда, если вовремя не перехватить инициативу, возможна реставрация коммунистической системы или распад государства на множество мелких княжеств.

— А если перехватить инициативу?

— Власть сама упадет в руки такому политику. И от него уже будет зависеть, какой быть России.

— Пойдет ли армия и народ за инициатором?

— Голодные и униженные из двух зол выберут меньшее, — уклончиво ответил экс-фаворит. — Но национальный бизнес, без сомнения, сделал бы ставку на такого человека…

— Значит, дело за малым, — саркастически улыбнулся Коробов. — Сорвать переговоры с МВФ — и дело в шляпе.

Экс-фаворит промолчал.

— Боюсь, вас послали не по тому адресу, уважаемый, — поднялся из кресла Коробов, давая понять, что тема закрыта. — Я, конечно, не могу оставаться равнодушным к тому, что творится на Родине, но мой интерес — в бизнесе, а не в политике. Желаю вам здравствовать…

Экс-фаворит, согнав с лица учтивость, разочарованно смотрел ему вслед.

У выхода из зала Коробова остановил вышколенный лакей клуба.

— Мистер Коробофф приглашает Москва к телефон, — почтительно произнес он по-русски. — Мистер Чугуефф сообщать что-то очень срочное.

У него заныло сердце. Он знал: если Чугуев или Походин находят его из Москвы даже в Английском клубе, — значит, действительно произошло что-то экстраординарное.

— Что у тебя, Чугуев? — спросил он в трубку.

— ЧП… Тысячу раз простите, Виктор Иванович, но форменное ЧП с вашей внучкой…

— Говори толком. Попала в автокатастрофу, сгорела в пожаре или чего там еще?

— Ее похитили.

— Зачем похитили?.. Кто?..

— Сын Походина с бандитами в Киеве выкрал ее из поезда вместе с гувернанткой. За их освобождение они требуют огромный выкуп.

— С ума сошел, Чугуев? Уверен, что Тото Походин похитил?

— Он мне сам звонил откуда-то с Украины… Точного места не можем определить.

— Его отец знает об этом?

— Еще нет… Неожиданно возникла серьезная проблема с одним знакомым дьяконом, и ему пришлось спешно вылететь в командировку… Кстати, вчера в Одинцове сгорел его дом.

— Чей?.. Дьякона?..

— Нет, Походина. А у дьякона вчера умер подьячий…

— Понятно… Что предпринимает бывший зять?

— Пьет с уголовниками. В Цюрих вылететь не может, потому… потому что допился до того, что не помнит своей настоящей фамилии. И дьякон проклятый не дает мне фамилию ему напомнить. Похититель ждать не хочет, требует, чтобы вы срочно перевели на его имя деньги…

— Малый не промах! — выдохнул ошарашенный Коробов.

— Какие будут указания, Виктор Иванович?

— Срочно определить их место пребывания. Срочно!..

— Я понял. Сделаю все возможное.

Происшедшее не укладывалось в голове Коробова: сын Походина, этот наркоман-дебил, встал на пути у него, Хозяина Империи?.. Бред!.. Неужто его папаша Фармазон придумал многоходовую операцию по ограблению своего лучшего друга Коробова: сначала дочь ухайдакать, а потом и киднепинг организовать? Но что-то тут не так…

«А если так, неплохо придумал, Фармазон! — мелькнуло у него. — Скиф, спасая дочь, прилетает в Цюрих улаживать финансовые дела, а Походин сдает его после этого Интерполу. Тот парится в голландской тюрьме, а плешивый с сыночком благоденствуют на Багамах или Гавайях… Беспроигрышный вариант! Сорвалось со Скифом — выкуп можно содрать с деда девочки под угрозой разоблачения бывшего капээсэсовского функционера. Ну, Фармазон, если все обстоит так — будет тебе «многоходовая комбинация» с путевкой в ад!» — скрипнул зубами K°робов.

В машине по дороге в Цюрих он, несмотря на резкую головную боль, пытался анализировать разговор с кремлевским экс-фаворитом.

«Понятно, хлюст без мыла в задницу норовит. Как и то, что русские ура-патриоты на тебя, Коробов, ставят. Надеются, что ты их за это к деньгам допустишь… Держите карман шире!.. Сволочи, еще не запрягли, а уже понукают: негоже, мол, будущему лидеру водить компанию с уголовником Походиным… Хм… Как этот хлюст сказал: «Утечка информации из компетентных органов»… Дает понять: эти самые «органы» готовы встать под мои знамена… Блефует, блефует, хлюст!.. Ха-ха, в тех «органах» Инквизитор обретается. — И сразу на душе Коробова будто кошки заскреблись. — А что, если информация хлюста о Походине — хитроумный замысел самого Инквизитора по расколу Империи?.. «Чистосердечное признание» Лубянка из любого выбьет… Походин спал и видел увести Ольгу от ее голубого аида, чтобы породниться со мной. И нате вам — на тот свет ее спровадил?.. Чушь какая-то! — потер виски Коробов. — Надо Чугуеву шифровку дать, пусть дотянется до походинского водителя. Тогда и будем трясти плешивого», — принял он решение, и его мысли снова вернулись к экс-фавориту.

«Может, зря я его по кочкам? — с несвойственным ему сомнением подумал Коробов. — Хлюст, конечно, но, зная ситуацию в России изнутри, говорит дельное… Власть, мол, сама упадет в руки… В семнадцатом году большевики, скупив все продовольствие в Питере, вызвали голодные бунты, и власть действительно грушей перезрелой упала им в руки. Вот только как сорвать эти переговоры по траншу? В МВФ не сунешься — там в первую очередь заинтересованы в их успехе. Еще бы: вяжи Россию долгами по рукам и ногам и, помимо дивидендов финансовых, диктуй ей свою волю, грабь ее недра… Правильно, правильно хлюст мыслит: расплачиваться придется за все не им, нынешним «наперсточникам»… Как их с иглы ссадить, вот вопрос… Хм… хмм… Дело стоящее. Надо подумать, подумать… Хорошо бы их шатию-братию обвинить в нарушении прав человека или какого-нибудь там международного эмбарго, да так, чтобы скандал громыхнул на весь мир… Надо подумать…»


* * * | Естественный отбор | ГЛАВА 33